Канарейка

— В чём заключается моё посещение твоего клуба, Кан? — альфа сидит в чёрном кожаном кресле, прямо напротив хозяина места — чего ты опять хочешь? — Мне нужна твоя помощь. — Ого — мужчина тушит сигарету о пепельницу и холодно смотрит на Донёна — с чего это вдруг? Ты же весь такой независимый. — Хочу контролировать всю преступность, но для этого мне нужно иметь связи с тем, кто тоже претендует на имя её главы. — Хоть одна правильная мысль от тебя сегодня — Кана немного подбешивают слова его товарища, но он понимает, что всего одно лишнее слово, и его могут молниеносно застрелить — что от меня требуется? — Договорённость со всеми поставщиками, чтобы они стали общими. Как и для Воронов, так и для Золотых Львов. И также будем договариваться насчёт поставок. Это всё — мужчина облокотился на спинку кресла, задумавшись. Хотя, он почти ничего и не теряет. - Хорошо…но у меня условие. — Какое? — альфа медленно поворачивается к сцене и жадно смотрит на танцора. — Ты отдашь мне его — главарь указывает на нужного, а Кан резко вбирает в лёгкие воздух. — Выбери другого. Кого угодно! — Ты же хочешь больше власти? Тогда выполни то, что я прошу — Донён опускает голову и снимает очки. На кону слишком много…но одного парня не жалко. — Согласен. — Отлично — альфа с широкой улыбкой наливает немного виски в свой бокал и подносит его к губам — выпью за твои потери. — На здоровье — мужчина уходит от товарища, сильно пнув соседний стол. Бета очень недоволен условием их сделки. Только власть его волнует больше.

***

— Ну и на этом всё. Осталось только купить продукты — Со спокойно выходит из дома, в магазин, и параллельно разговаривает с донсэном — а ты как? — Не могу насмотреться на этого щеночка — омега тихо смеётся. Сынмин так и не успокоился после подарка. — Не сойди с ума, хорошо? — Хён! — Да ладно тебе, пошутить уже нельзя. Созвонимся позже? — Да, а то мне скоро выходить. По аккуратней там. — Как скажешь — Бин завершает вызов и с улыбкой направляется на закупку. В его голове всё крутятся мысли о том альфе. Он тоже положил записку тогда. «Мы совсем скоро встретимся, бусинка». Со удивляло это прозвище. Они даже не виделись, совсем не знакомы, а тот уже с такого начал. Может это какой-то прикол, или шутка? Да нет, коллеги омеги уже давно не дети. — Эй, Бинни! — поток мыслей прерывает знакомый голос. Танцор оборачивается на дорогу и видит главу Воронов, который выглядывает из окна своей машины — запрыгивай! — открывается задняя дверь, а Со подозрительно прищуривается, но подходит ближе и садится на мягкое сидение. Его тут же сносит ароматом сандала. Этого быть не может, его босс — бета. — Здравствуй, бусинка ~ — от такого низкого голоса у Со трясутся коленки. Рядом с ним сидит…альфа. Одет с иголочки, парфюм прекрасно подходит натуральном запаху феромонов, идеальная причёска, и такой хищный взгляд — я же говорил, что мы совсем скоро встретимся. — Ч…что? — напуганый омега жмётся ближе к двери. Он не ожидал встретить его так быстро — Г…Господин Кан, что происходит? — Прости, Бинни. Но теперь ты работаешь на нашего друга — Господина Бана Кристофера Чана — Со поворачивается к широко улыбающемуся альфе — сейчас мы отвозим вас в его дом. — Как? Я…я же… — Не волнуйся, бусинка. Всё твои вещи мы перевезём завтра — мужчина нежно прикасается к маленькой ладошке танцора, а тот невольно дёргается. — Я так понимаю, меня никто не спрашивал, да? — Да — в один голос отвечают мужчины. — Главное — не бойся, хорошо? — может сначала Бин и видел в глазах Бана какую-то хищность, но сейчас…сплошь ласка. Аромат в машине становится более мягким и приятно щекочет ноздри. Теперь Со понимает — альфа волновался, но упорно скрывал это. — У вас руки…ледяные — оба смотрят на ладонь Чана — но ведь на улице очень тепло — похоже, омега немного успокоился и решил разрядить обстановку. А у главаря ёкает сердце. Почему-то от танцора это звучит немного смущающе. — Прости — он только хочет отстраниться, но Чанбин наоборот берёт руку главаря и начинает греть своими. — Может так станет теплее? — альфе начинает казаться, что перед ним совсем маленький, но такой заботливый малыш. Впервые он по-настоящему чувствует смущение. — А мы на месте. — Выйди — Бан строго смотрит на Кана через зеркало, а тот пугливо открывает дверь и выполняет «приказ». Как только мужчины остаются наедине, главарь не отрывает взгляда от омеги, а тот и отвернуться боится. — В…всё хорошо? — Да. Всё отлично, пирожок. — Теперь я ещё и пирожок — они смеются, а Со начинает заметно и ярко краснеть. — А почему нет? Твои щёчки очень похожи на булочки. — Спасибо — широкая улыбка появляется на устах танцора, а альфа хочет всю ночь смотреть на этого милашку. Такой маленький и хрупкий, по сравнению с ним. — Я правда не хотел пугать тебя — Бан стыдливо отворачивается, а Бин сдвигает брови, не понимая — только…у меня всё внутри переворачивалось, когда я видел, как другие мужчины смотрели на тебя. Кости хотелось им переломать. — Вы так спокойно говорите об этом — омега начинает выводить пальцем круги на сухой коже чужой руки — наверно, вам часто делали больно, или отнимали личные вещи — глаза альфы в миг увеличиваются от шока. Танцор с каждым словом удивляет всё больше и больше. Словно видит главаря насквозь. — Ты довольно внимательный. — Так это правда? — Да, чистая правда, бусинка. — Это очень тяжело. Может физические раны и заживают…но мне кажется, что если бьют вот сюда — он указывает пальцем на свою грудь — то боль может уходить целые десятки лет. Вы так не думаете? — ладонь Чана постепенно пропитывается чужим теплом, а сердце словно отмирает и начинает громко биться внутри. — Значит…кто-то и тебя ранил? — казалось бы, мужчины знакомы всего пару минут, а уже говорят по душам, словно замужняя пара. Омега даже не меняется в лице. Для него это настолько привычно, что не вызывает больше ярких эмоций. — Как бы это глупо не звучало, но да. Правда я и не жалею об этом. Ведь, если бы не те люди — я бы так и не научился хоть немножко отличать ложь от правды. — Бинни… — главарь несильно сжимает маленькую ладошку танцора. Да так, что чужих пальцев почти не видно. — Главное — я с этим справился, и иду дальше — на лице омеги снова появляется широкая улыбка, а Кристофер садится чуть ближе к нему и нежно обнимает рукой за талию. — Может ты мне и не поверишь…но я никогда не позволю никому причинять тебе боль — Со чувствует аромат сандала, который всё ещё щекочет ноздри, и медленно выдыхает. На душе становится очень спокойно. Вот чего омеге хотелось уже несколько месяцев. Тишины. Бан прекрасно знал, что у него довольно низкая температура тела…но, похоже появился тот, кто подарит ему долгожданное и желанное тепло.