Ран Хайтани. Несовершенная любовь.

Ран писал редко, все реже и реже с каждым днём, отвечал не сразу же, а мог сделать это через день. Нравилось ли это девушке? Нет, нет и ещё раз нет. Лишний раз только нервничала, разгрызая очередной колпачок ручки, заполняя бланк на поступление в токийский университет. Возле неё лежала пустая пластинка из-под успокоительных таблеток, к которым уже привык организм, но и жить без них адекватно не собирается. Рука трясется, когда вписывает свои данные, ведь в голове только мысли о том, что с Хайтани, где он, что он, ибо после его посещения больницы они вовсе потеряли ту связь, что была много лет между ними. В сердце чертова дыра, которая разрастается, забирая всё позитивное в небытие. Сообщение от его младшего брата не радовали вовсе. То Риндо напишет, что Ран снова куда-то попал, то вообще проигнорирует письмо девушки. Однако она благодарна, что хотя бы он что-то ей да рассказывает, тем самым сдерживая свое обещание, данное ещё в начале отношений с Раном. Голова уже болит от такого потока мыслей, от всего происходящего, что хочется просто бросить всё, сменить имя, забыть обо всех людей, что были рядом... Только она не сможет. Не сможет забыть Рана и его касания, его поцелуи в лоб, когда та неважно себя чувствовала на свиданиях, не забудет Сенджу, свою подругу, что поддерживает её каждый день и час, да даже тот же Риндо, заноза в заднице, но уже стал родным человеком. Щёлкая в последний раз ручкой, откладывает всё в сторону, беря мобильный в руки. Раз старший Хайтани не уделяет внимания, значит она сама его потребует от него. Зайдя в чат со своим возлюбленным, видит, что тот онлайн и что-то пишет ей, но не ждёт и начинает писать в ответ: «Привет, Ран. Нам нужно встретиться, я скучаю по тебе и хочу узнать, что с тобой. Это не дело. Какого чёрта происходит!? Ты должен объясниться.» Возможно, с её стороны это прозвучало немного грубо, однако сейчас ею вели именно злость, непонимание, страх за любимого и грусть. Девушка знала на что идёт, отдавая всю свою любовь парню, связанным с криминалом. Пока она раздумывала, что же дальше ей писать, телефон издал звук уведомления. «Мелочь, только о тебе подумал сейчас и писать начал. Тоже предложить хотел встречу, я к тебе приеду, знаю, что сейчас сидишь одна и явно втыкаешь куда-то в стену. Взял то, что любишь, мелкая вредина)». Его ответ... Она прочитала его с голосом Рана в голове, такой игривый, заботливый немного, но с лёгкой насмешкой. Такой же, что была год назад. В то время, когда жилось легче, забот было меньше и хотелось улыбаться, радуясь каждому дню, как в последний раз. Проживать свою молодость на полную. Откидывая телефон в сторону, понимает, что будет он тут явно с минуты на минуту, ведь дурная привычка его – писать за минут пять до своего приезда, и плевать хотел, что Т/и может быть занята. Дома, слава всем богам, убрано, нужно лишь себя настроить на встречу и будущий разговор. Сколько уже их было? Временами девица думает о разрыве, ведь терпеть невозможнее с каждым днём, но слишком сильно любит этого оборванца. Обходя всю территорию своего жилища, девушка не знает, что и делать в итоге. То ли ставить чайник, то ли сковородку в руки брать, чтоб с порога ударить по красивому смазливому личику Рана, а может вообще не впускать его в свою обитель. Тошно от таких чувств к нему, ведь ранее не задумываясь бы впустила, свесилась на шею и болтала ногами, что не касались пола из-за этого. Ей только и остаётся, что подойти ко входной двери и ждать, как та псина ждёт своего хозяина с работы. Руки уже не тряслись, внутри уверенность некая появилась, злость, хотя должно же было быть иначе, как думала она. Совесть грызла за это, однако это нормально, ибо Ран вёл себя ужасно по отношению к девушке, и отмазка «Я этим защищаю тебя» уже не будет актуальна, все угрозы для неё отошли на второй план, сам же говорил об этом. Наматывает круги на площади метр на метр, поглядывая на входную дверь, матеря всех и вся. — Идиот, дурак, скотина, козёл, да чтоб тебя поимели в твой зад, — голосует она, периодически поглядывая в телефон, вдруг написал тот, кого сейчас оскорбляет. – Ран Хайтани, я тебя ненавижу всем сердцем, тебе повезло, что и люблю также, — слова, кажется, идут в пустоту. Девушка собиралась позвонить уж Сенджу или же матери, чтоб та пришла раньше и обломала планы Хайтани, но не тут то было. Закон подлости никто не отменял, жестокие игры судьбы тоже. Неприятный звук звонка и хохот за дверью, который не спутает ни с чем. Глаза распахиваются от этого, лёгкая паника охватывает, а руки машинально тянутся к замку. Как бы не пыталась себя обмануть, что не хочет видеть его мордашку, чувствовать родной аромат леса и ежевики, всё равно не выйдет, тем более он уже перед её красивым носиком стоит, в руках букет ромашек, вино, а на лице лёгкая улыбка, что так дурманит разум. — Так сильно ненавидишь меня? Я поражен, а что, если я тебе скажу, что ты врёшь себе же? – шаг и он уже прижимает её к стене возле неё, быстро закрывая за собой дверь и кладя бутылку на пол. – Не смей такого больше говорить, моя милая. Его губы накрывают её, сразу же лишая кислорода, заставляя грудь вздыматься чаще. Поцелуя сразу же она не ожидала, теряется от его настырности, хлопает первые две секунды глазами, а после закрывает их, полностью отдаваясь его движениям, его касаниям. Его одна свободная рука касается её шеи, слегка сжимая, перекрывая доступ к воздуху, девушка сразу же ударяет его в бок, но лишь чувствует смешок в поцелуй. Ран не намерен разрывать столь сладкое чувство, отрываться от столь желанных губ, что словно мёд для него. Она наконец-то кладёт свои руки ему на шею, что тот ещё сильнее углубляет поцелуй, что та видит перед глазами звёзды от удовольствия. Настолько соскучилась по такому с ним, что отбросила всё в голове, весь разговор, который планировался, когда тот переступит порог её дома, куда-то на дальнюю полку в подсознании. Только Ран всё же отходит, показывая букет цветов, но девушка пока смотрит лишь на него, не отрывая взгляда. — Очень подло было говорить, что я козёл, идиот, тварь последняя… Ты же знаешь, чем это может закончиться, будь умничкой и своим милым ротиком больше не произноси такого, — лисья улыбка, глаза сверкают, говорит всё спокойно, чтоб Т/и запомнила каждое его слово. Девушка отводит взгляд и выбирается из столь сладкого омута, буквально проскальзывая под его рукой и забирая букет ромашек, дабы поставить в вазу. Вдохнув цветочный аромат, цокает, тут же улыбаясь всему. Как легко Ран может поменять её настроение, буквально одного действия и поцелуя ему хватило, чтоб его мелочь на время забыла об обиде, представляя, что же могло быть дальше, если бы она не отстранилась. Т/и слышит, как Хайтани идёт за ней, эти отчётливые шаги не сравнятся ни с чем. Через пару минут белые цветы уже в воде, чайник стоит на плите, ведь пить алкоголь, как думала, не будет, однако Ран уже разливал по бокалам терпкое красное вино, всё также улыбаясь. Стереть бы его самодовольную улыбку, да не сможет. — Когда-то ты перестанешь пить, Ран? – чуть съязвила девушка, садясь напротив него, складывая руки на груди. Его аметисты прожигают её, смотрит, мол, а не плевать ли тебе, приподнимает бокал, показывая, чтоб и она сделала то же самое. Покорно выполняет всё, они стучатся бокалами с благородным алкоголем. Ран полностью расслаблен, ни о чём не переживает, для него это обычный день, как и множество других. Т/и же на иголках, потихоньку возвращается та агрессия, что была ранее, поэтому выпивает залпом всё, зло зыркая на парня. — Когда всё станет лучше, а ты когда? – спросил Ран, смотря на то как на стенки бокала оседает алкоголь алого цвета. – Или же этот вопрос лишь адресован мне? – он уже смеётся, не похож на себя даже. Его настроение так часто и быстро меняется, что девушке страшно находиться в одной комнате с ним, вдруг наброситься, как зверь. Мало того, что пришёл к ней уже будучи слегка пьяным, так и в данную секунду пьёт всё больше и больше, будто бы пытается что-то забыть, погрязнувши в спиртном с головой. Кладя свою ладонь поверх девичьей ладошки, сжимая ту до красных пятен. Т/и пытается убрать руку с этой сильной хватки, но ничего не выходит. Со стола падают бокалы, разбиваясь с характерным звуком. Пол весь в вине, а парень ближе к ней. Она чувствует его дыхание на своих губах, трясясь от страха. Воздуха не хватает от частых панических вздохов, ведь организм считает, что она в опасности, и ведь будет прав в некой степени. Толкая его от себя, резко встаёт, отходя в другой угол кухни. Это и ошибка, и спасение на пару минут. Уже пожалела сотни раз, что впустила в свой дом, что позволяла целовать, что вообще проснулась сегодня. Где тот Ран, что правда любил её? Что понимал слово «нет» и всегда останавливался, когда она его говорила? Прижимаясь к холодной стене, одна единственная слезинка стекает по её щеке, но тут же берёт себя в руки, утирая её. Хайтани подходит, вот и осознание фатальной ошибки. В таком состоянии он способен и на ужасные вещи, ибо девушка уже не верит ему вовсе. Доверие пошатнулось с того момента, как он молчал, врал, да так нагло, что Т/и вовсе не находила себе места, тряслась, как листик в осенний ветер. Его рука на одной высоте с её глазами, Ран прижал её к этому чёртовой стене, пытался поцеловать в губы, но девушка смогла оттолкнуть его и, чуть нагнувшись, пройти под выставленной рукой. Сердце колотится, глаза бегают по всем поверхностям квартиры, чтоб что-то найти для защиты. Она думала многое, но то, что ей будет страшно возле того, ради кого была готова перестать дышать… Никогда. Сейчас всё перевернулось с ног на голову. Надежды о счастливом совместном будущем, о том домике у моря, собака и кот, что будут ладить между собой, и его самая яркая и самая родная улыбка – исчезают. Как бы не любила, как бы не дышала лишь ним одним, всё же есть ещё капля самоуважения и не будет сейчас поддаваться ему. — Хайтани Ран, вон из моего дома, вон! – она прям кричит, что явно соседи слышат этот крик. — Почему это? – вновь долговязый идёт на неё, глаза его пусты, будто даже не видит её. – Ты меня выгоняешь? – видимо, алкоголь полностью затуманил его разум, ведь говорит сущий бред. — Сейчас – да, я не хочу тебя видеть тут, Ран. Пойми меня, я боюсь тебя такого, очень сильно… Где тот Ран, который старался быть адекватным возле меня и не причинять мне боли? – обидно до боли в груди, что всё это происходит, внутри крик стоит, ведь, всё-таки, старается не пугать так сильно других жителей дома. — Так ты значит меня любишь… Так скажи же, что, блять, нашла другого! Думала, что не узнаю?! – его слова заставили девушку окончательно не сдержаться и просто снова стать слабой при нём. – Мне всё сказали… Я очень сильно надеюсь, что это бред и ты только моя, но если не так… Милая Т/и, я превращу твою жизнь в ад, — Ран серьёзен, прям как на поле битвы. — Что?! Хайтани, как ты вообще мог подумать о таком? Уходи, я не хочу сейчас тебя видеть, — открывая входную дверь, буквально выталкивает его за неё, чуть ли не проклиная себя, его, эту жизнь, абсолютно всё. Ран ещё что-то пытался сказать, однако за толстой дверью это было еле слышно, да и шум в голове будто из сотни голосов убивал изнутри. Закрывая на три ключа дверь, скатывается по стене и просто начинает плакать. Так сильно, что все тело моментально становится ледяным, голова кругом, воздуха не хватает. Задаваясь вопросами, по типу: «За что я это заслужила?», прикрывает лицо ладонями, скрываясь от этого мира. — Пусть это будет всё страшный сон, а не реальность...