Лето на полароидных снимках

Глава 5

Во время поездки на автобусе домой у Минхо возникло чувство дежавю: младший снова мирно посапывал у него на плече, а за окном проносились пейзажи и столбы. Разве что сейчас на улице было светло. Он пересматривал фото, сделанные на карьере с друзьями и с Джисоном. Почему-то от таких летних фотографий веяло особой атмосферой, хотелось вернуть те мгновения и пережить их заново несколько десятков раз. Этот день тоже был особенным. Парень рассказал Чану о новом друге, который поедет с ними. Тот был в восторге, узнав о маленьком хранителе карьера. Старший с нетерпением ждал встречи с ним, как с музыкантом, что не очень-то устраивало Минхо. Он попросил друга быть не таким настойчивым и не допрашивать его обо всем. Младшие, узнав о пополнении в компании, тоже не хотели оставаться в стороне и предложили встретиться заранее. Джисон не горел таким желанием общаться, ведь посидеть в одиночестве с любимым блокнотом было для него привычнее, но все же старший уговорил его, сказав, что тот в любой момент сможет уйти, если захочет. Почему-то Ли был тем, кому хотелось верить, хоть Хан и знал его всего неделю, но за это время ему показалось, что он тот, кто сможет помочь и понять, если это будет нужно. В реальности все оказалось не так страшно, как он представлял. Ребята оказались вовсе не злыми сплетниками, а старший не смотрел осуждающе или непонимающе. Как только Минхо и Джисон подошли к месту встречи, их встретили приветливыми улыбками и четырьмя заинтересованными взглядами. Как понял Хан позже, еще один парень работал в тот день. Узнав одноклассника, младшие были удивлены, но кажется их это только раззадорило. — Джисон! — воскликнул Феликс, как только увидел знакомое лицо, — это же Хан Джисон! — А? Ты знаешь мое имя? — удивился Хан, совсем забыв о том, что учится с ребятами в одном классе. — Ну конечно, мы же одноклассники. Джисон смутился и кивнул, пытаясь не выдать факт того, что узнал их имена лишь вчера. Заметив неловкость младшего, Чан протянул ему руку, улыбнувшись так тепло, что Хан мгновенно почувствовал себя немного комфортнее. —Я Чан. Бан Чан. Приятно наконец познакомиться с тобой, Хан Джисон. Это Феликс, Хёнджин и Сынмин. — Взаимно. Джисон отвечал кратко, но все же улыбался. Почему-то их компания выглядела дружелюбно. Не так как остальные подростки, готовые сутки напролет обсуждать мельчайшие шаги и ошибки окружающий, смеяться над слабыми, загоняя тех в тупик. Утянув за собой Хана, одноклассники болтали о чем-то своем. О новом цвете волос Феликса, о рисунках Хенджина, о любимых группах и конечно же о карьере. Всех троих распирало от любопытства, а потому они не переставая спрашивали новые подробности о лодочной станции. — А давно ты узнал о ней? — поинтересовался Хёнджин. — В апреле кажется. — А что там внутри? — Старье всякое, минимум мебели. Даже электричества нет, я привез туда маленькую лампу, но ночью от нее мало толку. — Ночью? Ты ночевал там? — изумился Феликс. — Ну да… — бесконечные вопросы начинали его напрягать, поэтому он мимолетно обернулся на Минхо, идущего с Чаном чуть позади. Тот подошел чуть ближе и хотел было переместить внимание младших на что-то другое, но Феликс перебил его. — А может мы тоже там переночуем? Глаза у всех троих загорелись, и они в ожидании повернулись на Чана. Тот вздохнул, обдумывая плюсы и минусы ночевки в лесу. — Боюсь при всем желании мы не вместимся на одну кровать, — опередил его Минхо, — да и сам дом маловат для семерых. — А если с палатками? — предложил Сынмин. — Ага, у Хёнджина была палатка дома, — согласился Феликс. — Ликс, вы предлагаете мне отпрашивать вас у родителей, чтобы переночевать в лесу? — всё-таки воспротивился старший. — Мы сами отпросимся. — Вот так возьмут они вас и отпустят. — С тобой точно отпустят, — вставил Хёнджин. Чан снова вздохнул, но, когда Минхо положил руку на его плечо и одобрительно улыбнулся, все же согласился. Джисон все это время шел молча, наблюдая за перепалкой. Странно, его почему-то забавляло такое отношение между младшими и Чаном. Он и вправду выглядел как их старший брат: принимал все важные решения, давал одобрения, отпрашивал у родителей и заботился. На секунду Хану и самому захотелось влиться в их компанию, чтобы почувствовать эту заботу на себе. Они шли дальше и бурно обсуждали детали предстоящей поездки. Джисон, о чем-то задумавшись, шел немного поодаль. Его погружение в собственные мысли прервал старший, незаметно подойдя и снова приветливо улыбнувшись. — Чего загрустил? Слишком шумные? — Да нет, все нормально, просто задумался, — попытался выкрутиться младший. Догадливость Чана пугала. Хан и вправду отвык ходить со столь шумной компанией, обсуждать что-то и громко смеяться. Наедине с собой он и сам не был тихим: мог практиковаться в пении, кричать если хочется или делать что-то безрассудное. Но гулять со громкими знакомыми ему давно не приходилось. — Ясненько, — по-доброму усмехнулся он, — да, с ними можно побыть в тишине только когда они спят. Кстати, ты говорил, что взял мою гитару, — начал старший издалека, но это уже насторожило Джисона, что не укрылось от Чана, — расслабься ты, я не против, — засмеялся он, успокаивающе похлопав парня по плечу, — хотел спросить, не взять ли тебе тоже гитару? Я всегда беру свою с собой, когда мы едем куда-то, поэтому подумал, что было бы здорово, если бы у нас было две гитары. Можем сыграться. Чан говорил уверенно, хоть и видел укоризненный взгляд Минхо со стороны. Он не собирался давить на Хана, но поинтересоваться все равно хотел. Младший замялся, обдумывая предложение. — Я не против, но недавно так получилось… в общем моя гитара сломалась. Он притих, вспоминая неприятные обстоятельства гибели гитары. — Не беда, можешь взять ту, которая у Минхо. — У тебя две гитары? — изумленно выпучил глаза Джисон, вызвав смущенный смех у старшего. — У него их полный дом, — усмехнулся Феликс, идущий чуть впереди. — Ну если ты не против… — замялся Хан. Ему безумно хотелось сыграть то, что он написал за последнее время, ведь инструмента недавно не стало, и практиковаться было не на чем. Но в то же время взять чужую гитару не позволяла совесть. — Говорил же, я только за. Он снова ободряюще похлопал его по спине. Еще какое-то время друзья гуляли и болтали ни о чем, Джисон начал проникаться их атмосферой беззаботности. Чем-то неизведанным они притягивали к себе, заставляя улыбаться. Но внезапно он вспомнил о своем нынешнем положении и взглянув на время, дернул Ли за край кофты. — Минхо, мне нужно уйти. — Что, совсем надоели? — усмехнулся он. — Да нет, дело не в этом. Я хочу зайти за парой вещей пока мама на работе. — Ладно, пойду с тобой, все равно в одну сторону. Джисон хотел было возразить, но Минхо уже прощался с друзьями. Всю дорогу они шли молча, думая каждый о своем. Хана немного утомили новые знакомые, но ему это даже нравилось, ведь ребята и вправду были веселыми и интересными. Раньше он мог бы рассказать об этом маме и та, без сомнений, обрадовалась бы этому, ведь ее сын в коем то веке не один. Они часто переезжали, а потому друзей он заводить не хотел. В конце концов пребывание в своем собственном мире стало комфортным для него и даже начало доставлять удовольствие, что часто расстраивало его маму. Подходя к дому, парень хотел было попрощаться со старшим, но тот настоял на том, что подождет его. Зайдя в квартиру, он почувствовал знакомый запах женских духов. На глаза навернулись слезы, но он тут же смахнул их, твердо решив, что сейчас не время жалеть себя. Он зашел в свою комнату, где все также лежало на своих местах, никто не трогал ни единой вещи. Разбросанные тетради и предметы гардероба, любимые плакаты, звезды на потолке и банки из-под газировки - все было так, как он оставил. Джисон схватил рюкзак, положив в него необходимую одежду, зарядку для телефона, пакет с остатками конфет и старый и потрепанный медиатор. Стоя у входа, он вновь окинул квартиру взглядом. Хотелось вернуться сюда и снова, ни о чем не думая, шутить и спокойно разговаривать с мамой. Позже он обязательно вернется, но им обоим и вправду стоит задуматься о своих словах. В конце концов за три дня его отсутствия она еще ни разу не позвонила и не написала. Он часто ночевал вне дома, что, по-видимому, и вселяло в нее уверенность в том, что сын в порядке. Но даже так, Джисон решил оставить на кухне короткую записку о том, что с ним все хорошо и волноваться не стоит. Выйдя на улицу, он сразу же направился к Минхо, который что-то рассматривал на экране телефона. — Закончил? — спросил он, не поднимая головы. — Ага. — Ну пойдем, — встал он и повернулся, направившись куда-то. — Куда? — удивленно спросил Хан. — Ко мне, куда же еще. — Зачем? — все еще стоя на месте, уточнил он. — Господи, неужели ты думаешь, что я отпущу тебя одного не пойми куда или, еще лучше, опять ни с того, ни с сего поеду ночевать в лесу, — усмехаясь, ответил он и окончательно отвернулся, оканчивая разговор. Младший быстро нагнал его, все еще не понимая, для чего Ли делает это. — Мне уже неловко ходить с тобой, скоро придется тебе за аренду платить. — Чем, стесняюсь спросить? Натурой? Я такое от малолеток не принимаю. — Фу, хён, какой же ты- Он внезапно замолчал и остановился, заставив Минхо поднять глаза на причину такого поведения. Прямо перед ними стояла женщина в красивом легком летнем платье и ухоженной прической, но с уставшим и измученным лицом. Она смотрела на Джисона со смесью удивления и грусти. Маленькая сумка чуть не выпала из ее рук, но она удержала ее, сделав шаг в перед. — Сони? — Джисон опустил голову. Она не может говорить так ласково, только не после того, что высказала ему раньше, — Джисон, это твой… — Она кинула удивленный взгляд на Минхо. — Что? — тут же вспыхнул Хан. — Ну… Твой па- — Мама! — почти криком оборвал ее сын. Он напрягся, а его кулаки сжались, но через секунду он выдохнул и произнес как можно спокойнее, — нет, это мой друг. Мам, иди домой и отдохни. Я не планирую больше позорить или разочаровывать тебя. Он не стал дожидаться ответа от ошарашенной женщины и, обойдя ее, быстрым шагом направился туда, куда несли ноги. Минхо же еще раз взглянул в грустные глаза мамы друга и бросился за ним. Добежав, он схватил его за руку и молча потянул обратно, в сторону своего дома. Джисон кажется не сопротивлялся. Слова сейчас были излишни, они тут вряд ли помогут, а потому они в тишине дошли до дома, а потом и до квартиры. Усадив младшего на диван, Ли присел перед ним на корточки, взял за плечи и заглянул в глаза. В них стояли слезы, а потому Хан поспешно отвернулся. — Если хочешь побыть один, можешь пойти в спальню, — предложил Минхо, вспомнив ночь в лесу, — я пока приготовлю ужин. Джисон немного помолчал, пытаясь собрать мысли в кучу, но потом отрицательно помотал головой. Минхо улыбнулся и направился на кухню, которая располагалась в другой части комнаты и была отделена барной стойкой. Его квартира и вправду была небольшой, но зато светлой и уютной. Кухня, столовая и гостиная были одной комнатой. Отдельно располагалась лишь спальня. Но этого ему хватало. Он любил свое жилище, хоть во время учебы и бывал здесь не так часто, как хотелось. Умывшись, Джисон сел за стойку и положил подбородок на руки, наблюдая за процессом. Минхо на удивление неплохо готовил, в отличие от Хана, которого это не особо интересовало, а потому он и не пытался сделать что-то сложное и замысловатое на кухне. — Как тебе эти оболтусы? — спросил старший, дабы отвлечь друга от того, что только что произошло. — Шумные, — задумчиво ответил тот, — но веселые. С ними интересно. Минхо улыбнулся и потрепал его по волосам, на что тот забавно мотнул головой. Быстро опустошив поставленную перед ним тарелку, Джисон снова опустил голову на стойку, смотря в телефон. Старший вдруг задумался, взглянув куда-то в сторону. — Не хочешь что-нибудь сыграть? — Он кивнул в сторону гитары. В прошлый раз, наблюдая за Джисоном, он подумал о том, каким счастливым и одухотворенным он выглядел, когда играл. Младший без раздумий взял инструмент в руки и сел на диван. Раздались первые аккорды, постепенно перерастающие в приятную мелодию. Минхо привык слышать звуки гитары рядом, ведь даже в школе на переменах они с друзьями часто сидели где-то во дворе школы и выдумывали что-то новое. Во время подготовки к контрольным и экзаменам с друзьями Чан также часто играл что-нибудь. Но игра младшего была иной. Он будто выражал все свои эмоции, прикасаясь к струнам. Мелодия не была знакомой, но западала в душу, она была немного лиричной и умиротворяющей. В его руках гитара становилась чем-то волшебным: мягкие постукивания по деревянному корпусу и скользящие движения отвердевшими подушечками пальцев по струнам по-настоящему завораживали. В какой-то момент Минхо показалось, что неважно как долго он его знает или как сильно сблизится с ним в будущем - Джисон всегда будет чем-то неизведанным и непонятным. Будто бы в этом мальчике было несколько личностей: одна громкая и задорная, похожая на его одноклассников: она совершала безрассудные вещи, забавляла и заражала улыбкой; вторая же была тихой и спокойной, писала песни, не позволяла долго общаться с незнакомыми людьми, жаждала одиночества и часто грустила. Когда Ли был подростком он тоже был таким? Пожалуй, нет, младший казался каким-то особенным. По крайней мере так считал Минхо. Заранее собрав вещи для завтрашней поездки, старший принялся готовить еду. В их компании они с Чаном всегда отвечали за провизию. Пару раз они пытались доверить это Чанбину, но тот чуть не устроил пожар, а потому во избежание травм, погрома и всемирных апокалипсисов больше его на кухню не пускали. По небольшой квартире разносился запах еды, так и заманивая стащить что-нибудь, что Джисон и попытался сделать. Аккуратно поставив гитару на место и подкрался к барной стойке, на которой располагались контейнеры с различными закусками, и уже было потянулся к одному из них, как вдруг по руке ощутимо прилетело деревянной лопаткой. Парень схватился за ушибленное место и обиженно посмотрел на строгого старшего. — Не смотри на меня так, сам виноват. Хан ничего не ответил и показал ему язык, на что Минхо лишь усмехнулся. Перед сном они вместе играли в приставку, и старший отметил для себя, что проигрывает подростку. В их с Чаном и Чанбином компании он мог быть хоть сотню раз победителем, но, когда дело доходило до детей, они всегда заставляли его чувствовать себя стариком, которого посадили за компьютер в первый раз. Постепенно разум Минхо начал отдаляться, глаза так и норовили закрыться, а сам начал зевать все чаще. Недостаток сна за последние двое суток явно сказались на нем не лучшим образом. Когда его персонаж на экране перестал двигаться, пропуская все удары младшего, Джисон повернулся в его сторону и невольно усмехнулся увиденному: голова Ли опустилась на грудь, глаза были прикрыты, а игровой контроллер упал на вытянутые ноги. На несколько секунд Хан засмотрелся на лицо старшего. Еще в первую их встречу он показался ему достаточно симпатичным. Не каждый день встретишь человека с такими четкими и эстетичными чертами лица: выделенные скулы, кошачьи глаза и строгий взгляд, аккуратная прическа и еще много мелких деталей, которые замечаешь со временем. В какой-то момент Джисон приблизился настолько, что смог почувствовать тонкий запах парфюма. Он был приятным, совсем неприторным, а главное идеально подходил хозяину, притягивая еще сильнее. Вдруг старший легко шевельнулся, заставив Хана подскочить на месте и отстраниться настолько далеко, насколько он мог в данный момент. Ли поднял голову и сонно посмотрел на Джисона. Такой по-домашнему уютный Минхо почему-то вызвал у младшего беззлобную усмешку. — Тебе и вправду только кота не хватает, — заметил он, на что Ли промычал что-то невнятное, — иди в кровать, а то если заснешь на полу, твои старые кости не скажут тебе спасибо. Он засмеялся, и в него тут же прилетела подушка, выбивая еще больше смеха. Старший обиженно встал, молча прошел в спальню и, выключив свет в гостиной, закрыл за собой дверь. Джисон проводил его озорным взглядом и уже было хотел лечь на диван, как вдруг со стороны кухни снова повеяло чем-то вкусным. Сейчас, когда Минхо ушел спать, ему никто не помешает стащить что-нибудь. На цыпочках он подошел к барной стойке и удивился количеству еды. Даже в полутьме, при свете луны и уличных фонарей все выглядело безумно аппетитно. Немного подумав он потянулся к коробочке с кимпабом. Парень схватил желанное лакомство и уже было положил его в рот, как вдруг в комнате стало светло, и от осознания того, что произошло все внутренности Хана сжались в один комок, а глаза округлились. Он медленно повернулся к двери в спальню хозяина квартиры, обнаружив его там, с огнем в глазах и тапком в руке. В иной ситуации он точно бы посмеялся с такого оружия, но сейчас веселье куда-то испарилось. Он незаметно положил кимпаб обратно и медленно поднял руки вверх, в страхе ожидая что произойдет дальше. Тишина давила еще сильнее, и младший попытался оправдать свои действия: — Я просто посмотреть хотел, да и закрыть, а то пыль осядет и вообще- Старший стремительно направился в его сторону, отчего Джисон отпрыгнул в сторону, но не тут-то было: Ли схватил его за капюшон толстовки и замахнувшись, хлестко ударил младшего тапком по пятой точке. Тот взвизгнул и отпрыгнул на пару метров, оставив толстовку в руках старшего. В одной футболке он выглядел еще меньше, но Минхо это кажется сейчас не смущало, он устрашающе медленно направился в сторону своей жертвы, которая вжалась в стену. — Теперь я точно верю, что ты маньяк, хён, — заныл он. — А нечего было еду воровать. Я же покормил тебя, мало что ли? — прикрикнул тот. — Да я же говорю, я только посмотреть хотел. — Ага, так я тебе и поверил. Вжиматься больше было некуда и Джисон зажмурился, ожидая приближающегося конца. Но Ли остановился, бросив оружие на пол и двинулся к барной стойке, чтобы спрятать еду подальше от шаловливых рук. Расслабившись, Хан потер ушибленное место, с обидой посмотрев на старшего. Тот старался не обращать на него внимание, лишь украдкой взглянув и ухмыльнувшись. — Что, больно? — с усмешкой спросил Ли. — Еще как, ты ж с такой силой бьешь, — пожаловался Джисон. — Да ты что? Поцеловать? — с еще более ехидным выражением поинтересовался Минхо. Глаза младшего округлились, а щеки налились краской. Он отвернулся и направился в сторону дивана. — Извращенец, — прошипел он, выбивая из старшего смешок, и отвернулся от кухни. Прибрав на кухне Минхо тоже отправился спать. Глаза и вправду закрывались на ходу, а мозг отказывался нормально функционировать. Упав на кровать, он вспомнил о кошмарах, преследовавших его последние два дня. Каждый раз, когда он начинал проваливаться в сон, страх заставлял открыть глаза. Сам парень понимал, что ничего страшного не произойдет, и что ему нужно поспать, но его сознание откровенно боялось увидеть что-либо еще. Он тщетно еще час переворачивался с боку на бок, считал овец и думал о чем-то отстраненном. В конце концов он сел на край кровати задумался над тем, что еще можно сделать. Для их поездки утром нужно было быть бодрым, а потому сон был ему необходим. Вспомнив о своей бессоннице чуть больше полугода назад, он встал и направился к кухне. Джисон еще не спал, листая ленту в телефоне. Он вздрогнул от того, насколько резко старший открыл дверь и, сев, с опаской начал наблюдать за ним из-за спинки дивана. — Все в порядке? — тихо спросил он. — А? — Ли вынырнул из-за стойки, — да, все нормально. Чего не спишь? — Не хочу еще. — Спи, давай, а то утащу к себе и усыплю, — в шутку припугнул Минхо. Младший снова улегся, в то время как Ли наконец нашел то, что искал. Небольшой пузырек с таблетками. «Снотворное» - гласила этикетка. Выпив сначала одну таблетку, он немного подумал, посмотрев на упаковку, и закинул в рот вторую. Минхо хотел было вернуться к себе, но взглянув на диван помедлил. Еще несколько минут пробыв на кухне, он все же вернулся в кровать и через четверть часа наконец заснул.

***

В 10 часов утра тишину нарушил противный звон будильника. Джисон поморщился и, приоткрыв один глаз, выключил его. Полежав с минуту на спине, он медленно сел и потянулся, широко зевнув. Старшего на кухне не было, что странно. Неужели проспал? Умывшись, Хан так и не дождался Минхо, а потому самостоятельно направился к холодильнику. Но по пути его взгляд упал на барную стойку, а точнее на тарелку, которая стояла на ней. Она была накрыта салфеткой, а рядом лежала записка с забавной нарисованной рожицей в углу: «Доброе утро. Позавтракай сам и разбуди меня в 11. Только не трогай то, что в контейнерах, а то Чанбин съест тебя. Приятного.» Хан невольно улыбнулся. Все-таки его вчерашние страдания оправдались. Хотя даже без шуток такая забота старшего умиляла. На тарелке лежали 3 сэндвича. При их виде желудок издал жалобный звук. Джисон решил не затягивать и сразу же схватился за завтрак. Ближайший час обещал быть свободным, поэтому Хан вооружился своей старой ручкой с забавным монстром из какого-то мультфильма и блокнотом и принялся писать все свои мысли, накопившиеся за последнее время. Их было даже слишком много, поэтому он по привычке хаотично разбрасывал отдельные слова по странице. Тут и там виднелись имена новых знакомых, рисунки или вернее каракули гитары и машины, упоминания карьера, мамы и прочее. Эта полоса его жизни была одновременно и черной, и белой, но отнюдь не серой, ведь событий в ней было больше, чем за последние несколько месяцев. Ссора с мамой, сломанная гитара и уход из дома были с одной стороны, а вернувшееся вдохновение, новые открытия, воспоминания и конечно же Ли Минхо были по другую. Моя жизнь не делится на черное и белое. Она всегда цветная, просто какая-то ее часть темнее или тусклее, а там, где есть он она становится ярче. Короткий итог завершил его общение с сознанием. Он посмотрел на часы: оставалось еще 20 минут. В 11:30 друзья должны были подъехать к дому Ли. Изъявив желание помочь, а заодно и скоротать время, Джисон решил перенести все вещи к выходу. Собрав в первую попавшуюся сумку всю еду и прихватив рюкзаки, он внес хоть и маленький, но все же след, в их недалекое путешествие. Ровно в 11 он аккуратно приоткрыл дверь в спальню. Старший спокойно спал, наконец не корчась от кошмаров. Джисон был в этой комнате первый раз, а потому первое на что он обратил внимание - идеальный порядок. В его комнате, как и в голове, всегда был беспорядок, много гиковских штучек, гирлянд и прочего, что заставляло подростка чувствовать себя лучше, защищеннее и ярче, когда как спальня Ли была чистым от визуального шума, светлым местом. — Минхоо… — шепотом позвал Хан, — Минхо, просыпайся. Он повторил уже чуть настойчивее, но реакции никакой не последовало. Тогда он подошел ближе и легко потряс того за плечо. —Хён вставай, ты все проспишь. Джисона начало волновать то, что старший не реагирует. Лишь когда тот сильно потряс его за плечи, Ли что-то пробормотал, но глаза так и не открыл. Хан встал и пару раз прошелся по комнате, обдумывая что делать дальше. Трясти, кричать, громко включить музыку или же… Поток его мыслей прервал звонок в дверь. Джисон вздрогнул и на несколько секунд застыл, не зная, что делать. Хозяин квартиры спал, а он понятия не имел как лучше поступить. Звонок повторился, и Хан медленно поплелся к двери. Морально подготовившись, он открыл дверь и к большому удивлению увидел знакомое лицо. — Джисон? — Чан удивленно посмотрел на него и хотел было еще что-то спросить, но тут из-за него выглянул еще один парень. Он тоже был крупным, но явно ниже старшего друга. — О, так ты Джисон! Ну тот, который из леса. Я - Чанбин, — он задорно улыбнулся, даже не обратив внимание на то, что смутил младшего. Чан отпихнул его, стараясь улыбнуться как можно дружелюбнее. — Доброе утро. Мы обычно заходим за Минхо перед поездками, — пояснил он и аккуратно зашел в квартиру, осматриваясь в поисках ее хозяина, — где он, кстати? — Тут такое дело… Вкратце описав ситуацию, он проводил обеспокоенных друзей к все еще спящему другу. Минут пять они тоже пытались его трясти, угрожать, подкупать и банально посадить в кровати. Но тот лишь отмахнулся и пробубнил нечто невнятное. Выдохшись друзья переглянулись. Похоже на такие случаи у них всегда был припасен особый план. Чанбин в момент взбодрился и злорадно улыбнулся, посмотрев на старшего. — Нет… — прошептал Чан. — Дааа, — довольно протянул он. — Бин, может он сейчас проснется, подожди, — но тот его уже не слушал, потянувшись к другу, — Боже, Мин, прости, я пытался. Джисон в недоумении смотрел то на Чана, то на Чанбина, взваливающего Минхо на плечо. Старший взглянул на него и лишь обреченно покачал головой. — Я советую прикрыть ушки, — тихо сказал он. — Чт- Хан не успел договорить, как вдруг где-то вдалеке включилась вода, а по всей квартире разнеслись различные ругательства. Джисон кажется даже узнал несколько новых. Оба парня сразу же бросились к ванной и застали забавную и одновременно пугающую картину: в ванной барахтался, пытаясь спрятаться от холодных потоков воды, орал и проклинал друга наконец проснувшийся Минхо, а рядом стоял Чанбин, кажется наслаждающийся процессом. Он то и дело отпрыгивал назад, чтобы не быть пойманным или не намокнуть. — Да ты! Да я тебя блять! Да тебя сегодня мать родная не узнает, я тебя так отпидорю! — орал разгневанный Ли, задевая и роняя бутылочки с шампунями и гелями для душа. Глаза Чана кажется чуть не выпали из орбит. Он в мгновение ока закрыл руками уши младшего. Его и самого забавляли взаимодействия и подколы этих двоих, но, когда речь доходила до младших, он всегда старался огородить их от всего, хоть и понимал, что сделать это невозможно. Наблюдая за происходящим, он и сам начал смеяться, все еще стараясь защитить Хана от познания новых выражений. — Минхо, не при Джисоне! — Да плевать мне кто здесь, — в очередной раз он попытался схватить обидчика, но тот снова отпрыгнул, — а ну иди сюда, таких пиздюлей тебе вставлю! Осознав, что миссия выполнена и хорошенько повеселившись, Чанбин будто бы по отработанной схеме выключил воду и рванул к выходу из квартиры. — Я подожду вас внизу, — крикнул он, выбегая в подъезд. — А ну стой, ты, мелкий- Чан аккуратно прикрыл его рот ладонью, заодно остановив от погони. — Переоденься сначала, а потом уже будешь мстить, — он по-доброму улыбнулся, оставив друзей одних. Джисон все еще пытался переварить произошедшее, а перед ним, весь промокший и дрожащий от холода, посреди ванны стоял озлобленный Минхо. Даже несмотря на адское пламя, бушующее в глазах старшего, Джисон улыбнулся и постарался спрятать смех, прикрывая рот руками. Он чуть не поперхнулся, словив на себе проклинающий взгляд. — Доброе утро, — с улыбкой произнес младший. — Заткнись, — буркнул тот, кивнув в сторону полки с принадлежностями для душа. Джисон поспешно передал большое полотенце в дрожащие от холода руки. Вскоре подоспел Чан с сухой одеждой, а уже через 20 минут все трое стояли на пороге квартиры. — Только не убей его при детях, — попросил старший. — Постараюсь, — хмуро ответил Минхо. К счастью Бин и вправду отделался парой тумаков и несколькими угрозами, что не помешало ему ехидно радоваться очередной маленькой победе над другом. Рассевшись по двум машинам, они двинулись в путь. В машине Чана оказались Джисон, Минхо и большая сумка с едой, занимавшая целое место, когда как Чанбин взял на себя остальных младших. Сынмин предложил Хану поменяться, ведь ехать в такой шумной компании ему не совсем хотелось, но тот вежливо отказался. Может с его одноклассниками и весело, но ехать с кем-то кроме Ли он пока что опасался. Тем более Чан казался более надежным водителем, хотя он и не знал о способностях Бина. Поездка и вправду оказалась комфортной, а пение и крики из машины сзади забавляли и почему-то успокаивали. Джисону не верилось, что вот так просто можно поехать куда-то с людьми, которые рады ему и которым он интересен. Кажется, он давно не называл кого-то друзьями, но в нем теплилось желание когда-нибудь назвать так эту компанию. В понимании Хана друзей не должно было быть много, а это звание нельзя было присвоить каждому встречному. Существуют люди, с которыми было приятно общаться, которым можно было рассказать о своем дне или поговорить о ерунде. Они могли быть хорошими знакомыми, или добрыми приятелями, но отнюдь не друзьями, ведь им сложно было поведать секрет, найти поддержку или помощь. Доверие и понимание - вот что было главное для Джисона. И он и вправду хотел найти их в людях, сколько бы не пришлось искать. Доехав до карьера, младшие разбежались, снова осматриваясь в поисках дороги к лодочной станции. После нескольких тщетных попыток взобраться на крутой пригорок или не запутаться в извилистых корнях они с интересом обернулись к Хану. Он вздохнул и направился к скрытому за темной листвой пути. Это место не принадлежало ему, но почему же так странно было пускать сюда кого-то? Минхо в счет не шел, ведь он и сам пустил младшего в свой дом, дал крышу над головой и позаботился, когда они были совершенно чужими людьми. Посмотрев в несколько пар любопытных глаз, он вдруг улыбнулся. Рано или поздно нужно открыть свое сердце и впустить туда что-то или кого-то нового. Когда как не сейчас, в молодости совершать безрассудные поступки и делать жизнь все ярче и ярче, наплевав на устои и мнение окружающих? Он вдохнул поглубже и нырнул в зеленое облако, скрывшись от посторонних глаз. Недолго думая, остальные двинулись за ним, оказавшись под темным куполом раскидистых деревьев. Они смотрели по сторонам, открыв рты, и продолжали идти. Когда впереди показалась полянка и стоящее на ней старое строение их восторгу не было предела. Ближайший час они осматривали дом со всех сторон, мечтали и веселились. — Вот сюда, между деревьев можно повесить гамак, — предложил Сынмин. — Ага, а дом покрасить, — согласился Хёнджин. Феликс посмотрел на Хана. Тому кажется было непривычно видеть в своей маленькой обители посторонних, а потому он выглядел немного растерянным. Ликс отвел нового знакомого немного в сторону. — А ты, хотел бы что-нибудь изменить? — с интересом спросил он. Джисон задумался. — Ну… В лесу можно повесить гирлянды, а то здесь слишком темно. Феликс просиял. Он и вправду мог показаться ветреным, но на самом деле ему хотелось, чтобы всем окружающим было комфортно, а потому часто разговаривал с друзьями наедине. — Звучит замечательно. Если ты против, мы не будем ничего делать. В конце концов это ты рассказал нам об этом месте, ты и вправду как хранитель этого озера. — Я? Нет, ты чего, это место никому не принадлежит, — он посмотрел в сторону ребят, пытавшихся разобраться с палаткой, и улыбнулся, — я буду даже рад, если это место изменится. Оно бы стало более живым. Феликс широко улыбнулся и потянул его за руку к остальным. — Да не сюда это, дурень! — кричал Минхо. — Да это ты криворукий! Говорю тебе, вот так должно быть, — вторил ему Чанбин, тыкая другу в лицо инструкцией и параллельно уворачиваясь от ударов. Рядом покатывались со смеху Сынмин и Хёнджин. Чан же молча улыбался и собирал вторую палатку. — Ей богу, как дети, — прошептал он, но тут же был одарен двумя злобными взглядами. Остаток дня прошел также весело, сопровождаясь веселыми криками, песнями и играми в настолки. На тихом, скрытом от посторонних глаз озере будто бы наступил праздник. Воздух вокруг наливался красками, а лес стал светлее, наполняясь радостными голосами друзей. Под вечер вся компания, за исключением двух самых старших уместилась на старой кровати, укрывшись пледами. Собравшись в один комок, они грели друг друга за просмотром фильма. Даже сейчас в тесноте и полумраке Джисон с удивлением отметил для себя, что он и вправду счастлив находиться здесь именно с ними. Пусть он многого не знает о них, но в душе разливалось тепло, от осознания, что он больше не один.

***

— О чем думаешь? — нарушил тишину, сидящий на краю обрыва, Чан. Он свесил ноги в пустоту и обернулся на Минхо, сидящего поодаль. Тот не выглядел грустным, но явно ушел куда-то в дебри своих мыслей. — О том, что ты сейчас упадешь, — отмахнулся тот. Чан усмехнулся. Как бы там ни было, Минхо был тем, с кем он любил говорить по душам и кого он чувствовал сильнее всех. Старший всегда мог распознать ложь, грусть или гнев, как бы хорошо не скрывал их Ли. — Джисон кажется привыкает к компании мелких, — продолжил он, на что Минхо задумчиво кивнул, сохраняя молчание, — Мин, что он делал у тебя утром? — Ночевал, — спокойной ответил тот. Чан был не тем, от кого он утаивал бы правду или язвил, придумывая отговорки, — сбежал из дома и хотел здесь один ночевать, — пояснил он. Чан многозначительно кивнул. Он не стал выпытывать причины или ругать кого-то из них, в конце концов подростком он тоже совершал много необдуманных поступков. — Тогда давай позаботимся о нем. Ли также кивнул в ответ. За то недолгое время знакомства с младшим он понял, что не хочет оставлять того в одиночестве. В конце концов, если у него есть возможность сделать чью-то жизнь ярче и беззаботнее, то почему нет? Они вдвоем проводили закат и направились к домику, разговаривая о мелочах. Зайдя в маленькую комнату, освещенную тусклым светом старенькой лампы на батарейках и ноутбука, они оба прыснули от смеха. На старой кровати под большими клетчатыми пледами мирно сопели пятеро ребят. Даже Чанбин, клявшийся в том, что будет рассказывать младшим страшилки всю ночь и Феликс, притащивший карты для гадания, лежали в обнимку и смотрели сны. Видимо свежий воздух и активный день утомили всех. Забрав ноутбук и на цыпочках выйдя из домика, старшие переглянулись и рассмеялись, посмотрев на многострадальческие палатки. — Ну вот, зря только везли, — вздохнул Чан. За разговорами и воспоминаниями о школе они вдвоем улеглись в одну из палаток. Минхо и сам не заметил, как уснул. Без страха и надоевших кошмаров. Всю ночь он мирно проспал, наконец спокойной выспавшись.