И свет твоих прекрасных глаз оставит след в душе моей

Тяжелое тело придавило сверху, прижав к кровати и не давая пошевелиться. Губы горят от нескончаемых поцелуев, ладони по-хозяйски изучают горячую спину под футболкой. Одно колено Дэймона упирается в матрас между моими ногами. Он трется пахом о мое бедро, от чего мой член изнывает от желания. Я вот-вот кончу себе в штаны. Свободная рука Броуди опускается вниз по моей груди и останавливается на поясе брюк, пальцы задевают оголенную кожу живота. С трудом отрываюсь от Дэймона и пытаюсь перевести дыхание. — Мне пора идти. — Все еще строишь из себя недотрогу, Макаллистер? — выдыхает мне в губы и проводит по ним кончиком языка. Ох, сейчас точно кончу. — Уже поздно, Дэй, — я пытаюсь выползти из-под него, но безуспешно. — Пусти. — Не понимаю, чье терпение ты испытываешь: мое или твое? — ворчит он, но все же выпускает меня из объятий, а затем вдруг хитро улыбается. — Не обязательно убегать к себе, чтобы подрочить. Можешь остаться и сделать это здесь. Обещаю, трогать не буду, просто посмотрю… — Дэймон! Вот уже на протяжении месяца мы уединяемся с ним в его комнате — благо, он живет один — целуемся до исступления, а затем я под разными предлогами даю заднюю и возвращаюсь к себе, чтобы, чего уж греха таить, довести дело до конца. Нет, до свадьбы я себя не берегу и никакие комплексы по поводу своего тела не имею. Проблема в том, что даже в такие моменты мои мысли занимал отнюдь не Броуди. И я совершенно не представляю, что мне с этим делать. Мое увлечение Дэймоном было лишь увлечением, а вот зацикленность на Дине перешла на новый уровень: теперь мне интересно, каковы на вкус его губы и какое на ощупь его тело. Головой я понимаю, что пытаюсь лишь заменить Эттвуда другим человеком, но что дает мне это знание? То, что я идиот, мне и так известно. А еще я понимаю, что тупо использую Дэймона. Благо, приятно проведенное время действительно ни к чему нас не обязывало (да-да, я уточнял, и не один раз). И в отличие от Дина, он не выносил мне мозги на постоянной основе. В целом, он мне очень нравился, но можно поменять этих двоих местами? Ругая себя за подобные свинские мысли, я на цыпочках прохожу мимо клевавшего носом коменданта и поднимаюсь на свой этаж. В коридорах и на лестнице темно и тихо. Интересно, много ли времени прошло после отбоя? — Ну и где ты шляешься каждый вечер? Резкий вопрос приводит меня в ступор, но, разглядев в полумраке лицо Чарли, я с облегчением выдыхаю. — В коридоре нашего дома? — Не отлынивай, Эдриан. Ты начал с кем-то встречаться? — сразу в лоб, очень в стиле Чарли. — С чего ты взяла? — спрашиваю я невинным тоном. — Мне посветить в тебя фонариком, чтобы увидеть твои искусанные губы? — она тычет пальцем мне в грудь и делает шаг вперед, из-за чего я отступаю к стене. Черт, значит, заметила. Ну естественно, я ведь не всегда возвращался так поздно. Однако частенько видел, как она возвращается в свою комнату со второго этажа… — А ты что здесь делаешь так поздно, м? — Сейчас мы говорим о тебе! — настаивает она, но не так убедительно, как раньше. Немного взволнованно. Попал в яблочко. — Почему ты все еще не рассказал мне о нем? Я собирался сделать такой же выпад в ее сторону, но внезапно нашу баталию прерывает *барабанная дробь* Рэйчел Смит! — Вы чего тут делаете? Мы оборачиваемся на знакомый голос и оба презрительно сжимаем губы. Рядом с Рэйчел я замечаю Дина, одна бровь которого медленно поползла наверх. — Да так, ничего, — первой приходит в себя Чарли, и я замечаю, что вместо тычущего пальца на моей груди покоится теплая ладонь. Не понятно, к чему этот спектакль. Видимо, чтобы не объяснять ей, почему мы до сих пор не в своих постелях. А Дин и до этого думал, что между нами с Чарли что-то есть. — Ну-ну, — фыркает Смит и, взяв Эттвуда за руку, уходит в другую сторону. — Кто это? — спрашивает Чарли на следующий день в столовой за завтраком, но я делаю вид, будто не слышу, и подсаживаюсь к Джо. — Я ведь и сама могу выяснить. Скажи лучше сам, — угрожающим тоном заявляет Палмер на уроке по химии, из-за чего учитель делает ей замечание. — А Джо знает? — подозрительно прищуривается она, когда мы бегаем на уроке физкультуры. — Дыши через нос, — бросаю я и убегаю вперед. Джо знает. Разве сосед по комнате мог не заметить мое отсутствие по вечерам? Как хороший друг он обрадовался, а как тактичный человек — не стал задавать лишние вопросы. «В конце концов, какая разница, кто он, если тебе с ним хорошо», — только и сказал Джо. «Я тебя сейчас расцелую», — ответил я, намереваясь обнять его. «Э-э, давай без этого», — отмахнулся он, отступая назад. — Ты не доверяешь мне?! Чарли с грохотом ставит на стол несколько книг и опирается кулаками о стол. Вот и подготовился к контрольной в гостиной. — Да причем здесь это? — тяжело вздыхаю я, предвещая очередной утомительный разговор. Где же остальные? Почему снова опаздывают? — А что тогда? — Назвав имя этого человека, я выдам и его секрет тоже, — привожу вполне убедительный аргумент. И единственный. — Значит, не доверяешь, — заключает Палмер. — А ведь мы были особенными друзьями, — начинает давить на жалость. — Хорошо, — протягиваю я, обдумывая пути отступления. — Я скажу, если ты скажешь первая. Как тебе такое, а? Точно откажется. — Обещаешь? — неожиданно для меня выдает она и протягивает вытянутый мизинец, а в глазах загорается огонек. — Что за детский сад? — усмехается Дин, усаживаясь на свое привычное место. Как же он вовремя! Стоп, даже Дин пришел?? При взгляде на Эттвуда у Чарли на лице появляется ехидная ухмылка. Кажется, подошедших с ним Джо и Зои она и вовсе не заметила. — Куда нам до ваших взрослых развлечений, да? Понравилось целоваться с Оливером? — Что?! — внезапно вырывается у меня. — Что?! — доходит и до других. — Мы играли в бутылочку. Что в этом такого? — отвечает Дин, чуть нахмурившись, и все успокаиваются, будто «играли в бутылочку» — волшебное фраза, разрешающая парням целоваться. — А тебе надо писать заголовки в газетах, — добавляет он, бросив косой взгляд на Палмер. Та будто и не заметила. — Куда мне до твоих познаний, — с улыбкой проговаривает Чарли. — Кто тебе рассказал? — Сьюзан. И Оливер, и Сьюзан были семикурсниками, которые жили этажом ниже. Так я выяснил две важные вещи: имя нужной девушки, и то, что Чарли не умеет хранить секреты. Но об этом я буду думать потом. Сейчас я не мог переварить еще первую новость. Нет, не про девушку. Дин целовался с парнем! ДИН ЦЕЛОВАЛСЯ С ПАРНЕМ! Почему остальные никак это не комментируют??! Краем глаза замечаю, что Эттвуд из-под тишка наблюдает за мной. Неудивительно, ведь я никак не мог совладать своими эмоциями. Я вроде и рад, что он как минимум не гомофоб, вроде и ревную, а еще завидую этому Оливеру. — Только Томми не говорите, он не поймет, — быстро бросает Дин, когда замечает Одли в дверях гостиной. — А вы неплохо там у себя проводите время, — продолжает Чарли, уступив место для Тома. — Что же ты не зовешь Рэйчел к нам? — А то ты не знаешь. — Не важно, кто что о ней говорит или думает, — вдруг вмешивается Зои. — Главное, что она нравится тебе. К тому же, никто не будет против познакомиться с ней поближе, так? — суровый взгляд карих глаз пробегается по каждому из нас, готовясь уничтожить на корню любые протесты. Джо смотрит на нее с обожанием. "Главное, что она нравится тебе". "Какая разница, кто он, если тебе с ним хорошо". А у этих двоих больше общего, чем может показаться на первый взгляд. — Спасибо, — искренне улыбается подруге Дин. — Предложение же касается всех? — спрашивает Чарли. — Эдриан, почему бы тебе не...? — Заткнуться! — резко перебиваю я ее. Все удивленно смотрят на меня. Это было очень опасно. Вот же Палмер стерва, никак не отвяжется. — Вы закончили? — нетерпеливо спрашиваю я. Никто не решается заговорить. — Отлично, давайте готовиться к контрольной.