Великолепная Семёрка

Сансет сидела в своей комнате, рассеянно размышляя и глядя на деревья снаружи, пока Эпплджек не постучала и не заглянула внутрь. — Хей, Сансет. Пинки хотела пойти посмотреть город. Хош с нами? Она вынырнула из раздумий и кивнула, отбросив подушку в сторону. — Да, звучит весело. Рэрити права, Сансет нужно было проводить с Твайлайт как можно больше времени, и она не могла хандрить в своей комнате. Закутавшись в тёплые куртки и шарфы, все вышли из хижины курорта. Городок Холлоу Шадес напомнил Сансет старые города поселенцев, которые она видела на картинках, деревенские и скромные. Машин на улицах было мало, как и детей с подростками, судя по обилию пожилых лиц. Снег небольшим слоем покрывал тротуар, а на головы срывался лёгкий шквал. Они оставили после себя две вереницы следов, когда шли к городской площади. Их встречали стандартные туристические магазины, начиная от ювелирных украшений и заканчивая дешёвыми местными безделушками и резьбой по дереву, а также старомодным почтовым отделением. — Итак, Пинкс, куда ты хочешь отправиться в первую очередь? — спросила Рейнбоу. Взгляд Пинки остановился на кондитерской, и она, не говоря ни слова, рванула туда. Эпплджек вздохнула. — Давайте проследим, шобы она не потратила все свои деньги в первый же день. Внутри их ждала слащавая витрина, конфеты всех форм и цветов, сложенные в банки на полках. Сансет видела, как у Пинки текла слюна, когда та бежала по проходу с мармеладными червями и леденцами. Она нашла землю обетованную. Сансет решила побаловать себя и купила небольшой пакет кислых шариков и ириски. Рэрити предложила купить конфеты для Пинки, если та пообещает не превышать пятнадцати долларов. Оказалось, что на пятнадцать долларов можно купить много конфет. Пинки ушла с двумя огромными пакетами, большая часть которых была заполнена леденцами. — Для Мод! — сказала она с паузами. — Она любит леденцы! Далее к ювелирному магазину устремились Рэрити и Мундэнсер, взяв с собой Твайлайт и Сансет. Сансет подавилась от вида коллекции безвкусных серьг и ожерелий по завышенной цене и стояла у входа, пока друзья делали покупки. Твайлайт подошла к ней с сапфировым кулоном. — Что ты думаешь, Сансет? Первый ответ: это выглядит глупо. Второй? Сансет улыбнулась. — Мне кажется, тебе всё к лицу, детка, — Она увидела, как Рэрити одобрительно кивнула. — Абсолютно согласна, — сказала Мундэнсер, подойдя сзади и расстегнув выбранное Твайлайт ожерелье. — Но я думаю, что эти подходят тебе гораздо больше. Они точно твои, — Она вручила Твайлайт пару аметистовых серьг в форме звёзд. Сансет скрипела зубами за тонкой улыбкой. Я не проиграю в эту игру сегодня. Она последовала за Твайлайт к зеркалу, наблюдая, как та примеряет серьги. — Знаешь, мне кажется, я видела музей по дороге сюда. Хочешь пойти проверить? Твайлайт энергично закивала головой и нахмурилась, когда одна из серёжек выпала. — Конечно. Я хотела бы узнать о местной истории. Взяв её за руку, Сансет вывела девушку из магазина, одарив Мундэнсер самодовольной улыбкой через плечо. Мундэнсер улыбнулась в ответ, но Сансет видела, как напряглись мышцы её щёк. Она всё равно последовала за ними, держась на приличном расстоянии. — Идём на склоны? — спросила Рейнбоу, когда они вышли наружу. — Нет, мы идём в музей! — бодро сказала Твайлайт. Рейнбоу вскинула голову к небу и застонала, выпуская тёплое облако пара. — К чёрту, я возвращаюсь в хижину. Позовите, когда решите заняться чем-то весёлым, — Она потопала прочь, убедившись, что её ботинки оставили более глубокие отпечатки на снегу. Твайлайт нахмурилась. — Из-за таких людей, как она, музеи могут когда-нибудь исчезнуть. — Не волнуйся. Такие люди, как мы, могут помочь им остаться на плаву, — Сансет подмигнула. Губы Твайлайт дёрнулись вверх всего на секунду. — Сансет, прости за вчерашний день. Я не хотела тебя напугать или расстроить. Насчёт возраста… — Она взмахнула рукой. — Это странно. Но я переживу это. Ты права, мы оба достаточно зрелые, чтобы справиться с этим. — Всё в порядке. Я знаю, что с этой магией… иногда трудно справиться. — Вот почему я пытаюсь это понять. Я просто… не ожидала ещё одного кривого удара, — Твайлайт отвернулась, больше не встречаясь взглядом с Сансет. Сансет проигнорировала тревожный трепет в груди. — Что ж, хорошая новость в том, что я почти уверена, что это последний из них. Ты знаешь все мои тёмные секреты, — в шутку сказала она, прежде чем до неё дошло откровение. Твайлайт знала о ней всё плохое, но всё ещё была здесь… Твайлайт прижалась ближе к Сансет. — Ага. Наверное, да. Игривая ухмылка Сансет вернулась. — Но мне кажется, что я не знаю всех твоих. Девушка закатила глаза, но слабый румянец проступил на её щеках. — Это потому, что у меня нет тёмных секретов, которые я могла бы рассказать. — Но у тебя всё ещё есть секреты. — Эй, смотри, мы пришли! — Твайлайт указала на вход в музей, окружённый двумя статуями медведей в натуральную величину. — Интересно, что мы найдём внутри! Мы не узнаем, стоя здесь на морозе! — Она взяла на себя инициативу, практически волоча Сансет вверх по ступенькам в тёплое здание. Они прошли по полу из тёмного дерева к стойке регистрации, Сансет небрежно взглянула на гобелены и портреты, выставленные в передней комнате. — Два билета… — Три! — воскликнула Мундэнсер, подбегая сзади. — Ох, Муни… — Твайлайт переступила с ноги на ногу. — Я не знала, что ты всё ещё позади нас. Мундэнсер надулась. — О нет, я прерываю личное время? — Да, — сказала Сансет. — Нет! В смысле, не совсем… В смысле… ну… — Твайлайт замолчала, переводя взгляд с Сансет на Мундэнсер. — Не волнуйтесь, я обещаю, что дам вам двоим необходимое пространство. Я просто хочу узнать о культуре, — Мундэнсер обошла их и заплатила за все три билета, прежде чем пропустить их. Сансет осторожно высвободила руку из хватки Твайлайт и посмотрела на неё сверху вниз, изо всех сил стараясь не сузить глаза. — Из любопытства… ты уже говорила с Мундэнсер? Твайлайт сжала пальцы. — Возможно, я немного пренебрегла этим. — Твайлайт. — Мне жаль! Я просто… не знаю, как поднять эту тему. — Всё просто, — Сансет расплылась в фальшивой улыбке. — «Эй, Мундэнсер, если ты не заметила, я встречаюсь с Сансет Шиммер, которая очень умная и горячая. Это означает, что я больше не доступна для твоих совершенно очевидных привязанностей.» Затем ты делаешь ту милую штуку, когда поднимаешь очки. Твайлайт поправила очки. — Я бы никогда не использовала «совершенно» в подобном предложении. Сансет повела её в следующую комнату. — Поэтому я немного импровизировала. Я о том, что, пожалуйста, поговори с Мундэнсер, до того как мы вернёмся домой. — Я поговорю, обещаю, — Она обернулась и посмотрела на Сансет. — Но ты уверена, что вы двое ладите? Сансет снова развернула её и продолжила вести вперёд. — Мы прекрасно ладим, — Её желудок сжался от этой лжи. — Она почти часть группы, — Горло сжал спазм, сдерживая желчь. Они вдвоём совершили самостоятельную экскурсию по музею, Мундэнсер заглядывала к ним время от времени. Они читали документы и видели картины с момента основания города почти двести лет назад, смотрели на мушкеты и пушки, использовавшиеся в военное время, и изучали гобелены и другие артефакты коренных жителей, которые жили на горе до того, как был построен Холлоу Шадес. Будучи размером с большой дом, в музее находилось всего шесть комнат с вещами, которые стоит исследовать. Последняя комната, в которую вошли Твайлайт и Сансет, была заполнена статуями и резными фигурами, каждая со своей табличкой. Они просмотрели коллекции животных и художественной резьбы, прежде чем Сансет остановилась перед очередной моделью белого волка, которую она уже видела в вестибюле курорта. Его голубые глаза были такими же, как и у другого, и смотрели ей в душу. Она посмотрела табличку. — Предвестник. Предзнаменование, которое бродит по горам. Появляется перед ударом трагедии, — Сансет нахмурилась. — Ну и ну, как мило. — Я нахожу это довольно любопытным. Сансет подпрыгнула и развернулась, посмотрев на Мундэнсер. — Нам действительно нужно надеть на тебя колокольчик. Мундэнсер приняла задумчивый вид. — Музыкальное сопровождение могло бы улучшить мои выступления. — Неважно, — Сансет повернулась к выходу. — Пошлите, я уверена, Рейнбоу уже устала от скуки. Сквозь тучи можно было разглядеть белый силуэт солнца, а снегопад превратился в крошечные хлопья. Огни вокруг города начали мерцать, направляя девушек обратно к курортной хижине. Пока они шли по главному вестибюлю и вошли в круг домов, комок свежего снега ударил Сансет в лицо, сбив её с ног. — Это Рейнбоу! — Заткнись, Пинки! Сансет зачерпнула горсть снега, вскочила на ноги и швырнула его в Рейнбоу, попав ей в живот. Она поспешила нырнуть под очередной снежный ком, который попал в Твайлайт. Та поправила свои перекосившиеся очки и схватила пригоршню, чтобы швырнуть в Эпплджек. Мундэнсер сделала шаг назад от нарастающей снежной войны. — Ну, я вижу, что вы, девочки заняты, так что я просто… — Шесть снежков забросали её, причём Сансет попала прямо в лицо. — Чтож, очень хорошо, — Она наклонилась, чтобы набрать снега, но Сансет снова ударила её, когда она подошла. Как говорится, подумала Сансет, катая очередной снежок, месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным. Боже, это звучало неубедительно даже сейчас. Она снова напала на Мундэнсер, но девушка сориентировалась и грациозно увернулась в сторону. Она открыла ответный огонь, попав Сансет в плечо. Сансет следила за тем, чтобы не каждый снежок летел в сторону Мундэнсер, время от времени целясь в Рейнбоу или Твайлайт, но в течение следующих двадцати минут она и Мундэнсер вели холодную войну. В ледяном круге было мало мест, где можно было бы спрятаться, поэтому девушки были уязвимы для любого нападения. Сансет уворачивалась и петляла, как могла, стараясь сохранить равновесие на скользкой земле. Её куртка служила хорошей защитой против обрушивающейся на неё холодной слякоти. Между боевым кличем и возгласами удивления Сансет показалось, что она услышала волчий вой в сгущающихся тенях. Она не обратила на это внимания, когда бежала через поле битвы, чтобы уйти подальше от совместных атак Рэрити и Эпплджек. Каблук её ботинка дернулся в сторону, нарушив равновесие и оставив её на милость гравитации. Она упала лицом вперёд на гравий, большая часть удара пришлась на лоб. Смех тут же стих, и она почувствовала, как кто-то быстро поднял её в сидячее положение. — Ауч, ты в порядке, Сансет? — спросила Рейнбоу. Если не считать внезапного головокружения, Сансет чувствовала себя прекрасно. — Думаю да? Прежде чем она успела поднять руку, чтобы осмотреть повреждения, Твайлайт подбежала и вытащила из кармана салфетку, приложив её ко лбу Сансет. — Ты истекаешь кровью! — Она отдёрнула салфетку, обнажив тёмно-малиновое пятно. Только после того, как Сансет увидела кровь, она почувствовала жжение от пореза. — Ух, вау, — Она позволила Твайлайт провести себя внутрь, снова прикладывая ткань. Шайнинг и Каденс тесно прижимались друг к другу перед центральным кострищем, когда туда вошли восемь девушек. Шайнинг вскочил и поспешил к Сансет. — Что случилось? — Ничего, — сказала она, махнув рукой. — Я поскользнулась на льду. Просто небольшой порез. — Небольшой разрез? — воскликнула Твайлайт, повышенным тоном. — Возможно, тебе придётся наложить швы! Смотри, сколько у тебя крови! — Сейчас, дайте-ка глянуть, — Шайнинг подвёл Сансет к дивану и снял испачканную тряпку. Он протирал порез каждый раз, когда тот наливался кровью. — Он глубокий, но недостаточно, чтобы накладывать швы. Однако тебе нужно дезинфицирующее средство и хороший пластырь. Мундэнсер подошла к входной двери. — Позвольте мне! Я пойду посмотрю, есть ли на стойке регистрации качественные медикаменты. Сансет приподняла бровь, затем вздрогнула, поняв, что повредила скептическую сторону своего лица. Твайлайт села рядом с ней. — Ты в порядке? У тебя ведь не кружится голова, правда? — Спарки, я в порядке. Я же говорила тебе, это всего лишь небольшой порез. Каденс подошла со свежей пачкой салфеток. — Я думаю, что это больше, чем «небольшой» порез. Уверен, что с ней всё будет в порядке? — Да, порез не так ужасен, как кажется. Хотя у неё может быть головокружение какое-то время, — сказал Шайнинг. — Что ж, сейчас самое время для обеда! — Каденс хлопнула в ладоши и поспешила на кухню. — Мисс Каденс, позвольте мне помочь с этим! — Эпплджек последовала за ней. Твайлайт взяла бумажные полотенца и промокнула порез Сансет, а когда Мундэнсер вернулась после долгого десятиминутного отсутствия, Твайлайт применила дезинфицирующее средство и наложила пластырь. Сансет наслаждалась вспышкой презрения в глазах Мундэнсер. Готовка еды на десять человек заняла некоторое время, но Эпплджек и Каденс приготовили чудесный ужин из тушёной оленины (и чечевицы для Сансет с Флаттершай), салата, хлеба и яблочного пирога на десерт. Обеденный стол не мог вместить всех, поэтому они собрались на диване, и разожгли центральный костёр. С тёплой едой, тёплым огнем и тёплой Твайлайт, прижимающейся к ней, Сансет забыла о своей новой травме. Девочки и Шайнинг рассказывали о вещах, которые они видели в городе. Флаттершай была в магазине трав, где продавали натуральные средства от простуды и болей. Шайнинг и Каденс исследовали лес, увидели несколько оленей и, если верить Каденс, тень медведя. — Это была всего лишь тень куста, — сказал Шайнинг, убирая пустую тарелку. — Я знаю, что я видела! Мундэнсер промокнула рот салфеткой и отложила тарелку. — Кстати о животных, я узнала интересную народную легенду о волке, который обитает в этих горах. — Оо, о, страшная история! — Пинки подпрыгнула на своём месте, затем устроилась поудобнее между Эпплджек и Рейнбоу. — Ты имеешь в виду того волка-предвестника? — спросила Сансет, приподняв вторую бровь. — Того самого, — мундэнсер встала и подошла к огню, отбросившему на неё драматическую тень. Она подняла руки и растопырила пальцы. — Белый волк, известный как Предвестник, — сказала она загадочным голосом. — Говорят, что это проявление отрицательной энергии. Оно выглядит как дурное предзнаменование, несущее с собой трагедию или разорение, — Она подняла руки вверх, затем медленно опустила их, пошевелив пальцами. — В последний раз, когда он появлялся, на город обрушилась снежная буря, перекрыв все въезжающие и выезжающие дороги. Она сгорбилась и сжала пальцы. — Он подпитывается раздором, который приходит с трагедией, что он приносит, и тянется к тьме в сердцах людей, — Её взгляд упал на Сансет. — Так что будьте осторожны. Если вы увидите его, можете винить только себя в последующей трагедии. Она сделала небольшой реверанс в ответ на вежливые аплодисменты и упала на своё место с другой стороны от Твайлайт. Сансет закатила глаза от театральности Мундэнсер, но подумала о двух статуях волков, которые она видела. Их глаза казались такими живыми. Странно, однако, что они держат статую несущего гибель в отеле. Даже если это для туристов. Кусочки яблочного пирога разделились между всеми, прежде чем Эпплджек передала Пинки командование их ночными развлечениями. Не имея достаточно большой настольной игры для всех, Пинки заставила всех играть в карточные игры, от Гоу Фиш до Блэкджека. Шайнинг наблюдал за ней, подняв бровь, но ничего не сказал. Это во многом помогло его победной серии. После этого девушки разошлись для индивидуальных ночных занятий. Сансет помогла Рэрити заплести волосы Флаттершай, пока остальные были заняты беседой и настольными играми. — Ты же не думаешь, что история Мундэнсер была правдой, да? — тихо спросила Флаттершай, играя со складками своей блузки. — Умоляю, — усмехнулась Сансет, — она просто драматизирует. «Тьма в сердцах людей»? Звучит как что-то из дрянных видеоигр Рейнбоу. Рэрити взяла заколку и аккуратно воткнула её в розовую гриву Флаттершай. — Прошу прощения, но разве ты не родом из страны, где дружбу можно использовать в качестве оружия с помощью волшебных ожерелий? — Я всё ещё придерживаюсь своего мнения, — Сансет не сомневалась в том, что волшебный волк существует или существовал в прошлом, но она была уверена, что Мундэнсер приукрасила какую-то часть своей истории. Пинки налила им всем кружки горячего шоколада, а потом Шайнинг приказал им лечь спать, чтобы они рано утром могли отправиться на склоны. Твайлайт поцеловала Сансет на ночь, затем очень нежно поцеловала в месте пластыря. Они разошлись, Сансет последовала за Рэрити тянущей самодовольную ухмылку. — Похоже, вы двое вернулись к нормальной жизни, — сказала Рэрити, откапывая свою пижаму. — Я полагаю, вы всё обсудили? Сансет вытащила зубную щётку и пожала плечами. — Вроде того. Она сказала, что ей жаль, что она психанула, а я сказала, что всё в порядке и что у меня больше нет тёмных секретов. Так что, ну знаешь… Челюсть Рэрити дёрнулась. — Может быть, это потому, что я не была там чтобы понять всю суть контекста, но похоже, что вы меньше сглаживали ситуацию и просто… свернули её и отодвинули в сторону. — Зачем говорить о том, что мы уже знаем? Всё это странно, она признала это, я признала это. Я думаю, что мы на одной волне. На этот раз вся левая сторона лица Рэрити дёрнулась. Она встала, держа пижаму в руке. — Хорошо, будь по-твоему. Глядя на твоё поведение довольно легко поверить, что ты на самом деле не старше всех нас, — Она вздёрнула нос и направилась в ванную. Сансет смотрела ей вслед, склонив голову в замешательстве. Поняв, что поздно ночью это не стоило усилий, она переоделась в пижаму и приготовилась ко сну. Когда она легла, заложив руки за голову, мысли о прошедшем дне продолжали вертеться в голове. И вот она здесь, за много миль от единственного города, который она когда-либо знала в этом мире. В этом, безусловно, был трепет, но это не так изменило жизнь, как предполагала Сансет. Может быть потому, что все её друзья были с ней. Дом там, где сердце и всё такое. Она подумала о Твайлайт, и недовольные слова Рэрити подкрались к ней. Чего ещё она хотела от Сансет? Твайлайт пыталась заглянуть что кроется за волшебной странностью… ну, она пыталась изучить её для своего понимания, но это было почти то же самое. Пытается ли она понять это, чтобы перестать чувствовать себя… не похожей от меня? Сансет перевернулась и уставилась в стену. Она ничего не могла сделать, чтобы изменить то, кем она была, как бы ей ни хотелось. Несмотря на то, что думала Рэрити, разговор об этом ничего не даст, кроме подчёркивания того, что Сансет и Твайлайт уже знали. Глаза Сансет закрылись, лёгкое ритмичное посапывание Рэрити усыпило её. Я и Твайлайт снова разговариваем. Этого достаточно для меня. Она открыла глаза, уставившись на саму себя напротив. Сансет провела рукой по полированному полу, наблюдая за своим отражением, повторяющим её действия. Она встала и огляделась, обнаружив себя на стенах и потолках, десятки её двигали головами влево и вправо. — Ты выглядишь потерянной, солнышко, — сказал холодный голос. Пара рук схватила Сансет за лодыжки, она посмотрела вниз и увидела сквозь пол зубастую версию себя. Сансет принялась брыкаться и бороться, но сумела только потерять равновесие и удариться о землю. — У нас уже был такой разговор: от себя не убежишь! — Глаза зеркальной Сансет почернели, когда она потащила настоящую вниз. Сансет попыталась подтянуться, но хватка оказалась слишком сильной, и она упала, наблюдая, как другая Сансет ухмыляется и смеётся. Мир вокруг неё потемнел, и хотя другая Сансет перестала дёргать её за ноги, она чувствовала себя раздавленной окружающими её тенями. — Твайлайт права, ты же знаешь, — Два огненных шара ожили по обе стороны от Сансет. Они заскользили вперёд, прежде чем разойтись в противоположных направлениях, оставляя за собой следы. — Ты просто слишком отличаешься от неё — от них всех, — Два шара снова сошлись на кончиках её растрёпанных волос, и Сансет увидела огненные очертания своего демона. Сансет попыталась возразить, но когда она открыла рот, в него хлынула тьма, обволакивая язык едкой горечью. — Они все по-прежнему паиньки. Они не грешили так, как ты! Они не прибегали к чёрной магии и не пытались захватить мир! — Моя… магия… теперь хорошая! — Выдавила Сансет. Её демон насмехался над ней, пламя горело более тёмным оттенком красного. — Ха! Покрой его таким количеством блёсток, сколько пожелаешь! Мы оба знаем, на что действительно способны! На что я способна! И так как ты не вернёшься к этому сама… — Лицо рванулось вперёд, прогоняя тьму, но оставив Сансет задыхаться в жгучем пламени. — Мне придётся заставить тебя воспользоваться этой силой! Ад закружился вокруг Сансет, медленно высасывая из неё кислород. Она схватилась за горло и упала на колени, отчаянно дыша. Огонь рассеялся, позволив ей набрать полную грудь пепла. Она кашляла и задыхалась, от зловонного воздуха щипало глаза. Когда слёзы утихли и она смогла видеть, новая волна едва не накрыла её. Кантерлотская школа и окружающие её окрестности представляли собой не более чем обугленные скелеты, а некоторые здания по прежнему горели. Дым поднимался в кроваво-красное небо, закрывая солнце. Вся трава сгорела, сменившись лужами магмы. — Не могу дождаться, когда сожгу всё, что тебе небезразлично. Дрожащие ноги Сансет тащили её по разрушенному двору школы. Среди обломков лежали все её друзья, разбитые, истекающие кровью или рассеянно смотрящие в небо. Её дрожь усиливалась каждый раз, когда она проходила мимо. Эпплджек и Флаттершай. Рейнбоу и Пинки. Рэрити и Флэш. Все Луламуны. Твайлайт сидела, прислонившись к сломанному входу, склонив голову. Сансет подскочила к ней, срываясь в истерических рыданиях, когда приблизилась. — Твайлайт! Твайлайт, пожалуйста, не уходи! Пожалуйста! Твайлайт подняла голову, её глаза лишились всякой надежды и радости. — Почему, Сансет? Зачем ты это сделала? Сансет подскочила на кровати, испустив короткий вскрик, прежде чем заткнуть кулаком рот. Она посмотрела на Рэрити, всё ещё спящую в своей косметической маске. Яркие образы и запахи из её сна нахлынули на девушку, и Сансет, зажав рот рукой, вскочила с кровати и бросилась в ванную. Ей удалось заставить себя успокоиться, но кожа оставалась потной и липкой, а руки сильно дрожали. Её отражение в зеркале показало широко раскрытые, налитые кровью глаза. Сансет вспомнила, что натворило её последнее отражение, и быстро попятилась из ванной. Она удалилась на кухню, чтобы взять стакан воды для своего пересохшего горла. Её руки всё ещё дрожали, расплескивая воду из чашки, но она старалась хотя бы не уронить её. Перейдя в гостиную, она съёжилась на диване, прижав колени к груди. Я не понимаю. Я должна была покончить с этим. Я облажалась, я знаю, что облажалась. Но я отбыла своё наказание, верно? Я понимаю дружбу. Я понимаю гармонию! Моя магия на концерте… Сансет прижала руку к лицу. Была ли Она права всё это время? Неужели она победила Сирен только для того, чтобы оставить мир уязвимым перед чем-то более опасным? Сансет слышала смех в своём затылке, чувствовала жар пламени на своей коже. — Нет, теперь я в порядке. Должна быть. — Сансет? Она подпрыгнула, выплеснув на себя то немногое, что осталось в чашке. — Твайлайт! — Сансет посмотрела поверх дивана, обнаружив девушку, стоящую у подножия лестницы, одетую в ночную рубашку и штаны. — Что ты там делаешь? Твайлайт, шаркая, подошла. — Если честно не уверена. Я проснулась и больше не смогла заснуть. Я просто чувствовала, что мне нужно встать и спуститься вниз, — Она села рядом с Сансет, но оставила между ними немного места. — Почему ты не спишь? Сансет криво улыбнулась и потрясла пустой чашкой. — Просто нужно было немного воды. Даже в темноте Сансет могла видеть скептический взгляд Твайлайт. Она протянула ладонь и накрыла руку Сансет. — Ты дрожишь. И горишь. Сансет высвободила руку из хватки Твайлайт и снова сжалась. — Мне холодно, — сказала она. У неё не было сил играть в свою обычную игру. Твайлайт подошла к камину и включила его, поддерживая пламя на низком уровне. Она вернулась на диван, устроившись поближе к Сансет. — В чём дело? Простой вопрос с простым ответом. Но язык Сансет прилип к нёбу, словно приклеенный. Вместо этого она опёрлась на плечи Твайлайт и закрыла глаза, не в силах смотреть на огонь. — Забавно, как вещи повторяются, — осторожно сказала Сансет, её язык позволял ей говорить до тех пор, пока она танцевала вокруг этой темы. — Что ты имеешь в виду? — Я вспомнила вечеринку с ночёвкой… на Хэллоуин. Мою первую ночёвку. Ты нашла меня на кухне. Ты застала меня, наверное, в худшем состоянии. Твайлайт с любовью провела пальцами по волосам Сансет. — Я действительно не знала, что делать. Я просто хотела, чтобы тебе стало лучше. Сансет заурчала от прикосновения пальцев Твайлайт. — Это напоминает мне о той ночи, — Её голос стал мягче. — Это был первый раз, когда я открыла тебе свои секреты, — Он начал дрожать. — Может быть, это первый раз, когда я поняла, что ты мне нравишься. Я просто не хотела этого признавать. Она захныкала, уткнувшись в плечи Твайлайт, пока та обнимала её. — Я думала, всё кончено, Твайлайт! Я думала, что кошмары пройдут! Но они продолжают приходить — Она продолжает приходить! Снова и снова, чтобы преследовать меня! Я вижу, как всё горит! Я теряю контроль над собой! Я вижу, что вы все, девочки, уходите, умираете! — Шшшш, — Твайлайт качала её взад-вперёд. — Это просто плохой сон, Сансет. Это не может навредить тебе. — В том то и дело, что может! Я знаю, что может! Они слишком реальны! Это не просто сны, это предсказание! — Сансет вцепилась в рубашку Твайлайт. — Я знала это… я знала, что использовать магию — плохая идея! Как будто она сидит прямо здесь! Прямо на задворках моего сердца. Одна ошибка… одна ошибка, и я… я боюсь, понятно? Боюсь того, что будет дальше. Твайлайт подняла голову Сансет, слёзы наполняли её глаза. — Но, Сансет, твоя магия хорошая. Ты доказала это. Сансет покачала головой. — Это всё ещё магия. Это по прежнему сила. Это всё, чего она хочет: силы. И я предоставила ей шанс. — Сансет… ты говоришь так, как будто она отдельный человек. Если говорить о Сансет, то так оно и было. Её демон олицетворял всё, что она пыталась оттолкнуть. Она была не чем иным, как тенью прошлой жизни. Тенью, которая глубоко вонзила свои когти в сердце Сансет. — Она моя тьма, Твайлайт. И как бы я ни старалась, я не могу заставить её уйти. Твайлайт снова обняла её и приблизила губы к уху Сансет. — Она может быть тьмой. Но ты, Сансет Шиммер, у тебя всё под контролем. И ты светлая. Я знаю, что это так, и это никогда не изменится. Ты самый яркий свет, который я знаю, и мне… нравится, как ты освещаешь всех нас. — Твайлайт… — И мы здесь, чтобы помочь тебе тоже. Мы слишком заботимся о тебе, чтобы допустить, чтобы с тобой случилось что-то плохое, — Твайлайт снова сблизила их лица. — Мы здесь ради тебя. Мы — твой свет, когда ты не видишь свой собственный. Мы не позволим тьме завладеть тобой. Сансет увидел в глазах Твайлайт несколько вещей. Своё потрясённое и испуганное отражение, честность, надежда, сострадание… и любовь. Это было совсем как на Хэллоуин. За исключением одного отличия. Их собственная гравитация сблизила их, и они закрыли глаза, когда губы соприкоснулись. Сансет ощутила соль и своих слёз, и слёз Твайлайт, а также сладкую мяту от её зубной пасты. Она начала медленно, разминая и лаская губы Твайлайт, прежде чем надавить на её рот. Они упали, и Сансет оказалась сверху, её ноги обвили талию Твайлайт. Сансет провела руками вверх и вниз по щекам Твайлайт, в то время как Твайлайт играла с рубашкой Сансет, медленно двигаясь от живота к груди. Они оба тихо застонали от прикосновений друг друга и усиливающейся интенсивности их поцелуев. Горячее, первобытное желание снова нахлынуло на Сансет, и здесь, перед камином, когда за окном кружился снег, она подумала, что они оба, возможно, готовы поддаться ему. Да, вот так. Сорви цветочек своей драгоценной Твайлайт. Жгучее желание превратилось в холод, и Сансет оторвалась от Твайлайт, села и тяжело задышала, прижимая руку к сердцу. Твайлайт подняла голову. — В чём дело? — Сансет уловила нотки разочарования в её голосе. Когда её сердцебиение нормализовалось, насмешливое хихиканье демона Сансет стало тише. Сансет откинулась на диван и закрыла глаза. Она не могла этого сделать. Сансет хотела верить, что путь до конца с Твайлайт будет на её собственных условиях, но с демоном, витающим вокруг, всё казалось победой её тёмной похоти, и слабостью против Мундэнсер. Это не справедливо. По отношению к каждой из нас. Она открыла глаза, Твайлайт всё ещё смотрела на неё с беспокойством. — Ничего, — Сансет посмотрела на мерцающее пламя в камине. — Я просто… не хочу попасться твоему брату. Мне бы очень не хотелось портить поездку всем остальным из-за того, что мы попали в беду. — О-о… да, я думаю, это было бы плохо. Сансет снова коснулась рукой щеки Твайлайт. — Спасибо за то, что ты здесь. Я очень ценю это. Твайлайт улыбнулась, её лицо просияло в свете огня. Давай, скажи это. Сансет открыла рот, но ничего не вышло. Разговор с Рэрити всплыл в памяти. Произнесение этих слов было огромным шагом вперёд. Сансет хотела, чтобы за ними был вес, а не просто спонтанная страсть, которая было всего несколько секунд назад. Подумав об этом, Сансет была рада, что между ней и Твайлайт ничего не произошло. Да, Сансет хотела, чтобы её слова имели вес. В то же время, хотя она знала, что это не какой-то мимолётный подростковый роман, она не могла связать Твайлайт этими тремя словами. Она должна была быть готова отпустить её через несколько месяцев. Она должна была быть готова сделать разрыв максимально безболезненным. Она всё ещё лежала рядом с Твайлайт на диване, устроившись на изгибе её шеи. Они обняли друг друга и закрыли глаза. Сансет была просто счастлива ещё немного побыть с Твайлайт.