Покой

Утро выдалось необычайно спокойным. Мраморную плитку усеяли переспелые орехи, от падения с такой высоты они раскалывались, истекали соком и наполняли площадь приятным пряным ароматом. Над площадью, высоко в раскидистых ветвях дерева фетта пели крейцонские птицы. Город уже проснулся — основная масса жителей разъехались по рабочим местам, еще недавно здесь бурлили толпы — а сейчас улицы заметно опустели. Вице-спикер фракции остоксов Рам Ферфилд занял один из столиков на террасе, под широким навесом, за углом здания — здесь он мог побыть в одиночестве, не привлекая к своей скромной полутораметровой фигуре лишнего внимания. Сегодня он наконец-то получил последние ответы на свои запросы в коммерческие регистры различных миров, и теперь, вооружившись планшетом, собирал информацию воедино. Едва различимая граница атмосферного купола дрогнула — фигура в бежевой накидке вошла под навес и забралась на сиденье, прямо напротив Ферфилда. Купол позволял отгородить пространство для моделирования более-менее универсальной атмосферы, позволяющей большинству представителей рас Федерации обходиться простейшими дыхательными стимуляторами. За исключением, пожалуй, зектов, тысячелетиями жестокой, но рациональной эволюции приговоренных обитать в метановой атмосфере. — Привет, Рам, — сухо сказала фигура женским голосом, довольно близким к гелионовскому сопрано. — Здравствуй, Лис, — ответил Ферфилд. — Вот, возьми, — фигура вытянула руку, при этом из рукава накидки выбилось облачко аммиачного пара. — Это то, что ты просил. На стол лег небольшой сверток. Ферфилд протянул руку, развернул. Внутри оказался неожиданно массивный внешний жесткий диск, в противоударном и влагонепроницаемом корпусе — визави Ферфилда очень тщательно позаботилась о сохранности переданной информации. — Больше меня ни о чем не проси, — сказала Лис. — И вообще забудь о сегодняшнем дне. Если кто-то узнает, что я сливаю эти данные, меня убьют. Надеюсь, ты понимаешь. Ферфилд едва заметно кивнул, и принялся подсоединять жесткий диск к планшету. Пусть техника и архаична — зато надежна, не то, что все эти модные нейроинтерфейсы, от которых мучаются мигренями, а иногда доходит и до шизофрении… Лис спрыгнула с высокого стула, семенящей походкой направилась прочь с площади, и вскоре исчезла в каком-то проулке. Ферфилд тем временем уже погрузился в изучение новых данных. Он не видел, да и не мог видеть, как Лис выходит из переулка к широкому проспекту, протянувшемуся у самой кромки темно-зеленого моря. Как чья-то рука легко, словно пушинку, отрывает его давнюю подругу от тротуара и забрасывает в колесоход — черный, четырехколесный шаттл на шесть мест, с массивной, рифленой хромированной мордой и скошенным лобовым стеклом. Как ей зажимают рот не давая отчаянным криком привлечь внимание к происходящему. Как запихивают на сиденье. Как шаттл отъезжает с парковки и набирает скорость — двигаясь к выезду из города.

***

Лис хотела протестовать, но увидела белое, словно высеченное из мрамора скуластое, широкое лицо, поджатое высоким воротом форменной рубашки — и замолчала. Напротив сидел рослый, поджарый велид. На коленях он держал свернутый военный китель, из складок которого недвусмысленно торчало жерло какого-то стрелкового оружия. Комментарии были излишни — они всего лишь исполнители. Самого заказчика она не увидит. И не надо — решение уже принято. Информация, которой она поделилась со своим старым другом — теперь будет стоить ей жизни. Но как они смогли выследить ее? И главное — почему так быстро?

***

Ферфилд просматривал данные с жесткого диска Лис. Надо сказать, что Лис работала в межпланетной юридической компании, занимавшейся регистрацией офшорных предприятий. Это через Лис проходили данные реальных бенефициаров, скрывавшихся за подставными лицами. За эту информацию действительно могут убить… Ферфилд открыл папку с письмами из коммерческих регистров и теперь сопоставлял данные — названия компаний, их коммерческие связи, и имена настоящих владельцев из списков Лис. И все данные сошлись в одной точке. Какое-то время Ферфилд сидел, молча наблюдая таблицу на экране — в левом столбце компьютер отсортировал имена, в правый же выставил названия компаний, им принадлежащих. Компании были разные, их объединяло разве что два момента. Во-первых, по этим компаниям вице-спикер фракции остоксов в совете Звездной Федерации Рам Ферфилд направлял запросы по регистрам неделю назад. А во-вторых, название управляющей компании, стоящей за сетью казалось бы самостоятельных, обособленных предприятий. Тщательно упрятанное через офшорные фирмы-посредники. И имена владельцев этой управляющей компании. Имя оказалось только одно. Паззл сложился. Ферфилд посмотрел на хронометр — до заседания расширенной Комиссии по экономическому сотрудничеству оставалось еще шесть стандартных галактических часов. В принципе, не так много, но он предпочтет провести это время в здании Комитета фракции. Как сказала Лис? За эту информацию могут убить. А теперь, со всеми его расследованиями и выводами — в планшете находится настоящий маячок наведения для нейтронной бомбы.

***

Шаттл тем временем въехал на пирс. Велид особо не церемонился — бросил китель на сиденье, теперь уже без всяких стеснений демонстрируя ствол. Махнул оружием, указав на дверь — та загудела приводом и отъехала в сторону. Лис покорно вылезла наружу. Что же, значит все-таки конец? — Пошли, — коротко приказал сопровождающий. И она пошла. К самому краю причала. Под дулом оружия. Судя по кителю, он — бывший велидский морпех. Видимо, попал под сокращение — все фракции, вступавшие в Федеральный союз, были обязаны сократить свои военные потенциалы. Найти оставшихся не у дел профессиональных военных, готовых сражаться не за интересы фракции, а за своего хозяина — в действительности не было большой задачей, если вы не стеснены в деньгах. Сзади скрипнули тормоза. Хлопнула дверца колесохода. Торопливой, семенящей походкой кто-то шел за ними. — Стоять, — коротко приказал велид. — На колени. Лис подчинилась. И в этот момент слева подошел остокс в бежевой накидке и сбросил капюшон с ее головы. Посмотрел в лицо. — Это она, — коротко сообщил сородич велидам и пошел прочь. Значит, у них есть свой остокс, подумала Лис. Вот почему они вышли на след так быстро — никто не умеет хранить и добывать тайны, лучше остоксов. А велиды просто руки, чтобы делать грязную работу. — Мак, отойди подальше! — сказал кто-то. — Чтобы не забрызгало. Она повернула голову влево и краем глаза увидела высокого мускулистого велида, в офицерском кителе. Длинные прямые пепельно-серые волосы собраны в хвост на затылке. В руках велид нес метровый прямоугольный пластиковый кейс, с изрядно истершимися армейскими эмблемами на крышке. Кейс щелкнул замками. Затем хрустнул металл. За спиной раздалось мерное гудение. Лис закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

***

— Господин Ферфилд! — коммуникатор пискнул, показав лицо секретаря Унмара. — Да, войдите, Унмар, — Ферфилд сидел в своем кабинете, все еще погруженный в планшет. Несколько месяцев расследований, сотни бессонных ночей, попытки собрать все ниточки воедино — и сегодня, на внеочередном заседании комиссии, он наконец явит коллегам плоды своих трудов. Секретарь Унмар вошел, плотно запер за собой тяжелую дверь, и направился к столу советника Ферфилда. — Что-то случилось, Мид? — спросил тот. — Боюсь что да, господин вице-спикер, — Мид Унмар положил на стол свой планшет. На экране высветилось изображение. Пирс в старом порту — после банкротства компании «Маринерос Мартинес» все активы компании были выставлены на торги. Вся коммерческая деятельность оказалась заморожена. Идеальное место — там даже охраны не осталось… Ферфилд проглотил комок в горле. Обрывки окровавленной бежевой накидки. Обломки аммиачного испарителя — остоксы используют его чтобы всегда иметь при себе родную атмосферу. Верхней половины туловища не было — ее сожгло то, что оставило на бетоне черное пятно нагара, по краям которого — оторванные руки и нижняя половина тела. Края ран обожжены высокой температурой, ткани почернели и свернулись. Стреляли с близкого расстояния, один раз — рассеяние плазмы было минимальным, поэтому и радиус поражения небольшой. Хладнокровно привели в исполнение приговор… Ферфилд встал и подошел к окну. У остоксов есть потрясающая способность — через физический контакт раскрывать чувства живых существ. Очень многое зависит от практики, а Ферфилд тренировал этот навык очень долго. Он мог считать чувства даже животного — при условии, что оно одомашнено и имеет четко выраженную привязанность к хозяину. Лис Маннагат. Они учились вместе в университете. Ему уже тогда не нужно было никаких слов, чтобы понять, чтобы прочитать. Он был её первой любовью. Она бы при всем желании не смогла отказать ему — а он своей просьбой перечеркнул ей жизнь. Рам Ферфилд подошел к столу и вновь посмотрел на фотографию с места экзекуции. Сомнений не было. Боевой финальный гаситель, фирменная хлопушка велидов. Компоновка типа булл-пап, камуфляжной расцветки вытянутая ствольная коробка, с округленными гранями. Ствол длинной около полуметра, диаметром сантиметров пятнадцать, по всей длине украшен продольными магнитными направляющими для заряда плазмы. Снизу у оружия две рукоятки — пистолетная для стрельбы, и тактическая, под стволом. В прикладе коробчатый магазин с батареей, питающей оружие. Коллиматорный прицел закрытого типа с режимом ночного видения, инфракрасная подсветка, инфракрасный прицел — такую систему наведения не разглядеть обычным зрением. Боевой финальный гаситель работал как ускоритель сгустков низкотемпературной плазмы. Дистанция короткая, всего две сотни велидских шагов, но на этой дистанции эффективность оружия стопроцентная. Этот ствол не оставляет жертве шансов, и потому давно запрещен к применению в военных конфликтах. Но он очень удобен — никаких особых криминалистических следов не оставляет. Отождествить труп с каким-то конкретным образцом оружия не удастся, это физически невозможно. Они очень быстро узнали об утечке информации и решили проблему раз и навсегда. — Мид, найди мне, кому принадлежит старый порт после банкротства «Маринерос Мартинес», — попросил Ферфилд, и тяжело опустился на свое кресло. Секретарь подхватил планшет, его пальцы забегали по сенсору. — Инвестиционный траст «Бэшард инвестментс», — сообщил он. — Зарегистрирован на Каймане-600, уставной капитал… — Там весь уставной капитал ящик в шкафу, и ворох ничего не значащих бумаг, — вздохнул советник Ферфилд. — Ты же сам знаешь, это офшорная зона. Вся компания — это просто запись в регистре, и банковский счет для отмывания денег. Разгадка была на поверхности. Ферфилд открыл свою таблицу — ту самую, со списком компаний и одним-единственным именем. В списке предприятий без труда нашелся и «Бэшард инвестментс». И та самая управляющая компания. Паззл сложился. Если таинственный бенефициар пошел на такой радикальный шаг — значит, развязка близко…