Я не могу себе этого позволить

Все началось с того, что Джисон доигрался, причем доигрался капитально. Так и продолжив прятаться от людей, он выходил из дома только в магазин и на работу, с работы ехал сразу в пустой, одинокий дом, изредка замечая там следы присутствия Чонина (который к его возвращению уже куда-то девался, скорее всего, уже уезжал на учебу и приезжал домой уже поздно ночью. Или пару раз не приезжал вовсе, а оставался у Криса с Чанбином, о чем заботливо уведомлял в катоке). Никаких посторонних личностей вокруг дома или где-либо ещё больше не наблюдалось (или те стали прятаться лучше, во что никто не верил), и, не сговариваясь, без обсуждения этой темы вслух, они все как-то расслабились и перестали дёргаться ежечасно. На второй или третий день Джисон проснулся по будильнику и ощутил, что у него нет сил даже на то, чтобы встать и куда-то пойти. Он дотянулся до тумбочки, заглянул в каток — Чонин опять написал, что его не будет, что он ночует у Сынмина, у которого сегодня должен был быть последний экзамен. Джисону, помнившему, что это был тот самый патан, за который Сынмин больше всего переживал и за сдачу которого обещал что-нибудь спеть, стоило бы позвонить ему или хотя бы написать, спросить, как все прошло, но он продолжал лежать и лениво скроллить ленту. В конце концов он выгнал себя из-под одеяла и, только пошатнувшись на выходе и чуть не ударившись головой о косяк, осознал, что что-то с ним не так. Потирая лоб, кажущийся неестественно горячим, он отправился вниз, искать коробку с лекарствами, в которой чисто теоретически должен был бы найтись градусник. Но ему не повезло настолько, что он даже не смог найти саму коробку; не помнил, куда ее дел Чонин и не знал, где видел сам в последний раз. Грустно сделав себе в качестве компенсации женьшеневый чай и набив полные руки всякого вредного для пищеварения говна вроде маршмеллоу и леденцов с кислинкой, он пополз обратно в комнату. Там, упав на кровать, Джисон позвонил хозяйке лавки и сообщил, что не в состоянии выйти на работу по состоянию здоровья. Неожиданно получив в ответ ругань и предложение оформить официальный больничный со следующего дня (сегодняшняя смена все равно засчиталась бы ему за прогул), он согласился на все услышанное, лишь бы побыстрее положить трубку. Скорее всего, он простудился ещё тогда, когда шел пешком на работу и промочил в результате обе ноги и джинсы до колен (черные, было не особо заметно), но несколько дней его организм ещё пытался хоть как-то сопротивляться, сдавшись только сейчас. Пролежав так ещё пару часов, попеременно листая ютуб, тиктоки и инсту, Джисон заснул и проснулся в результате только от звонка телефона под ухом. Морщась, он разлепил кое-как очень тяжёлые веки, потер глаза и тут же снова их зажмурил — он забыл закрыть шторы, и поэтому солнечные лучи упали ему прямо на лицо. Стоп. Солнечные лучи? Джисон поднял руку и встряхнул часы на запястье. 07:21. То есть он проспал четырнадцать часов?! И спал бы ещё, если бы не… Телефон в его руках заткнулся и тут же заиграл снова. Крис был упрям и доёбист. — Да? — пробормотал Джисон в трубку. — Open the door, — приказал тот, но добился лишь непонимания. — Чё? — Джисон громко зевнул и со щелчком захлопнул челюсть. В противовес Крису, он с утра знатно тупил, причем вне зависимости от того, как это утро соотносилось с реальным временем. Больше утра — больше шансов и возможностей протупить, знаете ли. — Дверь, говорю, открой, — перешёл на человеческий язык тот. — Ща, — промычал Джисон, отрубил звонок и пополз вниз как был, босиком, в домашних штанах и мятой, в пятнах, майке, от которой попахивало потом и почему-то немного кофе. Щёлкнув задвижкой, он толкнул дверь и, щурясь из-за яркого света, громко чихнул. Затем кое-как продрал глаза. Крис стоял перед ним с открытым ртом. — Хани, — наконец обеспокоенно заговорил он. — You're okay? Однако вот это было неожиданно. — «Хани» — это в смысле? Это в смысле «honey» типа «sweety», или 한이 типа «Джисон-и», как в именительном падеже? — ответил вопросом на вопрос не менее доёбистый и очень мстительный иногда — особенно в плохом настроении — по утрам Джисон. Ради такого он даже был готов проснуться и немного подумать. Крис внимательно дослушал и похлопал его по плечу: — Что захочешь, Хани. — Затем, поймав за плечи, пододвинул в сторону и прошел внутрь. Закрыл за собой дверь, он стащил с себя и бросил на диван верхнюю одежду и направился в кухню. Зашумел, нагреваясь, чайник. Издала мягкий звук, открываясь, дверца холодильника. — У тебя вообще еды, что ли, нет? — повысил голос Крис. — В душе не ебу! — крикнул в ответ Джисон и поплелся искать тапки. Есть ему не хотелось совершенно. — Что тебе заказать? — донёсся ему в спину вопрос. — Такси на тот свет, — раздраженно шепнул себе под нос Джисон, обуваясь. — Что хочешь, я не голоден! — Окей, — Крис внезапно материализовался совсем рядом. — Я переформулирую: что тебе приятнее, удобнее и проще будет есть в связанном виде, насильно и из моих рук? Джисон внимательно посмотрел на него. Крис улыбался и вообще выглядел крайне приветливо, но отчего-то Джисон вспомнил ту чайную ложечку — между прочим, прилетевшую в дверь с большой силой точно в то место, где за секунду до того был глаз Чанбина, — и поежился. — Пуктяй, — в конце концов сказал он, решив, что им давиться будет не так противно. — Got it, сейчас закажу, — кивнул Крис и внимательно оглядел Джисона с ног до головы. — А ты пока сходи-ка в душ. Под его взглядом у Джисона откуда-то даже взялись силы, правда, хватило их сугубо на то, чтобы забрать из комнаты чистую одежду, закрыться в душевой кабине, повернуть рычаг, более-менее настроив температуру, и всё. На этом он сдался, удовлетворённый, что выполнил программу-минимум. Что же до остального, то сейчас, он постоит немного под теплыми струями, подождет и отдохнёт, и вылезет, да?.. В душе было так хорошо, так приятно и горячо, что Джисона быстро разморило. Он потёр подмышки, пах, кое-как побрился и лениво заморгал, глядя на шампунь. Помыть голову сейчас или попозже?.. Ему казалось, что в мозгах поселилась рыбка Дори и отстроила себе домик из глины, который под воздействием температуры быстро застыл — так тяжело ему давались раздумья. Устали ноги, и стало самую малость жарковато. Придерживаясь за поручень, Джисон сполз на поддон, облокотился головой о прозрачную дверцу и опустил голову на грудь, чтобы вода не стекала прямо в глаза. Ещё немного, сейчас, он отдохнёт… Что было дальше, он помнил очень смутно и урывками. Вот пол как-то подозрительно близко, а Крис тащит его на себя из кабинки; темнота и сразу звёзды над головой, зажженные Сынмином; Чонин, почему-то с лисьим хвостом и ушами; внезапно Хёнджин — красноволосый, в какой-то немыслимой кожаной с цепями и шипами одежде, ласкал его грудь, и… На Хёнджине Джисона наконец-то осенило, что он бредит, что ему всё это кажется и ничего не существует, поэтому внезапно оказавшегося в его поле зрения Криса он тоже принял за глюк и очень удивился, увидев того в совершенно привычном виде, и даже капельку расстроился своему подсознанию. Но потом решил дать себе шанс — может, хоть вести себя тот будет неадекватно? Но Крис просто встревоженно всматривался ему в лицо и не говорил, не делал ничего предосудительного, и Джисон решил, что подсознание просто думает, что Крис будет в пассиве, поэтому активность должен проявлять он сам, чтобы его переубедить. Он протянул руку и поймал Криса за низ футболки: — Ты… — язык двигался неожиданно тяжело, — ты меня трахнешь? Ты должен, ты знаешь? — Да? Почему? — уточнил Крис с интересом и выпрямился. — И ты должен отхлестать меня по заднице, — продолжил Джисон, торопясь донести мысль, пока она не сбежала из больной головы. — Или нет, я тебя, но зачем? Что я тебя? Я тебе денег должен? — он глубоко задумался. — Ты знаешь, что синие цыплята краснее зелёных? — С чего ты взял? — поддержал диалог Крис, подсовывая ему на ладони под нос что-то мелкое. Другая ладонь скользнула вдоль челюсти, на миг обхватила шею и нажала за ушами; затем Крис зажал ему рот и тут же отпустил, подсунув вместо себя соломинку. — Вот так, Хани, пей, — Джисон ощутил, как что-то коснулось его волос и погладило. Закашлявшись, он проглотил воду и какие-то твердые крошки, затем ещё раз недовольно потянул воду. — Вот умница, молодец, а теперь спи, милый, хорошо? — Ты должен остаться, — снова невнятно попытался успеть убедить его Джисон, прежде чем тот растворится как Хёнджин. — Тебе ещё нужно командовать, да, рота солдат — это сексуально… Всё…. — он громко зевнул и вздрогнул, — все в зелёном, и… мне холодно, хён, дай мне одеяло… Крис расплылся перед его глазами, и Джисон успел огорчиться, что не успел донести главную свою мысль про захват власти во всем мире с помощью подкупа кошек Минхо, но тут сверху его придавило что-то тяжёлое, и через минуту он уже окончательно спал глубоким сном. *** Лениво поерзав, Джисон переложил затекшую руку повыше и, не открывая глаз, чуть сдвинул голову. Было тепло, хорошо и уютно, а под ухом фоном равномерно бился чей-то пульс. Он расслабленно и глубоко вздохнул, а потом потянул носом снова, ощутив смутно знакомый и очень вкусный запах. Выдираясь из сонной мути, он постепенно начинал понимать, что пахнет неясной смесью цитрусовых и травы: апельсин и лимон? Апельсин и вербена? И на фоне что-то еще, какая-то неясная примесь, напоминающая нечто близкое и родное, нечто неописуемое, прячущееся под словом «дом». Разбираемый любопытством по поводу источника этого запаха, Джисон открыл глаза и в первую секунду не сразу понял, что именно не так в его текущем положении. Он лежал в своей комнате, под одеялом… но лежал, уткнувшись носом в чью-то шею, старательно нюхал ее последние несколько минут и обнимал этого кого-то, закинув для верности на него ногу. Хотя бы слюни не пускал, уже повезло. Приподнявшись на локте, он наконец смог рассмотреть лицо этого кого-то, и обнаружил, что Крис ему всё-таки не почудился. Или, если верить в лучшее, то почудился частично, или сначала почудился, а потом, когда Джисон окончательно уснул, пришел настоящий. Более того, не почудившийся ему Крис ещё и не спал, потому что тут же открыл глаза и совершенно не сонно уставился на него в ответ, разглядывая так, словно впервые видел. — Хани? — Джисон вздрогнул, ощутив, как вдоль челюсти скользит чужая ладонь и останавливается на лбу. Затем Крис обхватил его за шею, притянул чуть ближе и, приподнявшись, коснулся губами того же места, где только что лежали его пальцы, измеряя температуру, словно ребенку. — Вроде ничего. Как ты себя чувствуешь? Джисон чувствовал себя замечательно. Но послушно прикрыл глаза и попытался оценить свое состояние ещё раз. — Идеально, — немного удивлённо пожал плечами он и задумался вслух: — Почему я опять уснул? До того, как ты пришел, я полсуток проспал… Погоди, а ты давно пришел вообще? — Вчера утром, — проговорил Крис, внимательно следя за выражением лица Джисона. — Серьезно? — поразился он. — Ещё как, — Крис вздохнул. — Не знаю, сколько ты помнишь, но ты потерял сознание в душе и потом ещё полдня бредил с высокой температурой. Я почти вызвал скорую, но в результате обошёлся помощью твоего Сынмина. Джисон прикусил губу. Это что, получается, Крис видел его голым, что ли? Потом до него дошла вторая часть сообщения. И сразу, словно пыльным мешком по голове, вся остальная. — Блядь, Сынмин меня убьет, — вздохнул он. — Мне действительно было так плохо, да? Ничего не помню вообще. — Тебе бы стоило побеспокоиться, что тебя убью я, — желчно усмехнулся Крис. — Не-а, ты меня любишь, — нагло констатировал неочевидное, но очень желательное (особенно в контексте намерения дожить до и пережить встречу с Сынмином) Джисон. И бесцеремонно улёгся обратно на плечо Крису, снова уткнулся носом ему в шею и продолжил нюхать. — Keep believing, — пробормотал себе под нос Крис, но поднял руку и взлохматил ему волосы. И Джисон как-то кожей ощущал, что тот абсолютно не злится. Он чувствовал себя в безопасности, так спокойно, как чувствовал себя, наверное, только в детстве дома, когда никаких забот ещё не было, казалось, что всё хорошо, и мир приносил ему только удовольствие. — Еще немного полежим, — начал Крис, продолжая гладить его по голове, — и нужно будет встать, поесть, хорошо? Если не захочешь вниз, то я тебе принесу в постель, ничего страшного. Ты дня два не ел, или даже больше, подозреваю. А потом выпить лекарства, чтобы не на голодный желудок, и ещё отдохнуть. Джисон зевнул. — Извини, хён, — пробормотал он, снова сонно. — Я не хотел доставлять тебе столько проблем и мороки. — Ничего страшного, Хани, — пальцы Криса на миг застыли в его волосах. — Я всегда готов помочь тебе. Только давай в следующий раз ты попросишь об этом сам, заранее, а мне не будет звонить Минхо в панике, что тебя, оказывается, второй день нет на работе и ты не берешь трубку не только на звонки от начальства, но и от него самого? Осознавая суровую реальность, Джисон резко сел в постели. Рука Криса мягко упала на одеяло. — Блядь, работа. Я же так и не взял больничный! — Насчёт этого, — Крис почесал бровь, выглядя несколько смущённо. Джисон первый раз видел на его лице такое выражение, поэтому резко насторожился. — Минхо там немного поорал, пока разбирался, где ты, и, в общем, тебя все равно уже собирались уволить за прогулы… — Меня уволили, — обречённо констатировал факт Джисон. — Да, — виновато подтвердил Крис. — Но нормально, без проблем, you know, как будто ты просто написал заявление, одним днём по соглашению сторон. — Пиздец, — Джисон упал обратно на подушку. — Пиздец, ещё и работу под праздники искать… — Ну прямо сейчас ты никакую работу искать не будешь, — покачал головой Крис. — Тебе сначала нужно окончательно выздороветь и прийти в себя, и только потом я тебя куда-то выпущу. — А есть я что буду? За еду ты тоже платить будешь? — Why not? — Крис наклонил голову. Его внимательный жёсткий взгляд, так не вязавшийся с расслабленным обликом и юным лицом, словно преследовал Джисона, бросал ему вызов, заставлял его не отворачиваться и продолжать поддерживать зрительный контакт. — Может, мне тебя ещё «папочкой» называть и отсасывать за каждый прием пищи? — Ты, конечно, можешь, и, скорее всего, я буду не против, но нет необходимости делать это из благодарности, — хмыкнул Крис. Джисон вопросительно заморгал, глядя в эти бесстыжие с хитринкой глаза: — Дэдди-кинк? Серьезно? И, получается, ты готов просто так кормить меня и поить, пока я не найду себе новую работу? Ни за что? — Ну, во-первых, не «ни за что». Воспринимай это как аванс с гонорара за трек, который вот-вот выйдет, — предложил Крис, и брови Джисона поползли вверх. Он вообще успел забыть, что что-то там записывал, и уж тем более не думал, что получит за это деньги в принципе. Но Крис ещё не закончил: — Если выстрелит, придумаем название группе и запишемся ещё. А так — слушай, я достаточно зарабатываю, чтобы помощь другу не причиняла каких-то неудобств. Про дэдди-кинк он так ничего и не сказал, но Джисон решил не заострять на этом внимание. — Спасибо, конечно, — выдавил он, переведя взгляд куда-то вперёд. — Нет, правда, спасибо. Но я думаю, что справлюсь без помощи. У меня есть кое-какие запасы, и сейчас не нужно платить за жилье. Все будет нормально. Крис пожал плечами. — Это не значит, что ты избавишься от моего контроля в ближайшее время, — как решённый факт, не спрашивая мнения Джисона, констатировал он. — Кстати об этом. У тебя были какие-то планы на праздники? Джисон задумался. Ему всё казалось, что конец года так далеко и ещё есть время решить, что делать и куда поехать, что он вовсе не заморачивался пока с этим. Не к родителям же ехать, в конце концов, он бы там помер от стресса и нравоучений в первую же минуту. Кроме того… — А какое сегодня число вообще? — спросил он и поискал взглядом мобильник. — Двадцать второе декабря, к твоему сведению, — указал Крис. Потянулся к тумбочке со своей стороны и передал Джисону его же телефон: — Я поработал твоим секретарем, поотвечал на звонки, пока ты был не в состоянии. Познакомился с твоими друзьями — Гунилем и Джиёном, они обещали на днях заехать. С тем же Сынмином поговорил наконец-то, про него Инни много рассказывал. — Больше никто не звонил? — автоматически уточнил Джисон, разблокировав экран. Крис жестом указал ему на телефон. При виде количества уведомлений Джисон ощутил, как вытягивается лицо. Он не отвечал всего пару дней, неужели его могло потерять так много людей? Больше двух десятков пропущенных от Минхо, все — в первую ночь, ещё до прихода Криса. Ещё по нескольку тогда же от самого Криса, Чанбина, Чонина и четыре от Сынмина. Несколько принятых вызовов от того же Сынмина — все в привычное время, последний утром двадцать второго, сегодня, как будто тот продолжал прилежно звонить по собственному расписанию, не обращая внимания на то, что ему сказал Крис. Сейчас же на часах было почти шесть вечера. Джисон до сих пор не мог осознать, что прошло столько времени, учитывая, что, проснувшись, он чувствовал себя превосходно. Ещё один принятый входящий от Гуниля; разговор длительностью десять минут и две секунды. Джисон даже думать не хотел, о чем они с Крисом могли говорить так долго. — Так вот, про праздники. Если будешь себя чувствовать хорошо, хочешь отметить со всеми? Мы с Чанбином обычно устраиваем дружеские посиделки, компьютерные игры, ужин, немного алкоголя в пределах допустимого, ну, знаешь, просто посидеть ради удовольствия? Поиграть на гитаре, может, спеть? — «Со всеми» — это с кем? — С кем захочешь? — предложил Крис. — Если наберётся достаточно много народу, мы можем собраться прямо здесь, чтобы не таскать тебя и не провоцировать осложнения болезни. Звучало… интересно. С учётом того, что по рождению Джисон был ни разу не христианином, он рождество отмечал примерно так же, как и приблизительно треть коренных корейцев: как абстрактный праздник, повод порадоваться, а то и не отмечал вовсе, поэтому идея Криса его одновременно и порадовала, и напрягла. — Мы будем праздновать религиозный праздник? — задумчиво уточнил он. — Зачем? — удивился Крис. — Не знаю, как с твоей стороны, но никто из моих друзей не является активно верующим. Я так вообще атеист. — Я мусульманин, — признался Джисон. — Но так же далек от религии, как ты от балета. Крис усмехнулся: — Ну вот и разобрались. Так как? Джисон автоматически принялся разгибать пальцы, прикидывая, кого бы хотел видеть при идеальном развитии ситуации. Понятно, что Чан и Чанбин шли автоматом в первых пунктах списка; Чонин, если не приедут его родители; Сынмин, которого чисто теоретически могли бы отпустить «к Чонину»; Минхо, конечно же, а там, где Минхо, там и его мемберы — если, конечно, те смогут приехать. Несмотря на испытываемое Джисоном раздражение по отношению к Хёнджину, он прекрасно понимал, что позвать двух и не позвать третьего члена группы будет слишком громким заявлением, которое Минхо, скорее всего, ему не простит. Несмотря на то, что они переспали, Джисон все равно не поклялся бы, что между ним и Хенджином Минхо выберет самого Джисона. Даже уверен был, что не выберет. Просто потому, что, будучи айдолом, тот по умолчанию ставил карьеру выше отношений. Кроме того, если вспомнить одну ма-а-аленькую оговорку Минхо в их последнюю встречу, то Джисон предполагал, что между Минхо и Хенджином тоже что-то было. Поэтому единственное его преимущество таковым попросту не являлось. Поэтому что? Правильно, добро пожаловать, Хван Хёнджин, я мило улыбнусь тебе при встрече и дальше буду делать вид, что тебя не существует. И, конечно, Джиён с Гунилем, куда же без них, тем более что Джисон давно их не видел и очень соскучился. — Считая меня самого, десять человек, — показал он Крису растопыренные пальцы. — Я думаю, ты знаешь всех или почти всех, кстати. Джиён и Гуниль, ты, Чанбин, Чонин, Сынмин, Минхо и его мемберы. И всё. — Забавно, — прищурился тот. — Твой список практически суммирует списки Чонина и Чанбина. — Готов поклясться, в списке Чанбина не было Гуниля, — поморщился Джисон, осознав, что внепланово подписал друга на повышенную вероятность очередных угроз. — Надо его отдельно будет предупредить, что не нужно больше ничего делать, мы просто друзья и всё такое. Крис неожиданно заинтересовался этой историей: — «Ничего делать»? What do you mean? — А Чанбин не рассказал? — удивился Джисон. Потом подумал, что да, наверное, нечему удивляться, кто ж расскажет, как ему сунули в табло и он никак не смог этому помешать? Поэтому он постарался сформулировать аккуратнее и как можно более короче, чтобы не трепать эго Чанбина на случай, если тот услышит пересказ. — После того… м-м-м… случая Гуниль почувствовал в себе вдохновение побыть грозным старшим братом, ну и, честно говоря, после их разговора я не уверен, что они будут рады друг друга видеть. — Сначала спроси, может ли он приехать вообще, вдруг проблема решится сама собой? — улыбнулся Крис. — Но не прямо сейчас. Сначала ты идёшь есть, затем снова в душ — и, имей в виду, я собираюсь следить, чтобы тебе опять не стало плохо, — и пить лекарства. План действий ясен? — Так точно, капитан, — отсалютовал Джисон и увидел, как во взгляде Криса вспыхнуло одобрение. — Хороший мальчик, — медленно сказал он, и Джисон, чувствуя, как начинают гореть уши, быстро кивнул.