Часть 7
14 февраля 2023 г., 23:47
Кисть скользит по мягкому полотну, вырисовывая очередной лепесток, очередное напоминание о нём. Тэхён не знает, который час — без устали он сидит на холодном полу в окружении хаоса: разлитые краски, переломанные кисти и шпатели, да и сам он выглядит не лучше. Сильно заметная тень пролегла под его глазами, он не мылся уже несколько дней, так что пыль, грязь и краски — вот кто он был. От него настоящего ничего не осталось. Очередная картина, очередной незнакомец, который хочет вытянуть из него деньги лишили его чувств. В полном беспамятстве он резко и хаотично царапает по холсту. Картина за картиной выпархивают из-под его изрезанных сломанными кистями рук, и чем дольше он наедине со своими мыслями, тем беспорядочнее его рисунки: первый, который он нарисовал сразу после разговора с этим Чонгуком, был такой же, как и предыдущие — аккуратный и вдумчивый, однако, седьмой или может даже девятый цветочный натюрморт, который он пытается сообразить сейчас, выглядит скорее как пролитые краски на холст под дождём.
Сил называть себя ничтожеством в миллионный раз уже не осталось — глухая боль теперь руководит его сознанием, контролирует все жизненные процессы. Может, он был не прав. Может, ему не следовало. Может, не может — да нихрена он не может! Тэхён запутался, сейчас он ничего не понимает. Правда ли Чонгук хотел ему навредить? Правда ли Тэхён заслуживает всего того, что люди делают для него? Заслуживает ли он новую надежду?
Вместе со слезой у него опускается и рука с наполовину сломанной кистью, которая оставляет голубой след по всей картине. Он снова может плакать? Ему показалось, что за эти несколько дней он выплакал новый океан. Забавно, сколько денег уходит у него с зарплаты на покупку новых красок, а в особенности новых кистей — он ломает их когда недоволен собой, будто бы они являются посланниками его души. Словно это они виноваты в его неудачах. Они больно царапают кожу иногда, потому что Тэхён с ними особо жесток.
В квартире вдруг стало так тихо, словно до этого момента тут была шумная вечеринка, и сейчас кто-то выключил звук у всей этой шумной компании. Все голоса, больно обвиняющие Тэхёна, вдруг замолчали, а взгляд непроизвольно остановился на телефоне, который никто не заряжал. Настолько быстро, насколько Тэ мог, настолько отчаянно, насколько ему хватало сил, он бросился по полу за ним.
Кажется, сознание наконец прояснилось. Он опять дышит после тёмных и плотных вод. На телефоне всего пара процентов, но этого хватает, чтобы царапнуть Чимину обрывистое «Приди», после чего экран потухает. Теперь Тэхён смотрит на свои картины — рассматривает их так, словно впервые видит.
Он всё-таки может стать его надеждой?
— Я знаю Чонгука уже давно. Я не был с ним тогда, когда всё случилось, так что спроси его сам об этом, — взгляд Тэхёна выражал абсолютное непонимание. Для него словно сложная головоломка решилась сама по себе.
Вместо привычного страха и неуверенности, он чувствует что-то такое, что было в его жизни до трагедии. Надежду? Скорее нет, это чувство не было привычным любому взрослому человеку — Тэхён как будто впервые ощущал это, словно он только учится и только начинает познавать себя и мир вокруг. Слезы навернулись на глаза, и впервые ему хотелось плакать не от горя.
Тэхён не поверил Чонгуку, но Чимин был для него настоящим авторитетом. Столько лет тесной дружбы не прошли зря для него.
— Чонгук не спал сразу после вашего разговора в зале. Он сказал мне, что всю ночь изучал статьи по твоей проблеме, то есть, частично и по своей. В свое время он самостоятельно справился с потерей, но никогда особо не изучал что-то вроде последствий травмы или решений всех проблем после такого потрясения. Я думаю, что он хочет помочь тебе так, как бы сам хотел получить помощи в 14. Я доверяю ему.
«Я доверяю ему» немедленно материализовалось и словно прокручивалось над головой Тэхёна. Доверие, вот что он почувствовал в выставочном зале. Он испугался того, что уже случалось с ним, но ещё ни к кому из надругавшихся он не чувствовал доверия.
Всю эту неделю их встречи не были случайными — кто-то сильно хотел открыть Тэхёну глаза на его же чувства. Доверие притягивало их друг к другу, абсолютно не знакомых, но сильно похожих. Тэхён понял. Он наконец почувствовал это.
Чимин видел, как все мысли отражаются на лице его друга через внезапно распахивающиеся или прищуривающиеся глаза, легонько играющие брови и подёргивающиеся ладони. Он знал его и его мимику слишком хорошо. Чимин увидел, что Тэхён всё-таки услышал посыл Чонгука.
Признаться честно, Чимин изначально не был сильно уверен, но Чонгук хороший. За это он ручается: не счесть сколько раз он помогал незнакомцам найти дорогу или разобраться в карте, сколько раз он помогал приютам и Чимину. Доброта струилась из этого парня так, словно он собирал то, чего не получил в нужный момент.
Чимин видел, какую связь имеет Чонгук и Тэхен, знакомые неполную неделю. Если это единственный шанс на счастье его друга, то он не имеет права его упускать.
***
Раздался дверной звонок — Чимин не заставил долго себя ждать. Всё то время, которое Тэхён ждал, он провёл на полу в абсолютно безуспешных попытках подумать о картине, Чонгуке или о себе. Помощь — вот чего он ждал. Собрав всю свою волю, все свои оставшиеся силы, он поднялся с холодного и немного пыльного пола. В глазах у него даже потемнело — так долго он пробыл в беспомощной коме. Затекшие ноги не желали слушаться, пришлось опираться о каждый косяк и стену, но входная дверь наконец-то приблизилась к нему. Тэхён оперся головой о неё, рискуя вывалиться в руки человека, ждавшего ответа. Так и получилось: обессилев, он скатился на Чимина, который с тихим вздохом переживания словил его и завел в квартиру. Молча они прошли к кровати, и заботливые глаза Чимина с опаской рассматривали друга. Всё так же без слов Тэхёна отвели в ванную, раздели и его, практически не сопротивляющегося, помыли с головы до ног. Такое было для него не новым — в первый год только Чимин и заботился о его гигиене. После горячей воды ему стало легче — появились силы чтобы самостоятельно высушить тело, волосы и одеться. Его бесчувственный взгляд нашел чиминов, и слёзы вновь начали обжигать его нежную кожу. Обняв его, Тэхён мочил его футболку и шептал миллионное извинение. В ответ он получал беззвучную поддержку, к которой так привык и в которой всегда нуждался. Мягкие похлопывания по спине словно убаюкивали его, напевали «я знаю, но ты справишься с этим». В кровати, где Чимин успел сменить простыни и наволочки, было тепло и сразу же захотелось спать, но у Тэхёна были другие планы. Как никогда ему хотелось говорить — болтать без умолку обо всём, что его тревожит. — Рассказывай, — сказал Чимин, устраиваясь у его ног, чтобы было удобно слушать. — На самом деле тут не так уж и много. — Ничего страшного, я всё равно буду тебя слушать, — Чимин включил лампу на прикроватной тумбочке, потому что лицо Тэхёна в кромешной тьме показалось ему то ли слишком печальным, то ли устрашающим. Он был спокоен. — Чонгук… В общем, я начну сначала. Может он тебе уже рассказал. Когда наступила очередная годовщина с. того самого дня, я позвонил ему среди ночи. Абсолютно без причины, просто как самый последний идиот! Я разбудил его, и… он как бы немного разозлился из-за звонка, но видимо тогда у него ещё не было моего номера. В музее руководитель конечно же рассказал про меня и дал контакты, так что Чонгук всё знает. Я не извинился как следует. Мне неловко! Я снова совершаю ошибки, — на этом моменте его лицо словно потемнело от грусти, поэтому Чимин поспешил его успокоить. — Тэхёни, посмотри на меня, — Чимин немного приблизился к нему, обращая внимание на себя. — Он сам дал тебе свой номер. Он хотел, чтобы ты написал или позвонил. Я не могу сказать, что ты позвонил в нужное время, но если бы ты сказал ему свое имя, то он немедленно выслушал бы тебя. Уверен, этот парень почему-то готов слушать тебя в любое время суток, — теперь он был так близко, что смог погладить Тэ по всё ещё немного влажной голове. — Откуда в тебе эта уверенность… Я тоже хочу быть таким: никаких переживаний, никаких сомнений, — Тэхён слабо прильнул к гладящей его руке. — И ты будешь. Дай себе время и увидишь, какой ты уверенный и сильный на самом деле. После небольшой паузы, во время которой Тэхён собирался с мыслями, он продолжил. — Мы встретились ещё на закрытой выставке. Наверняка он праздновал свой первый день, но, несмотря на это, нашёл меня. Я думал о нём перед вангоговским зеркалом, и он пришёл. Я не знаю, я очень сомневаюсь! Он выслушал меня и вроде как предложил свою помощь, сказал что понимает, понимаешь! Тогда, до его слов о понимании, мне показалось, что он хороший… Что мне хорошо с ним… — На самом деле он правда понимает. Я не хочу навязать тебе его или что-то в этом роде, но он потерял мать лет так в 14. Думаю, он все же знает. Тэхён молча уставился на Чимина, пытаясь понять то, что услышал. Всеми возможными ему силами он пытался убедить себя, что он очередной садист, который хочет навредить его чувствам, но что же это получается? Он был не прав насчет него?***
«За окном день был пасмурный — сплошная толпа угрюмых туч быстро перекатывалась по небу, то там, то тут тихо бормоча что-то на языке грозы. Это было утро, но началось оно немного тревожно — близилась серьезная буря. Маленький мальчик, утомленный погодой, дремал за столом у окна. Оно было слегка приоткрыто, так что его короткие прямые волосы немного подрагивали от волнующегося ветра. Он заснул совсем недавно — каких-то полчаса назад он позавтракал мамиными оладьями, которые любил больше всего на свете. Нет, не потому что они были вкуснее другой еды, пусть это была и правда, а потому что их сделала мама. Вложила в них всю любовь, на которую было способно её доброе сердце. Мальчик продолжал мерно сопеть в квартире, заполненной сплошной любовью. Освободившись от домашних дел, улыбающаяся женщина подошла к окну, чтобы закрыть его. Волосы мальчика прекратили свой тревожный танец, обрели спокойствие. Женщина нежно погладила сына по голове, отчего он зашевелился и слегка поменял позу. В тот момент они были безгранично счастливы и надеялись пронести это чувство до конца их жизней. К сожалению, не получилось.» Чонгук распахнул глаза. Кто-то упорно продолжал звать его, тем самым вырвал его из цепких рук сна. Это был Намджун, один из тех, кто часто работал с Тэхёном. — Хён, я проспал? Ох, мне не следовало дремать, моя экскурсия уже началась? — парень встревоженно вскочил с кресла в своем любимом читательском зале, приводя свой внешний вид в порядок. — Успокойся, — Намджун надавил на его плечо, усаживая обратно в кресло. — Прошло минут 20 с твоего перерыва, не больше. Я пришёл сюда, чтобы передать одну просьбу. Не мою, — он говорил немного загадочно, поэтому Чонгук ни о чём не догадывался. — Поручение по работе? — Тэхён хотел поговорить. Последние остатки сна мигом растворились. — Он жуть как стесняется, попросил меня передать. А, и если ты не хочешь жертвовать перерывом, то он поймёт, — Джун по-доброму улыбнулся. Он Чонгуку очень даже нравился — такой весь умный и понимающий хён. — Я не. Я согласен! Всё равно уже не усну, — он снова встал с кресла. — Хорошо, тогда ты знаешь, где его найти. Он у себя в кабинете. Намджун развернулся и ушёл заниматься своими делами. Чонгуку стало немного тревожно: его буквально отвергли с помощью, а сейчас хотят поговорить. О чём же? Прости, Чонгуки, но я тебе больше не наставник? Ты больше не работаешь в этом музее? Хотя Намджун передал, что Тэхён стесняется. Это вводило парня в ещё более глубокое непонимание. Но раз позвали, надо идти. К тому же, он всё ещё хочет помочь ему. Он ждал вестей от Чимина, но тот ничего не написал, да и Чонгук не спрашивал — что толку по сто раз напоминать и поторапливать? Всё равно рано или поздно узнает. Когда он выходил из читательского зала, он бросил рассеянный взгляд на окна — было пасмурно. Только утро, а дождь уже собирается.***
Чонгук шёл по уже знакомому коридору. Он шагал медленно, пытаясь подготовиться к разговору, который его ждёт. Вообще, Чонгук был из того типо людей, которые ко всему готовы. Снежная буря? Запираемся дома и предостерегаем родственников и знакомых, узнаем всё ли хорошо. Забыл слова для экскурсии? Оглянись вокруг и описывай всё, что чувствуешь. Зомби-апокалипсис? Родных в руки и бегом в ближайшее убежище. В случае поражения найти оружие и валить неприятелей. Однако, прямо сейчас он был не готов. Он как будто вернулся в среднюю школу и теперь боится выговора от директора за разбитое окно. Мало того, он не знает чего ждать Вокруг него кипит физическая работа: он слышит, как клацает клавиатура почти в каждом кабинете, как повторяют слова экскурсионисты, как шелестят бумаги и звонят телефоны. Такая же сложная работа кипела у него в голове. Он пытался продумать, что сможет сказать, как будет извиняться или как будет уворачиваться от летящего блокнота. Так он оказался у 27 кабинета. Чонгук нервно улыбнулся — если эту кривую ухмылку вообще можно было так назвать. Всего несколько дней назад он размышлял над тем, что может ждать его за этой темной деревянной дверью. Он пытался представить обстановку. Возможно, тэхёнов стол направлен к окну, а вокруг него стоят стеллажи и шкафы, доверху забитые хаотично сложенными бумагами. Наверняка отделка этого кабинета не отличалась от кабинета Чонгука, но в дополнение он представлял там необычные светильники или мягкие ковры у окна. Был ли его стол захламлен документами и пустыми чашками из кафетерия? Размышления, которые отвлекали парня от необходимости постучаться, были прерваны приглушенным шумом за дверью. Чонгук словно очнулся: он уже пришел сюда, пути назад нет. И его кулак неожиданно легко постучался. Непонятная возня по ту сторону прекратилась, но дверь не открылась сразу же. В те странно длинные мгновения, которые Чонгук ждал, он успел подумать, что ошибся кабинетом, но прежде чем его взгляд успел метнуться к цифрам на дереве, дверь открылась. Теперь на него смотрел слегка потерянный и вечно уставший парень. Что ж, по крайней мере, дверью он не ошибся. Это был Тэхён, всё такой же строгий и собранный с виду. Только где-то в глубине его карих глаз плескалось что-то вроде растерянности, страха. Откуда Чонгук это знал? — Намджун сказал мне зайти, — сказал он, переминаясь с ноги на ногу и пытаясь прочитать хоть какую-нибудь ясную эмоцию на лице у парня напротив. — Да, я просил передать. Спасибо, что нашел минутку, — дверь распахнулась шире, и Чонгук смог войти, немо приглашённый внутрь. На секунду он замер в проходе, не в силах проанализировать всё то, что увидел. Совсем не так ему представлялась эта комната. По ощущениям она была больше его кабинета, намного просторней. Сразу же ему в глаза бросился стол посреди комнаты, словно Тэхён часто принимал тут посетителей. В целом, это место напоминало дом викторианской эпохи: тёмно-коричневые панели тянулись по всем стенам, гармонично сочетаясь с обоями какого-то джинсового цвета в мелкий цветочек; тут стояла парочка причудливых торшеров, которые своим мягким светом подсвечивали картины на стенах; в этом месте ещё как бы собрались все виды произведений искусства — от глиняных вазочек и горшочков до больших картин, которые были отодвинуты в угол помещения; не было ощущения бардака, как в кабинете Чонгука из-за коробок, в этом месте каждая вещь даже если и лежала криво, то делала это по-своему правильно, хорошо вписываясь в общую картину. Красиво. Потрясающе! Чонгук был большим фанатом такого стиля, и воочию увидеть нечто подобное и более того иметь возможность прикоснуться, сесть на изящный диванчик или включить светильники было его большой мечтой. Он, видимо, слишком долго молчал, но его и не прерывали. Тэхён молча дал ему рассмотреть всё, что он тут насобирал. Когда время ожидания подошло к уже неприличным семи минутам, Тэхён негромко окликнул Чонгука. Всё-таки он позвал его, чтобы выслушать его историю. Пока он рассматривал кабинет, Тэхён успел успокоиться и собраться с мыслями. Он, как никак, имеет репутацию собранного и сдержанного человека, и потерять её не хочется. — У тебя тут очень красиво, — наконец сказал Чонгук, всё ещё кидая взгляд то на стул, то на полочку. — Спасибо. Вздохнув, Тэхён продолжил. — Я хотел бы сказать тебе, что был неправ тем вечером. Я повел себя слишком резко, я не хотел задеть тебя этим, — он смотрел прямо в глаза Чонгуку, внутри дрожа от страха перед тем, что он собирался сказать. — Я говорил с Чимином насчёт тебя. Он сказал, что доверяет тебе. Изначально я с большим скептицизмом относился к тебе, потому что имею много предрассудков по поводу людей, готовых мне помогать, но Чимин помог мне как бы услышать тебя. Я хочу продолжить тот наш разговор, — слова давались трудно, но давались. Тэхён закончил и теперь в ожидании подпирал дверь. Чонгук не поверил своим ушам. Он ожидал чего угодно, но не этого! Радость от того, что Чимину удалось ему помочь, волной прокатилась по телу, и Чонгук еле сдержался, чтобы не заулыбаться. Всё —таки, ещё рановато для радости. Наконец его голос обрёл силу. — Конечно, я продолжу, если ты хочешь, — он сглотнул, в преддверии долгого разговора. — Только у меня скоро экскурсия, я не знаю, успею ли всё рассказать. — Я скажу кому-нибудь, чтобы заменили тебя, — с этими словами Тэхён несколько неловко и дёргано отлип от двери и взял телефон со стола. Он что-то напечатал, и через пару минут характерный звук оповестил парней о сообщении. — Сокджин заменит тебя столько, сколько потребуется, — сказал парень, не поднимая взгляд от экрана. Он отключил звук и положил телефон на место. — Ты, в общем-то, можешь присесть… На стул, нет, на диван. Я сяду напротив, — выходило всё как-то странно, как будто бы Тэхён не знал как управлять своим же телом и голосом. Чтобы избежать неловкости и заминок, Чонгук быстро присел на диван. Тэхён же поставил свой стул напротив него, сев спиной к двери. Послышался первый раскат грома, и пока парни усаживались, первые капли гулко застучали по стеклу. Их взгляды встретились, а в неожиданно тёмной для утра небе показалась ослепительная вспышка молнии. — Расскажи мне о том, что хотел в ту ночь, — прозвучал вкрадчивый голос, переходящий на полушёпот. И Чонгук ему рассказал.
