Великолепная Семёрка

Трикси крепко сжимала свою шляпу, пока бежала через подлесок, ныряя и петляя между лианами и низко свисающими ветвями. Её плащ вдруг зацепился за что-то острое, но резкий рывок освободил его. Злобные вопли и улюлюкания за этот короткий перерыв стали невыносимо близкими. Трикси снова бросилась бежать, шаря рукой в кармане, чтобы вытащить палочку. Её потным пальцам было трудно ухватиться за неё, и девушка чуть не выронила оную, когда наконец смогла вытащить. Подпрыгивая и вертясь, Трикси направила палочку на землю позади себя и закричала: — Луламун! Земля загрохотала и забугрилась. Сквозь неё начали пробиваться зеленые ростки, достигавшие лодыжек Трикси, прежде чем остановиться и распуститься тюльпанами. Трикси разочарованно вскрикнула и топнула ногой. — Это должна была быть стена из лиан и шипов! Железное копье пронеслось в опасной близости от её головы и вонзилось в ближайшее дерево. Она могла видеть быстро приближающиеся силуэты своих преследователей в зеленом пологе. Отказавшись от магии, Трикси снова ускорилась, ненавидя количество пота, которое вызвало это приключение. Влажность джунглей так же не помогала. Трикси казалось, что она пытается дышать под водой. Насекомые нападали на неё во время бега, прилипая к голым рукам. Она не была уверена, что разозлило её больше: тот факт, что её отпугивающее заклинание не сработало, или то, что жуки были всё ещё живы, когда напали на неё, продолжая кусаться! Трикси не была уверена, сколько ещё сможет бежать. Её легкие горели, а ноги болели. Ей отчаянно хотелось взять паузу и сделать большой глоток из фляги, даже если вода была уже чуть теплой. Её нога зацепилась за корень, и девушка споткнулась и пошатнувшись, прежде чем поймать равновесие. Как только она выпрямилась, что-то схватило её за запястье и отбросило в дерево. Ствол задрожал, подобно водной глади, когда она провалилась сквозь него и попала в руки отца. Артемис приложил палец к губам, но Трикси не нужно было просить молчать. Она была слишком занята, переводя дыхание в прохладном помещении, чтобы утруждать себя словами. Разъярённая толпа приблизилась, сотрясая землю силой своих шагов. Трикси напряглась, когда с обеих сторон их окружили крики, английский смешивался с их родным языком: призывы связать незваных гостей и сжечь на костре. Трикси была слишком молода и красива, чтобы сгореть заживо! Но крики и топот прокатились мимо, и никто не проскользнул к дереву, чтобы схватить их. Когда джунгли погрузились в тишину, Артемис высунул голову и жестом пригласил Трикси следовать за ним. Она выскользнула из иллюзии, снова почувствовав всю влажность этого региона. Насекомые жужжали, а где-то вдалеке фыркал бородавочник, но Луламуны были одни. — Итак… — Артемис упёр руки в бока и строго посмотрел на Трикси. — Чему мы сегодня научились? Трикси сделала ещё один вдох, чтобы освежить легкие. — Не думай, что туземцы не знают английский, когда оскорбляешь их деревню? Артемис потер виски. — Достаточно близко. Пошли, пока они не вернулись, — Он зашагал по зелени бодрым шагом, так словно их не преследовали буквально только что. Что ж, если её отец не беспокоился по этому поводу, то и Трикси тоже не будет. Она последовала за ним по пятам, пытаясь стряхнуть оставшихся насекомых со своих рук. Не считая жуков, злых туземцев и не слишком благоприятного климата, Трикси наслаждалась своим кругосветным путешествием. Конечно, они ещё не нашли Радугу Света, но Трикси успела увидеть столько новых городов и людей! Они обогнали лавину, отбились от тигра и пробрались в запретный храм рока! Конечно, его уже опустошили до ниж, но всё равно это было круто. И всё ещё… Трикси нахмурилась, стряхивая последнего комара. Каждый раз, когда они оказывались в опасности, её магия отказывалась сотрудничать, как бы она ни старалась. Даже простые заклинания требовали усилий. Она не понимала; у отца это выглядело так легко. И она была его дочерью, так что ей тоже должно быть легко, верно? Всё было в порядке, когда они тренировались, но здесь, в реальном мире… Это не мог быть страх сцены. Она была Великой и Могучей Трикси! Она ничего не боялась! Она была абсолютно уверена в своих силах! Она вздохнула. Возможно, она просто недостаточно старалась. Да, именно так. Ей просто нужно было больше стараться. В конце концов, у неё была прекрасная фамилия, которой она могла соответствовать. Она заставит гордиться своего отца и всех своих предков. Они продолжали свой путь сквозь густую листву, солнце достигло своего зенита, а жара и влажность достигли нового рекорда. Поскольку дороги не было, им приходилось осторожно ступать по мягкой суглинистой почве, высматривая бродячих животных или зыбучие пески. Артемис старался не срубать ни одного растения из уважения к и без того разъяренным коренным жителям. После часа ходьбы и того, как у Трикси наконец сработало заклинание, отпугивающее насекомых, джунгли поредели, превратившись в невысокий утес. Из него торчали большие корни благодаря здоровым деревьям наверху. Артемис полез в карман и вытащил потертый клочок пергамента. — Судя по карте, где-то поблизости должен быть проход. Зазубренные и выступающие скалы затрудняли обнаружение любого входа. — Он так же возможно скрыт магическим образом, — сказала Трикси. — Прекрасное замечание, маленькая луна! Мы должны быть очень внимательны. Они прижались вплотную к стене, Артемис провел рукой по поверхности. Трикси постучала палочкой по случайным участкам стены, надеясь на какую-нибудь ответную реакцию. Девушка возносила молитвы чтобы они поскорее нашли вход, и наконец спаслись от этой ужасной жары. Пока она водила палочкой по камню, Трикси почувствовала, как по руке пробежала дрожь. Она откинулась назад, снова почувствовав это, постукивая вокруг. — Ха-ха! Отец, Трикси нашла его! Артемис отпрыгнул назад и ткнул в стену своей палочкой. — О, да Трикси, ты действительно его нашла! Как всегда блестяще! Уши Трикси порозовели. Артемис отступил назад и широко взмахнул палочкой. — Луламун! Раздался громкий треск и в воздух взметнулась пыль, когда фрагмент стены отвалился, образовав узкую щель, в которую они могли протиснуться. — Я пойду первым, — сказал Артемис, поднимая палочку. — Держись рядом со мной. Он проскользнул в расщелину, для чего ему пришлось повернуться боком. Трикси последовала за ним, будучи достаточно худой, чтобы протиснуться без проблем. Температура резко упала, как и освещение. Было почти кромешная темнота, когда расщелина открылась в небольшую пещеру. Артемис зажег свою палочку, окрасив комнату в голубой оттенок. Трикси сделала то же самое, её палочка несколько раз вспыхнула искрами, прежде чем воспламениться. — Думаешь, Радуга Света здесь? — спросила Трикси точно так же, как и в каждой пещере, храме и ломбарде, которые они посещали. — Я бы солгал, если бы сказал, что уверен, — сказал Артемис. — Но тот скелет отчаянно сжимал карту, и единственная руна, которую я могу расшифровать, — «магия». Здесь определённо есть что-то волшебное. Трикси не хотела терять веру, но начала задаваться вопросом, не было ли это погоней за дикими гусями. Что, если Радуги Света вообще не существует? Но Меган и Мерлин должны были чем-то победить Тирека. Существовала ли радуга или нет, Трикси сомневалась, что они найдут её здесь. Вода стекала с острых сталагмитов в неглубокие лужи, единственный источник шума, если не считать хруста сапог её и отца. Неподвижный воздух и тишина заставляли Трикси почти скучать по жужжанию насекомых в джунглях. Но, хотя в пещере не было жизни, в ней также не было и скелетов. Трикси была сыта ими по горло ещё в храме. Она была бы совершенно счастлива, прожив всю оставшуюся жизнь никогда больше не увидев оных, включая своего собственного. Тропа перед ними шла под уклон, сначала плавно, затем перешла в крутой обрыв. Дважды Трикси чуть не потеряла равновесие из-за стекающей с неё воды. — Хм. Это кажется слишком простым, — сказал Артемис, как только тропинка снова выровнялась. — Не то чтобы я жалуюсь, но обычно к этому времени что-то пытается нас убить. — Разъярённая толпа не считается? — спросила Трикси с ноткой раздражения в голосе. — Трикси предпочитает, чтобы всё было легко. — Я тоже, но тот факт, что это происходит, заставляет меня нервничать, — Артемис продолжал идти вперед, время от времени взмахивая палочкой и искажая голубой свет. Они были на полпути вниз по последнему склону, когда земля позади них застонала, и грохот сбил заставил их остановиться. Звук становился громче, с потолка посыпался мелкий гравий. Трикси застонала. — Не говори Трикси, что это очередной валун. Конечно же, на них несся каменный обсидиановый шар, занимающий весь проход. Артемис и Трикси протяжно вздохнули, прежде чем Артемис схватил Трикси за плечо. — Луламун! Мир исчез, бросив Трикси в красочную пустоту. Это произошло лишь на мгновение, прежде чем всё вернулось на круги своя. Артемис и Трикси стояли на том же месте, но валун теперь катился в сторону от них. Они смотрели, как тот исчезает в темноте, и так продолжалось почти минуту, прежде чем до них донесся ужасающий грохот. Артемис снова вздохнул. — Похоже, что каждая цивилизация пришла к одной и той же идее валуна в одно и то же время. Сейчас это такое клише. Трикси не могла не хихикнуть. Только её отец мог назвать бег от валуна клишированным. Они двинулись дальше по туннелю, следуя по дорожке, проложенной валуном. Когда они достигли его, то обнаружили, что тот врезался во вход в соседнюю комнату. Артемис направил свою палочку на камень. Синий свет исчез, оставив туннель освещённым только магией Трикси. Свет от его палочки скользнул по камню мягким сиянием. Медленно он уменьшался, в течение минуты превратившись из огромного валуна в маленький шарик. Артемис отбросил его ногой и шагнул в комнату. Это была большая коробка, сложенная из плиток разных оттенков коричневого. Они покрывали пол, стены и даже потолок. На каждой плитке был изображён один и тот же символ: большой глаз с крошечным красным зрачком. Единственной чистой панелью в комнате, была та, на которой сейчас стоял Артемис. В задней части комнаты был небольшой постамент с длинным деревянным посохом, стоявшим вертикально. Светящийся кристалл уютно устроился между двумя острыми ветвями. Трикси опустила плечи. — Что-то подсказывает Трикси, что это не Радуга Света. — Верно, — раздался сзади холодный голос. Артемис и Трикси обернулись, выставив перед собой палочки. По туннелю, одетая в темный дорожный плащ, прошлась женщина с выпускного бала, та самая, что приказала Мундэнсер уйти. На её шее висел треугольный золотой амулет. От одного взгляда на него у Трикси побежали мурашки по коже, а душа содрогнулась. — Ты, — прорычал Артемис. — Ты, должно быть, Темпест Шедоу. Темпест симитировала лёгкий поклон. — Для меня большая честь встретить знаменитого Артемиса Луламун. Наслышана о тебе. — Что ты сделала с моей племянницей? — крикнул Артемис. — Ничего, чего бы она сама не навлекла на себя, — Темпест скривила губы в ухмылке. — Всё, что она сделала, было её личным и сознательным выбором. Артемис сузил глаза. — Как ни странно, я тебе не верю. — Верь во что хочешь. А теперь я попрошу лишь один раз: отойдите в сторону. Я хотела бы взять то, что находится в этой комнате. Трикси выпрямилась в полный рост. — Ни за что! Мы нашли его первыми! Кроме того, вы, вероятно, собираетесь использовать его для чего-то гнусного. — Я полагаю, это зависит от твоего определения «гнусного». Как бы то ни было, я ожидала такого ответа. Смутное давление обрушилось на туннель. Трикси почувствовала, как температура упала ещё больше, заставляя её почти тосковать по жаре снаружи. Ветер взметнулся вокруг плаща Темпест, обнажая лёгкую тонкую броню. Трикси увидела, что одна её рука была целой, хотя и была испещрена шрамами и оспинами. Вторая отсутствовала чуть ниже плеча, или так было до тех пор, пока поток теней не рухнул вниз и не сформировал полностью функционирующую руку, оканчивающуюся острыми когтями. — Трикси, иди за посохом, — сказал Артемис, в его голосе не было всей его обычной веселости. — Но… — Сейчас же! Трикси повернулась и поспешила в комнату. Вспышка света сзади заставила Трикси обернуться и посмотреть. Артемис отражал теневую руку Темпест щитом света. Он оттолкнул её и взмахом палочки призвал ярких голубей, чтобы они пикировали на женщину. Темпест пронзила когтями одного из них, превратив в белую пыль, прежде чем на неё напали остальные. Вернувшись к данной ей задаче, Трикси сделала первый шаг на одну из плиток. Она услышала короткий гул слева от себя, и у девушки была лишь доля секунды, чтобы пригнуться и броситься вперёд, прежде чем струя красного света вырвалась из одной из плиток на стене. Когда она упала на землю, раздалось ещё три звука, и три красных лазера, один с потолка, один с задней стены и один справа, выстрелили в неё. Трикси закричала, перекатилась и убралась с дороги, прежде чем отпрыгнуть назад, когда сверху ударил ещё один лазер, потом ещё один слева, потом справа, потом снова слева. Куда бы она ни ступала, каждый раз из черепичного глаза вылетал лазер. Она танцевала взад и вперёд, отчаянно пытаясь не поджариться. Лазер пробил её плащ, оставив зияющий опаленный след. Она снова закричала и бросилась обратно к входу, приземлившись на единственную безопасную клетку. Лазеры прекратили палить, и Трикси согнулась пополам, тяжело дыша. Артемис пролетел над головой Трикси, завернувшись в перекат при приземлении и вскочив на ноги как раз в тот момент, когда семь лазеров выстрелили в него со всех сторон. Он принялся крутиться, пригибаться и прыгать, уворачиваясь по большей части с трудом. Один лазер прошёл через его шляпу, оставив дыру, похожую на ту, что была в плаще Трикси. Ещё один коснулся плеча, и мужчина закричал от боли, когда обожгло кожу. — Отец! Артемис снова подпрыгнул, взмахнув палочкой. Прежде чем он приземлился, под его ногами появился синий знак, парящий прямо над землей. Вместо плиток он приземлился на символ, и лазеры остановились. Трикси повернулась к туннелю как раз вовремя, чтобы увидеть пять призрачных когтей, тянущихся к ней. Она отпрыгнула назад и выставила свою палочку вперёд, выстрелив отчаянным лучом фиолетовой энергии. Он попал в теневую руку Темпест, заставив её отпрянуть, но теперь Трикси снова была оставлена ​​на милость лазерных выстрелов. — Трикси, пузырьковый щит! — Закричал Артемис. Она прыгнула влево, чтобы избежать лазера, и отчаянно размахнулась палочкой, изо всех сил пытаясь вызвать щит вокруг себя. Щит действительно появился, но вместо того чтобы защитить её он сформировался вокруг Темпест, которая до этого момента наблюдала за хаосом с ошеломлённым выражением лица. Её улыбка растаяла, и она нажала на пузырь. Щит покрылся рябью, но оставался твёрдым. Быстро соображая, Трикси бросилась вперёд и толкнула Темпест обратно в коридор, Темпест повернулась и закувыркалась внутри темно-синей сферы. Та отскочила от острого камня и лопнула, освободив Темпест и повалив её на спину. Она перекатилась и бросилась к Трикси. Трикси выставила перед собой палочку, представив себе голубей, которых призывал её отец, и закричала: — Луламун! Несколько пятнышек света вырвались наружу и поплыли к потолку. — Иии! — Трикси сжалась, когда Темпест бросила в неё шар темной энергии. Артемис выпрыгнул перед Трикси и взмахнул палочкой, как теннисной ракеткой, отбрасывая энергетический шар. Затем полез в рукав и вытащил колоду карт. Как дилер из Лас-Вегаса, он с головокружительной скоростью швырял карты на землю, заполняя пространство между ними и Темпест. Темпест швырнула энергетический шар в стену, оставив глубокий ожог, а затем тупо уставилась на лежащие на земле карты. — Что это за глупый трюк? — Я называю это пасьянсом! — Артемис взмахнул палочкой вверх. Карты потрескивали электричеством, прежде чем дуги света взметнулись к потолку. Они расползлись, как паутина, создавая электрическую завесу между Темпест и Луламунами. Артемис развернулся, взмахнув плащом, и побежал обратно к краю зала. Он направил свою палочку на посох в конце, но тот отказывался двигаться. — Рисунки, — Он оглянулся и увидел как Темпест протянула свою теневую руку, чтобы собрать карты с земли. Электрический разряд пробежал по её руке, но она просто стиснула зубы и обнажила её, сминая карты в своей руке. — Трикси, — сказал Артемис, — мне нужно, чтобы ты телепортировалась туда и взяла посох. Я задержу Темпест. Трикси посмотрела на пространство между ней и посохом. Там было не больше двадцати ярдов, но ей казалось, что это целое футбольное поле. Она сжала палочку и сглотнула. — Л-ладно. Трикси может это сделать. Артемис похлопал её по плечу, прежде чем пройти вперёд. — Конечно ты можешь. Ты же Луламун! Темпест смахнула карты, отключив электрическую стену. Она вытянула шею и нахмурилась. — Если клоунские фокусы — это лучшее, на что ты способен, возможно, я была неправа, проявляя к тебе осторожность. — Я нахожу красоту в простых вещах жизни, — Артемис поправил шляпу и поднял палочку над головой. — Но если ты хочешь поразвлечься, я более чем счастлив это обеспечить! Луламун! Плащ Темпест затрепетал и поплыл вверх, прежде чем всё её тело взлетело к потолку и осталось висеть там. Она зарычала и выпустила когти на своей теневой руке. Артемис отошёл в сторону, наблюдая, как они пронзают твёрдую землю. Темпест упала на пол, приземлившись, как кошка, и бросилась на Артемиса. Он развернулся вне её досягаемости и нырнул под первый удар, прежде чем женщина задела его сильным ударом в бок. Он споткнулся, но выпустил огненный шар, который оцарапал броню Темпест. Трикси оторвала взгляд, когда её отец снова встал на ноги и отпрыгнул от следующего удара Темпест, оставившего трещину в стене. Её отец мог справиться сам, Трикси должна была верить в это. Точно так же, как он верил, что она может достать посох. — Просто телепортируйся, — сказала себе Трикси. — Так же, как Отец. Ты уже делала это раньше. Это просто. Она уставилась на постамент, запечатлевая его в своем сознании, затем закрыла глаза. Трикси представила себя стоящей на нём, посох в дюйме от её лица. Вытянув палочку перед собой, она позволила магии течь по венам в каждую частичку себя и прошептала: — Луламун. Мир закружился вокруг неё, исчезая в облаке дыма. Пространство-время подтолкнуло её вперёд, и пещера снова появилась перед её глазами во втором облаке дыма. Гул донёсся до её ушей, и Трикси поняла, что посох был не так близко, как ей хотелось бы. Она крутанулась на каблуках, красный луч энергии вырвался из пола, задел её щеку и подпалил волосы, когда девушка увернулась в сторону. Она нырнула под выстрел с левой стены, затем по-лягушачьи запрыгнула на постамент, когда другой выстрел прожёг вторую дыру в её плаще. Она схватила посох и выставила его как спасательный круг. Он был тёплым в её руках, и Трикси чувствовала, как по нему течет магическая энергия. Трикси едва не окликнула отца, но остановилась, увидев битву, в которую он был вовлечён. Темпест превратила свою теневую руку в зазубренный клинок и изо всех сил пыталась разрубить Артемиса пополам. Артемис, со своей стороны, продемонстрировал невероятные и искусные увертки, держась от греха подальше, схватившись рукой за волоски на подбородке. Хотя, судя по паническому бормотанию: «Нет, нет, нет, нет! " — Трикси знала, что его странное изящество было проявлено не из-за собственной прихоти. Артемис, наконец, отошёл на достаточное расстояние, чтобы взмахнуть палочкой и выпустить порыв воздуха, оттолкнувший Темпест дальше по туннелю. Затем он начал размахивать ею по широкому кругу, оставляя за собой тонкую огненную дорожку. Пламя росло с каждым оборотом, пока он не переместил его над головой, где оно начало обретать форму. Тонкие лапы заканчивающиеся когтистыми кистями, длинная морда с широкими усами и узкое змеевидное тело. Пещера светилась красным от огненного китайского дракона, кружившего над Артемисом. Со своего места сзади Трикси пришлось поднять руку, чтобы блокировать исходящий от него жар. Артемис направил свою палочку на Темпест, и дракон издав рев, бросился вперёд. Темпест встала на колено и ударила ладонью в грязь. Чёрный купол поднялся и окружил её, когда дракон спустился и поглотил всё пламенем. Жар усиливался, но Артемис не отводил взгляда. Он поднял руки, и огонь превратился в огромный ад, который ударил в потолок. Затем хлопнул в ладоши, и во вспышке белого света пламя превратилось в лёд. Это было красиво; усики и водовороты огня, идеально замороженные во времени, создавали вращающийся хрустальный столб. Артемис сделал палочкой ещё один широкий круг, и между ним и хрустальной башней пронеслось слабое сияние силового поля. Он повернулся к Трикси. — Это не удержит её навсегда. Давай уйдём отсюда, пока есть возможность. Трикси кивнула. Пока она готовилась к телепортации обратно, Темпест прорывалась сквозь лёд, сузив глаза и нахмурив брови, пока мчалась на полной скорости к Артемису. Вместо того чтобы ударить мужчину она врезалась в силовое поле и полетела на спину. Трикси услышала приглушенное ругательство с другой стороны барьера. Она хихикнула про себя, прежде чем закрыть глаза и закричать: — Луламун! Окружённая двумя клубами дыма она стояла рядом с отцом, посох всё ещё был в её руках. — Ха! Я сделала это! Трикси потрясающая! Темпест выпала из черного портала над ними, ударив ботинком Артемиса сбоку по голове. Она приземлилась, схватила посох одной рукой, а другой ударила Трикси наотмашь. Лицо Трикси жгло как от силы удара, так и от темного ожога, который оставила на ней Темпест. Трикси направила палочку на Темпест, не зная, чего именно она хочет, но крикнула: — Луламун! Ярко окрашенные магнолии выскочили с конца палочки. Темпест ухмыльнулась и подняла свою теневую ладонь к груди Трикси. Сфера черной энергии ожила, и Трикси попыталась наколдовать свой пузырьковый щит, молясь, чтобы на этот раз это сработало. Две нити разноцветных лент обвили оба запястья Темпест. Её руки заломились за спину, и Артемис развернул её и впечатал в стену. Он потянулся вперёд, вырвал посох из рук Темпест и перерезал ленты, торчащие из его рукавов. Они продолжали двигаться сами по себе, связывая руки Темпест. Теневая рука Темпест исчезла, освободив настоящую руку. Она развернулась и стряхнула ленты, прежде чем вернуть себе и левую руку. Артемис постучал себя по подбородку. — Хм. Никогда не задумывался об этом недостатке в моём трюке, — Он отпрыгнул назад, избегая когтей Темпест. Трикси убралась с пути отца, отступая вверх по туннелю, чтобы дать ему больше места для борьбы. Она прикусила губу, наблюдая, как взрыв проходит в нескольких дюймах от него. Должно было быть что-то ещё, что она могла бы сделать, чтобы помочь. Она направила свою палочку на Темпест, пытаясь придумать наиболее эффективное заклинание, которое не имело бы обратного эффекта. Темпест была опасно близка к тому, чтобы ударить Артемиса, который застрял на задней ноге, используя быстрые заклинания щита и небольшие всплески магии. Взмахом палочки Трикси бросила огненный шар в Темпест, на мгновение ощутив головокружение от того, как легко это было. Темпест отбила его, едва взглянув в ту сторону, когда нацелилась на Артемиса. Топнув ногой и фыркнув, Трикси приготовилась снова произнести заклинание, но остановилась, когда её осенила идея. Вместо того чтобы ударить её, я просто помешаю ей! Она направила свою палочку на отца. Если и было что-то, чем Трикси гордилась, так это своей магией иллюзий. — Луламун! — воскликнула она, и из её палочки вырвалась искра энергии. Артемис развернулся на пятке, выворачиваясь из-под удара Темпест и вынуждая её вытянуться. Вместо того чтобы попасть в Артемиса заклинание поразило её, и во вспышке света перед мужчиной предстали две Темпест Шедоу. — Ииип! — заплакала Трикси. Две Темпест в замешательстве уставились друг на друга. Одна отклонилась, и другая повторила её движение. Они обе подняли кулак, чтобы ударить друг друга, та, что справа, прошла сквозь другую, подобно дыму. Её фигура на мгновение распалась, а затем снова собралась воедино. Обе злобно ухмыльнулись и повернулись к Артемису. Он засовывал посох в свой длинный рукав, просовывая кристалл сразу за манжету, когда близнецы Темпест снова обратили на него внимание. Кристалл исчез за его рубашкой, и он поднял руки. — Тада! В рукаве ничего нет! Обе Темпест зарычали. Они замахнулись кулаками, но Трикси снова взмахнула палочкой, заставив иллюзию испариться. Оставшись с одним противником, Артемис выпустил из своей палочки цветок, похожий на венерину мухоловку, который защелкнулся на руке Темпест, пустив кровь. Однако её кулак продолжал движение и врезался в грудь Артемиса, отправив его на землю. Темпест поставила ботинок ему на живот, сорвал мухоловку и направил темную струю ему в лицо. — Куда ты дел посох? — Без понятия, — беззаботно сказал Артемис. — Пока у тебя его нет, неважно, где он находиться. Прежде чем Темпест успела возразить, Трикси выпустила сильнейший заряд чистейшей магии, на который была способна. Яркий шар белой энергии устремился вниз по туннелю, сливаясь во вращающуюся сферу. Темпест подняла свою теневую руку, чтобы заблокировать её, но та всё равно отбросила её назад. Женщина споткнулась, но устояла на ногах, увязнув пятками в грязи, когда магия толкнула её назад. Она подтолкнула сферу прямо к порогу лазерной камеры, после чего когти Темпест вонзились в неё, и сфера полетела обратно в Трикси. Артемис вскочил на ноги и поднял палочку. Магическая сфера ударилась о неё и превратилась в крутящийся вихрь, который уменьшался по мере того, как палочка поглощала его, не оставляя после себя ничего. Темпест повела плечом и фыркнула. — Что ж, приятно знать, что все эти слухи не были беспочвенными. Но раз посоха больше нет, мне здесь тоже больше нечего делать, — Порыв холодного воздуха пронёсся по пещере, и позади неё открылся чёрный портал. — О нет, ты не уйдёшь! — крикнул Артемис. Из его палочки вылетело золотое лассо. Темпест ухмыльнулась и отпрыгнула назад, исчезнув в клубящейся тьме, прежде чем лассо успело до неё добраться. Портал закрылся и растаял, оставив после себя несколько клочков теней. — Чёрт возьми! — фыркнул Артемис, прежде чем схватиться за грудь и опуститься на одно колено. — Нгх… Возможно, я становлюсь слишком старым для этого. Трикси подбежала к нему и опустилась на колени рядом. — Ты в порядке? Он подарил ей зубастую улыбку. — Всего лишь несколько синяков. Ничего такого, с чем бы не сталкивался такой опытный авантюрист, как я, — Он посмотрел на ожог на лице Трикси и нахмурился. — Что более важно, в порядке ли ты, маленькая луна? Трикси фыркнула и вздернула нос. — Конечно, Трикси в порядке. Эта Темпест Шедоу едва тронула меня пальцем. Потому что отец сделал всю работу. Её уверенность сдулась, как проколотый воздушный шарик. Конечно, её отец участвовал в большинстве боев, но она достала посох, как он и просил… после того, как её чуть не поджарили лазеры. И она использовала свою магию иллюзий на Темпест вместо него. И её пузырьковый щит дал обратный эффект… Её надменная ухмылка дрогнула, а плечо опустилось на полдюйма. Это не сильно отличалось от её гордой презентации, но Артемис всё равно заметил. — Что случилось, милая? — Ничего! — машинально выпалила Трикси. — Вот, Трикси может залечить твои раны! — Это компенсировало бы недостаток её вклада! — Луламун! Мягкий свет полился с кончика её палочки. Артемис вздрогнул, схватился за грудь и глубоко вдохнул. Свечение нахлынуло на него, как волна, и синяк на голове исчез. Свет потускнел, и Артемис несколько раз ткнул себя в живот, нервно смеясь. — Ну, милая, ты определённо убрала боль… но, э… я думаю, ты могла также случайно удалить мою селезёнку. Рука Трикси обмякла, и она склонила голову. — Ой… — Ну-ну, луночка, это легко поправимо! Ты по прежнему внесла большой вклад! — Нет, не внесла — пробормотала Трикси, слёзы начали щипать глаза. — Я путала заклинания на протяжении всего приключения! Я даже не смогла заставить подействовать заклинание от насекомых! Я не могла помочь тебе сразиться с Темпест, я чуть не потеряла посох. Может быть… может быть, я не создана для того, чтобы быть Луламуном. От этой мрачной мысли сердце Трикси сжалось в тиски. Если она не была хороша в магии, то в чём же она могла быть хороша? Артемис положил руку на её щеку. — Трикси, не говори так. Конечно, ты Луламун, — мягко сказал он. — Но посмотри, сколько раз я всё портила! Я далеко не так хороша, как ты! Я пытаюсь представить, что все мои заклинания работают так же, как и твои, и каждый раз они имеют неприятные последствия! Каждый раз, когда мы отправляемся в настоящие приключения, я просто… паникую. У тебя всё выглядит так просто. Артемис издал тихий смешок. Он сел и похлопал по земле рядом с собой. — Знаешь… Раньше я всё время сравнивал себя с Апаллой, — задумчиво сказал он. — Она всегда была лучшей из нас двоих. Она быстрее выучила заклинания, стала ловчее, у неё было больше друзей. Конечно, я унаследовал лучшую внешность. Трикси слабо хихикнула, вытирая глаза. — Она была старшей близняшкой, поэтому, естественно, я смотрел на неё снизу вверх. Я старался делать всё, как она. Чаще всего мои собственные заклинания оказывали на меня обратное действие. Мы устраивали двойное представление для наших друзей. У неё всегда всё проходило без сучка и задоринки. У меня же было… не так всё удачно. — Правда? — Ну конечно! Магия может быть у тебя в крови, но она нуждается в совершенствовании, как и любой другой навык. И то, что работает для одних, может не работать для других. Я делаю так, чтобы всё выглядело «легко», потому что я нашел свой собственный ритм, как и ты найдёшь однажды свой. Трикси посмотрела на свою палочку, лениво лежащую у неё в ладони. Что она делала не так? Может быть, она слишком много думала о том, что сделал бы её отец, вместо того, чтобы делать то, что сама считает правильным? Её заклинание иллюзии сработало, просто оно было смещено в сторону. Но секрет успеха не мог быть таким простым. Хотя, рассуждала она, её заклинания работали лучше, когда она не слишком много думала о них. Может быть, это действительно было так просто. Она глубоко вздохнула и кивнула головой. Она так долго подражала своему отцу, что избавиться от этой привычки становилось трудно. Но если это означало, что она сможет лучше разбираться в магии, она попытаеться. — Хорошо, — сказал Артемис. — И, что более важно… — Он провёл пальцем под подбородком Трикси и поднял её голову так, чтобы она встретилась с ним взглядом. — Быть Луламуном — это не просто знать заклинания и выполнять магические задания, — сказал он мягким, но серьёзным голосом. — Да, ты происходишь из длинного рода ведьм и колдунов, и у нас действительно важная роль в мире. Но это не то, что определяет нас, Трикси. Мне нравится, что ты любишь магию, но если бы ты хотела стать бухгалтером, я был бы так же счастлив. Быть Луламуном означает следовать своим мечтам, делать всё возможное и пытаться сделать мир лучше, чем ты его застал. С магией или без, ты всегда будешь Луламуном. И мы с твоей мамой всегда будем гордиться тобой. Трикси икнула и уткнулась лицом в рубашку отца. Он обнял её, и она заплакала ещё сильнее. Она ненавидела подобные слащавые, дрянные монологи! Особенно потому, что это приводило к слезам, а она ненавидела плакать! Но её сердце наполнилось радостью от слов отца, от осознания того, что она на самом деле заставляет гордиться своих предков и, что более важно, своих родителей. Хотя с какой стати ей когда-либо хотеть стать бухгалтером? Как только слёзы перестали течь, Трикси отстранилась и встала на ноги. Она положила руки на бедра и выпятила грудь, высоко подняв голову. — Трикси собирается стать величайшим волшебником в мире и найти Радугу Света! Это её мечта! Тогда все во всём мире узнают о её удивительных подвигах магии и героизма! Артемис откинул голову назад и от души рассмеялся. — Вот это моя девочка! Я не могу дождаться, когда увижу твоё имя в свете огней! — Он тоже поднялся на ноги, морщась и хватаясь за бок, пытаясь выпрямиться. — Погоди, одну секунду. Луламун! Он направил палочку на живот и вздохнул. — Хорошо, селезёнка вернулась. А теперь пойдём отсюда. Эта пещера угнетает. — Согланса. Трикси не может поверить, что говорит это, но на самом деле она скучает по джунглям, — Двое свернули в туннель и начали свой поход обратно. Они были на полпути, когда Трикси остановилась. — Подожди, отец… ты действительно не знаешь, куда отправил посох? Артемис снова рассмеялся. — Конечно, я знаю! Да, я телепортировал его в спешке, но зато отправил в одно из самых безопасных мест на планете!

***

Мягкий удар разбудил Селену и заставил её вскочить с кровати, подняв руки для самообороны. Спальня была по-прежнему погружена в кромешную тьму… если не считать мягкого свечения, исходящего из-за двери. Она осторожно схватила кинжал лежавший за спинкой кровати и вылезла из постели. Она ослабила бдительность на дюйм, когда увидела, что это всего лишь деревянный посох с ярким кристаллом наверху. Её первой мыслью было, что Артемис прислал его оттуда, где он и Трикси были в данный момент. Её второй мыслью было, сколько проблем они на себя наслали, чтобы добыть его? Удовлетворив любопытство, Селена положила кинжал на место и забралась в постель. Посох мог подождать, пока она не проснётся окончательно.

***

Две птицы, чирикающие снаружи на её балконе, разбудили Мундэнсер. Из её горла вырвался хриплый стон. Благодаря вчерашним подвигам, она не могла поспать больше шести часов, и, как и большинство ночей в последнее время, эта была беспокойной. Утренний свет лился из балконной двери и на её кровать. Учитывая щебетание птиц Мундэнсер не видела смысла в попытках снова заснуть. Она поднялась в сидячее положение и осторожно сняла мокрую тряпку с ожога на лице. Она вздрогнула, когда прохладный воздух коснулся его, позволив боли пройти, прежде чем она встала с кровати. Она прошаркала в ванную и приступила к утренней рутине, изо всех сил стараясь не смотреть на себя в зеркало. Она освежилась, переоделась в повседневную блузку и длинную юбку и вернулась к своей тумбочке, где её ждали маска и бутылка с алоэ. Очень, очень осторожно она втерла прозрачный гель в свои ожоги, сдерживая шипение боли и сжав челюсти. Когда алоэ была нанесена, она осторожно надела маску, чувствуя, как гель хлюпает внутри. Мундэнсер вздохнула, затем положила руку на подбородок. Сегодняшнее утро было таким же, как и каждое другое утро, даже если она начала немного раньше, чем обычно. Но она не могла не чувствовать, что что-то забыла. Полагаю, это что-то незначительное. Если бы это было действительно важно, она бы в конце концов вспомнила. Она открыла дверь своей комнаты и направилась по коридору. Сначала позавтракаю, а затем я посмотрю, распустились ли розы. Я уверена, мама была бы рада их увидеть. Это займёт Мундэнсер примерно до полудня, а затем ей придется заняться сводящей с ума задачей найти что-то, чем можно убить время до конца дня. У неё быстро заканчивались книги для чтения, а пианино с каждым разом приносило всё меньше и меньше радости. Она пока отогнала эту мысль. До перехода по этому мосту оставалось ещё несколько часов. Мундэнсер спустилась вниз в столовую. На массивном столе её ждало серебряное сервировочное блюдо с плафоном наверху. В остальном комната была пуста, как обычно. Она подошла и подняла крышку, сильно моргая, глядя на то, что лежало под ней. Блины, покрытые глазурью и посыпкой, приветствовали её, ещё тёплые. Вверху были вставлены свечи один и восемь, в данный момент не зажжённые. — Ох, — только и смогла выдохнуть Мундэнсер. Это и было тем, о чём она забыла. Сегодня ей исполнилось восемнадцать. Это означало, что прошло почти десять лет с тех пор, как нее жизнь перевернулась с ног на голову. — С днём ​​рождения, Леди Мундэнсер! Мундэнсер не вздрогнула от неожиданного голоса Лемон Фреш. Она была слишком очарована свечами. — Спасибо, — слабо сказала она. Если Лемон и заметила нехватку энергии у Мундэнсер, она никак это не прокомментировала. Она подошла к именинному блину с зажигалкой в ​​руке и зажгла свечи. — Никогда нельзя быть слишком взрослой, чтобы загадывать желание! — сказала она весело. Мундэнсер села и стала наблюдать, как мерцают крошечные одинаковые огоньки. В прошлые годы она желала одного: окончательной смерти Тирека, чтобы её мать могла проснуться. Теперь она разрывалась между этим и желанием, чтобы её лицо перестало наконец гореть. Она перевела дух и задула свечи, решив соблюсти традиции. Что такое небольшая боль по сравнению с искоренением зла? Лемон хлопнула в ладоши. — Надеюсь, тебе понравится сегодняшний день рождения! А ещё я приготовлю твою любимую пасту на ужин! Мундэнсер слабо улыбнулась. Надеть вторую маску сегодня потребовалось больше усилий, чем обычно. — Ты как всегда меня балуешь, Лемон Фреш. Она сочувственно улыбнулась Мундэнсер. — Я просто хочу, чтобы ваше восемнадцатилетие прошло хорошо, миледи. Я знаю, что последний месяц был непростым для вас… — Ты слишком добра, — Мундэнсер вытащила свечи и отложила их в сторону. — После недавних испытаний я должна верить, что с этого момента всё должно пойти только в гору. — Вот это дух, моя леди, — Лемон Фреш взяла свечи и поклонилась Мундэнсер, прежде чем удалиться на кухню. Как и вся еда, которую она готовила, блины были восхитительны; сладкие и пушистые с дополнительным сахарным слоем благодаря глазури. Этого было почти достаточно, чтобы поднять настроение Мундэнсер. Она отодвинула тарелку и откинулась на спинку стула, вслушиваясь в тишину столовой. Десять лет назад в комнате были не родители, тётя, дядя, Трикси и несколько школьных друзей. Потом она шесть лет сидела одна. Затем в её жизнь вошла Твайлайт. Три идеальных дня рождения, когда она могла выйти в мир и поделиться всем со своей лучшей подругой. Мундэнсер встала из-за стола и направилась в сад. Было мало смысла останавливаться на прошлом; она должна была продолжать идти вперёд. У неё не было выбора. Прекрасная погода встретила Мундэнсер, когда она вышла на улицу, что было неожиданностью, учитывая, как близко было лето. Прохладный ветерок дул с гор, сдерживая утреннюю жару и разнося в воздухе аромат распускающихся цветов. Мундэнсер надела садовые перчатки, взяла старую плетёную корзину и ножницы. Ранние весенние цветы начали увядать и сбрасывать лепестки по мере того, как усиливалась жара, в то время как поздние цветы стояли гордые и здоровые. Большой участок земли пустовал рядом с беседкой, где Мундэнсер сажала свои летние семена, когда находила в себе силы выскользнуть и купить их. Вдоль задней стены расцвел букет красивых голубых роз. Взяв свои ножницы, Мундэнсер отрезала целую дюжину и подрезала им шипы, прежде чем аккуратно положить их в свою корзину. Выполнив свою основную задачу, Мундэнсер щедро опрыскала все свои цветы из шланга, создавая мерцающую радугу, когда вода отражала солнечный свет. Вернувшись внутрь, Мундэнсер выбрала из стеклянного шкафа вазу, наполнила её водой и аккуратно расставила розы: шесть снаружи, пять спрятанных за ними и одну в самом центре. С цветами в руках, Мундэнсер поднялась на башню в задней части особняка. — Здравствуй, мама, — сказала она, толкнув дверь бедром. — Я принесла твоих любимиц… что ты здесь делаешь? Найт Шейд сидел рядом с Апаллой, накрыв её руку своей. Несмотря на красивый костюм и чисто выбритое лицо, он выглядел изможденным и унылым, а в глазах не было света. Когда она вошла, мужчина посмотрел в сторону Мундэнсер. — Доброе утро, Мундэнсер. С днём ​​рождения. Мундэнсер старалась не ударить вазой о тумбочку. Она не торопилась, чтобы убедиться, что ставит её по центру, в то время как сама успокаивала нервы. Когда всё наконец стало выглядеть идеально, она повернулась на каблуках и обратилась к отцу. — Доброе утро. Почему ты здесь? Он посмотрел на Апаллу, её пустые глаза из-под век были направлены в окно. — Я пришёл повидаться с твоей матерью. И я знал, что ты будешь здесь сегодня. — Есть очень много мест, куда мне разрешено ходить, — Мундэнсер скрестила руки на груди и притопнула ногой. — Могу я тебе чем-нибудь помочь? Найт Шейд потянулся и убрал прядь волос с лица Апаллы. — Ты хорошо о ней заботишься. — Кто-то же должен, — Мундэнсер охладила свои слова до самой низкой температуры, на которую они были способны. Она могла сосчитать по пальцам, сколько раз встречала здесь своего отца, и ни один из них не был недавним. Он перевёл взгляд на окно. — Я видел тебя в саду ранее. Цветы выглядят прекрасно. Мундэнсер притворилась, что у неё обморок, и прижала руку к сердцу. — Боже мой, твоё одобрение привело меня в трепет. Я должна наслаждаться такой похвалой; кто знает, когда ты снова раздашь его. — Мундэнсер… — Что ты здесь делаешь? — спросила она снова. — Разве мне нельзя видеться с женой? — Что ж, полагаю, пришло время для твоего осмотра раз в год. Найт Шейд прищурил глаза, их наполнил столь редкий жар. — Не стоит делать такие беспочвенные утверждения. — Вряд ли они беспочвенны, учитывая то небольшое количество раз, что ты здесь бывал. Жар ушел из глаз её отца, и он сказал с чувством вины в голосе: — Признаюсь, я поставил перед собой цель, чтобы наши пути здесь не пересекались. Я предпочитал проводить время с Апаллой наедине. Как, я уверен, и ты. Мундэнсер переместила руки к бёдрам, её ступня всё ещё хаотично постукивала. Хотя она не могла винить его за такой ход мыслей, это всё равно было недостатком для него за то, что он в значительной степени игнорировал её все эти годы. — Итак, ты решил, что сегодня наши пути должны пересечься? Это та часть, где ты даёшь мне деньги на день рождения, а потом снова прячешься в своем офисе? Найт Шейд устремил взгляд на голубые розы. — Я просто подумал… прошло много времени с тех пор, как мы все были вместе как семья. — Ты совсем не помог, — сказала Мундэнсер, и лёд в её голосе начал трескаться. — Я… признаюсь, я… — Нет, — твёрдо сказала Мундэнсер, водя рукой по воздуху. — Ты проводишь десять лет, избегая меня, а потом думаешь, что появление рядом с мамой в мой день рождения волшебным образом сделает всё лучше! — Я не… — Тогда почему… ты… здесь? — Потому что я пытаюсь компенсировать это! — закричал Найт Шейд, вскочив на ноги и наконец взглянув в глаза Мундэнсер. — Прости, Мундэнсер! Прости, что отталкивал тебя все эти годы! Прости, что позволил Темпест вторгнуться в нашу жизнь! Он повернулся к окну. — Эта женщина…. После того, как она забрала душу Апаллы… она пригрозила сделать то же самое с тобой, если меня всё ещё нужно будет убеждать, и я… я не мог потерять вас обоих. Она грозила этим, как разменной монетой, и каждый раз, когда этого было недостаточно, она клала проклятое ожерелье рядом со мной, и… вся моя сила просто улетучивалась. Я подумал, может быть, если бы я просто держал тебя на расстоянии вытянутой руки, делал вид, что мне всё равно… — Что, она перестала бы угрожать забрать мою душу? — Яростные слёзы навернулись на глаза Мундэнсер. — Ты думал, что фактически бросив меня, я избавлюсь от гнева Темпест? — Да, — сказал он тихо. — Тогда ты трус и глупец, — Она вытерла слёзы со щеки. — Скажи мне, когда ты наконец понял, что твой гениальный план не работает? Могу я предположить? Это было, когда я пришла домой с половиной лица? Её отец благоразумно решил не отвечать. Мундэнсер громко и медленно зааплодировала. — Фантастическая работа по защите меня. Прямо таки отец года! — Я не ожидал, что ты присоединишься к Темпест! — завопил Найт, снова развернувшись к Мундэнсер. — Я хотел, чтобы ты держалась подальше от всего этого! — Она украла душу моей матери, завладела твоей компанией и приходит в дом раз в два дня! Как я могла не вмешаться! Найт Шейд дёрнул себя за волосы. — Я не знаю! Я думал, что после того, как убедил её отпустить тебя в школу, у тебя будет нормальная жизнь! Мундэнсер сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладонь. — Это очень сложно сделать, когда она нависает надо мной и постоянно напоминает мне, что если я скажу хоть слово кому-нибудь, она заберёт у меня и Твайлайт душу! — Она раздражённо фыркнула и посмотрела на мать, совершенно не замечающую перепалку между мужем и дочерью. — Хотела бы я не заботиться о том, что делает Темпест. Но я хочу вернуть маму. Я должна была что-то сделать. — И ты думала, что помочь Темпест ещё больше с этим… этой схемой мирового господства была лучшим способом что-то сделать? Мундэнсер подняла голову, её глаза горели. — Ну, в отличие от тебя, у меня… — Она прикусила язык. Найт Шейд посмотрел на неё в замешательстве. — Что? У тебя есть план? — Нет, — ровно сказала она. — Мундэнсер… — Достаточно! — закричала она. Шрамы на её лице вспыхнули, заставив её прижать руку к маске. — У меня нет желания продолжать этот разговор! Найт Шейд протянул руку. — Но… Мундэнсер повернулась к нему спиной. — Твои извинения немного запоздали, отец! — сплюнула она, жжение усиливалось. — Если ты пытаешься наверстать упущенное, я бы посоветовала тебе этого не делать. Ты просто потратишь ещё больше времени. Она вышла за дверь, оставив отца уныло смотреть ей вслед.