Иначе

- Что ж Андрюшенька, не весел? Что головушку повесил? - Малиновский явно был в очень хорошем расположении духа, что совершенно не вязалось с тем, что Жданов видел перед собой в документах, оставленных Катериной на его столе. Он поднял тяжелый взгляд на друга, тот выглядел вполне довольным жизнью, но Андрей с легкостью считывал у него в глазах то самое напряжение, которое одолевало и его. Видно Малиновский решил немного его расшевелить, не более. - А с чего бы мне вдруг стоило прыгать от счастья? То околожопие, куда мы старались не попасть уже не просто рядом. Мы тонем в нем одной ногой, - он взъерошил волосы пальцами правой руки, - это видел? - он сунул Роману под нос бумаги. Брови его сошлись к переносице, когда Малиновский забрал у него мини-отчеты двумя пальцами, словно за хвост дохлую рыбу. - Видел, мне твоя, чтобы никого не оскорбить, секретарша, тоже подала это не слишком-то вкусное блюдо, - он принялся листать страницы с пустым взглядом, - Жданов, я понимаю, что мы вошли в анналы истории, теперь нужно понять, как из них выйти, - Малиновский протянул документы обратно. - По-моему мы вошли просто в анналы, без истории, - простонал Жданов, - Рома, мы будем в полнейшей заднице, и я впервые за долгое время боюсь того, что просто не знаю что делать, - волосы на этот раз он сжал двумя руками и потянул их вверх, прикрывая глаза. Это было мучительно, осознавать, что все разваливается в руках с легкостью карточного домика. Господи, за что! - У тебя истерика, и она тебе совершенно не к лицу, ты же не Кира, - Малиновский уперся ему ладонью в лоб, заставляя поднять голову, - в таком состоянии ты ничего и не сможешь придумать. Веришь? - Да я могу сколько угодно верить, но от этого ничего не поменяется! - Андрей раздраженно сбросил руку друга, но Роман решил не обижаться на больного человека. - От того, что вопишь, как в одно место раненный - тоже, - трезво заметил Малиновский, - ты, конечно, имеешь право страдать, посыпать голову пеплом, или что там тебе под руку попадет, но и это не поможет. Сейчас нам как никогда нужен твой мозг, Андрей. Ну и еще кое-что, - он недвусмысленно кивнул в сторону каморки, где должна была обитать Пушкарева. Жданов поморщился. - А ты уверен, что это такая уж хорошая идея, чтобы вовлекать в нее Катю? - Андрей, безусловно, оценил интеллектуальные способности странненькой и страшненькой секретарши. Видел ее упорство, умение обращаться с цифрами, воочию видел, как она буквально из воздуха могла воздвигнуть на бумаге целую цифровую империю. И если в нее поверил даже скептик Воропаев, то он был обязан ей просто руки целовать! Фигурально, конечно, выражаясь. Но вот подпускать ее все ближе и ближе, вкладывая в ее руки и голову компромат на себя любимого… что-то это как-то слишком дурно пахло. А ему хотелось быть осторожным, точнее, нужно было… а то Сашенька стал все чаще наведываться в ЗимаЛетто. Вдруг, и правда, решил сместить его на теплом месте? И это тот, что кричал, мол, ему компания ни в жисть не нужна. Пожалуйста. - А у тебя есть на примете кто-то еще столь же гениальный, послушный и немногословный? - Малиновский выгнул брови в живом удивлении, - нет? Вот и у меня нет, поэтому нужно брать то, что дано Богом, пусть и в качестве чисто визуального наказания. Что тебя беспокоит в Пушкаревой? - Насколько я могу ей доверять, - признался Жданов, - ты же понимаешь, что сейчас нам придется затеять, скорее всего, не совсем честную игру, - Роман кивнул, он как никто понимал, что все возможные честные способы они исчерпали, а взятые доселе кредиты таяли так быстро, что руки млели каждый раз, когда на столе появлялся подписанный Катериной отчет, - насколько мы можем быть уверены в том, что Катя будет играть за нас? - Кире ведь она тебя не сдала, - Малиновский припомнил попытку младшей Воропаевой наладить передачу информации о передвижениях Андрея, - а могла бы. Ты ее об этом не просил? - Конечно, нет, - покачал головой Жданов, - я и о разговоре этом узнал случайно. Но одно дело заложить меня как человека, и второе шантажировать меня как директора крупной компании. Ты же понимаешь, что женская логика не поддается никакому анализу! Откуда я могу знать, что у нее в голове. - Ну, тут ты себя накручиваешь, - слишком легко отмахнулся Малиновский, - во-первых, Катерина женщина очень условно. Ты видел хоть раз, чтобы она проявляла что-то такое… женственное? Вот и я нет, - поднял палец вверх Роман, не позволяя Андрею ответить, - она… такой себе калькулятор на ножках. Знаешь? Но, раз тебя это так потряхивает, нужно понять, что ею движет. - И как ты предлагаешь это сделать? Пригласить ее на ужин и под благовидным предлогом расспросить ее, не собирается ли она уничтожить мою репутацию, а заодно сдать меня в налоговую? - кисло спросил Жданова. - А вы, батенька, шалунишка, - Роман поиграл бровями, - но, думаю, пока можно обойтись вполне деловым разговором втроем. - Она тебя не особо любит, - Андрей не первый раз наблюдал, что Катерина если не шарахалась от Малиновского, то часто его избегала. - Ты знаешь, я не особо расстроился, было бы хуже, если бы она воспылала ко мне неземной страстью, - заверил его Роман, посмеиваясь. Да, интерес Пушкаревой явно не окрылил бы его влюбчивую натуру Казановы. - Да тут хоть бы земной дождаться, - как-то растерянно заявил Жданов, - она иногда такая холодная бывает, - он передернул плечами. - А ты проверял, может у нее в каморке просто отопление не работает? - Малиновский! - Андрей буквально гаркнул на друга, но реакции не последовало, Роман все так же расслабленно улыбнулся. - Все, прекращай хандрить, Андрей. Гораздо проще все карты выложить на стол и разобраться в происходящем за один присест. Пока что у нас нет даже подобия плана, и соответственно Катерина ничего не знает. Значит, с ней не нужно делиться чем-то готовым, пусть двигателем прогресса станет она сама. Тогда на кого она сможет настучать? На себя? - Малиновский вынул из органайзера карандаш, принимаясь покручивать его в пальца, - ну, что думаешь? - подтолкнул он Андрея, когда тот не торопился с ответом. Жданов вздохнул. - А что мы будем делать, если она откажется? Если скажет, что она не будет врать или что это непорядочно, и все такое? Ты же сам видел, что она довольно… честная. - Ну, тут ты ее немного идеализируешь, - заметил Роман, - отчет-то она подделала, разве нет? А это уже, между прочим, ответственность, которая пока сосредоточена именно в ее руках. Ты прав, нам нужно понять кто она и что, а главное зачем. Раз уж ты так боишься, что она воткнет тебе нож в спину. Но в целом… ей нужна эта работа, иначе для тебя бы она так не старалась. Может и тут она проявит великодушие и поможет. Так что решайся, а я тебя поддержу, ты же знаешь. Сложнее всего было то, что решаться нужно было именно Андрею. Роман в целом очень хорошо ощущал женщин. Мог с легкостью сказать, что ту или иную беспокоит и чем это можно загладить. С Кирой, к примеру, это работало безотказно, и выручало его не один раз. Но в случае с Пушкаревой он как-то излишне стремительно умывал руки. Возможно от того, что сама Катя не вызывала у него совершенно никакого интереса? А то Жданов подозревал, что та самая пресловутая чуйка находилась явно не у Романа в голове. Ну почему сейчас это не могло быть им полезно? И хотя ситуация поджимала, буквально обхватив горло холодными липкими пальцами, Жданов решил не спешить и понаблюдать за Пушкаревой. Раньше он воспринимал ее как такой себе придаток к кабинету. Мозг, живущий отдельно от красавицы Клочковой, и был готов прятать ее в чулане гораздо дольше чем того требовала даже ее работа. Что самое странное, Катерина не возражала, не жаловалась и не возмущалась. Приходила первой, уходила последней, и больше чем нужно никому и никогда не говорила. Только последних пару недель после Совета Пушкарева вдруг стала покидать каморку почаще. Тогда Жданов связал это с тем, что она стала выходить с ЖенСоветом на обеды, до этого он и не задумывался особо, чем же питается его добровольная затворница. Но, все оказалось куда сложнее. Андрей намылил Малиновского в сторону самой разговорчивой личности ЖенСовета - Тропинкиной. Роману не стоило труда подарить пару улыбок довольно симпатичной барышне, чтобы та стекла карамельной лужей к его ногам. Оказалось, что Катя не всегда ходила с ними обедать. Ее отлучки были связаны с ее помощью Уютовой, которой время от времени были нужны свободные руки. Ольга Вячеславовна не молодела, и некоторые задачи выполнять с прежней скоростью не могла. Вот тут то и оказалась кстати услужливость Катерины. Как поделилась с Малиновским Мария. Уютова не раз штопала для Катерины рваные юбки или блузки, а один раз приладила ей на место рукав пальто. Все это было не от непроглядной бедности. Нет. Скорее от того, что с Катей постоянно что-то происходило, и она невольно портила одежду, иногда не один раз на дню. Но самым важным моментом, который напряг не только Жданова, но и Малиновского, оказалась причина, по которой Уютова стала столь внимательна к Катерине. - А ну еще раз, - потряс головой Андрей, все еще не готовый до конца воспринять принесенную Романом информацию до конца, - как-как она попала к Уютовой на подшив? - Малиновский вздохнул, ему порядком надоело повторять одно и то же, но Жданову казалось, что его друг, скорее всего, что-то перепутал, и… - Она порвала Воропаеву пиджак, чуть лацкан не оторвала ручонками своими, - послушно принялся повторять Роман, хотя и выражал некое недовольство, - а все потому, что наступила на свою собственную юбку. К слову, больше она такие оборочки на работу не надевала, - он хохотнул, но тут же прекратил. Жданов был хмур и серьезен, Малиновский тоже старался соответствовать, - нашему Сашеньке в тот день еще нужно было на встречу какую-то, и переодеться он не успевал. Соответственно решил немного нашу Оленьку Вячеславовну поэксплуатировать. Ну и Пушкареву туда притащил заодно, она, по словам Маши, юбку тогда хорошо разодрала. В принципе, это все. Так ничего нового она о ней не рассказала. Разве что в последнее время, она чуть больше расспрашивала про Воропаева. Но и это не так чтобы странно, она ведь его валяет почем зря, как только он сюда наведывается. - Она не только Воропаеву опасна, - скривился Жданов, припоминая парочку совершенно неприятных столкновений, - при желании она любого покалечить может. Как думаешь, с чего бы ей к Сашеньке интерес проявлять? А еще… - он принялся постукивать пальцами по столу, - с чего бы самому Воропаеву ее к Уютовой водить. Я что-то в доброту всепоглощающую не верю. - Подозреваешь, что Сашенька что-то учуял, и решил прощупать Катю? Как самое близкое и информативно наполненное к тебе существо? - было видно, что не только у Андрея в голове принялись щелкать шестеренки в этом направлении. - Ну вот ты бы сам что сделал на его месте? - Жданов пристально смотрел на друга, Малиновский прикрыл глаза, словно, и правда, пытаясь представить себя Воропаевым. - Я и Сашенька - это совершенно разные люди, - все-таки ответил Роман, - при всей моей фантазии, предугадать то, что будет делать Воропаев, я не могу. Но, если ты спрашиваешь, что бы сделал я, - руки Малиновскому нужно было чем-то занять, и он привычно своровал для себя один из карандашей, - я бы перестал делать вид, что наш Маков цвет неопределенного пола, и попытался бы разглядеть в ней женщину. - Ого, - брови Жданова невольно подскочили вверх, - ты бы что, приударил за ней? - Влюбленные женщины глупы и эмоциональны, кто знает, возможно, мозг Пушкаревой можно было бы взломать подобным образом, - пожал плечами Роман, - ну а потом… знаешь, женщины крайне болтливы когда… - В постели? - предположил Андрей, но Малиновского передернуло так, что Жданов понял - круто ошибся. - Это были бы самые, ты слышишь, самые крайние меры! - уверенно замахал руками Роман, - я хочу сказать, что любая женщина, которую правильно обаять, будет готова ради своего мужчины на все. В том числе вынести какие-то секретные данные…понимаешь? - Ну, хорошо, это ты, - согласно кивнул Жданов, он бы руку дать на отсечение готов для того, чтобы увидеть, как Малиновский будет кружить вокруг Пушкаревой. Вот это была бы потеха, - а как будет вести себя Воропаев? - Обаять точно не сможет, - решительно заявил Роман, но наткнулся на полный сомнений взгляд Андрея. Воропаев хоть и был редкой сволочью, но если того требовала ситуация мог быть просто невероятно обходительным. Да Андрей сам видел, какой слюной по Сашеньке захлебывались барышни, что не знали его лично, - ой, и не нужно говорить, что Воропаев может быть самим очарованием. Мы берем конкретную ситуацию - Пушкарева уже от него наслушалась такого, что у любой барышни все бы вниз упало, и никакого интереса больше бы не возникло. - Ты сам говорил, что она женщина очень условно, - напомнил Жданов, хотелось сразу прощупать ВСЕ возможные варианты перед тем, как окончательно отворять двери Катерине в свою команду заговорщиков. - Ну, так-то женщина она условно, а не идиотка, - хмыкнул Малиновский, - ты же на нее каждый день смотришь, так? Неужели ты о ней так ничего и не понял? - Чего не понял? - Жданов терпеть не мог ощущать себя дураком. Сейчас Роман не то чтобы намекал именно на это… - Она девственница, - Малиновский подался вперед, переходя на полушепот. Андрей покосился на дверь каморки. Он знал, что там сейчас никого не было, но странное напряжение все равно поселилось в мышцах. - Слушай, ну с чего ты решил… - не то чтобы Жданов думал о том, был ли у Пушкаревой хоть какой-то опыт, просто… ей было сколько? Двадцать три? Нет, кажется, двадцать четыре. Ну не могла же она до такого времени… - Ну, кто ее будет… в самом деле, - Роман даже рассмеялся такой недальновидности Андрея, - только если по принуждению или с очень большого перепоя. А учитывая то, что опасной Катюша не выглядит, а по вечеринкам не ходит, - он развел руками. - Мда… логично, - пришлось признать, что Малиновский был прав, - но как это снижает любые попытки Воропаева на… успех. - Романтика, нежность и ласка, вот чего хотят все… неопытные барышни по первому разу, - Роман принялся втолковывать ему прописные истины с такой скукой на лице, что Жданов в очередной раз диву давался, как Малиновский в актеры не пошел! Успех имел бы колоссальный. И женщин бы имел столько, пока имелка бы не отвалилась. Хотя… с женщинами у него и тут проблем не было, а смазливых актеров и так хватает. Может, успех его был бы и не столь оглушителен, - а что ей за это время дал Воропаев? Пару угроз оторвать голову за ее экзерсисы? Несколько синяков? Нервный тик? Хоть что-то подходит к тому списку, что я подал выше? - Не подходит, - медленно кивнул Жданов, размышляя над словами Малиновского, - значит, Катерина для нас безопасна? - Катерина и для нас не безопасна, - рассмеялся Роман, явно намекая на ее везение, - но сейчас ее верность на нашей стороне. Ну что, готов поговорить с ней в открытую? Заодно узнаешь, что же ею движет на самом деле. Ну? - Думаю, пора, - кивнул Андрей, - попросим ее сегодня остаться после работы. Больше мы все равно о ней не узнаем, чем уже… А решать наши проблемы нужно было еще вчера. Готов. Но… нам нужно не просто знать, верна нам она или нет, а и то, что она будет верна нам и дальше. Нужно подумать еще об этом. - Ты просишь об этом меня? - склонил голову к плечу Малиновский, и Жданов кивнул. Перекладывать все на Романа, он, конечно, не собирался, но иметь две идеи вместо одной это как спасательный круг. Не обязательно пользоваться, но можно не бояться. - Я прошу об этом еще и тебя. Нам нужно сделать все, для того, чтобы мы выплыли, - это прозвучало со всей страстью, они не могли проиграть, не могли утопить ЗимаЛетто в долгах и позоре, отец этого ему точно не простит. - Не переживай ты так, мы выплывем! - Роман хлопнул Андрея по плечу, но Жданов такой уверенности все еще не испытывал. - Люди на Титанике тоже так думали, - он вздохнул, а потом добавил, - подумай, прошу тебя, подумай хорошо, перевес в любом случае должен быть на нашей стороне. Но, как бы хорошо не думал Малиновский, как бы хорошо не думал он сам, когда в кабинете они снова окружили стол, как это было перед решением с отчетом. Катерина выглядела спокойной, как и всегда, только пальцы ее правой руки быстро перебирали оборчатый рукав левой. Этот совершенно человеческий жест позволил Андрею немного успокоиться. Не такой уж она и расчетливый компьютер. Может, она просто смущается? Пушкарева заметила его пристальное внимание и ответила чуть удивленным взглядом. Роман прокашлялся, привлекая внимание к себе, чтобы эти молчаливые гляделки не играли слишком долго. - Катенька, как ваши дела? - Малиновский улыбнулся, и пнул Жданова под столом, когда тот удивленно на него уставился. Андрей чудом не взвыл, и ответил другу схожим пинком. Катерина сделала вид, что не заметила их пинания под столом. А может и правда не заметила, кто ее знает. - Хорошо, Роман Дмитриевич, а ваши? - Жданов хмыкнул, милый вопрос в ответ прозвучал с легкой издевкой, по крайней мере, Андрею показалось именно так. Судя по выражению лица Малиновского, он тоже ощутил этот налет сарказма. - А наши, как вы могли заметить, не слишком хорошо, - Роман все-таки решил играть дальше, расслабленно и легко подхватывая карандаш из органайзера, и принимаясь кружить вокруг их стола. - Мне очень жаль, но это было ожидаемо, - Катерина следила за Малиновским, при этом старательно не меняя положения, и Жданову хотелось приказать Роману остановится, потому что Пушкарева могла к своей, и так не слишком-то презентабельной внешности, еще и окосеть, - и я говорила, что следовало бы… - Вот как раз о том, что следует, мы бы и хотели поговорить, - на это раз Малиновский зашел за спинку кресла Жданова, и Катерине, наконец, стало удобно смотреть на них. Она нахмурилась. Андрей уже успел заметить, что Пушкарева терпеть не могла недомолвок и словесных игр, не видела в них смысла. Лишняя трата времени и ресурса. В этом он был готов с ней согласиться. - Как по мне, то нужно не говорить, а что-то делать, - Пушкарева пожала плечами, - первые кредиты уже нуждаются в выплате, а у нас на это совершенно нет средств. Но, я думаю, что вы знаете это без меня. Самый быстрый способ перекрыть имеющиеся кредиты - взять еще, но таким винтом мы скоро придем к тому, что акции ЗимаЛетто не будут стоить ни гроша, и… - Это все, конечно, правильно, - все-таки решился перебить ее Жданов, - но восстановление ЗимаЛетто это процесс, который нельзя завершить в течение нескольких недель. - Недель? Мы в несколько месяцев можем не убраться, - покачала головой Катерина, а потом сняла, и снова надела очки, выдавая свою взволнованность, - но какая разница, сколько понадобиться на это времени? Самое главное то, что у нас есть шанс все исправить. Сейчас все еще не слишком… - Вы, Катенька уже не первый раз используете “мы”, вы себя к нам причисляете? - Малиновский осторожно задал вопрос, изучающе глядя на Катю. Та открыла, а потом закрыла рот, становясь похожей на пучеглазую рыбу. - Вы собираетесь меня уволить? - все-таки решилась она на вопрос, - я могу узнать причину? - говорила она строго, но было заметно, что эта мысль ее огорошила. - Нет! - Жданов и Малиновский выкрикнули это буквально в унисон, и Андрей продолжил, - никто не собирается вас увольнять. Но я очень хочу понять, насколько я могу доверять вам, Катя. Чем дальше мы будем работать вместе, тем больше сложных, противоречивых решений нам нужно будет принимать. Вы ведь понимаете это, не так ли? - Понимаю, - кивнула Пушкарева, - но как доказать вам свою верность, я понятия не имею, - она пожала плечами, - или моего слова будет достаточно? - В целом да, - осторожно кивнул Жданов, - вам я поверю, вашему слову я имею в виду. Но… я хотел бы спросить, что держит вас в ЗимаЛетто. Вы видите, как компания постепенно дает трещину. Вы понимаете, что в случае неудачи все может оказаться более чем плачевно. Почему вы остаетесь? Пытаетесь помочь? - Я не крыса, чтобы первой бежать с тонущего корабля, - Катерина поправила очки, и с этим жестом она на миг стала выглядеть на лет десять старше. - А мы тонем? - Роман решил привлечь к себе внимание. Пушкарева взглянула на него так, словно бросая вызов. - В полнейшей тишине, - кивнула Катерина и снова перевела взгляд на Жданова, - мне нравится ваша компания, люди здесь, мне нравится моя зарплата, которую я в таком объеме нигде еще не получала. Мой успех здесь ключ ко многому в моей жизни, и я не намерена это терять. А еще - сложность. Ситуация ЗимаЛетто не критичная, но очень непростая, и чем дальше, тем проблемнее. Если я смогу разобраться в этом и помочь компании выйти из кризиса, тогда мне многое будет под силу. - ЗимаЛетто для вас сейчас что, тренировочная площадка? - Андрей даже растерялся от такого ответа. Он мог ожидать чего угодно, но точно не этого. Пушкарева что, решила тренироваться на его компании как на кошке? - Нет, - покачала головой Катерина, - я искренне хочу помочь в сложившейся ситуации. А то, что это помогает в развитии лично мне - бонус. Вы же понимаете, что моего опыта недостаточно для того, чтобы я свободно себя ощущала во всем этом, - она неопределенно махнула рукой, но Андрей понял, о чем идет речь. - Мы не можем работать с полуоткрытыми картами, - Жданов вздохнул, - продолжая работать вместе, мы пойдем ва-банк, но тогда вам от нас никуда не деться. - Пока я никуда и не собираюсь, - пожала плечами Пушкарева, а потом добавила, - если мы решили все общие вопросы, может, мы перейдем к главному? Жданов взглянул на Малиновского и тот кивнул. В глазах его блеснул такой знакомый Андрею азарт. Прекрасно, начать они смогут очень хорошо, но с Катериной все равно нужно было что-то делать. Сейчас пусть она верит, что слова ее достаточно, но страховка в этом случае просто жизненно необходима. Но этим они займутся потом.