Великолепная Семёрка

Каденс подъехала к парковке студии в 5:32 утра, ещё до того, как взошло солнце. Выключив двигатель, ей ничего не хотелось, кроме как свернуться калачиком и снова заснуть, желательно в объятиях Шайнинга. Голова ударилась о руль, она не заметила боли. Её стон был совсем по другой причине. — Ты можешь сделать это, Каденс. Это всего лишь один день в году. Её самый ненавистный день в году. День Святого Валентина. Она обожала любовь. Обожала распространять её и поощрять. Чистую, искреннюю любовь. Не коммерческий конский навоз, который говорил уязвимым подросткам, когда уместно сказать кому-то, что вы заботитесь о них и что вы должны сделать что-то особенное в этот конкретный день, иначе вы будете плохим партнёром, в то время как одинокие мужчины и женщины мира были исключением. А ещё этот день напоминал, что они всё ещё одни. Девушка крепче сжала руль. Будучи богиней любви и удачи Кантерлота, она распространяла послание любви и доброты через музыку и разговоры. Будучи радиоведущей с контрактом, она должна была распространять коммерческий навоз через спонсоров и романтические клише, которые она ненавидела. — Всего один день, — проворчала она. — Ты уже делала это раньше. А дома тебя ждёт приятная горячая ванна, — Она подняла голову, на её лице застыла радостная улыбка. — Счастливая Каденс! Весёлая Каденс! — пропела она, глубоко вздохнув. Повторив пару раз свою мантру, она вышла из машины, взяв с собой стакан кофе и шарф. Пересекая почти пустую парковку, девушка обратила внимание на дыхание, что небольшими облачками вырывалось перед её лицом. Каденс заметно согрелась при входе на радиостанцию. Она помахала Клир Ноту, утренней секретарше, и направилась наверх в свою студию. Её новый стажёр Винил Скретч ждала на двухместном диванчике за дверью. — Утречка, босс, — сказала Винил, снимая дорогие на вид наушники. Её затемнённые очки, однако, никогда не покидали лица. За две недели, что девушка проработала здесь, Каденс так и не увидела её глаз. — Доброе утро, Винил. Как дела? — Каденс открыла дверь и позволила девушке войти первой. Студия состояла из двух комнат, первая из которых принадлежала Винил. Она отслеживала входящие звонки и давала Каденс различные подсказки. Эта комната также служила промежуточной площадкой для гостей. Сквозь стеклянный экран была видна комната звукозаписи Каденс. Вдоль стены тянулся большой письменный стол с микшерами, микрофонами и другими разнообразными предметами. Посередине стояло удобное чёрное кресло на колесиках. — Всё круто. Окти заказала столик в каком-то модном ресторане в центре города на вечер, так что, знаете, будет весело. Каденс вздохнула и просто кивнула. Она вошла в комнату для записи и рухнула на своё место. Всего пятнадцать часов. Она включила систему, одела наушники на голову, поправив микрофон и размяла шею. — Чем займётесь сегодня? — спросила Винил. — Приму длительную ванну с пеной, — с удовольствием сказала Каденс. — Шайнинг и я не празднуем День святого Валентина. Винил покачала головой. — Точно. Забыла, что вы ненавидите этот день. Хех, ирония. Каденс вздохнула. — Да, это не ускользнуло от меня, — Она проверила часы. Всего две минуты до эфира. Она разогрела голос несколькими упражнениями и снова повторила свою мантру, выйдя из неё со своей лучшей улыбкой. — Готовы? — спросила Винил, прежде чем закрыть дверь для записи. — Как никогда, — ответила Каденс бодрым голосом. — Отлично, — Донёсся голос Винил из крохотного динамика. — Вы в эфире через 5… 4… 3… — Через экран Винил отсчитала на пальцах последние две секунды, затем указала на Каденс, когда табличка над головой замигала зелёным и прочитала: — Эфир. Каденс хлопнула в ладоши и поднесла их к щекам. — Доброе утро, Кантерлот! — Пропела она в микрофон. — Это ваша утренняя Ми Аморе, желающая вам самого счастливого воскресенья! Но не какое-нибудь, правильно, это то самое время года снова! Возьмите своего особенного человека, партнёра, родителя, брата, сестру или друга и поздравьте их с Днём святого Валентина! — Она должна была продать его, но это не означало, что она должна была продавать его только парочкам. — Я буду с вами весь день, буду играть все ваши любимые песни о любви, а начиная с полудня я буду принимать звонки, так что держите свои телефоны наготове! Так же, у меня здесь трое специальных гостей для эксклюзивного интервью в три, так что следите за обновлениями! — Она щёлкнула несколькими переключателями и поставила очередь на первые десять песен. — Ну, давайте сразу к делу! Начните свой День святого Валентина с успокаивающих песен о любви, любезно предоставленных вашей утренней Ми Аморе, — Она включила воспроизведение и выключила микрофон, а затем откинулась на спинку стула. Осталось всего четырнадцать часов и пятьдесят семь минут. Она потёрла переносицу. — Вы в порядке, Босс? — спросила Винил по интеркому. Каденс выпрямилась и сделала большой глоток кофе. — Ага! Всё отлично! Когда прибудут Даззлингс? Винил сверилась с планшетом. — Они обещали быть здесь за час до интервью. — Отлично, спасибо, — Каденс опёрлась на один из подлокотников. Почему станция и Даззлингс хотели, чтобы она взяла у них интервью, всё ещё недоумевала Каденс. Слышали ли Даззлингс её замечание о том, что она не будет играть ни одну из их песен? В этом не было ничего личного, в её контракте чётко прописано: играть только песни о любви. Это было её делом. Даззлингс могли быть самыми милыми людьми, у которых она когда-либо брала интервью, это ничего бы не изменило, если они не написали песню о любви. К тому же, каждая вторая станция уже крутила их круглосуточно. Что Каденс находила немного странным. Конечно, ей нравилась музыка Даззлингс, и время от времени она даже напевала её, но играть их каждую четвёртую песню казалось излишне. Никто не делал этого, когда Графиня Коларатура дебютировала в прошлом году. Каденс мысленно пожала плечами. Может быть, сегодня она поймёт, в чём суть.

***

Сансет расстелила одеяло на пожухлой траве. Несмотря на то, что была середина зимы, Кантерлотский парк всё ещё выглядел красиво с вершины холма. Она поставила корзину сверху и достала две миски, две чашки, термос, небольшую кастрюлю и немного хлеба. — Я знаю, что ты не очень любишь День святого Валентина, но, тем не менее, мы давно не были на свидании, — сказала она, села и похлопала по месту рядом с собой. Твайлайт села рядом и прижалась щекой к щеке Сансет. Её толстая курта немного нарушила интимность, но Сансет всё равно оценила близость. — Да, ты права. Каждый раз, когда мы наедине, мы обычно учимся, — Её порозовевший нос дёрнулся. — Ммм, пахнет очень вкусно. Сансет указала на кастрюлю. — Я приготовила своё фирменное блюдо: овощной рамен с яйцом. — Звучит вкусно, — Твайлайт хихикнула. — Неприятное отношение ко дню Святого Валенитна передалось мне от Каденс. Но тот факт, что ты сделала всё это сама и что мы устроили пикник, а не дрались за место в каком-то дурацком ресторане, компенсирует это, — Она наклонилась и поцеловала Сансет в нос. Сансет положила ладонь на щёку Твайлайт и поцеловала её в губы. — Тебе холодно, — сказала она и полезла в сумку за ковшом, после чего открыла кастрюлю. — Вот, горячая лапша чтобы ты не замёрзла насмерть. — Не так уж и холодно, — Твайлайт взяла у Сансет тарелку с вилкой и начала дуть на кучу лапши с овощами. — Сказала та, кто одета в огромную куртку с перчатками. Твайлайт посмотрела на неё сквозь пар, поднимающийся от еды. — Ты не можешь прожить один день без язвительности, да? — Какое тогда в этом веселье? — Сансет начерпала себе миску и налила каждой из них по чашке горячего какао. — С Четырнадцатым февраля, Спарки. Твайлайт подняла свою чашку и чокнулась с Сансет. — С Четырнадцатым февраля, Шимми. Сансет фыркнула, радуясь, что ещё не сделала глоток. — Шимми? Твайлайт покраснела. — Тебе не нравится? — Я этого не говорила. Просто ты никогда не называешь меня иначе, как Сансет. Твайлайт подняла руку. — Я знаю. Но ты всё время называешь меня Спарки, — Она постучала пальцами друг о друга. — Я хотела тоже дать тебе ласковое прозвище. Сердце Сансет затрепетало, как это описывали во всех дрянных любовных романах. — Оооу, погоди а как же Санни? — Пинки и Артемис уже называют тебя так. Я хотела что-то своё. — Оууу, — повторила Сансет. — Ну, Шимми неплохо, но попробуй ещё, — Она зарылась в свой рамен, приятно удивлённая тем, что получилось. Твайлайт радостно замычала и кивнула головой. — Это действительно очень вкусно, Сансет! — Ну, это одна из немногих вещей, которыми я питалась три года, так что, надеюсь, у меня хорошо получается её готовить, — Какое-то время они позволили своему тихому жеванию и чавканью говорить за себя. Твайлайт поставила миску, на её лице осталась меланхолия. — Я знаю, ты хотела, чтобы мы просто забыли обо всём на один день, но… — Она переплела пальцы в перчатках. — Правильно ли что мы хорошо проводим время, когда вокруг нас так много всего происходит? — Она посмотрела прямо на Сансет. — Я имею в виду, Сирены похитили Артемиса, а Кристальное Сердце в руках непонятного вора. Но мы здесь на пикнике. Сансет не торопилась с ответом. Она много думала об этом между вчерашним и сегодняшним разговором. Это действительно было похоже на то, что сделала бы её эгоистичная версия: веселилась, пока другие страдали. Эта мысль крутилась в её голове всю ночь, она думала, что не заснёт. Сансет накрыла ладонью пальцы Твайлайт. — Я знаю, это как-то отстойно. Но на данный момент мы сделали всё, что могли, — Она сжала другую руку в кулак. — Я знаю, что Артемиса сейчас здесь нет, но знаешь, что бы он сказал, будь он здесь? Твайлайт покачала головой. — Он сказал бы пойти куда-нибудь повеселиться и больше улыбаться, — Сансет даже позволила себе лёгкую улыбку. — То, что мы развлекаемся, не означает, что нам всё равно. Мы не можем всё время быть поглощены плохими событиями. Твайлайт прислонилась к ней и закрыла глаза. — Я знаю это. Просто ощущения другие, когда это происходит прямо перед тобой. Сансет положила голову на голову Твайлайт. — Всего один день, помнишь? Это всё, что мы берём. Мы справимся. Обещаю, — Их обдувал холодный ветер, но в объятиях друг друга они почти не чувствовали этого. У Твайлайт вырвался зевок, она наклонилась и потянулась. — Погоди. Мне нужно отдать тебе подарок на четырнадцатое февраля, пока я не заснула, — Она взяла футляр для скрипки и положила его себе на колени. — Я сочинила мелодию специально для тебя. Сердце Сансет снова затрепетало как в дрянном любовном романе. — П-правда? Специально для меня, — Её щёки вспыхнули. — Твайлайт, я не знаю, что сказать. Твайлайт настроила скрипку и убрала её под подбородок. — Ничего не говори. Просто слушай, — Она быстро проверила струны и начала играть. Мелодия началась с быстрого темпа, состоящего из множества коротких и резких нот, которые создавали резкий звук. Это были руки Твайлайт, музыка всё ещё звучала элегантно, но Сансет понимала, что это должно было быть грубо. Взмахи Твайлайт стали медленнее и мягче, и она заиграла на длинных низких нотах. Печаль и одиночество нахлынули на Сансет, почти вызвав слёзы на глазах. Что-то ещё затесалось в музыке. Может быть, ностальгия? Это была не её собственная печаль, которую Твайлайт пыталась передать в своих штрихах, но эмоция оказалась достаточно сильной, чтобы Сансет прослезилась. Твайлайт поднялась на более высокие ноты и сыграла весёлую и трогательную мелодию. Сансет подумала о том времени, которое она провела со своими друзьями, узнавая каждого из них, их увлечения и предпочтения. Она резко втянула воздух, понимая, почему эта песня была написана для неё. Эта песня была ею. Начиная с того момента, когда она и Твайлайт впервые встретились, до того, как Сансет излила на неё все свои болезненные страхи и печаль, до того, как они проводили время друг с другом, пока Сансет росла как личность. Твайлайт подошла к концу, закончив с царственным и уверенным росчерком, последняя нота эхом отразилась от холма. Заметка на будущее: сделать что-то невероятное для Твайлайт. — Это… — Сансет больше не могла сдержаться. Она вытерла слёзы, катившиеся по лицу. — Это была самая прекрасная вещь, которую я когда-либо слышала. И… и ты сделала это для меня. Симфония ангелов. Неловко покраснев Твайлайт сказала: — Хах, Симфония ангелов. Неплохое название, — Она отложила скрипку и снова прижалась к Сансет. — Я рада, что тебе понравилось…мммф! Сансет прижалась губами к губам Твайлайт и повалила её на землю. Руки запутались в волосах, тела прижались друг к другу, Сансет с гордостью назвала бы это своим первым небрежным поцелуем с Твайлайт. Хорошо, что вокруг никого не было. Твайлайт держала руки на талии Сансет, двигая ими так, что согревала её сильнее, чем любые зимние штаны. Когда Сансет отстранилась, чтобы они оба могли дышать, Твайлайт спросила задыхающимся и нерешительным голосом: — Мы ведь не собираемся…? Сансет скатилась с Твайлайт, багровея лицом. — О, ох, н-нет, нет. Я просто… извини, я потерялась в моменте. Я имею в виду… если только… Твайлайт села, очки набекрень. Она отвела взгляд, когда сняла их и вытерла о свою рубашку. — Н-нет! Я имею в виду, не сейчас! Я имею в виду, мы на публике! Т-то есть я не не хочу! Я просто… Сансет нежно положила руку на ногу Твайлайт, заставив её обернуться. — Всё нормально. Я понимаю, — искренне сказала она. — Ещё и двух месяцев не прошло. И мне нравится, где мы сейчас, — Она была рада, что Твайлайт проявила достаточно здравого смысла для них обоих. Первобытное страстное желание начало подкрадываться к Сансет, то, которому, как она знала, и близко не была готова поддаться. Повернувшись лицом к лицу, Твайлайт улыбнулась и снова надела очки. — Ага. Это хорошо для нас. В книгах, которые я читала, и как говорила Каденс, важно двигаться в темпе, который удобен для нас обоих, и что важно общение, чтобы убедиться, что мы оба знаем какой это темп. — Ты мой маленький ботаник, — засмеялась Сансет. Она поцеловала Твайлайт гораздо нежнее. После того, как Твайлайт отстранилась, она опустила голову на колени Сансет и закрыла глаза. Девушка положила одну руку на голову Твайлайт, а другой опёрлась на её плечо, пока та смотрела на пятнистое небо. Это всё, что мне нужно. Это всё, чего я хочу, чтобы происходило прямо сейчас. — Эмм… ты когда-нибудь… делала это с Флэшем? Спокойствие нарушилось. Сансет посмотрела на Твайлайт с прищуром. Та открыла глаза и отпрянула. — Открытое общение! — умоляюще воскликнула она. Сансет вздохнула и снова посмотрела на небо. — Нет. У нас с Флэшем никогда не было секса. Любого рода, — Она почувствовала, как напряжение покинуло Твайлайт. — Прости, пусик. Сансет снова посмотрела вниз. — Пусик? — Никаких пусиков? Никаких пусиков

***

Удивление и благодарность наполнили Сансет. Вселенная сочла уместным дать ей два непрерывных часа с её девушкой свободных от драмы Мундэнсер. Конечно, она должна была знать, что в ту секунду, когда она ослабит бдительность, непременно случиться что-то плохое. Она и Твайлайт только допили последние кружки какао, когда зазвонил телефон Сансет. Секундой позже зазвонил и телефон Твайлайт. Они посмотрели друг на друга, затем проверили свои мобильники. — Мой от Рэрити, — сказала Сансет. — Мой от Рейнбоу. Сансет откинула крышку мобильного. — Это не к добру. Хей, Рэрес, в чём дело? — Привет, Сансет! — сказала Рэрити голосом, который, на взгляд Сансет, звучал слишком бодро. — Как проходит ваше свидание? — Всё шло отлично, — сказала Сансет, не пытаясь быть деликатной. — Разве ты не должна быть на свидании с Флэшем? — Мы позавтракали и посмотрели фильм. О, это было такое чудесное время! Кхм, но я звоню не по этой причине. — Что? — Внезапный крик Твайлайт заставил Сансет оторваться от своего телефона. Она обернулась и увидела, что девушка стоит на ногах и расхаживает по одеялу. — Рэрити, Рейнбоу только что позвонила Твайлайт, так что, если ты не хочешь, чтобы я услышала рассказ из вторых рук, тебе лучше обьяснить мне, что случилось. Рэрити глубоко вздохнула. — Даззлингс сейчас пели по радио, точнее, с радиостанции Каденс. У неё только что было с ними интервью, и они устраивают общегородское соревнование «Битва групп». Победитель получает пятьдесят тысяч долларов и возможность выступить перед ними на концерте на бис здесь, в Кантерлоте. — Что? Почему? — Я не знаю. Но я правда сомневаюсь, что это делается только ради рекламы. Сансет посмотрела на Твайлайт, всё ещё расхаживающую по одеялу. Соревнование? И выступление на бис? С ними любое соревнование обязательно породит негатив, который они будут поглощать. Но почему битва групп? И зачем позволять победителям выступать с ними? Телефон у неё в руке завибрировал, на экране высветилось новое сообщение. — Я перезвоню тебе, Рэрити. Спасибо, что сообщила. — Конечно, Сансет. Новое сообщение было от Селены и звучало весьма коротко: «Иди домой.» — Чтож, ладно, — Сансет убрала телефон и встала. — Даже не целый день, да? Это было приятно, пока нас не прервали, — Она начала собирать вещи, пока Твайлайт заканчивала свой разговор с Рейнбоу. — Это… неожиданно, — сказала Твайлайт. Сансет скатала одеяло и положила его в корзину. — Ага. Но это значит, что мы можем следить за ними. Напиши девочкам и скажи, чтобы они встретились у моего… у дома Трикси через полчаса. Твайлайт начала печатать, а Сансет продолжила думать. Кристальное Сердце у воровки-Ламии, а Даззлингс не собираються уходить без него. Сансет соединила несколько кусочков, но понимала что чего-то не хватает. Она и Твайлайт покинули парк, когда ветер стал холоднее, а солнце опустилось ниже. Это была короткая поездка обратно домой к Сансет, где Селена и Трикси ждали на кухне вместе с последним звуком, который Сансет ожидала услышать в их доме. К бою! Ты победитель устроем битву, музыкальный бой давайте к бою! Смелей боритесь! устроем битву, битву, битву Музыкальный бой! Сансет уронила свои припасы при звуке голосов сирен. — Почему вы включили это? — Она подняла бровь. — Мне казалось, вы слушаете «Утреннюю Ми Аморе»? Селена бросила на неё мрачный взгляд. — Это и есть «Утренняя Ми Аморе». — Верно! — зазвучал бодрый голос Каденс, когда песня стихла. — Вы только что услышали совершенно новую песню Даззлингс, прекрасно описывающую их объявление о Кантерлотской Битве Групп! Любой человек в возрасте от восемнадцати до тринадцати лет имеет право зарегистрироваться, чтобы получить шанс выиграть пятьдесят тысяч долларов призовых и шанс всей жизни! Открытие для самих Даззлингс, когда они будут играть в Кантерлоте на бис! Есть ли у вас всё необходимое, чтобы блистать ярче всех? И помните: победитель может быть только один! Твайлайт всхлипнула и уронила лицо в ладони. — Они добрались и до неё. Она играет только песни о любви. Я пыталась сказать ей, что они злые, но она меня не слушала! Сансет успокаивающе обняла Твайлайт за плечи. — Всё будет хорошо. Это всё временно, обещаю. Селена выключила радио. — Они пытаются продлить своё пребывание, чтобы найти Сердце, — сказала она, подтверждая мысли Сансет. — Я просто не понимаю, почему они предлагают такие экстравагантные призы. Можно подумать, они захотят делить сцену с кем-то. — Но это значит, что у нас ещё есть шанс спасти отца, — взволнованно сказала Трикси. — Вообще-то… — Стук в дверь прервал Сансет. Ха, они добрались сюда быстрее, чем я думала. — Простите, Селена, я не думала, что они приедут так быстро, но я пригласила друзей, — сказала Сансет, направляясь впускать их. — Привет, Сансет, — сказала Рэрити, стоя впереди всей группы. — Извини, что прервали ваше свидание. Сансет отошла в сторону, приглашая их внутрь. — Да, это облом, но происходящее важнее. Я просто удивлена, что вы все добрались сюда так быстро. Эпплджек сказала: — Мы четверо уже тусовались у Рейнбоу когда ты сказала придти. Нам просто нужно было дождаться Рэрити, прежде чем мы двинулись сюда. — Селена, — сказала Сансет, ведя их на кухню, — это остальные мои друзья. Все вежливо помахали. Селена искренне улыбнулась каждому из них. — Приятно познакомиться со всеми вами, правда. Сансет с любовью отзывается о вас, — Она посмотрела на Сансет. — И я не хочу показаться грубой, но почему они здесь именно сейчас? — Потому что я думаю, что они могут помочь. Это те, кто… — Сансет вздохнула и посмотрела в пол. — Те кто победили меня, когда я превратилась в демона, — Она снова оживилась. — Теперь у них есть магия, которая сопротивляется сиренам. Все взгляды теперь были прикованы к ней. Селена доверчиво кивнула, призывая продолжать. Трикси в лучшем случае выглядела подозрительно, но так же уделила Сансет своё внимание. Сансет глубоко вздохнула, выстраивая паззл в голове. — Итак, Сирены хотят устроить музыкальное соревнование, пока будут искать Сердце, чтобы подпитаться негативом, который оно усилит. Плохая новость в том, что несмотря ни на что, они станут сильнее. Но, думаю, я знаю, как их остановить, — Все поддались ближе, ловя каждое слово Сансет. — Перед тем, как Артемис… ушёл, вы, ребята, пытались найти контрзаклинание против магии сирен, верно? Селена кивнула. — Верно. Но мы не нашли ничего путного. — Не страшно, потому что я думаю, ответ был перед нами всё это время, — Сансет подняла ладони. — Как лучше всего забыть песню, которая вас достала? Пинки замахала рукой. — О, о! Я знаю! Другой песней! Сансет щёлкнула пальцами. — В точку! Лучший способ противостоять сиренам — больше музыки! Нам нужно музыкальное контрзаклинание! Артемис сам сказал: музыка — одна из древнейших форм магии. Если мы сможем создать контрзаклинание и выиграть конкурс, мы сможем сыграть его на концерте! Все, кто уже находится под влиянием, будут там или будут слушать, так что заклятие разрушится! Друзья смотрели на неё с удивлением и гордостью. — Это неплохой план, — осторожно сказала Твайлайт. Селена кивнула с задумчивым видом. — Нет, всё очень даже хорошо. Однако… — Она поджала губы. — Это требует, чтобы вы, девочки, подвергли себя опасности. — Но в этом-то и дело, — продолжала Сансет, — что это самый безопасный план, который у нас есть. Сирены уже поймали Артемиса. И, вероятно, думают, что у них больше нет врагов, о которых нужно беспокоиться, кроме вас. Они ничего не заподозрят, пока девчонки не перевоплотяться. Самое сложное — выйти в финал и победить. — Большевато препятствие для прыжка, Сансет, — сказала Эпплджек. — Я имею в виду, Пинки может играть на чём угодно, а Рейнбоу довольно хорошо играет на гитаре… — Потрясающе хорошо! Эпплджек закатила глаза. — Но остальные из нас не так хороши. — Это соревнование для подростков, Эпплджек, — сказала Сансет. — Вам не нужно быть потрясающими, просто оставайтесь в ритме и звучите лучше, чем другие гаражные группы. Рейнбоу вскинула вверх кулак. — Я полностью за этот план! Мы можем здорово оторваться и надрать сиренам задницу! Мы соберём группу, спасём мир, получим за это деньги и станем звёздами! В этом нет минусов! Эпплджек вытянула перед Рейнбоу руку. — Прежде всего, мы сделаем это, чтобы защитить наших близких. Нам потребуется практика, но если это означает, что Эппл Блум будет в безопасности, я эт сделаю. — Агасики, но это не значит, что мы не можем повеселиться по пути! — воскликнула Пинки, подпрыгивая на цыпочках. — Или выглядеть потрясающе при этом, — добавила Рэрити. Селена вздохнула. — Технически, я не могу остановить вас, девочки. Но поскольку вы все полны решимости помочь, я сделаю всё, что в моих силах и подсоблю, — Она снова улыбнулась. — Если кто и сможет спасти Артемиса, так это, мне кажется, вы ввосьмером. — Нет. Все головы повернулись к Трикси. — Что? — спросила Сансет. — Трикси сказала нет! — Она сжала кулаки. — Вы все просто веселитесь здесь, как будто в этом нет ничего особенного, утверждая, что вы все владеете магией и можете победить Сирен и спасти отца Трикси! Что ж, Трикси не будет оттеснена или сдержана кучкой бездарных ничтожеств! Особенно, когда вы относитесь к этому как к игре! — Её разгорячённый взгляд был сосредоточен на Рэрити, Пинки и Рейнбоу. Селена сузила глаза до холодных щёлочек. — Трикси, выбирай выражения! — Я и выбираю! — Трикси указала на Эпплджек. — Она сама сказала: половина из них не умеет играть на инструментах, а ты хочешь возлагать на них все наши надежды? — Трикси стиснула зубы. — Трикси этого не допустит. У Трикси есть магия и навыки, чтобы выиграть соревнование и спасти своего отца! Она не нуждается и не желает их помощи. Селена схватила Трикси за ухо. — Хватит этой ерунды. Мы не можем позволить себе драться между собой. У них будет больше шансов победить сирен, если ты добавишь к ним свою магию. Трикси с криком боли выдернула ухо. Она посмотрела на мать со слезами на глазах. — Не могу поверить, что ты на их стороне. У меня есть магия, чтобы победить сирен и спасти папу! Я докажу это! — Она повернулась и побежала к лестнице. — Беатрис Луламун, вернись немедленно! — Хлопнувшая дверь была единственным ответом. Селена потёрла лоб и закрыла глаза. — Мне очень жаль. Не думала, что она так себя поведёт. Сансет ответила первой. — Возможно, в её словах есть смысл. У неё действительно есть кое-какая магия, — Пусть и слабая. — Если она будет одной командой, а девочки — другой, у нас есть два шанса добраться до Сирен. — Это также означает, что вы будете сражаться друг против друга, чего и хотят сирены. — Не волнуйтесь, — сказала Рэрити. — Если это случиться, мы обязательно будем действовать с хладнокровием и сохраним нашу конфронтацию изящной и достойной. — Даже несмотря на то, что мы точно собираемся надрать им задницу! Ай! — Рейнбоу потёрла плечо, в которое ударила Эпплджек. — Не знаю, — сказала Флаттершай, прячась в своих волосах. — Я не думаю, что у меня есть то, что нужно, чтобы «надрать кому-нибудь задницу», особенно перед т-толпой. Сансет положила руку ей на плечо. — Ну же, Флаттершай. Ты уже дважды пони-апалась. И если тебе будет удобнее, мы придержим тебя в конце группы. Рейнбоу ударила себя кулаком в грудь. — Тем более, что все будут обращать внимание на меня и мои потрясающие навыки игры на гитаре! Тебя даже никто не заметит. Ай! — Она снова посмотрела на Эпплджек. — Хорошо, наконец-то у нас есть план, — сказала Сансет. — Идите домой, отдохните и приготовьтесь к завтрашней тренировке. Я попытаюсь придумать контрзаклинание. Она проводила их до двери и попрощалась. Твайлайт позаботилась о том, чтобы быть последней, и задержалась на пороге. Она посмотрела на свои туфли. — Должна ли… я тоже быть в группе? — Что? Конечно! Почему нет? — У меня нет никакой магии. Сансет пожала плечами. — Ну, я не думаю, что это им помешает или что-то в этом роде. Тем более что, из всех нас ты лучше всех играешь на инструменте. Твайлайт подняла голову и просияла. Она наклонилась и поцеловала Сансет, долго и нежно. — Спасибо за сегодняшний день, — мягко сказала она, отстраняясь. Сансет ошеломлённо кивнула. — Ага, без проблем. Спасибо за мелодию. Мне очень, очень понравилось. До завтра? — Ага, увидимся завтра. Они оба снова заколебались, прежде чем Твайлайт повернулась и поспешила за группой. Сансет медленно закрыла дверь и вернулась на кухню, обнаружив, что Селена уже ушла. Пошла поговорить с Трикси, осмелилась предположить Сансет. Она пододвинула стул и села за стол, барабаня пальцами по поверхности. — Контрзаклинание, да?

***

— Хорошего всем понедельника, — сказала Луна по громкой связи, когда начался первый урок. Сансет сидела рядом с Рэрити в первом ряду с карандашом и бумагой, продолжая делать пометки для своего заклинания. — Надеюсь, вы все хорошо провели выходные. В связи с объявлением о битве групп, организованной Даззлингс, мы расценили это как конфликт интересов с музыкальным шоукейсом нашей школы. Таким образом, он был отменён, поэтому любой участник может сосредоточиться на битве. Вы можете получить официальные регистрационные формы в офисе директора Селестии вместе с отказом от аренды инструментов в музыкальном зале. Удачи всем. И помните: победитель может быть только один. Сансет подняла голову, на лице появилось хмурое выражение. — Отлично, похоже, они добрались и до директоров. — Нам стоит смириться с тем, что мы единственные, на кого это никак не повлияло, — сказала Рэрити. — Это не значит, что мне это должно нравиться. — Теперь, если мисс Шиммер и мисс Белль перестанут болтать, мы сможем начать урок, — сказал мистер Ноутворти. Сансет почувствовала облегчение, увидев, что он ведёт себя нормально. Начало дня прошло без происшествий. Сансет взяла регистрационные формы и несколько бумаг об аренде и незаметно заполнила их на английском языке. Когда наступил обед, им нужно было только название группы. Атмосфера, в которую попала Сансет, войдя в столовую, была далека от привычной теплоты и открытости. На самом деле… по её спине пробежал холодок. Это напомнило ей о том, как она разделила школу. За столами по-прежнему сидели студенты из разных кружков и интересов, но все они казались отрезанными друг от друга, разбросанными по бескрайнему морю островами. Сансет подошла к одному из таких и села. — Кто-нибудь ещё чувствует смену настроения? Эпплджек кивнула. — Все напряжены больше, чем индейка перед ужином в честь Дня Благодарения. Сансет закатила глаза и вытащила регистрационную форму. — В любом случае, я почти закончила заполнять это, — Рейнбоу выхватила её из рук и начала читать. — Нам просто нужно имя, — раздражённо закончила Сансет. — Великолепная Семёрка, конечно! — воскликнула Пинки. — Но вас играет только шестеро. — Да, насчёт этого, — сказала Рейнбоу, поднимая форму. — Почему тебя здесь нет, и почему Твайлайт играет на скрипке? Твайлайт вздрогнула, как будто её ударили. Эпплджек, казалось, была готова снова стукнуть Рейнбоу, но её глаза остановились на бумаге. — Погодь, чего эт я играю на басу? — По порядку, — сказала Сансет, считая на пальцах. — Я не умею играть ни на каких инструментах, а даже если бы и умела, вы знаете, почему я не играю в группе. Твайлайт потрясающе играет на скрипке, так что будь благодарна ей за то, что она здесь. И потому, Эпплджек, что если мне придётся пройти через всё соревнование, слушая, как ты играешь на своём банджо, я гарантирую, что к концу либо оно, либо ты сломаешься пополам. Эпплджек скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. Рейнбоу хихикнула. — Она права, ЭйДжэй. Но тогда почему Твайлайт не может сыграть на чём-то другом? Скрипка стеснит наш рок-н-ролльный стиль. У нас уже есть бубен. — И синтезатор, — сказала Сансет, терпение которой уже было на исходе. — Вы не рок-группа, вы поп. Прими это. А теперь имя? — Звёздочка! Звёздочка! — запел голос. Пониперья Мундэнсер танцевала, держа в руке свою форму. — Мой космический цветок, я уверена, ты слышала новости! Музыкальный конкурс со сказочными призами! — Она опустилась и взяла руки Твайлайт в свои. — Что скажешь, Твайли? Мы с тобой вместе на сцене, привнося атмосферу классики и утончённости в толпу самодеятельных исполнителей и самодельных групп, обречённых трудиться в безвестности! Твои сладкие струны и мои тонкие клавиши могут смести их всех в звёздную пыль! Сансет улыбнулась, но почувствовала, как свело мышцы на щеке. — Ну, в одной из «самодельных групп, обречённых трудиться в безвестности», Твайлайт и играет. С нами. — Ага, скрипка в поп-группе, — сказала Рейнбоу, предпринимая слабую попытку скрыть свою горечь. Твайлайт превратила свой обиженный взгляд в острый. — Мундэнсер, — сладко сказала она, — не могла бы ты дать нам секунду? Нам нужно провести первое собрание группы. — Конечно, — сказала она. Сансет почувствовала некоторое удовлетворение, увидев, что её выгнали. Раздражение вернулось, когда она присоединилась к Твайлайт, глядя на Рейнбоу сверху-вниз. — Что не так со скрипкой? — спросила Твайлайт горячим шёпотом. Рейнбоу защищаясь подняла руки вверх. — Ничего такого. Я просто говорю, что это в поп-группе кажется странным. Сколько эстрадных песен по радио вы слышите со скрипкой? А если бы мы все ещё были рок-группой… — Рейнбоу, смирись с этим. Твайлайт играет на скрипке в поп-группе. Конец обсуждения, — отрезала Сансет. — Вообще-то… — Твайлайт бросила взгляд на Мундэнсер. — Может быть, мне стоит играть с ней вместо этого. Если бы взглядом можно было убивать, Сансет совершила бы убийство первой степени в отношении Дэш. — Почему? Твайлайт заломила руки. — Ну, как я и сказала вчера, у меня нет никакой магии. И я знаю, ты сказала, что это ни на что не повлияет, но мы не знаем наверняка, — Она понизила голос. — Кроме того, если я буду играть с Мундэнсер, мы сможем помочь другим группам не зайти слишком далеко. Затем в полуфинале у меня будет плохой день, и мы будем дисквалифицированы, помогая вам, девочки, дойти до конца. — Довольно коварно с твоей стороны, Твайлайт, — сказала Рэрити. — Но, безусловно, ценно. — Это справедливый компромисс, верно? — спросила Твайлайт у Сансет. — Рейнбоу получает свою группу без скрипки, я могу провести некоторое время с Мундэнсер и поиграть на скрипке, а так же помогу вам, девочки, спасти всех! Сансет услышала лёгкую обиду в голосе Твайлайт и захотела дать Рейнбоу по морде. «Нет» так и рвалось с языка, но она не могла заставить себя сказать это. У Твайлайт были здравые доводы. Тем не менее, Сансет не могла смотреть Твайлайт в глаза. — Да, это хороший план. Уверена, вы двое будете отлично звучать вместе. Твайлайт поцеловала её в щёку и сжала руку. — Не волнуйся, мы просто друзья. Я делаю всё это, чтобы помочь вам, хорошо? — Я знаю. И ценю это, правда. Твайлайт кивнула и встала из-за стола. — Мундэнсер! Мундэнсер появилась в одно мгновение, словно материализовавшись из воздуха. — Да, звёздочка моя? — Её глаза сияли надеждой. — Я решила объединиться с тобой. Всё как в старые добрые времена! Мундэнсер вскинула руки в воздух и развернулась. — О, радостный день! Музы даровали мне свою милость! — Она взяла Твайлайт за руку и потащила прочь. — Великолепно, просто великолепно! Пойдём сейчас же, у нас так много дел! Сочинять, тренироваться, наряжаться! Мы сотрясем небеса, ты и я! Когда они выходили из столовой, Мундэнсер оглянулась с тщеславным торжеством в глазах. Она написала тебе мелодию. Помни, она написала тебе мелодию. Даже так Сансет не могла не сжать кулаки под столом. Она повернулась к Рейнбоу, которая рассматривала свою картошку фри с невероятным интересом. Эпплджек подняла кулак и ударила Рейнбоу по плечу. — Ауч! — Спасибо, Эпплджек. — Без проблем, сахарок. Пинки взяла форму. — Ну, теперь мы не можем быть Великолепной Семёркой. У кого-то ещё есть идеи? Рейнбоу потёрла руку. — Как насчёт Рэйн… — Рейнбоу, клянусь любым богам, что слышат, если ты попытаешься назвать группу в свою честь, я примусь душить тебя, пока ты не станешь фиолетовой, — мрачным монотонным голосом сказала Сансет. — … бумс. Мы можем быть Рэйнбумс. Это то, что я собиралась сказать. Флаттершай подняла руку. — Мне нравится. Пинки кивнула. — Мы собираемся выстрелить радугой в сирен, верно? Считаю отлично подходит. Сансет закатила глаза и написала «Рэйнбумс» вверху страницы. — Хорошо, вы, девочки, официально Рэйнбумс. — А ты, Сансет? — спросила Рэрити. — Думаю, можно считать меня менеджером группы. Вы, девочки, сосредоточьтесь на тренировках, я позабочусь обо всём остальном. Вскоре после этого прозвенел звонок с обеда, и все поплелись в коридоры, толкаясь локтями и плечами, не спеша извиниться. И дальше будет только хуже, подумала Сансет. — Хей, Рэрити! Остальные девушки остановились и оглянулись, когда Флэш подошёл к ним. Рэрити пригладила волосы и улыбнулась. — Здравствуй, Флэш, дорогой. Как дела? — Все круто. Я в полном восторге от этой битвы групп. Как только моя группа победит, моя музыкальная карьера будет поставлена на карту! — Он поправил воротник куртки и одарил Рэрити той улыбкой, которая заставляла других девушек падать в обморок, в то время как Сансет внутренне давилась. — Итак, ты не хочешь прийти послушать репетицию моей группы после школы? Улыбка Рэрити стала болезненной. — Я бы с удовольствием, Флэш, но… мы с девочками тоже собираемся тренироваться. Флэш ошеломленно уставился на неё. — Тренироваться? Для чего? Сансет могла сказать, что он уже знал ответ. — Битва групп. Мы тоже участвуем. На мгновение он посмотрел через плечо Рэрити на других девушек, а затем снова на неё. — Ты шутишь, да? Кроме Рейнбоу, никто из вас не играет ни на каких инструментах. У вас даже нет группы. Рэрити поникла, по прежнему изо всех сил пытаясь изобразить вежливую улыбку. — Это не шутка, Флэш. У большинства из нас есть музыкальное образование, мы просто учимся играть на разных инструментах. Спокойный внешний вид Флэша раскололся, обнажив хмурого подростка под ним. — Не могу поверить, — Он ткнул в неё пальцем. — Не могу поверить, что ты собираешься соревноваться. Против меня! Я думал, я тебе нравлюсь! — Флэш, ты не понимаешь! — Я понимаю, что вы пытаетесь воспользоваться моим единственным шансом доказать родителям, что я чего-то стою — что музыка — это не просто хобби! Ты же знала, как сильно я этого хотел! Сансет встала перед Рэрити. — Остынь, Флэш! Это касается не только тебя, ясно? Флэш сузил глаза. — Это никогда меня не касается, да? Не тогда, когда ты рядом. Тебе просто нравится видеть меня несчастным, не так ли? — О чём ты говоришь? Он ударил кулаком по шкафчику. — Каждый раз, когда со мной должно произойти что-то хорошее, ты рядом, и это уходит. Первая Твайлайт приходит в Кантерлот, ты превращаешься в демона, а потом она уходит домой. Второй Твайлайт, оказывается нравишься ты. Я начинаю встречаться с Рэрити и пытаюсь осуществить свои мечты, ты настраиваешь её против меня, чтобы убедиться, что я проиграю! — Ты с ума сошёл! — Закричала Сансет, чувствуя как закипает кровь. — На этот раз я ни за что не позволю тебе победить меня! — Он фыркнул и протопал мимо них, всё ещё сжимая руки. — Не могу поверить, что думал, будто ты изменилась! Мы не друзья, Сансет, — Он снова посмотрел на Рэрити. — И кем бы мы с тобой ни были, уже ими не являемся. Они смотрели, как парень уходит, как и небольшая толпа, собравшаяся во время этого выступления. Эпплджек мягко подтолкнула их продолжать движение в класс, в то время как Сансет держала руку на плече Рэрити. Она выглядела более контуженной, чем когда-либо ещё, но вскоре у неё потекли слёзы. Ага. Будет только хуже.