Чем дальше в лес

К сожалению это правда — мы живём в тоске по прошлому и в страхе перед будущим. Где угодно, только не в настоящем. Зеркало неглубокой лужи покрылось рябью осеннего ливня. Оно того же цвета что и небо в нем — болезненно серое, беспросветное. Время от времени в ее отражении мелькают ломаные линии молний. Хвидон снова плачет: крупный ливень каждый раз с новой силой барабанит в окно. С того момента, как Джисон приехал, дождь не останавливался ни на минуту. Он утихал временами, но чтоб прошел насовсем — нет. И непонятно то ли погода здесь всегда была такой ужасной, то ли духи-хранители Хвидона никак не примут приезд гостя. Джисон сидел у окна, зарывшись носом в плед, и грел руки, сжимая крепко-крепко чашку с горячим чаем. Он уже почти пожалел, что вырвался из жаркого солнечного Сеула, но тем не менее решительно отклонил предложение вернуться. Так нельзя, какой толк от этой затеи, если она так возьмет и поломается на корню? Тем более Хвидон в общем не так плох, каким кажется на первый взгляд. Людей почти нет, только старички изредка выглядывают из маленьких квадратных окошек. Но в этом и заключается вся прелесть, время идет своим чередом, неспешно, даже лениво и тихо. Вдруг раздался стук, абсолютно негромкий, но такой неожиданный, что Джисон дёрнулся, как ужаленный, и расплескал чай на подоконник. Хан даже не сразу понял, что это не ливень барабанит по крыше, но нет, это были три негромких удара в дверь. Он был крайне удивлен — кому в самом деле он мог понадобиться здесь? Поэтому пока выпутывался из своего импровизированного кокона, уже успел навыдумывать неловких знакомств с соседями. Хан, добежал таки до двери, спотыкаясь то о край коврика, то об угол лестницы, тихо выдохнул и прошелся рукой по взъерошенным волосам. Замок дважды щелкнул и тяжелая дверь с громким скрипом распахнулась перед гостем. Гость… На пороге стоял стоял невысокий парень, примерно как сам Джисон. Вся его одежда насквозь промокла, к слову, одет он был слишком легко для такой злой погоды: темно синие джинсы, чёрный свитер был явно на пару размеров больше, чем следовало, поэтому рукава полностью закрывали опущение руки до кончиков пальцев. Его мокрый нос и щеки покрыты россыпью веснушек, намокшие белокурые волосы беспорядочно раскиданы и совсем чуть-чуть прячут глаза. Вот оно — глаза. Джисон легко вздрогнул, когда столкнулся с пытливым взглядом карих глаз, парень поглядывал с некой опаской и явным недоверием, но оно и понятно — они забрались в такую глушь, что любой приезжий, хочет того или нет, становится объектом любопытства. В подтверждение Джисоновой догадки, он крупно вздрогнул и чуть отпрянул назад, когда Хан испуганно спросил: — Что с тобой стряслось? — ответа не последовало. — И почему ты без зонта? Ты видел этот ливень? Заходи, высушим твою одежду и попьешь чая, давай ну. — Незнакомец и взглядом не повел, все так же смотря только на недоумение на лице Хана. — Лучше о себе так побеспокойся. — выдал незнакомец и тут же опасливо обернулся назад. — Я не знаю и знать не хочу кто ты и как сюда попал, но убедительно прошу тебя ехать назад пока не стало поздно. — Поздно для чего? — спросил Джисон, сдерживая нарастающую тревогу в голосе. Таких соседей он никак не мог ожидать. Незнакомец вдохнул, собираясь ответить, но резко осекся. Он чуть нахмурил брови и поджал губы, взгляд наконец оторвался от Хана и, как загнанный в ловушку кролик, забегал по сторонам. Он напуган, и очень сильно. Но почему? — Я не знаю… — парень перешел на шепот, — не знаю для чего, — он пошатнулся, едва не упав. Джисон насторожился сильнее. — Ты сочтешь меня за поехавшего, и я даже не стану утверждать обратного, может теперь это уже правда. — Постой же, подожди, — Хан придержал незнакомца за плечи и потянул на себя, — ты же грохнешься сейчас. Обещаю, я выслушаю тебя, только зайди в дом. Ты астму хочешь заработать?! Он шагнул навстречу Джисону и тот, прикрыв тяжелую дубовую дверь и стянув с незнакомца промокшие насквозь кеды, аккуратно провел несчастного на кухню. Парень сел у окна и стал внимательно наблюдать за действиями Хана. Джи набрал воды в чайник и поставил греться. Затем потянулся на носочках до полки с кружками и выбрал белую с милым цыпленком, ведь он, как совершенно спонтанно подумалось Хану, похож на таинственного незнакомца, что неотрывно за ним наблюдал. Джисон повернулся к своему гостю и, как бы в знак сочувствия, приподнял уголки губ в немой, но полной искреннего желания помочь, улыбке. — Как тебя зовут хоть? — Спросил Хан и сел за стол прямо напротив. — У меня мало времени, — буркнул парень и странно покосился на вид из окна. Там был только темный скучный лес, ничего боле. — если ты все еще заинтересован в сохранении своей никчемной жизни, оставь эт… — Я Джисон. — перебил его Хан. В глазах незнакомца заискрилась слабая злость вперемешку с обидой — его слова здесь ни во что не ставят. Он нахмурил брови, прожигая недовольным взглядом ни в чем не повинного Джисона, который всего-то пытался разрядить обстановку. — Феликс, — сдался уж, что поделать. — Феликс Ли. — Рад знакомству. Как давно ты здесь? Небось тоже на летние каникулы? — засыпал вопросами Хан. Частичка его души была горда, что сумела пробить эту неприступную крепость. — Ты поехал?! — Феликс дёрнулся с места — он хотел поскорей покинуть эту пустую беседу, но все же вспомнил зачем он здесь. — Я же сказал, у нас, и в частности у тебя, осталось гораздо меньше времени, чем ты думаешь. Чайник вскипел, но похоже, сейчас было не до него. — Я… извини, — Джисон уронил взгляд. Медленно, но верно в голову закрадывались мысли о том, что все это как-то странно. — расскажи пожалуйста, в чем дело и почему может стать поздно. Феликс убрал со лба налипшие мокрые волосы и отвел взгляд, словно решал с чего бы начать. — Скажи, ты не заметил ничего странного, когда приехал в Хвидон? — Ли начал издалека. Он помнил, что времени в обрез, но не хотел спугнуть собеседника с первых минут. — Ну, — Джисон призадумался, прокручивая в голове события прошедших суток, но как ни старался, ничего стоящего не находил. Пришлось зацепиться хоть за что-то. — На половине пути из Сеула стояла такая жара, что плыло все перед глазами. А потом я уснул, даже не заметил, как, — замялся Хан, издав легкий смешок, — я вообще не из тех, кто спит днём. Но когда мы приехали сюда, лило, как из ведра, я словно в разные сезоны попал. Феликс слушал внимательно, силясь ничего не упустить, и продолжал периодически поглядывать в окошко. — Ночью я долго не мог уснуть, — продолжал Джисон, — все думал о чем попало, да еще эта треклятая ветка всю ночь в окно долбила. — Там не могло быть никакой ветки. — заметил Ли с видом совершенно уверенного в своих словах. — Что? — Хан не понял. — Возле твоих окон нет деревьев, Джисон. — Спокойно заключил Феликс. — Но я уверен, клянусь я сам ее видел. — Пазл отказывался складываться. Стало только сложнее. А какова вероятность, что эта ветка ему попросту привиделась? Утомительная дорога и все прочее. Но стук по окну запомнился слишком хорошо, чтобы подвергать его сомнениям. Феликс ничего боле не добавил на эту тему. Он вообще сидел спокойный как удав на солнце, как мог? — Что-нибудь еще? — спросил Ли. Хан лишь отрицательно замотал головой. Он просто не мог отвлечься на что-то другое — все место в его голове было занято этой несчастной веткой. Феликс протяжно вздохнул, подбирая слова для своего рассказа. На его лице читалось смятение, неопределенность, но самое первое — страх. Это был самый обыкновенный животный страх, какой возникает у загнанной в ловушку добычи, она метает взгляд из стороны в сторону, переминается с ноги на ногу, но ничего не может сделать. Здесь в лесу, один на один со своей смертью, она — ничто. — Я живу здесь уже четвертый год, — начал Фелиск, — но это не моя воля. Дело в том, что я просто не могу отсюда уехать. Не могу покинуть Хвидон. — он смотрел в пол и нервно подергивал рукав свитера. — Всякий раз, когда я пробую выехать пусть лишь даже за границу леса, все дороги ведут обратно. Я перепробовал все пути, все тропинки, и бестолку — я, как видишь, все еще здесь. Просил помощи у местных, но они все в один голос: «Да быть того не может» — А ты пробовал там ну проследить за чьей-нибудь машиной, поехать следом? — Спросил Хан, на что получил недовольный взгляд. Замолчал. — Поверь, за четыре года я и не такое пробовал. — буркнул Ли, ощутимо понижая голос. — Соседские машины точно так же вернулись обратно. Да они даже не пересекли лесополосу, просто петляли по проселочным дорогам, как заколдованные ей Богу. Джисон наблюдал за тем, как капли стекали с мокрых волос и приземлялись точно в ладоши Ли, как тот закусывает губу чуть не до крови — нервничает, и останавливался на карих глаз. Они по прежнему запуганно поглядывали в окошко. Хан больше не мог оставлять это без внимания: — Почему ты постоянно туда смотришь? — спросил он. Феликс крупно вздрогнул. Нет, не от испуга — он все еще сидел промокший до нитки. Джисон с запозданием это понял и выругался мысленно сам на себя за такую оплошность. — Пойдем наверх, я дам тебе сухую одежду. Ли хотел было возразить, но не успел — Хан помог ему встать и потащил по лестнице в комнату. Входя в комнату Джисон первым делом подбежал к окну, хотел удостовериться, что ветка на сомом деле есть, но ее нигде не оказалось. И тогда волнение накатило с новой силой, показалось что черепушка сейчас треснет и рассыпется на осколки. Он пустыми от досады и безысходности глазами смотрел в окно, наверное все еще надеялся, что ветка там раз и появиться, но нет. На плечо легла ледяная рука. От Феликса уже настолько сильно веяло холодом, что Хан бы не удивился поняв, что тот ощутит тепло, прикоснувшись ко льду. И Джисон хотел помочь, но жуткие мысли наперебой дробились в голову, унося в раздумья снова и снова. — Извини, — виновато пробормотал Хан и подошел к шкафу. Найти подходящую одежду не составило труда, ведь Феликс, как и сам Джи, отличался худобой в меру и средним ростом. Хан повесил на спинку стула домашние серые штаны и белый вязаный свитер, подаренные ему приемной мамой на день рождения. Она не угадала с размером, из-за чего свитер был на два размера больше обычного. Но Фел тоже был одет явно не в своё, если только он не любитель через чур мешковатой одежды, хотя как знать, они ведь знакомы всего с час. Потому-то Хан и подыскал ему нечто похожее: свободное, удобное и тёплое. — Ты… не выйдешь? — спросил Ли, подняв печальный взгляд. Джисон ойкнул и поспешил уйти, мысленно ругая себя уже в сотый раз. Феликс переоделся в одежду, любезно предоставленную ему и осмотрел себя в зеркале. Белые волосы мокрые и растрепанные хаотично спадают на лоб, острые ключицы почти не скрыты широким Джисоновым свитером, лицо болезненно бледное. Ди провел холодными пальцами по шраму на шее, чем вызвал табун мурашек по всему телу. Два белых пятнышка — следы зубов, и вечное напоминание о том, что он где-то рядом и что из-за него Феликсу торчать здесь до конца своих дней, которые давно сочтены, но не им. Ли поджал губы и отпрянул от зеркала, в отражении которого показался Хан, опасливо выглядывающий из-за двери. — Может все-таки чая или… хочешь плед? — позаботился Джи. — Нет, — сказал, как отрезал, — ничего не нужно и, думаю, мне уже пора. Я занесу тебе одежду как-нибудь, может завтра вечером. — Так быстро уходишь, может хоть… — Спасибо за гостеприимство, — перебил совсем без злобы Ли и направился к выходу. Быстро натянул кеды и недовольно поморщился — они все еще были насквозь мокрые. Взялся за ручку, но Хан придержал его, аккуратно прихватив за локоть: — Возьми мой зонт. Дождь еще идет. — заботливо пояснил он и протянул длинный черный зонтик на деревянной ножке, закрученной как «J». Феликс коротко взглянул на Хана из-за пышных ресниц и принял презент, шепнув которое лаконичное «спасибо», вышел на порог. Совсем скоро белое пятнышко его свитера скрылось за забором, густо поросшим вьюнком, а Джисон вновь погрузился в раздумья. Кто был этот парень, окутанный со всех сторон густой пеленой тайн и загадок. Что он имел ввиду говоря: «у тебя осталось гораздо меньше времени, чем ты думаешь»? И не мог ли специально подстроить этот момент с веткой? В таком случае он с большой вероятностью психически нездоров, раз травит подобные шутки. Но с другой стороны, его перепуганные глаза выдавали все с потрохами — проблема действительно существовала, только вот не мешало бы капли конкретики в этом океане неопределенности. Джисон зарекся во что бы то ни стало разгадать эту загадку. Лес в головой погрузился в сумерки. Ливень сменился мелкой моросью, а из темных дебрей плыл, клубился густой туман, он, как змей, вился вокруг деревьев, заборов и низких домиков. Хан погасил свет забрался под плед, он уже смирился, что ночь будет бессонной, но попытаться стоило. Уши уловили шелест и Джисон, пошарив рукой по постели, нащупал клочок бумаги, чему искренне удивился. Зажег светильник и прочел про себя: «Не вздумай выходить из дома, я сам к тебе зайду завтра». Теперь точно не уснет.