Королева

Дни сменялись неделями, недели месяцами, и вот наступил день рождения Варанды. Физическому телу исполнялось шесть лет. Эдель сразу сказала родителям, что не хочет никакого праздника. Зачем? Если это даже не её день рождения, просто галочка, что теперь этому тельцу на год больше, чем было. День начался очень рано. Проснувшись от собственного крика, девочка убрала дрожащими руками мокрые от пота волосы, пытаясь вместе с волосами откинуть пережитый ужас. Синяки под глазами стали её постоянными спутниками жизни. — Когда же это закончится? — задала королева сама себе вопрос. Никакие зелья, настойки, снотворные не помогали избавиться от кошмаров, преследующие Эдель не один год. Если бы её спросили, чего она хочет на данный момент, королева, не колеблясь, ответила бы: выпить и закурить. Но детскому телу противопоказанно в таком раннем возрасте злоупотреблять спиртными и табачными изделиями, а потому приходилось подавлять порывы. Не раз, в прошлой жизни, Эдель успокаивала нервы после тяжёлых видений бокалом хорошей водки со льдом и сигаретой. Сейчас же ей оставалось только принять расслабляющую ванну с маслами. — Лучше чем ничего, — сама себе сказала королева. Ещё долго принцесса сидела, сгорбившись в ванной, обнимая руками колени, пытаясь прийти в себя, вернуть душевное спокойствие, настроиться на грядущий день. Наконец, приведя в порядок мысли, Эдель вылезла из уже остывшей воды. Обмотавшись полотенцем, девочка села за косметический столик с зеркалом, в которое она начала всматриваться, видя в отражении маленькую девочку с глазами взрослого человека, который пережил сполна в своей жизни. Ей было жаль малютку, чьё тело она заняла. Слишком рано оборвалась её жизнь, слишком многого она не увидела. Жизнь была непростой штукой, полная страданий, поражений, боли, но также в ней было и много любви, счастья, побед и радостей. Жизнь надо было прожить, надо было почувствовать, надо было насладиться ею, как болью, так и счастьем, научиться многому новому, чтобы в конце сказать, что жил не зря. А маленькую принцессу всего этого лишили. Королеве было больно за неё, обидно за эту досадную несправедливость под названием жизнь. Эдель пообещала отомстить за смерть ребёнка, и она двигалась к своей цели. За время, когда девушка взяла с Карима магическую клятву, она поручила ему искать информаторов везде, куда дотянутся руки, сделать невозможное, знать обо всём, что происходит в магической вселенной. Ведь, как нам всем известно, знания — сила. Карим продвигался к этой цели семимильными шагами, обзаведясь связями и информаторами повсюду на Каллисто. Деньги и страх решают многое. С годами её власть дойдёт до всех планет Магикса. Ей было необходимо выяснить, кто отравил принцессу, а чтобы это сделать, нужно иметь уши повсюду. Тот, кто это провернул, имеет огромную власть и богатство, ведь не так просто отравить саму принцессу, сделав это так, что даже тайная канцелярия умывает руки. Вопрос с финансами Эдель был также решён. Ей удалось договориться о поставках артефактов с несколькими торговцами, которые были готовы отдать огромную сумму денег за эксклюзивные изделия. День шёл как обычно: лёгкий завтрак, тренировка, обед, занятия по другим дисциплинам, но хитрый братец Варанды решил, что нельзя, чтобы младшая сестренка проводила свой день рождения без праздника, и подговорил няню и родителей устроить ей маленький пир со всеми близкими людьми, за что королева была готова задушить его в своих объятиях. Но брат был счастлив, и только за это Эдель смогла бы простить самоуправство и необходимость терпеть детский утренник в окружении семьи. Спасибо, что на табуретку стихи рассказывать не поставили. Варанда мученически терпела этот день. Король с королевой решили не приходить, чему Эдель была рада, а брат выглядел опечаленным отношением к маленькой сестре. Стараясь компенсировать эту огромную, по его мнению, потерю, Иларий поддерживал приподнятое настроения, развлекая и шутя весь вечер. Но всему приходит конец, вот и праздник начал подходить к концу, Варанду заставили распаковывать подарки. Первый подарок был от няни, она подарила девочке розовое платьице, невероятно красивое на вид, но, к сожалению, его королева не наденет никогда, оно было совершенно не в её вкусе. Для Эдель не был важен сам подарок, для неё было важно внимание и время, уделённое для выбора подарка. И поэтому она не смогла сдержать своих эмоций благодарности, расцеловав Сару в обе щеки. Королева принялась за подарок брата. Это был потрясающий на вид браслет, идеально подходящий для руки, золотым кольцом с драгоценным камнем по середине, обхватывающем изящное детское запястье. — Спасибо, братец, он потрясающий. — Я так рад, что тебе понравилось. Мне так хотелось сделать для тебя что-то особенное, и, когда я увидел этот браслет, то понял, что он создан для тебя, — с любовью сказал Иларий, обнимая сестренку. — С днём рождения! Вечер перетёк в ночь, и впервые за все время, проведённое в новой жизни, королева плакала от счастья, лёжа на постели, держа в руках розовое платье и браслет. Она никогда бы не призналась и не показала своих эмоций, но для человека, имеющего всё, кроме любви в прошлой жизни, произошло открытие. Её любят, её не хотят убить или воспользоваться. Её любят, просто любят. Заснула принцесса впервые за долгое время спокойным сном, с мокрыми щеками от слёз счастья, держа в руках подарки. Это было то, чего так не хватало королеве за всю ее тяжёлую жизнь, — просто знать, что тебя ценят и дорожат тобой за то, что ты есть.

POV: Карим Вольт

Карим не представлял, что его жизнь сможет так круто повернуться. Маленькая принцесса, в теле которой находилась взрослая женщина, смогла вернуть ему уверенность в завтрашнем дне и понимание, что делать дальше. Она ненавязчиво направляла его, понимая, как лучше сделать. Мужчина не мог представить, какого это быть запертой в теле ребёнка, учиться всему заново, проходить снова через то, что ты когда-то уже проходил. Это было жестоко, но девчонка никогда не жаловалась, не давала даже повода для жалости. Наоборот, она показывала одним свои существованием, что, несмотря на жестокость судьбы, надо двигать дальше. Эдель была гениальной, по мнению мужчины, она знала слишком много даже для взрослого человека. Карим попытался несколько раз спросить принцессу о её прошлой жизни, и каждый раз, сам не замечая того, он позволял незаметно перевести тему. Но мужчина тоже был не глуп и заметил мелькающую боль в глазах женщины в теле ребёнка. Не мог не увидеть уставшие глаза и то, как она каменеет, смотря невидящем взглядом при упоминании прошлой жизни. Карим не мог представить, через что прошла эта удивительная принцесса, и ему было страшно даже предположить, что может так травмировать такого, казалось бы, сильного человека как она. Карим может открыто признаться, что за такой маленький промежуток времени, научился большему, чем за годы тренировок, и был сильно благодарен за возможность обучения у Эдель. Но надо отдать ему должное, мужчина и сам основательно взялся за технику боя принцессы, уча её нечестным примочкам, которые могут помочь обезвредить противника сильнее себя, и каждый раз поражался, как так получается, что девочка схватывает все с первого раза. У него было только одно предположение: её опыт сражений ничуть не меньше, чем у него самого, а может быть и больше, ведь даже ему необходимо время для освоения новых приёмов. Собрав все свои наблюдения за принцессой вместе, Карим сложил в голове кусочки паззла. В прошлой жизни она была аристократкой, причём наделённой политической властью. Об этом говорила манера себя подавать, говорить, держать голову высоко, а спину прямо, вести диалог так, что собеседник, сам того не замечая, выкладывает всю свою подноготную. Мужчина был рад являться союзником Эдель, он бы никому не пожелал становиться её врагом и мог только пособолезновать смертникам, осмелившимися перейти этому дьяволу дорогу. О, да, именно дьяволу и не как иначе. Ни один человек не умеет узнавать про слабости людей, как она. Никто не умеет так искусно пользоваться этим. Никто не может всего за один год подмять под себя весь теневой мир, с помощью посредника в виде него. Карим искренне восхищался умениями и волевым характером принцессы. За всего один год она сделала очень многое для мужчины, начиная с освобождения из рабства и заканчивая помощью в развитии магии. Несмотря на то, что она была в теле маленькой принцессы, Эдель никогда не позволяла усомниться в своей взрослости, просто не давала шанса относиться к себе как к ребёнку. Магию необходимо было постоянно развивать, эта энергия требовала постоянного совершенствования. Если остановиться, можно остаться обычным человеком. Многие думают, что развиваться могут только феи, но это далеко не так, если феи меняют превращения, совершая определённые жертвы, переступая через себя, то остальные развивались упорным трудом, тратя огромное количество времени на тренировки и медитации. И тем, и другим было невероятно сложно подниматься на каждую ступеньку вверх, но для многих знания, самосовершенствование и учёба становились смыслом жизни. Карим был одним из них. Для своих тридцати пяти лет он стал магом очень рано. Многие добивались этих высот только к пятидесяти годам, но его это не смущало. Он получал огромное удовольствие от побед над самим собой. В последнее же время у него появился ещё один смысл жизни, он хотел, во что бы то не стало, стать не только союзником, но и другом удивительной принцессе. И он к этому успешно шёл. Им с Эдель удалось установить доверительные отношения, они могли часами общаться на разные темы. Один раз разговор зашёл о любви. Карим яростно доказывал принцессе, что без любви к человеку невозможно жить, что любовь — это потрясающее чувство, которое даёт силу для великих свершений. Принцесса же непривычно сухим голосом отвечала. — Любовь бывает разной, мы можем любить мир, семью, знания, людей, окружающих нас. О какой любви говоришь мне ты? — Я говорю о любви меду мужчиной и женщиной. Вот ты когда–нибудь так любила? — спрашивал Карим, смотря на собеседницу любопытным, наивным взглядом. Сказывается общество, в котором он вырос, но королева упорно, с каждым новым днём убивала в нем наивность, открывая глаза на реальный мир. — Да, любила, — сухо ответила королева, но Карим как будто этого не заметил. — И какого это, любить? — мечтательно спросил мужчина. — Больно, — все также сухо ответила Эдель, смотря в никуда глазами полными боли. Такие глаза просто не могут принадлежать ребёнку. Это глаза человека, который через многое прошёл, который не раз оступался, но вставал вновь. Глаза старухи. Карим понял, что спросил не то, что следует, но в тоже время не мог не радоваться приоткрытой двери в жизнь принцессы. Сегодня он узнал о ней чуточку больше. Мужчина отчётливо понимал, что сегодня ему было оказано невероятное доверие. Он точно знал: сказанное сегодня Эдель было больше, чем он о ней узнал за все последнее время, и пусть это было всего одно слово, за ним скрывалось слишком многое, и принцесса позволила увидеть это у себя в глазах. С этого дня, когда королева подпустила Карима к себе чуточку ближе, началась их крепкая дружба. В будущем они ещё не раз соберутся вместе за разговорами.

POV: Варанда Каллисто (Эдель)

Как только им с Каримом удалось обзавестись связями и информаторами где только можно, Эдель отдала приказ достать хоть из-под земли человека, который отравил принцессу. Но это оказалось не так просто, так как только они подбирались ближе, убийца ускользал прямо у них из-под носа, и приходилось искать вновь. Но это только подначивало, пробуждало инстинкт победителя. Это стало делом принципа. Несколько лет они гонялись за отравителем, собирая информацию по крупицам и ещё больше расширяя свою власть. Эдель удалось раскинуть свои сети на ещё одну планету, которая называлась Эсперо. Планета спокойствия, само королевство было достаточно бедным, но правителю удалось создать курортный бизнес. Многие люди мечтают очутиться на Эсперо, перенять на себя немного спокойствия, восстановиться как ментально, так и физически. Также на этой планете были потрясающие заклинания и техники медитаций, которые девушке удалось позаимствовать. Жизнь по тихонько шла, Эдель оттачивала свои умения, расширяла возможности, пока Карим срочно не вызвал её к себе по артефакту связи, который она сделала им. Только они могли бы услышать, что говорит собеседник, всего лишь при желании отвечая на звонок. Сами артефакты представляли собой маленькие серьги-гвоздики, незаметно находившиеся в ухе. Никто не смог бы догадаться, что на ней или Кариме есть артефакт. Придя на встречу к мужчине в неприметное кафе и сев за дальний столик, позволяющий остаться незаметной, королева попивала чашку чая, не показывая ни единой эмоции, когда за стол сел ещё один человек. — Привет, красавица. — Привет, красавец. — Не ехидничай, — сказал мужчина, садясь за стол и подзывая официанта, заказывая бокал виски. — Зачем звал? — сразу перешла к делу Эдель. — Так сразу? Подожди, дай мне выпить и я скажу. Королева молча повиновалась, продолжая неспешно пить чай. О её беспокойстве говорили только слегка дрожащие руки. Не просто так Карим среди бела дня пьёт далеко не лёгкий напиток. — Я узнал, кто тебя отравил, — смотря на принцессу тяжёлым взглядом, сказал мужчина. — Кто. хмм… Кто это? — пересохшим от волнения голосом хрипло спросила Эдель. — Я бы предложил тебе выпить, но ты в теле ребёнка, так что придётся отказаться от этой затеи. — Говори, не заставляй вытягивать из тебя информацию, — требовательно сказала королева, начиная злиться. — Это сделала Королева Аделия Каллисто, — не позволяя отразиться и тени эмоций на лице, сказал на одном дыхании мужчина, внимательно следя за реакцией принцессы. За столом возникла тяжёлая тишина, принцесса молча смотрела в даль, пытаясь переварить полученную информацию. Родная мать пыталась убить своего ребёнка. Даже не пыталась, она убила, и на её место пришла Эдель. — У тебя есть доказательство? — Я работаю над этим, но понадобится время, к королеве не так просто подобраться, — серьёзно ответил мужчина, внимательно следя за эмоциями принцессы. — Демид с ней заодно? — Про короля не было никакой информации, слишком мало сведений. — Сколько времени тебе потребуется для сбора доказательств? — тихо спросила девушка, продумывая план действий в голове, она уже взяла себя в руки и ничем не выдавала свои волнения. — Может год, а может пять лет. Найти что-то на королевскую семью очень не просто, но я постараюсь сделать это как можно скорей. — Спасибо. Сообщай мне любую информацию, которую получишь в руки, — сказала королева, изящно вставая из-за стола. — Куда ты? — обеспокоено спросил Карим. — Мне надо всё обдумать. Не волнуйся, со мной всё хорошо, — ответила Эдель, смотря глазами в никуда. Слишком неожиданная информация оказалась в её руках. Черт побери, Эдель была готова к тому, что её отравил кто-то из высокопоставленных аристократов, но даже тут семья пытается от неё избавиться. Родная мать готова была пойти на убийство, лишь бы скрыть свой позор. С годами становится очевидно, что девочка совершенно не похожа на своих родственников, даже с матерью у них были лишь отдаленные сходства. Эдель отчётливо понимала, что совершенно ничего не сможет сделать без доказательств. Даже если она обратиться к отцу, во-первых, не факт, что он не замешан во всем этом, а во-вторых, король скорее поверит своей жене, чем маленькой, неродной дочке, которую он предпочитает не замечать. Придётся ждать и вести себя ещё осторожнее, чем раньше. Отравить Аделия, конечно, больше не сможет, уж Эдель позаботилась об этом, выработав иммунитет от большинства ядов, но поднасрать можно и по-другому. Удивительно, что королева до сих пор ничего не предприняла. «Я буду готова к удару, а пока мне есть чем заняться. Например, мой резерв почти сформировался, и самое время воспользоваться одним из способов расширения каналов». Всего одна ошибка может привести к полной потери магии, но Эдель это не страшило: она точно знала, что и как надо делать. Купив необходимые травы и другие компоненты на чёрном рынке, Эдель принялась готовить необходимое, когда часы пробили полночь и все уже спали крепким сном. Сварив зелье, девочка стала выливать его в ванную, параллельно читая заклинание. Когда всё было готово, Эдель разделась и забралась в неё, начиная гонять магию по магическим каналам и чувствуя боль во время их расширения. Маленькая девочка сидела с закрытыми глазами в ванной до самого утра, крепко сжав зубы и схватившись за бортики побелевшими подушечками пальцев. И наконец, изумрудные глаза открылись, на губах расплылась самодовольная ухмылка — у неё все получилось. О да, теперь она была полноценной ведьмой, которая может колдовать. Проветрив помещения и слив зелье в смыв, королева размышляла о том, что теперь необходимо выяснить, какие у неё силы, чтобы понимать от чего отталкиваться. Например, если Варанда будет огненной ведьмой, то ей очень сложно будут даваться заклинания воды. Отдохнув, она встала с твёрдой уверенностью понять свои силы. Войдя в медитативное состояние, Эдель начала пробираться через слои внутреннего мира, оказавшись в неком пространстве, в воздухе которого находился огромный разноцветный клубок ниток, в котором что-то горело. Постепенно разматывая шар, она пробиралась к огоньку внутри. Добравшись до него, Королева не смогла не сдержать восторженного вздоха. Её сила была равновесием, а огонёк внутри — ее резервом, который питал её силы. Пока совсем маленький, но с годами он будет расти и расти, превращаясь в неподражаемую мощь. Силы Эдель были потрясающими, они давали ей возможность воспользоваться любым заклинанием. Она не была феей, ведьмой или магом. Она была чем-то другим, для нее не существовало разделений на тёмную, светлую и нейтральную силу. Но вместе с силой ко ней пришла и тяжесть её развития. Развивать все три направления магии очень сложно, девушке сразу добавляется объём работы. Если ведьме надо развивать только именную магию, фее — светлую, а паладинам — нейтральную, то ей придётся сразу все. Маги — это отдельный случай, даже они тратят многие годы, чтобы развивать свои силы, постепенно переходя от одного к другому. На губах маленькой девочки начала расцветать торжествующая улыбка, переросшая в безудержный смех. — Я на шаг ближе к моей прошлой мощи, — это был по-настоящему судьбоносный момент. Момент, когда королева смогла вновь зажечь огонь уверенности в своих силах. И пускай этот огонь был ещё совсем маленький, не стоит сомневаться, этим огнём она прогнёт под себя всё магическое измерения.