Вечная любовь

"Любить кого-то — это бескорыстно слушать его ценности и потребности, без предвзятости."

Денис Уэйтли.

***

Безумное утро. А безумное оно только для Джонсона, потому что прямо сейчас туша Фишера распласталась по его телу так, будто это - в порядке вещей. Будто просыпаться вот так в одной кровати под лучики вредного и противно яркого солнца - их обыденность. Словно всё то, что произошло за вчерашний день, давно прошло, либо же им двоим это всё приснилось. В принципе, для Ларри было бы удивительно, если бы он проигнорировал этот некий конфуз с глубоко спящим Фишером, который, как дитё малое, пускал слюни во сне. Да и, к тому же, не стеснялся вот так разлёживаться на, как казалось до поры до времени, заклятом враге. Именно поэтому такой экспириенс проигнорировать было попросту невозможно: парень и двинуться не мог. Да не то что двинуться - дыхнуть лишний раз боялся, лишь бы его прекрасный Сал не проснулся. Звучит излишне сентиментально, но что поделать, если художник и не хотел избавляться от этих ранее неизвестных ощущений. Хотелось сдувать невидимые никому пылинки с Салли, теряться в этой любви, тонуть в чувствах забвения и ни за что больше не терять этого человека. Джонсон безумно нуждался в этом всём. Нуждался в этой тяжести сверху по утрам, в этом мягком запахе комнаты, в коте, что тихонько мяукал за пределами спальни. Ну и, конечно же, нуждался в Салли. Теперь уже почти в его Салли Фишере, который уже успел проснуться и недоуменно смотрел своими светлыми глазами на Ларри. — О как, — зазвучал хриплый голос. — Интересная поза. — Безусловно, — наивный ты, Джонсон. Твой дрожащий от перевозбуждения и волнения голос невозможно было скрыть, как бы ты ни старался. — Доброе утро, что ли… — вторая попытка тоже не удалась. — Ага, доброе, — только вот Сал и не пытался слезть с бедного парня, который и понятия не имел, что ему делать в таких случаях. Не каждый день ты просыпаешься, а на тебе лежит любимый человек. Хотя студент теперь будет придаваться мечтам о подобном каждую ночь. Вот попробуешь один раз - и всё, подсел. Не зря он думал, что Фишер - его личный наркотик. Выглядит странно, но и сам Джонсон не без странностей. — Что будешь на завтрак? — парень соизволил перекатиться на другую сторону кровати, тем самым освобождая Ларри из-под невидимых оков. Ладно, он и не был против этих "цепей". — На твой вкус, — выдавил из себя тот, рассматривая многочисленные татуировки на теле его… парня? Возлюбленного? Любовника? Кто бы мог подумать, что Ларри вновь решит загнать сам себя в угол из-за своих догадок, предположений, тревог и переживаний? Правильный ответ: все. Слишком предсказуемо, не так ли? Вот и Салли так посчитал, наблюдая за, словно перепуганным, Джонсоном. — Ты что-то хочешь сказать? — послышалось из другого угла комнаты. Студент повернул голову в сторону спрашивающего и слегка кивнул, будто сомневаясь в ответе. — Я тебя внимательно слушаю, — Сал открыл окно, запуская в комнату прохладу и свежесть улицы. Утро сулило хорошему расположению духа, ведь весна - это то самое время года, когда природа обновляется, радуя глаз постепенному рождению зелени по всему городку. — Ну… Я тут подумал… — издалека начал он, как бы пробуя свои же сказанные слова на вкус. — А мы… мы кем друг другу приходимся? — тату-мастер остолбенел, медленно убирая руку с ручки окна. — Эм… — он почесал затылок. — Я и сам не знаю, — зря сказал. Ларри ещё больше распереживался, что было видно невооруженным глазом. Сал вздохнул, перебирая в голове варианты ответа. — Если тебе так будет удобнее, то считай парой. — А как тебе будет удобнее? — Джонсон вытянул длинные ноги, да так, что они почти доходили до конца двухметровой кровати. Выглядело это интересно, но не об этом сейчас. Фишер вновь вернулся в раздумья. Он облокотился на подоконник, рассматривая обеспокоенное лицо напротив. Карие глаза внимательно блуждали по всему периметру его тела, пальцы теребили себя же, а грудь вздымалась от участившегося дыхания. Сал, конечно, понимал, что проблем у художника немало, но чтобы переживать вот так каждый раз - это было для него новым открытием, которое он, пока что, воспринять с достоинством не мог. — Для меня удобно так, как удобно тебе, — превосходно, Сал, вы всё снова запороли. Он мысленно хлопнул себя по лбу, пока Джонсон с задумчивым видом рассматривал уже свои руки. — Это не ответ, — пробормотал от так тихо, что Фишер едва разобрал слова. — Так, давай мы сейчас приведём себя в порядок, поедим, оба обдумаем всё и вернёмся к этому разговору, хорошо? — уже лучше, но это не избавит парня от его навязчивых мыслей. Ларри лишь кивнул, а Сал в спешке ретировался из своей же спальни, будто совершил что-то противозаконное.

***

И вот эти чистенькие, умытые, намытые, сытые и опрятные два "мы-не-знаем-кто-мы-друг-другу" сидят напротив друг друга в зале, намереваясь начать этот важный и нужный разговор. Ларри чётко определил свою позицию, пока Сал ещё сомневался. Неудивительно, ведь Фишера можно было описать одним-единственным словом - "сомнение". Он сомневался всегда и во всём - начиная с того, кем они приходятся друг другу с Джонсоном, заканчивая тем, какой тип теней добавить в эскиз татуировки. Так что не один Ларри имел в своей голове этих противных тараканов, что порой (правильнее будет сказать - всегда) мешали жить. Тут они прекрасно сходятся, но и так же замечательно расходятся. — Кто начнёт? — У меня такое ощущение, что я на экзамене, — парировал Джонсон, стараясь расслабиться под гнётом этих чертовски красивых и ярких голубых глаз. Сал наблюдал за каждым его движением, чтобы выявить что-то незримое и неизвестное никому. Одновременно и приятно, и страшно. — Если бы… — он мельком глянул на время, рассчитывая в голове свободные минуты до прихода первого клиента. — Давай я начну, — доблестно отозвался парень, гордо выпячивая грудь вперёд и откидывая длинные волосы назад. Выглядело… довольно волнительно. — Я точно вижу тебя своим парнем. Последнее слово звучало настолько приторно и слащаво для всей истории их взаимоотношений, что Фишера аж передёрнуло. — Парень, значит… — говорить самому вслух ещё непривычнее, чем слышать это из уст Джонсона. Интересная ситуация складывается, да настолько, что Салли конкретно задумался над тем, чтобы весь день прокручивать в голове слово "парень" ради избавления от этого неизвестного чувства. — Хорошо, буду твоим парнем. Теперь настал черёд Ларри дёргаться от этого слова. — Парень. — Да, парень. — Парень, парень, парень… — как мантру повторял студент, попутно качая головой в такт словам. — Звучит не так страшно, как я предполагал. Чистой воды враньё. — Да, согласен. И тут тоже. Парни так тщательно пытались скрыть свой трепет и смятение от нового в их жизни понятия, что оба не замечали, как делают это ужасно коряво и слишком заметно. Казалось бы, самое страшное позади, но нет. Хоть новое слово в их лексиконе и приобретало какой-то особенный смысл, а вот как себя вести - им непонятно. Держаться за руки? Целоваться? Обниматься? Разговаривать по душам? Что вообще можно было делать из всего перечисленного? Вроде они уже когда-то были лучшими друзьями, но теперь эти действия (помимо поцелуев) выглядели до ужаса интимными. Решив, что он самый смелый в их паре, Джонсон стремительно пододвинулся почти вплотную к Салли и запрокинул руку тому на плечо. Слегка прижимая к себе ошеломлённого Фишера, он заговорил: — Надо привыкать хотя бы к такому, не думаешь? Кто бы говорил. Сам сидит, чуть ли не в конвульсиях бьётся от такого. — Да, верно, — Сал прокашлялся, скрывая своё нелепое смущение, и положил голову на плечо Ларри. Пытаясь унять волнение, парень выдохнул и постарался расслабить напряжённое тело. Пауза. — Во сколько у тебя клиент? — Через час. — Понял. Снова пауза. — А ты уйдёшь, как только у меня будет сеанс? — Скорее всего, да. Мне ещё к маме надо будет заскочить, — Сал кивнул, рассматривая котёнка, который тёрся возле дивана. В комнате опять повисла тишина. — Так, это уже совсем не весело, — Джонсон испуганно шарахнулся от повышенного тона, пока Салли выкарабкивался из объятий. — Надо думать над тем, как избавиться от этого напряжения и смущения, — честно предложил парень, ожидая реакции от уж больно спокойного Ларри. — А мне кажется, что всё со временем придёт. Не стоит так сильно беспокоиться, солнышко, — он царапнул губами щёку Фишера, поднимаясь с дивана. — Я в туалет. Вздор. Это точно Ларри Джонсон? И что это сейчас было вообще? Щёки Салли резко приобрели красноватый оттенок, а рот раскрылся в немом вопросе. Как только он собрался что-то сказать, дверь в ванную уже закрылась. — Идиот… — он прикрыл лицо руками, машинально ощупывая затянувшиеся шрамы. Да и вообще, что это за "солнышко"? Господи, он готов был сквозь землю провалиться от такого поворота событий. Сал пытался собраться с мыслями, судорожно воображая, что Ларри укусила какая-то двенадцатилетняя девочка, которая предаётся мечтаниям о мальчике постарше. Иначе объяснить такое поведение он не мог. А вот Ларри мог. Сидя на опущенной крышке унитаза, он нервно теребил край футболки и думал над тем, что он просто законченный идиот. Нет, ну кто мог подумать, что он способен на такой бред? Ладно, с одной стороны, это выглядит даже мило, но вот с другой… У Джонсона точно сейчас случится припадок, если он не покурит. Никотин - лучший способ ненадолго убежать от патологической тревожности. Да, именно то, что сейчас нужно в этой ситуации. А что ещё остаётся делать? Он и так поступает, как мальчик в пубертате. И что это была за попытка сгладить углы неловкости в их отношениях? Всё должно идти своим чередом, и переживать не стоит. Точно, сигарета. Да и вообще, стоит ли так трястись? Да, у него никогда не было серьёзных отношений, тем более с парнями, но это же Сал. Его Салли, которого он так желал. Всё его нутро требовало и продолжает хотеть только Фишера. И это не какое-то помешательство (ну, если слегка), а просто-напросто любовь. Боже, как же примитивно и приторно всё это звучит, но, извините, как есть. Парень резво поднялся с такого идеально белого унитаза. Настолько чистенького и ухоженного, аж раздражает. Боже, и сколько же он не курил, что теперь срывается на безобидном месте для переработанных отходов жизнедеятельности? Бред сивой кобылы. Он, как озорной гиперактивный пятилетка, вылетел за дверь и прошмыгнул мимо Салли, который выпал в астрал и пытался переварить недавно случившийся конфуз. Тот же никак не отреагировал на внезапный порыв Джонсона утолить свою зависимость и избавиться от надоедливой тревоги, и вот-вот готов был начать пускать слюни от долгого "ничегонеделанья". Художник же, быстро порывшись в своих мятых вещах, нашёл заветную коробочку. — Я могу закурить? — балкона не было, так что для приличия у хозяина поинтересоваться нужно. Фишер вышел из оцепенения и слегка кивнул, нервно наблюдая за парнем, который будто собирался разорвать эту ни в чём не повинную пачку сигарет. — Спасибо, — Ларри открыл окно и зажёг сигарету. Затягиваясь терпким дымом, приятное чувство расслабления наконец достигло его, и рот Джонсона растянулся в блаженной улыбке. Салли неотрывно наблюдал за тем, как грудь парня плавно вздымалась и опускалась. Внезапно к нему пришла отличная идея для разговора: — Вообще, у меня никогда не было отношений, так что пока лучше повременить с милыми обращениями, — вместо встряхивания пепла за окно улетела недокуренная сигарета. — Блядство… — Ларри огорчённо посмотрел на выпавшую из его дрожащих рук палочку и вздохнул. — Ой, ну… Это я не тебе… — Я понял, спасибо, — Сал нервно провёл по волосам и посмотрел на свои ладони. — Если честно, то мне до ужаса неловко. И стало ещё хуже после твоей выходки. — Да, я знаю, мне тоже неловко. Господи, прости, я… — Ларри отвёл взгляд и поджал губы. — Я просто так беспокоюсь, что могу что-то сделать не так и опять всё испортить. Но в то же время безумно хочу продвижения в наших отношениях, ведь я так долго этого ждал… — честно признался он. Салли поманил его рукой, и тот, как послушный щенок, повиновался воле хозяина и сел рядом с ним. Фишер легонько коснулся руки Джонсона, а после взял её в свою и несильно сжал. — Я тебя понимаю и тоже беспокоюсь по каждому поводу. Но, Ларри, торопиться точно не нужно. У нас куча времени для того, чтобы всё обсудить, пережить и пройти, — Ларри кивал каждому слову, смотря в пол, словно провинился в чём-то очень серьёзном. — Тем более нужно решать старые проблемы и заживлять раны каждого. Сейчас поставь в приоритет не беспокойство по поводу неловкости между нами, а проблемы в своей голове. Вот что точно будет тормозить наши отношения. — А что мне делать с ними? — Мы вчера говорили про это. Психолог - и никто больше, — Джонсон снова кивнул, сжимая ладонь Сала сильнее. — Я могу поискать хорошего специалиста… — Не нужно, — мягко остановил он его. — И мне нужно иногда принимать взрослые решения, а не только ныть по поводу и без, — Сал понимающе улыбнулся, а на душе у обоих стало так тепло и спокойно, что казалось, будто эта квартира - отдельный мир. И мир принадлежал только им. Образовавшаяся атмосфера располагала к откровениям, поэтому парни принялись обсуждать свои мысли. Время пролетело так незаметно, что они опомнились только тогда, когда клиент звонил в домофон. Быстро попрощавшись, они расстались, но ненадолго. И теперь, как казалось до этого, не навсегда.

***

— Мам, может, ты уже успокоишься? Ты посетителей пугаешь... — не то чтобы он беспокоился по поводу всех этих коварных взглядов людей, но это точно не принесёт пользы. — Прости, Ларри, совсем уже расклеилась. Старой стала уже... — бормотала женщина, вытирая выступающие слёзы салфеткой. — Боже, мам, никакая ты не старая, — Ларри раздражённо указал на комнату для персонала. — Пошли туда, там хотя бы плакать нормально можно. В этой небольшой комнате Лиза совсем разрыдалась, пока парень совсем не понимал её реакции. Да, рассказал ей про то, что они с Салли теперь вместе. Да, рассказал, что собирается искать психолога. И из-за этого плакать? — Наконец-то это произошло. Я так рада за вас, мальчики, — через всхлипывания говорила она. — И за тебя рада, неужели всё приходит в норму, у-у-у... — и снова завывания. Ладно, теперь хотя бы понятно, что это слёзы радости. — Ну, чего тут плакать, раз рада, — студент притянул мать и обнял, пока та постепенно приходила в себя. — Ох, прости меня, — уже спокойно извинилась она, разрывая объятия. — Просто так спокойно на душе. Нужно собраться втроём! Обязательно, да, — Лиза полезла в телефон, разглядывая расписание её смен в кафе. — Нет, мам, пока... — взбудораженная женщина перебила его: — А хотя я могу и отгул взять. Уж такое событие мне простят. — Мам, не думаю, что мои отношения - повод не пойти на работу, не думаешь? — но она будто не слышала его: — А что не так? Мой сын наконец-то сошёлся с парнем, по которому так долго страдал, так ещё и лечиться будет! — Нет, мам, ты не понимаешь... — Ох, если твои сексуальные предпочтения должны оставаться в тайне, то я всё понимаю. Я не принуждаю тебя делать каминг-аут! — Господи, ты даже такие слова знаешь?! — Ларри точно не ожидал поворота в такую сторону. — Конечно знаю! Я читала про сексуальную самоидентификацию, гендерную... Как там она называется? — Дисфория. — Да, вот! Можешь считать меня супер понимающей мамой, сын, — а Ларри всегда считал. Ещё с того момента, как началось его апатичное состояние и как он признался ей в своих чувствах к Салли. А теперь он стал ещё больше ценить свою мать, которая так старалась его понять. — Боже, мам, я всегда тебя такой считал, — он рассмеялся. — Спасибо. — женщина улыбнулась и похлопала сына по плечу. — Приходите вместе в кафе. Я о многом хочу поговорить с Салли. — Хорошо, — сдался он, смотря на счастливую мать. — А теперь мне нужно бежать к Эш и заниматься совместным проектом. — Точно! Ещё и Эш приводите. Будет весело! — Ага, конечно, — Ларри решил опустить тот факт, что Эшли ещё ни разу нормально с Салли не говорила. Они перекинулись ещё парой слов, и Джонсон поспешил к дому подруги, настраивая себя на бесконечный поток вопросов.

***

Прекрасный весенний вечер заряжал силами и настраивал на прекрасное настроение, но так получилось, что не всех. Сейчас Ларри вместе с Эш стояли возле дома его новоиспечённого парня и громко спорили. — Джонсон, я, конечно, понимаю, что ты трус, но Салли уже согласился, и бежать некуда! — Сеансы тату у Фишера закончились, поэтому он был не против. — Ничего я не трус! — громко перечил тот. — Я просто волнуюсь. — Вот кто должен волноваться, так это я, но, как видишь, я очень даже спокойна! Поэтому давай, заходим. — Эш оттолкнула друга и прошла в открытую дверь подъезда. Ларри закатил глаза, но последовал за девушкой. Так получилось, что в голову Эшли пришла гениальная мысль - поговорить с Салли. Вместо проекта. Вместо той работы, которую нужно было срочно делать. И самое интересное, что Сал согласился! Тот, кто говорил ему не забывать об учёбе! И смех, и грех. И вот сейчас ему приходилось наблюдать трогательную сцену воссоединения давних друзей. — Салли... — Эш крепко вцепилась в Фишера, который уже задыхался от её хватки. — Да, я тоже рад тебя видеть, — он улыбнулся, глядя на Ларри. В его взгляде читалась такая нежность, что Джонсон оттаял под напором этих голубых глаз и махнул рукой на всё это. Он опустился на диван и принялся гладить Гизмо, который был доволен вниманием. — Ты не представляешь, как я беспокоилась... — Эш начала ронять слёзы на плечо Фишера. — А ещё и этот придурок... Короче, столько всего нужно рассказать! — Видимо, это надолго, — вклинился Джонсон. — Да, и что? — строго спросила девушка, выпуская Салли из объятий. — Нам некуда спешить, а проект подождёт. — Ага, я уже понял... — Фишер рассмеялся, после чего у Ларри отпало желание как-либо спорить. Не мог он противостоять его обаянию, но Салу не стоит об этом знать. Пока что. Когда всплеск эмоций прошёл, компания начала обсуждать всё, начиная с событий трёхлетней давности. Разговор, конечно, начался не с приятного и был крайне напряжённым, но потом всё пошло как по маслу. Пока основное время монолога доставалось Эш, Ларри посматривал на довольного Салли, который теперь казался таким знакомым и родным. Будто ничего и не было, а они просто не виделись день, а не три мучительных года. Теперь всё вставало на свои места, и это не могло не радовать каждого. Особенно Ларри, который прижимал к себе счастливого Фишера, радовавшегося теплу его крепких рук. — Вы прям парочка-парочка, как я вижу, — заметила она, ухмыляясь. — Не без твоей помощи, — ответил Джонсон. — Спасибо. — Ой, да чего уж там, — отмахнулась Эш. — Очень даже чего там, потому что этот не смог бы без тебя всю эту кашу заварить, — Сал толкнул локтем парня, пока тот смущённо улыбался. — Да, это уж точно. — Не такой я и безнадёжный, знаешь ли, — Ларри улыбнулся, сдувая лезущие в лицо волосы. — Я к психологу пойду. — Да ну, свершилось! — Девушка вскинула руки, победно сжимая кулаки. — Салли, я так рада, что вы вместе. Он под дулом пистолета бы без тебя не согласился. — Правда? — спросил Сал, пока Ларри отводил позорные глаза в сторону. — Ещё какая. И я, и его мама пытались, а он ни в какую. Ты - волшебник, не иначе. — Ну, просто я его люблю и ради него хочу меняться, — он пожал плечами, а Сал слегка улыбнулся. — То есть меня и свою родную мать ты не любишь? — дразнила она его. — Не преувеличивай, — все рассмеялись. К сожалению, у всего хорошего есть свойство заканчиваться, поэтому нужно было расходиться по домам. Эш решила ещё раз поплакать перед уходом, а Ларри лишь тихонько злился из-за того, что повышенное внимание доставалось ей. А ведь ему так хотелось вновь остаться наедине с Салли, но ничего не поделаешь. Убийственный взгляд его парня вынудил закрыть рот и мило улыбаться Эш, которая вскоре покинула квартиру. — Я так рад, что мы с ней поговорили, — сказал Сал, как только девушка закрыла дверь. — А я рад, что ты рад, — и это была чистая правда. Ларри всегда хотел видеть такую расслабленную улыбку на лице Салли. — Герой-любовник, тебе тоже пора. — К несчастью, — расстроенно вздохнув, Ларри собрался уходить, но его остановил Сал. — Стой... — Он помялся пару секунд, слегка привстал на носочки и, оставив лёгкий поцелуй на щеке Джонсона, бросил тихое "Пока", после чего скрылся в спальне. Ларри так бы и остался стоять в приятном оцепенении, но нужно было идти домой - завтра колледж. Он крикнул Салли, что уходит, и покинул квартиру, медленно шагая к остановке. Уже дома он отправил пару сообщений Салли, сонно побрёл мыться, а затем рухнул на кровать и уснул мёртвым сном. Замечательный день, замечательные люди и его замечательный Сал. Больше никакие мысли не тревожили его, а спать было одним удовольствием - ведь он знал, что когда проснётся, Салли будет рядом. И больше он никогда не пропадёт. Джонсон будет делать всё возможное, чтобы у парня больше не возникало таких мыслей.

***

Два месяца спустя

За эти два месяца произошло не то чтобы много, но теперь Ларри в терапии. И он рад, что смог сделать этот шаг. Рад настолько, что требует от Фишера после каждого сеанса с психологом какое-нибудь поощрение. — Салли, — снова позвал он парня, который уже не мог терпеть присутствие этой липучки. Да, ещё за это время Джонсон совсем "распоясался". Если поначалу он трясся каждый раз, как только смотрел на Фишера, то теперь не отлипал ни на секунду. Даже сейчас. — Я тебе уже сказал, что занят! — рыкнул он, пытаясь выбраться из крепких объятий. А ещё Салли тоже пошёл к психологу - чтобы не только разобраться со своими проблемами, но и поддержать Ларри в его начинании. И они всё-таки сходили к Лизе в кафе. Вот это была сцена, конечно. Лиза клялась ему, что отныне Сал может считать её своей матерью и обращаться с любой просьбой. Было слегка неловко, но зато теперь Салли точно уверен, что движется в правильном направлении. И не только он. — Всего одна ночёвка! — как пёс, скулил он, изображая на лице вселенскую печаль. Теперь Ларри не только посещает специалиста, но и исправно ходит на последние пары перед сессией, прекрасно защитил проект с Эш и стал чаще брать заказы. И всё это, конечно же, ради того, чтобы выпросить хотя бы раз остаться на ночь у Салли. — Давай потом об этом поговорим, — он всё же освободился из этих «оков» и пошёл наливать себе воды, дабы остудить голову. Нет, он не совсем уж заделался мамочкой для своего парня и следил за его безупречной жизнью, но оставлять Ларри на ночь для него теперь означало совершенно другое. — Сал, ты говоришь это уже месяц, — не сдавался Ларри, планируя добиться своего. Хоть Джонсон и стал прилипалой - это не значило, что изменилось в нём только это. Нет, он много старается, дабы улучшить своё моральное состояние и себя. Да и их отношения теперь не кажутся такими неловкими, как поначалу. Они оба занимаются здоровьем своих голов, исправно выбираются куда-то в город, часто разговаривают на всевозможные темы, проводят много времени вместе, даже иногда зовут Эш. Которая, к слову, находится в активной фазе симпатии к какому-то парню из колледжа. Но сейчас не о ней. — Да, знаю, месяц, — Сал потуже затянул резинки на косичках, которые сделал ему Ларри, и вздохнул. Салли тоже стал более мягким. Терапия пошла на пользу, и теперь обороняться он стал куда реже, чем раньше, но иногда промашки бывают - куда же без этого. За эти два месяца они очень сильно продвинулись в своих отношениях, и теперь слова "Я тебя люблю" не кажутся такими приторными и странными. Это большой успех, бесспорно, но... — Так почему же я не могу остаться хотя бы на одну ночь? — без конца ныл Джонсон, пока Салли пытался подобрать подходящие слова. Не мог же он сказать, что сейчас с психологом у него проработка его сексуальной травмы и он пока никак не может оставаться с ним. Да, они договаривались ничего не скрывать друг от друга, но замалчивать такую деликатную тему не было чем-то слишком серьёзным. Поначалу Ларри оставался на ночь, всё было хорошо, но как только Сал начал разбираться в этой интимной теме... Всё стало для него слишком страшным. И теперь это "не было чем-то слишком серьёзным", а оказалось "пиздец как серьёзно".