S.C.I Mystery Series|S.C.I Коллекция загадочных дел. Том 2

      Бай Юйтан справился быстро, не замахиваясь на кулинарные шедевры. На скорую руку он приготовил пасту с морепродуктами и сыром, испёк большую пиццу и сварил кастрюлю наваристого супа. А для детей — клубничное мороженое. Увидев это через барную стойку, Чжао Цзюэ оживился:       — О, а мне? Я тоже хочу! И побольше клубники!       Остальные лишь переглянулись. Бай Юйтан вопросительно посмотрел на Чжань Чжао, но тот демонстративно отвернулся. Пришлось делать ещё два порции — одну для Чжао Цзюэ, другую для Кота. Сначала он хотел было сделать порцию и для Бай Чи, но тот попросил:       — А можно мне шоколадный пудинг?       Чжао Цзюэ, вероятно, не знал, что клубничное мороженое было слабостью Чжань Чжао с детства. Тот обожал большую порцию, щедро усыпанную ягодами, и мог есть его медленно, смакуя каждую ложку. Бай Юйтан изначально не стал его готовить, опасаясь, что Чжань Чжао не сможет его съесть под насмешливым взглядом Чжао Цзюэ... и станет мишенью для шуток. Но раз уж сам хозяин замка заказал — теперь можно было сделать два.       Закончив играть, Бай Чи и Ло Тянь увели детей мыть руки. Прислуга помогла Бай Юйтану расставить блюда на огромном столе. Попробовав пасту, дворецкий воскликнул:       — Изумительное мастерство, сэр!       — Я приготовил с запасом, присоединяйтесь, — улыбнулся ему Бай Юйтан.       Дворецкий почтительно склонил голову:       — Вы очень внимательны.       «Странно, — подумал Бай Юйтан, кривя губы. — У Чжао Цзюэ даже прислуга иностранная.»       Компания расселась вокруг стола. Фан Син и Сюй Сяосяо, попробовав пасту, хором заявили:       — Вку-у-усно!       Чжань Чжао, набивая рот, подумал: «Верно. Если бы Сяо Бай открыл ресторан со своими навыками, он бы уже купался в деньгах.»       Чжао Цзюэ ел с явным удовольствием:       — Что ж, хорошие гены матери дают о себе знать. Юньвэнь, к примеру, даже яблоко толком вымыть не может.       — Кх-кх! — Бай Юйтан подавился, застигнутый врасплох этим комментарием. Чжань Чжао похлопал его по спине, глаза блестя от любопытства:       — Дядя Бай не умеет мыть яблоки?       Бай Юйтан сухо улыбнулся и кивнул.       — Хотите послушать, какие неловкие истории приключались с Юньвэнем и Цитянем в молодости? — с хитрой улыбкой предложил Чжао Цзюэ.       Чжань Чжао и Бай Юйтан невольно заинтересовались и переглянулись. Но Чжао Цзюэ уже пошел дальше:       — А с Бао Чжэном?       Все как по команде подняли головы. Их взгляды слились в один и на лицах читалось: «Рассказывай!»       Чжао Цзюэ лишь усмехнулся. Левой рукой он взял вилку с пастой, а правой поставил перед собой стакан с мороженым и принялся есть ложкой.       Бай Юйтан бросил взгляд на Чжань Чжао. Тот делал то же самое, но, казалось, совершенно не замечал действий Чжао Цзюэ, уставившись в тарелку. На его коленях в это время ворочался львёнок. Все посмотрели на Бай Юйтана, и тому стало неловко. Таковы были пищевые привычки Чжань Чжао — он любил смешивать солёное со сладким. Ел с удовольствием, а потом мучился расстройством желудка... Манера Чжао Цзюэ была до странности похожей.       — В молодости… Он был похож на Чжао Ху из вашей команды, — вдруг сказал Чжао Цзюэ, прерывая молчание.       — Кх-кх! — на этот раз поперхнулись Гунсунь, Бай Чи и Ло Тянь.       Гунсунь вытер салфеткой губы:       — Правда?       — Ещё какая, — улыбнулся Чжао Цзюэ. — Как-то раз мы гнались за одним убийцей. Тот юркнул в старинное бомбоубежище. Мы — за ним... Во время войны туда попал снаряд, и, говорят, погибло много людей.       Рассказ завладел вниманием Чжань Чжао. Он поднял взгляд на Чжао Цзюэ, не заметив, как львёнок с его коленей, привлеченный запахом, поставил передние лапы на край стола и потянулся к пасте, что была перед носом хозяина.       — Апч-ху! — В пасте была острая приправа карри. Острое обоняние львёнка не выдержало. Он фыркнул, отпрянул назад, стал тереть нос лапой и зачихал. Чжань Чжао поспешно схватил салфетку, чтобы вытереть малышу мордочку.       Чжао Цзюэ, тем временем, наколол на вилку жареную сосиску.       — Когда мы выбрались из того убежища, я сказал Бао Хэй-цзы, что у него на плече сидит маленькая девочка.       Гунсунь округлил глаза:       — И что было дальше?       — Он спросил, что делать и мы с Цитянем сказали, что этот малый дух пришел вместе с ним. Если не почувствует человеческое дыхание — уйдет. Поэтому оглядываться нельзя, пока он не уйдёт... Потому что если он обернется— дыхание попадёт на него, и тогда он привяжется навек.       Губы Бай Юйтана дёрнулись:       — Неужели начальник Бао поверил?       — Ещё как! — рассмеялся Чжао Цзюэ. — Целую неделю голову не поворачивал, потом шею заклинило. Юньвэнь заставил нас с Цитянем вести его в больницу. Мы и лечение оплатили, и потом от него же отхватили... Вот такая благодарность.       Чжань Чжао и Бай Юйтан машинально отправили в рот еду и вздохнули:       — Они очень изменились за двадцать лет…       — Люди взрослеют, — улыбнулся Чжао Цзюэ. — Когда тебя много раз обманывают, ты перестаёшь верить. А перестав верить, начинаешь обманывать сам.       Взгляды Чжань Чжао и Бай Юйтана встретились в полном недоумении: к чему это он?       Но Чжань Чжао беспокоило другое. Чжао Цзюэ только что упомянул его отца. Но разве он не был судьёй? Почему тогда в молодости гонялся с полицией за преступниками? И главное — в его памяти отец был человеком строгим, серьёзным. Он, конечно, мог подшутить, но чтобы так зло издеваться над коллегой…       — Кажется, не изменился только характер дяди Бая, — заметил Бай Чи, доедая суп.       — Верно, — Чжао Цзюэ вдруг усмехнулся, и в его взгляде, устремлённом на Бай Юйтана, мелькнуло что-то колкое. — У людей с фамилией Бай… крепкие нервы. Ко всякому яду невосприимчивы.       Бай Юйтан почувствовал, что за этими словами кроется нечто большее. И тут Гунсунь негромко спросил:       — Вы сказали — «с фамилией Бай». Это в общем смысле... или вы имеете в виду кого-то конкретного?       Чжао Цзюэ на мгновение замер, затем медленно повернулся к Гунсуню и улыбнулся.       — Как и ожидалось от самого старшего. Весьма проницательно... Ладно, забудьте, я и так сказал слишком много.       Чжань Чжао и Бай Юйтан уставились на Гунсуня, но тот лишь развёл руками: Чжао Цзюэ был настороже, и дальше расспрашивать было бесполезно.       Чжань Чжао обернулся к Чжао Цзюэ:       — Так зачем же моему отцу помогать вам ловить преступников? Разве он не был юристом?       — А вы не знали, что Цитянь изучал медицину? — парировал Чжао Цзюэ. — Вернее... и медицину, и юриспруденцию. Он был из первых, кто тогда стажировался за границей, специализировался на судебной медицине. Когда у нас в делах возникали сложные вопросы — мы обращались к нему. В то время он как раз работал прокурором, так что мог себе позволить помогать и консультировать по экспертизам.       Гунсунь задумчиво провёл рукой по подбородку:       — Так вот оно что. Я всегда удивлялся, откуда в старых делах, особенно в архивных материалах начальника Бао, столько профессиональных криминалистических заключений… Для того времени уровень был невероятный.       Чжань Чжао слушал, всё больше хмурясь. Почему он ничего об этом не знал? Отец-то мог и умолчать, но с матерью они всегда были близки. Почему она ни разу не обмолвилась? Он даже не подозревал, что она служила в полиции и владела кунг-фу.       Чжао Цзюэ, кажется, заметил его замешательство. Улыбнувшись уголком рта, он зачерпнул ложкой креветку из супа с морепродуктами и сказал:       — Самый нелепый случай с Юньвэнем — это когда его госпитализировали после того, как он съел яблоко.       Все уставились на него в ожидании. Чжао Цзюэ отправил креветку в рот, отрезал кусок пиццы и переложил его на тарелку Сяосяо.       — Цитянь как-то принёс много яблок. Сказал, друг посадил яблоню, яблоки домашние и сладкие. Юньвэнь тут же схватил одно, чтобы съесть, но Цитянь его отругал, сказав, что их нужно сначала помыть, так как там могут быть пестициды. И сунул ему в руки бутылку с моющим средством.       Бай Юйтан моргнул:       — Он ведь не знал, как мыть яблоки средством, верно?       — Да, — усмехнулся Чжао Цзюэ. — Он подошёл к раковине, плеснул на яблоко моющее средство и потёр ладонью. Ему показалось, что оно чистое, поэтому откусил. Мы спросили, как оно на вкус, и он ответил, что как моющее средство для посуды. Через полчаса у него скрутило живот так, что пришлось «скорую» вызывать и промывать желудок.       Воцарилась тишина. Мысль, видимо, посетила всех одновременно: Бай Юньвэнь сделал мудрый выбор, связав жизнь с такой хозяйственной женщиной, как мать Бай Юйтана. Это решение не только научило Бай Юйтана заботиться о себе, но и обеспечило Чжань Чжао счастливым детством.       — Кажется ты очень счастлив, когда говоришь о прошлом, — негромко заметил Чжань Чжао.       Чжао Цзюэ улыбнулся:       — Я и правда счастлив.       — Тогда зачем ты их предал? — осторожно спросил Чжань Чжао. Чжао Цзюэ долго смотрел на него, а потом произнёс:       — Я никогда не был им верен. Без верности как я мог их предать?       Сказав это, он опустил голову и принялся за еду, словно на этом разговор был закончен. …       После еды все выпили по чашке чая.       — Насытились? Давайте прогуляемся, поможем пищеварению.       Чжань Чжао и Бай Юйтан переглянулись. Что опять задумал этот псих?       Гунсунь внезапно поднял голову и спросил с деловым видом:       — У вас есть труп, который мне нужно вскрыть?       Чжао Цзюэ приподнял бровь, оценив проницательность:       — А ты догадлив.       — Вы накормили нас пораньше, потому что боялись, что после зрелища есть не захочется, — продолжил Гунсунь. — А «прогулка» нужна, чтобы нас не стошнило во время работы?       — Ну, я всегда стараюсь быть внимательным к гостям, — пожал плечами Чжао Цзюэ.       — Нам это не нужно, — флегматично улыбнулся Бай Юйтан. — От вида трупа нас не воротит.       Чжань Чжао кивнул в подтверждение:       — Гунсунь может есть тушеные свиные кишки и пить арбузный сок во время вскрытия. Это норма.       — Хорошо, — вздохнул Чжао Цзюэ. — Если настаиваете — пойдёмте.       — А откуда у тебя в доме труп? — резонно поинтересовался Бай Юйтан.       — Не беспокойтесь, ему сто лет, — усмехнулся Чжао Цзюэ. — Я определённо не убийца.       Чжань Чжао сообразил:       — Его тоже вывезли из замка?       — Хм… — Чжао Цзюэ кивнул с одобрением. — Всё так же сообразителен. Да, я перебрал каждый камень, чтобы не упустить ни единой зацепки — вплоть до волоса.       — Семья, которую вы изучаете, как-то связана с твоим прошлым? — напрямую спросил Чжань Чжао.       Чжао Цзюэ на мгновение замер, затем коротко бросил:       — Увидишь — поймёшь. Не задавай вопросов.       Он толкнул тяжёлую дубовую дверь, за которой открылся узкий каменный спуск в подземелье.       — Что это? — нахмурился Гунсунь. — Винный погреб? В европейских усадьбах они были обычным делом.       — Ты разбираешься в предметах роскоши лучше иных снобов, — кивнул Чжао Цзюэ. — Но в этом погребе вина нет.       С этими словами он шагнул вперёд. Спуск освещали яркие лампы, так что жутко не было. Однако, проходя, Чжань Чжао заметил на стене странные сколы и царапины и остановился.       — Что? — спросил Бай Юйтан.       — Посмотрите на эти отметины, — Чжань Чжао прикоснулся к стене. — Они похожи на…       — Следы от когтей, — тихо сказал Ло Тянь. — Очевидно, кого-то притащили насильно и он цеплялся за стену, пытался сопротивляться, поэтому на стене остались длинные царапины. Должно быть его тащили двое.       — Все камни в этом подземелье я собрал и сложил в точности, как они лежали, — пояснил Чжао Цзюэ. — Ничего не тронуто. Даже отпечатки пальцев сохранены.       Чжань Чжао и Бай Юйтан обменялись многозначительными взглядами. Вскоре они оказались перед ещё одной дверью. Чжао Цзюэ достал из кармана пачку одноразовых перчаток и раздал всем.       — Я открою. Вы уверены, что готовы?       Вопрос повис в воздухе. Либо Чжао Цзюэ снова преувеличивает, либо за дверью их ждёт нечто, что обычный человек не готов увидеть.       Убедившись по кивкам, что все готовы, Чжао Цзюэ поднял руку и медленно открыл дверь…       Раздался скрип несмазанных петель. Одновременно на них пахнуло волной ледяного, спёртого воздуха. В слабом свете, просачивающемся из коридора, угадывались лишь смутные очертания помещения.       Чжао Цзюэ нащупал выключатель на стене и щёлкнул им.       Яркий свет залил комнату, и на мгновение воцарилась абсолютная тишина. Все замерли, не в силах вымолвить ни слова.       — Гэгэ… — хрипло прошептал Бай Чи, бледнея.       Чжань Чжао, не отрывая взгляда от увиденного, кивнул:       — Иди.       Бай Чи прикрыл рот ладонью и быстро выбежал. Ло Тянь поспешил за ним:       — Я проверю, как он. Чжао Цзюэ повернулся к оставшимся.       — Ну как?       В воздухе повис ледяной холод. Спустя долгую паузу Чжань Чжао, наконец, выдавил из себя вопрос, голос его был глух и неестественно спокоен:       — Хозяин этого дома… Ты уверен, что он был человеком?