***
С течением времени, в алфавите продолжали пропадать буквы. Сейчас в помещении по типу морозильника лежат уже более десятка трупов разных букв. Кто был весь в порезах, у кого просто ломали кости, у кого просто вырывали всё, что можно было вырвать. После каждого такого обнаружения трупа проводилось собрание в попытках выяснить, кто это сделал. Но они никогда ни к чему не приводили. Только лишь к крикам и скандалам, где всех разнимали Ёшка и Яори, поскольку Аза уже никто не слушал.***
Кнайф и Лампчка собрали уже почти двадцать палочек. Этого было вполне достаточно, чтобы окончательно захватить власть над всем чем только можно. Поэтому на какое-то время убийства прекратились. И в этот относительно спокойный промежуток времени, Кнайф всячески эксперементировал с палочками и пробовал их объединять, как ему показывала Лампчка, что довольно хорошо получалось. Теперь от кучи мелких цветных палочек появились две полностью чёрные палочки, которые больше обычных в раза два. Концы их звёзд были длиннее и намного острее. Но это не все изменения. «Ведя» замечал, что «Глаголь» со временем всё больше и больше портиться. У него совсем испортился характер и он ведёт себя ещё хуже, чем раньше. Он даже с Лампой обращается как с грязью и крайне редко бывает с ней хоть на каплю добрым, что её просто убивало. Она просто винила себя за то, что просто не прибила этого ножа в тот день, когда это ещё было возможно. Сейчас его сложнее будет поймать в неподходящий момент, чтобы это сделать…***
Спустя какое-то время симболары всеми правдами и неправдами выяснили, что за всеми убийствами стояли «Ведя» и «Глаголь». Но, уже было поздно. Они уже собирались сбежать, но перед ними внезапно встал Кнайф. Он выглядел как обжект, но только его глаза были как у симболаров, а его черные конечности стали толще и длинее, как и само тело, которое сверху будто обросло какой-то чёрно-угольной плесенью. — Куда собрались? — усмехнулся он, говоря искаженным голосом. Неужели вы не даже не попытаетесь мне противостоять и просто сдадитесь мне?.. Хотя да. Вы ведь никуда и не денетесь от меня. Нож слегка наклонился к буквам, потому был значительно выше их. На его лице появилась ухмылка из-под которой слегка виднелись его острые треугольные зубы. Вскоре, один из симболаров попытался сбежать, но Кнайф крепко схватил его и взглянул ему в глаза. — Откуда у тебя такие надежды, тупая буква? Неужели ты не можешь всё осознать, а? — громко спросил обжект. Буква только сглотнула и ничего ему не ответила, со страхом так глядя ему в глаза. Ёшка в тот момент наконец-то осознал, что нужно попытаться как-то спасти того симболара. Схватив ближайший стул, он резко вдарил им по Кнайфу, заставив его отпустить ту букву и вкрикнуть. Но Ё не стал на этом останавливаться и продолжал избивать Ножа стулом, выкрикивая все маты, которые только знал. И пока сиреневый отвлекал обжекта, остальные буквы быстро погнали отсюда прочь. Но, убежать они не смогли, ведь в них с огромной такой силой прилетело две части уже мёртвого Ёшки, что заставило их пошатнуться. Пару букв тихо вскрикнули, когда увидели, что запачканы в крови сиреневого, пока остальные уже начали терять надежду на то, что у них всё получится. Но, к счастью, один из симболаров сообразил, что они могут просто телепортироваться. И взмахнув палочкой, он телепортиовал и остальных букв в неясно куда, но подальше от Ножа. — Серьезно? Ты только сейчас додумался до телепортации? — грубо спросил Панако. — Радуйся, что хоть сейчас, Панако. А то бы могли бы сдохнуть также как Ё. — закатил глаза Марсель. — Нашли время для срачей. Может быть перестанете уже, а? — зло сказал Яори. Панако и Марсель замолкли. Их взгляды были усталены куда-то вниз. — Так, ладно. А где мы вообще сейчас? В мире обжектов, если не ошибаюсь? — поинтересовался Я, быстро оглядевшись вокруг. — Да… Походу я нас телепортировал в мир обжектов. Возможно, он нас тут искать не будет, кто его знает. — пожал плечами Марсель. — Не факт. Мне кажется, есть большая вероятность, что он придёт именно в это изменение, чтобы нас найти. — Яори***
Лампчка молча смотрела на труп Ёшки пустым взглядом. Кровь уже застыла. На фоне были слышны приглушённый гундёж Кнайфа по поводу того, что симболары исчезли и телепортировалась неизвестно куда. В тот момент, Лампа поняла, что до Ножа не получится больше достучаться и придётся пытаться всё же пришибить его…