Глава 41
5 июня 2024 г., 09:40
Вот зачётка, вот книга. заклеить или подшить? вот душа моя… с ней-то что? прятать ли, обнажить? мне то нежности хочется, то всё здесь ломать, крушить. Выбирай где полегче, Раны должны зажить И остаться в прошлом.
Ночь длилась долго, как будто остановилось время. Вика пила вино, но оно словно превратилось в воду, не принося успокоения. Потом зашла в спальню, но желание забраться под одеяло так и не возникло. Тогда Кузнецова вернулась в гостиную, к сейфу, чтобы разобраться с документами — их кучей вывалили на пол, наверняка что-то пропало — но ее мысли снова и снова возвращались к записке. Отыскав ее, Вика сделала фото и отправила Барышникову со словами: «тебе это о чем-то говорит?» — на часах было почти три ночи, но Алексей перезвонил мгновенно. — Ты в порядке? — Его голос звучал привычно ровно и привычно мягко. Воображение тут же нарисовало знакомое лицо, тень тревоги в серых глазах, и на душе стало теплее. — Мне приехать? — Не стоит, я в порядке. — Пары слов оказалось достаточно, чтобы она поучаствовала себя лучше, но сейчас разбираться в причинах своих реакций хотелось меньше всего. — Как ты узнал? — Я приглядываю за Дашей. — Ну конечно. — Она усмехнулась, было бы странно, не предприми он ничего подобного. Появление группы Уварова Вику не удивило, это была их работа в конце концов, но Алексей… Однако стало еще немного спокойнее от мысли, что о безопасности Даши заботилась не только она. — Вик, это я писал. Но очень давно, еще в «Логосе», когда мы нашли комнату графа. Ты же не думаешь, что я стою за этим происшествием? — Ну вот, а днем говорил совсем иначе. Вика напоминать не стала, лишь улыбнулась невидимому собеседнику и ответила без колебаний: — Нет, я так не думаю. Я помню, что эта фраза была в тайной комнате. — Да, но не только. Она имеет отношение к культу. Поговорим днем, хорошо? Это не быстрый разговор. — Конечно, извини, что я так поздно. — Ничего, это ерунда. — Вике показалось, что Барышников хотел сказать, что-то еще, но он отключился, пожелав спокойной ночи. Утро началось с обсуждения еще одного происшествия. Ночью кто-то зашел в кабинет Вики и влез в сейф, что стоял там. Если камеры в ее доме ничего не показали, то в научном центре записи сохранились, однако больше озадачили — прямо посреди в центр вошел человек, который выглядел точь-в-точь как Вадим. Камеры проводили его до самого кабинета Вики, двери открывались, подчиняясь сканеру распознавания по отпечаткам пальцев. Только вот Вадим все это время был в квартире Вики. — Антон вернулся. — Уваров выглядел таким же озадаченным, как и она сама, но поговорить им не дали, звонил Комаров и звал на встречу. Здание на Фрунзенской набережной встретило привычными ритуалами проверки личности и привычной суетой. Полковник уже ждал их и сразу перешел к делу. — Мне сообщили только утром, но вчера один из оперов получил доступ к одному делу, которое, возможно, касается вашего происшествия. — Старое архивное дело легло на стол перед Викой. «Андрей Борисович Барышников», — прочитала она. Отец Алексея. Полистав, Вика узнала дату смерти, причину, но не понимала, что здесь примечательного, пока не дошла до страницы с показаниями свидетеля, чьего имени в деле не было, очевидно, его засекретили. — Рауберг убила своего зятя? Но кому это сейчас понадобилось? — Что из этого удивляло ее больше, Вика сама не могла понять. — А вот это результаты поиска через систему распознавания лиц. — Еще одна кипа бумаг оказалась перед ними. На некоторых из них Вадим, но вот это… Комаров указал на некоторые фото и взглянул на Уварова. — Это ведь не ты? На всех фото, что выбрал полковник, было несколько общих деталей: везде рядом с Антоном Уваровым находился Алексей, а на фоне виднелось одно и то же заведение. Где-то вывески не было видно, но на других фото название поместилось: «Иллюзия обмана». Кажется, это было новое модное заведение сезона, Вика что-то слышала о нем, но она не интересовалась подобными вещами. — Вика, — Комаров обратился к ней, и его взгляд стал напряженным, — выясни, что происходит. Я доверяю Алексею, но ничего не стану исключать. — Стоило словам прозвучать, и воздух в кабинете стал тяжелым. Это ощущение не покинуло Вику, даже когда высокие стены министерства остались позади. — Установлю слежку за ним. — Уваров прокручивал в мыслях дальнейшие действия и варианты событий, но Вика остановила его. — Не надо. Здесь я сама. — Ее слова Вадиму не понравились, но Уваров не знал и половины того, что знала она. Вика не раз гадала, как Леша начал работать с Комаровым, но теперь у нее был ответ. — Из-за Даши? — Она не поняла вначале, что Вадим имел в виду, а он смотрел прямо и открыто, будто выложил все карты, и все стало ясно. Вика остановилась, едва не споткнувшись на ровном месте. Разговор, который она никак не могла начать. — Давно ты знаешь? — Практически сразу узнал. Ты же не думала, что я не сделаю тест? — И ты молчал все это время? — Вначале пытался разобраться, во что ты играешь, а потом понял, что ты не знаешь. Завтра напишу заявление об уходе. Не из-за Даши или этой ситуации, я давно хотел. — Хорошо. — Вике оставалось только согласиться, да и это по сути не требовалось. Наверное, так было правильно. Их пути разошлись давным-давно, даже раньше, чем Вика поняла это.***
Вика никогда не была любителем ночных клубов, но «Иллюзия обмана» не походил на те заведения, которые остались в памяти о ее молодости. Пройдя по небольшому зеркальному лабиринту, она оказалась в зале, наполненном светом софитов и музыкой, от которой, на удивление, не закладывало уши. Слева от входа расположилась ресторанная зона, а правее за танцполом Вика разглядела барную стойку и направилась туда, решив, что обзор оттуда будет лучше. Бармен сделал ей вкусный коктейль, народа в зале становилось все больше, но знакомые лица все не появлялись, и идея стала казаться ей сомнительной: представить в таком месте Барышникова было сложно. — Кузнецова? Вот уж не ожидал. — Знакомое лицо все же появилось, но Вика встретила того, о ком и думать давно забыла — Арсений Артемьев, бывший начальник службы безопасности собственной персоной. Она понятия не имела, что стало с ним, после того, как Володя и Вадим ворвались в усадьбу несколько лет назад, решила, что мертв или арестован, а Артемьев, судя по его внешнему виду, процветал — футболка и джинсы на нем были обманчиво простые, а вот часы выдавали истинное положение дел. — Суббота ведь, — Вика непринужденно улыбнулась. — А ты? — Так это ведь мое место. — Арсений! — Диалог прервался с появлением молодой девушки, чьи рыжие волосы переливались в свете софитов. Вика видела Тасю Барышникову последний раз, когда та еще училась в старшей школе в Берлине, но теперь в сногсшибательной красоте ничего больше не напоминало школьницу. — Помоги! — Артемьев мгновенно насторожился и забыл о своем разговоре с Викой, а Тася ее и вовсе не заметила, что Кузнецову более чем устраивало. Она пригляделась в том направлении, что указала Тася, и заметила молодого парня, на вид, ровесника Барышниковой, и было в нем неуловимо знакомое. Диалог Таси и Артема Вика больше не слышала, но не выпускала их из поля зрения и заметила, как Романов хотел направиться к парню, но Тася увлекла его в танце, обняла и прижалась как к человеку, которого знала слишком хорошо. — Ты что творишь! — Знакомый голос Барышникова прозвучал как гром, Вика и не заметила его появление, отвлекшись на Тасю в объятиях Романова. Алексей тоже их заметил, не успели танцующие отпрянуть друг от друга, едва уловимым движением сбил Артема с ног и занес кулак, но был остановлен мертвой хваткой сестры. — Это что ты творишь! — Тася закричала, вставая перед братом. — Кто ты такой, чтобы вытворять подобное? У тебя нет на это никакого права! Ненавижу! Мне жаль, что называла тебя братом! — Алексей остолбенел, колючие слова летели одно за другим точно в цель. Он забыл про Артемьева, который поднялся на ноги и поспешил скрыться, глядя вслед Тасе, бросившейся из клуба прочь. Лицо Барышникова переменилось, привычная маска равнодушия слетела, открывая взору Вики что-то человеческое, уязвимое. На мгновение стало его жаль, но это была не ее драма, вмешиваться не следовало. Вика двинулась к толпе танцующих, но Алексей ее заметил. Окликнул по имени и, быстро нагнал, опустив ладонь на плечо. Это прикосновение, мимолетное, едва ощутимое, так контрастировало с тем, что произошло время. — Что ты здесь делаешь? — Можно поменьше удивления? — Вика иронично усмехнулась, заметив, как Алексей разглядывал ее — он так смотрел, как будто видел в последний раз не вчера, а много лет назад. Но в коктейльном платье, обманчиво простом, и с ярким макияжем Вика сама себя едва узнала, глядя в зеркало. — Что, платье не идет? — Идет. — Алексей не подхватил ее настроение, ответил прямо, оставаясь серьезным. — Место это тебе не идет. Пойдем. — Жестом он указал в сторону выхода. Вика и сама была рада оказаться на свежем воздухе, оставив позади музыку и толпу. — Ты видела, да? — Да. Мне жаль. — Я не понимаю, что с ней случилось. Приехала из Берлина, все время проводила с друзьями, да ты их помнишь, наверное, Митя Воронцов, Алиса и сестра Андрея. А тут Арсений… Он присматривал за Тасей в Германии, но их отношения никогда не выходили за рамки, он сошел с ума, что ли… — Кажется, я знаю, в чем дело. — Барышников снова начал злиться, а у Вики из головы не шел утренний разговор с Комаровым. А еще она наконец поняла, почему парень, на которого указала Тася, показался знакомым — это был Митя, повзрослевший и очень походивший на своего покойного отца. Возможно, действительно Тасю и Артемьева ничего не связывало, а их танец был лишь спектаклем для другого мужчины. Но об этом Вика говорить Барышникову не собиралась, а вот о том, что кто-то интересовался старым делом, ему стоило знать. — Куда она могла пойти? — Кроме моей квартиры и друзей, ей некуда идти. Что ты знаешь? — Поравнявшись с красивым седаном, Барышников открыл дверь и пригласил Вику сесть внутри. В салоне было тепло и витал древесный аромат, неизменный парфюм Алексея. Он сам сел за руль и через мгновение машина тронулась с места. Прежде чем начаться разговор, Вика позволила себе немного понаблюдать за ним — манера вождения Алексея так отличалась от ее собственной, но очень ему шла. Вика трогалась резко, водила быстро, словно вечно боялась куда-то не успеть — Алексей скорость поддерживал, но не замечал, процесс не интересовал его был только обыденностью, но было в его плавных движениях что-то красивое. — Прошлой ночью кое-что произошло, — начала Вика, и Барышников на секунду обернулся к ней. — Да, про твою квартиру я знаю. Что удалось выяснить? — Случилось кое-что еще. Тот, кто вошел ко мне, не взламывал систему безопасности и не взламывал сейф. Дверь в квартиру он открыл отпечатками пальцев, но это невозможно. В системе забиты отпечатки только нескольких человек — это я, Даша, моя мама и Вадим. — Губы Алексея дернулись в подобие усмешки при упоминании Уварова, но комментировать он не стал. — С сейфом еще проще, там та же система, что и в офисе, доступ был у меня и Вадима. Теперь второе происшествие. Через час примерно после моей квартиры кто-то вошел в офис. Так же открыл дверь, ничего не взламывая, и точно так же сейф. Это не мог быть Вадим, в это время он был у меня. — Как мило, — едкий комментарий все же прозвучал, но Вика была слишком сосредоточена на своих рассуждениях, чтобы уделить этому внимание. — И из обоих сейфов пропали документы по старому проекту «Ингрид». И третье. На днях кто-то получил доступ к делу твоего отца. Имя мы выяснили, рядовой сотрудник конторы, ничего приметного. Но я думаю, что Тася что-то узнала про Рауберг. Ее поведение… слишком уж совпало. — Возможно. — Барышников снова нацепил маску непоколебимости, и понять реакцию Вика не смогла. Его взгляд был сосредоточен на дороге, а голос звучал ровно. — Только один человек мог попасть и в твою квартиру, и в офис по отпечаткам пальцев Вадима. Из документов пропало то, что касается проекта «Гемини», да? — Вика кивнула — Алексей угадал, но кое-что не сходилось. — Погоди, даже у близнецов отпечатки пальцев разные. — У обычных близнецов да. Но Вадима и Антона создала «Ингрид». К тому же Антон сейчас в Москве, и он знаком с Тасей, если бы сказал ей что-то, она поверила бы. Вопросы один за другим готовы были сорваться с губ Вики, но Алексей припарковал машину у стеклянной высотки, и разговор прервался. Она обдумывала услышанное от него, и он делал то же самое, пока лифт поднимал их на самый верх к последним этажам. Таси дома не оказалось к разочарованию ее брата, но Барышников не стал касаться этой темы, и Вика тоже промолчала. — Отвезти тебя домой? Или, — как всегда Барышников уловил ее состояние, — можешь подождать Тасю со мной, если не хочешь возвращаться к себе. За Дашу не переживай, мои люди работают вместе с вашими, там и муха не пролетит. — Оставаться одной в квартире, которая больше не казалась ей безопасным местом, Вика действительно не хотела, а ехать загород уже было поздно. Но не только она не хотела оставаться одна — Алексей молчал об этом, но Вика была уверена, что права в своей догадке. Барышников занимал себя, пока готовил чай, потом предложил ей сменить платье на что-то более удобнее, и предложил футболку. Как будто еще вчера они не угрожали друг другу весьма серьезными словами. Как будто были совершенно обычными людьми с совершенно обычным прошлым. Вика замерла у зеркала, пытаясь подцепить молнию платья, но собачку заело, никак не хотела двигаться с места. Заметив в отражении Алексея, она ничего не сказала, только следила за его движениями — как бережно он собрал ее волосы и уложил на плечо, придержал непослушную ткань, расстегивая молнию. Его пальцы касались кожи, вызывая приятную дрожь, и Вика задумалась, чувствовал ли он то же самое, но ничто в нем не выдавало подобные мысли. Видимо, он действительно ее забыл. Барышников помог с платьем и вышел, оставив ее одну, переодеться в футболку — его футболку — было в этом что-то интимное, хотя деталь его гардероба оказалась длиннее многих платьев, что Вика видела сегодня в клубе. Прикрыв шею волосами, Вика вышла на кухню, но маневр не удался. — Что это? — Алексей помрачнел, приближаясь к ней, протянул руку, но остановился, словно хотел коснуться синяков, отпечатков чужих пальцев, но не смог решиться. — Ты же сказала, что все нормально. — Так и есть, я ведь в порядке. Я хочу о другом поговорить. — Вика присела за стол перед чашкой ароматного чая. — Ты вчера кое-что сказал… Что мы можем быть командой, а можем стать врагами. Я не хочу быть врагами, от этого не выиграет никто, а больше всех пострадает Даша. Я согласна на твои требования. — Почему ты передумала? — Мои родители развелись, когда мне было пять, и они не были командой. Они пытались отобрать меня друг у друга, как трофей, не думая, каково мне, а потом и вовсе забыли обо мне. Первым уехал отец, а потом через несколько лет и мать, и я осталась одна в стране. Только «Логос» и был моим домом. — Но твоя мама ведь вернулась, когда ты оказалась в Гамбии, и сейчас она с тобой. — Алексей занял стул рядом с ней, внимательно слушая каждое ее слово. Он оказался близко, в ее личном пространстве, но не замечал этого. — Леш, — Вика горько рассмеялась, — она вернулась, потому что с мужем развелась, а не потому что за меня волновалась! — С Дашей такого не будет. — Снова перед ней был тот, кто мог успокоить одним словом, или даже взглядом, кто утешал, как маленькую девочку, в белых стенах больницы. Теплые пальца Барышникова накрыли ее пальцы, переплетаясь с ними. — У Даши есть ты, и ты всегда будешь рядом с ней. — Мне так жаль за все, что случилось с нами. Если бы Рауберг не сделала это с вашим отцом… — Так ты знаешь? — Только сейчас он осознал это. Ах, да, дело… — Если бы не все это, ты отучился бы в архитектурном, работал бы с отцом, как мечтал… — Старые рассказы о мечтах еще были живы в ее памяти, тогда «Логос» был еще домом, а Леша другом. — Ты ведь мечтал об этом или это были только красивые слова? — Мечтал. Но я тот, кто есть, и ничто не изменит моего родства с Клаудией. Не вороши прошлое, Вик. Смотри только вперед, наслаждайся жизнью, ходи на свидания, будь счастлива… — Он действительно это сказал? Вика отпрянула и отняла пальцы. Сам того не замечая Алексей провел черту. Или же это было осознанно, напомнить ей, кто они друг другу — вернее, кем не являются. — Какая идиллия. — Тася смотрела на них с порога кухни. — Отлично смотритесь вместе. Решаете как провернуть очередной заговор?
