I'm right here

      Утро начинается с того, что Хван слышит рядом с ухом тихий шелест бумаги и, вроде как, карандаша. Она приоткрывает один глаз, привыкая к освещению. Шин сосредоточенно что-то рисует в альбоме, что держит в левой руке. Когда темные глаза вновь выглядывают из-за листов, то натыкаются на сонный взгляд Йеджи.       — Ты меня рисуешь? — Хрипло усмехаясь, спрашивает девушка. Она потягивается, касаясь лодыжки Рюджин. Та улыбается, все же переворачивая альбом. — Вау, я правда так мило сплю? — Девушка проводит пальцами по наброску, улыбаясь. Ведет ниже, касаясь запястья младшей. — Ты теплая, иди сюда. — Зовет Йеджи, раскрывая объятия. Шин удивляется, но все же откладывает карандаш с скетчбуком, а после забирается под одеяло, ложась в объятия старшей. Та нежится, водя руками по спине Рюджин.       — У тебя милая форма ушей, — тихо шепчет младшая, заставляя Йеджи рассмеяться.       — Это самый странный комплимент, который мне делали, — она прикрывает глаза. — А Даль где?       — Ушел. Я ему насыпала корм, и он сразу променял твой теплый бок на еду, — произносит Рюджин, утыкаясь в шею старшей и расслабляясь. Йеджи слишком сильно любит объятия с утра, это младшая поняла еще с первых ночевок. А сейчас, когда шатенка и вовсе привыкла к Шин, то позволяла себе нежности чаще.       Она была похожа на маленького котенка, который тихо мяукает с утра, тыча мягкими лапками и пытаясь что-то смять. Так и Хван, что крепко обнимала Рюджин, поглаживая по спине и что-то урча на ухо. Ночью она предпочитала обнимать младшую за талию, часто утыкаясь ей в плечо или шею. Иногда ложилась со спины Шин, потираясь носом о ее затылок и вскоре засыпая.       Младшая была не против таких нежностей, к тому же, это Йеджи. Ей сложно отказать. Да и Рюджин сама не против, слишком уж приятно лежать на старшей, обнимая ее и слыша тихий смех возле уха.

***

      Прошла уже неделя с тех пор, как они ночевали у Рюджин. Каждый день для Шин превращался в сущую беготню, особенно, эта семидневка. К выходным младшая была похожа на выжатый лимон. С одной стороны, работа и отработки по учебе, с другой — поездки в больницу с Йеджи. Они пока продолжали заниматься на том аппарате, хотя врачи уже предложили ей дополнительные занятия в бассейне с инструктором, но Хван боялась. Ее можно понять, когда ноги не работают, находиться в воде, где запросто можно утонуть, такое себе. Хоть это и был бассейн, где все было под наблюдением, Йеджи отпиралась, словно кошка, понимающая, что ее несут в ванную комнату. Это было иронично, ведь против ванной старшая ничего не имела, а вот как речь шла о бассейне, так все, поминай как звали.       В вечер пятницы Шин приезжает к ее дому, до жути уставшая, но довольная. Не зря она все это время провела за ноутбуком. Ей пришлось облазить всевозможные сайты с перекупками, пройтись по множеству рынков и старых, уже засыревших, библиотек. И теперь, держа в руках оригинальную книгу с этой чертовой подписью, девушка могла гордиться проделанной работой. Обошлась она ей, признаться честно, в кругленькую сумму. Если обычная корейская версия стоила раза в три дешевле, то эта была издана на родном для автора языке, французском. Она не в самом идеальном состоянии, но в шрифт вполне разборчивый. К тому же, тут оригинальные иллюстрации, а потому, Шин не волновалась.       Чего стоит тот радостный визг, который разносится на весь дом, да так, что родители заглядывают к ним, проверяя не случилось ли чего. Йеджи, кажется, прилипает к Рюджин, качая ту из стороны в сторону и продолжая благодарить. Стоит двери прикрыться, как Хван липнет сильнее, почти сваливая младшую на кровати и все еще довольно причитая о том, какая она идиотка, но как же Йеджи ее обожает. Старшая не сдерживается, целуя пепельноволосую в щеку и прижимаясь всем телом.       — Так я тебя люблю-ю, я плакать буду! — хнычет Йеджи, держа в одной руке книгу, а другой обнимая Рюджин. Та смеется, довольно наблюдая, как Хван стирает слезы с уголков глаз. — Ну вот, что вот, ну… — она не может подобрать слова, просто жестикулируя и показывая на книгу. — Опять не спишь. Все, сегодня останешься у меня, не отпущу тебя, пока ты не уснешь, ясно? — Обещает Йеджи, грозя пальцем. Шин хочется рассказать о том, что даже если она начинает дремать, то Хван ее не отпускает во сне, но решает обойтись без этих уточнений.       — Ты книгу-то открой, глядишь там еще что-то будет. — Подмигивает Рюджин. Йеджи щурится. Тут же поднимаясь и начиная листать страницы. На ноги выпадают два синих листочка, к которым прикреплены еще два, но уже светлых.       — Это… Ты все-таки богачка, да?       — «Богачка»? — Она усмехается с такой формулировки мысли. — Если ты о моем финансовом состоянии, то нет, все такое же. — Ее легко ударяют по бедру, сильнее хмурясь.       — Так какого черта ты так тратишься на меня, идиотка! Могла бы просто сказать, я бы оплатила свою часть. А ты даже поезд оплатила. Что мне еще следует знать? Что ты скупила все билеты в Океанариум? — Скептично спрашивает Йеджи. Видя заминку, она настораживается, но на лице младшей появляется улыбка.       — Конечно нет, я такого, увы, позволить не смогу. Очень хочется верить, что несмотря на все, ты поедешь со мной туда. Мы не раз были вместе среди людей, те же парки взять. Я очень хочу, чтобы ты увидела этот океанариум вместе со мной, но если ты откажешься, то я пойму. — Спокойно произносит Шин, осторожно беря девушку за руку. Хван закатывает глаза.       — И как я могу тебе хоть в чем-то отказать, когда ты делаешь для меня все. Особенно, когда ты смотришь на меня такими глазами. — Она ерошит пепельные волосы, улыбаясь.       — Какими?       — Да я не знаю, — смущается Хван, задумываясь. — Преданными, что ли. Словно у щенков, это звучит не так, как хотелось бы, но я имею ввиду в хорошем плане . Это мило, я чувствую себя нужной, даже вот… Даже такой.       — Ты будешь мне нужна любая, и прекрати акцентировать внимание на своих ногах. К слову о них, массаж. Самое время, — напоминает Рюджин, указывая рукой на часы. Йеджи лишь вздыхает, кивая.       — Я поеду с тобой в океанариум, но нам же придется ночевать там, да? В плане, мы не успеем на поезде туда и обратно съездить. — Спрашивает шатенка. Младшая кивает. — Дай угадаю, ты собиралась оплатить и комнату?       — Ты меня ударишь, если ответ положительный? — Интересуется Шин, хотя понимает, что это скорее риторический вопрос. Старшая хмурится, а после наклоняется к ней, после чего сильно кусает за запястье. — Ай! — Шипит Рюджин. — Ну я же еще не оформила! — Йеджи вновь тянется к ее запястью, но младшая юрко увиливает. — Эй-эй-эй, давай не будем меня есть, мне нужны обе мои конечности!       Они еще дурачатся, пока наконец Шин не заставляет старшую усесться на пятую точку, чтобы нормально размять ее ноги. Йеджи все это время вычитывает ей нотации, затрагивающие ее темнеющие под глазами мешки. Она в сотый раз напоминает о том, что они вообще-то договаривались, что Рюджин будет спать, на что младшая увиливает.       — Я пыталась спать! — Не выдерживает Шин. Она заметно нервничает. — Не получилось, я не знаю, я привыкла к тому, что я вечно бегаю, как белка в колесе, мне это не трудно. Я успеваю отдохнуть и за три часа.       — Так нельзя, — протестует Йеджи. — Ты должна выделять больше времени для себя. Ты всю молодость так проторчишь в работе, а что потом? — Она укоризненно смотрит на младшую. Видя в ее глазах усталость, Хван смягчается. — Ты достаточно сделала, иди сюда. — Шин обнимает Йеджи без явного энтузиазма. — Прости, я не хотела. Я волнуюсь за тебя. Ты так много делаешь, для меня, для Юны. Даже не смотря на то, что ваши с ней отношения не очень. Ты заслуживаешь отдыха, Рюджин.       — Я привыкла, я с 13 лет сама за себя. Брат не сильно церемонился. Даже когда еще мы жили в семье, на меня все забили. Главное — результат. Какой ценой — не важно. Буду ли я истощена или обману всех. Если не первая, то я никто. — Шин устало вздыхает, позволяя себе прикрыть глаза и устроиться у плеча старшей удобнее. — А потом вся эта беготня. Развод, суды, постоянное внимание. Юна, что вечно плачет, брат злится. И я, на которую никто не обращает внимания. Ведь отец ругается с братом. Мать успокаивает Юну. А я? Может быть, я тоже хотела быть услышанной. — Девушка замолкает, слыша, как собственный голос дрожит. — Я привыкла быть одна, Йеджи. Если не буду что-то делать, то не смогу ничего добиться. — Последние слова превращаются в шепот. Она замолкает, кусая губу и сжимая кулаки. Хван и так сейчас в своем кошмаре, не стоит ее гробить другими проблемами.       — Теперь ты не одна. Не ты ли мне это говоришь каждый раз? — Йеджи осторожно гладит ее по спине. — Ты пытаешься спрятаться, но я и так прекрасно понимаю, что у тебя в глазах стоят слезы. Все нормально, Рюджин. Мое мнение о тебе не изменится. Ты тоже человек и можешь плакать, ладно? — Ее голос такой ласковый и успокаивающий, что Шин кивает, поднимая голову. — Ты самый прекрасный человек, которого я встречала. Несмотря ни на что, ты продолжаешь идти вперед. Рюджин, ты очень сильная. Только вот, со мной ты не обязана быть такой. Я приму тебя всегда. Ты первая заговорила со мной, так что все, надо было раньше думать. — Она смеется, поглаживая щеку младшей. — Ложись, я буду рядом. Когда Лиа просыпалась от кошмаров, я часто обнимала ее, и ей становилось лучше. Ты можешь выговориться, Рюджин. Все хорошо. Плакать полезно. — Девушка гладит ее по волосам, свободной рукой дотягиваясь до выключателя и щелкая им, погружая комнату во мрак. И, возможно, в ту ночь, Шин действительно позволяет себе выпустить множество эмоций, что копила до этого, засыпая в чужих объятиях. Йеджи, тихо напевает песенку под нос, продолжая гладить младшую по волосам и прислушиваясь, как та ровно дышит.       Утро встречает Хван теплыми объятьями, из которых Шин явно не хочет ее выпускать. Стоит немного поерзать, как руки младшей сильнее сковывают ее талию, и она тихо мычит, бодаясь головой. Йеджи осторожно убирает волосы с ее лица, ухмыляясь. Чуть потирается носом о лоб, и Шин расплывается в улыбке, успокаиваясь. Пока Йеджи раздумывает о вещах, которые стоит взять с собой, она позволяет младшей еще поспать, стараясь сильно ее не тревожить.       Когда Рюджин просыпается, то сильно смущается, тут же убирая руки с талии старшей. Она поджимает губы, пока Йеджи рассказывает о том, что с собой надо будет прихватить рюкзак. Взяв ноутбук, младшая указывает на свободные комнаты в отеле.       — Тут есть ванная, а не душ, то что нужно. Правда кровать одна, но зато ценник небольшой. — Пожимает плечами Шин. — Если хочешь, я могу лечь на пол, там же коврик, — она смеется.       — Мы же все время спали вместе, так что с этим проблем нет, — Йеджи чуть склоняет голову. — Что-то не так? Тебе не комфортно?       — А? — Шин чуть тушуется, задумываясь. — Нет, все в порядке. Я просто думала, вдруг тебе хочется поспать одной. — Она неловко улыбается. — Тогда я бронирую?       — Да, вот номер карты, с нее пусть списывается. Поможешь мне потом собрать вещи? — Шин кивает, оформляя заказ. После чего добрую часть утра они проводят за сборами. Родители старшей немного ошарашены внезапной поездкой, но против ничего не имеют. Они услужливо помогают девушкам добраться до квартиры младшей, где та быстро собирает свои вещи.       У поезда Йеджи обнимает родителей, и те желают провести хорошо время. Ее мать осторожно обнимает младшую, напоминая о том, как благодарна ей за все, что та делает для ее дочери. Уже в вагоне Шин наконец выдыхает, садясь на место и устраивая сумки на противоположном сиденье. Хван сидит в коляске, вцепившись руками в подлокотники. На ее ногах покрывало, которое скрывает нижнюю часть тела. Какая-то парочка проходит мимо их мест, то девушка кривится, при виде Йеджи.       — Эй, котенок, смотри сюда. — Шин цепляет ее ладонь, удерживая между своих рук. — Нет, мы не смотрим на них. Они просто идиоты, ладно? — Пепельноволосая смотрит в кошачьи глаза, ободряюще улыбаясь. — Ты прекрасна, помни это. Мы обязательно справимся, мы сможем. — Одну руку она кладет на колено старшей. — Ты встанешь, у тебя уже есть улучшения. Все то, что ты делаешь не зря, ясно? Не смей вешать нос, после одного косого взгляда.       — Прости, просто… Так страшно, я слишком давно не выбиралась никуда. Эти поезда, люди, другой город. — Йеджи поджимает губы. — Наверное, это была плохая идея…       — Нет, это была неплохая идея. Давай-ка я пересажу тебя сюда, будешь рядом. — Шин поднимается, помогая старшей перебраться на сиденье. — Может, ляжешь на колени? — Предлагает младшая. Йеджи смущенно кивает, опуская голову и устраиваясь удобнее. Пледом они накрывают ее ноги, и Шин придерживает ее, чтобы девушка не упала. Пальцы зарываются в темные волосы, перебирая их и мешая с розовыми прядями. Хван улыбается, хоть в тусклом взгляде видно, как ей трудно.       — Спасибо, что ты рядом. — Шепчет Йеджи. Она разворачивается, оказываясь лицом к животу младшей, и сильнее сжимая ее футболку. — Я рада, что еду именно с тобой. Не уходи от меня. — Тихо шепчет Йеджи, прикрывая глаза и прячась в своих волосах.       — Я тоже от тебя без ума, очаровашка, — мягко произносит Шин, поглаживая по голове. — Я рядом, и всегда буду.

***

      Девушки сразу оставили вещи в номере, после чего поспешили в океанариум. Наверное, Йеджи в тот день и правда забыла обо всем. Большие аквариумы, с не менее большими обитателями внутри. Акулы, скаты, и прочая живность. Девушка смотрит на них с таким оживлением, что Рюджин невольно засматривается на нее, то как в карих глазах блестит детское счастье, согревает. Девушка сама крутит колеса, подъезжая к противоположной стороне и делая множество фото. Она, кажется, и вовсе забывает о том, что не одна. Ее взгляд мечется от одной части аквариума к другой. Хван тычет пальцем, подзывая Рюджин ближе.       Она так счастлива, что Шин и сама ходит весь день с улыбкой, так что болят мышцы лица. Йеджи записывает видео для Лии, что рада, кажется, не меньше, чем сама Хван.       Угри красиво проплывают возле кораллов, и Йеджи завороженно наблюдает за ними. Когда одна из акул подплывает ближе, то старшая тушуется, беря руку Рюджин, но не планируя отходить от стекла. Пальцы свободной руки лежат на аквариуме, и акула лишь проплывает мимо, чуть толкая носом прозрачную стену.       Старшая движется дальше, наблюдая за различными обитателями. Шин даже иногда не успевала за девушкой. Рюджин старается запечатлеть каждую эмоцию Йеджи, чтобы потом изобразить это в своем альбоме.       Они скупают кучу сувениров, Шин только и слышит, что писк от терминала. Они возвращаются лишь ближе к темноте. По пути заходят в магазин, и Хван почти капает слюнями на пол, при виде акции «2+1». Рюджин забирает оставшиеся 6 пачек, усмехаясь. Берет немного готовых салатов и сладкие напитки. Йеджи продолжает радоваться маленькой игрушке в виде дельфина, то и дело обнимая ее.       В отеле они наконец ложатся на кровать, и Шин довольно стонет, ощущая мягкость матраса. Йеджи удобно устраивается на вытянутой руке Рюджин. Младшая усмехается, пока Хван держит на вытянутых руках дельфинчика. Шин свободной рукой вытягивает из пакета плюшевую акулу, тычась им в руку Йеджи. Она смеется, стараясь отмахнуться своим дельфином. Только их драка, больше похожа на какие-то романтические заигрывания, нежели сражение.       Они смеются, и Йеджи в конце просто наваливается на Рюджин сверху, обнимая. Девушки дурачатся, пока Шин старается избежать щекотки Йеджи, щекоча в ответ. Шин мягко держит ее за талию, всем телом напрягаясь и все же меняясь местами с шатенкой. Та еще смеется, пока Рюджин внезапно понимает, в какой они ситуации.       — Эй? — Старшая проводит рукой по ее щеке, отчего Шин смущается. В голове всплывают самые странные мысли. Она чуть наклоняется, но вовремя одергивает себя. — Рюджин, ты устала?       — Да, прости, — качает головой девушка. Кошачьи глаза с тревогой смотрят в ее, а большой палец медленно поглаживает щеку. — Наверное, стоит поесть, обмыться и спать. День был насыщенный.       — Точно, ты права. — Йеджи улыбается. — Так ты слезешь с меня? — Она усмехается, и Шин поджимает губы, борясь со своими мыслями в голове. Пепельноволосая кивает. Девушка садится на кровати, выдыхая. Она на миг закрывает глаза, сильнее сжимая кулаки, а после расслабляясь. «Для нее это ничего не значит» — проносится в голове. Рюджин оборачивается, улыбаясь.       — Так, поесть для начала, да? Мне потом донести тебя до ванной? Полежишь, расслабишься. — Предлагает Рюджин. Хван явно только «за». — Отлично, раз так, то нужно начать набирать ванную. — С этими словами младшая уходит, оставляя шатенку одну.       Поставив все набираться, девушка останавливается возле зеркала. Долго рассматривает себя, поджимая губы и качая головой. Приходится умыться прохладной водой, чтобы убрать все, что творится в голове, свести на нет. Руки лишь сильнее сжимают края раковины.       — Почему же меня так угораздило. — Шепчет она, прикрывая глаза. Выдыхает. — Из всех вариантов, тех, кто мне бы точно не отказал, я выбрала ее. — Девушка фыркает, поднимая голову и упираясь взглядом в свое отражение. — Как же ты вляпалась, Шин Рюджин, просто по уши. — Она криво усмехается, и улыбка тут же меркнет. Продолжение следует…