Дневник Антона Шастуна

      Следующий день был полностью забит учебой. Однако поговорить с Итаном мне все же удалось. Мы договорились посидеть у него дома под какой-нибудь сериал завтра, а сегодня он взялся сходить со мной в продуктовый и проводить до дома. Я же не возражал. Может, ему хоть удастся поднять мне настроение. Хотя стоит признаться, что осадок после вчерашнего привата с новым зрителем остался: интрига все еще присутствовала, уж очень этот персонаж меня заинтересовал. Но сейчас, стоя на пороге учебного корпуса вместе с Итаном под крышей и наблюдая за тем, как улицы буквально обливаются литрами дождя в метре от нас, все эти ощущения пропадали.       — Why don't we call Uber? — я продолжал смотреть на ливень, пытаясь его перекричать.       — Actually, I came by my car… — он указал на одну из машин, которая стояла на парковке, вот только дорога до этой парковки заняла бы ровно столько времени, сколько нам потребовалось бы, чтобы промокнуть до нитки.       В ответ на это я что-то пробубнил, вздыхая. Кажется, здесь придется задержаться. По крайней мере я так думал. Я уже собирался убрать свои очки, которые одеваю только тогда, когда нужно увидеть что-то вдалеке, чтобы вода не скапливалась на стеклах, но в нескольких метрах я увидел единственного человека, который осмелился выйти наружу. Он был в черном пальто и под черным зонтиком, который позволял не намокнуть верхней части тела, однако ноги все еще были в зоне риска. Но, походу, ему было все равно. Этот человек достаточно уперто направлялся в нашу с Итаном сторону. Ну или в сторону учебного корпуса, пока неизвестно.       Я все же убрал свои очки в сумку и потер переносицу, которая все еще не привыкла к таким условиям существования. Фокус моего внимания сместился обратно на Итана.       — Then… Shall we run? — Итан не успел мне ответить, как тот самый мужчина в черном подошел прямо к нам, складывая свой зонт, с которого на нас разбрызгало водой.       — Привет. Всё же предлагаю поговорить полноценно и лично, — я повернул голову на до боли знакомый голос, снова видя перед собой Арсения, — Hello, Ethan, — он мельком посмотрел на моего одногруппника, после снова обращая свое внимание на меня, пока я продолжал охуевать с этого…персонажа.       — Да пошел ты на… — в этот раз меня перебил Итан.       — What? How do you know my name? And why are you talking to Anton again on… Russian? Or what language is that? Where did you come from? And why? — кажется, у Итана тоже закончилось терпение (а он только второй раз в жизни его видит (!), а представляете каково мне?).       — Don't boil, Ethan. I just want to talk to him, and he's stubborn. I'm not gonna hurt your boyfriend.       — Арсений, сука Вы, Сергеевич, я не буду с Вами лично разговаривать. Отвалите от меня нахуй, — я прожевал каждый слог в его морду, чтобы он уже наконец всё уяснил, и повернулся в сторону Итана, — Ethan, run to the car… — меня вздернули за предплечье и прижали к бетонному столбу, что был рядом.       — Ты как со старшими разговариваешь, Шастун? — передо мной в близи показалось лицо Попова, пока его руки крепко держали меня за грудки.       — Hey! What are you doing?! — Итан пытался оттолкнуть от меня Арсения, но тот явно был сильнее, — I'll call security now!       — А как мне с Вами разговаривать, если Вы простых слов не понимаете? Еще и узнали, где я учусь. До матери докопались. Вы охуели, Арсений Сергеевич, — я видел, как у него появляются желваки на висках от злости, пока я даже не сопротивлялся тому, как он меня прижимал к стенке, — Ethan, it's all right. Calm down.       — Пасть закрой, если только материться и можешь, — меня снова вздернули, немного ударяя затылком о стену, из-за чего я поморщился.       — Anton, I don't like all this. I'll go get the guards, — он уже собирался уйти, но Попов повернулся к нему в пол-оборота и схватил за предплечье, при этом не позволяя мне отстраниться от стены.       — Just try it, — Арсений рыкнул на него.       Знаете, сейчас, находясь между двух огней, один из которых вызывает у меня сильное чувство агрессии, а другой вызывает, ну… Не то чтобы равнодушие, но абсолютно ничего, единственное, чего я сейчас правда хочу, это уйти домой, так и не купив продукты, и закрыться там. Я прожигал взглядом одну точку, пока Итан и Арсений че-то выясняли между собой. Меня все еще держали за одно плечо, не смотря в мою сторону. Пока я молчал и находился в своего рода прострации, желание резко рвануть нахуй увеличивалось.       — If you don't close your mouth right now, you'll grab your face, — Арсений уже совсем был на взводе.       — You shut up! — Итан уже хотел замахнуться на Арсения, и тот уже начал реагировать, но в один момент первый резко остановился, увидев, что меня, где я стоял раньше, у колонны, уже не было, — Anton? — Итан осмотрелся вокруг, так и не ударив Попова.       Я шел под ливнем, проходя парковку, на которой стояла та самая машина, на которой я мог сегодня уехать. Бежать от дождя было уже глупо — итак промок до нитки. Я просто шел, направляясь в сторону своего дома, сохраняя на своем лице непробиваемый покерфейс. Мне чисто повезло, что сегодня на учебе не нужна была камера или что-то еще из техники, потому что сумка вполне может промокнуть насквозь к тому времени, когда я уже буду дома. Как удачно я забыл телефон. Я опаздывал утром и как-то совсем забыл про него, да так, что после того, как написал Арсению вчера вечером, вообще не включал его. Может, именно поэтому Попов и приперся, потому что я так и не ответил ему хоть и обещал? В любом случае, меня это не должно волновать. Если припрется снова, то заявлю в полицию о преследовании. И казалось бы, это всё. Но меня снова кто-то схватил за предплечье, а на голову перестала лить вода.       — Если ты еще и заболеешь, я точно тебя ударю, Шастун, — он встал сбоку от меня, придерживал за предплечье и другой рукой держал зонтик, который, к слову, был достаточно большой, потому он спокойно укрывал от ливня нас двоих, — Веди.       — Вам-то какое дело, — я устало вздохнул, остановившись и повернувшись к нему лицом, — А…Или Вы хотите опробовать на мне новые препараты, а моя простуда будет не к стати, да? — я встряхнул своими мокрыми волосами, чтобы не быть прилизанным.       — Антон, — он вздохнул, пытаясь после продолжить говорить, но продолжил я.       — Или Вам снова не хватает игрушки для манипуляций, чтобы позлорадствовать или снять злость?       — Антон.       — А может, Вы все-таки задумались о реальных отношениях с моей матерью?       — Шастун.       — Или Вам просто делать, блять, нехуй, как доебываться до человека, который Вас на дух, сука, не переносит?! — я крикнул ему это прямо в лицо, после чего между нами повисла тишина, которую перебивало только мое сбитое от злости дыхание, — Вы — причина всех моих бед. И если вы ожидаете, что я добровольно пойду с Вами на контакт, то научитесь, блять, считать, — я попытался выхватить свою руку из крепкой хватки Арсения, но мне это не удалось, — Пустите.       — Высказался? А теперь слушай сюда. Либо ты ведешь меня к себе домой, либо я отвожу тебя к себе, чтобы высушить тебя, идиота малолетнего. Ты прогноз погоды вообще на сегодня смотрел? Почему без зонта вышел? — пока он отчитывал меня как школьника, я охеревал с его невозмутимости, — А по поводу всего, что ты тут наговорил, мы еще успеем поболтать, Шастун. И ты не отвертишься, — я уже хотел как-то возразить, но меня перебили, — Теперь выбирай: к тебе или ко мне.

***      

      Сидя на диване в гостиной своей квартиры, укутанным в плед, с уже сухими волосами и с чашкой горячего чая, я смотрел в одну точку, пытаясь игнорировать присутствие того, кто пришел со мной сюда вместе. Он что-то делал на моей кухне, ворча, что я вообще не ем нормально и холодильник у меня пустой, и вообще я не как человек живу.       — Антон, у тебя денег нет? Почему ты еду не покупаешь?       — Я… — у меня даже шанса ответить не было — меня перебивали.       — Ты ж уже взрослый парень, понимаешь же, что так нельзя жить. Гастрит себе заработаешь, потом будешь все деньги не на еду тратить, а на лекарства, — он продолжал бухтеть, роясь в своем телефоне, видимо заказывая еду мне на дом.       — Если вы… — меня снова перебили.       — Нет, ну вот что ты хочешь этим добиться? — я уже снова начинал закипать.       — Попов, блять! Я собирался пойти в магазин после учебы с Итаном, но ты всё испортил. Снова. Я не собираюсь тебя и твои нравоучения терпеть. Проводил? Молодец, а теперь вали нахер, — я поставил чай на журнальный столик, который стоял напротив дивана, и пошел в свою спальню.       Попов хотел меня задержать, но я успел прошмыгнуть в комнату и закрыться изнутри. Даже если в своих мыслях я уже раз сто упомянул то, как меня заебал Попов, я готов повторить это снова. Зачем я вообще ему тогда написал? Вот для чего? Чтобы теперь терпеть вот это вот всё?       Арсений подошел к двери и стучался, говоря со мной через дверь и пытаясь меня переубедить и вернуться обратно, чтобы хотя бы допить чай. Но я лишь сел на пол под дверь, оперевшись о нее спиной. И, к моему счастью, через какое-то время Арсений все же утихомирился, то ли оставаясь просто стоять у двери, то ли садясь как я. Я все еще чувствовал его присутствие из-за негромких шорохов и тяжелого вздоха через пару минут.       — Ты хочешь поговорить о том, что было, да? — его тон резко стал звучать усталым, но я продолжал молчать, будто бы делая вид, что меня здесь нет, — Я не оправдываю себя, Антон. Я изначально знал, что то, что я делаю незаконно и негуманно. И я поступил отвратительно. С твоей матерью в том числе. Я знаю, что с ней было после моего типа исчезновения, — с каждым его словом становилось лишь хуже, — И мне стыдно. Но, согласись, если бы я попросил прощения, ты бы меня простил? — он сделал паузу, будто бы ожидая от меня ответа, но я лишь кусал губы, — Антон, я виноват. Но я этим занимался не просто так. Я не долбанутый на голову.       Серьезно? Не долбанутый? Хотя, да, ладно, я соглашусь. Он не долбанутый. Он ёбнутый на голову. Да, может быть и я не лучше был, когда влюблялся в человека, который на 15 лет старше меня, но он, блять, этим пользовался. Он пользовался моими чувствами, чувствами моей матери, потому что он «не долбанутый на голову».       — Я хотел создать свой препарат, хотел помогать людям, хотел получить признание. Никто еще в современном мире не тестировал психотропные лекарства на живых людях, а это самый действенный способ. Да, негуманный, но, сука, действенный! — его монолог начал приобретать эмоции, пока я сидел в полнейшем ахере от всего, что нес Попов, — И не делал бы это только ради какого-то аспирина… — он фыркнул, — Я сделал и вправду действенный и универсальный препарат для людей, которые страдают биполярным, гипертревожным и пограничным расстройством личности с минимумом побочек, понимаешь? А некоторые врачи и при других диагнозах его назначают, — я зарылся руками в свои волосы, чувствуя, что в голове появляется, к сожалению, знакомый шум, — И в этом есть и твоя заслуга. Если бы я тебе не давал начальную версию препарата, я бы не сделал то, что имею сейчас.       Мне хотелось рыдать навзрыд и смеяться одновременно. Но шум в черепной коробке мешал сделать вообще что-либо. Я заткнул свой рот руками в надежде, что Арсений не услышит того, что испытываю сейчас я. Последнее, чего бы мне сейчас хотелось, это, чтобы он меня сейчас успокаивал и приводил в чувство.       — Я надеюсь, ты меня слушаешь там… — он то ли грустно, то ли устало ухмыльнулся, — Я просто хочу сказать, что я не прав. Не прав, как человек, но как врач… — он сделал паузу, — Ты не был виноват в том, что делал я. Ты вообще здесь не при чем, просто я… — я перебил его.       — Да завались, блять! — я крикнул во весь голос, все же полноценно срываясь.       В таком состоянии я уже плохо мог думать про что-то или кого-то конкретного. Я практически задыхался из-за резко появившейся гипервентиляции, уже лежа на полу. Это точно слышал Арсений, но зайти бы ко мне он все равно не смог бы, потому что дверь все еще закрыта, а открыть ее я, во-первых, не могу, во-вторых, не хочу. Тем не менее какие-то шумы прямо за дверью в таком состоянии я все же смог вопреки тому, что от перенасыщения кислородом я практически терял сознание и переставал чувствовать конечности. Как оказалось Попов искал какую-то отмычку. И он ее нашел. Еще двери взламывать умеет, оказывается…       Он аккуратно открыл дверь и тут же взял меня на руки, сажая на мою постель, заставляя опереться спиной об изголовье кровати. В таком состоянии я все время норовил сползти вниз, но меня постоянно придерживали. Я сам не заметил, как к моему рту приложили какой-то бумажный пакет. Кажется, такой валялся у меня где-то в углу комнаты. Из-за него я не мог вдохнуть больше, чего как раз и требовал приступ, поэтому я начинал очень быстро успокаиваться, приходя в себя. Переизбыток кислорода сделал меня очень вымотанным, поэтому, когда приступ кончился и пакет убрали, я тут же скатился на бок, ложась.       — Всё хорошо… — он укрыл меня, уложив на кровать поудобней, и погладил по волосам, — Я понимаю, что ты не понимаешь меня. Ты и не должен. Просто знай, что я уже добился своего и сейчас я хочу быть рядом по другим причинам, — он практически шептал это, видимо, понимая, что я в слишком херовом состоянии, чтобы как-то воспринимать громкие звуки, — Отдохни немного. Я побуду здесь рядом. Можешь поспать.       — Уходи… — я слишком не доверял ему, чтобы позволить остаться в своей квартире, пока я не в состоянии следить за его действиями здесь.       — Антош, ты плохо себя чувствуешь… Гипервентиляция может оказаться и инфарктом миокарда, если ты будешь здесь один, то ты будешь не в силах себе помочь, — он ожидал еще каких-то слов, но у меня было мало сил, что-либо думать и тем более говорить, но он будто почувствовал мое недоверие к нему, — Если хочешь, я могу просто сидеть рядом, чтобы ты видел, что я ничего не делаю в твоем доме, — мне хватило сил положительно угукнуть, и он устроился рядом поудобней.       Состояние было ужасным. Я все еще чувствовал, что хочу выгнать Арсения из дома, побить его, избавиться от него, но из-за мозгов в виде мочалки я только и испытывал агрессию. А из-за того, что я не мог ее выпустить наружу из-за нехватки сил, мне становилось только хуже.       Однако я быстро вырубился. Я даже сам этого не заметил. Я крепко уснул, а чужой одеколон все еще ощущался и будто бы до краев наполнял мои легкие, не позволяя избавиться от возможности ощущать именно тот запах. Но я продолжал крепко спать. Около двух часов. А после я проснулся, видя, что Арсений все еще сидит рядом, что-то делая в телефоне. Я медленно сел, перебарывая боль в голове, и Попов оживился, пытаясь меня то ли немного придержать, то ли обратно положить на кровать, но я не поддавался. Через пару минут Арсений уже был за порогом моего дома. Я его выгнал. Я не хотел его видеть.       Я искренне надеялся, что больше его не увижу. Я не хотел этого. Мне хватило того, что он сказал сегодня: мало того, что от его присутствия меня тянуло блевать, так мне еще и тот бред сумасшедшего пришлось слушать! А если он все-таки успел что-то оставить у меня дома, пока я не видел? Скрытая камера, микрофон или еще что? Может, лучше переехать? Он же конченный аферист, он наверняка мог что-то такое учудить!       Я пошел на кухню и достал из одного шкафчика бутылку водки. Никогда ее не любил, но сегодня без нее не обойтись.

***

      Очередной вечер предвещал неплохое настроение. Снова принарядившись, я сидел перед камерой в маске, общаясь с чатом. Прошло уже несколько дней, как я не видел Арсения, а общение с Итаном стало суховатым, и он больше не настаивал на встречах. Успокаивали меня только трансляции. Точнее Физпо, который почти каждый раз выигрывал лотерею на приват. Нет, это не было накрученным мною приколом, такие правила колеса фортуны: кто больше донатит, у того больше возможность стать победителем. И он снова выиграл сегодня. Весь чат снова разнылся, что выиграли не они, а я уже прощался, чтобы поскорее увидеться с Физпо снова.       Закончив стримить, я зашел в долгожданный приват. Физпо я видел в уже привычном образе — в облегающей футболке. Как всегда поздоровавшись и спросив, как дела, мы начали общаться. За время наших приватов мы уже успели раз сто пококетничать, пофлиртовать и пособлазнять, поэтому во время наших связей мы уже начали знакомиться, постепенно раскрывая про себя разного рода информацию.       — I'm so tired at work today, you'd know… — Физпо и правда устало вздохнул, вроде бы даже немного потянувшись прямо в своем кресле.       — Introducing… I'm tired, too, but at the university. The credits have been unsettling all week…       — So you're learning, baby… I thought those strims were your main earnings, and that's all you do. I've been striking so often lately… — в его голосе слышалась ухмылка, — Who are you studying for?       — That's what I told you, — я тихо рассмеялся.       Как я уже сказал, мы долго общались, и такие уловки или попытки выведать друг о друге побольше точной информации уже стали казаться чем-то смешным. И, конечно, каждый раз никто о себе ничего не рассказывал. Потому что, а с чего бы?       — Still, it would be useful for me to know. I'd like to make you happy with more than just money. Maybe I could buy something for you and send it by courier? What do you need, baby? — когда Физпо отошел от смеха, он завалил меня вопросами.       — I don't think you should be so pissed off, Fizpo. Even though we communicate a few times a week, we're still strangers, — в моем собственном голосе проскользнула еле заметная тоска.       На самом деле, за все это время общения мне уже искренне хотелось увидеть этого Физпо в реальной жизни…а может даже и переспать. Уж слишком он меня будоражил. Уж слишком интриговал. Уж слишком успешно завлекал своим торсом и низким, бархатистым тембром голоса. А судя по тому, что он еще и такой щедрый на деньги и подарки… Неужели я нашел своего шугар дэдди?       — Are you suggesting you want to see my face, baby? — Физпо хмыкнул, явно широко улыбаясь.       — Well… Maybe so?       — Will my little boy please me by showing his face back? — ухмылка не слезала с чужих уст, что выдавала интонация низкого голоса. Я прикусил губу, также ухмыльнувшись. Вызов принят.       — I'll show you. But not here. I didn't need my face leaked online, — я фыркнул, — You'll see me when you meet me in real life. Or if we meet, — я загадочно улыбнулся.       — Don't you trust me, baby? Maybe I shouldn't show my face now, too? — он также ухмыльнулся все тем же бархатным голосом.       — Hey! I refuse to date at all right now, — я наигранно надулся, скрестив руки на груди, из-за чего Физпо рассмеялся, а я снова таял от этого, — Let's do this. If you show me your face, I'll guarantee you a meeting. And then you'll see me, — я снова прикусил губу. Я понимал, что могу рисковать, ставя такое условие, но почему-то меня тянуло на этот риск.       — You guarantee it directly? — не сходящая улыбка с его губ растянулась только больше, — In that case, I agree. Won't you change your mind? — он все еще не показал лица, давал мне возможность передумать или еще раз обдумать свое решение.       — I won't change my mind.       В моей груди сердце забилось чаще. Оно трепетало и не могло дождаться момента, когда Физпо наконец покажет себя. И я был солидарен с этим клокочущим механизмом у себя в груди.       Мой собеседник немного повозился, судя по всему, со своей веб камерой, а после я увидел его. Освещение было не особо хорошим — только экран его ноутбука и слабый свет какого-то светильника сбоку. Однако этого хватило, чтобы лицезреть Физпо.       Он был в очках. Черная, достаточно толстая оправа, но ему невероятно шло. Даже при таком освещении было видно карий, почти янтарный цвет глаз и крашенные в черный цвет волосы. Они не были особо длинными или наоборот слишком короткими. Классическая, мужская стрижка. Татуировки доходили до линии челюсти: вся шея была забита, как и руки, как оказалось. Сегодня он был весь в черном. Фон тоже. Даже более того — я смог рассмотреть, что стены его комнаты завещаны плакатами, которые в основном имели темную цветовую гамму. Кажется, я имею дело либо с металлистом, либо с готом. В любом случае, он меня заворожил (я уже больше минуты смотрел на него, залипнув!). Я придвинулся чуть ближе и увидел, что у него еще и губа проколота, как в принципе и уши. И одним проколом в каждом ухе он не обошелся — по три в каждом было точно.       — Honey, are you alive there? — Физпо ухмыльнулся, а я наконец пришел в себя.       — Д-да… — я сам не понял, как ответил не на английском, — I mean…Yes. — на лице Физпо расплылась улыбка. О, господи, эта улыбка.       — Русский? — одна его бровь выгнулась, а моя челюсть была готова отпасть к полу, — Походу да, — он снова хмыкнул, заметив мою реакцию, — У тебя хороший английский. Если бы не это милое, растерянное «да», я бы и не подумал, — я продолжал пребывать в ахуе.       — Ты…тоже?.. — это было будто бы видение, звуковые галлюцинации. Я до сих пор до конца не верил, что он также, как и я говорит на одном и том же языке. Кажется, Физпо не перестанет меня удивлять.       — Ну, как видишь. Точнее слышишь, — Физпо хмыкнул, — Точнее… Русский один из моих родных языков. По национальности я не русский, — он сделал паузу, будто бы снова осматривая меня на своем экране, — Спрашивать про твою национальность и знание языков есть смысл или снова не скажешь? — легкая ухмылка с его губ не слезала.       — Я…Я из России. Но сейчас там не живу, поэтому приходиться знать как минимум английский, — я говорил тихо, все еще находясь в смятении.       — О, уже что-то, — Физпо хмыкнул, — Но свое местонахождение тебе все придется озвучить, чтобы мы смогли встретиться. Так как ты учишься, ты вряд ли сможешь приехать ко мне сам, — тут у меня появились сомнения о всей этой затее. Бог с ней, с внешностью, что если он сольет мой адрес? Но теперь то уже не отвертеться, да?       — Я скину тебе на электронную почту. Диктуй.

***

      Гарольд завершил звонок, довольно улыбаясь и потягиваясь, сидя в своем кресле. Очередной вечер в прекрасной компании. Перебираясь из страны в страну, в одну за другой, сложно найти хоть каких-то людей, с которыми можно общаться хотя бы в роли друзей, а говорить про полноценные отношения вообще что-то из разряда фантастического. Но кто ожидал, что на такой платформе сомнительного содержания Гарольд или, как его зовут русскоговорящие приятели и знакомые, Гар найдет кого-то?       Деятельность Гара была такой же сомнительной как и сайты, на которых он сидит. Вся его семья, все его якобы друзья (или же просто люди, с которыми он мог позволить себе общаться) — его коллеги. И, может, для кого-то это было бы огромным плюсом, но не для Гарольда. Это вешало на него только больше обязательств, от которых отделаться невозможно. Точнее можно, конечно, но способ всего один — умереть. Раньше Гар может быть и загнался бы по этому поводу, но сейчас, когда ему уже без пяти дней 30, Гарольд смирился, он был спокоен.       И вот сейчас, имея на руках нужную страну и город, Гар готов освободиться от своих дел на несколько дней, чтобы приехать в тому милахе в маске, юбке и чулках. Зачем? Ну и а почему бы и нет. Приехав, он поймет, стоит ли вообще того это знакомство. Если нет, то вероятнее всего он просто неплохо проведет время в чужой спальне, если да, то все еще лучше. Оставалось только дождаться рейса, который доставит Гара в нужное место.

      ***

      Можно ли считать самоубийством то, что я добровольно пойду на встречу к подозрительным лицам, которые убьют меня с вероятностью…дохуя процентов? Я думаю, можно. И в целом… Это неплохой вариант. Но вероятность, что меня именно убьют, а не станут насиловать, пытать и еще долго оставлять в живых, да и вообще, что не станут убивать в принципе, тоже есть. Тут нужно знать, к кому «обращаться».       В этом конкретном случае я, честно говоря, не знаю, что и думать. Почему-то я сомневаюсь, что этот человек может мне как-то навредить, но с другой стороны, когда-то я также думал и про Арсения. Снова он у меня в голове… В общем, я решил, что лучше будет встретиться с этим Физпо на нейтральной территории и, если он будет мне внушать хотя бы толику доверия, можно будет перейти уже и куда-то в более укромное местечко. И вот там меня и прикончат… В моем собственном доме… Получается, ура?       Ладно, ладно, может, меня и не убьют. Но все возможно, поэтому нужно быть морально готовым.       На страничке под написанным текстом появился портрет того, кого я сегодня увидел по уже привычной видеосвязи, а снизу подпись — Физпо. Настоящего имени я так и не узнал. Вспоминая слова, что у него несколько родных языков и что он сам не русский, появляется мое неугомонное и любимое мною же любопытство, желание скорее узнать его настоящее имя, живое, а не набор букв и символов в личном профиле на этом дурацком сайте. За время учебы в университете, имеющем международный статус, я повстречал много разных имен разных народов и национальностей. Можно сказать, я коллекционирую причудливые и непривычные для меня имена. И сейчас интересно: мне попадется «повторка» или будет что-то новенькое?       Это я узнаю послезавтра. А сейчас можно ложиться спать. И надеяться, что ночью ко мне не заявится маньяк-убийца. Чувствую, сны будут хорошими.