Ни шагу назад

- Любуйся: здесь покоится твоя мать, - стоя полубоком, человек в чёрной накидке указывал пальцем на заросший мхом могильный камень, - она была такой же никчёмной девкой, как и ты. Маленькая дрожащая от холода ладонь медленно сжалась в кулак. Девочка, до этого смиренно поникнувшая головой, несмело подняла свой взгляд. Картина предстала удручающая: неухоженная могила выделялась на фоне остальных. Всё обросло сорняками, а надпись на камне едва ли можно было разобрать. - Про мёртвых нельзя говорить плохо... - Не смей указывать мне что делать, мерзавка! Все нервы мне вымотала своими капризами! Хотела с матерью повидаться? Пожалуйста! Домой можешь не возвращаться, тут и ночуй! - мужчина с силой толкнул девочку в плечо и сердито отвернулся, - Перечить мне вздумала! Что ж о ней хорошего скажешь?! Толку было с твоей матери, как с хромой лошади! - он стремительно стал удаляться, продолжая громко ругаться. Девочка испуганно бросилась вслед за отцом. Оставаться на ночь среди мертвецов ей не хотелось. На улице стояла поздняя осень: уже начинало темнеть. Ветер слегка приглушал гневные крики с кладбища. - Что? Надоела мать родная?! - Кордье резко остановился и озверевшими глазами взглянул на ребёнка, - Насмотрелась уже, да? А ну живо отвечай, сволочь! - он схватил дочь за воротник и яростно начал её трясти, - Кому говорю, отвечай! Рин покорно молчала, зажмурив глаза. Она не смела издать и звука: знала, что если ответить, будет только хуже. - Мелкая дрянь... - нервно глотая воздух, мужчина наконец успокоился, - чтоб ещё хоть раз я согласился с твоими капризами... Ни за что! - он снова толкнул девочку, на этот раз так сильно, что она не устояла на ногах. Рин со свойственной детям неуклюжестью упала прямо в лужу и с ног до головы вымазалась грязью. Плащ, руки и даже волосы почернели от кладбищенской земли. Не поднимая глаз от страха, она дрожала всем телом. Заморосил дождь, и небо затянуло тучами. Со стороны леса послышалось пронзительное воронье карканье. Господин Кордье с отвращением, не моргая, смотрел на это жалкое зрелище. - Поднимайся, - строго отчеканил он, спустя минуту. Девочка встала, послушно выполняя приказ. Пусть она и привыкла к такому поведению родителя, но сейчас её губы всё равно подрагивали, а глаза щипало от подступающих слёз. Ей было всего пять. *** "Осечка! Снова... В этот раз повезло, но было близко. Почему я опять ошиблась? Почему тело не слушается? - уничижающие мысли не давали покоя, каждая отдавалась мучительной головной болью, - не хватает скорости, выносливости; проклятая отдышка мешает концентрироваться в нужный момент. Хватка недостаточно крепкая - противник запросто сможет выбить мечи из рук в следующий раз. Если так и дальше пойдет, то мне и до вылета недалеко. Нужно стараться больше! Я не могу подвести отца, это исключено. Сейчас переведу дух и в бой с новыми силами." Переваривая свою оплошность во втором туре, девочка сидела на скамье возле одного из шатров. Железное облачение сковывало грудь, и каждый рваный вдох давался ей с огромным трудом. В дурацком шлеме было до безобразия жарко, а от нескончаемого шума раскалывалась голова. Ежегодные поединки юных воинов всегда собирали вокруг себя толпы народу. Любители хлеба и зрелищ бросали свои домашние дела, чтобы поглазеть на то, как дерутся дети. Будь то зажиточные люди, простые рабочие или вовсе нелюди, которым порядком наскучили жатвы, все как один спешили делать ставки на то, кто же выйдет победителем в этом году. Близ арены маячила пара-тройка мальчишек, которые только готовились выступать. Как только они сразятся друг с другом, начнётся третий тур - финальный, в котором и определятся лучшие из лучших - четыре призёра и один победитель. Рин была единственной девочкой, участвовавшей в состязаниях. Причём третий год подряд. Правда, никто пока об этом не догадывался. Как только она достигла позволительного для турнира возраста, отец стал тайно отправлять её "побеждать с честью" под чужим именем. А сам всегда гордо восседал на балконе, среди таких же надменных кровопивцев, и пристально наблюдал за боями, чтобы после высказывать дочери своё недовольство её "позорным выступлением". Рин приходилось притворяться мальчиком, чтобы её не выгнали взашей, потому что правила категорически запрещали допускать девочек к участию в состязаниях. Однако для господина Кордье правила не писаны. Плевать он хотел на пол своего единственного наследника, тот обязан везде и всегда побеждать. Поэтому пока дочери других именитых господ росли прилежными барышнями, готовыми в любой момент выскочить замуж, если понадобиться, Рин воспитывалась согласно солдатским уставам. Строгий распорядок дня, постоянные тренировки, изнурительные дисциплины. Горе-отец из кожи вон лез, чтобы "сделать из несносной девчонки достойного преемника". Так что о беззаботном детстве Рин приходилось только мечтать. Она полностью освоила искусство боя на мечах в семь с половиной лет и, кажется, с тех пор не выпускала их из рук. Но, само собой, среди оравы неугомонной ребятни находились и те, кто превосходил её в силе. И если Рин вдруг случалось проигрывать - жди беды. Сложно себе представить, что чувствует ребёнок, когда его проклинает собственный родитель. - Эй, ты! Заснул что ли, малец? - звонкий голос оружейника в миг отрезвил девочку. - Нет, - сдержанно и кротко ответила Рин, поднимаясь с места. - Ну вот и славно. Давай-ка я осмотрю твои мечи, парень. Скоро финальный бой, волнуешься поди? - немолодой мужчина увлеченно принялся рассматривать клинки. Рин мотнула головой, отвергая предположение. Хотя на самом деле внутри неё бушевало море эмоций, начиная от волнения и заканчивая недовольством. Причиной последнего служил всё тот же противный шлем. - Ох, кажись, у тебя тут ручка совсем расшаталась. Не беда! Я мигом поправлю, - заметив дурное настроение собеседника, оружейник немного растерялся, - так, значит, жди здесь. Никуда не уходи, понял? Я уделаю рукоять и через минуту вернусь. Мужик мгновенно растворился в толпе. Рин оставалось надеяться, что тот исполнит обещанное и не заставит себя долго ждать. Идея снять проклятый шлем с каждой секундой казалась всё более и более заманчивой. Наконец, девочка не выдержала и, склонив голову, приподняла шлем, чтобы вытереть пот с лица. Она позволила себе самую малость расслабиться, выровняла дыхание и успокоилась. Вскоре на горизонте появилась знакомая фигура. Поспешив вновь надеть это, без преувеличений, орудие пыток на голову, Рин откашлялась и попыталась сделать голос максимально низким: - Благодарю вас, - получилось немного тихо и неуверенно. - Не за что, юнец, не за что! - он с дружелюбной улыбкой протянул Рин мечи и тут же бросился к соседнему шатру. Видимо, заприметил ещё кого-то из освободившихся. Рин принялась проверять свои доспехи на предмет повреждений. Две небольшие вмятины на левом боку и широкая царапина чуть выше локтя. Состояние приемлемое, если брать в расчёт и то, что ей починили рукоять одного из мечей - она и впрямь была слегка расшатана. Девочка начала потихоньку разминаться. Ноги затекли из-за тесных доспехов, а тело слегка ломило, в особенности спину. - Почтеннейшая публика! Спешу Вас обрадовать: мы переходим к долгожданному третьему туру и совсем скоро узнаем имя победителя Ежегодных поединков юных воинов! Спешите! Спешите делать свои ставки! - со стороны балкона раздался слащаво-распевной голос одного из судей. Даже отсюда Рин поняла наверняка, что он - демон. Они звучали не так, как люди. Девочка нечасто встречала этих тварей, потому что, к счастью, ей не приходилось участвовать в жатвах благодаря взносам отца. Однако она успела отметить, что даже в дневное время демоны слишком уж не похожи на людей. "Жнецы" разговаривают иначе: с какой-то особой завораживающей интонацией, будто бы медленно вводя в транс. Кроме того, они и двигались по-другому: шагали плавно, размеренно и аккуратно, чаще всего держа руки за спиной. Их голоса, глаза, жесты, эмоции - всё казалось странным, каким-то фальшивым и притворным. В народе демонов прозвали детоубийцами, так что, по мнению Рин, приглашать их на Ежегодные поединки юных воинов в качестве судей и зрителей - дичайшее кощунство. Но, по всей видимости, знатных особ, чьи сыновья в основном и сражались между собой на поединках, абсолютно не волновала эта деталь. Разумеется! Ведь не их потомство каждый месяц подвергается смертельной опасности и не они живут в постоянном страхе из-за демонического гнёта. Началось распределение участников. Рин быстрым шагом направлялась к балкону, где ей должны были назначить соперника и время их поединка. На этот раз ждать пришлось недолго, потому что их осталось всего десять. Пристальный взгляд демона-судьи немного напрягал, но девочка не подавала виду. - Номер? - вблизи этот голос казался ещё более жутким. - Девятнадцать, - сердце ускорило ритм. - Третья арена, бой первый. Будешь драться с шестым. Всё ясно? - он лукаво улыбнулся и, прищурившись, уставился на Рин. Она не стала с ним любезничать, молча кивнула и отправилась к указанной арене. Внешность демона показалась ей необычной: с его плеч свисали длинные тёмные пряди, и Рин могла поклясться, что в жизни своей она не встречала никого, кто мог бы похвастаться такими же красивыми вьющимися волосами. "Странный тип, он меня пугает... Ладно, сейчас не до этого. Найти бы этого шестого до того, как начнётся бой," - девочка судорожно стала высматривать в толпе своего оппонента. Наконец, в сторону третьей арены, почти вприпрыжку, помчался низкорослый и резвый паренёк. "Неужели он..?" - Рин не успела закончить мысль, как мальчишка уже оказался перед ней. - Здравствуй! Ты девятнадцатый? - он широко улыбнулся и, отдышавшись, поспешил представиться, - моё имя Йозеф. Я номер шесть. - Да. Меня зовут Жан. Они любезно обменялись рукопожатиями, а Йозеф, не подозревая о том, что перед ним никакой не Жан, продолжил разговор: - Ты здесь впервые? Я вот да. Жуть как волнуюсь! Понятия не имею, как я вообще дошёл до третьего тура. Брат говорил, что я и отбор не пройду, а оно видишь как получилось! Ох, как тут жарко! Вот ведь вздумается кому-то проводить поединки в такое пекло! Так и подыхай тут от жары, - Рин самой стало интересно, как такой дружелюбный и разговорчивый мальчик смог дойти до финала. - Я участвую в третий раз, - сквозь небольшие отверстия в шлеме, она внимательно наблюдала за его реакцией. Испугается ли он, узнав кто его соперник? - Вот так номер! Ты, видать, отличный мечник! - глаза его округлились, но в них не было ни намёка на страх, - ого! Двумя мечами дерёшься? Мой старший брат тоже так умеет, а вот у меня не выходит. Здорово! Везёт тебе! - пожалуй, таких добряков арена ещё не встречала. - С двумя мечами сражаться и правда тяжелее, но... - Прошу, займите свои места. Мы начинаем, - секундант настойчиво прервал их беседу и отправил по разным углам арены. Всё тот же голос с трепетом принялся объявлять участников. До начала оставались считанные секунды. Лицо Йозефа заметно побледнело и напряглось. "Спокойно, у него меньше опыта. И судя по тому, что он не может сражаться сразу двумя мечами, его техника боя уступает моей. Однако он на полголовы ниже, шустрее и самое главное - на нём нет шлема, который так мешает боковому обзору. Черт, посмотрим, кому из нас и впрямь повезёт больше..."