Глава 5.
16 января 2023 г., 05:43
— Что, теперь так и будет? — спросил Намджун, и Сокджин оторвался от губ Чонгука, чтобы посмотреть на него.
Намджун неловко вжался в угол дивана, слишком пристально глядя в телевизор. Сокджин и Чонгук сидели в другом углу, а Сокджин какое-то время находился почти на коленях у Чонгука.
Честно говоря, он как бы забыл, что Намджун был там.
— Извини, — пробормотал Сокджин, но зубы Чонгука царапнули его шею, так что его голос прозвучал немного более хрипло, чем он хотел.
Нос Намджуна сморщился.
Это был вечер кино. Это была традиция. Но в последнее время Чонгук часто приходил, почти каждый день, так что вполне естественно, что он остался и на вечер кино.
— Мне придется переехать, не так ли? — сказал Намджун, и это был скорее не вопрос, а констатация факта. Он не адресовал его никому конкретно, все еще глядя на экран.
— Эм, — сказал Сокджин, и его голос снова перешел в стон. Руки Чонгука настойчиво рылись в его волосах, пытаясь привлечь внимание Сокджина к себе. — Чонгук, — протянул Сокджин, но Намджун уже встал.
— Все в порядке, — сказал он, отмахиваясь от них. - Я просто пойду в свою комнату. Поищу онлайн квартиру в аренду или что-то в этом роде, - он колебался, кусая губу, и его глаза блестели. — Веселитесь вы двое, - он пристально смотрел, уточняя, — но не слишком.
— Намджун! - Сокджин ахнул от ужаса, но Намджун только рассмеялся над выражением его лица, и Сокджин решил, что заслужил это. Они с Чонгуком целовались уже около получаса. Не говоря уже о том, что Намджун и Юнги вмешивались как неохотные, хотя и совершенно ненужные, сопровождающие, они считали своим долгом убедиться, что он и Чонгук не сделали ничего противозаконного.
Сокджину нравилось думать, что у него лучше с самообладанием.
— Это было грубо с нашей стороны, — сказал Сокджин, как только дверь комнаты Намджуна закрылась. - Ты бессовестный.
Чонгук ухмыльнулся ему в шею: — Я подросток, — возразил он. - Я все время возбужден. Я просто хочу тебя.
Нуу....
— Все равно, — проворчал Сокджин.
Чонгук подвинулся, полностью переместил Сокджина к себе на колени, так что ноги Сокджина оказались на его собственных. Сокджина все еще немного удивляло, как легко Чонгук это делал. Он чувствовал зарождающуюся силу альфы Чонгука даже сейчас, даже перед его презентацией, и от этого у него слегка подкашивалсь колени. Конечно, Чонгук в целом сделал его немного слабым. Для этого ему не нужно было иметь сабгендер.
Эта вещь между ними была еще такой новой. На самом деле они встречались всего месяц. Сокджин не решался назвать это отношениями, хотя и думал, что это могут быть именно они. Он никогда раньше не был ни в одних. Но он знал, что хочет Чонгука больше, чем кого-либо другого. Достаточно того, что больше никого не было на его радарах, хотя на самом деле никого и не было с самого начала.
Это было странно. И это было ново.
И он как бы понимал, откуда взялся Чонгук, о его постоянном желании. Сокджин тоже это чувствовал. На самом деле было намного сложнее, чем должно было, сопротивляться Чонгуку настолько, чтобы не дать им пойти до конца. И Чонгук знал это. Он постоянно проверял Сокджина. Было утомительно не отставать от него и достаточно сопротивляться ему.
И самое странное, что у Сокджина были моменты, когда он хотел ответить Чонгуку как омега. Этого не должно было быть. Чонгук не презентовался. У омеги не было никакой причины просыпаться, когда он был рядом.
И все же это необычное пробуждение омеги продолжалось, повторялось, и Сокджин не мог это объяснить. Это сводило с ума.
Все моменты его слабости случались, когда омега внезапно оживал, требуя, чтобы Сокджин подставил шею, или упал на колени, или бездумно подчинился Чонгуку. Только за последний месяц уже трижды они были ближе к сексу, чем Сокджину хотелось бы, потому что омега в нем так этого хотел.
Это не имело смысла.
В первый раз, когда это случилось, Сокджин и Чонгук были одинаково сбиты с толку. К счастью, они были в квартире Сокджина, а не где-то на публике, когда Сокджин внезапно и беспричинно упал на колени у ног Чонгука, запрокинул голову, обнажив шею и глядя на Чонгука затуманенными глазами.
Сокджин вспомнил, что мог чувствовать собственное сердцебиение. Чонгук обеспокоенно присел перед ним, бормоча что-то, что Сокджин не мог уловить. Ему казалось, что он слышит все как-бы из-под воды.
В конце концов Сокджин очнулся, и Чонгук неуверенно поднял его на ноги, его глаза были большими и встревоженными.
— Хён, ты в порядке? - он спросил. - Что это было?
Сокджин закусил губу. Он не хотел отвечать на этот вопрос. Ответ был нелогичен. Но он также не хотел ничего скрывать от Чонгука.
— Это был инстинкт, — наконец ответил Сокджин. - Инстинкт омеги.
Чонгук моргнул: - Что? Но почему?
Сокджин пожал плечами: - Я не знаю. Обычно это не происходит вне моих течек. Такого еще никогда не было.
Чонгук замолчал, хотя весь оставшийся день внимательно и задумчиво наблюдал за Сокджином.
После того первого раза это продолжилось.
Каждый раз, когда это случалось, выражение лица Чонгука оставалось относительно непроницаемым, хотя Сокджин, возможно, чувствуя себя особенно восприимчивым к его настроению и выражению его лица, думал, что уловил малейший намек на гордость на его лице. Обычно это свело бы Сокджина с ума. Но из-за того, что его тело и его биология уже так странно вели себя рядом с Чонгуком, он обнаружил, что не слишком возражает.
Было слишком легко чувствовать себя потерянным, когда Чонгук целовал его шею. Это было так, так легко позволить его ресницам затрепетать, когда Чонгук ткнулся носом ему за ухо, что было слишком по-альфьи для того, кто еще не презентовался.
— И все же, Чонгук-и, — проворчал Сокджин, ерзая у него на коленях и оглядываясь через плечо на дверь комнаты Намджуна. - Нам нужно быть внимательнее.
- Нам? — спросил Чонгук, наклоняясь и прикусывая нижнюю губу Сокджина. — Хён, поцелуй меня.
Сокджин поцеловал его.
Чонгук отлично целовался, и Сокджин не знал, откуда у него это умение. Должно быть, он тренировался, у него были парни или девушки пока он рос. Но Сокджин не мог вспомнить никого подобного, и при мысли об этом его желудок скрутило так, что он не хотел анализировать.
Но плоды его подростковой практики были очевидны для Сокджина. Поцелуи Чонгука начинались медленно. Ему нравилось просто проводить губами по губам Сокджина — «хён, у тебя самые лучшие губы, это действительно оху…» «Чонгук!» — перед тем, как углубить поцелуй, он всегда использовал свой язык и всегда, и, возможно, что более важно, точно знал, что делать своими руками.
Ему нравилось запускать их в волосы Сокджина. Ему нравилось проводить одной теплой ладонью по челюсти Сокджина, а другой обхватывать его затылок. У него были красивые руки. У него были красивые, блуждающие руки.
— Чонгук, — простонал Сокджин ему в губы, наклоняясь, чтобы остановить руки Чонгука.
— Давай, хён, — выдохнул Чонгук ему в рот. — Ты тоже хочешь меня, не так ли?
Руки Чонгука переместились к нижней части его спины, притягивая его еще ближе.
— Нам нужно успокоиться, — сказал Сокджин, немного всхлипнув, когда руки Чонгука скользнули вверх по его спине. Он качнулся обратно, нежно целуя Чонгука.
- Почему? — спросил Чонгук, отстраняясь от Сокджина, чтобы изучить его лицо. — Хён, меньше чем через три месяца мне исполнится восемнадцать.
— Вот именно, — сказал Сокджин. - Это не очень долго. Ты уже так долго ждал, так что можешь подождать еще немного. Пожалуйста, Гуки. Я не хочу причинять тебе боль.
Чонгук недоверчиво моргнул: — Хён, ты не можешь причинить мне боль.
Сокджин вздохнул: - Возможно, не физически, — признал он. — Но если бы у нас был секс до твоего восемнадцатилетия, тебе было бы больно. Я бы сделал тебе больно. Пожалуйста, перестань просить меня об этом, Чонгуки, пожалуйста.
Чонгук уронил голову на грудь Сокджина, глубоко дыша. Его руки все еще уверенно гладили спину Сокджина вверх и вниз. — Хорошо, — наконец сказал он, подняв глаза и улыбнувшись Сокджину. - Я знаю. Я знаю это, хён. Извини, что давил на тебя, просто...
Он замолчал, закусив губу.
Сокджин снова наклонился и соприкоснулся носом с его: — Что именно?
— В следующем месяце у тебя будет течка, — тихо сказал Чонгук, переводя взгляд с лица Сокджина на разные точки в комнате и обратно. Взгляд метался. Он нервничал. — И я хотел быть тем, кто поможет тебе.
Глаза Сокджина расширились. — Оу, — сказал он.
Чонгук поднял руку, проводя одним пальцем по пухлым губам Сокджина: — Да, оу, — пробормотал он. - Мысль о том, что кто-то другой помогает тебе, кто-то, кто не я, помогает тебе… Я не знаю, хён. Это сводит меня с ума.
Конечно. Сокджин должен был знать, он должен был предвидеть, что это станет проблемой. Как он мог забыть, что у него будет течка перед днем рождения Чонгука? Однако теперь, когда он подумал об этом, Сокджин как бы согласился с ним. Мысль о том, что кто-то еще поможет, а кто-то должен будет помочь, он никак не мог пережить течку в одиночку, почти заставила Сокджина почувствовать тошноту.
— Оу, — тихо повторил Сокджин. — Чонгук, прости. Я не подумал.
Чонгук наклонил голову. — Ну, что мы будем с этим делать?
Сокджин потянулся, начиная приподниматься с коленей Чонгука. Руки Чонгука метнулись к его талии, удерживая его на месте. Сокджин слегка ухмыльнулся и снова сел.
- Мы разберемся, — пообещал он. - Хорошо? Мы с этим разберемся.
Чонгук выглядел скептически и неудовлетворенно, поэтому Сокджин наклонил голову вперед и снова поцеловал его.
— Все будет хорошо, — прошептал он, и наконец Чонгук ответил на поцелуй.
Сокджин не был уверен, что говорит правду.
***
— Итак, — сказал Юнги, приподняв бровь, после того как Сокджин, наконец, набрался смелости, чтобы сказать ему, что они с Чонгуком решили изучить возможности отношений. — Ты и Чонгук, да? - Его взгляд скользнул к Намджуну, который все еще выглядел немного измотанным застав их за завтраком утром после того, как Чонгук взобрался по стене и… ну... — Да, я и Чонгук, — раздраженно сказал Сокджин. — И ты можешь использовать свой осуждающий тон и бровь в другом месте, Мин Юнги, потому что я все еще здесь хён, даже если ты альфа, так что ты можешь просто… — Я рад за тебя, — сухо прервал Юнги, но слегка приподнятый уголок его губ сказал Сокджину, что он был честен. — Оу, — сказал Сокджин, щурясь на него. – Рад? Юнги кивнул, одним быстрым движением подбородка вверх и вниз. — Конечно, — сказал он, улыбаясь чуть более искренне. — Он был влюблен в тебя всегда, хён. Это пытка — смотреть, как он ходит с этим жалким щенячьим выражением лица. — Я не из жалости встречаюсь с ним, — быстро сказал Сокджин. - Это не так. — Я знаю, — сказал Юнги еще мягче. — Хён, всё в порядке. Я рад за тебя. Непонятным образом Сокджин почувствовал, что краснеет: — Спасибо, Юнги. — Конечно, — легко сказал Юнги. — Только не рань Намджуна, - он сделал паузу, чтобы игриво постучать Намджуна по плечу. Младший улыбнулся. — И не делай ничего противозаконного. Чонгук — ребенок. Сокджин поморщился: - Можем ли мы больше не называть его ребенком? Сейчас это звучит странно, - он вздрогнул. - Я знаю, что ему семнадцать, и я уже сказал ему, что мы ничего не можем сделать до его дня рождения. Намджун скривился: — Слишком много информации, хён. — Только будь осторожен, — серьезно сказал Юнги. — Чонгук, он… - Юнги закусил губу. Он часто делал это в последнее время, когда они говорили о Чонгуке. - Хрупкий? — спросил Сокджин, кивая. Это заставило Юнги рассмеяться: — Нет, — сказал он, задыхаясь. - Не хрупкий. Чонгук ... запал, хён. Достаточно одной искры, и внезапно у тебя в руках оказывается что-то потенциально опасное, - он сделал движение руками, будто что-то взрывая. Сокджин моргнул. - Что это хотя бы значит? Но Юнги отказался сказать об этом еще хотя бы слово. — Итак, — нерешительно сказал Намджун, на следующий вечер после того, как обнаружил Сокджина и Чонгука за завтраком. — Ты действительно в порядке? - Что? — спросил Сокджин, глядя на него поверх края кружки. - Да, я в порядке. Намджун недоверчиво поднял бровь. – Ты уверен? Потому что мы давно дружим, хён, и обычно, когда ты говоришь, что всё в порядке, ты не в порядке. Сокджин вздохнул. - Хорошо, да, ты прав. Не хорошо, - Он посмотрел на Намджуна широко раскрытыми глазами полными слез. — Чонгук любит меня. Намджун улыбнулся той глупой улыбкой с ямочками, которую так любил Сокджин: – Да, любит. — Нет, — сказал Сокджин, качая головой. - Ты не понимаешь. Чонгук любит меня. Он просто любит меня. Не потому что я омега. Даже не потому, что он, вероятно, собирается презентоваться альфой. Ему все равно, как я пахну, потому что он меня еще не чует. Он просто любит меня. У Намджуна ямочки стали глубже. — Тебе повезло, хён, — тихо сказал он. — Ты знаешь, как редко можно найти кого-то, кто любит так, как любит Чонгук? — Я, — сказал Сокджин, сглотнув. - Да. — Тогда почему ты не выглядишь счастливым? — Я могу рассказать тебе все, верно, Намджуни? Намджун поджал губы: – Конечно, хён. И Сокджин рассказал ему. Он рассказал ему все, что сказал Чонгук. Все, что было сказано о Сокджине, намеренно наказывающем себя. Намеренно выбирающем плохих альф. Как он чувствовал себя виноватым за то, что позволил Чонгуку поцеловать себя. Как он чувствовал себя виноватым за то, что ему это понравилось... Намджун бросился вперед и обнял его на полуслове. — Хён, — сказал он. - Все нормально. Все нормально. Намджун уткнулся лицом в шею Сокджина, предлагая, насколько мог, утешение. Сокджин был благодарен за то, что они оба были омегами, за то, что успокаивающие феромоны Намджуна омывали его, за то, что Намджун мог разделить его боль и предложить мир взамен. Это была особая связь, которую разделяли омеги, способность чувствовать то, что чувствовал другой. Сокджин ценил это сейчас больше, чем когда-либо. — Я здесь, — сказал Намджун. Самое замечательное, подумал Сокджин, в том, что он разделил омега-связь со своим лучшим другом, и в том, что больше ничего не нужно было говорить.***
Несмотря на то, что Сокджин пообещал Чонгуку, что они во всем разберутся, он избегал даже серьезных мыслей о своей течке до начала июля, когда у него началась предтечка. Было раннее утро, еще не рассвет, и он только что проснулся от ощущения губ Чонгука, прижимающихся к ямке на его горле. Он сонно застонал, передвигаясь с места на место, и Чонгук скользнул одной ногой между его бедер, сильнее прижимаясь к нему. — Гуки, — пробормотал он сонным невнятным голосом. - Рано. Чонгуку, похоже, было все равно. Он медленно, мягко поцеловал Сокджина в шею. Его руки двигались так же медленно, одна двигалась вверх под рубашкой Сокджина, дразня его живот, другая двигалась вниз, медленно пробираясь под эластичный пояс его штанов, пальцы едва касались бедер Сокджина. - Все нормально? — пробормотал Чонгук ему в кожу, и Сокджин был сонным, теплым и уже немного возбужденным, поэтому он кивнул, ворча, пытаясь прижаться к Чонгуку чуть ближе, но также и достаточно далеко, чтобы руки Чонгука имели больше свободы движения. Они решили, что ласки руками — это нормально. Про себя Сокджин не был так уверен. Иногда он думал, что даже с такими ласками они зашли слишком далеко. Чонгук хотел секса. Сокджин вряд ли мог винить его. Так что они нашли способы обойтись, и Чонгуку нравилось доводить его до оргазма, как бы ему не приходилось это делать. Так что Сокджин застонал, когда рука Чонгука опустилась еще ниже, его длинные пальцы наконец обвились вокруг твердого члена Сокджина. Он уже был влажным и скользким, и Сокджин не был уверен, когда Чонгук успел смазать пальцы лубрикантом. — Чонгук-ки, — выдохнул он, уже задыхаясь, когда сильное бедро Чонгука двинулось назад между его ног, так что такая простая вещь, как дрочка, стала чем-то большим. Это было все тело Чонгука, его губы, его руки, его ноги, столько тонко контролируемых мышц, все они работали вместе, чтобы Сокджин чувствовал себя хорошо. — Давай, хён, — сказал он, вылизывая шею Сокджина. – Расслабься. Сокджин не совсем понял, что это значит. В этот момент он чувствовал себя довольно расслабленным. Но он закрыл глаза, глубоко вдохнул через нос, а когда снова выдохнул, он позволил вытечь и всему остальному, всему своему напряжению, всем своим проблемам, всем своим сомнениям. — Вот и все, — выдохнул Чонгук, поднося руку, которой он не касался члена Сокджина, на его затылок, наклоняя лицо для поцелуя. Сокджин держал глаза закрытыми, просто позволяя себе чувствовать, как все это происходит. И Чонгук был прав. Это было хорошо. На самом деле так хорошо, что он уже чувствовал, как сжимается его желудок. Он задыхался в рот Чонгука, двигая бедрами, хаотично двигая ногами. — Чонгук, — простонал он, дергая губу Чонгука зубами. — Вот так, хён, давай. Это было так хорошо. Было так мокро. Скольжение было невероятным. Ему казалось, что он может просто уплыть. Глаза Сокджина распахнулись. Было мокро. Он был мокрым. Он чувствовал это теперь, когда обратил внимание. Он был мокрым, и не от лубриканта. Он был скользким. Его смазка покрывала его бедра. Руки Чонгука, должно быть, собрали что-то из этого. Это была чистая удача, что он не заметил. — Боже мой, — выдохнул Сокджин, прижимаясь к Чонгуку. Но Чонгук принял его слова за ободрение и ускорил свои действия, а Сокджин был уже так близко, что немного свернулся клубочком, кончил с содроганием, тяжело дыша Чонгуку в шею. Он заставил себя замереть, несмотря на толчки, несмотря на соблазнительные слова Чонгука и соблазнительные губы. — Не двигайся, — тихо сказал Сокджин, и Чонгук замер. - В чем дело? — в панике спросил Чонгук, и Сокджин прекрасно представил, насколько широко раскрыты его глаза в этот момент. Сокджин тяжело сглотнул. — Я… — он сделал паузу. Кто-нибудь рассказывал своему еще не презентовавшемуся парню о чуде биологии омеги? — Моя предварительная течка только началась, — наконец решился Сокджин, и его глаза тут же встретились с Чонгуком, когда младший отстранился от него. - Что? - он спросил. – Ты уверен. — Почти уверен, — мягко ответил Сокджин. - Я, ух. Я потек. Губы Чонгука сложились в идеальное О. Он снова придвинулся ближе к Сокджину, его руки вернулись к поясу. — Хён, — сказал он тихо, нерешительно. - Могу я... ? Сокджин моргнул. Что? — Могу ли я чувствовать? — спросил Чонгук чуть смелее. — Нет, — тут же сказал Сокджин, а затем — Не двигайся. Он перелез через Чонгука, едва не ударив его локтем по лицу, и схватив новую пару спортивных штанов, помчался в ванную. Он слышал, как Чонгук следует за ним, поэтому закрыл дверь и прислонился к ней, глубоко дыша. — Черт, — пробормотал он, стягивая мокрые спортивные штаны. — Хён, — сказал Чонгук через дверь. - Могу ли я войти? — Пока нет, — сказал Сокджин. - Дай мне минуту. Он вытерся, прежде чем натянуть новую пару спортивных штанов. Он надеялся, что теперь, когда они с Чонгуком больше не будут развлекаться, он перестанет выделять смазку. — Прости, Чонгук, — сказал Сокджин. — Ничего личного, клянусь. Просто если бы ты прикоснулся ко мне, я бы слишком сильно тебя захотел. Предтечки могут быть такими же плохими, как и течки, если мы не будем осторожны. — Не понимаю, что в этом плохого, — пробормотал Чонгук. Сокджин закатил глаза, поправил штаны и тяжело опустился на сиденье унитаза. — Хорошо, можешь войти. Дверь мгновенно открылась. Сокджин едва успел поднять глаза, как перед ним присел Чонгук. — У тебя предварительная течка, — серьезно сказал Чонгук. Сокджин сжал губы и кивнул. - Что мы будем делать? — спросил Чонгук. - Сколько осталось до настоящей течки? Сокджин покачал головой. - Наверное, несколько дней. Может быть, меньше, я не уверен. Чонгук встал, прошелся по маленькой ванной, прежде чем снова опуститься на колени перед Сокджином. - Ну, как долго обычно длится твоя предтечка? — Несколько дней, — сказал Сокджин. — Но Чонгук, сейчас другие обстоятельства. Это первый раз, когда с нашими отношениями совпала течка и… — он остановился, закусив губу. - Мое тело отзывается на тебя. Быстро. Быстрее, чем обычно. Сокджин подвел итоги. Ему стало немного жарко. Пока не о чем тревожиться. Но он также чувствовал, что все еще скользкий, а этого не должно было случиться. Его тело реагировало на простое присутствие Чонгука, что само по себе было странно. Его тело не должно реагировать как омега на кого-то, кто не презентовался. — Не знаю, — повторил Сокджин. - Все кажется слишком быстрым. Чонгук положил руки на ноги Сокджина. — Хён, пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Пожалуйста. Сокджин покачал головой: - Ты не можешь мне помочь. Это невозможно. Я должен найти… Кого-то еще. Но Сокджин не мог даже произнести этого вслух. Его горло сжалось прежде, чем слова смогли вырваться. — Может, мне стоит попробовать пережить эту течку одному, — прошептал Сокджин, и Чонгук снова встал, сердито расхаживая по комнате. — Не вариант, — сказал он. — Хён, ты очень ясно сказал об этом. Плохо пытаться делать это в одиночку, - Чонгук скрестил руки, напрягая мышцы. Сокджин неловко поерзал. Он все еще был таким, таким скользким. - А что, если у нас не будет секса? — спросил Чонгук. - Разве я не могу помочь тебе, не занимаясь сексом? Сокджин покачал головой. — Там игрушки, — сказал он тихо. - Дилдо. На некоторых из них есть узлы. Мы могли бы использовать их. Но Чонгук, это не сработает. Я уже говорил тебе, я буду хотеть тебя слишком сильно. Я не буду собой во время течки. Я буду почти без ума. Это так больно, единственное, что может помочь, это альфа. Если бы ты попытался помочь мне, хотя бы игрушками… Я бы умолял тебя, Чонгук. Я бы сделал все, чтобы заставить тебя трахнуть меня. Что угодно, - говоря это, он чувствовал себя почти вульгарно. — Думаешь, ты сможешь сопротивляться мне? — Хён, — мягко сказал Чонгук, снова приседая. Он положил руки на колени Сокджина и посмотрел на него. — Я бы никогда не причинил тебе вреда. Я бы не воспользовался тобой. Сокджин уставился на него. Как ему так повезло? — Я знаю, что ты имеешь в виду, — сказал Сокджин, обхватив лицо Чонгука ладонями. — Я знаю. Но ты не понимаешь. Я буду умолять тебя, Чонгук. Можешь ли ты удержаться от того, чтобы дать мне то, что я хочу, когда я плачу об этом? Кричу об этом? Без альфы, чтобы смягчить течку, меня будет тошнить, Чонгук. Можешь ли ты сопротивляться тому, чтобы дать мне то, в чем я нуждаюсь, когда меня тошнит, когда лихорадка съедает меня заживо, когда ты так легко можешь это исправить? Чонгук поморщился, качая головой: - Нет. Я сделаю все, чтобы помочь тебе, - он посмотрел вверх, широко распахнув глаза. — Но Юнги-хён! Он помог тебе, в твой первый раз! Ему было всего семнадцать! Мне сейчас семнадцать. Какая разница? — Юнги презентовался, — сказал Сокджин. - Есть два способа легально достичь совершеннолетия. Тебе исполняется восемнадцать, или ты презентуешься. Вот и все. Чаще всего эти события совпадают, но иногда по разным причинам нет. — Но он собирался помочь тебе еще до этого, — настойчиво сказал Чонгук. — Вы не знали, что он презентуется раньше. — Мы собирались использовать игрушки, — сказал Сокджин, закрывая глаза. — Я не хотел Юнги так, как хочу тебя. Мы были бы в порядке. Чонгук снова встал. Сокджин открыл глаза и уставился на него. — Итак, — сказал Чонгук. — Ты хочешь сказать, что мне должно быть либо восемнадцать, либо я должен быть альфой, верно? Сокджин вздохнул. - Да. Именно это я и говорю. Что примечательно, Чонгук улыбнулся. Сокджин в замешательстве склонил голову. — Хорошо, — сказал Чонгук, его улыбка растянулась. - Я могу это сделать. Я могу стать альфой. - Что? — спросил Сокджин. - Нет, ты не можешь. — Да, — нетерпеливо сказал Чонгук, уже выходя из ванной. - Да, я могу. Хён, я могу стать альфой. Просто подожди меня, хорошо? Подожди меня. Сокджин чувствовал себя почти в оцепенении, когда встал и последовал за Чонгуком из ванной. - О чем ты говоришь? – спросил он. Чонгук одевался, почти жужжа от возбуждения. - Я могу презентоваться! — сказал Чонгук, его голос был приглушен из-за того, что натягивал рубашку на голову. Сокджин все еще не понимал. Чонгук подошел к нему, схватил за руки и быстро наклонился, чтобы поцеловать. — Я могу презентоваться, хён, хорошо? Просто подожди немного. Не входи в течку без меня. Сокджин наблюдал, как он порхает по квартире, в спешке натягивая туфли. — Чонгук, — сказал он, наконец сообразив. Он почувствовал слабость. Он не мог дышать. - Не делай этого. Чонгук, это опасно. — Я сделаю это, — твердо сказал Чонгук, открывая входную дверь. - Не входи в течку без меня. — Чонгук, нет! — позвал его Сокджин. - Не делай этого! Это опасно! Ты можешь умереть! Но Чонгук уже исчез из вида, сбежав вниз по лестнице.***
Чонгук стучал в дверь Юнги, тяжело дыша. Было еще очень раннее утро. Солнце только-только начинало выглядывать из-за горизонта, заливая все прозрачным розовым сиянием. Юнги, злобно хмурый, открыл дверь, одетый только в пижамные штаны. — Чонгук, — прорычал он. — Для этого должна быть действительно веская причина. — Хён, — быстро сказал Чонгук. - Мне нужна твоя помощь. Хмурый взгляд Юнги исчез. Возможно, он видел, насколько серьезным был Чонгук. Возможно, он услышал это в его голосе. Он оперся на дверной косяк, скрестив руки на груди. Чонгук глубоко вздохнул. - Я ускоряю свою презентацию.
