Место, что домом зовётся

      – Господи, оно выглядит как мой младший брат, когда он впервые попытался побриться. – Нора указала на самое первое бревно, которое очищала. – Давай положим его на низ, где его не будет видно.       Его легко отличить от тех, которые Нора чистила позже. Поверхность была неровной, со следами в тех местах, где Нора надрезала ствол складным ножом, в то время как другие были ровными и гладкими.       Лука оказалась права - Нора быстро научилась счищать кору и заметно лучше, чем Лука. К тому времени, как она очистила последнее бревно, окорье падало на землю длинными, совершенно ровными полосками. Нора с изяществом раскачивалась взад-вперёд, двигая на себя складной нож, как гребец, которого Лука однажды видела переплывающим реку.       – Нет, – сказала Лука. – Брёвна, которые мы будем класть на низ, должны быть самыми большими и прямыми. Я уже обтесал их, чтобы не скатывались с фундамента. Кроме того, думаю, мне бы хотелось, чтобы это бревно, – она похлопала по тому, на котором остались следы от ножа, – было у меня на виду. На тот случай, если мне когда-нибудь понадобится напомнить о твоём желании распределять задачи поровну.       Они улыбнулись друг другу, и, не обменявшись ни словом, подняли первое бревно подоконника и положили горизонтально на плоские камни, образующие фундамент хижины.       Нора тихо застонала под тяжестью бревна, но её руки не дрогнули.       Лука никогда не была так рада выбору кедра, потому что он оказался легче, чем другие виды дерева. Им пришлось поднимать много брёвен, прежде чем они закончили работу.       Когда два подоконных бревна на длинных сторонах были на своих местах, они подняли ствол одной из более коротких сторон хижины и положили его на концы нижних брёвен.       – Как нам заставить его лежать на месте? – спросила Нора. – Забить гвоздями?       – Нет. Гвозди слишком дорогие. Я купила только для крыши. Мы сцепим брёвна стен насечками на концах. – Лука измерила, где должна быть выемка, отметила это место ножом и вырубила топором выемку. Сделать это оказалось сложнее, чем она помнила, когда помогала строить на форте Ливенворт. Казалось, прошла целая вечность, пока выемка верхнего бревна не сошлась с выемкой нижнего. Им пришлось не раз поднять его и подогнать, чтобы легло ровно.       Надрез над другим углом занял почти столько же времени. Когда они, наконец, установили бревно, зарубки получились немного не ровными.       – Рр...мерзость, – пробормотала Лука.       Нора мягко накрыла своей ладонью сжимающие топор пальцы Луки:       – Оно ведь всё ещё целое, да?       Рукой, которая была накрыта рукой Норы, Лука толкнула бревно. Оно не сдвинулось с места.       – Угу. Никуда не сдвинется. Но это совсем не красиво.       – Ну и что? Это придаст хижине свою изюминку, как то бревно, которое я обкорнала первым.       Лука оглядела неровные зарубки, затем перевела взгляд на бревно Норы. Может, Нора права. Кроме того, к тому времени, как они доберутся до брёвен, которые будут на уровне глаз, теплится надежда, что она научится делать идеальные зарубки.       Решительно кивнув, она перешла к обработке следующего бревна. Как только они водрузили его на брёвна подоконника, она подняла топор, но вдруг остановилась. Она обещала делить работу поровну, но сейчас Нора просто наблюдает и придерживает бревно. Стоит ли ей...? Она прикусила губу. Топор свежезаточен. Что если Нора оступится или потеряет равновесие...       Но Нора сама сказала, что хочет учиться, а как ей это делать, если Лука никогда не позволяет ей ничего делать?       Господи, как это должно быть тяжело. Она нерешительно протянула топор Норе:       – Хочешь попробовать?       Нора шумно вздохнула:       – Угу, почему нет. – Её голос звучал пискляво, но она решительно сжала топор.       – Отойди немного в сторону. Ты же не хочешь попасть себе по ноге, если вдруг промахнешься. Расставь ноги на ширину плеч и держи топор вот так. – Лука переместила руки Норы в нужное положение. – Теперь слегка согни ноги в коленях и бей. О, и старайся целиться в одно и то же место.       Нора в точности следовала её инструкциям. Топор с глухим стуком ударился о бревно. Это был не самый сильный удар, но он был безопасным. Её второй удар пришёлся не в ту же самую точку. То же произошло и с третьим; он только вырубил небольшой кусок в другом месте, вместо того чтобы углубить выемку.       – Боже, как же трудно прицеливаться.       Лука пыталась терпеливо наблюдать со стороны, вместо того чтобы взять эту работу на себя. 'Доверься ей.' Точно так же, как в случае со складным ножом, Нора приноровится, если дать ей время.       Малышка заплакала в своей колыбели, которую поставили рядом с Эми, которая игралась, строя маленький бревенчатый домик - или, учитывая её интересы, конюшню - из палок.       Луке показалось, или Нора выдохнула с облегчением, когда отошла проведать Нетти? Лука испытывала искушение... такое сильное искушение закончить выемку самой, пока Нора кормила ребёнка грудью. Вместо этого она пошла к источнику, наполнить флягу.       Когда Нора вернулась, она принесла в руках два инструмента Луки: стамеску и молоток.       Лука вопросительно на неё посмотрела.       – Когда клала Нетти обратно в колыбель, я вспомнила, что ты использовала их, чтобы выдолбить бревно для колыбели. Я подумала, что мы могли бы использовать их и для зазубрин.       Почему Лука сама до этого не додумалась?       – Ага. Должно получиться. Попробуй.       Нора опустила острый конец стамески на бревно и легонько стукнула молотком по деревянной ручке. Затем она ударила снова, только на этот раз сильнее.       Полетели щепки, и на этот раз недостающий кусок оказался в нужном месте.       Лука кивнула. Казалось, этот способ больше подходит Норе, хотя это может занять больше времени, чем при помощи топора.       Нора нанесла ещё один удар и широко улыбнулась:       – Знаешь то, что мы делаем одну и ту же работу, вовсе не значит, что мы должны делать её одинаково.       – Точно. – Луку захлестнуло волной восхищения и любви. Она перегнулась через бревно и поцеловала жену. – У меня есть идея получше. Почему бы тебе не прорубить большую часть топором, а потом сделаешь выемку стамеской?       – Оо, может, выйдет быстрее. Подожди, и сам увидишь. Как только мы закончим с хижиной, станем настолько в этом хороши, что сможем идти работать плотниками! – Нора беззаботно рассмеялась, позабыв про мозоли, боли в мышцах и приближающейся зиме.       Для Луки смех звучал лучше, чем самое хорошо настроенное пианино.       – Даже не знаю. Я лучше предпочту разводить лошадей, чем возводить стены.       – Лошадей и детей, – добавила Нора.       Лука посмотрела на девочек:       – Да, и их тоже.       Она отложила работу ещё на мгновенье, поцеловав Нору в уголок рта, затем снова взялась за топор. Нужно достраивать хижину.