Полуразумный вид.

      Представьте себя первоклассником. Уверенным в себе внешне, чувствующим себя невероятно взрослым и самостоятельным. И вот, ты стоишь на пороге школы, собираясь войти в здание впервые, совершенно один, без мамы и папы. И казалось бы, что такого, ты уже знаешь, что тебя ждёт за порогом, ты выучил правила и не должен переживать, но вот ты стоишь и не можешь заставить себя сделать шаг, потому что этот шаг страшнее всего остального, как прыжок через костёр.       - Главное чётко произнести "Министерство магии, атриум", - последовали инструкции от Гермионы. - Старайтесь ни о чём не думать, чтобы не сбиться с курса. Когда почувствуешь, что кружение остановилось, делаешь шаг вперёд, тогда почувствуешь твёрдую землю под ногами.       - Всё понятно, вроде, - ответил Эдвард, изображая уверенность. - Как это работает? Любой камин можно использовать таким образом?       - Нет. Камин должен быть подключëн к транспортной сети, - ответила Герми. - Этим занимается целый каминный отдел в целом транспортном отделе. Там работают артефакторы и пространственники. В общем, я не очень знаю, как это работает.       - Неужели есть что-то, чего ты не знаешь, - ухмыльнулся Эдвард, давно заметивший, что у Гермионы есть ответ на любой вопрос.       - Знаю! - воскликнула Гермиона, - Просто это сложно объяснить.       - Да, я просто шучу, любовь моя, - хихикнул Эдвард и зашёл в камин. - Министерство магии, атриум, - чётко произнёс Эдвард, и мир вокруг заволокло зелёным пламенем.       Пламя, к слову, вообще никак не ощущалось, а вот земля из-под ног исчезла. Его словно подхватило океанское течение и понесло куда-то вниз, всё время петляя и кружа вокруг своей оси. Это продолжалось недолго, но занервничать Эдвард успел. Потом всё закончилось, и он словно завис в воздухе. Перед собой он увидел проём, также закрытый зелёным пламенем, тогда он снова выдохнул и сделал шаг вперёд, как говорила Герми.       Мир сильно покачнулся. Если бы не вампирские способности, он бы точно свалился лицом вниз. Но он устоял, хоть несколько мгновений ему казалось, что земля шатается. Он оказался в том самом коридоре атриума, где вдоль стен были десятки огромных каминов. Люди, между прочим, выходили и заходили постоянно, но никто и не падал, а значит для пользования камином, всё же необходима, какая-то сноровка.       Он чуть отодвинулся от входа в камин, справедливо полагая, что сейчас откуда выйдут остальные, однако вышел неизвестный Эдварду мужчина средних лет с козьей бородкой. Эдвард стоял прямо напротив, а потому мужчина удивлённо на него глянул и, вдруг отшатнувшись, сделал шаг назад. Эдвард, немного улыбнулся, не открывая зубы и посторонился с прохода. Мужчина, не отрывая от него взгляда, медленно прошёл мимо и всё время, пока не скрылся за поворотом, ведущим к лифтам, периодически оглядывался на него.       Следующая появилась Роуз, но почему-то с другого камина, видимо здесь распределение идёт случайное. Они решили пойти ближе к выходу из коридора, чтобы их было видно со всех сторон, и они не потерялись. Это была не очень хорошая идея, потому что на них пялились все, проходящие мимо.       Зато был и плюс, они могли наблюдать за тем, какие люди проходили мимо. До сих пор вызывало восторг осознание, что есть целый волшебный мир со своими правилами, законами и целыми государствами.       Гермиона появилась прямо после Элис и, найдя их глазами, пошла в их сторону. Вокруг началось оживление, как тогда, когда они появились тут в первый раз. Люди шушукались, потому что далеко не все видели её в тот раз и теперь с непонятным восторгом подтверждали друг для друга слухи, что видимо гуляли по Министерству. Она подошла к ним и глазами спросила, всё-ли в порядке?       - Я вся в саже, - пожаловалась Розали незамедлительно. Эта мысль не давала ей покоя всё время, пока они ждали. - Даже волосы!       - Сейчас. - Гермиона не насмехалась, как родственники Эдварда в своих головах, а просто достала палочку и очистила их от сажи, даже не произнося каких-то формул. Очевидно, это привычная практика.       Тот факт, что на Гермиону обращает внимание каждый встречный, было уже понятно и даже почти не удивляло, но вот то, что произошло дальше, они точно не ожидали. Это было похоже на маленький взрыв. Взрыв эмоций, шепотков и запаха, резко заволновавшихся волшебников вокруг.       Сначала они заметили, что на Герми перестали обращать внимание. Потом поднялся гул, и наконец, движение вокруг почти полностью остановилось. Некоторые ещё делали вид, что куда-то идут, но основная масса людей просто остановилась, чтобы посмотреть на прибывшего камином Гарри.       - Это Гарри Поттер! - услышали вампиры со всех сторон.       - Гарри Поттер? Ты уверен? - спросила визгливым голосом очень старая женщина, в дорогом наряде. Гермиона, услышав это, закатила глаза и повернулась в его сторону, чтобы махнуть рукой.       За Гарри вышел Рон, сразу же встал чуть впереди Гарри, и частично закрыв его от толпы.       - Поттер здесь, невероятно.       - Пойду позову Найлза.       - Гарри Поттер!       - Что-то произошло? - сыпались тихие догадки со всех сторон.       - Он к Министру?       - Может, что-то случилось?       - Неужели это связано с вампирами.       - Как он их не боится? - тоже тихий вопрос, но привлекший больше всего внимания вампиров.       - Гарри Поттер ничего не боится.       Очень странно. Жаль не спросишь у Герми, в чëм дело прямо сейчас, на них смотрели буквально все, когда Гарри их достиг. Он, к слову, не обращал на людей никакого внимания, хотя оно и понятно, он ведь не слышал, о чëм они шушукаются, для него это просто гул в ушах.       - Пойдёмте уже, - сквозь зубы процедил Гарри и, улыбнувшись волшебнику, который уж очень сильно на него пялился, пошёл дальше.       Предположений у Калленов было немало, от мысли, что он какая-то местная кинозвезда, если конечно у волшебников есть своё кино, хотя телевизора в их доме не было, но было же радио, до героя в прошедшей войне. Ведь, если Гермиона близка с победителем Волан-де-Морта, то можно предположить, что и Гарри тоже.       На этот раз они не пошли к лифтам, а свернули в один из коридоров. Пройдя пару пролётов, они оказались в небольшом, довольно тёмном холле, где уже собралось много волшебников. Посмотреть было на что. В глаза бросались маги с фотокамерами, причём такого древнего вида, что хоть сейчас неси их в музей. Похоже, местные журналисты. Эдвард видел пару газет в доме Уизли. Те не очень сильно отличались от немагических, если не иметь ввиду содержание, но главное отличие, это фото. Все фотографии в газетах были живыми. Эдвард со смешком вспомнил, как они все вместе, словно дикие неандертальцы разглядывали волшебные фото. Картинки немного смахивают на анимации, но они же на бумаге, а если их трогаешь пальцами, то анимация может сбиться и, например, показать кулак. Очень прикольно. Но это объясняло старые аппараты, вряд-ли такие фото можно сделать на зеркалку.       Были ещё очень заметные личности. Несколько магов были в одинаковых длинных мантиях красного цвета. Теоретически, это и есть судьи или совет присяжных, они стояли и общались между собой, но некоторые входили в зал, с большими двустворчатыми дверьми. Отсюда было видно немного, похоже на, что-то вроде, амфитеатра.       Они увидели подбегающую к ним Люси, которая похоже ожидала тут именно их, в смысле Гермиону. К ним особо никто не приближался, хоть и продолжали смотреть с неисчерпаемым любопытством, поэтому Люси беспрепятственно подошла к ним.       - Мистер Поттер, мистер Уизли, - она им кивнула, и ребята расплылись в улыбках. И в отличии от улыбок прохожим, ей они улыбнулись искренне, как человеку, который вызывает только позитивные мысли. - Мисс Грейнджер, слава Мерлину, я успела до начала.       - Что такое? - заволновалась Гермиона.       - Простите, что так, но я не знала, зайдёте вы после суда или нет, - оправдывалась Люси.       - Ладно, давай быстро, что там у тебя? - сказала Герми и протянула руку за бумагами, которые были в руках у Люси.       - Красная папка, это какие-то детали дела, её вам передал мистер Малфой, - быстро и тихо говорила Люси. - Малфои тоже проходят по делу, как свидетели, но некоторые детали не могут разглашать, но он заверял, что они важны. Типа парень не так плох, и предполагаемое решение, слишком жестоко.       Гермиона, не откладывая, открыла папку и просматривала записи.       - Он под давлением, я это предполагала, но если он станет молчать, то я вряд-ли смогу помочь.       - Попробуем разговорить? - предложил Рон, заглядывающий в папку через её плечо.       - Зависит от того, насколько сильно он запуган, - задумчиво сказала Герми и закрыла папку. - Ладно, разберёмся по ходу. А это что? - спросила она у Люси, та сразу встрепенулась.       - Это дело, которое будут рассматривать на следующей неделе. Мальчик оборотень, истинный, рождённый двумя оборотнями. Убийство двух магов на окраине леса, в котором живёт клан. Похоже на случайность, неопытность.       - А я тут причём? - спросила Герми с удивлением. - Я же в отпуске.       - Картер слил дело, мальчику просто дадут пожизненное. Уж не знаю, дело в том, что они оборотни или в том, что Картеру просто всё равно, но я решила попросить вас лично посмотреть дело, - потом Люси растеряла всю уверенность и потупила взгляд. - Я знаю, что не имею достаточной компетенции, но... Ему всего двенадцать лет, он ещё совсем малыш. А его хотят судить как совершеннолетнего, объясняя это статусом полуразумного существа.       Каллены переглянулись. Это ужасно, если двенадцатилетнего ребёнка посадят пожизненно, будь он хоть кем, хоть оборотнем, хоть магом.       Тут они услышали звук напоминающий гонг, только не так громко. Эдвард решил, что это знак того, что суд сейчас начнётся, потому что люди вокруг потянулись в зал.       - Ладно, я посмотрю после, - сказала Герми и закрыла папку. Люси кивнула и пошла куда-то в коридор, который Эдвард и не видел раньше.       Они тоже вошли в зал и сели на скамью свидетелей. Пока зачитывались обвинения и выводили подсудимого, Эдвард рассматривал зал, мысленно сравнивая свои выводы с выводами остальных Калленов. Народу было не очень много, десять судей, один из которых сидел за высокой стойкой, на которой были бумаги, именно он начал дело. На скамье обвинителей тоже были люди, но почему-то меньше, чем на скамье защитников. Они сидели прямо напротив судей, а обвиняемый по центру в жёстком кресле. Когда он только сел на стул, то вокруг его рук и ног обвились цепи сами собой, громко щёлкнув затворами. Эсми и Элис невольно вздрогнули в это мгновение, хотя Эдвард мог поклясться, что раньше никогда не замечал такой вот естественной реакции.       Уже через несколько минут, Эдвард с удивлением услышал мысли обвиняемого. Очень тихие и какие-то слабые, будто он не спал много дней. Он думал лениво и редко, но чётко. Сейчас например, он смотрел на стакан с водой на стойке судьи и думал о том, как сильно хочется пить. Жутковато, если честно. Ему словно не было никакого дела на то, что его судят.       Когда Гермиона вышла к центру, чтобы дать показания, она сразу же открыла папку и заявила о своём мнении, что подсудимый совершил нападение на неё не по своей воле, а точнее под давлением, аргументируя это тем, что тот был замечен в нехорошей компании за пару недель до нападения. Плюс выяснилось, что местоположение Гермионы ему передали, а вот выясняли и подкупали сотрудника транспортного отдела совсем другие люди. От себя Герми добавила, что при нападении злоумышленник не использовал запрещённых заклинаний, а только вырубающие, что даёт повод думать, что цель была не убить, а похитить.       В этот момент, передëрнулся сам Эдвард. Запоздалый страх, так и норовил заполнить разум.       Следующие свидетели защиты смогли пополнить показания тем, что несмотря на то, что подсудимый не носитель метки, но присоединился к Волан-де-Морту в самом конце войны, из-за отца, который, кстати, погиб ещё за три месяца до майских событий.       Тут Эдвард услышал необычное оживление в мыслях подсудимого. Тот явно и всеми фибрами души ненавидел своего отца, Волан-де-Морта и какого-то Яксли. Соотнося его мысли и эмоции, которые считывал Джаспер, Эдвард понял, что мужчина далеко не белый и пушистый, но и не чёрный и грязный. Он был очень зол, когда говорили о его отце или его делишках в период войны, но очень напуган, когда говорили про то, что его заставили напасть. Он был на это способен, но одно Эдвард понял, он не был настолько глуп, чтобы хотеть этого.       Любопытным фактом было то, что запах его был совсем безвкусным. То есть он пахнет кровью, как и все, но скорее как немаг, сильный запах меди, но ничего более. Будто он пуст магически и эмоционально, что косвенно подтверждал тот факт, что Эдвард слышит его мысли, а Джаспер почти не чувствует эмоции, только редкие вспышки. Даже Элис увидела его будущее, но там словно только темнота, холод и пустота.       "Магическая тюрьма? Возможно..."       В какой-то момент давать показания вышел высокий длинноволосый блондин с уже знакомыми серебристыми глазами. Учитывая, что тот сидел рядом с Драко Малфоем и ещё одной блондинкой, не менее лощëнной и красивой, можно было предположить, что это Малфой старший.       Он говорил коротко и отрывисто, явно желая скорее закончить с этим. Из его слов следовало, что он пытался связаться с подсудимым, чтобы решить какие-то свои финансовые вопросы, но ему ясно дали понять, что подсудимый находится в отъезде по делам. Что это за дела, он выяснить не смог, но то, кто его прикрывал, говорило о многом.       - То есть, вы ведёте дела с вышеперечисленными личностями? - с намёком спросил обвинитель, видимо надеясь его на чём-то поймать.       - Я лорд магии, и за время существования рода у нас сложились определённые связи с некоторыми другими родами. И даже если я не веду с ними дела, знакомства важны в любом месте. Сейчас, я лишь хочу помочь правосудию, чтобы этот досадный инцидент с мисс Грейнджер не поставил крест на человеке, который ничего особо тяжкого не совершил, - спокойно и немного высокомерно ответил Малфой, одновременно сказав, что знает их и в тоже время упомянул, что не ведёт с ними дела с некоторых пор.       Суду это не очень понравилось. Многие стали шептаться, а Гарри и Гермиона рядом переглянулись, закатывая глаза.       - Вы хоть понимаете, что сами находитесь на свободе и с душой в грудной клетке, только благодаря вышеупомянутой мисс Грейнджер? - яростно заговорил судья.       - И безмерно ей за это благодарен, - без эмоции сказал он, даже не повернув голову в её сторону. Примечательным было то, что чисто эмоционально, он действительно испытал благодарность и уважение, когда это говорил, но вот внешне никаких признаков этому не было.       - Вы и ваш сын пожиратели смерти и подсудимый, несмотря на отсутствие метки, очень тоже тесно был связан с Тем-Кого-Нельзя-Называть, но смею заметить, вы не бежите вести дела с упомянутыми магами, - чуть успокоившись сказал судья. Малфой заметно скривился и испытал раздражение, когда упоминали тот факт, что они являются пожирателями смерти.       Это, кстати, и для Эдварда был сюрприз. Они уже сложили у себя в голове образ пожирателей смерти и представляли неких отморозков. Но Малфои были другими. Заносчивыми, богатыми, статными и очень властными, судя по поведению, как они могли стать фактическими рабами? Даже изучая их внутреннее, как эмоционально, так и по запаху, можно было сказать, что в них нет никакой гнили или даже злости. Высокомерие довольно неприятно, но в целом терпимо. В любом случае никаких плохих эмоций, кроме раздражения они и не вызывают.       - Думаю, причины, вы можете узнать у самого подсудимого, - неприятно улыбнулся Малфой и замолчал.       В процессе допроса выяснилось, что подсудимый на самом деле действовал не по своему желанию, а потому что ему приказали, за неисполнение приказа, пригрозили смертью за предательство. Конечно, его не оправдали, но и присудили всего два года на нижнем уровне Азкабана, чтобы это ни значило. Таких подробностей Каллены ещё не знали, но вот по эмоциям самого подсудимого, да и многих в зале стало понятно, что это всё равно суровое наказание, несмотря на короткий срок.       После того, как приговор вынесли судьи стали спешно покидать зал, как и большинство людей, но Герми решила подождать, пока все журналисты не расхватают своих жертв, и они выйдут тихо и незаметно. А пока Гарри, Рон и Герми отошли, чтобы перекинуться парой фраз с одним из свидетелей, видимо знакомым по школе. Тот давал показания по сотруднику транспортного отдела, который и слил местонахождение Гермионы в то время. В зале помимо разговаривающих между собой обычных магов, были ещё несколько авроров, которые начали колдовать. Из их палочек выскакивали разные зверьки полупрозрачные наполненные голубым свечением. Они ходили между людьми, которые не особо-то на них обращали внимание. Красиво, но непонятно.       Пока они ждали, за подсудимым пришли они. Два огромных существа. С первого взгляда показалось, что это просто высокие люди в чёрных плащах, но всего на секунду. Это точно не были люди. Они парили над полом, а их руки, которые схватили за плечи подсудимого, были костлявыми и все в струпьях. Скорее всего, там даже не было кожи, а что-то похожее на неё. Лиц видно не было из-за глубоких капюшонов, которые были будто не из ткани, а какого-то особо плотного дыма. Однако, вампирский слух выцепил звуки, которые издавали существа. Это были сосущие хрипы, которые невозможно воспроизвести человеческим ртом.       Мысли подсудимого резко активизировались, и он стал дëргаться и вырываться из крепкой хватки, очень сильно боясь этих существ, а когда они его только схватили, его вообще передëрнуло с головы до пят.       Каллены наблюдали за этим со смесью ужаса и отвращения. Остальные люди старались не смотреть в их сторону, видимо не понаслышке зная этих существ. Они казались равнодушными и такими чужими в этот момент. Словно способные закрыть глаза на жестокость.       Как в принципе можно так спокойно стоять и говорить о чём-то, когда в нескольких метрах от них происходит настоящая пытка. Или это и есть наказание, вот что значит нижний уровень? Жестокость и чужеродность всего вокруг сдавила грудную клетку. Эдвард даже дышать стал чаще, чтобы хоть как-то напомнить себе, что всё ещё здесь, а не превратился в камень. Хуже всего было от мыслей Карлайла по этому поводу. Он как законченный пацифист физически испытал боль за подсудимого и практически ненависть к тем, кто стоял рядом и ничего не делал.       Что будет дальше? Гермиона умница, но она так молода и незначительна в глазах всего общества. Что если он не сможет доказать, что достоин быть с ней. Что если она однажды увидит истину. Увидит его. Мёртвый, бездушный кусок камня, наполовину разумного, наполовину зверя. Его живая, красивая, бесконечно светлая девочка не должна тратить свою короткую жизнь на такого, как он. Он не достоин этого...       Свои мысли и чувства приправлялись похожими мыслями его семьи, и всё что хотелось сейчас Эдварду, это упасть на колени перед его девочкой и молить о снисхождении для него, потому что он ничто, отработанный материал. Чтобы хоть как-то успокоиться и не начать рычать на своё бессилие, прямо перед друзьями Герми, он сел на пол и закрыл голову руками, сжимая её с такой силой, что на висках образовались трещины.       - Эдвард, это я во всём виноват... - шептал Карлайл, как всегда безошибочно разгадывая мысли своих детей. - Только я...       - Эдвард! - как сквозь вату услышал он голос Гермионы. Будто наблюдая со стороны, он увидел, как она подбегает к нему и падает на колени, рядом с ним. - Что с тобой?       Удивительно, но она будто принесла с собой тепло. Он всё ещё смотрел на неё глазами горящими болью, но чувствовал, как она отступает. Будто беспокойство с её стороны возымело целительный эффект. Она прижала его голову к своей груди, а потом заглянула в глаза.       - Что случилось? Чем мне помочь тебе?       - Одно твоё присутствие лечит мою боль. Прости меня, за то что встретил тебя, ты достойна лучшего. Моё место в могиле...       - Что? Ты с ума сошёл?       Вопреки словам, Эдвард и вправду чувствовал себя лучше. Тёмные краски этого мира стали отходить, наполняя привычным светом всё вокруг. Ему вдруг показалось, что этот его момент самобичевания был ужасно глупым, он ведь и раньше осознавал всю печаль своего состояния, но раньше никогда эти чувства не выходили на передний план. Никогда он не забывал обо всём хорошем, что было в его жизни.       - Когда ты рядом, мне лучше, - пробормотал Эдвард, расслабляя мышцы и светлея взглядом.       Герми оглянулась и нахмурилась. Он не мог отвести от неё глаз, цепляясь за чувства, как за спасательный круг, но вот другие члены клана тоже оглянулись, обращая внимание на то, на что обратила внимание сама Герми. Тогда он с удивлением увидел в паре метров от них третье существо, совершенно ими незамеченное, по причине того, что оно было совершенно беззвучно и ничем не пахло. Потом Герми посмотрела на красивую пуму, сотканную из голубого света, которая с хищной грацией ходила вокруг их компании, мягко и красиво перебирая лапами по полу.       - Ого, пума! - тихо выразил восторг Гарри. Гермиона тоже выглядела удивлённой, но только пожала плечами, потому что заботило её кое-что поважнее.       Она резко поднялась на ноги, с самым суровым выражением лица, подавая руку Эдварду.       - Аврор Майклс! - рявкнула она на ближайшего к ним человека в форме.       - Слушаю, мисс Грейнджер, - чуть лениво отозвался тот, но выпрямился и подошёл ближе.       - Объясните мне, по какой причине патронус защищает не всех в зале, почему дементор по своему усмотрению присасывается к кому вздумается? - очень строго отчитывала его Герми. В это время на них уже смотрели все, кто остался в зале, а Рон и Гарри подошли поближе и встали с двух сторон от неё.       - Э-э, ну так, это же вампиры? - немного стушевавшись, ответил аврор.       - И??? - не отступала Гермиона.       К этому моменту у Эдварда просветлело в голове, и он понял, что не мог чувствовать всего этого так сильно и полно, просто так. Логические размышления семьи помогли сделать вывод, что дело было в этих существах. Они каким-то образом забирали у человека все хорошие мысли и чувства, обнажая всю боль, что есть внутри, возможно даже усиливая её, а иначе никак не объяснить, полную неспособность контролировать себя и свой разум.       А легче стало не от присутствия Герми, а благодаря этим самым зверькам, видимо, они и защищали людей от воздействия этих чудовищ. Волшебная, призрачная пума, буквально вытащила Эдварда из суицидального состояния.       - Ну, дементоры питаются душами, а у вампиров нет души, - попытался всё же оправдаться аврор. - Они не должны были на них как-то влиять. Эмоции не представляют ценности из-за того, что души-то нет.       - С чего ты взял, что у них нет души? - вмешался удивлённый Рон.       - Ну так, они же мертвы, пьют кровь и, по сути, убийцы, - ответил аврор, хотя вступивший в диалог Рон поколебал его уверенность.       - Я тоже убийца, - вдруг заговорил очень тёмным голосом Гарри, таким, которого они от него ещё не слышали. - Я убил Волан-де-Морта... Дважды. Я тоже без души?       Аврор вдруг совсем занервничал и даже начал обильно потеть. А главное растерял всякую способность говорить связно.       - Нет, что вы, мистер Поттер. Я не имел ввиду... Да я просто... Это же совсем другое... Я не хотел сказать... Я не думаю, что...       И чëрт возьми, Эдвард понимал эту неспособность сказать, что либо разумное, потому что сейчас был именно в таком состоянии. Первая, до кого дошло была Роуз, чуть-ли не крикнув мысленно.       "Гарри Поттер - победитель Волан-де-Морта???"       "Не может быть!!!" - Джаспер.       "Чтоб тебя, так вот почему все вокруг ему в рот заглядывают! Он получается герой!?" - Эммет.       "Я бы такое не смог бы даже предположить!" - Карлайл.       И да, это было просто разрыв всех стереотипов. Эдвард и подумать не мог, что тот, кто является любимым объектом для подколов от рыжей семейки, окажется победителем самого страшного тёмного волшебника, чьë имя до сих пор боятся произносить вслух.       - Свободен, - рявкнул Рон. И несмотря на то, что аврор явно был старше его на несколько лет, вдруг выпрямился и пошёл в другую от них сторону.       - Жесть какая-то, - поделился Рон.       - Пойдёмте отсюда, - сказала Герми. - А Майклса нужно проверить на профпригодность. Не знать такие элементарные вещи на его должности, просто недопустимо.       Они пошли за Герми на выход, тихо и на автомате, потому что полностью сосредоточились на обдумывание этого короткого, но такого важного разговора.       Во-первых, эти слова про душу подняли такое волнение в мыслях Калленов, что он был уверен, что сейчас оглохнет от этого мыслеизлияния. Он боялся просто поверить в эти слова, и им точно нужно это всё обсудить с Герми, но они не смогли, потому что на выходе им встретился Драко Малфой.       - Великий Гарри Поттер снова спасает невинные души, - с неприятной улыбкой и, растягивая гласные, пропел Малфой.       - Отвали, Малфой, не до тебя сейчас, - огрызнулся Гарри и пошёл мимо него, тихо добавив. - Я просто просидел весь суд молча.       - Но признай, не будь тебя на скамье, и слова Грейнджер не были бы и вполовину так весомы, - сказал Драко. - Ты теперь группа поддержки защитницы всех убогих и обиженных жизнью?       - Драко, прекрати паясничать, - ровным голосом проговорил Малфой старший, подходя ближе. - Мисс Грейнджер, моё почтение, - также без эмоций на лице. - Мистер Поттер, рад, что встретил вас тут. Надеюсь увидеть вас на приёме, что устраивает моя супруга на следующей неделе. В качестве почётного гостя?!       Эдвард, всё ещё находясь в прострации, на автомате взглянул на тихую и красивую жену Малфоя старшего. Она, как и супруг выглядела лишённой большинства эмоций. Однако внутри была ярче многих энергичных людей. Её эмоции были столь глубоки и наполнены смыслом, что Эдвард невольно отвлёкся от своих мыслей, и с любопытством вдохнул её запах. О, это было очень неожиданно. Чистокровный, сильный, с отчётливыми привкусами ярких, немного диких эмоций, запах просто поражал своей многогранностью. Но не это было самое странное, а то, что она совершенно не вызывала желания впиться ей в горло. Вот, совсем. А ещё, он почувствовал кое-что ещё... Запах был не только человеческий, от неё будто пахло вампиром. Очень слабо, но тот факт, что от её запаха, не хотелось пить, давало возможность различить эти нотки в её крови.       - Карлайл! - едва слышно позвал Эдвард. - Срочно понюхай её, пока не ушла.       Карлайл, быстрым движением снял серёжку и аккуратно вдохнул. Он едва не охнул от удивления, потому что тоже почувствовал этот вампирский запах от миссис Малфой.       - Непременно посещу ваше мероприятие. Спасибо за приглашение, - ответил Гарри с вежливой улыбкой, хотя внутри его были противоположные эмоции, будто он сказал, что ни за что не придёт.       Малфой старший кивнул и пошёл дальше по коридору, а вот Драко задержался, потому что заметил приближающегося журналиста и, подленько улыбнувшись, спросил.       - Кстати, Грейнджер, как там мой подарок? - спросил он довольно громко. - Ты уже выгнала Долли?       - Это называется освобождение от рабского труда, - не растерялась Гермиона. - И нет, она всё ещё со мной, - в этот момент Драко улыбнулся ещё довольнее. - Но я плачу ей зарплату, и мы с ней даже подружились! - закончила она и победно улыбнулась в ответ.       Улыбка с его лица полностью исчезла, он молча поджал губы и пошёл за отцом. К сожалению, Эдвард резюмировал, что несмотря на недовольный вид Малфоя, внутри тот наполнился восхищением к Гермионе.       - Чего ты перед Малфоем стелишься? - спросил Рон у Гарри, имея ввиду его согласие прийти на приём. Но ответила ему Гермиона, нервно оглядываясь.       - Нам нужна их библиотека.       - А-а-а, ну тогда ясно, - ответил Рон. - Как будем пробиваться?       На выходе из коридора собралась толпа, и все они шептались о том, что оттуда будет выходить сам Гарри Поттер. Они этого не слышали, но видимо и так знали, что их ждёт.       - Пойдёмте в мой отдел, переждëм!? - то-ли спросила, то-ли предложила Герми.       - Хорошо, вы идите, а я попрошу ребят подняться, чтобы не пускали никого туда из газет, - сказал Рон и пошёл прямо в толпу с широкой улыбкой. В это время, они нырнули в непреметный коридор с лестницами. Где никого не было, и никто не пытался перекинуться хоть словом с самим героем магической Британии.       Кстати, это и было второй вещью, которая не выходила из их размышлений. Такой скромный и доброжелательный парнишка, в простой одежде, и с милой улыбкой, оказался победителем Волан-де-Морта! Это никак не укладывалось в голове. Как так-то? Это было три года назад, да, он же ещё совсем ребëнок. Да, и вообще. Он бы ещё мог предположить, что это была Джинни, но не Гарри же, парень в очках, носящий под своей мантией зелёный свитер с крылатым шариком на груди. Ещё эти дементоры... А этот мир становится всё мрачнее в глазах Калленов, но и похоже способен дать больше, чем они предполагали.