Держи меня за руку

      Майкл Шмидт вышел из университета, отошел от входа на несколько метров, обернулся и замер, будто бы разглядывая каждого выходящего на улицу студента. На дворе стояла середина августа. А Майкл не поступил. Это даже мягко сказано, ведь он не поступил во все четыре вуза, куда подавал документы.       Хотя на самом деле его не так уж и сильно волновало это жалкое поступление. Настоящие трудности ждали его дома. Причём не просто трудности, а одна большая… громадная проблема.       Майк вздохнул и вышел за территорию университета, направившись к остановке. Его автобус как раз уезжал, но Майкл успел запрыгнуть. Внутри была толпа и, благодаря жаркому августу, внутри было невыносимо душно.       После нескольких остановок Майк наконец-то вышел из адского котла и направился к переходу. Еще пара кварталов и он дома. Вдруг кто-то положил руку на плечо юноши и назвал его имя. Майк вздрогнул от неожиданности и обернулся. — Мистер Смит! — Удивился Майк. Смит был его учителем биологии в школьные годы. — Поступил? — Сказал учитель, и так понимая, что услышит. — Не-а, не в один. Смит с сочувственным вздохом похлопал Шмидта по плечу, а затем показал пальцем на дорогу и сказал: — У тебя зеленый. — А, да, спасибо, мистер Смит. — Майк протянул руку для рукопожатия, и Смит пожал ее. Улыбнулся и отвел глаза от глаз Майка. Учитель пошел в другую сторону, а Майк, завороженный, смотрел вслед. С ним иногда Что?       С ним иногда такое случалось. Во время рукопожатий или любых других касаний ладони человека, Майк ловил видения. В основном они были связаны с тайнами или плохими поступками тех или иных людей. Этот «дар» срабатывал не всегда, но в этот раз без видений не обошлось. И, к тому же, сегодняшнее видение сковало Майкла так, что он не смел сделать ни шагу и пропустил свой свет. Теперь придётся ждать две минуты. Когда учитель свернул и пропал из виду, Майк снова посмотрел на дорогу. — Боже… Он ведь насилует детей, — ни живой ни мёртвый сказал Майк самому себе. — Что? — Раздался грубоватый женский голос справа от юноши. Тот посмотрел на женщину в ответ. На вид ей до сорока, она стояла рядом с детской коляской, и оттуда раздавался чей-то лепет. Майк был, мягко говоря, не самым сдержанным человеком, а потому ответил: — Я, что, сейчас к вам обратился? Я, что, говорил что-то про вашего тупого ребенка?       У женщины округлились глаза. Судя по всему, она ожидала чего угодно, но не этого. Продолжать разговор она не стала, просто ухватилась за ручки коляски и ушла с одного перехода на другой.       Наверное, стоило быть мягче, — пронеслось в мыслях Майка, но слово — не воробей.       Иногда в общении с другими он был редкостным идиотом, но при этом понимал, что нужно бы взять себя в руки и кое-что поменять в себе. Хотя, что уж тут говорить об изменениях, он даже не знает, куда двигаться дальше. В такой ситуации не остается ничего другого, кроме как попытки забыть. Родители Майка возлагали на него большие надежды, зная его независимый нрав, поэтому и не стали разводить сырость и разглагольствовать о последствиях провала в поступлении. У них хватило такта замолчать после вопроса о деньгах, боясь напугать и все испортить. — Майк, слушай, — заговорил отец, когда он и Майкл вошли в зал. Они сели за стол. Тем временем мать расставляла на столе закуски и напитки. — Мы тут подумали, что с тобой делать. Денег я тебе давать не хочу, так что предлагаю поработать на моего знакомого, неофициально. Это будет означать только одно — ты учишься не ради диплома, а начинаешь жить как достойный человек. В свободные ночи можешь подрабатывать санитаром в морге! Какой никакой опыт! Напомнить с чего начинал я?       Майк слышал эту историю миллион раз, но все равно испытал холодную волну ужаса. Он посмотрел на отца и увидел в его глазах изможденную мольбу, которой не видел раньше. Мама уставилась в свой кофе, как будто происходящее было ей неприятно, и никак не проявляла желания участвовать в разговоре. — Хорошо, отец, — сказал Майк осторожно. Ответа не было. Отец пожал плечами и отправился к телефону, чтобы спросить своего знакомого о деталях. Как только дверь за ним закрылась, мать посмотрела на Майка долгим и пристальным взглядом, словно решая — сказать ему что-то важное или промолчать. Майк взял кольцо матери и заботливо вложил ей в ладонь. Она вздохнула и кивнула. — Ты опять забыла его надеть после готовки? — спросил Майк, когда в его голове всплыли картины того как его мама огорчена тем, что ему так не повезло с учебой. Майк понял что, разочаровал родителей. У матери с отцом на лице было написано такое отвращение, которое испортило бы настроение любому. Даже самому счастливому человеку. Поэтому надо было как можно скорее брать быка за рога. — Майк, мы с твоим отцом много разговаривали и даже ругались, все потому, что я безумно люблю тебя, сынок, но отец прав, ты должен начать жить без нас, — она сжала губы в грустной улыбке и опустила глаза. Майк вдруг почувствовал, что внутри у него что-то порвалось. — Мама, да вы что с папой с ума на хрен посходили?! — Выкрикнул Майк высоким от удивления голосом — Я этим летом школу закончил!       Мама Майка была на голову ниже своего сына, но при этом без труда смогла дать ему подзатыльник. — Мы с отцом не так учили тебя обращаться с родителями! — ответила она грубо. — Твой отец в девятом классе сам приехал сюда, чтобы учиться в местном бизнес колледже. — А деньги на жилье у него откуда? Наверняка ему давали родители, а вы мне ни цента не оставите. — Майк, вообще-то он работал летом, откладывая деньги на проживание, а ты? Мало того, что летом не работал, так еще и все деньги тратишь на хлам.       Из другой комнаты на кухню зашел отец, оперся плечом на холодильник и сказал, приподняв одну бровь: — У тебя же есть Ирэн. Вспоминается, ты рассказывал о том, что она живет отдельно от родителей.       Ирэн? Ах, да, как Майк мог забыть. Она же его личный спасательный круг. Наверное, с этого нюанса даже следовало начинать.       Майк абсолютно точно нетрадиционной ориентации. В подростковой жизни ему приходилось встречаться и с парнями, и с девушками. Так уж получалось, что к девушкам у Майка не только не возникало чувств, так еще и не вставал. Никогда.       Когда Майку было шестнадцать, он встречался с парнем со школы, и в один день мама Шмидта вошла в его комнату, когда парни целовались. Он весь день пытался убедить мать и отца в том, что они просто играли в «правду или действие» и не более. Родители сделали вид, что поверили, но стали контролировать сына сильнее обычного.       В той же школе Майк познакомился с крайне интересной личностью — Ирэн Стоун, она была на год старше Майка, но они очень скоро сблизились. В итоге, спустя год общения, Шмидт попросил Ирэн притвориться его девушкой по понятным причинам. В общем-то говоря, любой читатель, дочитавший до этих строк, может спросить: так в чем же проблема? Переезжай скорее к подруге! Вместе — веселее! Но ни тут то было. У Ирэн есть бойфренд и они вдвоем, зарабатывая гроши, ютятся в небольшой квартирке. И Майку, походу, придется проситься под их крыло.       Этим же вечером Шмидт позвонил своей «девушке» и описал всю ситуацию. На что она просто вздохнула и сказала, что с радостью примет его, но придется как-нибудь сойтись характером с ее парнем.       На утро, сумки с вещами были собраны, Майк попрощался с родителями, сдерживая слезы (этот юноша был на самом деле сильно привязан к родному гнезду и совершенно не хотел покидать его) и сел в такси (Ирэн жила на другом конце небольшого городка) — к счастью, улица, по которой нужно было ехать была знакома. Примерно через час он был уже у квартиры Ирэн. Дверь ему открыл её бойфренд. Коренастый человек с очень мужественным лицом. — Мне нужна Ирэн, — сказал Майк. — Она дома? Надеюсь ничего, что я не при параде? Хозяин дома окинул Майка взглядом. — Ты кем ей приходишься? — спросил он. Тут уже Шмидт перепугался по-настоящему. Он понял, насколько тот серьезен. Конечно, можно было все объяснить, да, возможно, с Ирэн такое бывало не раз, и ей это и в голову не пришло бы, будь она на его месте. А если она даже и вспомнила, то просто не подала виду. — Другом, конечно, — ответил Майк. Ему стало тяжело говорить. — Можно войти? Вы позволите? У меня нет оружия! Я с миром!       Он понял что его шутки не поняты, но решил не сдаваться. Тем более, что насчет оружия он совершенно точно соврал. Столь неловкий стендап прервала Ирэн. ― Да, заходи, не бойся. Только без глупостей! — сказала она и открыла дверь. Затем она вернулась в комнату и попросила Майка подождать у вешалки. Через пару минут она позвала его и велела снять куртку и кроссовки. В гостиной Майки увидел диван с кучей женских журналов на столике рядом. Он устроился на диване с краю. — Скажи своему ненаглядному, чтобы сделал лицо попроще, что ли. Я же не аристократ с неопределенным местом жительства с улиц Манхеттена, в конце концов. Наверное, поэтому к вам нечасто приходят гости. Ирэн уселась рядом. Она взяла ноутбук и некоторое время сосредоточенно стучала по клавишам. — Так что там у тебя насчёт работы? — спросила она, оторвав взгляд от экрана. — Отец тебя не пристроил к кому-нибудь на продолжительный срок? Я имею в виду, не в Штаты? Он же у тебя явно не ноунейм. Майк отрицательно помотал головой. Несколько секунд они молчали, думая каждый о своем. — Нет, но я не собираюсь сидеть у вас на шее всю жизнь, — вдруг сказал Майк. — У меня были некоторые накопления так, что пока ищу работу, точно с голода не помру.       Ирэн удивленно подняла брови. Некоторое время она рассматривала экран ноутбука, а потом она начала быстро клацать по клавиатуре, причем делала это почти не глядя. Прошло несколько минут, и она подняла на Майка глаза. Он сидел, выпрямившись, в прежней позе. Она повернула ноутбук и передала ему в руки. В его взгляде появился живой интерес. Появившаяся на её лице улыбка заставила Майка почувствовать себя немного лучше. Ирэн сказала: — Вот тебе идейка! Ресторанчик недалеко и платят нормально. Работы там совсем немного, всего пара часов в день. Пиццерия Фредди Фазбера —очень даже ничего, дети оттуда уходят довольные — сам знаешь, почему. Очень даже приличное место.       Майк одобрительно кивнул. Идея ему понравилась, и он захотел узнать, какие есть вакансии и кто его будущий босс. Ирэн, казалось, прочитала это по его выражению лица. Она забрала у Майка ноутбук, что-то набрала, а потом сказала: — Тут ищут охранников. Вообще, насколько я помню, не хватает именно ночных дозоров. А еще так как от ночной смены урон здоровью, дневные смены чередуются с ночными. Так босс сказал. — А что за босс? Строгий человек?       Ирэн звонко рассмеялась, но быстро успокоилась и переключила вкладку на компьютере, потом повернула его к Майку. На ноутбуке красовалась небольшая фотография достаточно молодого мужчины с острыми, но правильными чертами лица. Но было одно «но». Он ведь тут босс, не так ли? Тогда почему у него фиолетовые волосы? — Выглядит как-то слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказал Майк. — Там что, все в галстуках ходят? И никто ни с кем не ругается? Босс выглядит, конечно, солидно — даже смотреть страшно, но у меня что-то предчувствие нехорошее. Девушка усмехнулась и ответила: — Может он тебе нравится просто, а? — спросила она. Майк несознательно кивнул, хотя даже не понял, к чему она это спрашивает. Когда до него наконец дошло, он смутился и покраснел, взглянул исподлобья на девушку, но та, казалось, совершенно не волновалась по этому поводу. Она тихо смеялась каким-то своим мыслям и была в самом лучшем расположении духа.       Майк еще не до конца это осознавал, но идея работать в пиццерии нравилась ему даже больше, чем отцовской предложение. И, пожалуй, завтра Майкл не поленится сходить туда и устроиться на работу.