Картины

Темнота озаряется белым больничным светом, в голову проникают посторонние звуки: чужие голоса, тиканье часов и пиканье медицинского монитора. Медленно оживляются остальные чувства, а вместе с пробуждением приходят боль, воспоминания и пожирающая безысходность. Крис болезненно мычит и тянет руку к своей голове, которая раскалывается от нахлынувших воспоминаний, но чувствует, как чужая тёплая ладошка хватает его за кисть. — Чан, — встревоженный голос, не менее обеспокоенные глаза и усталый вид Минхо, и Чан уже понимает, что пробыл на больничной койке слишком долго. Крис в его глаза с тяжёлой, необъятной болью смотрит, сплетает с ним пальцы и дрожащие губы поджимает, притягивая к себе, чтобы обнять самого дорогого человека на свете. Вся обида за утреннюю ссору давно исчезла, ведь это было такой мелочью по сравнению с тем, что они друг друга чуть не потеряли. Минхо прижимается к Крису, наконец отпуская волнение и страх за его жизнь. — Прости за утро, прости за всё, прости, — бормочет Минхо, который на протяжении последних часов думал только о том, как сильно сожалеет. Та ссора могла стать для них последней, то утро могло никогда не вернуться, у них могло всё оборваться, и тогда Минхо бы просто взорвал этот мир, продырявил бы Сеул, убил бы отца и всех, кто к смерти Чана был бы причастен. Минхо бы в жизни не простил этого. — Малыш, —хрипит Крис, прикрыв глаза. Он слышит его дрожащее дыхание и быстрые слова, в которых Минхо себя оправдывает. Он говорит, что ему слишком тяжело в последнее время, что он от чего-то устал, что сам не понимает себя, говорит, что может это из-за страха потерять Чана, просит не злиться и просто подождать, когда это всё пройдёт. — Хорошо, родной, — Чан верит каждому слову. Как он сам и думал: он поверит во что угодно, лишь бы Минхо не молчал, лишь бы не убивал своей тишиной. Их воссоединение прерывает холодный тон доктора, который перечисляет ушибы и травмы Чана, осматривая его медкарту. В целом, всё оказалось не так плохо, как предполагал встревоженный Минхо, поэтому он мог спокойно выдохнуть. Доктор предупреждает Чана, что ему нужен покой на несколько дней, однако, судя по взгляду, который направил полицейский, он уже знал, что тот не станет отлеживаться в палате. Мужчина вздыхает и вежливо просит остаться хотя бы на пару часов, а следом удаляется из палаты, прекрасно зная, что через десять минут здесь вряд-ли кто-то будет. Крис держит Минхо за руку и смотрит в его глаза. Минхо внимательно слушал доктора, кивал и говорил, что они пробудут тут пару дней для отслеживания здоровья Чана, но это было лишним, ведь его парень уже всё решил. Чан понимает, что не сможет здесь быть, поэтому сразу после ухода доктора и медсестер он принимается вставать с кровати, чем вызывает испуг и недоумение у Минхо. — Ты куда это? — Ли прижимает ладони к сильным плечам и пытается уложить мужчину обратно, — ты должен отдыхать. — Нет, малыш, — Крис аккуратно убирает препятствующие руки и устало смотрит в глаза Минхо, показывая всем своим видом, что они скоро отсюда уйдут. Но Ли не был согласен с этим. Он пытается остановить Чана, который уже вытаскивает капельницу, убирает от себя провода и, игнорируя слова Минхо, поднимается на ноги. Он слышит его голос, молящий остановиться, но не подчиняется, ощущая безмерную дыру в своей груди, пока перед глазами вырисовывается образ мёртвого Ченджэ. — Чан, ну... ну, пожалуйста, скажи хотя бы, что произошло, — хочет знать Минхо, чьих рук это дело. Да, возможно это был отец, но Минхо не был до конца уверен, ведь старик отправил бы что-то сыну, чтобы намекнуть о нападении, ведь тот так любит эти игры и интриги. Парень, едва ли не спотыкаясь о собственные ноги, подходит к мужчине со спины и аккуратно его обнимает, стараясь не причинить боль. Чан молчит, сжав крепко зубы от одних только воспоминаний. Ему не верится в то, что произошло за последние сутки, ему тяжело говорить об этом, потому что не знает, как назвать имена этих людей. У Криса руки трясутся, а стоит вспомнить об убийстве Ченджэ, так содрогается каждая частичка его тела. Его ноги резко и предательски подкашиваются, и он хватается за кровать, пытаясь притупить приступ паники. Он проиграл ценой чужой жизни, его растоптали, показали перед всем миром бесполезным и беззащитным ребёнком, которому в жизни не удастся расправиться с «Розами». Неожиданно он заходится истеричным смехом, отмахиваясь от Минхо, который уже ничего не понимает. Когда наступает резкая тишина, за окном слышится, как миллионы капель дождя грустно разбиваются об асфальт. — Ченджэ погиб, — сухими губами выдавливает из себя страшные слова Крис, а Минхо глаза распахивает, резко повернув к себе мужчину. Он ушам не верит, но в глазах Чана огромное сожаление, которое этот факт ещё более неопровержимым делает. — Ч-Чан, — Минхо одолевает дрожь, внутри что-то рассыпается, разбивается от мысли, что Чан мог погибнуть тоже. Он глотает все свои вопросы, потому что человек перед ним безумно скорбит и в пустоту, которая заменила Ченджэ, не верит. — Нужно домой, — снова отстраняется от Минхо, потому что знает, если сейчас раствориться в его объятиях, то он расплачется и сдастся от страха, который медленно парализует его мозг. Он поспешно начинает собирать свои вещи из палаты и пытается взять себя в руки. И у него это получается тогда, когда он резко думает о Джисоне и о его защитнике. У врагов можно многому научиться. Вот например Чан берёт у них способность действовать хладнокровно даже в самых пугающих моментах. Его охватывает холодное спокойствие, и на данный момент он требует от себя начать розыск двух убийц, не отвлекаясь ни на что, даже на собственное здоровье. — Нет, — Минхо ещё не замечает его смену настроения, — сейчас нужно остаться здесь, вдруг у тебя будут осложнения, — не соглашаясь с чужим решением уйти из больницы, снова стоит на своём обеспокоенный Минхо и даже берёт того за руку, заглядывая в чужие глаза, — пожалуйста, успокойся. Но Чану это не нужно было. Увидев чужие глаза, Минхо слегка опешил и застыл. Только пару секунд назад этот человек чуть не рухнул на пол от воспоминаний, а сейчас его охватило жуткое спокойствие и готовность мстить. — Минхо, — Крис берёт нервного парня за плечи, заставив того едва вздрогнуть, — я спокоен, малыш, не переживай сильно, эти раны, они пройдут, а мне нужно отправиться домой и сесть за работу, — Чан не терпит возражений, и Минхо это ясно понимает, поэтому делает пару шагов назад. Он прижимает руки к груди и наблюдает стеклянным взглядом за тем, как сосредоточенно собирается Чан. Что-то произошло в один миг, что-то щелкнуло у мужчины в голове, и это немного напугало Ли, ведь он впервые видел Чана таким. Минхо неуверенно мнётся, но больше не мешает мужчине, который уже направился с сумкой к выходу из палаты. Ли приходится послушно пойти следом, анализируя поведение мужчины. Даже по дороге домой, сидя за рулём, он был наполнен непониманием того, что перевернуло поведение Чана за секунду. Минхо конечно очень переживал за самочувствие Криса, беспокоился о возможных последствиях, но он больше не мог сопротивляться ему, потому что чувствовал лёгкий страх. К тому же Чан всё равно не послушает своего мальчика и снова поставит того на место. В машине Крис задумчиво смотрел за окно и держал в голове лицо убийцы Ченджэ, ни на секунду его не забывая. Чан помнит каждую веснушку, каждую особенность: татуировку розы, чёрный безжизненный глаз, едва заметные шрамы и его устрашающую ауру. Крис сомневался, что парень вытащил свой глаз для красоты, да и выглядел тот очень молодо, значит, его таким монстром кто-то сделал. Мужчина откидывает голову назад и прикрывает глаза, задумавшись о истории, которая могла произойти с ним, было так много вопросов, которые продолжали мучить его. Но он понятия не имел, что он может прямо сейчас разузнать все ответы от любимого человека, сидящего за рулём. Домой они приезжают в давящей тишине, по крайней мере именно Минхо чувствовал её тяжесть, но он надеялся, что она пройдёт, а он и Чан смогут поговорить. Отстёгивая свой ремень, Минхо поворачивается к Крису и хочет твёрдо, не терпящим возражения тоном сказать, что мужчине придётся немного отдохнуть в кровати. Но похолодевший Крис выходит из машины сразу, как только она остановилась, и, не дожидаясь своего парня, идёт во внутрь здания без оглядки. Впавший в ступор Минхо хлопает глазами, так и оставшись в салоне. Он не понимает, почему не может даже пошевелить губами, чтобы обратить внимание Чана на себя. Его сковали цепи неизвестных чувств замешательства и колкого страха. Только, когда Крис скрывается за входными дверьми в вестибюль, Минхо в полном замешательстве выходит из машины и, еле переставляя ноги, идёт вслед за мужчиной. Он даже предположить не мог, о чём думает Чан. Сосредоточенный мужчина находился в лифте и осматривал холл через открытые двери лифта, размышляя о том, как и с чего ему начать поиски и розыск Хан Джисона. Перед собой он не видел ничего. Телом он находился здесь, но далеко не разумом. Он всё думал о том, что если он найдёт Хана, то тут же выйдет на Монстра. Чан даже не обратил внимание на то, как сильно отстал от него Минхо и с каким лицом тот зашёл и нажал кнопку нужного этажа. Тишина преследует их даже в лифте, и только Минхо ощущает её присутствие. Он забивается в угол лифта и сверлит в Чане дыру, пытаясь сообразить, как правильно напомнить мужчине об отдыхе, чтобы не вызвать у него раздражения. Ему казалось, что любое слово вызовет только это чувство внутри полицейского. От него веяло холодом, поразительным спокойствием и внимательностью. Минхо впервые видел Чана таким, и ему становилось страшно. Обычно, когда Чан терял людей, он клялся всем на свете, что покончит с «Розами», он рвал и метал, даже мог заплакать. А со спокойствием Минхо встречается впервые и ему жутко. Они заходят в квартиру, и Чан, не удосужившись включить свет, тут же направляется в свой кабинет, скрываясь в нём. Минхо сглатывает огромный ком накопившегося волнения и кусает губу. Он попал в тупик из-за чужого поведения. Чан сказал только о смерти Ченджэ, остальных подробностей он не рассказывал. Минхо старательно пытается игнорировать навязчивые мысли о том, что всё это — ловушка для него. Вдруг Чан специально заманил его сюда? Вдруг он что-то подозревает? Минхо не знал даже того, кто напал на Криса и Ченджэ. Парень очень неуверенно идёт следом, медленно и осторожно, словно боялся обратить на себя взор ледяных глаз. Он испуганно вздрагивает, когда Чан выходит из кабинета и принимается перетаскивать все необходимые вещи в гостиную, при этом сосредоточившись только на себе и своих мыслях. Когда доска для расследований, документы с важной информацией, компьютер и всё необходимое оказались в просторной гостиной, где тесные стены кабинета не сдавливали мозги, Чан тут же принимается за работу, полностью игнорируя человека, который так внимательно наблюдает за ним с дивана. Минхо не решился пойти переодеться, чтобы не упустить момент, когда сможет поговорить с Крисом. Время идёт, минуты сменяются на прошедший час, а темнота за окном медленно освещается ранними лучами солнца. Но Минхо всё ещё ощущает себя невидимкой. Чан ни разу не взглянул в его сторону, что-то постоянно нашёптывая себе под нос. Проходит это, когда мужчина отрывается от монитора, на котором высвечивается загрузка, и выдыхает, пребывая в ожидании. Минхо замечает, как его взгляд снова становится живым, а дикий холод от него перестает так отчётливо ощущаться. Ли нервно кусает губы и неуверенно поднимается на ноги, направившись в сторону мужчины. — Чан? — Минхо подходит ближе и рассматривает родное лицо, обладатель которого обращает на него внимание, — ты меня пугаешь. Крис молчит, удивившись чужим словам, которые так долго до него доходят. Он сводит брови вместе, оглядывая парня перед собой, пока сознание начинает возвращаться к чем-то другому, кроме работы. Мужчина наконец перестает воспринимать Минхо сквозь толщу льда, которую успел выстроить между ними. — В больнице ты резко изменился, а сейчас меня словно нет, — осторожно напоминает Минхо на немые вопросы и мнётся на месте, аккуратно поправляя разбросанные по столу бумаги. Чан наблюдает за чужими руками и медленно оглядывается вокруг. Он только сейчас замечает весь хаос вокруг: смятые листы бумаги, документы, исчерканная доска, над которой он долго работал, даже замечает разорванные листы, которые пострадали в моменты всплеска ярости, когда что-то не получалось. Он словно находился в вакууме, из которого вышел только сейчас, услышав истинные чувства Минхо. Крис начал осознавать, что его охватила холодная ненависть и желание избавиться от всех «Роз», и это отключило остальные чувства и эмоции. Он с лёгким шоком потирает лицо ладонями и тихо шипит от боли в теле, которую начал ощущать только сейчас. — Прости, просто я впервые ощущаю, что могу нанести ответный удар, — объясняет своё поведение Крис и подзывает своего котёнка к себе. Минхо всё так же неуверенно подходит к нему, тут же ощущая тепло, когда Чан берёт его за руки и виновато смотрит в его глаза. — Понимаешь, Ченджэ погиб, а человеком, за которым мы следили и подозревали «Розой», — Чан набирает в лёгкие побольше воздуха и едва опускает голову, — был Джисон. Мы сопоставили факты его поведения и решили никому не говорить, дабы не спугнуть его. А когда мы увидели его татуировку, сомнений больше не было. Мы начали захват моментально, уже поверили, что сможем узнать что-то от него, допросить его, но ничего не вышло. Появился его друг, который помог ему выбраться... Минхо не слушает, он так медленно вытаскивает свои руки из чужих и делает едва заметный шаг назад, когда Чан только заговорил про Джисона. Он кусает губу, пытается не выдать собственной дрожи по всему телу, держит себя в руках. А когда слышит слова о друге Хана, сразу понимает, кто именно мог убить Ченджэ и так навредить Чану. Минхо сжимает трясущиеся руки в кулаки позади своей спины и понимает, что начинает дышать с лёгкой паникой, боясь услышать, что Чан успел кому-то из них навредить. Минхо было страшно, произошло то, чего он так боялся: столкновение родных ему людей, которые стоят по разные стороны берегов. Чан говорит что-то ещё, а Минхо до ужаса напуган, складывая кусочки пазла у себя в голове. Чан хочет убить Феликса. Это высечено на дне его зрачков, этого не скрывают, потому что каждое слово о нём наполнено ненавистью. Крис продолжает говорить, не замечая реакции Минхо, ведь всё это время смотрел в пол, но вместо него видел огромную дыру, в которую, казалось, свалится совсем скоро. Их отвлекает уведомление на компьютере. — Это он. А Минхо об этом прекрасно знает. Он своего брата никогда ни с кем не спутает. Компьютер передал его лицо совершенно точно, а значит Чан прекрасно запомнил, как выглядит Ликс. Запомнил каждую частичку убийцы. Ли экран сверлит недоброжелательным взглядом, желает удалить это лицо со всей системы, защитить и спрятать от Чана. Минхо впервые желает ему неудачу в розыске и надеется, что его младший брат отлично спрятался. Минхо поджимает губы и сглатывает, он переводит тяжёлый взгляд на Чана, видит, как у того блестят глаза, пока он смотрит в монитор, и поднимает подбородок, будучи очень недоволен подобным. Минхо больше не дрожит, нет, он уже размышляет о том, как ему действовать дальше и как защитить Феликса на этой стороне. — Так значит, он помог Джисону сбежать? — спокойно интересуется Минхо и наклоняется к монитору, рассматривая брата вблизи. — Да, — кивает Чан и прокручивает в голове разговор тех двоих. — Но знаешь, что странно? Минхо возвращает взгляд на мужчину и вскидывает брови в ожидании ответа, который интересовал его. Но на деле ему прямо сейчас хотелось остановить Чана и начать названивать брату, чьё поведение для него было загадкой. Феликс спас Джисона? Неужели между ними что-то есть, нет вернее, неужели Феликс что-то помнит? Но из мыслей вытаскивает Крис, рядом с которым нужно быть очень осторожным со своими эмоциями. — Он бы мог убить меня прямо там, как без колебаний убил Ченджэ и несколько десятков полицейских, — Чан вспоминает тот взгляд, те слова, и поднимает голову на Минхо, заглядывая глубоко в его глаза. Медлит. — Но не стал, сказал, что кое-кто мою смерть ему никогда не простит, — Чан, не отрываясь, наблюдает за Минхо. Ему кажется, что в этот миг замер весь мир, потому что только Минхо так сильно любит его. Ни родители, ни те, с кем Чан связан по крови, именно этот человек боится потерять его больше всего. И Чану страшно, что его малыша может что-то связывать с одноглазым парнем с веснушками. Минхо удивлён, он даже теряется на секунду, чем вызывает подозрение со стороны Чана. Минхо прекрасно знает, что Ликс имел ввиду именно его, но зачем, зачем ему нужно было говорить об этом? Ли искренне не понимает, что произошло с Феликсом. Почему это вдруг он решил позаботиться о чувствах старшего брата? Минхо с негодованием вспоминает легко раздражимого Ликса, его вид при виде старшего, как он воротит свой нос и всем видом показывает, что не желает иметь с ним что-то общее. Он ведь пару раз давал понять, что готов с лёгкостью избавиться от Чана, чтобы насолить брату, отобрав у него самое родное. Минхо запутался, получается он всё это время, каждую минуту и секунду, просто не хотел замечать, что парень ему нагло врёт о всех своих чувствах. Ли неожиданно вспоминает о его поведении в квартире, когда Минхо пришёл к нему и грубо признался, что берёт компанию в свои руки. Феликс ушам своим не поверил и его маска потрескалась, а Минхо проигнорировал это, не придал значения. Минхо кусает губу до боли и отводит взгляд, думает лишь о том, какой же он придурок. — Минхо? — Чан поднимается с кресла и хмурится. Нет, Минхо не так должен реагировать. В его глазах столько сожаления и боли. Неужели он что-то не договаривает своему парню? — Я просто, — Минхо замолкает и задирает голову назад, сдерживая порывы злости на самого себя, он руками откидывает волосы и тяжело сглатывает, — я не знаю, — трясётся и специально не пытается сдержать накопившихся слёз на глазах, чтобы отвести от себя подозрения. Стоит Чану только заметить блеск влаги, он тут же обеспокоено обхватывает Минхо и крепко к себе прижимает. — Малыш, что такое? — Мне страшно, мне страшно, — повторяет Минхо, внутри которого всё разрывается на две части: брат или парень. Он жмётся к сильному телу, хочет спрятаться, но понимает, что больше он не сможет пускать все ситуации на самотёк, пропуская всё мимо себя. Настал момент, когда ему приходится расхлёбывать всё это, расставлять по местам то, до чего так долго не доходили его руки. Он накопил все эти проблемы, и только он должен их решать, — я не хочу потерять тебя. — Котёнок, — Чан напуган тоном младшего, его поведением, его болью в глазах, и уже думает, что слишком сильно напугал парня, которому попросту могло стать не по себе от мыслей, что Чана чуть не убили. Он шепчет извинения, успокаивает, нежно целует, даже не подозревая, что Минхо ведёт две игры, в которых так пытается выиграть и всё сохранить. Он не готов прощаться с Чаном. Глубоко внутри всё ещё надеется, что они выберутся из этого дерьма. Но большая половины его самого уже не видит ничего светлого в их отношениях.

***

— И сколько мне так лежать? — покрасневшее лицо, взгляд смущённый, а руки всё пытаются прикрыть голые участки тела, даже если художник снова и снова повторяет не шевелиться. — Пока не закончу, — Хёнджин терпеливо вырисовывает чужие изгибы тела на холсте и ловит невероятное эстетическое удовольствие. Его домашний обнажённый Лисёнок нежно лежит на мягкой постели, его волосы разбросаны по подушке, одна нога согнута в колене, а другая вытянута. Парень всё время пытается прикрыть свою промежность, которую Хван глазами постоянно сжирает. Мужчина аккуратно и внимательно вырисовывает возбуждённый член парня, чья предсеменная жидкость медленно текла вниз по боку Чонина. Лисёнок чувствовал себя как на ладони, таким беззащитным под этим внимательным взглядом. Но хоть он и был до жути смущён, ему искренне хотелось увидеть итоговую работу. Посмотреть, как же Хёнджин его изобразит, ведь он в каждое движение кистью всю свою любовь вкладывает. Чонин откидывает голову назад и нежно устремляет взгляд в потолок, вспоминая прошедшие события за последний месяц. Его жизнь кардинально изменилась, даже воздух вокруг него стал другим, да и солнце за окном стало светить по-другому. Их отношения с Хёнджином начались неожиданно, сумбурно и совершенно не так, как у обычных людей. Хван набросился на него с живым интересом, сам не зная, что из этого выйдет. Вёл себя грубо, но в итоге оказался романтиком до мозга костей. Завтрак в постель, нежные поцелуи по утрам, тёплые объятия, бесконечно влюблённый взгляд, писать портреты любимого — это про него. А Чонин медленно позволяет своей тяге к нему раскрыться полностью. Парень запомнил его с самого клуба, его хриплый голос, тёмные глаза и дикий интерес в глазах, который будоражил внутренности. Чонин уже тогда в глубине своей души осознал, что его манит этот запретный плод, потому что он чувствовал, как сильно он интересует его, а сейчас ощущает себя самым любимым и важным человеком в жизни Хёнджина. Конечно, Чонин не дурак, он подозревает, что до отношений с ним Хван встречался с другим. Вернее даже сейчас он состоит с этим другим в отношениях, но единственное, на взгляд Чонина, что Хван чувствует к неизвестному парню — это боль. Чонин хотел бы узнать, что происходит, но он не может поднять эту тему, потому что собственными глазами видит, как Хёнджин на него смотрит и что ощущает к своему Лисёнку. Чонин для него — это надежда на что-то хорошее в его жизни после всего, что с Джином произошло. Поэтому Чонин не хочет заставлять его вспоминать о плохом. Чонин сладко зевает и терпеливо ждёт завершение его портрета. Настенные часы равномерно тикают, солнечные лучи так медленно скользят по стене, а Лисёнок наблюдает за ними, даже не подозревая, что Хёнджин оторвался от картины, чтобы полюбоваться своим мальчиком. Обоих из лёгкой эйфории вырывает неожиданный звонок на телефон Хвана. Чонин поднимается на предплечья и заинтересованно бросает взгляд на экран рядом лежащего смартфона. Котёнок Чонин кусает губу и тупит взгляд в одну точку, пока Хёнджин быстро берёт трубку и прикладывает телефон к уху. — Алло? — Хёнджин наблюдает за Лисом, который медленно отворачивается на другой бок и едва прикрывает обнажённые бёдра простыней. — Где сейчас находится Феликс? — Я не знаю, — Хван хмурится, неожиданный вопрос и едва дрожащий голос напрягли его, — что случилось? — Чан ранен, а Ченджэ мёртв. Чонин резко поднимается с кровати и испуганно смотрит на Хвана, ощутив, как за одну секунду рухнул весь его мир. Он с испугом прислушивается к голосу из динамика, но Хван указывает ему оставаться в кровати и отходит, чтобы в тишине парнишка не услышал ещё чего-нибудь. — Феликс в этом виноват? — спокойно уточняет Хван и садится за место у картины, зажигая сигарету, которую сжал между зубов. Он тяжело выдыхает и делает затяжку, прикрыв глаза. — Да... Джисона раскрыли, Чан и Ченджэ хотели связать его, но Феликс приехал на помощь, сейчас я не могу дозвониться до них, — Минхо стоит на крыше здания полностью опустошённый своими переживаниями. Парень уверен, что здесь его никто не подслушает, поэтому он мог спокойно разговаривать. Чан всё так же работал в квартире, а Минхо поднялся сюда, чтобы дозвониться брату. Однако телефон Феликса был выключен. — Они были ранены? — Хван чешет висок и усиленно думает о том, куда могли спрятаться эти двое. Он очень надеялся, что парни были в порядке. И в основном все его мысли приводили к тому, что те вряд-ли могут помереть в любую минуту, потому что они бы могли позвонить ему или же не стали бы отключать телефоны. — Они хоть и сбежали, но кто-то из них может быть ранен. — Я попробую подключить своих парней на их поиски, не переживай сильно, — выражает своё беспокойство Хёнджин и нервно трясёт ногой. Он слышит тяжёлый вздох Минхо, который уже растрепал все свои нервные клетки, — всё наладится, просто постарайся не выдавать себя сам. Как он? — не называя имени, всё же интересуется Хван. Он не ощутил ничего, когда Минхо сказал, что Чан ранен. Он не был ни рад, ни зол. Но его ужасно разочаровывало, что Минхо о нём может заботиться. — Он... Не похож сам на себя, — признаётся Ли и сжимает волосы у корней, подняв взгляд к ясному небу, — у него уже есть фоторобот Феликса, у него полно зацепок. Он нашёл дневник Джисона на работе, где кратко и не так подробно написаны последние события в организации, он правильно определил все убийства Феликса, нашёл в каждой полицейской машине жучки. Всё это он сделал из дома за последние часы. Вся полиция на него надеется. — Но не ты, — понимает Джин и наблюдает, как заинтересованный в чужом разговоре Чонин садится на край кровати и выжидающе смотрит на мужчину, пытаясь вслушаться в тихие, едва уловимые слова. — Не я, — соглашается Минхо и тихо смеётся, — я так хочу защитить Феликса, я ни за что никому его не отдам... Почему он забыл надеть маску? Теперь все знают, как выглядит мой мальчик, — голос отчаянный, на грани срыва. Минхо не хочет думать о плохом, но снова и снова тихий ужас охватывает его тело. Он не может потерять любимого брата. — Успокойся, не смей думать о том, что его найдут. Этого не произойдёт, — Хван курит сигарету и поднимается, отходя подальше от Чонина, чтобы тот ничего не слышал из динамика. Лисёнок тут же хмурится и поднимается к изголовью кровати, сложив руки на груди, — встретимся сегодня вечером? — Хорошо, — кивает Минхо, которому сейчас очень хотелось в объятия Хвана и слушать его успокаивающие слова. Парни прощаются, и Хёнджин сразу печатает сообщение своим людям, в котором срочно просит узнать о передвижениях Феликса и Джисона за вчерашний день и узнать, где они сейчас находятся. Мужчина сосредоточен на поиске друзей, он не отрывается от телефона, пока Чонин ощущает обиду за таинственный звонок. Хёнджин набирает Джисона, но как и ожидалось, тот был недоступен. Хван тяжело вздыхает и трёт переносицу, тихо сматерившись под нос. — Этот человек тоже шпион? — чужой голос вырывает из мыслей. Чонин ревниво наблюдает за мужчиной, прикрыв своё обнажённое тело одеялом. Он кусает губы и ждёт ответа, пока Хван тушит сигарету и задумывается над тем, что ему сказать. — Ага, один из моих людей, — отмахивается всё-таки Джин, которому сейчас не было дела до того, чтобы что-то объяснять. Он ясно давал понять, что не хочет говорить об этом и раскрывать личность звонившего человека, чей голос для Чонина показался едва знакомым. Но он понятия не имел, кто это. — Твои люди не записаны у тебя в контактах как котята, — резко выдаёт Чонин и ревностно сверлит взглядом чужой телефон. — Чонин, — мужчина глаза закатывает и строго смотрит в сторону парнишки. — Мы просто трахаемся? — вылетает с чужих губ, — я как игрушка? Развлечение? Или просто замена? Ты ведь точно не любишь меня, как его. Кто он? Можно узнать хотя бы имя? Или у кого он шпионит? — столько глупых вопросов за пару секунд, которые ясно дают понять, что Чонину не плевать на то, как расценивает их отношения Хёнджин. Ему было важно знать, как мужчина относится к нему и что о нём думает. — Успокойся, — Хван не собирается отвечать, потому что в этом не было смысла. Сейчас важнее было найти Хана с Феликсом, потому что мужчина сильно за них переживает. И ему абсолютно не хочется что-то доказывать капризному ребёнку. Чонин обиженно кусает губу и замолкает, а следом резко поднимается с кровати и натягивает свою пижаму, пока Хван тяжело вздыхает от чужой ревности. Мужчина идёт в сторону парня, чтобы успокоить его всплеск негативных эмоций, но Ян отталкивает его, когда тот пытается остановить его от выхода из комнаты, и резким движением толкает картину, от чего та тут же падает с мольберта на пол. — Чонин! — сдерживая за зубами ругательства, строго зовёт убежавшего парня Хван, но Ян просто закрывается в другой комнате огромной квартиры. Джин трёт лицо ладонями, недовольный чужим поведением. Ему вполне хватило того, что успело произойти с организацией за эти дни. Да, он участвовал во всех собраниях, разговорах, был в курсе всех событий, занимался работой и знал, что в организации идут размолвки, в которых «Розы» обсуждают, кто больше подходит на роль их лидера, но при этом он успевал расслабляться, даже сегодняшним утром он смог заняться любимым делом. Хёнджин старался быть везде и сразу, но как только он узнал об исчезновении двух друзей, то это сразу выбило его из равновесия и спокойствия. Так ещё и хладнокровное поведение Чана, о котором рассказал ему Минхо, сильно напрягло его. Конечно, он не показывал это внешне, но он переживал о жизни дорогих ему людей. Особенно о Минхо. Ведь тот мог случайно выдать себя перед Чаном. И Хвана пугала мысль, что он не сможет помочь ему. А теперь появилась ещё одна проблема в виде обиженного Чонина, которого вряд-ли можно будет с лёгкостью успокоить. Мужчина делает глубокий вдох, просит остановить свой поток мыслей, ведь если сейчас это всё превратиться в огромный ком, то будет сложнее думать и решать всё это. Для начала, ему нужно расставить приоритеты в том, что нужно решить прямо сейчас. Но неожиданный звонок с неизвестного номера отвлекает его. — Хван Хёнджин? — голос незнакомый, что настораживает Джина. Мужчина молчит и ожидает дальнейших слов, будучи осторожным, — это Ким Сынмин. — Сынмин? — вскидывает брови Джин и медленным шагом направляется к лежащей на полу картине, чтобы поднять её. Ким едва вздрагивает от чужого хриплого голоса и сам не понимает своей реакции, но парнишка берёт себя в руки и ровным тоном проговаривает: — Феликс и Джисон в порядке, не нужно искать их. А также будет неплохо, если организация пока не будет знать об их инциденте, вернее, чтобы отец не знал об этом. Конечно, старик увидит всё в новостях, но выпуск планируется на вечер, так что не подавайте отцу десерт раньше времени. И передайте Минхо, что не о чем беспокоиться. — Откуда? — Хван искренне не понимает, как этому мальчишке удалось взять всю ситуацию под контроль и убедиться, что Хан и Ли живы и здоровы. Он был поражен быстротой этого мальчишки. — Брат связался со мной ночью и попросил задержать все слухи о нём и Джисоне, чтобы Глава ничего не узнал. Они в надёжном месте, о котором знают только они, — уверяет Сынмин, — им нужно время, чтобы замести все свои следы, а также они решили оборвать все связи с «Розами», поэтому не хотят, чтобы отец нашёл их. Считайте, что мы их больше не увидим. — Твоему отцу не понравится, что ты им помог, — усмехается Хван, который был удивлён поступком младшего брата Минхо и Феликса. Мужчина думал, что парнишка настоящий папенькин сыночек, у которого вместо мозгов аппарат по управлению, используемый Главой. Но оказалось, что парень может думать сам и даже идти против отца или утаивать от него что-то. — Он мне не отец, по крайней мере, я не считаю его таковым, — раздражённо выдаёт Ким, а следом уже более сдержанно продолжает: — прошу вас, следите за Минхо и присматривайте за ним, а также будьте осторожны со своим парнишкой, которого вы прячете у себя в квартире. Не ссорьтесь с ним, всё-таки бывших полицейских не бывает, мало ли вдруг он решит прикончить вас. — Не тебе меня жизни учить, ребёнок, — с недоброй ухмылкой ставит на место Хёнджин. — Надеюсь, мы скоро встретимся в реальной жизни, господин Хван, — а Хёнджин отчётливо чувствует, как на том проводе на чужих губах расплывается улыбка. Хёнджин облизывает губы. После звонка осталось странное чувство по всему телу. Он даже пару минут с каким-то удовольствием прокручивает чужой голос в голове, а следом усмехается. Теперь он знаком с ещё одним сыном, ненавидящим своего отца, но этот не показывает своей ненависти перед всеми. У него явно есть свой план, долгосрочный, но очень действенный, и Хван почему-то уверен, что именно Сынмин избавится от старика.

***

Время близится к позднему обеду, но ни Джисон, ни Феликс не отрываются от мониторов, проверяя всё ли они прочистили? Эта внимательность и лёгкая тревога была вызвана опасениями, что их могут найти. Но им не была страшна полиция, нет, больше всего они беспокоились, что их местонахождение обнаружит Глава. Парни уже на протяжении нескольких часов сидели в гостиной их общего дома на огромном диване, забившись каждый в свой угол. — Думаю, что было правильным выбором звонить Сынмину, — раздаётся в тишине со стороны Джисона, который всё же постарался осторожно поднять эту тему, ведь знал, как Ликс вчера не хотел набирать именно Кима. Он хотел попросить о помощи Хёнджина, но парни понимали, что на стороне «Роз» будет более эффективно набрать третьего сына, которому Глава доверяет больше всех, будучи убеждённым, что мальчишка слеп и следует его философии. Не получив ответа, Хан осторожно поднимает голову, чтобы взглянуть на своего парня, но тут же прикусывает язык, когда натыкается на злой взгляд Феликса. — Мы не будем говорить об этом парнишке, как бы сильно он нам не помог, — холодно ставит перед условием Феликс, — я не признаю этого малолетку братом, и ты прекрасно знаешь почему. Джисон поджимает губы и медленно отводит взгляд после чужого тона. — Ну, знаешь, до недавнего времени отец был убеждён, что тобой тоже можно с лёгкостью манипулировать, потому что ты делал всё, о чём он просил, — бубнит тише и не так уверенно Хан, — он ведь даже говорил, чтобы Минхо учился у тебя тому, как его нужно почитать... — Тебе правда не мешало бы лишиться головы, она тебе ни к чему, Джисон, — раздраженно перебивает Ли и возвращается к работе, — займись делом. — Сынмин уже со всем закончил, так что причин волноваться и перепроверять то, что мы проверили раз сто, если не больше, нет смысла, — вновь произносит имя младшего брата Джисон и бесстрашно отодвигает от себя ноутбук, взглянув на любимого. — Джисон, блять, — Ликс несильно ударяет по кофейному столику и испепеляет взглядом своего парня, который уже расслабленно откидывается на длинный диван и даже закидывает одну ногу на вторую, вопросительно промычав, словно не понимает причины раздражения своего малыша. — Что? — Хан усмехается и пожимает плечами, — просто признай уже то, что из всех злодеев в нашей жизни, самый главный это Минсо. А Сынмину можно доверять. — Этого парнишку взращивал отец, — делает на каждом слове акцент Феликс, — ты понятия не имеешь, что у него в голове, так что просто слепо следовать ему будет безрассудно. — Ты вёл себя также при отце, — всё пытается переубедить и настоять на своём Джисон, который уже нетерпеливо подскакивает и даже жестикулирует руками, — ты потакал ему, целовал его руки, но сам размышлял о том, как убить его, но так, чтобы никто из организации не заподозрил тебя в его убийстве. Ты тайно защищал меня, присматривал за Минхо, передавал разную информацию Хёнджину, чтобы тот не всегда лез туда, куда указывает Глава. Благодаря этому, за все эти четыре года никто из нас не погиб, хотя мы прекрасно знаем, что Минсо пытался убить нас. Сынмин делает что-то похожее... — Ты заткнуться не можешь? — Феликс теряет терпение, — раз нет, тогда я выйду, а то тут стало очень душно. Ликс поднимается, берёт под подмышку ноутбук и через пару секунд покидает гостиную под разочарованный вздох Хана, который пытался доказать свою точку зрения насчёт Сынмина. Но всё было бесполезно. Феликс по прежнему не собирался ему доверять и верить, даже сейчас он снова и снова ищет хоть какую-то погрешность в его помощи, чтобы убедиться самому и убедить Джисона в том, что не стоит слепо верить мальчишке. Но Ким всё сделал чётко, чем только сильнее вызывал раздражение у Ликса. Он откидывается на спинку уличной скамейки и тяжело вздыхает. — Ну, разве ты сам не хочешь, чтобы на нашей стороне был кто-то похожий на Сынмина? — задаёт вопрос сам себе Феликс и слабо улыбается, вспомнив миловидного парнишку, которому бы сейчас по школе носиться с друзьями или мяч пинать в ворота, пока девочки будут тихо шушукаться о его красивой внешности. Ему бы побыть ещё подростком, а не быть под рукой жестокого тирана. Феликс думал, что если нападёт, то отпугнёт мальчонку, от чего тот в страхе убежит. Но вместо страха Ликс наткнулся только на разочарование и глубокую обиду вперемешку с разрушенными мечтами и надеждами. Феликс раньше точно также смотрел на Минхо. А ещё Сынмин до боли похож на мать. Феликс горько усмехается и руками упирается в колени, крепко их сжав, чтобы не расплакаться от одного только упоминания о ней в своей голове. Как бы жестока она не была по отношению к другим, что бы не вытворяла в организации, чтобы построить её собственными руками, для сыновей она была и останется навсегда самым нежным человеком. Она их мать. — Малыш. — Джисон, уйди обратно, — резко поворачивается к парню, вышедшему на террасу, Феликс, который ещё не привык делиться своими переживаниями и мыслями. Он не хотел, чтобы даже Джисон видел его в таком состоянии. Но Хан только отрицательно мотает головой и подходит ближе, чтобы нежно обнять своего человека, который сейчас казался таким разбитым, — ну, Хан. — Я знаю, как ты боишься оказаться преданным, знаю, как боишься потерять всё, если сделаешь неверный шаг. Но ты никогда не останешься один, что бы не произошло, — напоминает Джисон, игнорируя чужие попытки оттолкнуть себя, — я буду говорить тебе это, пока ты мне не поверишь. Джисон верил в собственные слова и искренне желал того, чтобы Ли поверил в них тоже. Он поглаживает любимого по волосам и успокаивает его от ненужных переживаний. И Феликс ему поддаётся, он кладёт подбородок на плечо Джисона и прикрывает глаза. — Спасибо за то, что ты всегда на моей стороне, — тихо шепчет Ликс, вкладывая в каждое слово свою искренность и благодарность.

***

Занятый делами Хёнджин скрывается в своём кабинете до самого позднего вечера. Минхо прислал ему сообщение, где было написано их место встречи, а также сказал о том, что лучше будет встретиться, когда Чан поедет на похороны Ченджэ, которые начнутся через пару часов. Хёнджин сидит за ноутбуком, задумчиво перебирает бумажки и всё думает о том, что делать дальше. Ведь раскрытие Джисона это ещё не конец, в конце концов Чан может выйти на след самого родного человека. И что потом? Сможет ли Хёнджин спасти его? Вот о чём думал мужчина, но помимо этого в голове крутились слова Сынмина по поводу Чонина. Хван тоже думал над этим, пытался найти тот самый выход для всех них, чтобы он был безопасен. Под эти размышления он и вовсе позабыл о том, что Чонин на него обижен, а когда настало время для встречи с Минхо, он уходит из квартиры, даже не заглянув в комнату, где уснул парнишка. Хлопок дверьми, который дошёл в тишине до комнаты Чонина, заставляет парня выйти из своего укромного местечка. Он потирает руками заспанные глаза и останавливается в тёмной гостиной. Его голос звучит тихо и неуверенно, и на него никто не отзывается. Парень сглатывает и поджимает губы. Он снова зовёт Хёнджина, но после тишины понимает, что мужчины в квартире нет. Чонин, ощутив холод, обнимает себя за плечи и подходит к дивану, внутри было странное чувство пустоты и грусти. Ему было обидно, что Хван так и не пришёл к нему мириться, а просто ушёл по своим делам. Чонин вздыхает и обнимает мягкую подушку сразу, как только ложится на диван. — Он поехал на встречу со своим шпионом? — вспоминает утренний разговор по телефону Чонин, кинув взгляд за окно, где тёмные тучи собираются в кучу, предвещая ночной дождь в Сеуле. Парнишка переворачивается на бок и в едва заметном отражении в плазменном телевизоре видит самого себя. Вздохнув, Чонин нажимает на кнопку взятого со столика пульта, от чего гостиная тут же озаряется светом от огромного экрана, где шли новости. — ...В час дня полиции удалось обнаружить незаконный склад на Хондэ, где было спрятано две тонны кокаина на общую сумму 573 миллиарда вон. По проверенным данным, склад принадлежал нашумевшей группировке «Розы», чьи преступления увеличиваются по всей Корее. Граждане продолжают беспокоиться о своих жизнях, жизнях своих родных и близких. Люди молятся, чтобы рядом с их домом не появились люди с тату... — Ведущий неожиданно замолкает, ведь внимание привлекло что-то за пределами камер, что зрителю было не увидеть, — просим прощения, в студию только что доставили важный конверт... — Ведущий протягивает руку, и ему передают конверт, который тут же приковывает к себе взгляды. На пару секунд наступает тишина, прерываемая шуршанием бумаги. — Боже... Вчера двое полицейских раскрыли одних из важных преступников в группировке «Розы», чьи лица сейчас будут представлены на ваших экранах, — голос, тон и манера передачи информации сразу вызывают чувство напряжения и невероятного любопытства. — Полиция передаёт, что большое значение в данной группировке играют цвета татуировок. Самые опасные из них люди с чёрными татуировками. Именно на такого преступника наткнулись двое полицейских при захвате шпиона из «Роз», который выдавал себя полицейским. Благодаря офицеру Чо Ченджэ, отдавшему свою жизнь, и капитану Кристоферу Бан Чану, которого доставили с тяжелыми ранениями в пункт скорой помощи, полиция сдвинулась с мёртвой точки, — на экране появляются лица, под которыми подписывать имена доблестных полицейских. Чонин с силой сжимает подушку и поджимает губы, с болью уставившись на знакомые лица в телевизоре. Тело казалось тяжёлым, а к конечностям резко прилил поток крови, отчего создался неприятный контраст и руки казались нагретыми, как от волнения. Но Чонина сейчас охватило не только это. Чувство безысходности, потери, отчаяния и бессилия. Нельзя было повернуть вспять прошедшие события, изменить прошлое, остановить смерть или вернуть к жизни — это то, что никогда не будет подвластно. Если бы у Чонина был хотя бы малейший шанс на возможность спасти Ченджэ, он бы воспользовался им без промедления. Но он ничего не может, только сидит и смотрит новости, где говорят о смерти того, кто совсем недавно был жив. Парня трясёт, он чувствует, как подступают к глазам слёзы, пока внутри всё разрывается от ужаса собственного выбора. Он испуганно мечется глазами по квартире, его руки дрожат всё сильнее с каждой секундой, а голос диктора, который перечисляет преступления «Роз», всё не замолкнет. Чонин панически пытается найти пульт, потому что ему плохо, ему не по себе. — Я не хочу, чтобы было так, — испуганно тараторит мальчишка, сжимая пальцами рубашку своей пижамы, — я не хочу, чтобы кто-то умирал. Он повторяет это снова и снова, раз за разом эти слова слетают с его губ, но никто его не слышит. Тихие слова так и остаются в этой комнате, где есть только испуганный парнишка, сжимающий свою одежду и молящий прекратить всё это. — Полиция просит о содействии всех граждан. Если вы обладаете какой-либо информацией, знаете об участниках этой группировки, пожалуйста, сообщите об этом прямо сейчас, позвонив полиции или на наш новостной канал. Полиция погибает каждый день, пытаясь защитить нас, пытаясь выяснить главарей этой бесчеловечной группировки. Чо Ченджэ погиб с верой в то, что мы сможем справиться с ними. Чтобы наши дети могли жить в спокойном мире, где наркотики не будут распространяться среди подростков, а простые граждане не будут умирать из-за перестрелок в группировке. Только объединив усилия, мы сможем сохранить нашу страну. В больших глазах Чонина отражаются ужасающие фотографии с мест преступлений «Роз», бегущие строчки, картинка за картинкой, замазанные фотографии трупов в полицейской форме, а следом фото машины Ченджэ и накрытое полотном мёртвое тело. Осознав весь ужас произошедшего, Чонин тут же зажимает двумя руками свой рот, ведь тошнота неприятно расцарапывает ему горло, будто она способна вскрыть его изнутри. Парень вскакивает на ноги и убегает в сторону ближайшей ванной комнаты, откуда впоследствии раздаются звуки рвоты. У Чонина текут по щекам слёзы, а с глаз не хочет уходить картинка переломанных ног, торчащих из под покрывала и лужа крови когда-то живого человека. Чонин истошно кричит, выплевывая остатки ужина, который он успел поесть, пока Хван был в кабинете, а следом жгучую слизь, в которой еда должна была раствориться. Он ошибся, он запутался и выбрал не ту сторону. Он выбрал людей, которые отнимают чужие жизни, позволил одеть на себя розовые очки... Нет, он сам надел их. Чонина трясёт от ужаса, охватившего его. Он так надеялся, что возможно что-то изменить в этой группировке, в сознании этих людей, но изменилось только то, что он спрятался от всех проблем. Сдался из-за любви и чувства безопасности, совершенно забыв о том, что творится снаружи. — ...Чо Ченджэ признан национальным героем. Полиция просит не забывать о нём и помнить о его желании покончить с «Розами». Зная о том, что могут нелюди в этой организации, он всё равно пытался схватить преступника, чтобы наши дети могли спать спокойно, чтобы их родители не стали жертвами этой группировки. Пожалуйста, давайте объединим наши усилия и защитим нашу страну. Однако, если вы не уверенны в своей безопасности, будьте крайне осторожны и для начала позаботьтесь о своей жизни. Этот канал, а также полиция всегда открыты для вас. Всем доброй ночи.