Переступить прошлое

      Намучившись с уроками в маггловской школе, он надеялся, что в Хоге станет веселее. Не стало. В первом семестре их обучали основам: как держать палочку, на чем основывается волшба, законам, которые нарушать нельзя или не получится при всем желании. Поэтому на парах он спал или витал в облаках, а после обеденных занятий бродил по коридорам. Он хотел, чтобы его туманные воспоминания о тайных проходах обрели ясность, а бродящий вне занятий первачок подозрений не вызывал. А вечерами просиживал удобное кресло в библиотеке за дальним столиком, на котором нацарапал руны легкого отвлечения внимания, чтобы его могли найти, но не обращали внимания больше нужного, потому что первую неделю каждый норовил с ним поздороваться, пожать руку, похлопать по спине или просто проходили несколько раз мимо, чтобы поглазеть. Но это хоть и было зло неприятное, но очень даже знакомое, так что он рассеянно здоровался в ответ и продолжал направлять Гермиону в сторону кабинета, чтобы она, уткнувшись в очередной древний фолиант, нигде не оступилась, или пытался утихомирить Малфоя и Уизли.       В вечерние часы в библиотеке было на диво спокойно. Даже равенкловцы перебирались в гостиную, оставались только такие увлеченные полуночники, как он с Гермионой и парочка старшекурсников.       Пока Гермиона рассматривала каталоги, сравнивала со списком прочитанного и составляла рейтинг по важности, Поттер притащил несколько фолиантов по древним рунам, ритуалистике и зельям, обустроил себе уютный уголок и зависал там.       Клятвенно пообещав себе не отсвечивать, он добросовестно выполнял свое обещание, но иногда просто невозможно было остаться в стороне. Особенно первые недели, пока Малфой и Уизли притирались друг к другу. Оба хотели дружить с Поттером, оба привыкли к семейной конкуренции, а Рон был еще и младшим сыном с кучей одаренных братьев. А Поттер в этом всем выступал послом доброй воли и пытался словами все уладить, хотя иногда и у него заканчивалось терпение и тогда оба получали старые добрые подзатыльники. — Поттер, ты стал похож на книжного умертвия. Через двадцать минут, кстати, праздничный ужин, — Драко подсел за его уютный столик. — Какой праздничный? — Гарри хлопал глазами, пытаясь уложить в голове, что руны Кеназ и Анзус отлично сочетаются вместе, но Кеназ и Райдо уничтожают друг друга, хотя на примере директорского феникса должны сработать, и он совсем не мог понять, причем тут праздник, потому что в начале октября, вроде, ничего не было. — Тебя гриндилоу покусали, что ли? Сегодня Хэллоуин, тридцать первое октября, если так будет яснее, — Малфой некоторое время смотрел на него как на умалишенного, а после, поняв, что никакой реакции пока не предвидится, собрал все огрызки пергамента, разбросанные по столу, закинул их в сумку, сумку — себе на плечо, сцапал Гарри за руку и потащил в сторону большого зала. — Поттер, ты со своими учебниками такое пропустил. Во вторник Флинт возвращался с отработки у профессора Спраут и завернул к полю, покурить под трибунами и поплакаться над очередным отказом от какого-то умника с Равенкло, только это большая тайна. Так вот, он застал вашу тренировку, потом заметил, что в этом году Гриффиндор отхватил потомственного квиддичного гения в виде твоей тушки. Из-за тебя вчера вся гостиная выслушивала о несправедливости жизни и Мерлина к потомственным темным магам, а потом так же всей гостиной отговаривали Маркуса от дуэли с Вудом. Сначала получилось, но в среду после пар в четыре часа дня состоялся мордобой; сначала было цивильно, на палочках, а потом перешли на кулаки. Сошлись на ничьей, залечили друг другу морды и квиддичными сборными надрались к дракклам и попались Снейпу. Он, по доброте душевной, презентовал им антипохмельное, но до турнира они не вылезут с отработок. Сейчас же на всех факультетах начались копошения, потому что только у тебя последняя модель метлы. А еще ты обязан словить снитч, я поставил на тебя в тотализаторе близнецов. Пока разговаривали, успели дойти до Большого зала и устроиться за алознаменным столом.       Малфой долго отстаивал свое право сидеть не за столом своего факультета. Сначала он воротил нос, но потом понял, что у рыжего-то больше точек соприкосновения с героем и пошел ва-банк. А вот одногруппники не поняли. Здесь не было столь яркой межфакультетской борьбы, как в его мире, но в закрытой школе и так было мало развлечений, а после восемьдесят первого года прибавилось еще и давление на отпрысков темных семей, кои обитали преимущественно на Слизерине. Что удивительно, никто и не помнил, что Поттеры, хоть и не удостоились сомнительной чести оказаться в справочнике чистокровных волшебников старого брюзги Контанкеруса, но принадлежности к темным никогда не скрывали. Светлый маг хорошим артефактором стать не мог. Спокойно поесть им не дали. Сначала прицепился Вуд с матчем, настаивая на увеличении числа тренировок, чтобы точно побить слизней в этом году, на что взвыли даже самые ярые фанаты, потом долго разорялся все на ту же тему метел, чтобы никто на важное мероприятие не заявился с дряхлым веником, на этих словах он покосился на Фреда, сидевшего ближе всех, на что тот обиженно фыркнул, сказав, что его чистомет еще ого-го какой. А потом случился тролль.

⊹──⊱✠⊰──⊹

— Сохатик, только второй месяц учебы, а у тебя уже есть все шансы переплюнуть Мародеров в лучшие наши годы. Интересно кстати, сохранил ли старик Филч карту? Это такой потрясающий артефакт, мы вчетвером угробили на его создание пару месяцев, пару раз твой отец заползал в спальню с магическим истощением и я гонял на кухню за молоком и чем-нибудь съестным. Карта показывает всех, кто находится в пределах купола и обладает сознанием и витальными функциями. Я, честно признаться, до сих пор не знаю, как она опознает всех. У твоего отца был исключительный дар, он точно мог бы составить конкуренцию гоблинам. А теперь, пока мы идем, желаю во всех подробностях узнать о вашем крестовом походе.       Так называемый крестовый поход не планировался от слова совсем, но поттеровская удача решила иначе. В этот раз Рон с Гермионой не поругались на чарах и она не плакала в туалете Миртл, но, Мордред всех дери, все равно оказалась на втором этаже на пути у тролля. Поттер, как герой и лицо ответственное, побежал спасать подругу, прихватив с собой рыжего, потому что какой подвиг без свидетелей, а за ними увязался Малфой, потому что приключения сближают. Логика была ясна, но четверо детей и монстр в коридоре это было слишком. В итоге Гермиону оставили на Драко и обоих отправили убегать первыми и звать на помощь; сам Гарри инкарцео спеленал ноги тролля, что его очень сильно замедлило, а Рон левиосой долбанул дубинкой по голове, на всякий случай два раза. Как раз к моменту обезвреживания тролля подоспели преподаватели. — Ура, Гриффиндор, вперед, Гриффиндор! Вот мы и пришли.       Первого ноября они оказались в месте, пропитанном болью и отчаянием, хранившем не одну сотню оборванных жизней.       Посетить кладбище в Годриковой лощине предложил Сириус. Гарри не возражал. Он не знал своих родителей, да и за долгие годы смирился с мыслью, что никогда не сможет иметь семью в привычном понимании. Но для Сириуса они были не просто рассказами знакомых, они были близкими людьми, семьей. Десяти лет в Азкабане хватило, чтобы боль ушла, чтобы смириться, но ему нужно было поставить точку. Белые лилии и вереск устилали землю перед надгробными камнями. — «Последний же враг истребится — смерть», — в очередной раз он смотрел на эту надпись, пока крестный стоял на коленях и что-то шептал могильному камню. Было глупо писать что-то столь несуразное на могиле потомка Певереллов. Им Смерть никогда не была врагом, впрочем, и другом тоже, это он в очередной раз сумел выделиться. Прошло всего четверть часа, прежде чем Сириус Блэк встал с колен, уничтожил на лице следы слез и твердым шагом направился к воротам. — Пойдем, Сохатик. Нужно еще к зеленошкурым друзьям, и потом можем погулять по Лондону. Я консультировался с юристом, он сказал что переоформление дома на тебя не займет много времени и не должно вызвать никаких проблем. Хреново, что из него сделали мемориал, потому что сокрытие ото всех и реставрация вызовут общественные возмущения, но самых ретивых можно припугнуть иском, это чтобы ты знал, если вдруг к тебе кто-то полезет, когда нас рядом не будет. Это все еще частная территория, а дом не разнесли по камешкам лишь потому, что многие чары, по настоянию твоей бабки, творились на крови. Она и помогала, потому что твой отец был Поттер из Поттеров — абсолютная тупость в кровной магии при выдающихся способностях сотворить на коленке любой артефакт. Нарцисса с Медой мне уже плешь проели, — жаловался Сириус, впрочем, по его довольному лицу сразу было понятно, как он относится к этой ситуации. — Я уже думаю обосноваться в подвалах, где-нибудь в темном углу, чтобы они и портрет моей маменьки не нашли. Требуют восстановления всех активов и предприятий, посещения мероприятий и участия в благотворительности, а еще, наконец, женитьбы и наследника. Род Блэков восстанавливался и в самые тяжелые времена с самой разбавленной кровью, но раз есть наследник по прямой линии, то нужно этим воспользоваться. К этому сводятся все их лекции, если коротко. — он лаяще хохотнул. — Хотел, кстати, спросить. А как ты узнал про место ловца? Я тогда даже моргнуть не успел, не то что сову отправить. — А это Маккошка постаралась. Не знаю, успели ли тебя уже просветить, но Минни Макгонагалл всегда была ярой фанаткой квиддича, а после травмы в студенчестве поклялась, что сделает все, чтобы Слизерин проигрывал раз за разом. Нарцисса поделилась по секрету, что у них открыт со Снейпом спор на бутылку Огдена. А когда ты исполнил тот финт и словил напоминалку, она не заморачивалась с совой и отправила патронус, который известил меня о пополнении в команде и твоей роли в этом и поторапливала посетить магазин с метлами.

⊹──⊱✠⊰──⊹

      Это была солнечная пятница, когда их впервые повели на поле для полетов. За завтраком, как обычно, прилетела совиная почта, и многие сразу разворачивали посылки из дома. Поттера привлекли восклицания Томаса. Невилл растерянно вертел в руках стеклянный шарик, наполняющийся алым дымом, и объяснял желающим, что это напоминалка, и бабушка прислала ее, потому что он часто бывает рассеянным, но вот она покраснела, а он не может вспомнить, что же забыл. Гарри лишь мысленно отметил, что он всего-то забыл надеть мантию, как его, сонного после ночных бдений и отсутствия кофе, за собой на буксире потащил Рон, чтобы занять лучшее, по его мнению, место, хотя какое место может быть лучшим среди двух рядов старых метел, уставший мозг подсказать не смог. А Гермиону тащил сам Поттер, вцепившийся в нее на выходе из Большого зала, когда понял, что либо так, либо Уизли снесет его в непонятные дали. Прошло около четверти часа, пока все собрались и мадам Хуч провела инструктаж. У Поттера метла сразу же прыгнула в руку, как и у большинства. Ронова оказалась с характером и успела пару раз дать ему по носу, прежде чем оказалась зажата в кулаке, а Гермионина никак не хотела подниматься с земли. Полёт не был её сильной стороной, и несмотря на множество чудес вокруг, она всё ещё не могла до конца принять, что метла по твоему слову может оказаться в воздухе и даже удержать вес человека.       И вот под восклицания толпы неуклюжий Лонгботтом свечкой взлетел вверх, сделал несколько пируэтов, было даже подобие фуэте в слегка неклассическом варианте, а потом при очередном кувырке слетел с метлы и, крича во все горло, свалился наземь. Удивительное для магглов дело, отделался он лишь сломанной рукой.       А потом кто-то нашел выпавшую напоминалку, и заскучавшие дети развлекались, зачаровав ее на прочность и кидая друг другу как мячик. Потом игра на земле наскучила, и некоторые перебрались в воздух на метлы. Потом Малфой снова сцепился с Уизли, и как итог, за шариком, который из-за влитой магии полетел не хуже бладжера, гнался Поттер. Во-первых, это было весело, во-вторых, вещь следовало вернуть хозяину.       Ну и завертелось: прибежала Макгонагалл, познакомила с Вудом, встречи с которым в этот раз он не боялся, как в первый раз, когда решил, что это какое-то пыточное приспособление; на завтраке он получил новенькую метлу, и теперь его и в хвост, и в гриву гоняли на поле, а вечерами он пытался утопиться в книгах и никого не видеть.       Библиотеку пришлось забросить на время. Через две недели должен был состояться второй и самый ожидаемый матч: Гриффиндор против Слизерина. У студентов посносило крышу, а у сборной началась квиддичная лихорадка: из-за ажиотажа близнецы чуть не спалились со своим тотализатором, а Вуд был готов ночевать на поле. Вся внеурочная деятельность свелась к минимуму, а после обеда все сразу мчались на поле. Если же поле было занято такими же взбудораженными слизнями, то они в гостиной натирали метлы полиролью, тысячный раз обсуждая стратегию. — Знаешь, Гарри, я думаю, НАСА отдали бы все, чтобы заполучить себе таких подопечных, — она спустилась с трибуны после очередной тренировки, подавая взмыленному ловцу бутылку воды. — Я тут немного понаблюдала за вами и прикинула, что во время игры организм должен испытывать колоссальные нагрузки, и магглов к такому готовят долгое время под наблюдением врачей, а вы спустя несколько часов полетов просто устали, будто бегали в футбол. — Магия же, — он гадко захихикал из-за того, как Грейнджер закатила глаза и чуть ли не топнула ножкой. — Пошли, уже холодно и поздно, а мне еще в душ и писать эссе по зельям. Вот зачем нам писать эти дурацкие эссе? Школа собирает макулатуру что ли? Только время тратить на переписывание из книг. — Не говори так. Это занимает много времени, я согласна, но зато пока ты найдешь информацию, пока вычитаешь и переделаешь под эссе, запомнишь хоть что-то. — Они неспешно шли в сторону замка, болтая, пока Гарри краем глаза не заметил знакомую фигуру, скрывающуюся в теплицах. — У Невилла есть доступ к теплицам? — Рон как-то упоминал, что Нев начал оставаться после пар помогать мадам Спраут, а потом она дала ключ и разрешила приходить без нее, чтобы следить за растениями и заниматься своими, а то он повадился притаскивать в комнату какую-то то зубастую, то вонючую гадость, и мальчикам это не понравилось. — Да? Я не помню ничего такого. — Это все потому, что ты постоянно то в книгах, то на поле.       Это было правдой и он решил слегка притормозить. В планах было сидеть на заднице смирно, а не пропустить все события школьной жизни. Зато из-за усталости он мог нормально спать, не страдая от кошмаров. Не думал Поттер, что спустя столько времени вид целого замка и живых однокурсников спровоцирует по новой его кошмарные сны, полные мертвых тел среди горящих руин.       В день матча тучи тяжелым полотном нависали над трибунами, но дождя не было.       От волнения его слегка подташнивало, и кусок в горло не лез, а пальцы слегка подергивались. — Не дрейфь, Поттер, — Фред, сидящий слева от него, хлопнул по плечу. Джордж же, сидящий справа, подмигнул и продолжил: — И хорошо поешь. — А то вон, какой хилый. — Снесет ветром, — закончили они в унисон и дали друг другу пять. — Не переживай, Гарри, все будет хорошо. — Спасибо, Оливер. Ты сильно волновался перед своим первым матчем? — Не особо. Но я тогда врезался в ворота и не помню половину игры, — Вуд почесал кончик носа, отодвинул от себя тарелку и скомандовал всем собираться. Конечно, это был не первый матч, но все его предвкушение уже выплескивалось через край. Хотелось скорее в воздух, взлететь к облакам, с высоты наблюдая за игрой команд. Зорко выслеживать добычу, а потом броситься в погоню, подгоняемый азартом и духом соперничества. — Дамы и господа, студенты и преподаватели, рад приветствовать вас на сегодняшней долгожданной игре! — голос Джордана разносился по всему полю, и, Поттер готов был поспорить, рядом сидела Макгонагалл, чтобы осаждать Ли. — Комментировать матч буду я, бессменный Ли Джордан. Сегодняшняя игра отличается от всех предыдущих. Представляю вам звезду сегодняшнего мероприятия — Гарри Поттера, самого молодого ловца Хогвартса за последние сто лет и предмет воздыхания всех дам от мала до велика! Ой, простите, профессор, — он кашлянул и после заминки продолжил. — Кроме ловца, сборные Гриффиндора и Слизерина играют в прежнем составе.       Когда капитаны пожали руки, прозвучал свисток, и все взмыли в воздух. Гарри парил над игроками, слушая комментарии Джордана и высматривая снитч; впрочем, было наказано рано не ловить его и не подпускать соперников к мячу. Вуд с Флинтом поспорили, кто к концу года получит больше очков за игру, и теперь всем было велено исправно забивать квоффл, набирая как можно больше очков и, по возможности, выводить из строя соперников, просто потому что слизни противные. — Мяч у великолепной Кэти Белл, она обходит слизней и забивает гол! Выкуси, Блетчли! Кхм, про что я. Гриффиндор ведет со счетом 30:20 и, о нееет! Деррек, чтоб его мантикора покусала, отправил бладжер в Алиссию, а квоффл выхватил Флинт. Давай, Вуди, не пропусти мяч! — Ли разошелся так, что перестал реагировать на гневные одергивания Маккошки, а его комментарии только еще больше подстегивали взбудораженную толпу. Алые мантии Гриффиндора мелькали яркими пятнами на фоне изумрудных одежд Слизерина, словно искры. В середине матча Вуд вписался в кольцо головой и был дезориентирован, случилась стычка между близнецами и Монтегю, в результате которой всем игрокам пришлось спуститься и начать заново из-за нарушения.       Резкий свист мадам Хуч разорвал напряженную тишину, и четырнадцать фигур вновь взмыли в воздух. Мячи летали с бешеной скоростью. Гарри, на своей «Нимбус 2000», чувствовал, как ветер свистит в ушах, а сердце колотится в груди, словно пойманная птица. На счете 90:70 он заметил снитч недалеко от слизеринской трибуны и резко помчался в противоположную сторону, чтобы запутать Хиггса. Теренс был массивнее и, как он успел заметить во время обманки, плох в резких поворотах и торможении. — Давайте, девочки, выиграйте сегодняшний матч, иначе Оли устроит нам Хиросиму, — адреналин пульсировал в венах, смешиваясь с волнением, и Джордан уже не мог контролировать ни свои комментарии, ни тело, подскакивая на особо острых моментах. — Эй, лопух, ты кого девчонками назвал? — крикнул один из близнецов, пролетая мимо трибуны. — Совсем жить надоело? — вторил другой. — Да уж точно не вас, тролли вонючие. Энджи, детка, задай жару!       Квоффл переходил из рук в руки, словно раскаленный уголь, а бладжеры разъяренными пчелами жалили воздух, заставляя игроков изворачиваться, чтобы не попасть под раздачу и забить гол. Счет рос с каждой минутой и от нервов подергивались пальцы на древке метлы. Секунда, и в одно мгновение все звуки пропали: он не слышал ни рева трибун, ни ругани игроков с комментариями Ли, ни свиста ветра, ни своего дыхания. Его взгляд был прикован к маленькой золотой точке, мелькнувшей на краю поля и в голове набатом билось: «Снитч!» В одно мгновение он сорвался с места, «Нимбус» рванула вперед, словно дикий гиппогриф. Сердце колотилось в груди, отбивая бешеный ритм. Он видел его! Вот он, мелькнул возле дальней трибуны, дразняще блеснув своим золотым боком. Позади него, словно тень, неотступно следовал Терренс Хиггс, с заминкой рванувший следом. Его «Комета-260» летела быстро, сокращая расстояние, и Гарри чувствовал его присутствие за спиной — холодное, настойчивое, угрожающее. Гарри знал, что просто так он снитч не отдаст.       Началась настоящая гонка. Снитч, словно живой, выписывал немыслимые пируэты, то взмывая ввысь, то камнем падая вниз. Гарри следовал за ним, инстинктивно предчувствуя каждое его движение и перестав воспринимать окружающий мир. Хиггс не отставал. Он то пытался обойти Гарри с фланга, то нырял под него, пытаясь перехватить траекторию снитча. В один момент, когда снитч резко изменил направление и полетел прямо на трибуны, Гарри и Хиггс оказались плечом к плечу. Их метлы почти соприкоснулись, и Гарри почувствовал яростный взгляд слизеринца. «Уступи, Поттер!» — прорычал Хиггс, пытаясь оттолкнуть Гарри. Но Гарри был непреклонен. Он полетел за золотым мячиком, к трибунам, на полной скорости, ни капли не сомневаясь, что сможет словить. Когда оставались считаные секунды до столкновения, он резко потянул древко на себя, свечкой взмывая вверх. Рывок. Рука сжала пустоту. Еще немного, он практически лежал на метле, выжимая из нее максимум. Еще рывок. Последний Золотой снитч лежал у него в руке, трепеща полупрозрачными крылышками. Гарри поднял руку вверх, демонстрируя всем свою добычу. Толпа взорвалась ликующими криками, столь громкими, что на несколько секунд он был дезориентирован. Потом чьи-то сильные руки стащили его с метлы, и вся команда навалилась на него с объятиями. — И-и-и, Гриффиндор выигрывает матч со счетом 280:90!

⊹──⊱✠⊰──⊹

      После игры всех отправили в лазарет, и никто не смог улизнуть, пока мадам Пофри не дала добро. Сразу как дверь закрылась, Вуд начал ворчать. — Марк, сученыш, я из-за твоих балбесов чуть сотрясение не схлопотал. — Да твоей башкой можно орехи колоть. Не кипишуй, — он закинул свою лапищу на плечи Оливера. — Не пропустишь сегодняшнюю вечеринку. Ургхарт договорился с Трумэном, так что пока мы примем душ, барсуки все организуют. И ловца своего захватите, нужно обмыть его первый матч. — он бросил взгляд на первашей, отставших еще в начале коридора. Младший Уизли что-то восторженно рассказывал с широченной улыбкой, активно жестикулируя, а Грейнджер перебивала его и строго выговаривала, обращаясь сразу к обоим.