Вера....

Вера вернулась домой в Москву, как и планировала, — через две недели. Во дворе первые попавшиеся соседки удивленно ахали, увидя Веру с ребенком на руках. — Верочка, это кто ж? — спрашивали они. — Вот сыночка родила, теперь домой вернулась, — радостно поделилась Вера. — На работу думаю вернуться. Няню искать буду. Вы уж тут поспрашивайте, может кому нужна такая работа? Те закудахтали и обещали побеспокоиться. Вера открыла дверь своим ключом. Все вещи еще стояли на улице. За ними приглядывали. В квартире оказалось ну очень чисто. Брат и его жена сдержали обещание. И все как было при Вере. Она положила сына на диван, подперла диванной подушкой и побежала за вещами. Дотащила в квартиру. Теперь надо было тут обустраиваться. На это ушло полдня. Но зато быт был налажен. Вера заказала доставку детского питания. И себе тоже. Вот же удобный сервис. Не надо выходить из дома. Время тратить, зато можно погулять с Сережей на коляске. В деревне вывез коляску под цветущие деревья, вот и вся прогулка. Дороги приличной не было. Грунтовая в кочках. А тут есть, где пешком походить. Вера не набрала веса во время беременности. Но что было удивительно, при таком размере груди молока у Веры не оказалось. Вот и приходилось кормить детским питанием. Как говорится бодливой корове бог рогов не дал. Грудь дал, а молока не дал. Как только Вера успокоилась от переезда, сразу же позвонила директору школы. — Иван Васильевич, здравствуйте. Это Вера Малинина, и я уже дома. Домашний телефон в силе. Есть сотовый, я скину вам сообщением. — Верочка Анатольевна, а место для вас уже есть. Можете со следующего понедельника приступать. Как же вы вовремя. И последний звонок на носу, и экзамены, и выпускной. Ваша помощь будет неоценима. Жду вас в понедельник. Директор закончил разговор. И вдруг как удар в лоб. Надо позвонить тому мужчине, который ее искал. Неизвестно откуда вернулась Вера, но даже тысяча ей не помешает. Иван Васильевич поковырялся в столе среди визиток и нашел ту самую с золотыми буквами. — Александр Сергеевич, это Иван Васильевич, директор школы. Мы когда-то встречались. Вы просили позвонить, если будут новые сведения о нашем преподавателе. Я человек памятный, раз обещал, значит, сделаю. Вера Анатольевна Малинина объявилась. С понедельника начнет у нас работу. А пока она дома. На том конце связи было молчание. — Эй, голубчик, але. Вы меня слышите? Мартынов проводил совещание. А теперь стоял с открытым ртом. Счастье навалилось вот так просто. Он уже смирился с тем, что потерял Веру навсегда. И все вроде как затихло. А теперь накрыло жаром. Как будто чан кипятка вылился на него. Ничего не затихло, ничего не успокоилось. Просто притихло и пряталось. А теперь рвалось наружу. Все обеспокоенно смотрели на начальника. — Александр Сергеевич, что-то случилось? — встревоженно спрашивали у него. — Еще сам не понял, — ответил Мартинов. И срочно набрал телефон Веры, который ему когда-то дал ее брат. Гудки пошли, трубку сняли и женский голос пропел: — Алееее. Он узнал бы его из тысячи. Этот волшебный тембр. Родной, великолепный, зовущий, манящий. В паху сразу же затянуло. Александр просто выключил связь. Не будет ждать он понедельника. Мало ли насколько она приехала? — Все свободны. У меня срочное дело. Продолжим завтра. Александр уже бежал к машине. Он был уверен в себе. Ему надо было увидеть ее. К дому Веру прилетел как на крыльях. То ли Богородица помогала ему: не было пробок и везде был зеленый свет светофора. Наверное, ангелы разгоняли всех на дороге. Забыв поставить на сигнализацию около подъезда, Александр добежал до квартиры Веры. Отдышался и нажал на кнопку звонка. Отошел от глазка. Дверь распахнулась сразу. Как будто его ждали. В дверях стояла Вера. У Александра сразу же затряслись все поджилки. Вера, это была его Вера. Она была в домашнем спортивном костюме. А на шее на ленточке висела соска в футляре. — Ты? — только и смогла выдохнуть она. Мартынов бросился к ней и не дав сказать больше ни слова, впился в ее губы поцелуем. Прижимал к себе, одной рукой держал за затылок, не давая отстраниться. Ласкал губы по очереди, вталкивал глубоко свой язык. И ловил ее язык. Она обмякла в его руках. Потом осторожно обняла его за спину. — Вера, как долго я тебя искал. Где ты была? Я извелся. Я не мог быть ни с кем. Тебя ждал. И тут громкий детский плач отрезвил его. — Кто это? — удивленно спросил Мартынов. — У тебя гости? — Нет, — ответила Вера. — Пошли познакомлю. Уж не знаю, захочешь ли ты такого знакомства. Но я не предъявляю никаких претензий. Я счастлива. Мартынов ничего не понимал. Он вошел в квартиру вслед за Верой и увидел уже знакомый диван, рядом с которым стояла детская кроватка. В ней сучил ножками младенец. Было не понятно, это девочка или мальчик. — Кто это? — не понимал Мартынов. — Ты родила или ты няней устроилась? — Это мой сын Сережа. Родился в феврале. Вера и сама была поражена напором Александра. Не ожидала увидеть его на пороге своей квартиры. Душила в себе все чувства к нему. А теперь он стоял и рассматривал своего сына. — Вера, ты вышла замуж? — сдавленно произнес он. — Нет. Я уезжала, чтобы не злословили по поводу моей беременности. Мол, нагуляла в девках. Так меня воспитали. Вот сама справилась. Сережа здоров. — Вера, не понимаю. А от кого ты его родила? — глупо спросил Мартынов. У него ничего не укладывалось в голове. — От тебя, — ответила Вера. — Но я ни на что не претендую. Я помню, что ты не хотел детей. Не хотел семью. Поэтому тебе и не сообщала. — Этой мой сын? — ошарашенно спросил Мартынов. — Не может быть. Почему назвала Сережа? — Ну твое же отчество Сергеевич. Подумала, пусть зовут как твоего отца. Но не волнуйся. В графе отец — стоит прочерк. — Да как прочерк? — разъярился Александр. — Почему прочерк? Вера, как могла со мной так поступить? — А как я должна была поступить, если после ночи секса ты просто тихо удрал? — тихо ответила Вера. — Я был дурак. Я хватился потом, но не мог тебя найти. Вера, дай мне его подержать, пожалуйста. Вера наклонилась над кроваткой, взяла сына на руки и подала Мартынову. Тот бережно взял и рассматривал мальчика. — Вера, какой же он красивый. Ты позволишь мне записать его на свое имя? — Да. Я не могу лишать сына отца. А ты вообще зачем пришел? — Все просто. Я люблю тебя, — сказал Мартынов и поцеловал сына в щеку. — Я еще в прострации. Я даже не верю в происходящее. Вер, выходи за меня. Чтобы все как у людей. Я хочу семью. Очень хочу семью. Я был дурак. Но я не знал, что такое любовь. Я бы раньше тебя нашел, но на меня напали в Индии, я был в коме. Вера закрыла лицо руками. Мартынов понял, что она прячет слезы. — Возьми ребенка, пожалуйста, — попросил он. Вера уложила сына в кроватку. И тут на нее налетел ураган. Мартынов целовал ее с напором. Мял грудь через ткань спортивной одежды. Толкнул к дивану. А потом делал все, что хотел сделать раньше. Целовал шею. Рот просто наполнялся слюной и глотать еле успевал. Гладил по затылку. Уткнулся носом в грудь и вдыхал знакомый аромат. — Вера. Вера. Как же я скучал. Вера, прости меня, что тогда ушел. Не понимал еще своего счастья. Своей судьбы. Вера, не прогоняй меня. Давай поговорим и обсудим все. У меня голова кругом идет. Вера, как же я скучал. А Вера отвечала. — Саша, я ждала тебя. Весь год ждала. Мы с Сережей ждали тебя. Но я сама обрезала все концы. Боялась даже думать о тебе. Отпусти меня сейчас. У меня экзамен. Должна няня сейчас прийти. Если хочешь, приходи вечером часов в семь. Чаю выпьем. Алкоголь мне нельзя. Я же за сыном ухаживаю. А молока-то у меня и нет. Вот такая грудь выросла, а функцию свою не выполнила. Я разочарована, думала молока будут бидоны. — Я не разочарован. Эта грудь для меня. И зачем няня? Давай я побуду с Сережей. Ты можешь мне доверять. Я же отец, хотя еще не привык к этому. Не верится. Сколько тебя не будет? — Часа полтора. Не больше. Памперс менять не надо. Если вдруг будет плакать, дашь ему соску. Вера сняла с себя поводок с соской футляре. И надела на Мартынова как медаль. — Только не облизывай ее, соска уже стерильная. Понятно? — Понятно, — обалдело отозвался Мартынов. — А на руки брать можно? — Конечно можно, только головку поддерживай. Он держит, но может и завалить ее. — Все понял. Я пока его хоть разгляжу. Как ты думаешь, на кого он похож? — спросил Александр. — На тебя. Вон там лежит мой альбом с детскими фотками. Сравни сам, — улыбнулась Вера. — А вообще я сама еще в шоке. Честно, я тебя не ждала. Думала ты уже женат на Марианне. — Ты отвадила всех от меня. И я рад. Боже, я — отец? Этот год моих мучений принес мне такую радость. Я жду тебя. Вечером договорим.