Лунная ночь

В ответ она молча обнимает его. Прижимается к нему, подходя ближе. Он оторопел. Но также тепло обнимает ее, не веря своему минутному счастью. Незаметно смахнув слезинки рукой, певица отстраняется от Фила, поднимая свой взгляд на него. Будто бы взяв себя в руки, женщина становится прежней - взгляд слегка прохладный, отстраненный. И ни следа от той печали. Осталась лишь невыносимая тоска в глазах, которую она пытается умело замаскировать. Филипп не успел адаптироваться под ее перемену, ему некомфортно. Вернулось то дурацкое чувство неловкости, когда не знаешь, как себя вести и даже дышать становится стремно. - Присядь, я налью тебе воды, - сказал Фил, найдя кое-какой выход из нелепой ситуации. Пугачева молча прошла на кухню и села за стол. Филипп налил обоим воды из графина в стаканы и подал один гостье. Сев напротив, он на мгновение задумался. Неужели показалось? Опять ошибся, подумав, что она ему рада? Опять на те же грабли, опять… Чувство досады и легкой обиды наполняли его душу. Волнение за нее отошло на второй план, встретившись со слишком прохладным взглядом. И пусть он был направлен не на него конкретно, а куда-то сквозь, Фил кожей, каждой клеткой, ощущал себя как будто неуместным. «Что ж, Алла Борисовна, поиграем по твоим правилам. Как ты со мной, так и я с тобой. Зеркало оно такое…» - решил для себя певец. - Филь, могут Гарри и Лизонька пока пожить у тебя в доме? С твоими детками? Ее голос вывел его из раздумий. А вопрос был столь неожиданным, что он не сразу понял его смысл: - Что? - как можно мягче переспросил Киркоров. - Понимаешь, у меня сейчас патовая ситуация. Деткам нужно ходить в нормальную русскую школу, продолжать учиться. Но при этом я не могу пока что поселить их в квартире на Филипповском, комнаты для них не обустроены. Я подумала, что может быть, на время, пока идет ремонт, они смогут погостить у тебя? Филипп немного опешил от услышанного. Все так странно. А как же Макс? Что это за штучки с переездом? Черт, и ведь не спросишь! - А что случилось с замком? Ты не можешь вернуться в Грязь? - Расходы очень увеличились, а доходы, увы, наоборот. Теперь мне затратно содержать замок, я выставила его на продажу и, к счастью, есть покупатель. Вырученных денег хватит деткам на обучение и на жилье какое-то время, - сделав глоток воды, ответила Алла, - Я теперь одна. Наши пути с Максом окончательно разошлись, - заметив немой вопрос в глазах Фила, произнесла она, опустив то ли от неловкости, то ли еще от чего, голову. Сказать, что Филипп был в шоке - не сказать ничего. Нет, он расстроился за нее, ему стало дурно от мысли, что эта женщина теперь несчастна. И в то же время такой светлый лучик озарял его мысли, его душу. Он не знал, что ответить. Хотел согласиться, но останавливал страх - страх опять быть виноватым, быть плохим за любую ошибку, косяк. Ему было страшно брать ответственность. - Конечно, пусть живут у меня сколько хотят! - ответил Филипп, улыбнувшись ей. - Нет, если тебя это как-то стеснит или потревожит, то я пойму, - произнесла примадонна, пальцами перебирая слегка торчащие нитки на своем шелковом шарфе, - Но своих детей я могу доверить только тебе. - Аллочка, ну что ты такое говоришь! Я люблю Гаррика и Лизу как своих! Ты же знаешь! Он взял ее ручку и поцеловал тыльную сторону ладони. Нежно дотронулась щетина до ее кожи, отчего Алла вздрогнула, словив триггерные ощущения, и подняла свой взгляд, наполненный огромным облегчением и благодарностью на него. - Спасибо тебе… Филечка, - Алла положила ладонь в ладонь, молча опустив голову. Желая разбавить нахлынувшие чувства глубокой благодарности и такой болезненной ностальгии, она молча встала и подошла к окну: - Высоко забрался. Еще окна панорамные. Не страшно тебе? - Номер ведь не я бронировал, Аллусь. А директор, - улыбнувшись ответил Фил, - Какой дали, в таком и живу. Но жаловаться грех! - Филипп расплылся в широкой улыбке, по-хозяйски раскинув руки, будто хвастаясь своими владениями. Алла обернулась на него. Подойдя, нежно посмотрела ему в глаза. В ее взгляде читалась такая тоска, такая боль, что эти знакомые ощущения мгновенно убрали улыбку с его лица. Ему захотелось обнять ее… Но в чем причина? Она же была счастлива с Максом! Или же нет?.. Киркоров молча смотрел на нее. Иногда слегка улыбался, иногда просто ожидал какой-то ее реакции. В голове сидело слишком много вопросов и он никак не мог определиться, какой же первый задать.