Великолепная Семёрка

— Я до сих пор не могу поверить, что ты с ней не переспала. Сансет закатила глаза, запихивая полотенце в рюкзак. Шиммер лежала на кровати Сансет, скрестив руки за головой и глядя в потолок. Вчера Сансет обрела покой ровно на пять секунд, прежде чем Шиммер ворвалась в её комнату, чтобы выслушать все подробности о свадьбе. Абсолютно все. Сансет пыталась оставить неясным, что было или не было после церемонии, но Шиммер отказалась уйти без внятного ответа. — Что, тебе нужно сохранить девственность, чтобы использовать свою магию? — Продолжала Шиммер с шаловливой ухмылкой на лице. Сансет бросила в сумку бутылёк солнцезащитного крема и потянула за шнуровку, закрывая рюкзак. — Тебе реально нужно забыть об этом, это становится жутко. Какая тебе разница, сделали это мы с Твайлайт или нет? Шиммер села и подняла Пятныша, пытающегося засунуть нос в рюкзак. — Потому что технически ты — это я, а я слишком сексуальна, чтобы оставаться девственницей. Просто посмотри на себя. Повернувшись к зеркалу на обратной стороне двери своей спальни, Сансет увидела своё собственное лицо. Шиммер была права. С обтягивающим черным топом, украшенным желто-белой версией её кьютимарки, и огненной юбкой, обнажающей ноги, Сансет была силой, с которой приходилось считаться. Она снова посмотрела на Шиммер, которая пошло шевельнула бровями. — Прогуляйся по пляжу, и каждый парень будет пускать слюни тебе вслед. Черт, я бы украла этот наряд и сделала всё сама, если бы не старалась держаться в тени. Сансет подняла свой рюкзак и повесила на плечо. — Спасибо за повышение уверенности, но мне не нужна твоя помощь. То, что происходит между мной и Твайлайт, и когда это происходит, не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к кому-либо ещё. Шиммер снова плюхнулась на спину. — Ты такая скучная. — А ещё я собираюсь уходить. Убирайся из моей комнаты. Фыркнув, Шиммер скатилась с кровати и осторожно обошла Сансет. Она остановилась на пороге и усмехнулась через плечо. — Тебе нужны деньги на выпивку? — Иди! — Уф, очень скучная, — Она ушла в свою комнату, хлопнув дверью. Сансет приложила руку ко лбу. — Не могу поверить, что мы двойники, — Она опустилась на колени у кровати и почесала Пятныша за ушами. — Но ты любишь меня больше, не так ли? Пятныш жадно лизнул её ладонь. — Хороший мальчик! — Она погладила его по голове и развернулась, чтобы уйти. Солнце висело прямо над крышами, когда Сансет спустилась вниз. Рейнбоу была непреклонна в том, чтобы провести весь день на пляже, а до него было не менее часа езды при хорошем трафике. Сансет была удивлена, что Рейнбоу проснулась так рано. Она также была удивлена, что Селена позволила ей присутствовать, хотя и неохотно. Сансет до сих пор слышала цоканье её языка и раздраженное бормотание в стиле: «Подростки» Было ли это безответственно? Вероятно. Но Рейнбоу была права: Темпест будет трудно снова напасть на них через два дня после свадьбы. Кроме того, пляж не был похож на курорт; это была широкая полоса общественного пространства. Сансет предположила, что Темпест захочет сохранить некоторую осторожность. Был также тот факт, что Сансет обожгла Темпест плечо. Если маска, которую носила Мундэнсер, была каким-то признаком того, что Сансет оставила значительный след, достаточный, чтобы она надеялась, что Темпест не решится атаковать снова. Даже со всеми этими факторами Селена не спешила соглашаться. Она уступила только с условием, что Сансет должна будет отчитываться каждый час и быть дома к полуночи, в противном случае она будет наказана до конца лета. Сансет никогда раньше не была наказана и не собиралась пробовать сейчас. Её изгнание/самовольная отлучка не считалась. Сансет вошла на кухню, запах кофе разносился по открытой комнате. На столешнице рядом с кофемашиной лежала вчерашняя газета. Это был не заголовок, но в нижнем углу первой страницы Сансет прочитала: Катастрофа срывает большой день диджея! Свадьба кантерлотской богини любви и удачи Ми Аморе Каденса, также известной как Каденс, была прервана несколькими загадочными обстоятельствами. То, что поначалу казалось проявлением трусости, вскоре оказалось на самом деле своего рода попыткой похищения. Лесной пожар, предположительно начатый той же виновной стороной… Статья продолжилась на следующей странице. Сансет сделала мысленную пометку дочитать позже. Ей было любопытно посмотреть, как много СМИ раскопали, хотя она сомневалась, что они знали что-либо о Темпест, Мундэнсер или какой-либо другой магии. Селена сидела за кухонным столиком. Она переключалась между печатанием на своем ноутбуке и строчками в блокноте, время от времени останавливаясь, чтобы сделать глоток кофе. — Одна секунда после полуночи, и ты не покинешь этот дом, пока не опадут листья. Мне все равно, если ты инопланетный вундеркинд с магическими сверхспособностями — я найду способ удержать тебя здесь, — сказала она, не оглядываясь через плечо. Ее тон был серьезным, но по какой-то причине Сансет знала, что женщина прячет улыбку, какой бы крохотной та ни была. — Тебе, наверное, не придётся особо стараться. — Сансет схватила яблоко из вазы с фруктами. — Я ушла. Селена оглянулась через плечо. — И принеси мне мягкий крендель, пожалуйста. Сансет показала ей большой палец и вышла. На дворе стояло теплое утро с тонкими облаками, тянущимися по небу короткие мгновения, прежде чем полностью исчезнуть. До сих пор Сансет не могла решить, что более фантастично: то, что погода в этом мире контролирует сама себя, или то, что в ее мире ею управляют пони. Она стояла на подъездной дорожке, ожидая, когда подъедет нужная машина. Долго ждать не пришлось. По улице катился старый зеленый микроавтобус 1960-х годов с символом мира, нарисованным на правой стороне. Он вздрогнул и остановился перед Сансет, а из выхлопной трубы вырвалось густое облако смога. Дверь скользнула в сторону, и из-за неё появилась голова Рейнбоу. — Садись, неудачница, мы едем заниматься серфингом! — Как и Сансет, она уже была одета в свой пляжный наряд: черная рубашка с яркими молниями спереди, розово-черные плавки и розовую шляпу с изображением солнца и облаков. Сансет забралась внутрь, протискиваясь мимо Рейнбоу и присоединяясь к Твайлайт в заднем ряду. Рэрити помахала им пальцами из переднего ряда. Она тоже уже была одета для пляжа — в пурпурный жилет и небесно-голубую юбку с фальшивыми бриллиантами, свисающими с подола. В фургоне пахло удобрениями и кошками, а кожа на сиденьях была испещрена царапинами и пятнами. В то время как лобовое стекло выглядело в достаточно хорошем состоянии, другие окна казались неизменно грязными и превращали внешний мир в пятно светло коричневого цвета. Эпплджек сидела за рулём, а Флаттершай сидела на переднем сидении рядом с ней. — Добро пожаловать на борт, сахарок! — воскликнула Эпплджек, поправляя верхнее зеркало. — Это твой фургон, Эпплджек? — спросила Сансет, совершенно уверенная, что никогда не видела его на ферме. — Вообще он принадлежит моим родителям, — сказала Флаттершай. — Обычно они хранят его на складе, если только не помогают жителям дома престарелых. — Но поскольку они закончили использовать его на этой неделе, мы решили одолжить его для операции: «Carpe Diem Пляжного дня!» — громко сказала Рейнбоу, театрально указывая вперед. — Ставить «день» в конце излишне, поскольку «diem» итак означает день, — раздраженно сказала Твайлайт. Она подпирала щеку рукой, а в глазах у нее засыло унылое выражение. — Ты в порядке? — спросила Сансет, садясь на свое место. Твайлайт вздохнула. — Да прости. Я до сих пор думаю, что это плохая… плохая… ухх… — Она подняла голову и повернулась, чтобы посмотреть на Сансет, когда фраза застряла у нее в горле, а щеки приобрели алый оттенок. Рэрити повернулась и посмотрела на них, ее губы изогнулись в озорной улыбке. — О боже, сначала смокинг, теперь купальник. Возможно, мы перегружаем бедную Твайлайт. Справедливости ради, на Твайлайт тоже был, по мнению Сансет, очень симпатичный цельный купальник. Основной корпус цвета индиго с двумя наборами розовых точек спереди. Область бюстгальтера была в бело-голубую полоску и удерживалась на месте лентой и розовой звездой. На ней также была голубая пляжная кепка, которая действительно объединяла ансамбль. Твайлайт откашлялась и надвинула шляпу на глаза, как будто та могла скрыть ее ползучий румянец. — Ты прекрасно выглядишь, Санникинс. — Как и ты, Спарки. — Лады, давайте подберём Пинки и в путь! — закричала Эпплджек, выруливая на дорогу. Фургон накренился, и двигатель заурчал, прежде чем остановиться. Сансет надеялась, что эта старая машина сможет довезти их до пляжа и обратно целыми и невредимыми. Это была бы, по меньшей мере, шумная поездка. Хотя фургон был не таким громким, как ее мотоцикл, его можно было принять за газонокосилку — так он грохотал по окрестностям. Пинки ждала на обочине перед своим домом, попивая газировку и отчаянно махая рукой, когда Эпплджек подъехала. На ней был розово-белый цельный купальник с желтыми бантами спереди. Рядом с ней стоял большой красный холодильник. — У меня есть закуски! — пропела она, затаскивая его в фургон и протискиваясь между Рэрити и Рейнбоу. — Кто готов к самой большой пляжной вечеринке? Рейнбоу вскинула кулаки в воздух. — Carpe diem Дня! — Опять лишнее! — Отозвалась Твайлайт сзади. Они выехали на шоссе, выделяясь, как больной палец, среди блестящих и обтекаемых автомобилей. Эпплджек, казалось, справлялась с этим, но старый фургон едва поспевал за движением на медленной полосе. Рейнбоу застонала и вжалась головой в спинку сиденья. — Мы никогда не доберёмся такими темпами! — Потерпи немного, Дэш, — сказала Эпплджек. — Я уверена, что этой старушке просто нужна минутка, чтобы разогреться. — Нет, это её максимальная скорость, — просто сказала Флаттершай. — Ой ой! Я знаю песню, с которой время пролетит незаметно! — воскликнула Пинки. Рейнбоу стиснула зубы. — Клянусь, если ты начнешь петь… — Девяносто девять бутылок шипучки на столе! Девяносто девять бутылок … мммхм! Рейнбоу схватила свою кепку и впихнула ее в лицо Пинки. — Нет! Остановись! — Можем попробовать послушать радио, — предложила Эпплджек, возясь с приёмником. — Радио немного сломано, — сказала Флаттершай. — Оно принимает только станции с госпел и кантри. — Ну, меня устраивает кантри… — Эпплджек, я перелезу через эти сиденья и вырву радио, — угрожающе спокойно сказала Сансет. Рука Эпплджек опустилась с приёмника, и Сансет увидела в зеркале заднего вида её раздраженно надутое лицо. Рэрити раздраженно вздохнула. — Извините, мы играли или не играли свой собственный музыкальный сет на свадьбе? Пинки вырвалась из-под удушения Рейнбоу и ахнула с заразительной ухмылкой на лице. — «Идеальный день для веселья» на три! Один два три! — Оу, о, о, оу, о, о, оу, Оу, о, о, оу, о, о, оу! — вздрогнули все семеро, выпрямляясь на своих местах. В предвкушении веселья Зная что друзья придут, Все мы здесь и нет сомнения Что приключения нас ждут! Рейнбоу хлопала в ладоши, чтобы сохранить ритм, пока они продолжали петь. Выбирайте место встречи А кто первый, все за мной! О грусти не может быть и речи День как надо проведем! Пинки обвила руками плечи Рейнбоу и Рэрити и притянула их к себе, прижавшись щеками к их щекам. С лучшими друзьями Пусть с разными ролями, Быть вместе — все что нужно, С каждым днём крепчает дружба! Сансет ухмыльнулась и прислонилась к Твайлайт, пока они пели. Твайлайт откинулась назад, искренне улыбаясь впервые за все утро. Соберёмся поиграть, Каждый хочет к нам опять, Оторвёмся мы сейчас! Вновь победа в этот раз! Сансет почувствовала, как знакомое теплое покалывание пробежало по ней, проявляясь в том, что ее пони-ушки выскочили на голове. Один за другим загорались остальные ее друзья, и их пони-силы ожили. Сансет увидела, как улыбка Твайлайт померкла, хотя она продолжала петь с группой. Отрывайся, что есть сил, Наплевать, кто победил, Дружба наша столь крепка, Слышно нас издалека! С лучшими друзьями мне совсем не страшно, Нужными путями доведут отважно. Идеальный день такой Когда мне весело с тобой! Пинки издала визг смеха. — Мы лучшая группа на свете или как? Рейнбоу откинулась на спинку сиденья, расслабив руки за головой. — Это было намного лучше, чем та дурацкая песня с газировкой. — Мы все еще можем спеть её! — предложила Пинки. — Не смей. Когда девочки уселись, Твайлайт сгорбилась в сторонке и бросила взгляд в грязное окно. Они миновали холмы, усеянные лиственными деревьями. — Ты в порядке? — спросила Сансет. — Мм-хм, — Твайлайт не смотрела на нее. Сансет положила руку на плечо Твайлайт. — Спарки… — Ее пальцы коснулись кожи Твайлайт, и знакомая дуга жара пробежала по ее руке и в грудь, поражая душу. Линия, соединяющая ее с Твайлайт, нарисовалась, и Сансет глубоко вздохнула, когда ее зрение изменилось. Она стояла на локтях, уставившись на светящиеся руны на медальоне, который держали перед ней. Все ее тело дрожало, она больше не чувствовала боли от удара о дерево. Просто ошеломляющий холод, исходящий от ее души. Мысленным взором она могла видеть, как обнажаются все ее недостатки, все ее неудачи и промахи. Магия. Она была у всех ее новых друзей. Мундэнсер какое-то время тайно владела магией. Как она оказалась в окружении такого количества необычных людей? Какое место она занимала в мире, больше не управляемом законами и теориями, на которые она привыкла полагаться? — Ой, ты чувствуешь себя немного неадекватно, Твайлайт? — спросил самодовольный голос где-то вдалеке. — Н-нет… я… Сансет отдернула руку, тяжело дыша. Это было воспоминание Твайлайт, но ползучий холод Замка Души резонировал с душой Сансет, вызывая ее собственные воспоминания о том, когда она подвергалась его воздействию. По коже побежали мурашки. Она встряхнулась и сосредоточилась на тепле, которое исходила от ее магической ауры. — Ты… снова прочитала мою душу? В глазах Твайлайт было знакомое выражение предательства. Она протянула руку туда, где ее коснулась Сансет. — Мне очень жаль! Я забываю, что это происходит, когда я преображаюсь! — серьезно сказала Сансет. — Я не знаю, как этого не делать! Твайлайт фыркнула и снова повернулась к окну. — Вот почему вам всем нужно обучение, — пробормотала она. Через некоторое время она спросила: — Что ты видела? — То что произошло между тобой и Темпест до того, как я появилась? — Однако Сансет беспокоило не то, что она видела, а что чувствовала. Неполноценность, тоска, отчуждённость с друзьями. Темпест вынесла все это на поверхность Твайлайт, и Сансет почувствовала, как оно задержалось, снова пробудившись от импровизации пони-сил. Сансет хотела что-то сказать, но настроение у нее и так было тяжелое. Сегодня должен был быть день веселья и расслабления, а она уже все испортила. Розовая рука с кексом появилась в поле зрения Сансет. Пинки протянула Твайлайт шоколадное пирожное с нежной улыбкой на губах. Суровое выражение лица Твайлайт смягчилось, и она взяла кекс в руки. — Спасибо, Пинки. Простите за моё занудство. — Ты не занудствуешь, — машинально сказала Сансет. — Это моя вина, что я снова вторглась в твоё личное пространство, — Ее пони-ушки мгновенно исчезли. Она потянулась к плечу Твайлайт, но остановилась на полпути и вернула руки на колени. — Лады, — сказала Рейнбоу, стукнув кулаком по спинке сиденья, — больше никаких грустных лиц и никаких драм в отношениях! Отныне только великолепие! Твайлайт выдавила из себя легкую улыбку, прежде чем откусить свой кекс. После нескольких укусов ее улыбка стала искренней. Силы остальных девушек тоже исчезли и они все погрузились в непринужденную беседу, пока фургон с пыхтением мчался по шоссе. С обеих сторон их окружали жёлтые холмы, усеянные высокими лиственными деревьями. Поздним утром понедельника движение было хорошим на выезде из города, хотя иногда им сигналили более быстрые машины, пытающиеся объехать их на полосе для автомобилей. Сансет прислушивалась к праздной болтовне своих друзей, ерзая руками и украдкой поглядывая на Твайлайт, также предпочитающую слушать, а не говорить. Она больше не выглядела расстроенной, но Сансет чувствовала возникшую стену между ними. Она взглянула на свою руку, плотно сжав губы. Почему моя магическая способность является абсолютным вторжением в частную жизнь? Это было очень иронично, учитывая, сколько вреда Сансет могла нанести им до своего перевоспитания. Холмы вокруг них поднялись выше, а редкие деревья превратились в плотный полог. Дорога вилась вокруг изумрудных склонов и напоминала Сансет дорогу к курорту. После еще одного широкого поворота перед ними открылся мир, представляя бесконечный горизонт голубой воды, сверкающей под полуденным солнцем. Полоса песка фарфорового цвета разделяла сушу и море и уже была занята кучками подростков. Холмы, окаймляющие пляж, превратились в скалистые утесы, покрытые листвой, между скалами торчали толстые корни деревьев. Фургон проехал мимо дорожного знака, приветствующего их на пляже Хорсшу. К югу от дороги была небольшая группа домов и невысоких построек с дощатым настилом. Колесо обозрения возвышалось над приземистой красочной коллекцией. Сансет вспомнила, как прилетела сюда с Твайлайт на недавно обретенных крыльях феникса. Под покровом темноты они носились вверх и вниз по побережью и танцевали прямо над плещущимися волнами. Очевидно, Твайлайт тоже вспомнила это, потому что провела рукой по поцарапанному кожаному сидению и накрыла руку Сансет. Она по-прежнему отводила взгляд, но Сансет почувствовала, что в стене проделали дыру. Эпплджек нашла место для парковки недалеко от городка, и девушки выгрузили свой пляжный инвентарь. По обе стороны от них раскинулся берег, усеянный подростками и лачугами спасателей. Летали метательные тарелки, собаки гоняли стаи чаек, были установлены волейбольные сетки, но все еще оставались большие полосы открытого песка. Рейнбоу с доской для серфинга в руке подбежала к ближайшему открытому очагу и воткнула доску в песок. — Идеально! Только посмотрите на эти волны! Перекатывающиеся лазурные волны вздымались у побережья и сверкали на солнце. Сансет видела серферов, плывущих по нарастающим волнам и ловящих воздух с гребней волн. Рэрити раскрыла свой пляжный зонт и положила его на песок. — Посмотрите на этих мальчиков, — сказала она с мурлыканьем, глядя на группу парней, играющих в волейбол без футболок. — Разве вы с Флэшем до сих пор не встречаетесь? — спросила Эпплджек. — Это не значит, что я не могу наслаждаться видом. — Кстати, о видах… — Твайлайт поставила свою спортивную сумку и вытащила знакомую технологию. Селфи-дрон Твайлайт с гладким серебристым корпусом, а не открытыми проводами, сиял на солнце. — Ой, что это? — спросила Пинки, прижавшись к нему лицом. — Мое личное изобретение, — гордо сказала Твайлайт. — Дрон, оптимизированный для идеального селфи в нужный момент. Узрите Селфи Сенсор! Название находится в разработке, ожидается получение патента! Она положила его на полотенце, затем вытащила что-то похожее на электронные часы и пристегнула их к запястью. Она нажала на кнопку, и синий свет на селфи-дроне замигал, прежде чем его четыре пропеллера и центральный вентилятор начали вращаться. Он взлетел и завис между Твайлайт и Пинки. — Первоначальный взлет завершен! — Твайлайт нажала еще одну кнопку на своих часах, и дрон ответил радостным звуковым сигналом. Она приняла позу, когда он повернул к ней камеру и сделал снимок. — Ак! — Ах! Все девушки закрыли глаза, а перед их взором заплясали пятна. Сансет заморгала протирая заслизившиеся глаза. — Что это было? Твайлайт осторожно ощупывала воздух перед собой, пока не взяла в руки дрон. — Что-то должно перезаряжать вспышку. Я удивлена, что не произошло короткое замыкание. — Я удивлена, что я не ослепла! — воскликнула Рейнбоу, все еще протирая глаза. Твайлайт села на полотенце и достала из сумки отвертку. — Просто нужна небольшая корректировка. Я заставлю его работать через секунду. Рейнбоу в последний раз покачала головой. — Тебе весело с этим. Я пойду ловить волны! — Она схватила доску для серфинга и побежала к океану. Рэрити намазала нос солнцезащитным кремом, затем надела солнцезащитные очки и шляпу от солнца. — Я просто хочу немного насладиться видом, — скромно сказала она, устраиваясь на шезлонге, который был повернут к волейболистам. — Замки из песка! — крикнула Пинки. Она допила еще одну газировку и отправилась к прибою с ведром и лопаткой в руке. Эпплджек вздохнула. — Думаю, я пойду с ней. Надобно убедиться, что она никого не закопает в песок. Флаттершай подняла снаряжение для подводного плавания. — Я хочу немного понырять. Сансет смотрела, как ее друзья разошлись, прежде чем посмотрела на Твайлайт. — Тебе нужна помощь? — Нет, спасибо. Это должно быть достаточно просто, — Твайлайт открыла панель и протолкнула туда провод, прежде чем ткнуть внутрь пальцем. Раздался треск электричества, и Твайлайт вскрикнула и высвободила палец. — Раггл-фраггл, тупая проводка! — резко пробормотала она, прижимая палец к губам. — Нам нужно поработать над словарным запасом для взрослой девочки, — сказала Сансет. Она взяла запасную доску для серфинга, которую принесла Рейнбоу. — Думаю, я пойду посмотрю, хватит ли у Дэши терпения, чтобы научить меня серфингу. — Развлекайся, — сказала Твайлайт, махнув ей рукой, прежде чем снова возиться со своим дроном.

***

Пальцы Мундэнсер танцевали по клавишам из слоновой кости в медленном, мрачном вальсе, отражающем пьесу перед ней. С закрытыми глазами она дала своим рукам полную свободу действий на фортепиано, и после многих лет усердных тренировок они отлично играли, следуя по пути нот, которые запомнил ее разум. Из открытого рояля в воздух поднимались нежные, меланхоличные ноты и наполняли музыкальную комнату. Они отскакивали от обставленных дубовой мебелью стен и попадали прямо в Мундэнсер, заставляя ее губы постоянно хмуриться. Она пыталась сыграть что-нибудь более воодушевляющее, более оптимистичное. Она не могла найти в себе сил двигать руками в подходящем темпе, необходимом для таких песен. Какими бы идеальными они ни были, сегодня они хотели танцевать только вальс, а не танго. Она полагала, что достаточно просто играть; она не прикасалась к своему инструменту в течение месяца. Придя снова поиграть, она вспомнила почему. Меланхолия, которую вызывала игра, становилась слишком сильной. Тем не менее, она приложила все усилия как музыкант и закончила произведение, прежде чем дать отдохнуть пальцам. Мелодия продолжала доноситься до ее ушей, мягкая и слабая… и… фальшивая? Мундэнсер открыла глаза. Это не ее разум играл эхом против ее ушей. Она наклонила голову к двери. Где-то дальше по дому доносилась тихая музыка, пусть и плохо сыгранная. Мундэнсер сморщила нос и вздрогнула от покалывания шрамов. Она перелистнула страницу своей тетради, взглянула на пьесу и начала играть, заглушая другой рояль. Это была еще одна медленная пьеса, но Мундэнсер увеличила скорость, пытаясь заглушить другой рояль. Тем не менее, в промежутках между своими записями она слышала, неуверенный скрежет другого инструмента. Когда она закончила свою песню, неровные ноты другого исполнителя ударили ей в уши. — Ради всего святого, — проворчала она себе под нос. Мундэнсер встала и захлопнула крышку пианино. Она распахнула дверь и вышла в коридор, ноты фортепиано становились все громче. Она поднялась по лестнице и спустилась по западному крылу в комнату напротив кабинета отца. Дверь была открыта, а сам Найт Шейд сидел перед черным роялем, не таким большим, как в музыкальной комнате, но достаточно громким, чтобы наполнить его трелями весь дом. Мундэнсер остановилась на пороге, скрестив руки на груди, ожидая, пока отец перестанет неуверенно стучать по клавишам, сосредоточенно поджав губы. — Что бы ты ни играл, это звучит ужасно, — категорически отрезала она. Он опустил голову и вздохнул. — Я знаю. Давненько я не играл. И мне всегда лучше удавалось играть на гитаре — И он, и Мундэнсер взглянули на акустическую гитару, висевшую на стене, реликвию юности ее отца. — Что именно ты пытался сделать? Найт Шейд выстучал еще несколько нот. — Я пытался вспомнить первую песню, которой научил тебя, посмотреть, как много стёрлось из моей памяти. Мундэнсер подняла бровь. — Что, «Мерцай, мерцай, звездочка»? Сыграть её не должно быть так сложно. Он закатил глаза. — Я имел в виду, после того, как ты изучила основы. Мундэнсер задумчиво запрокинула голову. С тех пор, как она впервые взялась за фортепиано, она выучила сотни разных песен и движений. Она воспроизвела мелодию, которую пробовал ее отец, и попыталась ее исправить. — «Прелюдия до мажор» Баха? Найт щелкнул пальцами. — Точно! — Он переставил руки и снова попытался сыграть. Это уже больше напоминало оригинальную песню, но несколько нот по прежнему не хватало, и он играл с нечастой скоростью. Мундэнсер вздрагивала при каждом фальшивом звуке. — Это твой способ выразить свой кризис среднего возраста? Пытаешься вернуть энергию молодости, убивая невинные инструменты? Найт замедлился, повторяя цепочку нот, пытаясь сделать все правильно. — Признаюсь, я немного заржавел. — Немного? — Каждый должен с чего-то начинать, Мундэнсер. Я помню маленькую девочку, которая стучала по клавишам и думала, что это самый лучший звук. — Ах да, сравни себя с ребёнком. Как унизительно с твоей стороны, — Она сжала челюсти от очередного ошибочного аккорда. — Возможно, поэтому твои родители не позволили тебе присоединиться к группе. Найт Шейд вздернул нос. — В свое время я был неплох. Я научил тебя основам, не так ли? Мать и отец просто не верили, что музыкант — это «респектабельная карьера, если ты не играешь в симфоническом оркестре». Ты также передал меня репетитору, как и все остальные. У Мундэнсер не было сил, чтобы озвучить свои мысли. Она повернулась, чтобы уйти, как раз когда Найт приблизился к самой громкой части песни, хотя это звучало не столько как нарастающая волна, сколько какофония клавиш, падающих друг на друга. — Стоп! Стоп! — воскликнула она, крутанувшись на каблуках и направляясь к роялю. — Если настаиваешь на том, чтобы играть музыку, самое меньшее, что ты можешь сделать, это играть ее правильно! Подвинься! Ошеломленный, Найт пошаркал, освобождая место для Мундэнсер на скамейке. Она встряхнула руками и провела ими по клавишам. — Во-первых, ты играешь не на тех клавишах. Это C, E, G, C, E для начала. Ты держал пальцы не в том месте и испортил всю мелодию, — Мундэнсер равномерно постучала по клавишам и несколько раз повторила первый такт. — Видишь? Когда она отвела руки назад, Найт наклонился и скопировал ее движения, извлекая более узнаваемую мелодию. — Лучше. Теперь просто пошевели пальцем, чтобы играть D вместо E. Вот так. Найт улыбнулся. — Посмотри, как далеко ты продвинулась с тех пор, как я научил тебя. — Нет, — строго сказала Мундэнсер. — Не превращай это в момент драмы. Я делаю это только для того, чтобы никому не приходилось выслушивать твои потуги. Он немного сдулся, но сказал: — В любом случае, приятно провести с тобой немного времени. — Если продолжишь болтать, я просто покину комнату. Я лучше послушаю твою плохую игру. — Жестко, но справедливо, я полагаю. Мундэнсер продолжала учить отца, показывая, как ставить руки и с какой скоростью играть. Несмотря на то, что она находилась всего в нескольких дюймах от мужчины, которого ненавидела, она не ненавидела этот опыт. На самом деле, учить кого-то играть на фортепиано было приятно. Ее выговоры были мягкими, и она так же хвалила, когда отец играл верно. После часа обучения Найт мог сыграть Прелюдию почти прилично, по мнению Мундэнсер. Во всяком случае, ее ушам стало намного легче. Она встала и отряхнула руки. — Ну, все, что тебе осталось, это практиковаться, пока всё не придет само собой. — Спасибо, Мундэнсер, — Он нервно прочистил горло. — Может быть, ты могла бы завтра научить меня другой песне? Мундэнсер направилась к двери. Она остановилась на пороге и прикусила внутреннюю сторону щеки. — Не рассчитывай на это, — Она взмахнула рукой и вышла.

***

Сансет медленно подняла голову от океана, разочарованно прикрыв глаза. Шнур, привязывающий ее лодыжку к доске для серфинга, натянулся, показывая, что доска пытается уплыть в сторону. Она быстро схватила его и перегнулась через него всем телом. Рейнбоу подплыла к ней с ухмылкой, которая выглядела одновременно самодовольной и извиняющейся. — Эй, в тот раз тебе удалось немного продержаться. — Не опекай меня, — категорически отрезала Сансет. Она поднялась и оседлала свою доску для серфинга. Она знала, что научиться серфингу будет нелегко, но все же недооценивала, насколько это будет сложно. Серфинг не был похож на сноубординг. Даже если Сансет сделала это только один раз, этого было достаточно, чтобы ее мышечная память срабатывала каждый раз, когда она садилась на доску. Она еще не знала, в чем разница между этими двумя видами спорта, но что бы это ни было, оно привлекло ее к прибою. — Что? Это был комплимент, — Судя по широкой улыбке на лице Рейнбоу, Сансет подумала, что это был не столько комплимент, сколько расплата за ее комментарии о навыках Рейнбоу кататься на сноуборде в далеком прошлом. Сансет хмыкнула и снова поплыла в море. Она повернулась лицом к береговой линии, наблюдая за другими посетителями пляжа, пока ждала. Пинки и Эпплджек добились больших успехов в строительстве своего песочного замка; внешняя стена и башенки были закончены и доходили Пинки до шеи. Твайлайт снова позировала перед своим дроном, а Рэрити достала альбом для рисования. Флаттершай нигде не было видно. Волны под Сансет закачались сильнее, и зыбь начала тянуть ее назад. Рейнбоу закричала рядом с ней: — О, я думаю, это что-то большое! Сансет наклонилась вперед на своей доске и начала грести, когда волна подняла ее вверх. Набрав обороты, Сансет неуверенно поднялась, держа ноги согнутыми, пытаясь найти свой центр тяжести. Доска под ней закачалась, а ноги задрожали. Она раскинула руки в стороны, чтобы сохранить равновесие. Волна несла ее, пока она не оказалась прямо под ее гребнем, а на голову ей хлынул дождь. Большинство ее предыдущих попыток привели к ее падению именно на этом моменте. Рейнбоу издала радостный возглас рядом с ней, а затем рванула вниз по волне, рассекая взад-вперед и брызгая в лицо Сансет соленой водой. Сансет стерла её часть, затем снова замахала руками, чтобы удержать равновесие. Она осторожно наклонилась вперед, направляя доску вниз по волне. Ее желудок сжался, как будто она каталась на американских горках, и она издала взволнованный вскрик. Она наклонилась влево и попыталась переместить пятку, чтобы повернуть доску. Вместо этого ее нога соскользнула с доски, и следующее, что осознала Сансет, было то, что ее лицо было обращено к небу, наблюдая, как солнце исчезает за пеленой воды. Она закрыла глаза и вытолкнула себя обратно на поверхность, но поток воды захлестнул ее еще глубже. Ее уши едва не лопнули от давления, а в нос хлынула струя воды. Она вынырнула на поверхность с громким вздохом и закашлялась выплёвывая воду забившуюся в лёгкие. Ее доска проплыла мимо, и она ухватилась за нее. Рейнбоу подплыла с искренней тревогой на лице. — Ты в порядке? Сансет еще раз кашлянула. — Ага. Просто принимаю рекомендованное количество соли. — В этот раз ты неплохо держалась. В следующий раз не двигай ногой. Просто повернись. — Легче сказать, чем сделать, — Сансет забралась на свою доску для серфинга и отжала лишнюю воду с волос. Ей удалось отжать ту лишь дважды, когда вода взволновалась и поднялась новая волна. Она и Рейнбоу повернули свои доски к берегу и стали грести, подстраиваясь под скорость течения. Волна снова унесла Сансет вверх, и она вскочила на ноги, удерживая равновесие и удостоверяясь, что у нее устойчивая постановка ног. Она толкнула доску вперед и срезала каскад воды, Рейнбоу выкрикнула комплимент где-то в стороне. Сансет снова наклонилась влево, на этот раз держа пятку неподвижно. Ее доска откликнулась, и она накренилась влево, когда волна полностью накрыла ее, закручивая в лазурную воронку. Сансет с благоговением смотрела вверх, скользя по крутящейся трубе. Океан ревел вокруг нее, приветствуя ее первую удачную волну. Сансет могла видеть открытую воду на другом конце трубы и контраст между мягкими бирюзовыми волнами и более темными слоями над ее головой. — Воу, — это все, что она успела сказать, прежде чем все это обрушилось на нее. Крутясь кувырком снова и снова, Сансет потеряла всякое чувство направления. Волны швыряли ее, как обломок корабля. Дезориентированная и отчаянно нуждающаяся в дыхании, Сансет непроизвольно втянула воздух, получив лишь еще один глоток морской воды. Ее грудь горела, глаза щипало, а руки дергались в отчаянной попытке выбраться. Наконец бурление прекратилось, и хотя Сансет с трудом могла определить, где она находится, поводок доски для серфинга потянул ее за лодыжку и вывел обратно на поверхность. Сансет прорвалась вперед, выплевывая воду, прежде чем вдохнуть воздух. Она вцепилась в доску и прислонилась к ней головой, переключаясь между глубокими вдохами и выпуском большего количества воды. Рука погладила ее по спине, помогая ей опорожнить легкие. — Ты поймала свою первую волну и совершила первое падение с неё. Я думаю, ты отлично справилась на сегодня. Сансет снова сплюнула в океан. — Да, с меня достаточно, — прохрипела она. Она также могла чувствовать синяки, формирующиеся от всех тех раз, когда она билась о воду. Завтра будет отличный день, чтобы поваляться в постели. Рейнбоу помогла ей вернуться на берег, практически перенеся Сансет через пляж. Когда они приблизились к своему лагерю, Твайлайт наконец оторвалась от возни и судорожно вздохнула. — Сансет, ты в порядке? На тебя кто-то напал? Это Темпест? Клик! — Нет, не фотографируй ее в таком виде! Плохой дрон! Сансет отвязала ногу от доски и рухнула на полотенце. — Единственное, что на меня напало, это волна, Спарки. — Я видела, как ты въехала в ту воронку, — сказала Рэрити. — Ты выглядела как ролфессионал… по крайней мере, пока не разбилась. Уверена, что с тобой все в порядке? — Люди обычно на семьдесят процентов состоят из воды. Сейчас во мне девяносто пять, — проворчала Сансет. — В остальном я в порядке, — Она повернула голову ровно настолько, чтобы увидеть, как Твайлайт схватила своего дрона за корпус. Камера снова вспыхнула, направленная на Рейнбоу, ставящую доску. — Ты починила вспышку, — заметила Сансет. — Да, но теперь сенсорный аппарат, видимо, нуждается в перекалибровке. Он делает ужасные снимки! — Твайлайт повалила дрон на землю и выключила его. Когда пропеллеры перестали вращаться, она достала отвертку и открыла панель. Рейнбоу открыла холодильник, который принесла Пинки, и достала содовую. — Ты собираешься работать над этим весь день? — Нет, — защищаясь, сказала Твайлайт. — Я закончу, как только он будет откалиброван. Сансет села и склонила голову набок, чувствуя, как из уха капает струйка воды. — Ты уверена, что тебе не нужна помощь, детка? — Нет, я знаю что делать, — Твайлайт высунула язык между губами, поправляя внутренности дрона. Вернулись Пинки и Эпплджек, покрытые песком и грязью, но с торжествующими улыбками на лицах. — Мое царство песка завершено! — сказала Пинки, воткнув лопату в песок, как флаг. Сансет посмотрела вниз на пляж. И правда, за тот час, что Сансет занималась серфингом, Пинки построила замок, ров и несколько зданий из песка. В настоящее время на них напала одинокая чайка. — Оставь мой народ в покое, грязный демон! — закричала Пинки, убегая в свое королевство. — Я возьму телефон и сделаю снимок, прежде чем он будет уничтожен, — сказала Эпплджек, потянувшись за сумкой. — Незачем! — Твайлайт захлопнула открытую панель своего селфи-дрона и вскочила на ноги. — Гироскоп Селфи-сенсор версия 1.1 завершен! Он сделает снимок для нас! Она нажала кнопку на своих часах, и дрон вернулся к жизни. Он завис перед Твайлайт, которая выставила пальцы в победной позе, и сделал фото. Твайлайт быстро схватила дрона и осмотрела экран сзади. — Да! — она подпрыгнула и закружилась на месте. — Он работает отлично! Сансет погладила ее по голове. — Хорошая работа, Спарки. — Да, крутая штука, — слегка легкомысленно сказала Рейнбоу, — Давай сделаем снимок, пока она не сотворила еще что-нибудь безумное. Твайлайт изо всех сил обняла свое изобретение и высунула язык. — Может, кто-нибудь сначала попытается найти Флаттершай? — спросила Рэрити. — Незачем, — Сансет указала на пляж. С водорослями в волосах и морской звездой, прилипшей к плечу, Флаттершай вразвалочку шла по пляжу, все еще в ластах для подводного плавания. Она присоединилась к ним перед замком из песка Пинки. На самом деле он больше походил на дворец, с куполообразными крышами и центральной башней высотой с Сансет. Пинки даже нарисовала на нем окна и двери. — Боже мой, Пинки, ты действительно превзошла себя в этом, — сказала Рэрити, восхищаясь узорами волн, выгравированными на основной конструкции. Пинки поклонилась. — Возможно, я могла бы сделать больше, но скоро начнется прилив, и эта чайка не знает, когда нужно отступить! Чайка пронзительно закричала, кружа над их головами. — Лети сюда и скажи это мне в лицо! — Лады, давайте сначала сфотографируемся, а потом Пинки сможет устроить смертельную схватку с птицей, — сказала Эпплджек. Все собрались по обе стороны песчаного дворца и принялись позировать, Сансет и Твайлайт стали рядом. Твайлайт постучала по своим часам, и дрон подплыл зависнув перед ними. — Скажите сыр! — сказала Твайлайт. — Сыр! Дрон сделал снимок с тихим щелчком и вспышкой. Он завис на месте… затем устремился вниз по пляжу с невообразимой скоростью. — Подожди! — Твайлайт тут же бросилась за ним. — Стой! Плохой дрон! Сансет хлопнула себя ладонью по лицу. — Боже мой. — Куда это он? — спросила Флаттершай. Дрон подлетел к группе серферов, выходящих из воды. Он приблизился к их лицам, сделал снимок и снова улетел, едва избежав стремительного выпада Твайлайт. — Вернись сюда! — Она прижала палец к часам, но дрон игнорировал любую команду, которую она отдавала. Он подлетал к случайным людям, делал снимок и уносился к следующей ближайшей цели. Твайлайт однако, наконец, удалось схватить его, прежде чем он смог попасть на волейбольную площадку. Он боролся в ее хватке, толкая ее вперед, прежде чем она нажала кнопку отключения. — Говорила же, что она снова сделает что-то безумное, — сказала Рейнбоу. Сансет ударила ее по плечу, прежде чем подбежать к Твайлайт. — Все в порядке? Твайлайт стояла, сгорбившись, держа дрон под мышкой и положив руку на колено. — Помимо необходимости снова настраивать эту дурацкую штуку и то что я выгляжу как сумасшедший пляжный сталкер, — сказала она между вздохами, — Я в порядке. — Спарки, ты возилась с этой штукой весь день. Как насчет того, чтобы сделать перерыв? — Но я так близко! Если я смогу просто перенастроить… Сансет взяла ее свободную руку и сжала. — Гениальным ученым нужен перерыв. Помнишь, зачем мы пришли сюда в первую очередь? — Дурачиться? — Веселиться! — крикнула Рейнбоу позади них. Твайлайт выпрямилась и осмотрела своего дрона. Сенсор мигнул синим в ответ на нее. Она вздохнула. — Может быть, вы и правы. Небольшой перерыв не помешает. — Ага. Перекусим, сядем и… — Волейбол! — закричала Пинки, пробегая мимо них с белым шаром на макушке. Сансет пожала плечами. — Или мы могли бы немного поиграть в волейбол. Твайлайт сморщила нос. — Ты же знаешь, что я не силбна в физических видах спорта. — Твайлайт, ты фехтуешь. Фехтование — это спорт. — Справедливо. Пинки скользнула на одну из волейбольных площадок как раз в тот момент, когда предыдущая группа уходила. Она выхватила мячик из своих волос и подкинула его высоко над головой. — Итак! Кто готов получить самый сильный пинок под задницу в своей жизни! Королева пляжа Пинки Пай принимает всех претендентов, но выживших не будет! Рейнбоу ударила кулаком в ладонь. — Приготовься к свержению, королева пляжа! — Дэш, не подначивай ее, — сказала Эпплджек. — Она уже подсела на сахар. — Я в восторге от жизни! Команды разделились трое против четверых: Сансет, Твайлайт, Рейнбоу и Флаттершай против Пинки, Рэрити и Эпплджек. Рейнбоу вытянулась, расправила плечи, прежде чем уверенно улыбнуться своей команде. — Не волнуйтесь, победа у нас в кармане. Я вывела волейбольную команду в финал среди юниоров и старшеклассников. Сансет закатила глаза. — Да, Дэш, мы знаем обо всех твоих знаменитых спортивных подвигах. Просто постарайся не перехватывать мяч. — Когда я закончу, ты больше никогда не захочешь смотреть на волейбольный мяч! — крикнула Пинки с другой стороны сети. Она дико танцевала взад-вперед на каблуках. — Вау, она правда вошла во вкус, — сказала Флаттершай. — Пора заставить ее проглотить свои слова! — закричала Рейнбоу.— Подавай, Пинки! Твайлайт закатила глаза. — Даже когда играют семь девушек, уровень тестостерона все еще высок. Пинки подала мяч, отправив его высоко в воздух. Сансет сложила руки и вытянула запястья. Она никогда раньше не играла в волейбол, но достаточно наблюдала за командой, чтобы понять основы. Мяч упал к ней, и Сансет отбила его обратно через сетку. Эпплджек вернула его сильным ударом, и он вернулся к Флаттершай стоящей в дальнем углу. Она легонько шлепнула его, передав Твайлайт, которая запнулась, но смогла удержать его в воздухе. Рейнбоу взяла верх и отправила его обратно к сети, где уже Рэрити ждала, чтобы тоже отбить его. Когда мяч снова взлетел в воздух, Рейнбоу подпрыгнула и шлепнула его вниз, всколыхнув облако песка. — Один, о да! — воскликнула она, вскинув руки. Пинки подобрала мяч. — Враг нанес первый удар! Приготовьтесь к ответному огню! — Она отправила мощную подачу в дальнюю часть поля, где Флаттершай вскинула руки, чтобы избежать удара по лицу. Мяч неуклюже отлетел от ее рук, и Рейнбоу попыталась его поймать, но вместо этого попала в сетку. — Ха-ха! — Пинки вскинула руки. — Плюс один балл королеве пляжа! Рейнбоу схватила мяч и сжала его между руками. — Ох ну чтож начнём! То, что начиналось как дружеская игра, постепенно переросло в смертельную схватку между Рейнбоу и Пинки, а остальные девушки просто изо всех сил старались оказать поддержку. Сансет совершила несколько захватывающих прыжков, а Флаттершай и Твайлайт помогли удержать мяч в воздухе, но Рейнбоу вернула его и забила очки. Команда Пинки держала ровный темп, Эпплджек бегала между передней и задней позициями, а Рэрити не проигрывала в легкой атлетике. Счет был десять: девять в пользу Рейнбоу. Эпплджек подавала мяч, целясь в центр поля. Сансет попятилась, чтобы поймать мяч, но Рейнбоу опередила ее, отпрыгнув назад и подняв облако песка, когда поднырнула под мяч и отбросила его обратно. Твайлайт кашлянула и сняла очки. — Рейнбоу, будь осторожна! — Она прижала руку к глазу, чтобы убрать песок. Рэрити подбросила мяч запястьями и передала его Пинки для удара. С маниакальной ухмылкой Пинки подпрыгнула в воздух и с громким хлопком перебросила мяч обратно через сетку! У Сансет была одна секунда, чтобы отследить его траекторию. Она повернула голову, когда мяч пролетел мимо нее, и открыла рот, но было слишком поздно. Бам! Твайлайт растянулась на песке, с очками в одной руке, другой прикрывая правый глаз. Ее кепка была сбита и теперь лежала рядом с волейбольным мячом в нескольких футах от нее. Сансет оказалась рядом с ней в мгновение ока. — Твай, ты в порядке? Твайлайт издала медленное и протяжное «Оуууу». Пинки подбежала, прижав руки к нижней губе. — Прости, прости, прости, прости! Рейнбоу подскочила к холодильнику, схватила газировку и побежала обратно, передав ее Сансет. Она осторожно усадила Твайлайт и прижала банку к глазу. — Я ненавижу спорт, — недовольно сказала Твайлайт. — Мне супер пупер мега жаль! — Пинки заплакала. Твайлайт взяла газировку и поднялась на ноги. — Все в порядке. Мне просто нужно немного посидеть, — Она побрела обратно к их вещам. Рейнбоу потерла затылок. — Я думаю, что мы можем просто назвать это ничьей. Пинки кивнула. — Ага. Это уже не весело, если кто-то пострадал. Сансет подобрала кепку Твайлайт и отряхнула её от песка. А потом вернула ту Твайлайт, которая снова сидела перед своим селфи-дроном и тянулась за отверткой. Сансет встала на колени рядом с ней и протянула кепку. Твайлайт посмотрела на неё своим здоровым глазом. — Спасибо, — Она отложила газировку, чтобы взять кепку, демонстрируя ярко-красный след от волейбольного мяча на лице. — Болит? — Щиплет. И кажется лицо опухло, — Твайлайт надела кепку на голову и снова взяла газировку. — Все в порядке. Вы, девочки, можете вернуться к игре. Сансет покачала головой. — Нет, игра окончена. Тем более никто больше не хочет слышать болтовню Пинки о пинках. — Полагаю так, — Твайлайт опустила голову, отвинчивая панель своего дрона и снова засовывая отвертку внутрь. — Ты же не собираешься серьезно работать над этой штукой снова, не так ли? — А что ещё мне делать? — спросила Твайлайт с некоторым волнением. — В меня уже попал мяч; Мне не хочется тонуть в океане. — Ну, ты не обязана оставаться здесь, работая над чем-то, что ты можешь починить дома, — Сансет встала и опустила ей руку. — Давай просто прогуляемся и насладимся пейзажем. Твайлайт посмотрела на нее, прищурив здоровый глаз. — Ты хочешь, чтобы я ходила вот так? — Пожалуйста, Твайлайт, вокруг итак бродят люди с пивными животами и солнечными ожогами. Всем будет наплевать. Девушка посмотрела на свой дрон, вздохнула и закрыла панель. — Ладно. Небольшая прогулка не помешает. Просто дай мне взять сумку, — Она поставила свой напиток и нежно потерла глаз, прежде чем встать и схватить свою спортивную сумку. Сансет услышала, как что-то металлическое звякнуло, когда Твайлайт перекинула её через плечо. — Твайлайт… твой меч в этой сумке? Твайлайт затянула сумку потуже. — Я хотела быть готовой на всякий случай. — Оставь сумку. — Но… — Оставь. Сумку, — сказала Сансет, указав сначала на неё а потом на землю. Твайлайт хмыкнула, но сделала, как ей сказали. Сансет взяла ее за руку и повела по пляжу. — Мы ушли гулять! — крикнула она остальным. Солнце было на полпути к медленному закату, рисуя первые оранжевые оттенки наступающего вечера. Даже на закате солнце дарило миру летний зной, которому противостоял прохладный бриз с океана. Сансет вела Твайлайт к городу и набережной, минуя другие пары и детей, спешащих к воде с камерами на поясе. Твайлайт время от времени протирала ушибленный глаз, а Сансет целовала его всякий раз, когда та заканчивала. Твайлайт задумчиво вздохнула после последнего поцелуя. — Сейчас самое подходящее время для снимка. — Скоро у тебя все заработает, Спарки. Тем более, у тебя все же получилось несколько хороших снимков. — Я знаю. Я просто хотела, чтобы все работало идеально. — Ничто никогда не работает идеально с первого раза. Ты знаешь, сколько заклинаний взорвалось у меня перед носом, прежде чем я их освоила? Твайлайт издала гортанный смешок, прежде чем снова приняла серьезный вид. — Я знаю. Обычно я не так нетерпелива к подобным вещам. Они спустились с пляжа по пандусу и вышли на тротуар. Вдоль улиц выстроились туристические магазины, предлагающие открытки, солнцезащитные очки и купальники. Твайлайт и Сансет заглянули в один из небольших бутиков, чтобы примерить шляпы и солнцезащитные очки и попозировать перед зеркалом. У Сансет было искушение купить пару угловатых солнцезащитных очков, пока она не увидела ценник. Вместо этого она потратила свои деньги на рожки мороженого, клубничный для себя и мятный с шоколадной стружкой для Твайлайт. Они наслаждались мороженым, ожидая в очереди на колесо обозрения. Оно стояло на краю бетона, граничащего с песком. Они наблюдали, как открытые вагоны совершали два полных оборота, прежде чем всадников выпускали по одной кабине за раз. Сансет и Твайлайт подошли к своей кабинке и пристегнулись ремнями. Колесо вздрогнуло, подняв их на одно место, чтобы можно было заполнить следующую кабину. Когда все места были заполнены, колесо начало вращаться всерьез. Это был медленный подъем, но с него открывался фантастический панорамный вид на горизонт. Океан простирался вдаль, как бесконечное сапфировое одеяло. Одобрительно вздохнув, Сансет прислонилась к Твайлайт. — Как хорошо. Твайлайт откинулась назад. — Согласна. Горизонт сузился, когда их кабинка опустилась, и они проплыли прямо над землей, прежде чем снова подняться на второй круг. Они поднялись почти к вершине, когда колесо резко остановилось, закачав их кабинку взад-вперед. Твайлайт вцепилась в руку Сансет, пока раскачивание не прекратилось. — Что случилось? Сансет посмотрела через край и увидела, что другие пассажиры делают то же самое. Где-то на земле раздался голос из мегафона. — У нас технические неполадки с колесом обозрения. Уверяем вас, что вы все в полной безопасности, и мы вас сейчас же спустим. Приносим свои извинения за доставленные неудобства. Твайлайт издала горловой рык и рухнула на сиденье, скрестив руки на груди. — Расслабься, Твай, мы скоро спустимся, — сказала Сансет. Она снова посмотрела в сторону. — Как ни странно, если бы мы были там внизу, мы, вероятно, смогли бы исправить это в мгновение ока. — Думаю, просто приятно знать, что не только у меня сегодня проблемы с техникой, — сказала она, горько закатив глаза. Сансет снова посмотрела на нее. — Ты в порядке? Твайлайт расслабила руки и вместо этого сжала пальцы. — Я просто расстроена. Это еще один несчастный случай за день, наполненный несчастными случаями в поездке, которую я изначально считала плохой идеей! Сансет повернулась всем телом к ​​Твайлайт. — Спарки, если бы все шло по моему старому плану, я бы развалилась сейчас на троне и ела клубнику. Вместо этого я застряла со своей девушкой на вершине колеса обозрения в чужом мире. Знаешь, как я это называю? — Не смей говорить «carpe diem». — Извлечение максимальной пользы из плохой ситуации, — Сансет приблизилась, но между ними всё же остался небольшой промежуток. — Я знаю, что тебе не нравилась идея пойти на пляж, но смысл был в том, чтобы повеселиться. Забыть, что у нас есть большая проблема, о которой нужно беспокоиться, и просто быть подростками, потому что это может быть последний шанс, который у нас есть. Вместо этого ты принесла свой меч и все это время суетилась с научным проектом. С покрасневшими щеками, Твайлайт попыталась натянуть кепку на лицо. Сансет подняла руку к ней. — Я говорю это не для того, чтобы отчитать тебя. Я просто говорю, что сегодняшний день, возможно, прошел не так, как ты хотела, но ты все еще можешь извлечь из этого максимум пользы. У тебя будет достаточно времени, чтобы поработать над своими проектами, когда закончится лето и… ну знаешь… ты уедешь, — сказала Сансет, ее голос затих. Твайлайт подняла кепку и посмотрела на Сансет так, словно увидела ее впервые за день. — Ох, — Она поднесла руку к лицу и закрыла глаза. — Не могу поверить, что я не подумала… Прости, Сансет. — Эй, тебе не нужно извиняться, — Сансет положила руку на плечо Твайлайт. — Я просто хочу, чтобы ты помнила, что веселиться — это нормально, даже в такое время. — Я знаю. Я пыталась использовать селфи-дрон, но потом он начал работать со сбоями, и, думаю, я слишком увлеклась им. И у меня постоянное чувство, что что-то может пойти не так, — Она сделала неопределенный жест. — И я думаю, так оно и есть. Сансет улыбнулась и пожала плечами. — Могло быть и хуже. Твайлайт улыбнулась в ответ и прижалась ближе к Сансет. — Ага. Могло быть и хуже, — Она поцеловала Сансет в нос. — Я постараюсь быть немного более избирательной этим летом. — Рада слышать это, — Сансет обняла Твайлайт и снова посмотрела на океан, наблюдая, как на сумеречном небе появляются первые звезды.

***

На небе осталось лишь розовое зарево, когда Сансет и Твайлайт сошли с колеса обозрения и вернулись в свой пляжный лагерь. Яма для костра была заполнена, а Эпплджек пыталась ее разжечь. — Вот вы двое, — сказала Рэрити, подходя к ним, уперев руки в бока. — Мы уже начали беспокоиться. Рейнбоу подошла с охапкой палочек для сморов, на ее лице играла знакомая похабная ухмылка. — Вы двое улизнули в… — Мы застряли на колесе обозрения, — многозначительно сказала Сансет. Она выхватила у Рейнбоу две палочки и протянула одну Твайлайт. — Я рада, что вы обе в порядке, — сказала Флаттершай, открывая пакет с зефиром. — На самом деле это было мило, — сказала Твайлайт. Эпплджек отступила назад, когда между грудами дров вспыхнуло оранжевое пламя. — Как твой глаз, сахарок? Твайлайт поднесла руку к лицу. — Немного опух, но все в порядке. Пинки подбежала и крепко сжала Твайлайт в объятиях. — Ещё раз, мне супер пупер жаль! — Все в порядке, Пинки, — с улыбкой сказала Твайлайт. — Я же сказала, я в порядке. Вдоль и поперек берега вспыхивали костры, наполняя воздух дымным ароматом горящих дров. Великолепная Семёрка сидела полукругом вокруг своей ямы, перед ними лежало одеяло с крекерами, зефиром, шоколадом и арахисовым маслом. Сансет насадила на палку зефир и поднесла его к огню. Она с тоской посмотрела на танцующие угли. — Я делала это с принцессой Селестией в моем мире. Мы сидели в ее комнате и жарили сморы в ее камине. Мы могли бы попросить персонал замка приготовить их для нас, но она всегда говорила, что они вкуснее, когда их делаешь сам. — Она права! — Пинки достала зефир из огня и задула его. Он имел идеальный золотисто-коричневый цвет. — Летние закуски — лучшая дружеская еда! — И лучший способ закончить потрясающий день! — обрадовалась Рейнбоу. Она улыбнулась Твайлайт. — А ты думала, что Темпест собирается напасть на нас. Твайлайт смотрела прямо перед собой на поджаренный зефир. — Признаюсь, я была немного параноиком. Тем не менее, я считаю, что небольшая паранойя оправдана, учитывая то, через что мы уже прошли в этом году, — Она косо посмотрела на Рейнбоу. — Но я рада, что мы сегодня повеселились. Флаттершай держала палку обеими руками и смотрела на свои колени. — Думаете, мы сможем повторить это снова? Рейнбоу пренебрежительно махнула рукой. — Конечно, сможем. Мы же не можем тренироваться все время, верно? Мы все равно найдем время, чтобы поджарить смор и все такое, даже если это будет просто пикник на заднем дворе. — Нет, я имею в виду… когда мы все пойдем в колледж и начнем работать, — Глаза Флаттершай начали слезиться. — Как думаете, мы когда-нибудь снова будем вместе, когда будем идти в разных направлениях? Несколько секунд можно было услышать только далекий смех и треск огня. Флаттершай вытерла глаза и сказала: — Простите. Я не хотела… — Нет, все в порядке, милая, — сказала Рэрити. — Иногда трудно не думать об этом. Я знаю, что было время, когда никто из нас толком не разговаривал друг с другом, но мне кажется, что мы всегда были друзьями. Трудно поверить, что когда лето закончится, наши пути разойдутся. — Но это не помешает нам быть друзьями, — сказала Рейнбоу, в ее глазах отражался огонь. — Или тусоваться! Эпплджек кивнула. — Возможно, таких моментов будет меньше, но мы найдем время друг для друга. — Абсолютно точно, — сказала Рэрити. — Все изменится, мы не можем себя обманывать. Жизнь иногда мешает, и мы не можем проводить столько времени, сколько хотели бы друг с другом. Но это не умаляет нашей дружбы. Я знаю, что буду думать о вас, девочки, каждый день. — Ага! — Пинки вскочила на ноги и направила палку на каждого из них. — И вы можете поспорить, что я буду с вами, чтобы отпраздновать каждое большое достижение, которое вы, ребята, сделаете! Рэрити откроет свои магазины, Дэши поедет на Олимпиаду, Твайлайт получит Нобелевскую премию мира! Твайлайт покраснела, а Сансет наиграно закатила глаза. — Только премию мира? Я ожидаю, что она выиграет по физике или химии. Наверное, даже обе, — Она фыркнула, когда Твайлайт толкнула ее локтем. Рейнбоу решительно сжала кулак. — И не только в хорошие моменты. Мы будем рядом друг с другом даже когда жизнь станет действительно отстойной. Если кто-нибудь из вас скажет слово, я прибегу, клянусь! — Согласна, — сказала Сансет. — Неважно, как далеко я должна уйти. Я буду рядом с вами, ребята. — Слышу, слышу! — воскликнула Рэрити, поднимая подгоревший зефир. Твайлайт посмотрела на звезды. — Наша жизнь может быть необычной… на самом деле, большую часть времени она не имеет смысла. Но я должна быть благодарна. Мне действительно повезло найти таких друзей, как вы, девочки. — Великолепная Семёрка навсегда! Пинки заплакала, прежде чем засунуть смор в рот. Девочки провели следующий час, разговаривая, смеясь и поджаривая обильное количество смора. Было без четверти одиннадцатого, когда они закончили собираться, Сансет завернула крендель Селены и сунула его в свою сумку. — Поехали, — сказала она, засовывая холодильник Пинки в кузов фургона. — Если я не вернусь домой к полуночи, буду наказана. Раньше со мной такого никогда не случалось, и я бы не хотела бы пробовать. Рейнбоу остановилась на полпути к фургону. — Разве ты не вроде как изгнана? — Самоизгнание не считается.