Дело №9: Влюбленный убийца. Глава 16. Чип
27 ноября 2025 г., 21:47
— Как фамильный герб древней европейской семьи мог оказаться в глухой деревне, да ещё столько лет назад? — спросил Ло Тянь.
— И это ещё не всё, — поддержал его Ма Хань. — Почему эта цепочка с крестом была у Чжан Мяомяо? И почему именно на неё напали?
— Но самое загадочное — это одно лицо у Чжан Ин и Чжан Мяомяо, — Бай Юйтан покачал головой.
Эти слова словно щёлкнули выключателем в голове Чжань Чжао.
— Точно! — он резко достал телефон, лихорадочно пролистал список входящих и нашёл тот самый номер, с которого ему звонила Чжан Ин.
— Разве Цзян Пин не проверил ее номер? — напомнил Бай Юйтан. — Он сказал, что ее телефон невозможно отследить.
— Возможно, но попробовать стоит, — не отрываясь от экрана, сказал Чжань Чжао и нажал на вызов.
После короткой паузы в трубке послышались гудки — ровные. И это не был сигнал «абонент недоступен». Сердце Чжань Чжао заколотилось чаще. Он перевёл разговор на громкую связь. Воцарилась мёртвая тишина, в которой каждый гудок отдавался как удар молотка.
На третьем гудке связь установилась, и знакомый женский голос спокойно произнёс:
— Доктор Чжань?
Чжань Чжао на миг остолбенел, а в ответ услышал лёгкий смешок.
— Что такое? Вам нужна моя помощь?
— Э-э… — Чжань Чжао не успел собраться с мыслями, как в разговор вступил Бай Юйтан. — Вы знаете Чжан Мяомяо?
На том конце провода наступила краткая пауза.
— А вы быстро работаете. Настоящие профессионалы.
— Так вы её знаете? — перехватил инициативу Чжань Чжао.
— Вы были в деревне? — ответила вопросом на вопрос Чжан Ин.
— Только что оттуда, — подтвердил Чжань Чжао. — И видели обе могилы.
В трубке послышался тихий, едва уловимый вздох.
— Как… мама?
Услышав это, Чжань Чжао опешил, уставившись на Бай Юйтана. «Мама? Чжан Ин только что назвала старушку мамой?»
Чжан Ин помолчала, а затем тихо, почти умоляюще, добавила:
— Пожалуйста, позаботьтесь о ней… ради меня и А-Тяня.
— Вы… — Чжань Чжао почувствовал, как у него холодеет спина. — Вы и есть Чжан Мяомяо?
На том конце провода вновь рассмеялись.
— А что? Вы же видели фотографии. До сих пор сомневаетесь?
— Вы не похожи на человека, которому за пятьдесят, — твёрдо заявил Бай Юйтан.
— Что ж, значит, я просто хорошо сохранилась? — парировала Чжан Ин.
— Почему вы не стареете? — вклинился Чжань Чжао, чувствуя, как терпение лопается. — Сюй Тянь действительно мёртв? Кто напал на вас той ночью?
Выслушав поток вопросов, Чжан Ин ответила с холодной отстранённостью:
— Если хотите знать правду, вспомните тот список, что я вам дала. Помогите мне осуществить месть… и тогда, возможно, я вам всё расскажу.
Раздались короткие гудки. Чжань Чжао тут же перезвонил, но номер снова был «вне зоны доступа».
В салоне машины повисло ошеломлённое молчание. Ло Тянь, не отрываясь, смотрел на дорогу, а Чжань Чжао и Бай Юйтан уставились в окно, в голове у них роились одни и те же вопросы. Всё это было слишком странно.
К тому времени, как они вернулись в S.C.I, уже стемнело. Команда, как и ожидалось, была в сборе, и стол был заставлен едой на вынос. Проголодавшиеся следователи набросились на ужин.
— Цзян Пин, — с набитым ртом обратился Чжань Чжао к хакеру. — Что там в чипе?
Цзян Пин щёлкнул мышкой и спросил:
— Уверены, что хотите посмотреть на это за едой? Зрелище не для слабонервных.
Чжань Чжао и Бай Юйтан переглянулись.
— Не бойся, — махнул рукой Чжань Чжао. — У меня стальные нервы. Включай.
Цзян Пин кивнул и вывел на экран три видеофайла: первый был датирован 1980, второй — 1990, а третий за 2000 год.
— Видео делалось каждые 10 лет? — поднял бровь Чжань Чжао.
Цзян Пин запустил первую запись.
Экран погрузился в зернистую чёрно-белую картинку, снятую на старую плёнку. Первой показалась группа детей, гоняющих мяч. Их смех звучал призрачно и неестественно. Чжань Чжао всматривался, но не мог понять сути. Затем сцена резко сменилась: теперь в кадре был молодой человек, лет двадцати, оттачивающий боевые приёмы. Сложен он был превосходно, черты лица — правильные, почти аристократические. Но и эта сцена быстро сменилась следующей: девушка 18-19 лет, расчёсывающая перед зеркалом длинные волосы. Она была поразительно изящна и миловидна.
Финальный кадр запечатлел мужчину, сидящего спиной к камере. Своей осанкой, причёской и стилем одежды он напоминал Вито Корлеоне из фильма «Крёстный отец». Он сидел в кресле, с аристократической небрежностью держа в руке фарфоровую чашку.
— Сяо Бай, посмотри на его руку! — прошептал Чжань Чжао, указывая на пальцы мужчины. На его большом пальце было массивное, бросающееся в глаза кольцо.
— Останови! — скомандовал он Цзян Пину.
Кадр замер. Чжань Чжао придвинулся к монитору.
— Можешь увеличить? Я хочу рассмотреть кольцо.
Цзян Пин кивнул и увеличил изображение. Вся команда замерла, уставившись на экран. В центре кольца отчётливо проступал знакомый узор: крест, обвитый змеёй.
— Тот же символ, — прошептал Ма Хань, сжимая в кулаке цепочку.
— Судя по телосложению и форме кисти, субъект — европеоидной расы, — безразличным, аналитическим тоном заключил Гунсунь. — Цвет волос установить невозможно — каштановый, русый, рыжий… Сложно определить по черно-белой пленке. Все постепенно начали замечать ключевую деталь: фон на всех трёх видео был одним и тем же. Просторная усадьба с белоснежным особняком вдалеке, лаконичный по дизайну, но внушительный по размерам гостевой дом и ухоженный газон, простирающийся до горизонта.
Цзян Пин перемотал запись к кадру с играющими в футбол детьми. На заднем плане, в тени деревьев, сидел тот самый мужчина с чашкой.
— Можешь сделать изображение чётче? — попросил Бай Юйтан.
— Попробую, но это непросто, — ответил Цзян Пин, напряжённо работая с настройками. Контуры человека постепенно проступили сквозь цифровой шум. Это действительно был иностранец, но черты его лица по-прежнему оставались размытыми.
Молодой человек, отрабатывавший удары по груше, находился в комнате на первом этаже. Через панорамное окно были видны те самые дети, резвящиеся на лужайке.
— Судя по архитектуре, это здание явно было не в Китае, — уверенно заключил Ма Хань. — В 80-х у нас попросту не строили таких домов.
— Согласен, — кивнул Цзян Пин. — Я проанализировал архитектурные особенности. В базе нет ни одного похожего здания в нужном радиусе. Более того, у меня есть подозрение, что оно находится на небольшом острове.
— Острове? — переспросил Чжань Чжао.
— Смотрите, — Цзян Пин остановил кадр, где девушка наряжалась перед зеркалом, и увеличил отражение в окне. В его глубине угадывалась бескрайняя морская гладь.
— Что?! — вдруг воскликнул Чжань Чжао, резко выпрямившись.
— Что такое? — все взгляды устремились на него.
— Это же… зеркало? — он ткнул пальцем в экран.
— Ну да, — подтвердили окружающие.
— Съемка велась перед зеркалом? — голос Чжань Чжао дрогнул.
— Точно… — Бай Юйтан подхватил мысль на лету, и его глаза расширились от осознания. — Тогда где же сам оператор? Почему его нет в отражении?
В комнате повисла гробовая тишина. Все, наконец, поняли, что их подсознательно беспокоило. В кадре был каждый уголок комнаты, кроме того, где должен был стоять человек с камерой.
— Жутковато, — Гунсунь задумчиво провёл пальцем по подбородку. — Либо камера была невидима, либо…
— …либо это сложная оптическая иллюзия, при помощи системы зеркал, — с досадой закончил мысль Чжань Чжао. — Терпеть не могу эти головоломки с оптикой!
— В каждом видео по четыре сцены? — уточнил он у Цзян Пина.
Тот кивнул и запустил вторую запись, 1990 года.
Видео началось с группы подростков. В руках они сжимали ножи и другое оружие, а у их ног лежала груда туш убитых животных. Должно быть, они охотились. . Фон сменился — теперь это были непроходимые джунгли.
Внезапный лязг заставил всех вздрогнуть. Обернувшись, члены команды увидели Ло Тяня. Тот случайно уронил стакан.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Бай Юйтан.
Побледневший Ло Тянь указал пальцем на экран:
— Охота в джунглях… я тоже этим занимался когда-то… Но эти дети… они ведь только что в футбол играли!
Чжань Чжао и Бай Юйтан были так сосредоточены на действии, что пропустили главное — лица. Цзян Пин мгновенно вывел на экран сравнительные снимки. Это были те же самые дети. Они ничуть не повзрослели…
— Ло Тянь, браво! — Гунсунь с восхищением покачал головой. — Мы трижды посмотрели запись, но заметил это только ты.
— Но… как? — Чжань Чжао смотрел на экран с неподдельным ужасом. — Почему за десять лет они не выросли?
— Смотри дальше, — Гунсунь похлопал его по плечу. — Самое интересное только начинается.
Цзян Пин продолжил воспроизведение. На сцене появился тот самый парень, что тренировался в первом видео. Теперь он сражался с несколькими нападавшими, держа в руке нож. Схватка была яростной и безжалостной. Он вышел победителем, оставив за собой трёх убитых. Он не просто не постарел — он стал сильнее и моложе.
— А он весьма искусен, — с профессиональным одобрением отметил Бай Юйтан.
— Ещё бы, — горько усмехнулся Чжань Чжао. — После десяти лет тренировок-то.
На третьей сцене была девушка. Она снова переодевалась, но уже в наряд 90-х. Та же комната, тот же туалетный столик. Её лицо сохранило юную чистоту, но глаза были безжизненными.
На последних кадрах засняли того же мужчину со спины, пьющего чай, но плетёный стул сменился на тяжёлое кресло из красного дерева, а чашка — на фарфоровую кофейную. Кольцо на его руке было неизменным.
— Обратите внимание! — Гунсунь попросил остановить кадр. — Судя по пальцам, мочкам ушей и поредевшим волосам… Этот человек постарел.
Присмотревшись, все с ним согласились.
— А теперь последнее видео, — Цзян Пин сделал паузу, обводя всех серьёзным взглядом. — Приготовьтесь. Это… тяжёлое зрелище.
Чжань Чжао кивнул, и на экране возникли они. Существа, больше похожие на странных гномов. Их кожа была испещрена глубокими морщинами, но тела оставались невысокими и маленькими, как у подростков.
Цзян Пин запустил программу сравнения и подтвердил:
— Вот как должны были бы выглядеть эти «дети» в свои семьдесят. Но их кости так и не выросли. Это… уродливая деформация.
— Как это возможно? — Чжань Чжао сжал виски. — Если брать за точку отсчёта 80-е, то в 2000-м им должно быть около тридцати. Как они могли так быстро постареть?
— Качество плёнки соответствует 2000 году, — твёрдо заявил Цзян Пин. — Технически, подделать это на таком уровне было невозможно, я проверил.
— А что там дальше? — нетерпеливо спросил Бай Юйтан.
Цзян Пин включил видеозапись дальше. Сильный и свирепый юноша, теперь был сгорбленным стариком, с трудом державшийся в кресле. А красавица превратилась в старуху с седыми волосами.
— И последний фрагмент! — напомнил Гунсунь.
В кадре возникла спина человека. Молодой человек, лет двадцати с небольшим, одетый так же, как человек с кольцом, которого они видели ранее. Тыльная сторона его ладони была обращена к камере и можно было заметить на большом пальце левой руки то самое фамильное кольцо.
— Я проверил при помощи программы сравнения… — голос Цзян Пина дрогнул. — Это он.
— Но… он стал моложе? — не веря своим глазам, прошептал Чжань Чжао.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом компьютера. Чжао Ху потянул Ма Ханя за рукав:
— Это слишком странно.
— Почему за первые десять лет они не изменились, а за следующие — резко состарились? — Бай Юйтан сформулировал вопрос, витавший в воздухе.
— Похоже сначала они не стареют, а затем, спустя отрезок времени, организм догоняет процесс слишком стремительно, — раздался спокойный голос Гунсуня. — Сначала — резко замедленное старение, затем — ускоренное, вплоть до прогерии.
— Разве такое бывает? — спросил Чжао Ху.
— Да, — кивнул ГунСунь. — Но случаи крайне редки, и симптоматика не полностью совпадает.
Не в силах больше терпеть, Чжань Чжао достал телефон, нашёл номер Чжао Цзюэ и набрал его. Тот поднял трубку почти сразу.
— Чжао? — тот неповторимый, низкий и будто бы улыбающийся голос отозвался в трубке.
Чжань Чжао вздрогнул, но тут же взял себя в руки.
— Не любезничай. Что за чип ты прислал? Почему эти люди сначала не старели, а потом за десять лет превратились в стариков?
Чжао Цзюэ мягко рассмеялся, и в его голосе прозвучала леденящая душу небрежность, когда он произнёс всего несколько слов:
— Это… бракованный материал.
