Твой мой парень

Симпатия порождает любовь.

Любовь порождает ненависть.

Есть ли у нас с тобой другой сценарий?

Где нет моей любви к тебе?

Прошу, давай напишем другой план.

Прошу, давай не встретимся с тобой.

Тогда я не познаю никогда

Любви, направленной другой.

***

Мои ноги кажется приросли к земле и пустили туда корни, словно я стала деревом и слилась с общей картиной природы во дворе школы. Я не могу в это просто поверить. Всё происходящее кажется каким-то абсурдным сном. Тот парень, что засел в моей голове, словно навязчивая мысль, был парнем моей подруги. Господи, да это бред. Быть не может такого в реальности. Не может быть такого совпадения. — Приятно… познакомится… — с таким нереальным трудом выдавливаю я, до сих пор не веря в происходящее. Может я всё ещё сплю? И ещё не наступил этот первый учебный день? Может это просто больная фантазия моего — поплывшего от красоты этого светловолосого парня — мозга? Я просто не верю. Не хочу в это верить. — Ой, нам, наверное, стоит поторопиться, а не то опоздаем, — сразу после моих слов говорит Минджу и переплетает свои пальцы с пальцами этого Хван Хёнджина, — словно показывая мне и всем остальным, что они в отношениях! — у которого теперь над головой висит табличка с надписью: «Парень Минджу». По-моему у меня на этом моменте начинает ехать крыша. Они начинают идти вперёд и Ким тянет меня за рукав блузки, чтоб я наконец сдвинулась с места и пошла вместе с ней и её парнем. Сдвинувшись с места я плетусь позади них, смотря на их сплетённые ладони, как они мило беседуют, словно голубки и кажется меня начинает подташнивать. И тошнит меня не от этого приторно-сладкого поведения, а скорее от того как быстро бьётся моё сердце, ведь я снова встретила объект своей симпатии. Но и в этот момент чувство вины, — что вызвано тем, что мне нравится парень моей подруги, — перекрывает всё. Дело совсем плохо. Ким поворачивает голову и говорит, чтобы я поторопилась, а то тащусь, как черепаха старая. Но я мямлю что-то в ответ про плохое самочувствие, чтобы скорее уйти. Это является правдой. Частичной. Ведь причина №1 свалить отсюда — это наличие твоего парня Минджу. — Тебя отвести в медпункт? — спрашивает она, смотря на меня взволнованным взглядом, отчего мне становится ещё хуже. Ненавижу уже себя всем нутром. — Нет, не стоит. Сама доберусь, — отдаю ей портфель с книгами, чтобы она отнесла его в класс и на пятках разворачиваюсь в абсолютно в другую сторону и иду на ватных ногах, что слегка подкашиваются, когда я дохожу до угла и заворачиваю за него, то после срываюсь и несусь как можно скорее к туалету. Врываюсь в кабинку, закрываю на внутренний замочек и пытаясь отдышаться, а заодно привести свои сумбурные мысли в порядок. Сажусь на унитаз и зарываюсь руками в волосы, оттягивая их, чувствуя боль и всё же понимая, что это не сон, что является для меня не очень-то и хорошей новостью. Как такое могло произойти вообще? Как абсолютный незнакомец смог стать парнем Минджу и при этом привлечь моё внимание в первую встречу? Как всё это могло произойти с нами? Да, мне понравилась его приятная внешность, что притягивает взгляды девчонок. И это стало понятно тогда, когда мы шли по коридору, где все смотрели на нового ученика оценивающе, а женские особи засматривались особенно долго и раздевали хищным взглядом. Но их фантазии так же быстро разбивались на осколки, когда они видели рядом Ким, которая прижималась к нему ни капельки не смущаясь пристального внимания со стороны. И к сожалению, я испытала тоже, что и девушки, которым приглянулся Хван — разочарования. Надежда, что разбита на мелкие осколки прямо у меня на глаза, точнее её разбила Ким, даже не догадываясь о том, что будет со мной. Но я не могу винить подругу в том, что она начала отношения с парнем, к которому я испытываю симпатию. Она, — и я в том числе! — не знала этого. Но у меня же это просто симпатия, верно? Я не собираюсь рушить чьи-то отношения из-за того, что мне понравился парень. Я не поступлю так мерзко и низко. Щёлкаю замком и выхожу из кабинки. Быстренько умываюсь несколько раз холодной водой и смотрю на себя в зеркало. С этого дня я заглушу свои чувства. И никто не узнает об этом. Тяжко вздохнув и постаравшись угомонить в душе тревожное чувство, я отправляюсь на урок, что скоро точно начнётся, а опаздывать на него не хочется.

Я возвращаюсь в класс за минут пять до звонка и замечаю, что место рядом со мной занято и никем иным как самим Хван Хёнджином — парнем моей прекрасной подружайки. Да, теперь я буду напоминать это себе постоянно. Я аккуратно отодвигаю стул и как ни в чём ни бывалом сажусь за парту. Звенит звонок. Что ж я обязана пережить этот тяжёлый день.

***

Всё то время, пока шёл урок, я старалась не сидеть без дела; я вечно что-то записывала, черкала, даже рисовала. В общем, всеми возможными и невозможными силами пыталась отвлечься от своих мыслей и не смотреть на светловолосого, что привлекал к себе моё внимание. Взгляд бегал по его мягким чертам лица, на которое падал солнечный свет сегодняшнего дня. Резко отвожу взгляд своих карих глаз и считаю до шестидесяти, а потом снова возвращаю их на заветное место, словно так и должно быть, но потом снова себе напоминаю чей он парень и что вообще пялиться нехорошо. Но в какой-то момент нашему новенькому, соседу по парте и парню Ким — в одном лице стало настолько скучно слушать учителя, что сложил руки и опустил на них голову, прикрыв глаза, обрамлённые длинными ресницами. — Боже, какая тупость… — пробормотал он, наверное, думая, что я вовсе не услышу его слова, но увы, и ах, я всё слышала, да с такой чёткостью будто бы он шептал мне эти слова на ухо, отчего они врезались в мозг. — Считаешь, что умирать за любовь глупо? — неожиданно для себя и для него, конечно, сказала я, не забыв бросить испепеляющий взгляд для пущего эффекта. Не знаю выглядела ли я тогда угрожающе, но попыталась, а не то по моему уж слишком довольному можно было бы понять, что я делала. Думаю, что прямо сейчас даже справлюсь с задачей «испортить отношения с парнем подруги». Я, конечно, не особо люблю книги, потому что больше предпочтения отдаю порнушке, особенно между геями в манхвах, но книги у меня имеются (конечно же про геев). Но та трагедия, что произошла в произведении — это не просто какая-то фигня придуманная автором (хотя кто знает, что вообще у этих людей в голове), чтобы история была более яркой и насыщенной. Всё, что происходит в данном произведении — это маленькие пазлы и если их сложить, то получится цельная картина. И тогда вскроется вся суть написанного. Да и за такое великое чувство, как любовь не страшно и пойти на тот свет. Ну по крайней мере только не в реальности. На такое ради любви я бы не пошла. Нет во мне столько героизма. — А я смотрю тебе прямо нравятся вся эта мелодрама с кучей не состыковок, — всё-таки поднимается он, смотря на меня явно не дружелюбным взглядом. Это объявление войны с его стороны? Если да, то я готова. Это ведь будет прекрасно, если мы не будем нравится или же вовсе возненавидим друг друга. Готовься, Хван Хёнджин, сейчас будет разнос. — Эй, парень Минджу, имей совесть. Если тебе не нравится это, то не стоит говорить об этом, как о куске вонючего дерьма под твоим носом, — возмутилась я, понимая, что всё немного — а может быть совсем и не немного — утрировала. Ну а вообще кому, что нравится, то тот и читает. Это вкусы и предпочтения каждого. Но нужно знать границы разумного. Нужно будет узнать у Минджу, что ему нравиться и потом сказать ему что-то в стиле: «Тебе нравится такое? Ну это же бред какой-то. Не ожидала от тебя такого». — Эй, подруга Минджу, а ты не удосужилась запомнить моё имя? — гадко и высокомерно произнёс он, что задело меня. На этом самом моменте вся моя симпатия к нему исчезла в мгновенье ока. Как Ким вообще начала встречаться с таким… И, черт возьми, неужели это единственное, что его волнует? То, что я не запомнила его имя? Серьёзно? А что мне ещё нужно запомнить? Имя бывшего друга сестры? А то, что я сказала после этого он хоть услышал? Или пропустил мимо ушей, считая, что это информация ему вообще не к чему? — Парень Минджу, я не считаю необходимым знать ваше имя, ведь вы всего лишь «развлечение» моей наипрекраснешей подруги, — говорю я хотя давным-давно запомнила его имя и нацарапала ножиком на своём бедном сердечке, которое перестало биться после того, как я со злостью зачеркнуло это злосчастное имя, которое несёт только несчастье для меня. — И это «развлечение» не будет фигурировать в её жизни долго, — прошептала я ему на ухо злостно, чувствуя неприятный вкус после сказанного. Это было очень грубо с моей стороны, но я просто не имею права на то, чтобы даже смотреть в твою сторону. Я ухмыляюсь, понимая, что между нами никаких хороших взаимоотношений не будет, пока он смотрит на меня, как на умалишённую. На лице так и написано: «Да что за бред несёт эта девчонка». Но это он решил даже не озвучивать. — А ты в этом уверена, Хван Йеджи? — ухмыляется, словно хитрый лис. — Запомни моё имя, — он тычет пальцем на свою форму, где в маленьком прямоугольники буквы сложились в уже ненавистное мне имя и фамилию. — И будь добра обращаться ко мне по нему, ведь в жизни своей девушки я буду фигурировать часто. Не доставляй проблемы не себе, не мне иначе будет плохо. Звенит звонок и он поднимается со своего места, не давая мне возможности ответить. Сто процентов смылся, потому что хотел, чтобы последнее слово было за ними. Не буду же я ему в конце-концов кричать что-то в ответ. В этот раз последнее слово за ним, но это только сегодня. В будущем я не позволю себе проиграть даже в такой бессмысленной перепалке слов.

***

— Ты какая-то недовольная… — прожевав пищу, говорит Минджу, смотря на меня как на лабораторную крысу в клетке, в которою что-то ввели и теперь должно произойти чудо: крыса либо сдохнет, либо выживет, третье не дано. — Это самое нормальное выражение моего лица вообще-то, — и я бы сказала, что это точно правда, ведь это самое нормально на сегодняшний день выражение моего лица. Настроение сегодня как-то быстро упало на дно и пробило его, но сильно расстраиваться и впадать в депрессию я пока не хочу. Пожалуй, оставлю это на вечер, когда возьму в руки книгу и начну читать стеклянную главу, захлёбываясь в собственных слезах. Как вообще автор может после того, что между ними произошло, вот так вот просто обламывать всю романтику и творить драму? — Эй, — Ким пихает меня своим маленьким кулачком в плечо. — Что-то ведь произошло. Скажи мне, — её щенячьи глазки так и умоляют о том, чтобы я поделилась с ней тем, что меня беспокоит, но я не могу. Я лишь недовольно поджимаю губы, не зная, что ей сказать. Может правду? Боже, Йеджи, как ты это себе представляешь. Я глубоко вздыхаю и даже хочу ударить себя по лбу. — Да ничего не произошло. Просто на улице вон… Погода плохая, — я поворачиваю голову к большому окну и вижу, что там светит солнышко и как назло на небе ни тучки. С этого дня я официально ненавижу солнце. А из этого следует, что солнечная погода для меня равно плохая погода. — Произошло, — говорит она и резко прикладывает к моей щеке холодную банку газировки, от которой я быстро отпрянула. Ухмыльнувшись, она ставит банку и встаёт со стола, не забыв сказать, что скоро вернётся. Ну конечно же, сказать куда и зачем ушла, она не удосужилась. Наверное, пошла за объектом своего обожания, чтобы пригласить его за наш столик. Я туплю взгляд в стол и начинаю кое о чём размышлять. Хван Хёнджин — это парень из метро. Это точно он. Я на сотню процентов уверена, что двойника или близнеца у него нет, а значит он точно меня помнит. Но почему сделал вид, что не знает? Окей при Минджу. Но блин, мы сидим с тобой за одной партой и могли бы уже давно решить эту проблему, но за все уроки мы и фразой не обмолвились, не считая той перепалки, что произошла между нами. И чем дальше я лезу в болото мыслей, тем дальше я погружаю в себя и совсем не замечаю, как вернулась Мин и, к сожалению, не одна. Я сталкиваюсь с его пронзительными чёрными глазами, от чего по коже бегут мурашки, но я быстро беру себя в руки продолжаю равнодушно смотреть в эту бездну, не боясь утонуть в этой темноте. В моей сумасшедшей голове возникла не самая приятная идея. Сейчас я должна понять насколько глубокие чувства у Ким Минджу к светловолосому. Если она в него не влюблена, то тогда они в скором времени разбегутся. Это я уж точно знаю. Лишь дорогие сердцу Ким люди будут идти вместе с ней. Мы дружим с ней не первый год и это наша общая заслуга. Мы прошли с ней через многое. У нас было кучу ссор, недомолвок и обид, но всё это преодолимо. И эта ситуация она не должна сломать то, что строилось много лет. Я не позволю этому случиться. — Мне он не нравится, — произношу я, как только они садятся за стол, тем самым разрушая тишину между нами троими, за что ловлю его скептичный взгляд и удивленный Мин. — Скользкий тип. Мои слова точно противоречат тому, что я на самом деле думаю. — Расскажи-ка мне, пожалуйста, какие мои действия привели тебя к выводу, что я «скользкий тип»? — гадко выплёвывает слова он, смотря мне прямо глаза. Наверное, хочет мне их выколоть и за одно язык вырвать. — Во-первых, он не уважает чужие вкусы и предпочтения, — озвучиваю я полуправду, а это уже считая самая настоящая правда. — Мне просто не нравятся мелодрамы. А мне уже просто не нравишься ты! — Во-вторых, он мне угрожал, — конечно, такое угрозой, наверное сложно назвать, но можно ведь? — Когда это? — Сказал, чтобы я доставляла проблем, а иначе будет плохо, — я помахала указательным пальцем, показывая, как всё «серьёзно». — Что? — удивленно произносит Ким и поворачивается к парню, чтобы одним взглядом его уничтожить. — Это было предупреждение, — оправдывается он, строя ей щенячьи глазки, а это кстати запрещенный приём, потому что я вижу как взгляд Ким слегка смегчается. — И в третьих, он не запомнил моё имя, а я на минуточку твоя самая близкая подруга, — выделяю тоном я последние слова и заканчиваю свою тираду, беря в руки банку газировки. — Это ты не запомнила моё имя, — выдаёт Хёнджин, смотря на меня как дурочку, что все возможные стрелки перевела на него бедного и несчастного. Я закатываю глаза и открываю железную банку, но из неё неожиданно начинает струится кола и не придумав ничего лучше, я поворачиваю её в сторону Хвана, — который явно не этого ожидал, — от чего струя сладкой жидкости летит прямо в него. Струя на глазах становится меньше, а после и вовсе исчезает, но светловолосый уже пострадал и я не могу не позлорадствовать у себя в душе. Ведь передо мной открылась такая прекрасная картина, где этот блондинчик весь мокрый и липкий. — И только попробуй сказать, что ты это не специально, — (не)специально, конечно, но не скажу об этом. По-моему всё идёт в одну точку. В пятую при чём.

***

Я стою у дверей школы, чувствуя нервную дрожь в руках. После случая в столовой Минджу ушла с Хваном и больше в течении всего дня мы не разговаривали, хотя учимся в одном классе. Что ж скорее она даже не обиделась на меня, а скорее не поняла почему я так поступаю, ведь ещё не один парень не заслуживал от меня такого ужасного отношения, а парней у неё было не мало за время всей нашей дружбы. Такое поведение ввело Ким в ступор, что не удивительно. И сейчас я очень нервничала, ведь предчувствовала тяжелый разговор, который меня ждал по дороге домой. Конечно, я могла смыться, чтобы отложить подальше этот довольно неприятный момент, но лучше решить всё здесь и сейчас, а не откладывать это в дальний ящик. Сегодня я уже решила, что в приоритете у меня дружба с Минджу. Уставшая Ким выходит со школы, медленно ступая по плитке она ищет меня взглядом. Ей не составляет найти меня в толпе старшеклассников, поэтому она сразу же идёт в мою сторону. За пару минут пока она шла ко мне на встречу моё сердце успела пару раз ударится об ребра, вызывая боль. — Пойдём? — спрашиваю я как только она подходит ко мне и получаю лишь кивок. Беру свои слова назад. Похоже доля обиды засела в ней. Шли мы всю дорогу до остановки молча. Тишина, что царила между нами была напряжённой, наполненной какой-то, ощущаемой только нам, тяжестью. Атмосфера с каждым наши шагом становилась всё более ужасающей. То, что подруга молчала и хмурила брови так сильно, что казалось, что у неё скоро появится морщины, меня так знатно напрягало. Совсем на неё не похоже. Когда мы почти подошли к автобусной остановке я всё же решила открыть свой рот и что-то сказать, но увы меня перебили. — Йеджи… — Минджу так тяжко вздохнула, будто хотела выдохнуть весь груз, что лежал на её плечах. Она точно думала о том, что произошло в столовой. Но скорее даже не так. Она думала о том, что будет дальше. И в её голове был точно не «хэппи энд». Ким была той ещё фантазёркой, в плохом смысле этого слово. Она всегда додумывала ужасный конец. — Я понятия не имею, что с тобой происходит, — произносит наконец она смотря прямо мне в глаза. И я вижу как карие глаза начинают терять блеск, становятся бездушными как у куклы. Эмоции и чувства отключены. В тот самый момент мне хотелось сказать, что я сама себя не понимаю. Но я прикусила язык. Я словно бросалась из одной крайности в другую: либо испытывать симпатию, либо жутко ненавидеть. — Это впервые, чтобы ты так себя вела. В чём проблема? Я молчу, не зная, что сказать. В горле стало настолько сухо, что я почувствовала лёгкую боль. Язык присох к нёбу, а сердце отбивало чечётку. Всё шло не так как я планировала. — Йеджи, не знаю, что успело произойти с тобой за этот день, что ты его так невзлюбила. Но я хочу, чтобы вы ладили. Ты моя подруга, а он мой парень. Вы оба мне очень близки. Так что постарайся найти с ним общий язык. Я не хочу терять кого-то из вас, — выдав всё на одном дыхании она уходит не дождавшись от меня каких-то слов. А я на ватных ногах добралась до остановки, к которой уже подъехал автобус и быстро зашла в него.