Полуразумный вид.

      На кухне дома Калленов царило непривычное для этих стен оживление. Раньше большой стол использовался больше, как письменный, но в последнее время он всегда валился от еды. Эдвард радовался от того, сколько удовольствия это приносит его семье. Даже Роуз и Джаспер чувствовали себя комфортно и всегда были навеселе. Когда тебе много лет, начинаешь чувствовать скуку от примитивности подростковых мыслей и всеобщей однообразности. Люди в целом похожи, сначала это милые котята, потом переломный пубертат, потом взросление и наконец, приспособление под окружающую действительность, в надежде обрести своё счастье. Это не плохо и не хорошо, просто скучно для того, кто не меняется вообще.       Но волшебники, это совершенно другое дело. Их взгляды на мир, способы выживания и в целом восприятие действительности были столь необычны, отчего невероятно интересны. По-началу, это не было заметно, но общение и дружба с людьми какого-то нового для них мира неожиданно всколыхнула в бездвижных сердцах вампиров настоящее живое любопытство. Очень скоро, Каллены поняли, что их мир изменился кардинально, потому что едва-ли не каждое мгновение стало наполняться яркими эмоциями. Пожалуй, их застывшие жизни, неожиданно стали двигаться, неявно, но определённо наполняя их смыслом. Они снова начали мечтать, планировать будущее и надеяться, что всё ещё будет.       — Я понимаю, что электричество идёт из резетки, но как оно попадает туда? — серьёзно разглядывая блок от зарядки для смартфона, спросил Артур.       — По проводам, — терпеливо объясняла Элис, не обращая внимание на Эммета, изо всех сил удерживающего на лице спокойное выражение. — Те ведут на электростанцию, где электричество вырабатывают специальным образом.       — Вроде завода для электричества? — переспросил Артур и увидел кивок. — Невероятно, целый завод, для такой маленькой штучки, — возвращая своё внимание блоку питания, сказал Артур, с изумлением на лице.       Эммет не выдержал и рассмеялся, тихо, но заразительно.       — Это бесполезно, Элис, — с улыбкой сказала Герми. — Я уже год не могу объяснить, как работает телефонная связь.       — О, заглушку сняли, — оживился Эммет. — Теперь мой блок питания можно использовать по назначению, потому что я могу забрать из гостиной телефон, который там оставил.       Теперь смеялся не только Эммет. Тема утренней блокировки гостиной была довольно щекотливой, но атмосфера вокруг была лёгкая, поэтому никто особо не заморачивался, отчего Эммет отрывался по полной, сыпя намёками.       — Это отлично, значит они сейчас завтракать придут, так что освобождайте место, — сказала Молли, будто не замечает всех этих намёков, хотя её выдавал едва заметный румянец и смущение, сквозившее в запахе её крови.       — Доброе утро, — довольным и сытым голосом провозгласил Чарли, входящий в кухню, под руку с Лией, одетой в нежное лёгкое платье, что ей оставила Элис, ещё пару дней назад.       Элис же пихнула Эммета локтем в бочину, чтобы перестал неприлично лыбиться, а лучше бы свалил из кухни. Но Эммет намёк понял и принял невозмутимый серьёзный вид, чем рассмешил остальных ещё сильнее.       — Доброе, мои золотые, проголодались? — улыбнулась Молли с материнской теплотой, но замерла в удивлении, когда повернулась к вошедшим. — Ты девочка?       — Э-э… Да, — чуть смутившись, ответила Лия, не представляя, в чëм суть претензии.       — Но я была уверена, что… — немного растерявшись пробормотала Молли, но потом махнула рукой и, обойдя стол, обняла её, прижав к себе. — Это же замечательно!       — Я не понял, — не выдержал Эммет, на что некоторые фыркнули, но большинство были с ним солидарны.       — Естественно, она девочка, — нахмурилась Герми. — Мы же не раз обращались к ней по имени. Да, я тебе ещё в тот день сказала, что это волк Лия, запечатлённый на Чарли… А-а-а… Поняла. Это я по привычке не сказала, что она волчица.       — Лия, Лия. Имена всякие бывают, вон некоторых Драко зовут, — запричитала Молли, отвернувшись и занявшись приготовлением завтрака для Чарли и Лии. — Я была уверена, что все волки мальчики, мне даже в голову не пришло, что может быть иначе.       — Мерлин и все его основатели, но вот откуда пошла уверенность, что я по мальчикам? — раздражённо спросил Чарли, усаживаясь на стул, и помогая Лие усесться рядом. Не то чтобы ей требовалась помощь, но ему нравилось за ней ухаживать, и нравилось, что она позволяет ему это.       — Вообще-то, это мы пустили слух, — без раскаяния сказал Джордж, пьющий кофе с другой стороны стола. Он всё чаще стал выходить на разговоры, всё легче отвечал на реплики, чем радовал окружающих, как бы странно это не звучало.       — Ну тогда понятно, — отозвался Чарли, закатив глаза, потом пояснил, на вопросительный взгляд Лии. — Эти двое могут создать бардак из ничего.       — Благодарю, — чопорно ответил Джордж и залихватски подмигнул Лии. Она не сдержала широкой улыбки в ответ, а остальные захихикали, включая Молли и Артура.       — В любом случае, добро пожаловать в семью, Лия, — сказала Молли, подавая ей тарелку. Было в этом что-то символическое. — Какие у вас планы?       — Поедем в Румынию, — ответила Лия, перестав наконец, чувствовать себя скованно. — Сет, это мой младший брат, уже отсмотрел все варианты, где хочет учиться. Родители, конечно, хотят помочь устроиться, но надеюсь мы и сами справимся.       — Кстати отец, — встрепенулся Чарли. — Раз мы всё равно пока здесь, может съездим в резервацию вместе?       — Идея отличная, раз вы собираетесь уехать вместе, то нам необходимо познакомиться с родителями Лии, — ответил Артур. Чарли удовлетворённо кивнул, он собирался всё сделать максимально правильно.       — Кажется, он сейчас проснётся, — неожиданно сказала Элис, смотря куда-то в пространство. — Через пару минут…       Завтрак был благополучно забыт, и они друг за другом потянулись наверх, в комнату Фреда, безошибочно понимая, о ком говорила Элис.       С минутами, она немного ошиблась, пришлось ждать минут десять, но в комнате царило немного нервное возбуждение, и заскучать никто не успел. Непосредственно возле Фреда сидели Молли и Джордж, остальные чуть дальше, чтобы был воздух.       Когда Фредди впервые открыл свои голубые глаза, там отражалась растерянность пополам со страхом, но разглядев мать и брата, он выдохнул и успокоился.       — Доброе утречко, Фордж, — ласково сказал Джордж, не отказав себе в желании взять брата за руку.       — А-а-а, Дред, Фордж. Понял, — очень тихо пробормотал Эммет. Фредди сразу обратил внимание на шёпот и перевёл туда взгляд, всё ещё немного осоловело, но уже более осознанно.       — Что… — начал было Фредди, хриплым голосом, но закашлялся. Молли, отточенным движением руки, как заправская колдосестра, приподняла Фреда, подсунула ему подушки под спину и призвала стакан, наполнив его агуаменти.       Эдвард вдруг подумал, что впервые видит волшебство таким обыденным. Раньше оно воспринималось, как чудо, но вдруг он понял, что для волшебников это часть быта. Как завязать шнурки или вот, выпить воды.       — Не торопись, — наставляла Молли. — Сейчас ты адаптируешься.       Фред натужно нахмурился в недоумении, но спрашивать не стал, уже более внимательно разглядывая собравшуюся толпу. Он отметил про себя, что они уж очень напоминают вампиров, особенно в магическом восприятии, но справедливо предположил, что раз семья спокойно стоит среди вампиров, значит и паниковать не стоит.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Джордж серьëзным тоном, жутко переживая о том, как брат воспримет всё, что они должны ему рассказать.       — Не знаю, — ответил Фредди, подозрительно разглядывая брата.       — Что последнее ты помнишь? — спросил Артур.       — Э-эм… Помню дуэль у главной лестницы, потом взрыв, — заговорил Фредди, слегка почëсывая лоб. — Я уже мысленно готовился к боли, когда увидел, что лестница обрушивается прямо на меня, но потом, только темнота. Мне будто снилось что-то… Я отключился, да?       Джордж глубоко вздохнул и пересел ещё ближе, сжимая его руку, сам не зная кого поддерживает его или себя.       — Ты умер в тот день, — начал рассказ Джордж, не обращая внимания на удивлëнно поднятые брови. — Но поскольку мы с тобой магические близнецы, твоя душа осталась на земле. Ты прибился к обычной лисице и пытался мне сообщить о себе, но я был глух, я думал, что это моё воображение не даёт мне смириться с твоей смертью.       — Как давно? — спросил Фред, кажется начиная понимать почему Джордж так мрачен, и что значат все эти видения в голове о норе и привкусе крови во рту.       — Три года, — ответил Джордж. — Мы провели ритуал, теперь это твоё новое тело.       — По ощущениям, оно то же самое, — неуверенно сказал Фред.       — Ты теперь лисица, с анимагической формой человека, — пояснил он.       — Ты хоть понимаешь, на сколько бредово это звучит? — неожиданно фыркнул Фред.       — Думаю, у нас ещё будет время это обсудить, — улыбнулся в ответ Джордж. Только сейчас Фред заметил, что у Джорджа есть пару мимических морщин и насколько изможденным и худым тот выглядит.       — Правильно, оставим это, — обняв сына, сказала Молли. — Думаю, тебе не помешает поесть.       — Ну теперь я официально самый красивый и молодой из нас двоих, — весело сказал Фред, стараясь отвлечься от страшных мыслей, в которых его братишка остался один. — А вот Джордж тот, кому не помешает поесть это точно.       — Женщины предпочитают постарше, поэтому мы ещё посмотрим, — по привычке отозвался Джордж на шутливую перепалку, в которой смысла было ещё меньше, чем юмора, и оттого личную и смешную. Едва закончив говорить, он почувствовал невероятно тёплый ком внутри, разогревший внутренности и вылившийся горячими слезами на лице.       — Эй, Дред, неужто будешь распускать нюни? Я понимаю, возраст, всё такое, но я ж в порядке, — сказал Фред, приподнимаясь на локтях.       — Теперь да, — прошептал Джордж и прижал к себе брата так сильно, что тот охнул.       — Может объяснишь, что мы делаем среди вампиров? - тихо спросил Фред, не разрывая спасительных объятий.       — Это всё наша заучка, решила выбрать себе в пару столетнего красавчика, — ответил Джордж, отстраняясь и ухмыляясь сквозь слëзы, не обращая внимания на смешки за спиной и цоканье самой заучки. — История длинная и запутанная.       — А… Как же Ронни? — спросил Фред, находя глазами Рона, и отмечая цветущий вид последнего. Джордж весело хихикнул и ответил шутливо снисходительно:       — Вот не умеешь ты слушать, говорю же женщины предпочитают постарше…       - Мерлин, Дред, ты безнадёжен!!! - воскликнул Фредди и рассмеялся так легко и весело, что вызвал улыбку у всех, даже у Драко.       Эдвард почувствовал, как этот смех будто смëл собой всю боль, что съедала всех этих людей. Каждый вампир в этой комнате понимал, что они не победили смерть, но договорились с ней, и теперь один из тех, кого невозможно оплакать, сидит и смеётся, словно не было этой боли. Такой теплоты и силы любви они никогда не видели и не чувствовали, одно это приносило бесконечное удовольствие находиться здесь и сейчас.       Джинни плакала, задыхаясь рыданиями, и первая бросилась в раскрытые объятья брата, а за ней и остальные рыжие и не только макушки слиплись вместе, образуя большой тёплый клубок счастья, приправленный освобождающими слезами и весёлым смехом, который словно обещал всем в этом мире, что всё будет хорошо!!!

+++

      — Добрый вечер, господин Бульвакорр, — сказала Гермиона вежливо, маленькому, неприятному на вид, человечку.       Они с самого утра отправились в Сиэтл, чтобы попасть в местное отделение банка Гринготтс. С Герми поехали все дети Калленов, а также Ирина с Драко. Билл договорился о приёме, так сказать, конфиденциально, поэтому они сейчас сидели в большой закрытой магией комнате. Гоблин, что встретил их, может и удивился вампирам, но виду не подал, зато вампиры пялились, не в силах оторвать взгляд от зеленокожих коротышек.       — Мисс Грейнджер, вы наша знаменитость. Легенда просто, — ответил гоблин и отвесил поклон.       — Э-э. Почему? — не поняла Гермиона. Она могла понять волшебников, но гоблины то держались от войны в стороне, и вообще казалось игнорировали сам факт её существования. С чего бы такой восхищённый взгляд?       — Ну как же? — удивился гоблин её неосведомлённости. — Вы и ваши друзья, единственные за последние семьсот лет смогли ограбить центральное отделение банка в Лондоне, украли дракона и скрылись, несмотря на все попытки вас остановить.       — Оу… — Гермиона скривилась, и смутившись, опустила взгляд. — Насколько я знаю, Гарри выплатил банку компенсацию за ущерб, но всё равно прошу у вас извинения ещё раз.       Каллены с весёлым шоком смотрели на Герми. Только час назад, Малфой в красках описывал то, насколько надёжен банк Гринготтс. Насколько умны и уважаемы гоблины, за то, что способны сохранить и приумножить любой капитал. А тут, на тебе, ограбление века! Это Гермиона-то? Самая правильная ведьма из всех, которых они встречали? Невероятно, больше нечего сказать.       — Что вы, мисс Грейнджер, — поднял свои сморщенные руки гоблин. — Компенсация выплачена, и извинения приняты начальником банка. Поэтому никаких к вам претензий, просто от этого вы не стали менее значимой. Тот ваш визит в банк занесён в историю банка Гринготтс, как событие подтолкнувшее гоблинов к модернизации и усовершенствованию систем защиты, чего не проводилось сотни лет. Так что к каком-то смысле, нам стоит вас поблагодарить. А потому, возвращаясь к делу: Чем могу вам помочь?       — Да, мы хотели бы провести проверку крови, — с заминкой сказала Гермиона. — Скажите, возможна-ли эта процедура для вампира?       — Такой проверки не проводили очень давно, и мне понадобиться время для подготовки ритуала, — ответил гоблин деловито. — Но да, эта процедура не намного сложнее обычной. Однако, вы же знаете, что она довольно дорогостоящая?       — За это можете не переживать, — отозвался Малфой, который всё это время сидел молча, переваривая информацию об ограблении. Он, конечно, слышал об этом, но ведь он был уверен, что это неправда, ещё насмехался над СМИ, что они совсем ополоумели, надеясь, что люди поверят в этот бред, а получается, всё это правда. — Оплату можете изъять из родовой ячейки рода Малфой.       Гоблин кивнул и вышел. С минуту стояла напряжённая тишина, пока не выдержал Джаспер, на вопрос которого, смешно насупившись, кивнул Эммет.       — Я думал, ты у нас пай девочка, а ты оказывается оторва ещё та?       — Я не собиралась грабить банки, — ответила Герми обиженно. — Это было во время войны, можно сказать вопрос жизни и смерти.       — У тебя всегда так, да, Грейнджер? — хихикнул Драко.       Ответить она не успела, хоть и набрала уже полную грудь воздуха, но вернулся гоблин, и она выдохнула, словно сдулась.       — Всё готово, — сказал он, и опустил приборы, ливетируемые над его головой. Там была стопка пергаментов, батарея склянок с зельями изумрудного цвета, и короткий кинжал с камнями, едва-ли меньшими, чем само лезвие. - Необходима кровь волшебника, вы готовы пожертвовать?       - Да, конечно, всё в порядке, - отозвалась с готовностью Гермиона.       - Что ж, тогда начнём, - сказал он и спросил, взмахнув кинжалом, как палочкой. - Кто первый?       - Давайте я, - отозвался Эммет, как всегда впереди планеты всей. Он смело подошёл к столу и присел в кресло напротив гоблина, протягивая руку, разумно предполагая, что кинжал нужен для того, чтобы взять кровь.       - Будет неприятно, - сказал гоблин, без сочувствия, и полоснул лезвием по запястью. Эммет зашипел, но не сдвинулся ни на миллиметр.       Кровь ожидаемо не потекла из раны, но гоблин и ухом не повёл, наклонившись к руке, стал методично выковыривать мелкие розовые кристаллики из самого крупного сосуда, концом острого лезвия. Эммет чуть кривился, но продолжал с любопытством наблюдать за процессом. Вампирская кровь была красивой, переливалась, как алмазная крошка, высыпаясь на подставленную стеклянную чашечку.       - Ну вот, теперь кровь волшебника, - сказал гоблин, удовлетворившись, количеством бриллиантовых камушков.       Гермиона протянула руку, и он проткнул ей палец, взяв всего каплю, которая упала в чашу, мгновенно вступая в контакт с кровью вампира. Было такое ощущение, что кровь волшебника, растворяла кровь вампира, но в чаше стало больше крови, чем одна капля.       - Ваша кровь, преобразила кровь вампира, нейтрализовав яд и вернув его к исходнику, - пояснил гоблин. - Эффект временный, пока не свернëтся человеческая кровь, поэтому поторопимся.       Гоблин добавил в чашу зелье и, перемешав, начал выливать всё это тонкой струйкой на зачарованный пергамент. На их глазах стали появляться красные линии, словно невидимый художник размалëвывал пролитое зелье.       - Готово, - провозгласил гоблин через несколько минут, передав пергамент Эммету.       По всему выходило, что он сквиб из древнего рода, жившего так давно, что даже упоминания о нём стёрлись. Кровь сильно размытая, однако, магическое ядро пустое, но целое. При принятии вампиризма, яд пробудил наследие, а потому в пергаменте чётко значилось, что в нëм открытый дар боевого мага. Родственников среди магического населения нет, и род возрождению не подлежит.       После повторной процедуры, выяснилось, что с Джаспером ситуация похожая, только вот его предки жили не так давно и прибыли в Америку за несколько десятков лет до его рождения.       С Ириной ситуация была иной. Она не была сквибом, она была магглорождённой, но слишком слабой для поступления в Ильвермони. Малфой похихикал, представляя лицо родителя на эту информацию, но в целом был доволен, что в ней в принципе нашлась волшебная кровь.       Эдвард тоже оказался волшебником, по какой же причине он не стал им неизвестно, поскольку его ядро было довольно сильным. Определив корни, они пришли к выводу, что кто-то из его родителей был сквибом, из-за чего их изгнали. Почему они не ушли сами? Может быть, но тогда нет никакого объяснения, почему его родители не знали или не помнили о магмире, а его ядро было скованно, от насильственного отречения от рода. К слову, род полностью исчез какие-то пару десятков лет назад. Эдвард даже не мог попытаться его возродить, поскольку его оттуда турнули.       Ситуация с Элис была более чем ожидаема. Род почти угас со смертью последнего живого наследника, брата Элис. Как они и думали, у её матери и отца больше не было детей. Грустный взгляд Элис нагонял тоску, но всё изменилось, когда гоблин спросил не собирается-ли Элис сама возглавить род? Она прямой наследник, носитель главного дара рода, а вампиризм не мешает магии сделать её главой рода, хоть и с точки зрения закона это невозможно.       Элис немного сомневалась, но Драко и Герми буквально накинулись на неё с уговорами, обещая во всём помогать. Они, перерывшие кучу книг в попытке добыть ещё более весомые аргументы в работе над делом о полуразумных, понимали, что если магия примет вампира главой рода, официально, без каких-либо скрывающих факторов, то это перевернёт их дело в нужном направлении. Даже самые скептично настроенные, не смогут усомниться в их правоте.       Спустя час, Элис стала обладателем кольца Леди, а гоблин даже предположил, что когда магия рода адаптируется под Элис, то скорее всего откроет магические каналы, и она сможет колдовать. Не факт, что она станет сильным магом, но со временем ядро раскачается достаточно, чтобы считаться как минимум среднячком.       Осталась только Розали. Она переживала больше всех. Ведь, если она не принадлежит к магическому сообществу и является обычным магглом, то возможности иметь ребёнка сократятся в десятки раз. Только вот, Драко совершенно не сомневался в её волшебном происхождении, потому что ещё с первого взгляда почувствовал в ней вейлу. Вейлы не редкость в магмире, однако Драко имеет к ним особое отношение, учитывая, что сам на шестнадцать процентов вейла. Это немного, но достаточно, чтобы учуять магический фон сородичей.       Результаты её проверки превзошли все ожидания. Они даже молчали минут пять, не способные поверить свои глазам.       - Малфой? - в шоке спросил Драко.       - Всё верно, - отозвался гоблин, довольный, что согласился помочь вампирам, конфиденциально, в обход правилам. Да, его повысят уже к вечеру.       - Но это невозможно, - пояснил своё удивление Драко. - Род проклят так давно, что некоторые уже не помнят об этом. Всего один наследник, никаких сквибов или ещё кого.       - Если вы обратите внимание на эту строчку, то поймёте, что мисс Каллен, вышла из рода Малфлуа, французской ветки, отделившейся от основной в тот период, когда род был проклят. Тогда от основной ветки Малфой отделилась ни одна ветвь, в попытке спастись от проклятья. Не все этого избежали и большинство угасли по тем или иным причинам, всё же сложно сохранить одного единственного наследника, особенно в прошлом веке, но некоторые смогли отделиться полностью. Конкретно род Малфлуа сильно потерял в магии, но его потомки, носящие уже другие фамилии, всё ещё есть и продолжают существование.       - То есть мы родственники получается? - спросил Драко.       - Очень дальние, но да, родственники, - подтвердил гоблин. - Ближайший родственник на данный момент это ваш племянник Кристофер Данбар. Его дочь Фэй Данбар закончила Хогвартс два года назад. Несмотря на то, что они живут на территории Америки, они всё ещё имеют право проходить обучение в Хогвартсе, как имеющие корни на острове.       - Значит, я могу найти их? - с надеждой спросила Роуз.       - Можете, однако, должен предупредить, что род Данбар отделился от рода Малфлуа ещё сотню лет назад, а это значит, что они не смогут стать магическими кормильцами для вынашивания. Вам придётся войти в род Малфлуа, чтобы получить поддержку рода.       - Но ведь она может войти и в род Малфоев, я правильно понимаю? - спросил Драко.       - Конечно, при одобрении главы рода, - отозвался гоблин.       - Думаешь, твой отец пойдёт на это? - спросила Ирина, всем сердцем переживая за Розали, как за сестру.       - Ну, такой расклад станет выгодным в перспективе, так что я найду, как его убедить. Нам выгодно показать общественности, что даже у двух вампиров может получиться потомство не только бессмертное, но и магически одарённое.       - У двух вампиров? - встрепенулся Эммет. - Значит я смогу стать биологическим отцом нашему ребёнку?       - Ну в перспективе... - чуть неуверенно протянул Драко.       Но даже этого было достаточно, чтобы заставить Эммета задохнуться эмоциями. Он-то уже столько времени настраивал себя, что ему придётся позволить Роуз завести ребёнка с каким-то неизвестным магом, потом делить ребёнка с другим мужчиной, только надеясь, что этот волшебник не заберёт у него его женщину.       - Спасибо, господин Бульвакорр, - прервала тишину Гермиона. - Мы вам очень благодарны за помощь.       - Никаких благодарностей, это моя работа, - отозвался гоблин ворчливо. - Если нужна будет какая-нибудь консультация в будущем, можете просто вызвать меня, через главный зал банка или написать письмо, я непременно отвечу вам.       Это было редкостью, обычно гоблины с неохотой шли на контакт с магами. Однако, Эдвард подумал, что дело не в участии, а в выгоде. Ему были доступны тихие мыслеобразы гоблина, наполненные схемами дохода и планированием их сотрудничества.       Уже дома, громко перебивая друг друга, от переизбытка эмоций и информации, они обсуждали планы на будущее. Во-первых, они все переезжают в Лондон, хотя бы временно. Гермиона с Эдвардом переводятся в Лондонскую школу, поскольку терять почти полученное образование, она отказывалась, и большинство её поддержали. Элис под руководством Гарри, начинала восстанавливать свой род, а Роуз собирались ввести в род Малфой, вместе с Эмметом, на правах супруга.       По этому поводу тоже поднялось большое воодушевление, полный магический брак, хотелось обставить с большим размахом.       Но главное, на фоне всего этого, Гермиона собиралась запустить, наконец, полномасштабный налёт на закон "О полуразумных существах", собираясь полностью изменить современное представление о вампирах.