Королева

Возвращение в комнату не принесло покоя. Даже поздний ужин, состоящий из изысканной курицы и овощного салата, был лишь топливом для тела, одержимого чужой душой. Душой королевы, павшей в другом мире, но возродившейся здесь, в хрупком теле принцессы Эдель.       Она ждала короля с королевой, Демида и Аделию. Они появились через полчаса, их отстраненные приветствия и формальные вопросы о самочувствии звучали фальшиво, как пустые обещания придворных льстецов.       Убедившись в здоровье ребенка, они засобирались уходить, но принцесса остановила их, вложив в свой голос всю сталь своей прошлой жизни:       – Я хочу начать учиться фехтованию и развивать магию.       Демид, король с консервативными взглядами, твёрдо отказал в фехтовании, считая это занятие недостойным благородной девицы. Он не понимал, что перед ним сидит не просто принцесса, а закалённый воин и правитель. Варанда знала, куда бить, используя его собственные принципы как оружие:       – Но, отец, ты же сам продвигаешь в массы идею о равенстве полов, а это станет отличным примером для остальных подданных.       Король колебался, взвешивая политические выгоды и личные предубеждения. Тогда Эдель нанесла решающий удар, апеллируя к главному страху потери контроля над ситуацией:       – А если покушения на меня не прекратятся, и в какой-то момент я не смогу защитить себя?       Доводы достигли цели. Демид сдался, поставив условие: к фехтованию и магии добавятся изнурительные обязательные дисциплины. Он рассчитывал сломить её волю, заставить сдаться под натиском скучной учёбы. Варанда лишь обняла родителей, скрывая в глазах холодный блеск триумфа. Она была целеустремленной и знала, что добьется своего.       Неделя ожидания стала напряженной. Медитации, в которых Варанда разбиралась со своей силой, перемежались с физическими упражнениями, закаляющими хрупкое детское тело. Она знала, что магия и сила неразделимы. Её резерв был крохотным, но она знала, как его расширять. Пока же она готовилась, закладывая фундамент своей будущей мощи.       Помимо новой силы, она владела знаниями прошлой жизни — половина из них была недоступна из-за слабости тела, но вторая половина была её секретным оружием. Она жадно поглощала информацию, понимая, что в будущем ей понадобятся информаторы, а сейчас доверять можно только себе и собственным клинкам.       Ночами её терзали кошмары. Она не просто видела их — она проживала их заново. Восстание нежити... это было месиво из крови и страха. Лица солдат, с которыми она накануне делила вино и смех, теперь были искажены агонией, а их тела разрывали мертвецы высшего порядка. Она помнила запах гниющей плоти и металла, крики матерей, когда хоронили сотни выживших из тысячи отправленных. Её ошибка. Её вина. Она просыпалась в холодном поту, сжимая кулаки. Эта боль была её платой за опыт, её постоянным напоминанием о том, что слабость недопустима. Несмотря на ужасы прошлого, она ценила жизнь и стремилась защитить тех, кто ей дорог.       Первое занятие по фехтованию стало откровением. Её учителем был Айрон Блейк, начальник тайной канцелярии и глава армии — воплощение опасности и дисциплины. Увидев шрам через бровь и недовольный взгляд мужчины, Варанда лишь усмехнулась про себя. Король хотел её сломить, но подарил ей лучшего учителя.       Блейк повернулся к ней, его темно-синие волосы разметались. Шрам над бровью придавал лицу жесткости.       – Доброе утро, Ваше высочество!       – Доброе утро, лорд Блейк.       – Могу ли я предложить вам перейти на более неформальное общение? Это упростит нам тренировки, – с явно недовольным лицом, но все так же вежливо поинтересовался мужчина.       – Да, я с вами полностью согласна.       – Тогда зовите меня, просто учитель, – более расслабленно сказал Айрон.       — Начнём с разминки, — хищно улыбаясь, проговорил учитель с огромным желанием избавиться от проблемы в виде принцессы.       – Чувствую я, закончилась спокойная жизнь, – подумала королева. А когда она начиналась? – ехидно ответил внутренний голос.       Айрон решил начать с выносливости. Оружие ей, естественно, никто не доверил. Он гонял маленькое, щупленькое тельце по кругу целых два часа.       –Она ещё дышит? Удивительно живучий экземпляр, – размышлял он про себя, наблюдая, как принцесса, задыхаясь, делает очередной круг. – Демид думает, я её сломлю? Я ей просто покажу реальность. Если она хочет играть в солдат, пусть почувствует цену. Скоро сама запросится обратно к куклам.       Варанда, несмотря на изнеможение, не жаловалась. Она лишь ловила каждое его движение, каждый совет. Доползя до комнаты и оперативно приведя себя в порядок с помощью горничных, она быстро перекусила, слушая при этом бесконечные нотации няни.       Уроки магии с нудной, болезненно худой учительницей были бессмысленны. Варанда изображала прилежную ученицу, скрывая знания о более сложных путях магии. Дни превратились в калейдоскоп боли, усталости и медитаций, едва оставляя время для сна.       На следующий день после договоренности с родителями к ней пришел Иларий, её брат. Наивный мальчишка в мире аристократических змей. Он был воплощением невинности, чудом уцелевшим в этом гадюшнике.       Варанда привязалась к нему, но её прошлый опыт требовал осторожности и дистанции.       Иларий был светом в её мрачном мире. Он рассказывал ей о своих уроках, о любимом коне, о мечтах увидеть мир за пределами дворцовых стен. Варанда слушала его, иногда позволяя себе искреннюю улыбку. Он как будто чувствовал её закрытость и не спешил лезть в душу, за что Эдель была ему искренне благодарна.       Месяцы пролетели в этом бешеном темпе. Тело крепло, Айрон Блейк, видя её упорство, смягчался, но оставался деспотом. Магический резерв расширился.       Под конец третьего месяца Варанда поняла, что ей нужен глоток свободы. Она договорилась о поездке на ярмарку с братом и охраной. План был прост и опасен: улизнуть, исследовать темную сторону города и попасть на черный рынок — туда, где можно было найти вещи, неподвластные законам королевства.       Но как скрыть свою детскую сущность? Магия иллюзий была слишком энергозатратна для её текущего резерва. Тогда она вспомнила о своем тайном, давно забытом таланте — артефакторике.       Даже самые близкие не знали, что она мастер артефактов. Знания, переданные из поколения в поколение, она добыла силой. Процесс создания не требовал много магии, лишь расчетов и знания тонкостей, скрытых от обывателей. Найдя золотое кольцо с драгоценным камнем, она принялась за работу.       Комната погрузилась в полумрак. Варанда зажгла несколько свечей, разложила инструменты — тончайшие иглы, пинцеты, микстуры. Работа предстояла ювелирная. Королева активировала свой крохотный магический резерв, чувствуя, как энергия струится по венам.       Она осторожно взяла золотое кольцо и камень-сосуд. Каждое движение требовало нечеловеческой концентрации. Варанда выводила микроскопические руны, едва различимые глазу, вплетая их в структуру металла и камня. Энергия уходила на расчёты и точность, а не на мощь заклинания. Руки начало сводить судорогой от перенапряжения, по вискам стучала кровь. Это было больно. Использование магии на пределе возможностей детского тела обжигало изнутри, словно огонь выжигал её хрупкие каналы. Она ошибалась, стирала плетения, заставляя себя терпеть ноющую боль в мышцах и жжение в сознании, и начинала все заново. Казалось, резерв вот-вот опустеет, оставив её обессиленной, но она стиснула зубы.       Бессонные ночи, ошибки, отчаяние — в итоге артефакт был готов точно в срок. Кольцо с тончайшими, невидимыми плетениями, скрывающими не только внешность, но и ауру.       Надев его на указательный палец, Королева вздохнула с восхищением. Работа была поистине ювелирной и совершенной.       Теперь она была высокой стройной блондинкой с голубыми глазами и чувственными губами. Совершеннолетняя девушка, незаметная и целеустремленная.       — Что ж, я проделала отличную работу, — подумала Эдель. Она была готова. Игра началась по-настоящему, и ставки в ней были куда выше, чем просто выживание.