Великолепная Семёрка

Твайлайт села на своё место в начале класса углублённого английского. Воскресенье прошло так же, как и суббота: долгие часы безрезультатных поисков. Хотя ей удалось поспать несколько часов благодаря тому, что её разум заставил себя отключиться после столь долгого бодрствования, её отдых был в лучшем случае прерывистым. Подсознание разыгрывало некоторые сценарии, созданные её бодрствующим разумом. Она видела, как Сансет держали в плену и экспериментировали над ней правительственные чиновники, как она потерялась где-то глубоко в лесу, брошенная умирать в овраге или реке и даже похуже. Глаза налились кровью, а желудок вёл себя неадекватно при мысли о еде — хотя она знала, что в её организме не хватает питательных веществ — Твайлайт вытащила себя из постели и попросила отца отвезти её в школу. Родители предложили остаться дома, но Твайлайт никогда раньше не пропускала школьные занятия. И если бы у неё был шанс чему-то научиться у любого из студентов, она бы им воспользовалась. Это был голос не Луны, а Селестии, который раздался из громкоговорителя как раз в тот момент, когда прозвенел звонок, озвучивая инструкции. — Доброе утро, студенты, — торжественно сказала она. — Боюсь, у меня для вас тревожные новости. Рано утром в субботу было сообщено о пропаже ученицы нашей школы Сансет Шиммер. По классу прокатился ропот. Твайлайт напрягла слух, пытаясь уловить каждый из разговоров, но эхо голоса Селестии сделало это невозможным. — Если вы видели её или знаете, где она может быть, пожалуйста, свяжитесь с полицией. Многие, включая меня и Луну, хотели бы видеть её в целости и сохранности. Селестия прочитала остальные общие объявления, а затем завершила речь, вернувшись к своим ежедневным обязанностям. Приглушённый шепот стих, и Твайлайт, которая не отрывала взгляда от своего стола, чувствовала на своей спине тяжесть двадцати пар глаз. Она посмотрела налево, заметив, как один из учеников дёрнул головой в сторону доски. Верно. Мои отношения с Сансет не были секретом. Они будут смотреть на меня как на эпицентр всего этого. На девочек тоже. Твайлайт сжала кулаки под столом, гадая, сколько раз она ещё услышит «мне очень жаль». Или, что ещё хуже, сколько людей втайне будут счастливы, что Сансет больше нет. Несмотря на то, что Сансет изменилась, Твайлайт всё ещё слышала шёпот и бормотание обиды за на её прошлые действия. Конечно же, как только урок закончился и Твайлайт направилась на следующий, несколько учеников остановили её, чтобы выразить свои соболезнования и надежды, что Сансет скоро вернётся. У некоторых хватило наглости спросить её, что случилось и не поссорились ли они с Сансет. Твайлайт пришлось побороть порыв, без сомнения, полученный от Сансет, отдавить им ноги и вместо этого просто уйти. Обед привёл её к столу со всеми её друзьями и, что удивительно, Флэшем. Он сидел рядом с Рэрити, положив руку той на спину. Твайлайт видела, что она не единственная, кто плохо спал. У всех были налитые кровью глаза или мешки под ними. В то время как приглушённая атмосфера цеплялась за их стол, остальная часть столовой продолжала жить, как будто ничего не случилось. Лишь случайные взгляды в сторону Великолепной Семёрки намекали на ненормальность. — Итак, какие… — Рейнбоу широко зевнула. — …какие планы после школы? Вернуться в лес? Эпплджек распределила картофельное пюре по тарелке. — Мы могли бы попытаться, но мы не сможем уйти намного дальше, прежде чем нам придётся развернуться и идти обратно. — Хотя ещё один день не повредит, — сказала Рэрити. — Я могу уговорить группу пойти с нами, — предложил Флэш. Твайлайт, должно быть, посмотрела на него с удивлением, потому что он добавил: — Она и мой друг. И я довольно плохо отнёсся к ней во время Битвы Групп, — Он отвернулся, печальная тень легла на его глаза. — Я знаю, она сказала, что всё круто, но я до сих пор чувствую, что должен загладить вину. Пинки, несмотря на свой измождённый вид, широко улыбнулась ему. — Мы примем любую доступную помощь. Мундэнсер подошла к столу и села рядом с Твайлайт на то место, которое должно было быть местом Сансет. Однако она сделала это без своей обычной грации и элегантности. — Как у тебя дела, Твайлайт? Ох, нелепый вопрос. Я знаю, как сильно, должно быть, болит твоё сердце, — Она положила руку поверх руки Твайлайт. — Если тебе что-нибудь понадобится, я всегда рядом, — сказала она с мягкой печалью. — Но я уверена, что Сансет скоро вернётся, живой и здоровой. — Спасибо, Муни, — сказала Твайлайт, подвинувшись, чтобы обнять её. Тёплые объятия Мундэнсер и запах мыла оказались терапевтическими и немного подняли настроение Твайлайт. — Ты поможешь нам её найти, да? — Я сама обыщу всю Верхнюю виллу, если понадобится. После школы семеро девочек и Флэш направились в лес. Твайлайт взяла с собой топографическую карту, чтобы отметить, где они уже были. Весь вечер они звали Сансет и обыскивали ниши и узкие расщелины. Тем не менее, даже после того, как они кричали так, что у них пересыхало в горле, они вернулись на опушку леса ни с чем, даже без зацепок. Шайнинг так же вернулся домой без вестей, ни хороших, ни плохих. Полицейский обыск был особенно сложным, потому что у Сансет не было официальных документов, с которыми они могли бы работать, только поддельные документы, которые она дала школе, а Шайнинг не мог никому рассказать об истинном происхождении Сансет. В ту ночь Твайлайт почти не спала, ей снилась Сансет пострадавшая и избитая. Твайлайт знала, что Сансет сильнее, чем любили показывать ей сны, но были ситуации, из которых даже Сансет не могла выпутаться. Вторник оказался хуже понедельника, потому что каждое занятие было суровым напоминанием об отсутствии Сансет. Место рядом с Твайлайт оставалось пустым, оставляя её без партнёра по химии и тригонометрии. Впервые Твайлайт обнаружила, что не может сосредоточиться на слове, сказанном мисс Вектор. Раньше, когда она злилась на Сансет, она могла с головой уйти в работу, чтобы отвлечься. Сансет, по крайней мере, всё ещё была рядом, выглядя грустной или задумчивой, её брови были слегка сведены вместе, а губы сжаты или надуты в зависимости от того, насколько плохо она себя чувствовала. Слеза капнула на пустую страницу. Глаза Твайлайт сфокусировались, увидев, что она написала только дату вверху своей работы. Её рука держащая ручку тряслась. Она взглянула на часы, с облегчением увидев, что до конца учебного дня осталось всего десять минут, и разочаровалась тем, что сегодня не сделала ничего полезного. Наконец прозвенел звонок, и Твайлайт сунула свои вещи в сумку. Она быстро прошла по коридорам к вестибюлю. Ладно, может пора поискать где-нибудь помимо леса. Шайнинг покрыл всё в районе пригорода, но центр — большое место. Мы могли бы попробовать там сегодня, а потом, может быть… — Лично я надеюсь, что она не найдётся. Я ни капельки не буду по ней скучать. Прозвучало не очень громко, но Твайлайт уловила это, как вора в очереди. Девушка стояла по другую сторону вестибюля, болтая с подругой с ухмылкой на лице. Твайлайт не поняла, что произошло дальше. Её телу стало необычайно жарко, а зрение затуманилось, пока всё не превратилось в красноватую дымку. Она почувствовала, что движется, почувствовала, как её кулак вылетел вперёд. Когда её зрение прояснилось, дыхание стало прерывистым, а костяшки пальцев тёплыми, как будто они только что соприкоснулись с чем-то. Слёзы текли по её лицу. Она разжала руку и вытерла их, затем оглядела молчаливых зрителей, замерших одновременно в шоке и благоговении. Твайлайт посмотрела себе под ноги и увидела девушку, с стоном схватившуюся за щеку. Точки в её сознании сошлись, и Твайлайт отшатнулась. — Ох. ой… — Мисс Спаркл. Она обернулась, её ошеломление превратилось в чистый ужас и неминуемую гибель, когда директор Селестия пальцем поманила следовать за ней. Луна прошла мимо Твайлайт, чтобы позаботиться об упавшей девушке. Твайлайт последовала за Селестией, пытаясь придумать, что сказать. Но её поступку не было оправдания. Он был бессмысленным, это не вернёт Сансет. Кого волнует, что сказала какая-то случайная девушка? Ноги принесли её к кабинету Селестии. Это был второй раз, когда её тело, казалось, действовало без её команды. Она села на стул напротив стола Селестии и склонила голову. — Твайлайт, я сочувствую тому, через что ты проходишь. Твайлайт взглянула на терпеливое и искреннее лицо директора. Даже после того проявления насилия она оставалась спокойной и собранной. — Сочувствуете? Селестия кивнула. — Ты опечалена, напугана и зла глубоко внутри. С такими ситуациями никогда не бывает легко справиться. Что такого сказала мисс Уиллоу, что всё всплыло на поверхность? Кровь Твайлайт снова закипела. — Она сказала, что надеется, что Сансет не найдёться. Селестия кивнула и вздохнула. — Грубые слова, конечно. У тебя есть полное право злиться, Твайлайт, но ты же знаешь, что я никогда не одобряла каких-либо насильственных действий, независимо от причины. — Я знаю. Я не понимаю, что случилось. Я только увидела красный цвет, и следующее, что я осознала… — Твайлайт сдулась на своём месте. — Я приму любое наказание, которое вы мне назначите. — Один день отработки. Но я не запишу это в твой безупречный послужной список. Я также рекомендую проконсультироваться с школьным психологом, если тебе больше не с кем поговорить. — Нет, спасибо. У меня есть с кем поговорить, — Хотя Твайлайт не была уверена, о чём ей нужно было поговорить. Селестия сказала достаточно: она была грустной, испуганной, злой и усталой. Она встала и схватила рюкзак. — Спасибо, что… не отстранили и не исключили меня, — неуверенно сказала она. Селестия понимающе улыбнулась. — Увидимся завтра, Твайлайт. Иди домой и отдохни. Твайлайт ещё раз поблагодарила её и ушла. Как только она закрыла дверь кабинета, к ней подскочила Рейнбоу и потащила по коридору к ожидающим их друзьям. — Ты реально кого-то ударила? — спросила Рейнбоу с восхищённой ухмылкой. — Напомни не переходить тебе дорогу. — Твайли, скажи мне, что ты на самом деле не опустилась до насилия? — спросила Мундэнсер. — Я не знаю, что случилось! — воскликнула Твайлайт, оцепенение наконец рассеялось. — Я просто… отреагировала. Твайлайт только однажды ударила кого-то, когда узнала, что президент школы изо всех сил старалась насолить Сансет. Твайлайт едва сумела сохранить самообладание, но дала Лире пощёчину раскрытой ладонью. Это было несложно, достаточно, чтобы оставить красный след, но не более того. Она никогда не поднимала на кого-то кулак и не швыряла на землю. Рэрити нежно положила руку ей на плечо. — Я знаю, что ты хочешь продолжить поиски сегодня — я тоже. Но, возможно, будет лучше, если нам всем понадобится день, чтобы действительно отдохнуть. Я знаю, что это нелегко, но давайте оставаться честными… — Она посмотрела на них всех, демонстрируя свою размазанную тушь и румяна, которые едва скрывали мешки под глазами. — В последнее время мы мало спали и, конечно, сейчас выглядим не лучшим образом. — Рэрс права, — сказала Эпплджек. — Давайте на минутку присядем и отдышимся. Я знаю, что мы не хотим, но в данный момент мы должны. Мы уже на исходе. Твайлайт хотела возразить, но рациональная часть её мозга снова взяла на себя полный контроль. Она знала, что физически истощена, и её эмоции разбегались по стольким направлениям, что она не могла за ними уследить. Может быть, она не могла заснуть, но сесть и заставить себя что-нибудь съесть казалось хорошей идеей. — Моя смена в Сахарном Уголке скоро начнётся, — сказала Пинки, изо всех сил стараясь сохранить оптимистичный тон. — Я могла бы испечь нам всем кексы. Что касается еды, Твайлайт знала, что сахарная выпечка — это последнее, что ей нужно, но сладости также считались комфортной пищей. И если их сделает Пинки, кто она такая, чтобы отказывать? Они отправились в магазин сладостей, большую часть времени храня молчание. То, что они не искали Сансет, не означало, что они могли перестать думать о ней. Однако её лицо появлялось на каждом углу улицы. Твайлайт остановилась и осмотрела объявление о пропаже, висевшем снаружи Сахарного Уголка. Это была милая фотография: Сансет смотрит в камеру, приподняв бровь в стиле «ты серьёзно?», и ухмыляется лёгкой улыбкой «я втайне наслаждаюсь этим». Шесть тел втиснулись за столик, пока Пинки ушла выполнять свою работу. Разговор по-прежнему полз с черепашьей скоростью. Простой акт наслаждения сладостями оставил у Твайлайт привкус вины во рту. Как она посмела расслабиться и попытаться повеселиться, пока Сансет была где-то одна или ранена! Она заёрзала на стуле, чувство вины становилось всё сильнее. Пинки прибыла с тарелкой кексов украшенных синей глазурью прежде, чем Твайлайт успела вскочить и уйти. Она взяла один и повертела в руке. Её желудок сжался при виде твёрдой пищи, но Твайлайт всё равно заставила себя откусить. На вкус это было… меланхолично. — Итак, Твайлайт, — сказала Мундэнсер, разворачивая свой кекс, — ты уже решила, в какой колледж будешь поступать? Твайлайт не сводила глаз со своего грустного кекса. Она много думала об этом, и в конечном итоге у неё было хорошее представление о том, куда она хочет пойти. Тем не менее, она хотела узнать мнение Сансет. — Я сужаю круг, — сказала она. — изучаю каждую школу. Не хочется ни о чём жалеть, верно? Это, по крайней мере, заставило их снова вернуться к теме колледжей. Рейнбоу была в восторге от предложенной ей футбольной стипендии. Они говорили о своих надеждах и страхах, а также о возможных карьерных перспективах после окончания колледжа. Разговор убил час, к этому времени кексы были съедены, и между девочками снова наступило затишье. Твайлайт знала, что это был сигнал для неё чтобы уйти. Если бы она легла спать на несколько часов раньше, возможно, это компенсировало бы часы, потраченные на ворочание с боку на бок. — Я была бы более чем счастлива проводить тебя до дома, — поддержала Мундэнсер. Она встала из-за стола и последовала примеру Твайлайт. — Учитывая, что поблизости может быть нечто опасное, мне не хочется чтобы ты рисковала своей безопасностью. Несмотря на то, что Твайлайт была немного подавлена, она оценила заботу и компанию, пока возвращалась домой. Её глаза находили каждое объявление о пропаже по пути. — Правильно ли я предполагаю, что вы вернётесь на поиски завтра? — спросила Мундэнсер. Твайлайт утвердительно кивнула. — Мы будем искать, пока не найдём ответ. Они завернули за угол и подошли к дому Твайлайт. У Мундэнсер было глубокое и задумчивое выражение лица. Твайлайт поняла, что достигла нового уровня истощения, когда ей показалось, что глаза Мундэнсер вспыхнули красным. — Сансет действительно повезло иметь такого друга, как ты. Твайлайт остановилась перед своим двором. — Я бы сделала то же самое для тебя, Муни. Глаза Мундэнсер заблестели, и она быстро отвела взгляд, её бледные щёки порозовели. — И я бы бросила вызов самим богам, если бы это означало, что ты будешь в безопасности, — Она потянулась к руке Твайлайт и поднесла её к своим губам, мягко поцеловав. — Храню веру в то, что вы найдёте Сансет. До завтра, звёздочка. — Спокойной ночи, Муни, — Рука Твайлайт безвольно опустилась рядом с ней, когда Мундэнсер отстранилась и заскользила по дороге. Твайлайт горестно вздохнула, вспомнив обещание, которое она до сих пор не сдержала. Девушка потёрла то место, где губы Мундэнсер коснулись её кожи. Если бы Сансет узнала об этом, у неё, без сомнения, нашлось бы несколько отборных слов.

***

Трикси бросила сумку рядом с входной дверью и скинула туфли. Она поднялась наверх и заглянула в комнату Сансет, обнаружив Пятныша, свернувшегося калачиком на кровати, как и в последние несколько дней. — Ты очень скучаешь по ней, не так ли? — Трикси почесала пса за ушами, добившись от него слабого виляния хвостом. Она скучала по Сансет гораздо больше, чем ожидала. Несколько месяцев назад Трикси ненавидела её. Теперь, было ощущение будто пропала её сестра. — Глупая Сансет. Прокралась к сердцу Трикси, — Трикси вздохнула. Не было никакого смысла продолжать игру, особенно без Сансет, для которой можно было бы играть. Она в последний раз погладила Пятныша, а затем удалилась обратно в коридор. Звуки, доносившиеся из кабинета, пробудили её любопытство, и она обнаружила, отца копающегося в шкафу. — Что ты делаешь? Артемис слез со стремянки, на которой стоял, чтобы добраться до верхних полок. — Я ищу всё, что может помочь нам найти Сансет. Или Ламию, если уж на то пошло. — И как, удачно? — Нет. Я попробовал очень примитивное заклинание определения местоположения, которое нашёл в старой книге. Предполагалось, что оно зафиксирует кого-то на основе его земной подписи, или, говоря современным языком, ДНК. Я использовал одну из щёток Сансет, но полагаю, этого было недостаточно. Трикси прислонилась к двери. — Мы обыскали гору. Её друзья обыскали лес, а полиция искала в городе. Что, если… что, если мы не сможем её найти? Артемис заключил её в тёплые объятия и погладил по волосам. — Луламуны никогда не сдаются. Даже когда обстоятельства против них. Мы её как-нибудь найдём. — Я хочу, чтобы ты был прав, но… — Оставаться позитивным тяжело, я знаю, — Он отпустил Трикси, но продолжал держать руки на её плечах. — Но если позволить тёмным мыслям взять верх, то дашь Вселенной возможность воплотить их в жизнь, — Он отошёл и погладил свою бородку, возвращаясь к своим мыслям. Хлопнула входная дверь, и через мгновение в комнату вошла Селена. — Я прошла весь путь до пляжа. Ничего. Артемис разочарованно хмыкнул. — Я знаю, что есть способ найти её. Может быть, это заклинание сработает, если я вложу в него больше магии, — Он щёлкнул пальцами и подпрыгнул. — Ага! Амулет Архонта! Он преодолел половину пути до своего стола, прежде чем остановился и вскинул руки. — Вот что она взяла! — Что? — вскричала Селена. — Подождите, какой ещё Амулет Архонта? — спросила Трикси. Артемис вытащил сундук и открыл его. — Этот амулет — очень древняя реликвия. Предполагается, что магия носителя увеличится до максимального потенциала. Может быть, даже сверх этого. Однако это так же имеет свою цену. Сам амулет был создан с помощью тёмной магии, и он заражает разум носителя. Селена задумчиво закрыла глаза. — Но почему Ламия взяла именно его? Он может увеличить магию, только если у носителя есть эта самая магия. Что она-то с этого получит? — Она воровка, — сказала Трикси. — Может быть, она украла его для кого-то другого. — Но это всё равно не объясняет, как она смогла открыть сундук. Артемис захлопнул крышку. — Борода Мерлина, это не может быть хорошо. Ламия забрала амулет, а Сансет пропала. Эти два события не являются взаимоисключающими. — И теперь, возможно в этом замешана третья сторона, — мрачно сказала Селена. — Кто-то, кто действительно может использовать амулет. Семья замолчала. Трикси собрала в голове всё, что они знали до сих пор. Если Ламия работала на кого-то другого, это должен был быть кто-то с обширными познаниями в магии. И если бы исчезновение Сансет было связано с этим, это был бы кто-то, кто мстит ей. Трикси не исключала сирен, но после того, что сказала ей мать, она сомневалась, что Ламия опустится до работы на них, даже если у них действительно есть общий враг. Это всё ещё не объясняло, откуда они узнали об амулете и как открыли сундук. Оставалась только Мундэнсер. Трикси видела, как она время от времени поглядывала на Сансет. С тем же пренебрежением, которое она сама испытывала к девушке не так давно. Но Мундэнсер ведь не опустится до подобного, не так ли? Кроме того, осталось слишком много открытых вопросов. Например, откуда у Мундэнсер другой ключ, если он был похоронен вместе с Апаллой? И как Мундэнсер вообще могла связаться с Ламией? Более того, у Мундэнсер тоже не было магии. Зачем ей амулет? Так кто же тогда остался подозреваемым? Конечно, Сансет нажила себе много врагов в Кантерлотской школе, но за последний год, когда она сменила имидж, большинство из них исчезло. Трикси очень не хотелось в этом признаваться, но она была одной из немногих, у кого была такая сильная обида. Если бы она не находилась в постоянном контакте с Сансет, она могла бы сама в конце концов предпринять что-то столь радикальное. У Трикси оставалось две возможности. Либо у Сансет был ещё один враг из её собственного волшебного мира… Либо среди них был предатель.

***

Шайнинг сидел за кофейным столиком в гостиной Каденс. Одной рукой он помешивал свежезаваренный кофе, а другой держал телефон, ожидая отчёта, которого, как он знал, не будет. Он поднёс кружку к губам и сделал глоток, подавившись горьким привкусом. Отложил мобильник и потянулся за ещё одной упаковкой сахара. — Дорогой, если ты добавишь ещё, сахара будет больше, чем самого кофе, — Каденс вышла из кухни со своей чашкой в ​​руке и села рядом с ним, отодвинув гору пакетов из-под сахара с пути. — Я просто никак не могу получить правильный вкус этим вечером, — Он снова попробовал его, горькая жижа обожгла горло. В конце концов он сдался и отставил чашку в сторону. Каденс накрыла его ладонь своей. — Может, дело не в кофе? Шайнинг вздохнул. Он избегал взгляда Каденс и смотрел на потолочный вентилятор, лениво вращающийся и каждые полсекунды затмевающий тусклый свет. — Я беспокоюсь о Твайлайт… и Сансет. Если мы её не найдём… Я не знаю, справиться ли Твайлайт. И… — он провёл рукой по лицу. — Уф, в последнее время я был настоящим придурком в отношении Сансет. — Да, есть такое, — прямо сказала Каденс. Он вздрогнул, но знал, что это было заслужено. — Шайнинг, я знаю, что ты имеешь в виду, но я думаю, Сансет доказала, что у неё только добрые намерения. — Я знаю. Я просто… — Ты её старший брат, и однажды она попала в очень неприятную ситуацию. Конечно, ты защищаешь её, — Каденс ни разу не повысила голос, но Шайнинг всё равно чувствовал, будто его ругают. — Однако Твайлайт уже умная молодая девушка. И, может быть, Сансет одевается как бунтарь и может быть немного вспыльчивой. Она была очень милой со всей семьей. Именно в такие моменты Шайнинг был счастлив и напуган тем, что он женится на этой женщине. Каденс могла читать его, как открытую книгу, объяснять его страхи и вразумлять. Её способность читать людей была достигнута ценой того, что ей стало трудно хранить секреты или скрывать свои эмоции. — Мне вообще нужно говорить, что ты права? — спросил он с шутливой улыбкой. — Нет, но я всё равно хочу это услышать, — с ухмылкой сказала Каденс. Он наклонился и поцеловал её в нос. — Ты права. Я был слишком напряжён. — Спасибо, — Она щёлкнула его по носу. — И если ты продолжаешь ожидать, что произойдёт что-то плохое, тогда что-то произойдёт. Шайнинг потёр нос. — Вот почему я так стараюсь найти её. Я знаю, что это не моя вина, но… — Он снова вздохнул. — Может быть, если я найду её, это компенсирует то, что было раньше. — Благородное чувство, — Каденс встала и взяла чашку Шайнинга, чтобы наполнить её. В её квартире пахло, как в закусочной, всепоглощающим ароматом жареных кофейных зёрен. Когда она вернулась, Шайнинг добавил три пачки сахара и одну сливок. Горло больше не обжигало. — Что-нибудь ещё гложет твои мысли? — спросила она с понимающей улыбкой. Шайнинг сделал маленький глоток. — Не совсем. Просто Харшвинни дышит мне в затылок из-за неполного досье Сансет. Каденс снова села. — О да, я как раз хотела спросить об этом. Как её дело доставляет тебе столько хлопот? Я знаю, что она сбежала из дома, но всё же. Шайнинг поднёс кружку к губам, но пить не стал. Он сказал на одно слово больше и теперь стоял на развилке пути. Он мог либо активно лгать своей невесте, либо попытаться доверить ей безумную правду, с которой сам всё ещё не мог смириться. Учитывая умение Каденс раскапывать секреты, это был не сложный выбор. Он поставил кружку и посмотрел ей в глаза. — Дорогая, тебе нужно кое-что знать о Сансет…

***

Истории о внезапном ударе Твайлайт распространились по школе, и многие ученики предпочитали говорить с ней немного тише. Твайлайт не возражала. Если они не могли сказать ничего хорошего, она не хотела этого слышать. Она чувствовала себя немного более отдохнувшей, чем вчера, после того, как поела за ужином. Крепкий сон всё ещё ускользал от неё, но становилось лучше. В школе всё шло как обычно, только Твайлайт больше думала о местах, в которых они ещё не искали, а не о том, что обсуждалось в классе. Занятия в школе подошли к концу, и Твайлайт пришлось столкнуться со своим первым в жизни наказанием. Идти в класс для задержанных было не так страшно или с дурными предчувствиями, как думала Твайлайт. Она вспомнила, что когда была младше, возможность задержания приводила её в ужас. Возможно, её успокоило заверение Селестии в том, что это не появится в её личном деле, или то, что Сансет отбыла гораздо больше наказаний, чем кто-либо, и всё ещё доказала, что она умный и добрый человек. Если бы она услышала, что Твайлайт получила наказание, она бы глупо рассмеялась. Задержание длилось два часа, большую часть которых Твайлайт провела, наблюдая, как солнце медленно садится и отнимает драгоценное время, которое она могла бы потратить на поиски Сансет. В конце концов её отпустили сразу после пяти, и она выбежала на лужайку перед зданием, чтобы найти пятерых своих друзей, ожидающих её. Рейнбоу ухмыльнулась и скрестила руки на груди. — Итак, как прошло первое задержание ребёнка? — Бессмысленно. Тупо пялилась в доску. Я ценю, что вы все подождали меня. — Я хотела проникнуть внутрь и устроить ещё одну вечеринку по случаю задержания, — сказала Пинки. — Но Эпплджек сказала мне, что два раза это может быть слишком. Твайлайт достала из сумки карту Кантерлота и развернула её на цементном полу перед ними. — Я пыталась придумать новые места для поиска. Я знаю, Селена сказала, что проверила завод, но насколько хорошо она проверила окрестности? Эта часть Кантерлота старая, и там есть ещё несколько заброшенных зданий, помимо завода. И если мы по-прежнему будем работать, исходя из предположения, что Шиммер имеет к этому какое-то отношение, возле завода может быть зацепка. — Думаю это имеет смысл, — сказала Рейнбоу. — Приступим к делу! Пятнадцать минут езды привели их в более захудалые районы Кантерлота. С приходом весны трещины на тротуарах заросли новыми зелёными сорняками, но мало что изменилось с тех пор, как девочки в последний раз были здесь. Они припарковались в квартале от завода, возле группы домов. Твайлайт было трудно определить, используются ли они до сих пор. — Давайте поосторожнее, — приглушённо сказала Эпплджек, когда они подошли к боковой двери. — Я в курсе, Селена сказала, что никого не нашла, но я не хочу, чтобы эта цыпочка Ламия застала нас врасплох. Рейнбоу распахнула дверь. — Даже если она это сделает, она одна а нас шесть. Уверена, что мы сможем одолеть её. Но фабрика оказалась почти безлюдной. Пылевые клещи носились по коридору, и свет в коридоре выглядел тусклее, чем помнила Твайлайт. Они стали кучнее и перебрались из кухни в фабричный цех, в офис на втором этаже, который, несмотря на то, что где-то валялась кое-какая одежда, оказался пуст. Твайлайт стряхнула пыль и закашлялась. — Я не думаю, что кто-то появлялся здесь в последнее время. — Вот вам и подсказки, — сказала Рэрити, зажимая пальцем старую рубашку и держа её как можно дальше от себя. — Давайте попытаем счастья на других складах. Фабрика была одной в небольшой веренице блочных зданий с участками земли позади них. Первый склад имел тот же бежевый цвет, что и фабрика, и грязные окна. В отличие от фабрики, боковая дверь была заперта, а окна зарешечены. — Позвольте мне! — Пинки потянулась к своим волосам и вытащила невидимку. — Я видела, как персонажи в мультфильмах делают это всё время! — Она выпрямила невидимку и вставила один конец в замочную скважину. Эпплджек потёрла переносицу. — Пинки, это не мультик. К тому же, я пробовала это раньше, и на самом деле это не… Щёлк. Пинки подёргала ручку и толкнула дверь, пошевелив бровями когда смотрела на Эпплджек. — Ха. Хлопните меня по шкуре и назовите Сьюзи. Рейнбоу одарила её равнодушным взглядом. — Ты теперь вместо Сансет, серьёзно? Дверь привела их в маленькое закрытое помещение, которое, как предположила Твайлайт, должно было быть офисом. Остальную часть склада занимала внушительно большая и пустая комната. Угасающий свет снаружи в сочетании с грязными окнами делал комнату невероятно тёмной. Девочки обшарили каждый уголок и тень, чтобы ничего не пропустить, но всё равно ушли с пустыми руками. Выходя, они позаботились замести следы, а Пинки даже снова заперла за собой дверь. Второй склад показал почти то же самое. По правде говоря, Твайлайт не надеялась найти много, но это всё равно задело. Сумерки опустились на них, когда они вышли из третьего и последнего склада, двигаясь к грязным участкам позади них. Там было сдвинуто несколько земляных насыпей и оставлено пару каменных цилиндров, но помимо этого, какое бы строительство ни предполагалось, его забросили довольно давно. — Посмотрим правде в глаза, здесь ничего нет, — сказала Рейнбоу, пиная грязь. — Может, нам снова вернуться к поискам в лесу? — спросила Флаттершай. Твайлайт уставилась на коричневое поле и опустила голову. У неё быстро заканчивались идеи, и с каждым исчерпанным предложением её надежда снова увидеть Сансет таяла. Возможно, она должна была предполагать худшее. Её сердце сжалось, дыхание стало прерывистым. Нет, Сансет не могла просто так уйти! Такое случалось только в драмах об убийствах и детективных сериалах! Не с ней, не в реальной жизни! — Мы должны… — Её голос дрожал, как и её руки. Она схватилась за запястье, пытаясь успокоиться. — М-может быть, мы должны… Я думаю, что… — Слёзы снова потекли из глаз. Неужели она действительно плакала, услышав, что Сансет исчезла? Нет, она была слишком потрясена, а потом слишком решительно настроена. Она откинула голову назад, смотря на появляющиеся в небе звёзды. — О-она должна быть в порядке. Просто д-должна быть. — Оооу. Тебе действительно не всё равно. Рой бабочек вызвал бурю в животе Твайлайт. Этот голос казался знакомым, но… в нём было что-то искажённое. Он звучал не как у человека. Она с друзьями обернулись, оглядываясь по сторонам, пока Пинки не указала на крышу склада. — Только не это… — Рейнбоу отшатнулась назад, её лицо побледнело, как будто она увидела привидение. — Чёрт возьми, только не это… Эпплджек подняла руки в оборонительной стойке, на лбу выступил холодный пот. — Это… это невозможно! В свете заходящего солнца Твайлайт всё ещё могла различить детали фигуры, сидящей на крыше. Её кожа была ярко-красного оттенка, что дополнялось её жёлто-чёрным платьем, которое едва удерживало её бюст. Её чёрные сапоги стучали о верхнюю часть стены, каблуки заострились до смертоносных игл. У неё были малиновые крылья с маленькими дырочками, и она мягко взмахивала ими каждые несколько секунд. Твайлайт не могла понять, то ли ветер трепал её ало-золотые волосы, то ли это был огонь. Несмотря на расстояние, Твайлайт видела чёрную склеру её глаз, контрастирующую с пронзительными бирюзовыми зрачками-щёлочками. — Что это такое? — спросила Твайлайт, задыхаясь, хотя у неё было болезненное ощущение, что она знает ответ. — Сансет, — сказала Рэрити достаточно громко, чтобы её голос донёсся вверх. — Это ведь не ты, правда? Существо выпрямило ноги и встало, раскинув руки. — Во плоти! — На её лице расплылась дикая ухмылка, обнажив белые клыки. — Привет… друзья.