Великолепная Семёрка

Воспоминания. Десятки воспоминаний пронеслись через Сансет. Болезненные. Вещи, которые она хотела бы забыть. Невыполненные обещания, крики обвинений, бунт, манипуляции, закулисные, мелкие махинации и долгое падение власти. Они тянулись одно за другим без передышки. Сансет хотелось кричать, плакать и умолять их остановиться. Она ненавидела эту часть себя: эгоистичная, высокомерная злобная тиранша, которая считала, что мир принадлежит ей по праву рождения. Сансет попыталась поднять руки, чтобы остановить поток воспоминаний, но всё ощущалось так, будто кто-то привязал к её запястьям железные гири. Крик, наконец, вырвался из горла Сансет, когда она заново пережила надевание чёртовой короны и последовавшую за этим болезненную трансформацию. Её голос эхом отозвался в собственных барабанных перепонках, и она, наконец, нашла в себе силы поднять руки и закрыть уши. Воспоминание исчезло, оставив только чёрное пятно перед глазами Сансет. Она закрыла глаза и пожелала, чтобы кошмар закончился. Когда она открыла их, темнота осталась, пустота, в которой не было ничего, кроме Скарлет. Она так же прижимала когти к черепу. Её глаза распахнулись, и она развернулась, взмахивая крыльями, чтобы удержаться в воздухе, в то время как Сансет нашла твёрдую опору на невидимой земле. Скарлет бросила взгляд на Сансет. — Где мы? Что ты сделала? Почему я видела все эти отвратительные, счастливые воспоминания? — Воспоминания, — ошеломлённо выдохнула Сансет. — Мои воспоминания, — Она посмотрела на Скарлет, впервые по-настоящему увидев её. Такие похожие и в то же время такие разные. Две половинки одного целого. — Я наконец поняла. — Поняла что? — Скарлет подняла руку, вызывая огненный шар, чтобы осветить тьму. — Объясни, что происходит, прежде чем я убью тебя! Сансет на мгновение вздрогнула, но сжала кулаки и расправила плечи. — Не знаю, откуда у меня эти знания, но мы находимся в пространстве между двумя половинками наших душ, — Говоря это, Сансет чувствовала вторую половину своих эмоций, кусочки радости, волнения и мужества, наряду со всем её недостающим гневом, виной и страстью. Они исходили со стороны Скарлет, обдавая её тёплым ветерком. Скарлет вздрогнула и выронила огонь из руки. Сансет чувствовала, как сочувствие, доброта и любовь обдувают спину. Скарлет стряхнула эмоциональную бурю и сжала когти. — Ну и что с того? Это лишь твоя маленькая уловка, чтобы заставить меня вернуться с тобой? Она не сработает! Я ненавижу тебя! И на случай, если ты забыла, ты боишься меня! — Над её вытянутыми ладонями появились два огненных шара. — Наконец-то здесь мы и попрощаемся. Сансет встретила наступление Скарлет, медленно шагающей вперёд, чувствуя, как ветер возвращает ей уверенность. — Ты права, — сказала она, дрожь покинула её голос. Она заставила себя не отводить взгляд от Скарлет. — Я была в ужасе от тебя. Я сбежала от тебя. Я проигнорировала тебя. Я отвергла тебя. Огненные шары потускнели, и Скарлет замерла, её злобный блеск и победоносная ухмылка исчезли. — Что ты собираешься делать? — То, что должна была сделать давным-давно, — Её голос обрёл ровный и уверенный ритм. — В прошлом я совершила много ужасных вещей. Навредила многим людям только для того, чтобы добраться до вершины. Иногда я причиняла им боль просто потому, что могла. Я не горжусь этим. Я была возмущена этим, ненавидела это. Я хотела похоронить эти вещи и оставить гнить, но они всегда возвращаться, догоняя меня, поэтому я возненавидела их ещё больше, — Сансет подняла руку. Скарлет начала скользить назад, оставаясь вне досягаемости Сансет. Капли пота стекали по её лбу, и она отказывалась смотреть Сансет в глаза. Огненные шары погасли и рассыпались в тлеющие угли. Она щёлкнула пальцами, пытаясь снова зажечь их, но получила только искры. — Иногда мне хотелось забыть. Я пряталась от тебя за спинами своих друзей, отмахиваясь от тебя, до тех пор пока не решу, что смогу справиться с тобой, — Сансет двигалась всё увереннее, её голос становился сильнее с каждым шагом. — Но правда в том, что я никогда не собиралась иметь с тобой дело. Я хотела продолжать бежать. Я не знала, приведёт ли меня куда-нибудь этот путь. Я всё ещё не знаю. Но где угодно было лучше, чем в моём прошлом. Сансет остановилась, Скарлет тоже. — Говорят, никогда нельзя оглядываться назад, никогда не смотреть в прошлое. Нужно просто продолжать двигаться вперёд. Но иногда оглянуться назад всё же необходимо, чтобы увидеть, как далеко ты продвинулся, чтобы по-новому взглянуть на то, где ты находишься сейчас и куда нужно идти дальше. Скарлет зарычала и подняла когти, наконец сформировав пышущий жаром сгусток пламени. Она швырнула его в Сансет, маниакально ухмыльнувшись, когда тот достиг её. Когда дым рассеялся, Сансет всё ещё стояла с тем же решительным выражением лица. — Что? — взвизгнула Скарлет. — Что ты хочешь чтобы я сделала? Взгляд Сансет смягчился. — Ты — часть меня. И хотя я не хотела этого признавать, ты — та часть, которая мне нужна. Не ты должна что-то сделать, а я. Что-то, что мне стоило сделать, ещё когда я узнала, что у меня есть друзья, которые принимают меня, несмотря на моё прошлое, и хотят помочь мне стать лучше. Что-то, что я должна была сделать, когда была на сцене, и они сказали, что мне не стоит бояться своей магии. Я хочу принять тебя. Моё прошлое. Белый свет охватил руки Скарлет и растекся по её телу. Она не кричала, не вопила и не ревела в агонии. Она просто смотрела на Сансет широко открытыми глазами и ртом, пока свет полностью не поглотил её. Её очертания сжались и исказились, изменяясь в этом свете. Новая форма коснулась невидимого пола, и когда свет полностью померк, остался лишь маленький единорог с янтарной шубкой и вьющейся ало-золотой гривой. Её восьмилучевая жёлто-красная кьютимарка сияла на боку. Пони Сансет Шиммер всхлипнула и вытерла глаза. — Ты самая настоящая балда, знаешь об этом? Сансет улыбнулась. — Ага. Наверное, это цена за прекрасных друзей. Время от времени становиться немного сентиментальной, — Она опустилась на колено, вытянув руку. — Что скажешь? Не думаешь, что нам пора перестать сражаться с самими собой и стать друзьями? Маленькая пони отвернулась. — Может, мне нравится сражаться. Может, мне нравится быть одной. — Ага. Быть одной время от времени приятно. Но мы обе знаем, что чувствуем себя счастливее находясь рядом с кем-то. И не переживай. Рейнбоу и Трикси устроят нам много взбучек, — Сансет дёрнула головой в сторону. — А ещё одна богатая девушка, умоляющая о побоях. Единорожка медленно начала поворачивать голову обратно к Сансет, в её глазах по прежнему читалась нерешительность. — А что насчёт будущего? Сансет подняла другую руку и сжала в кулак. — Мы справимся с этим вместе. Как только перестанем беспокоиться о прошлом, будущее не будет проблемой. Обещаю. Их взгляды встретились, две пары бирюзовых глаз смотрели в две половинки одной души. Сансет увидела вину за своё прошлое, страх перед будущим и сокрушительное одиночество внутри половинки пони. Чтобы сбалансировать это, она наполнила свои глаза ободряющим теплом, пламенной уверенностью и обещанием дружбы. Пони сглотнула и кивнула. Она вытянула копыто, слёзы потекли по её лицу. — Прости, что доставила тебе столько хлопот. Сансет пожала плечами. — Это сделало меня сильнее. И эй, теперь это в прошлом. Прошлом, которое я могу принять. Между ними вспыхнуло яркое сияние, когда копыто и рука соединились. Пони Сансет улыбнулась и залилась сотнями золотых огней, которые поплыли внутрь Сансет. Интенсивное тепло распространилось по всему её телу, как будто она горела изнутри. Это был приятный жар, успокаивающий, как очаг в снежный день. Она выпрямилась и посмотрела на свои руки, наблюдая, как золотая аура окутывает её, пока тёмная пустота окрашивалась в белый. — Я принимаю своё прошлое и то, что я сделала, и больше не буду убегать от него. Но я не позволю этому определять меня…

***

Сансет открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ламия падает на землю без сознания. После этого произошло сразу несколько вещей. Её друзья выкрикнули её имя, и пара рук обхватила её за талию, как раз в тот момент, когда огненное тепло расцвело в её теле и вырвалось на свободу. Золотое мерцание окутало её, и успокаивающее пламя теперь пробегало по коже. Позади неё раздался крик, и пара рук отпрянули. Сансет обернулась, обнаружив, что Эпплджек поддерживает Твайлайт. Они вдвоём вместе с остальными смотрели на Сансет, раззинув рты. — Что? — спросила Сансет. — Сансет только что стала Супер Саяном, и я пропустила это? — закричала Рейнбоу. Сансет посмотрела на неё и Мундэнсер, всё ещё парящих в воздухе. — Какой ещё, чёрт возьми, Супер Саян? — спросила Сансет, понимая, что это, вероятно, что-то из очередной дурацкой поп-культуры. — Сансет вернулась! — воскликнула Пинки, подпрыгивая в воздухе. — И она получила обратно своё пламя! Буквально! Сансет почувствовала, как у неё задёргался нерв. — О чем ты говоришь? Рэрити указала на плечо Сансет. — Твои крылья и хвост, кажется, горят. Впрочем твои волосы выглядят потрясающе. Сансет вытянула шею, чтобы наконец увидеть, на что все смотрят. Из-под её лопаток, но каким-то образом не повредив ткань на платье, росли золотые, огненные крылья, под стать длинному хвосту, торчащему из копчика. Они мерцали и танцевали, подобно языкам пламени в костре, и от одной мысли её крылья затрепетали. — Золотые подковы Селестии, — благоговейно выдохнула Сансет. Через неё текло не просто тепло — это была сила. Подобно тому приливу мощи, что она испытала на Осеннем балу, только на этот раз не было никакой боли, никакого безумия. Просто желание защитить всех, кого она любила. Раздавшиеся саркастические аплодисменты снова привлекли внимание Сансет к Мундэнсер. — О да, браво! И снова Вселенная подчиняется твоей прихоти! Ну разве она не особенная! Рейнбоу сжала кулак. — Окей, меня уже тошнит от… Мундэнсер ударила её в грудь вспышкой света, отчего девушка упала на землю с ошеломлённым видом. — По правде ты мне тоже никогда не нравилась, Рейнбоу. — Рейнбоу! — Флаттершай снова подскочила к ней. Огонь вокруг Сансет стал теплее, и одним взмахом крыльев она оказалась на уровне глаз Мундэнсер. — Ты можешь вырывать мою душу сколько угодно раз, — сказала Сансет твёрдым, словно сталь, голосом, — но ты не тронешь моих друзей. — Такие благородные чувства. Но я знаю, кто ты на самом деле под этими чарами света, — выплюнула Мундэнсер. — Нет, не думаю. Да, ты видела, какой я была раньше. Быть может, это всё, что ты хочешь увидеть, — Сансет раскинула руки и крылья. — Но это больше не я! Меня зовут Сансет Шиммер, и от имени моих друзей я собираюсь надрать тебе задницу! Мундэнсер закатила глаза, которые, как заметила Сансет, были сильно впавшими. — Я пыталась оказать тебе милость. Тебе следовало остаться в Замке Души, — Её рот расплылся в маниакальной улыбке. — Но всё в порядке! Я докажу, что твоя кричащая демонстрация силы ничего не значит! Я здесь главная актриса! Свет собрался вокруг её раскрытой руки, и девушка провела ею по воздуху, рассекая серпом магии. — Это твоё последнее выступление, Сансет! Возможно прежде стоило бы посмотреть, есть ли у меня вообще силы прямо сейчас. Сансет опустилась на несколько футов, чтобы избежать порезов на лице, затем отчаянно взмахнула своими новообретёнными крыльями, чтобы увернуться от рапиры Мундэнсер. Она не думала, что Рэрити простит её во второй раз за то, что она испортила бальное платье. Сансет мощно взмахнула крыльями, увеличивая брешь между собой и Мундэнсер. Горячий поток воздуха, созданный её крыльями, заставил Мундэнсер закрыть лицо, оставив Сансет больше времени, чтобы проверить свою догадку. Она использовала инстинкты единорога, только вместо того, чтобы направить внимание туда, где должен был быть её рог, она направила его на свою вытянутую руку. И действительно, огненный шар вспыхнул, яркий, подобно маленькому солнцу. — Хей, Мундэнсер! Лови! — Сансет метнула этот шар в её сторону. Мундэнсер ударила своей рапирой, но шар взорвался при контакте. Она разогнала дым своими белыми крыльями, кашляя и покрываясь сажей. Сансет пролетела сквозь оставшиеся облака пепла, развернулась и вонзила пятку в живот Мундэнсер. — Это за Рейнбоу! — закричала Сансет, когда Мундэнсер, с хрипом отлетела в сторону. Сансет смотрела, как она приходит в себя, не смея оглянуться на Твайлайт. Сансет могла только представить, какие эмоции переполняли её. Мундэнсер выпрямилась, в её запавших глазах загорелся огонёк ненависти. — Как трогательно. Ты знаешь, что происходит с людьми, которые мне небезразличны? — В её руке появился шар света, потрескивающий от переизбытка энергии. — Их забирают! — Она швырнула его в Сансет. Он летел слишком быстро, чтобы можно было увернуться, поэтому Сансет в отчаянии взмахнула рукой, наблюдая, как в нескольких дюймах от неё проскочили три алых следа. Её краткий миг изумления был прерван, когда рука коснулась светового шара, и рябь статического электричества прошла по её телу, оставив девушку онемевшей, а руку обожжённой. — Пусть свет уничтожит тьму! — Мундэнсер подняла свою рапиру к полумесяцу над головой, а затем направила её в сердце Сансет. — Пусть сей клинок ударит точно! — Она нырнула в сторону Сансет, но её дёрнул назад разноцветный носовой платок, обернувшийся вокруг лодыжки. Мундэнсер посмотрела вниз. — Трикси, что ты творишь? — Не даю тебе совершить огромную ошибку! — Трикси потянула за верёвку, тянущуюся из её палочки. — Мундэнсер, всё это не имеет никакого смысла! Почему ты работаешь с кем-то, кто жаждет возродить Тирека? — Это, дорогая кузина, тебя не касается! — Мундэнсер полоснула по платку рапирой, освобождая себя. К счастью, Сансет восстановила большую часть чувствительности в своём теле. Она снова взмахнула рукой, наблюдая, как огненные когти вытягиваются из пространства перед её пальцами. — Это становиться намного круче, — Она посмотрела вниз на своих друзей, которые выглядели готовыми к действию. — Не волнуйтесь, девочки. Думаю, я справлюсь. Когда Мундэнсер издала насмешливый смешок, Сансет бросилась на неё, вынуждая защищаться. Она уклонилась от когтей Сансет и нанесла ответный удар своим мечом, пылающим красным на фоне огня. Мундэнсер сделала выпад, и Сансет отклонилась в сторону, затем взмахнула рукой, её огненные когти промахнулись всего в нескольких дюймах от головы Мундэнсер. Взмахом своих ангельских крыльев Мундэнсер оттолкнула Сансет, затем нацелила свободную руку в небо и выпустила ещё один залп световых вспышек. Сансет бросилась назад, чтобы оказаться вне пределов их досягаемости. Выставила руку вперёд, и из её ладони вырвалась струя огня, попав в один из лучей, мгновенно испарив его. Она чередовала руки, бросая одну струю пламени за другой, чтобы атаки Мундэнсер не достигли её друзей. Огонь не обжигал её ладони. Как и крылья с хвостом, ощущение пламени покидающего её ладони было приятным. Мундэнсер метнула в Сансет энергетическое копьё словно та была мишенью. Сансет попыталась маневрировать в сторону, но луч прорезал её правое крыло. — Ух! — Сансет пошатнулась, но дыра быстро прикрылась ещё большим количеством пламени, и она выпрямилась. Окей, значит, я могу чувствовать ими боль. Полезная информация. Этим вечером происходит много интересного. Мундэнсер поднялась выше в небо и широко раскинула руки. Вокруг неё возникла дюжина шаров света, становившихся всё больше с каждой секундой. Они сформировали крылья и клювы принявшись щебетать с потусторонним эхом. С насмешкой и острием своего клюва призрачные птицы устремились к Сансет. Сансет повернулась и полетела так быстро, как только могла, слыша взмахи их крошечных крылышек позади себя. Она услышала, как Мундэнсер безумно захохотала, и, обернувшись, увидела, что она руководит ими, будто дирижер симфонического оркестра. Щебетание стало громче, и Сансет пришлось нырнуть, чтобы одна птица не ударила её по лицу. Она резко повернула налево перед отелем, вынудив двух из них врезаться в здание, где они и рассыпались. Она направлялась прямо к искажённому горизонту. Нахмурив брови, Сансет резко взлетела, добравшись до края террасы. Ещё три птицы продолжали лететь и исчезли прямо над балконом. Так вот что это. Сансет заставила себя сделать обратную петлю, увидев, как терраса на секунду парит над ней, прежде чем развернуться и снова направиться к барьеру. На этот раз она не остановилась. Это было похоже на прохождение сквозь густую завесу тумана. На мгновение Сансет показалось что она промокла, но либо это было частью иллюзии, либо её крылья высушили девушку с впечатляющей скоростью. Перед ней расстилались яркие огни настоящего Кантерлота; светящиеся дороги и сверкающие башни центра города кипели жизнью. Настоящая Луна светила сверху, улыбаясь городу. И Сансет была здесь, паря над всем этим. Её сердце наполнилось радостью. Она раскинула руки и издала возглас восторга. Она была свободна! Она снова была Сансет! Она чувствовала себя окрыленной, сильной и любимой и… она просто чувствовала! Её размышления прервала пикирующая огненная птица. Она свернула влево, чтобы избежать столкновения, и повернула обратно к отелю. Отсюда казалось, что терраса была тёмной и пустой. Однако она помнила, где ранее парила Мундэнсер. Проскользнув над другой птицей, она рванулась к барьеру, оставляя за собой алый след. В одну секунду на террасе было темно, затем появилось ощущение прохладного тумана, и Мундэнсер с остальными вновь возникли перед взором. Сансет устремилась к Мундэнсер сзади, а затем резко нырнула под ней. Она услышала болезненный крик девушки. Мундэнсер схватилась за затылок, дрыгая ногами. Оставшиеся птицы растворились в клочьях серебристого воздуха. Она посмотрела на Сансет прищуренными глазами. — Мне… это… начинает надоедать! — сказала она сквозь зубы. — Не тебе одной, — Сансет опалила её коротким пламенем. Мундэнсер поспешно подняла щит, который заблокировал только часть огня. Остатки просочились сквозь щели и подожгли рукава платья Мундэнсер. Она дико захлопала ими, пока пламя не погасло, оставив опалённую дыру и грубый рубец. С диким воплем Мундэнсер снова бросилась на Сансет. Её выпад был кривым и вялым, очевидно, она всё ещё была в шоке от удара по голове. Сансет сдвинулась в сторону, позволив Мундэнсер пролететь мимо. Затем схватила руки девушки и завела их за спину, резко вывернув так, что та выронила свой клинок. — Ты меня ненавидишь, я понимаю, — сказала Сансет. — Но Трикси права, ты серьёзно примкнула к какому-то колдуну, крадущему души? Он забрал твою мать. Мундэнсер дёрнулась в её хватке. — Не говори о вещах, которые не понимаешь! Сансет усилила хватку. — Послушай, я видела её, когда вы засунули меня в медальон. Она хотела, чтобы я передала тебе… угх! — Она отпустила Мундэнсер и прижала руку к своему больному носу, обнаружив на нём кровь. — Не смей говорить о моей матери! — Красные пятна покрывали мокрые щёки Мундэнсер. — Как? Как мерзость, вроде тебя, способна выползти из самой тёмной бездны, а моя мать, способная избежать любых бед, продолжает томиться в этой тюрьме? — Она подняла руку над головой и начала скапливать лунный свет. — Она решила остаться! Она решила сразиться с Тиреком и остановить его! — Лжёшь! — Свет собрался в другую сферу, быстро увеличившуюся вдвое. — Она любит меня! Она не хотела бы оставаться в какой-то тёмной яме! Она бы выбрала меня! Кто-то должен выбрать меня! Сансет сжала кулак, чувствуя, как тот нагревается. — Ты права, она любит тебя. Именно поэтому она решила остаться. Она пытается создать для тебе лучший мир. — Я пытаюсь создать лучший мир! И для этого нужно возродить Тирека! — Сфера достигла размера автомобиля и выглядела как полная луна. — А ты должна умереть! — Мундэнсер опустила руку, отправив волшебную бомбу в полёт. Пусть кто-то попробует сказать, что я не пыталась вразумить её. Сансет раскинула руки, выпустив две струи огня против света. Они разбились о поверхность, разбрасывая тлеющие угли во все стороны. Сансет чувствовала, как тяжесть сферы пытается обрушиться на неё и друзей. — Вот и финал, Сансет Шиммер! — Свечение и ветер схлестнувшихся сил осветили лицо Мундэнсер, придав ей безумно ухмыляющийся вид. Сансет застонала под тяжестью магии. Несмотря на истощение Мундэнсер, у неё по прежнему оставалось довольно много магии, которую она устремила на Сансет. Одобрительные возгласы донеслись до её ушей, и девушка оглянулась через плечо, заметив друзей, зовущих её по имени. — Я достаточно наслушалась её причудливых речей! — выкрикнула Эпплджек. — Да, покажи этой королеве драмы, что к чему! — добавила Рэрити. Флаттершай просто страстно закричала. Сансет ухмыльнулась. Ради вас девочки? Что угодно. Её струи пламени окрасились золотом и толкнули шар в обратном направлении. Мундэнсер осталась на месте, её глаза налились безумием. По мере того, как шар становился всё ближе и ближе, она, наконец, отпустила его, пригнувшись, когда тот пролетел мимо её головы высоко в небо, где взорвался, словно золотой с белым фейерверк. Сансет сдула дым со своей руки. — Шоу окончено, Мундэнсер. Мундэнсер согнулась пополам, схватившись за руку. Её дыхание вырывалось прерывистыми вздохами, а эфирные крылья замерцали, едва не уронив её. Лицо исказилось в концентрации, заставляя их снова полностью проявиться, но Сансет знала, что девушка достигла своего полного предела. Сансет увидела, как иллюзорный барьер вокруг них мерцает и исчезает. — Почему… почему ты настолько сильнее меня? — спросила Мундэнсер с отчаянием в голосе. Сансет сжала кулаки рядом с собой и приблизилась. — Я могла бы назвать несколько причин. Но скажу прямо: ты черпаешь магию из мира, в котором её по прежнему не хватает. Ты не такая, как другие Луламуны. Магия не течёт по твоим венам. — Разве ты не… — Значит, тебе пришлось добиться этого трудным путем, не так ли? — спросила Сансет паря над ней. — Ты натренировала свою душу подключаться к магии этого мира. Но этого недостаточно, чтобы противостоять мне. Моя магия исходит из моего родного мира. Она всё ещё течёт во мне, — Она приложила руку к сердцу и улыбнулась. — Мне не больно, оттого что я использую самую сильную магию из всех. Сможешь догадаться, какую? Мундэнсер не ответила, вместо этого обнажив зубы. — Это дружба. Вот откуда я черпаю силу, — Сансет подняла руку над головой, её пальцы покрылись огненной оболочкой. — Собственно, мой совет тебе, Мундэнсер… — Она опустила руку, рассекая воздух и оставляя полосы света. — Не связывайся с моими друзьями! Крик феникса перекрыл крик Мундэнсер и эхом разнёсся по ночному небу. Мундэнсер, запнувшись, упала, её крылья снова исчезли, оставив лишь едва видимые очертания. Она упала на крышу, крылья подхватили её в последний раз, чтобы смягчить падение. Она прижала руки к левой стороне лица, сгорбившись на коленях, дрожа и рыдая. Сансет коснулась земли и быстро оказалась в окружении своих друзей, пытающихся избежать её огненных крыльев. Одна лишь Пинки вцепилась в Сансет и задохнулась, но не от боли, а от удовольствия. — Твои крылья делают обнимашки ещё теплее! Рейнбоу провела пальцем по крылу Сансет. — Вау, она права. Не горячее. После этого все её друзья быстро обняли Сансет в самых тёплых групповых объятиях которые она только помнила. Она преувеличенно закатила глаза, но улыбнулась. — Я скучала по вам, девочки, — Она позволила себе насладиться их объятиями ещё мгновение, до тех пор пока не смогла больше игнорировать всхлипы Мундэнсер. Она заёрзала, давая друзьям понять что хочет освободиться из их хватки. Твайлайт держалась за плечо Сансет, пока они приближались к Мундэнсер. Девушка подняла голову, прижав руку к лицу. Сансет видела кончики прижжённых рваных ран на её переносице и шее. — Н-не думай, что ты п-превзошла меня, — заикаясь зарычала Мундэнсер, пытаясь проглотить слёзы. Она приподнялась, её колени тряслись. — Это далеко не конец! Я буду… — Довольно, Мундэнсер, — сказал прохладный голос. Сансет и Твайлайт мотнули головы в сторону противоположного конца площадки. Темпест стояла перед кружащимся вихрем тьмы, держа одну руку за спиной, другой рукав куртки развевался на ветру. Вспышка ярости пронзила Сансет, и она метнула алую вспышку в Темпест. Та обошла её с безразличным видом. — Я должна поблагодарить тебя, Сансет. Магии, созданной здесь, было много, а это означает, что Мундэнсер не совсем провалилась. Ты продолжаешь проявлять экстраординарную работу, — Она посмотрела мимо Сансет. — Теперь, Мундэнсер, возвращайся в штаб, пока не опозорилась ещё сильнее, — Она подняла руку, и позади Мундэнсер появился портал. Голубой столб дыма взорвался рядом с Сансет, из которого вышел Артемис с палочкой наизготовку. Он сделал полукруг, переводя взгляд с Мундэнсер на Сансет, на Трикси, затем на Темпест. — Что, во имя магии, здесь происходит? — Отец? — Трикси подбежала к нему. — Что ты здесь делаешь? — Мои магические чувства внезапно начали сходить с ума, и я последовал за ними сюда. Что всё это значит? — Мундэнсер, — рявкнула Темпест, — мы уходим, — Она отступила к порталу. — Продолжайте в том же духе, Великолепная Семёрка, — Портал за её спиной разлетелся в клочья. Артемис повернулся к Мундэнсер. — Милая, что… Мундэнсер попятилась к своему порталу, её видимый глаз был влажным от печали. — Я не буду просить у вас прощения. Но прошу не вмешивайтесь, — Её взгляд нашёл Твайлайт, и к горлу девушки подступил ком. — Однажды ты поймёшь, — Портал закрылся вокруг неё и исчез. На террасе повисла тишина. Сансет огляделась, оценивая ущерб, который они нанесли. Сломанные колонны и черепица, выжженная трава и лежащая без сознания Ламия. — Прежде чем следовать дальше, — сказал Артемис, — с вами всё в порядке, девочки? Сансет вытерла кровь под носом. — Немного в синяках. Но это лучшее, что я чувствовала за долгое время. — И после того, как мы увидели, как Мундэнсер надрали зад, я думаю, что мы все чувствуем себя довольно хорошо, — сказала Рейнбоу. — Ой! — Она потёрла рёбра там, где Эпплджек толкнула её локтём. — Без обид. Твайлайт не ответила. Её глаза остановились на том месте, где исчезла Мундэнсер. Девочки по очереди объясняли Артемису события ночи, выражение его лица становилось всё мрачнее с каждым предложением. Трикси объяснила, как Мундэнсер использовала украденный Ламией Амулет Архонта, чтобы усилить свои магические способности, а Твайлайт смиренно подтвердила, что Мундэнсер тренировалась, чтобы овладеть магией. У Сансет было мрачное удовлетворение от того факта, что она победила Мундэнсер даже с её использованием магических улучшений. Артемис уронил голову на открытую ладонь и вздохнул. — Я не понимаю. Почему, Мундэнсер? Если у тебя были проблемы, почему ты не обратилась ко мне? — Может быть, она не могла, — мягко сказала Твайлайт. — Возможно, она всё ещё не может. — Возможно. Я намеревался докопаться до сути. Всё уже выходит из-под контроля, — Он улыбнулся им. — Я рад видеть, что вы все выбрались из этого целыми и невредимыми. Некоторые из вас стали ещё сильнее. Сансет взмахнула крыльями. — Вызывает больше вопросов, чем ответов, но дарёному коню в зубы не посмотришь. — Ага, эта ночька могла закончиться намного хуже, чем получилось в итоге, — сказала Эпплджек. Артемис приподнял шляпу. — И вам стоит насладиться тем, что от неё осталось. Увидимся со всеми вами позже. — Постойте! — Сансет указала на Ламию. — Не могли бы вы взять её с собой? Я знаю, что это она похитила меня, но… я думаю, что она тоже могла быть жертвой обстоятельств. Мужчина подёргал свою козлиную бородку. — Селене это не понравится. — Ненадолго. Я просто хочу поговорить с ней, когда она проснётся. Артемис вытащил палочку. — Всё в порядке. Но под твою ответственность. Я не буду убирать беспорядок, который она устроит. Луламун! — И с ещё одним клубом дыма он и Ламия исчезли. — Наверное, нам следует уйти отсюда, — сказала Эпплджек. — Не хочу оставлять это место в беспорядке, но мы никак не можем объяснить, что произошло. Рейнбоу отмахнулась. — Умоляю, эти люди достаточно богаты, чтобы заплатить за уборку. — И Артемис прав! — сказала Пинки. — У нас ещё есть час до окончания бала! Это будет вдвойне похоже на вечеринку «Сансет вернулась по-настоящему и надирает задницы!» Рэрити поперхнулась. — И мне нужно сказать Флэшу, что с нами всё в порядке. Пошли, девчата. Если мы поторопимся, то увидим, кого выбрали на роль Короля и Королевы бала. Они двинулись к двери, но Сансет заметила, что Твайлайт отстала, её глаза смотрели за горизонт. — Вы, девочки, идите вперёд. Мы с Твайлайт догоним, — сказала Сансет. Ни один из них не был против. Все только понимающе улыбнулись. Ненавижу, когда они так делают. Она повернулась к Твайлайт, пытаясь придумать что-нибудь утешительное. — Хей…уф! Твайлайт бросилась к Сансет, уткнувшись лицом в изгиб её шеи. Сансет обняла её в ответ, чувствуя, тёплые слёзы струящиеся по платью. Они стояли в объятиях на крыше, их молчание нарушали лишь всхлипы Твайлайт. — Прости, — сказала Твайлайт, вытирая глаза. — Ты постоянно продолжаешь это говорить. За что ты извиняешься? — За много вещей. За Мундэнсер, за то, что ты не могла сказать, что тебе не хватало настоящей части себя, за то, что я не смогла защитить тебя. Сансет провела рукой по волосам Твайлайт. — Ни в чём из этого нет твоей вины. Так что не беспокойся о них, хорошо? Это мне стоит извиниться перед тобой за Мундэнсер. Не могу представить, что ты, должно быть, сейчас чувствуешь. Твайлайт зажмурила глаза и снова прижалась лицом к шее Сансет. — В основном замешательство. Немного предательства. Немного глупо. Я думала, вы ладите. Я понятия не имела, что она хочет… — Я тоже. Думаю, мне следует ещё раз извиниться. Я вроде как солгала тебе. Мундэнсер и я никогда не ладили. Она ревновала, что ты встречаешься со мной, а мне… мне она просто не нравилась. Мы пытались не обращать на это внимания ради тебя, но… Твайлайт покачала головой, её волосы щекотали Сансет. — Думаю, сейчас это не имеет значения, — Она икнула. — Она действительно сделала всё это из ревности? — Думаю, лишь частично, — Сансет посмотрела в сторону города, замечая Кантерлотскую башню с выключенным на ночь светом. — Я думаю, что здесь замешано что-то ещё. — Магия, — сказала Твайлайт с оттенком горечи. — Я помню, когда всё имело смысл и было объяснимо. Теперь… это всё запутанное месиво. Даже то, что я чувствую, сбивает с толку. Я должна злиться на неё, но мне просто… грустно. И я чувствую себя такой бесполезной. Сансет приподняла подбородок Твайлайт. — Ты не бесполезная. Ты настолько далека от бесполезности, насколько это вообще возможно. Я уже говорила тебе раньше, Твайлайт, ты потрясающая. Ты редкий тип удивительности. Тебе не обязательно обладать магией, чтобы быть полезной, твой научный мозг уже многое сделал для нас. Она опустила руки на талию Твайлайт и начала медленно раскачиваться из стороны в сторону. — Тот факт, что ты противостояла Скарлет и Мундэнсер, сам по себе удивителен. Это требовало мужества, а мужество не бесполезно, — Сансет добавила в их ритм немного движения ног. Она переместила одну руку и вложила её в руку Твайлайт. — Пока моя душа была далеко, она мечтала. Хочешь узнать, какая у меня была мечта? Твайлайт кивнула. — Она была о тебе. Мы были вместе, — Сансет покраснела. Она не могла сообщить Твайлайт все подробности. Пока нет. Она не хотела, чтобы их надежды заходили так далеко. — И когда я пыталась выбраться, твоя любовь ко мне была тем, что помогло сбежать. На лице Твайлайт появилась глуповатая улыбка, её щеки горели ярче, чем крылья Сансет. — Я просто… скучала по тебе. — Я тоже скучала по тебе, — Сансет направила Твайлайт к более решительным шагам и медленному вращению. Они танцевали под песню, которая играла только в их головах. Сансет хотелось думать, что это «Симфония ангелов». — Ранее, когда я сказала это, я не могла полностью это иметь в виду. Моё сердце не было вложено в эти слова. Или, на самом деле, моя душа. Но сейчас… Сансет закрыла глаза и прижалась губами к губам Твайлайт. Твайлайт обвила руками шею Сансет и повисла так, словно от этого зависела её жизнь. Это было так похоже, но в то же время так отличалось от их первого поцелуя на Зимнем балу. Это был поцелуй для понимания, для Твайлайт, чтобы она знала, насколько искренними были расцветающие чувства Сансет. Этот поцелуй обладал тем же качеством, но в нём была и более глубокая страсть. Её зарождающиеся чувства развились после того танца полгода назад. Сансет почувствовала это сейчас. Она прикусила губу Твайлайт и принялась исследовать её рот, затем позволила девушке сделать то же самое со своим. Пылающий жар расцвёл в груди Сансет, когда она обхватила Твайлайт за талию. Они медленно отстранились друг от друга, улыбаясь. — Я люблю тебя, — задыхаясь, сказала Сансет. Её сердце плясало в груди. Твайлайт наклонилась для второго, более короткого поцелуя, а затем сказала: — Я знаю, — Она рассмеялась, когда Сансет ущипнула её за бок, а затем положила голову девушке на плечо, и они продолжили свой медленный танец. — Ты боишься высоты? — Вдруг спросила Сансет, глядя в небо. Над ними налетело несколько лёгких облаков. — Не особо. Почему ты спрашиваешь? Сансет подхватила Твайлайт на руки. — Держись крепче, — Прежде чем Твайлайт успела возразить, Сансет взмыла в воздух, мощно взмахнув крыльями. Терраса становилась всё меньше и меньше по мере того, как они поднимались к Луне. — С-Сансет! Подожди! Куда мы летим? — Твайлайт продолжала с силой обнимать Сансет за шею. На этот раз от этого действительно зависела её жизнь. — Ну, девочки всё время были рядом, и я не хотела вернуться с ними на танцы. Я подумала, почему бы нам не повеселиться? Кантерлот простирался под ней, сверкая огнями зданий, машин и неоновых вывесок. Разноцветные звёзды разных форм и размеров разбросаные по земле. Просто, может быть, у этого Кантерлота было что-то большее чем у Кантерлота с её родины. Сансет взлетела ещё выше, тепло её крыльев отгоняло холод. Твайлайт прижалась лицом к груди Сансет, зажмурив глаза. Сансет опустила голову и потёрлась носом о щеку Твайлайт. — Ну же, посмотри. Обещаю, тебе ничего не угрожает. Твайлайт рискнула и взглянула вниз. Её вздох растворился в ветре, но она сказала: — Это так красиво. Я никогда не видела Кантерлот таким. — Ага, это довольно невероятно, — Сансет закрыла глаза, смакуя ветер на лице и возбуждённое трепетание в животе. Они остановились чуть ниже облачного слоя. Сансет надеялась, что никто не увидит их с такой высоты, хотя, если кто-то и заметит, вряд ли ему поверят. Она пролетела с Твайлайт на руках над центром города, через сельскую местность и до самого берега океана. Сансет опустила их немного ниже, чтобы они могли слышать шум волн. Луна отражалась в воде, придавая ей глянцевый блеск, который казался гипнотическим. Пока они летели вдоль побережья, Сансет глубоко вдыхала аромат моря. Твайлайт подняла глаза от вида и посмотрела в глаза Сансет. Несколько слезинок вытекло, унесённое ветром. Она наклонилась и снова страстно поцеловала Сансет. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю.

***

Мундэнсер рухнула на нижнюю ступеньку вестибюля, всё ещё прижимая руки к лицу. Обжигающая боль возобновлялась каждый раз, когда Мундэнсер хотя бы вздрагивала. Ей казалось, что кто-то прижал к её лицу три полоски горящего металла и не хотел их сдвинуть, как бы она ни умоляла. С остальными её частями дела обстояли не намного лучше. Каждый мускул в теле устал, а голова раскалывалась. Последним было сердце, оставшееся лежать грудой осколков на крыше. Перед ней предстала Темпест с выражением торжества на лице. — Чтож, Мундэнсер, ты не принесла ни одной из душ, которые обещала. Мундэнсер посмотрела в пол. Вот оно. Все её планы рухнули. По крайней мере, она снова сможет увидеть мать. Темпест принялась ходить, лениво жестикулируя рукой. — И мы потеряли Скарлет. Хотя, я полагаю, тебя нельзя полностью винить за это. В общем, это была не самая удачная ночь для тебя, не так ли? Мундэнсер не ответила. Жар Амулета Архонта обжигал её кожу, но она выпустила всю свою ярость в последней атаке. — Но… — Темпест остановилась. — Ваше маленькое выяснение отношений действительно произвело неожиданное количество магии. И наблюдение за тем, как эти девушки развивают свои способности, натолкнула меня на одну идею… Мундэнсер медленно подняла голову, морщась от этого движения. Осмелилась ли она надеяться? — Как бы мне ни хотелось это сделать… захват твоей души не решит наших проблем. Так что да, Мундэнсер, ты проживешь ещё какое-то время, — Она встала на колени перед Мундэнсер, подняла руку и прижала её к руке, которой Мундэнсер прикрывала лицо. Она издала короткий вскрик боли от этого давления. Это было тем, что, по её мнению, чувствовало животное, получившее клеймо, когда в него втыкали кочергу. Темпест заговорила низким самодовольным голосом. — Вспомни об этой боли в следующий раз, когда тебе придёт в голову совершить какую-нибудь глупость. Вспомни унижение, которое ты только что пережила. И помни, что я могу сделать это в десять раз хуже, — Темпест отпустила её и выпрямилась. — Отныне тебе запрещено с кем-либо контактировать. На какое-то время. Не то чтобы тебе было с кем поговорить снаружи. Взмахнув плащом, она ушла, миновав Найт Шейда, стоявшего у входа в коридор. Мундэнсер не обратила на него внимания. Она просто не могла, слёзы застилали глаза. Найт Шейд прочистил горло. — Лемон Фреш, — печально позвал он одну из горничных. — Принеси лёд и мазь для моей дочери, — Он отвернулся и последовал за Темпест. Когда Лемон Фреш поклонилась и поспешила из комнаты, Мундэнсер потянулась к своей блузке и сорвала амулет. Порыв прохладного воздуха омыл её, наполняя разум спокойными мыслями… и сожалением. Она прислонилась спиной к лестнице, борясь с нарастающими в горле рыданиями. У неё появились шрамы. Она предала семью. И потеряла своего единственного друга. С дрожащим вздохом она посмотрела в потолок. Я скоро всё верну. Мне просто нужно выжить.