И свет твоих прекрасных глаз оставит след в душе моей

Традиционно Зимний бал проходил в большом зале учебного корпуса для учеников старших — пятых, шестых и седьмых — курсов. На кой черт, я не знал. Такое вот культурно-массовое мероприятие, куда парни приходили в смокингах, а девушки — в вечерних платьях. Но Чарли послала все эти правила куда подальше и решила прийти в брючном костюме. Признаться, выглядела она потрясно. Отросшие темные корни и густо подведенные глаза придавали ее виду особой дерзости. В конец обнаглевшая Палмер собиралась пригласить Сьюзан, но я смог ее уговорить, мол, если решила в чем-то признаться, не важно, ей или нам, делай это постепенно. Поэтому она пошла со мной. Никакие танцы не интересовали ее и в помине. Весь вечер Чарли не сводила глаз со Сьюзан, которая пришла в паре с Джо. Что касается Джошуа, то он решил временно не донимать Зои своим вниманием, потому что «имея — не ценим, а потерявши — плачем». И его гениальный план работал! Чем дольше он игнорировал Петерсон, тем сильнее та бесилась. Так что на пару Джо-Сьюзан сегодня были направлены аж два озлобленных взгляда. Надеюсь, две лучшие подруги не задумали подкараулить Бейкера в каком-нибудь темном коридоре. Зои же пришлось идти с Томом, поэтому сегодняшним вечером своей парой был доволен только Дин. О вынужденном отъезде Рэйчел мы больше не говорили. Мою личную жизнь мы тоже не обсуждали. Кстати о ней. Дэймон пришел с Лилит. Соседка красавица с восточными корнями и темными раскосыми глазами из комнаты напротив до поры до времени не вызывала у меня особого интереса. Но несколько дней назад я решился спросить у Дэймона, не нравятся ли ему девушки тоже, на что он ответил «да, нравятся». С чего я вообще задался таким вопросом? А с того, что примерно месяц назад я сделал для себя большое открытие. «Может, он би?» — спросила меня Чарли, когда я полез к ней с расспросами о странной игре в бутылочку и поцелуе Дина с Оливером. «Кто-кто?», — не понял я. «Ну бисексуал. Играет за обе команды. Имеет вдвое больше причин для удовольствий», — пустилась в объяснения Палмер, и чем дольше она говорила, тем сильнее я хмурился. В какой-то момент у меня вырвалось: «И такое бывает?!». Как вы поняли, в этой теме я полный профан. «Может, он би?» — этот вопрос Чарли задавала не единожды. Я запрещал себе думать об этом и просил Палмер не давать мне пустые надежды. Но на днях она узнала, что Рэйчел не вернется в школу после каникул, и с удвоенной силой стала поднимать данную тему. Она даже ненадолго оставила расспросы о том, с кем я встречаюсь. «Воспользуйся шансом, никто тебя не съест», — настаивала Чарли. Легко сказать! В ее представлении я должен был снова сблизиться с Дином, пока он будет грустить в одиночестве, подставить свое плечо и ненароком… что? Поцеловать его? Спросить, не нравятся ли ему парни? Сказать, что если ему интересно, то вот он я — готовый на любые эксперименты? Как можно было воспользоваться этим шансом?! Дав себе ментальную пощечину, я выныриваю из мыслей, и заставляю перевести взгляд с Дина на Дэймона, который тут же его ловит и, подмигнув, кивает в сторону выхода. — Вы с Лилит спите вместе? — спрашиваю я, когда мы оказываемся в метре друг от друга. Секундное замешательство на лице Броуди сменяется хитрой улыбкой. — Почему спрашиваешь? — Просто интересуюсь. — Да, иногда. Услышав его ответ, понимаю, что он меня совсем не волнует. Сохранение наших отношений в статусе друзей с поправкой на взаимовыручку действительно было правильным решением. — Идем, — Дэймон кивком указывает в сторону выхода и уводит меня прочь из большого зала. Петляя по длинным коридорам, мы доходим до самого дальнего кабинета, двери которого, к счастью, оказываются открыты. Броуди, не дав сказать мне и слово, набрасывается на меня с поцелуем. Не отрываясь ни на секунду, он ведет меня в глубь кабинета до тех пор, пока я не упираюсь в стену между окнами. Тогда Дэймон, не мешкая, расстегивает ширинку моих брюк, и, разорвав поцелуй, опускается вниз. — Что ты…? — не успеваю я договорить, как он, проведя языком по моему члену, берет его в рот. — Ох, — спина непроизвольно выгибается, бедра подаются навстречу. Прислонившись затылком к прохладной стене, я прикрываю веки и запускаю пальцы в волосы Дэймона, представляя сами знаете кого. Впервые в жизни мне делают минет. Происходить это должно было, конечно же, в школе. Кайф. Надолго меня, естественно, не хватает. Да и как устоишь против такого умелого рта? И потому удивительно, что в такой темноте и в таком состоянии я замечаю, как напротив нас открывается дверь и появляется чья-то тень. И это происходит, когда я кончаю, стиснув зубами сжатый кулак. Пока в ушах слышится гул сердца, а тело подергивается из-за непрекращающихся ласк, я с нарастающим ужасом смотрю прямо перед собой. — Что скажешь? — спрашивает Дэймон, поднявшись на ноги. Я не реагирую. — Эй, сломался что ли, — он легонько похлопывает меня по щеке. — Знаешь, не такой реакции я ожидал, — говорит он с досадой. Я бы поблагодарил, если бы прямо сейчас за нами никто не наблюдал! — Да куда ты смотришь? — он поворачивается назад и, прищурившись, замечает таки присутствие еще одного человека. — Я-я-я, — запинается его голос, а рука пытается нашарить дверную ручку, — я дико извиняюсь. Дверь закрывается и по ту сторону слышатся торопливо удаляющиеся шаги. Первым придя в себя, я выбегаю следом, потому что с легкостью узнаю этот голос. — Чарли! — я быстро ее догоняю и резким движением прижимаю к стене. — Ты охренела?! — Это т-ты! Вы! В-вы охренели! Совсем уже?! Признаться, я впервые видел ее такой растерянной. Дэймон неторопливыми шагами приближается к нам. — Тебе не говорили, что подглядывать нехорошо? — спрашивает он. Голос спокойный, лицо расслаблено. Каждый день же такое происходит, да? — Мне бы не пришлось, если бы ты, — Чарли тычет в меня пальцем, — сразу рассказал, с кем встречаешься! — Твое любопытство не доведет тебя до добра, Палмер, — только и отвечает Броуди. «И мы не встречаемся!» — чуть не кричу я. — Тебя Лилит ищет, — бросает ему красная как рак Чарли. — Вы разберетесь? — спрашивает Дэймон и после лаконичного «да» целует меня в губы и уходит. Мне бы его невозмутимость. — Так и знала, что это Броуди, — первой заговаривает Чарли после неловкого молчания. — А Джо в курсе? — Говорил же, что нет, — глубоко вздохнув, с нажимом провожу по лицу. — Не рассказывай никому, ладно? — я вижу, как она кивает, но мне этого недостаточно. — Поклянись. Знаю я тебя. Вообще, Палмер быстро отошла от шока и начала задавать много вопросов. Чересчур много. В конце концов мне удалось вытащить из нее клятву в обмен на некоторую информацию о своей личной жизни. Долго не думая, мы возвращаемся домой, так как на балу ловить было нечего: Дэймона из рук не выпускала его подружка, Сьюзан вовсю была увлечена Джо, а Дин куда-то исчез вместе с Рэйчел. Куда именно и по какой причине, я и думать не хочу. И как же я удивляюсь, когда обнаруживаю его в общей гостиной нашего этажа. Он (один!) сидел на подоконнике, разглядывая ночное небо. Почему не в своей комнате? Наверно потому, что из окна наших комнат не было видно Луны. Да и гостиная практически пустовала. Я подхожу к нему, но он и не думает убирать ноги и уступать мне место. Даже не смотрит на меня. Возможно, он хочет погрустить в одиночестве, а я мешаю ему. — Я соврал, — тихо произносит Дин, не отрывая глаз от неба. А я не могу оторваться от него. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты и обнажали ключицы, рукава закатаны, галстук обмотан на пальцы левой руки. — Даже хорошо, что Рэйчел уезжает. Мы бы все равно расстались. — Почему? — Она чудесная, но… я не чувствую себя с ней счастливым, — погодите-ка, что?! — В чем смысл отношений, если не видишь своего будущего с этим человеком? — он, наконец, переводит на меня свой взгляд. — Скажи мне, Эдриан, ты счастлив в своих отношениях? Его голубые глаза смотрят так пристально, что я немного теряюсь. — Нет у меня отношений, мы просто друзья, которые… — отсасывают друг другу. — Которые что? — не унимается Дин. — Неважно, сейчас речь не обо мне, — отмахиваюсь я. — Откуда тебе знать, каким должно быть счастье? Может, ты счастлив и просто не знаешь этого? Может, это чувство сильно переоценено. Не верь всему, что читаешь в книжках, — я тараторю без умолку частично из-за волнения, частично из-за приподнятого настроения (он сказал, что несчастлив с Рэйчел!), но сам не верю в свои слова. Вот же оно — счастье: просто быть с ним рядом. Эттвуд опускает голову и усмехается, а потом смотрит на меня исподлобья повеселевшим взглядом. — Допустим, мне есть с чем сравнить, — говорит он, затем, опустив ноги на пол, встает и подходит ко мне, чтобы… протянуть руку ладонью вверх. Это еще что? Он сейчас говорит обо мне? Неужели обо мне? ОН ГОВОРИТ ОБО МНЕ?! Растерявшись похлеще Чарли, я метаюсь взглядом по всему безмятежному лицу Дина и неуверенно поднимаю руку, чтобы взяться за протянутую ладонь, но промелькнувшая на его губах тень усмешки заставляет меня остановиться. Он с приподнятой бровью смотрит на мою тупо застывшую в воздухе руку (только идиот не догадается, что я собирался сделать), после чего разматывает с вытянутой руки галстук и передает его мне. Можно вот прямо здесь провалиться под землю? — Вернешь, когда постираешь, — бросаю я и, пылая от злости, ухожу прочь, но все же успеваю заметить на его лице довольную улыбку.