Иначе

Поговорить о злополучном листе из Катиного дневника у них не получилось. Точнее сам Воропаев не захотел поднимать эту тему, решил подождать, пока девчонке станет немного лучше. И эта его приманка с вопросом… он все еще не знал, кто в итоге попал в ловушку этих трех вечеров, он или она. Мало того, что голова болела от Пушкаревой, так еще и работа навалилась просто неподъемным грузом. Пришлось даже просить у Киры небольшую отсрочку - работать с ситуацией в ЗимаЛетто он не мог чисто физически. “Признание” Катерины теперь кочевало с ним в бумажнике - там его точно никто не найдет, да и смотреть не будет уж точно, хотя сам Воропаев возвращался снова и снова, от чего сгибы листа стали потихоньку стираться - и как он теперь должен был возвращать его Пушкаревой? В тот день он как раз возвращался с одной не слишком приятной, крайне утомительной, но весьма удачной встречи. Настроение было ниже средней нормы, а во рту уже было не просто горько, а буквально кисло от сигарет, которых за этот день он выкурил больше пачки, поэтому, когда его телефон оповестил ему о звонке, он боролся с желанием его проигнорировать, но… Звонила Кира, и настроение рухнуло еще ниже. Черт. Вдох-выдох. - Слушаю тебя, - не ответить он не имел права, конечно, сестра могла и просто позвонить, пожаловаться, например, на Жданова, но зачастую она беспокоила его исключительно по серьезным вопросам. А сейчас ситуация в компании была просто удручающе напряженной. - Саша! - нет, Кира, конечно, умела говорить громко, или даже кричать, но вот так, чтобы у него заложило ухо, было на его памяти в первый раз, - у нас очень большие проблемы! - ему даже припарковаться пришлось, чтобы уделить все свое внимание разговору. У нас? У него с Кирой, как у семейства Воропаевых, проблем не было, он знал совершенно точно. У Тины, которая могла относиться к этим “нас” тоже, но он все-таки решил проверить, вдруг старшая сестра первой связалась именно с Кирой. - Так, давай на пол тона тише, и более информативно, - попросил он, стараясь держать телефон чуть дальше от уха, на случай если Кира все еще не готова была говорить чуть спокойнее, - что стряслось, а самое главное, у кого. - Прости, - он услышал, как сестра перевела дыхание, скорее всего для того, чтобы успокоиться, - но дело правда очень срочное. Я буквально только что узнала, что Андрей с Романом… - Кира, нет, - отрезал он, не дослушав сестру, - я же предупредил тебя, что буду заниматься ЗимаЛетто на следующей неделе, мне, правда, сейчас не до… - Саша, я помню, о чем мы говорили, но это срочно, - перебила его Кира, но Александр был не намерен поддаваться. Ему хотелось домой, в душ, а потом спать. Нет, возможно, снова перечитать ту страничку… на всякий случай, вдруг он что-то неправильно понял! Но уж точно не решать проблемы Жданова, или Малиновского, или ЗимаЛетто в целом. Ничего за несколько дней с компанией не случится. Хуже быть уже точно не может. - Кира, твой Андрей уже наворотил столько, что его телодвижения сейчас не могут ухудшить ситуацию. А я устал, и… - Фаров! - сестра буквально выкрикнула фамилию, в надежде, что для Александра будет этого достаточно. Воропаев замолчал. Фаров? При чем тут Фаров? Кира тем временем решила воспользоваться тишиной, - оказывается, Андрей МОЖЕТ сделать хуже. Сегодня, Саша, вот буквально сейчас, Андрей с Романом и встречаются с Фаровым. Ты понимаешь, что будет, если они решат, что Игнат прекрасный источник финансирования? Ты понимаешь, что ЗимаЛетто канет в Лету буквально? - Где? - Александр завел мотор. Если это была их первая встреча, то у него еще должно было получиться отвадить Игната от ЗимаЛетто. Боже, ну почему Жданов такой идиот? Неужели было бы не проще признаться, что ЗимаЛетто скатывается в тартарары и получить помощь со всех сторон? Неужели страх получить нагоняй от отца или издевку от самого Александра Жданов воспринимал как куда большую трагедию? Что-то похожее на чувство вины шевельнулось и угасло. Нет, Андрей дурак по жизни, а не из-за того, что они время от времени третируют друг друга. - Ресторан Эль-Маэстро, - тут же отрапортовала Кира, а потом добавила, - Пушкарева только что стартовала из ЗимаЛетто с целым ворохом документов в своем портфеле. Думаю, именно она будет уговаривать Фарова. Сашенька, - голос сестры дрогнул, правда ли, или от того, что на она решила немного его подтолкнуть, он не знал, - пожалуйста, сделай что-нибудь. Я знаю, ты можешь, Фаров отступится, если ты… ну ты же можешь! - снова повысила она голос, - я не хочу терять ни компанию, ни Андрея! - Да ясно, что не хочешь, - Воропаев сильнее стиснул зубы, ощущая напряжение в челюсти, - я позвоню тебе, когда разберусь. А ты подумай над тем, чтобы все-таки поговорить с Павлом о всестороннем аудите. - Саша… - Не “Саша”, Кира, не “Саша”, - огрызнулся Воропаев, собираясь закончить этот разговор, - твой женишок лезет туда, откуда выхода нет. Это даже хуже чем задница, Кира. И это хорошо, что он начал с Фарова. Кто у него там следующий? Бочкарев? - Саша… - Нет, все, - Александр не хотел продолжать этот диалог, в нем не было никакого смысла. Сам Воропаев ощущал, как в нем скапливается усталость, и это тоже очень мешало диалогу, - я позвоню тебе, когда со всем разберусь. А ты на всякий случай молись, потому что если Жданов успел что-то подписать с Фаровым, то вырвать это у Игната будет не просто. - Но, возможно? - Кира тут же уцепилась в то, что Александр не звучал слишком категорично. Воропаев вздохнул, ее нужно было успокоить, заставить поверить, что все будет хорошо. Хотя самому в это верилось очень зыбко. - В нашей жизни невозможно только воскреснуть, - заявил он, стараясь звучать как можно мягче, - я все решу, ты же знаешь. - Саша… - Кира, все, жди моего звонка, - Воропаев слышал, как сестра вздохнула, но спорить с ним не решилась, - мне до Эль-Маэстро минут десять, так что постараюсь отзвониться тебе как можно раньше. Потерпи, - он отключился до того, как Кира решила сказать ему что-то еще, а потом ускорился, чтобы добраться туда как можно быстрее. Если Катя выехала относительно недавно, то он должен был прибыть раньше нее. И это было очень даже хорошо. Во-первых, без любых документов на руках разговор между Ждановым и Фаровым оставался, хоть и перспективным, но разговором, а во-вторых, ему не хотелось, чтобы Игнат положил глаз на Пушкареву. Фаров умел очень хорошо видеть таких людей - полезных, умных… нужных. Ему только Катю из его лап вырывать не хватало! Компании вон, за глаза и за уши. Но приехать быстрее чем Катерина, у него не получилось. Они прибыли практически одновременно, и Воропаев проследил за тем, как Пушкарева бросилась со всех ног к ресторану. Ее нелепый наряд сыграл ему на руку. Юбка Катерины зацепилась за бампер одной из машин, позволяя догнать девчонку не превышая приличного неспешного шага. Тем временем Пушкарева боролась с тканью. Судя по ее виду, она точно не выздоровела, а возможно и совсем не лечилась. Злость утроилась, и Воропаев, ухватив Катину юбку с другой стороны, дернул со всей силы. Пушкарева вскрикнула, заглушив звук рвущейся ткани, и повернулась к нему, прижимая к груди пухлый портфель с заветными документами. - Прост… - начала она, но тут же нахмурилась, - Александр Юрьевич? А что вы здесь… - она стала медленно отходить назад, - делаете? - Я здесь решил поужинать, - оскалился Воропаев, - а что тут делаете вы? - он намеренно проскользил по ней взглядом, словно изучая, хотя в одетом виде изучать там было уже нечего. Пришлось потрясти головой, чтобы выбросить из мыслей образ Катерины, с которой можно медленно снимать все эти луковые слои… Воропаев, стоп! - А я… а мы, - она покосилась на дверь ресторана, а потом снова на Александра, в полной нерешительности. Все стало ясно и без слов, Жданов приказал своей секретарше хранить молчание, а это значило, что Катерина знала, что встреча тайная, а возможно знала и С КЕМ, и НАСКОЛЬКО это может быть опасно. Прекрасно. Видимо, инстинкт самосохранения у Пушкаревой работал на двойку. С минусом. - Понятно, - кивнул Александр, и вцепился в локоть Катерины, - пойдемте, - он потащил ее к своей машине, и сперва Пушкарева даже не сопротивлялась. Видимо, его выходка была достаточно шокирующая, чтобы немного оглушить, но не достаточно мощная, чтобы Катерина не смогла от этого самого шока оправиться. - Александр Юрьевич, я не могу, - она остановилась, уперлась двумя ногами, чтобы осложнить ему его движение, - мне нужно… - Ничего тебе… вам… ВАМ не нужно, - Воропаев повернулся к ней, и дернул ее за руку с такой силой, что Катерина поморщилась, видимо, он сделал ей больно. От ее выражения лица он едва не отпустил ее локоть. Нет, он извинится потом. Возможно. - Отпустите меня, - теперь она попыталась вырваться, - это уже переходит всякие границы, - она не кричала, даже старалась оглядеться, чтобы никто не видел их… сцену. И это играло ему на руку. - Нет, всякие границы переходит то, что собирается учинить ваш Жданов, - прошипел он, чуть склоняясь к Катерине, - а знаете что, - Воропаев решил, что время поджимает, и что, не ровен час, Фаров решит ускорить договор даже без документов, - вы говорите, что это переходит какие-то там границы? Так вот, мы к ним еще даже не доползли, - он дернул ее на себя еще раз, а потом, перехватив за талию, просто поволок к своей машине. Выбора не было, он не мог просто оставить ее на парковке, и взять с собой в ресторан тоже не мог, поэтому идея закрыть ее во внедорожнике казалось просто отличной. Катерина брыкалась и пыталась его даже ударить. Если бы могла, она, возможно, даже укусила бы его! Это подняло ему настроение, такая бойкая. Вот только кричать она не пыталась. Это было, с одной стороны, очень хорошо, а с другой - а если бы ее, и правда, воровали, что тогда? Он сумел запихнуть ее на переднее сидение рядом с водительским, а потом отдал ей в руки портфель, который она уронила. - Александр Юрьевич, что вы себе позволяете? - зашипела Пушкарева, пытаясь поправить на себе вещи, которые измялись во время борьбы, - выпустите меня немедленно. Сейчас. - Никуда я вас не выпущу, - отрезал Александр, - более того, я вас тут запру, пока не разберусь в том безумии, которое вы решили устроить. Вот там у вас что? - он кивнул на портфель, который Катерина прижала к себе чуть сильнее, - документы? Вы хоть понимаете, кому вы их несли? Этот господин Фаров, не просто не чистый на руку бизнесмен, это бандит, который выехал в общество на том, что дает таким идиотам, как ваш Жданов, кредиты, а потом, со временем, из-за огромных процентов поглощает их дело за долги, или заставляет вечно платить себе буквально неподъемную мзду! - Александр Юрьевич… - но слушать Пушкареву у него не было никакого желания, он раздраженно выдохнул, и перебил Катерину. - Сейчас я вас здесь, - он хлопнул по крыше машины, - закрою. А потом отвезу вас домой. Говорю сразу - стекла пуленепробиваемые, так что выбить их можете не пытаться. Кричать тоже можете сколько угодно, с шумоизоляцией все просто отлично, - Воропаев как раз собирался захлопнуть дверь, но потом добавил, - я знаю в какой вы заднице, Катя, я знаю практически все. Зачем он это сказал, он и сам понять не мог. Теперь Пушкарева обязательно донесет обо всем Жданову и тогда… И тогда, ему нужно было бы пережить скандал с Кирой, и выложить все данные, собранные за все время Павлу. Пусть сами разбираются. Идиоты. И-ди-о-ты. Перед входом в ресторан Воропаев быстро поправил на себе пиджак, а заодно провел несколько глубоких вдохов-выдохов. Так, сейчас самое главное это спокойствие. Полное спокойствие. Он нацепил свою привычную улыбку и шагнул в Эль-Маэстро, скользя взглядом по залу, чтобы выискать Жданова и Ко. Но, оказывается, Андрей и сам старательно пялился на вход. Еще бы, он же ждал свою верную, драгоценную Катеньку. Когда Жданов увидел его, то он буквально побелел, а потом стремительно склонился над своей тарелкой, но было поздно. Воропаев направился прямо к ним, отмахнувшись от администратора, что услужливо решил предложить “уважаемому Александру Юрьевичу лучший столик”. - Андрюшенька, - Александр раскинул руки в стороны, чтобы изобразить насколько он был рад видеть своего, пока еще несостоявшегося, зятя. Жданова перекосило, а вот Игнат взглянул на Воропаева весьма заинтересовано. Воропаев, без приглашения отодвинул один из стульев, опускаясь за стол, - решил я тут поужинать, и такая встреча, это ли не удача? - он протянул руку Фарову, - Игнат Несторович, и вас я рад видеть не меньше. - Двойная удача? - Игнат вежливо улыбнулся, косясь на недовольного Андрея. - Весьма, - согласился Александр, выгибая бровь и снова поворачиваясь в сторону Жданова, - а где же Роман? - он огляделся, делая вид, что старательно ищет Малиновского, - ты же без него на важные мероприятия не являешься. - А у нас важное мероприятие? - Фаров тоже повернулся к Жданову, - я думал у нас просто ужин. Дружеский, - Игнат на этот раз повернулся к Александру. - Сашенька, - видимо выступление Воропаева начало выводить Жданова из себя, - то, что у нас здесь происходит, тебя точно не касается, и тебя сюда не приглашали. - Увы, - чуть пожал плечами Александр, - я пригласил себя сам, меня, как акционера, очень беспокоят дела ЗимаЛетто, - он повернулся в сторону Фарова, глядя ему в глаза, - и я буду очень внимательно следить, чтобы никто не создал никаких… проблем. По крайней мере, для моих активов. О! Роман, - Воропаев оскалился, заметив приближающегося к ним хмурого Малиновского, - так и знал, что и ты здесь, куда же без тебя. Ну что, - он оглядел пустой стол, - закажем что-то под разговор? Кофе? - А ты собираешься остаться с нами, Сашенька? - Роман как раз сел напротив него, чуть постукивая пальцами по столу. - Конечно! - радостно оскалился Александр, - как я могу оставить вас без своего присутствия? Вы же совершенно без меня заскучаете? - А с тобой, Сашенька, мы обязательно повесимся, - тут же откликнулся Андрей. Воропаев только довольно оскалился. В таком ключе они прообщались еще около пятнадцати минут, а потом Фаров попросту сдался. - Господа, я, пожалуй, пойду, - Игнат поднялся, поправляя на себе пиджак, - если у вас будут ко мне какие-то вопросы или предложения… - эти слова были явно адресованы Жданову с Малиновским, но Воропаев откликнулся на призыв первым. - Да, Игнат Несторович, у меня к вам будет просто отличное предложение, - взгляд, холодный и цепкий скрестился с точно таким же, - завтра. В десять утра. Здесь. Если у вас нет никаких других встреч. - Нет, - Фаров решил не сходить с дистанции, - я с огромным удовольствием уделю вам внимание, Александр Юрьевич. Господа, - он кивнул присутствующим за столом мужчинам и удалился. Оставив по себе след раздраженности и возмущения. - Ты что себе позволяешь, - Жданов буквально зашипел на Воропаева сквозь стиснутые зубы, сбросив со своего локтя руку Малиновского, который, скорее всего, пытался образумить друга, - ты думаешь, что имеешь право вмешиваться в мои дела? - Так у тебя с Фаровым все-таки были дела? А я думал, вы собирались просто поужинать, - Александр встал, наслаждаясь взглядом Андрея, наполненным ненавистью, - ладно, сегодня я буду великодушен, - отмахнулся он, - вам же, при моем надзоре, кусок в горло не полезет. - Ты сделал это специально, - обвинительным тоном заявил Жданов. Следовало отдать ему должное, он не сорвался на крик, как от него ожидал Воропаев, - ты хоть понимаешь, что ты наделал? - Думаю, это ты не понимаешь, что ты делаешь, - Александр одернул пиджак, расправляя лацканы, - еще раз изучи, кто такой Фаров и передумай. Хотя, - он щелкнул пальцами в воздухе, - думаю, это Игнат передумает вести с вами дела, этого будет вполне достаточно. - А ты не думаешь, Сашенька, что не только ты умеешь общаться с подобными людьми? - Малиновский смотрел холодно и пристально, если бы взглядом можно было убивать, то Воропаев бы, конечно, выжил, но ранен был бы точно. - Тебя ведь Кира натравила, да? Она от Клочковой узнала, где мы и с кем, и отправила сюда? Какой милый и добрый братик, какой послушный, - Роман явно пытался уязвить его, но внутри не дрогнуло и струны, чтобы отозваться на сказанные слова. Да, сейчас Александр всецело принадлежал своей сестре, он дал ей обещание и собирался его выполнить, правда, частично на своих условиях, но это уже было не столь важно. - Ты очень красиво говоришь, - улыбнулся он Малиновскому, - но очень плохо стараешься. И да, с такими людьми вы говорить не умеете, и сейчас не время, чтобы этому учиться. Андрей, - он повернулся к Жданову, то, что он собирался сказать, давалось ему с трудом. Советы, этому… но, ладно, Кира ведь хотела, чтобы он помог, ведь так? - Андрей, если ты хочешь работать с такими, как Фаров, обратитесь сперва к Павлу, пусть он объяснит риски… - Конечно, Сашенька, что бы я делал без твоих советов, - протянул Жданов, не дослушав Воропаева до конца, - и как до этого жил без твоей команды, даже не знаю, - он раздраженно выдохнул, - мне уже начинает надоедать, что ты постоянно переходишь мне дорогу. - Чтобы я не переходил дорогу тебе - не стой на моей, - Александр чуть выгнул бровь, - и Андрей, твою секретаршу я отправил домой на такси. Если собираешься играть в такие игры, не впутывай в это девчонку. За тобой стоит твой отец, за ней нет никого. - Никого? - Роман привлек внимание коротким смешком, - а мне кажется, что за ней пытаешься встать ты. Так переживаешь, - а потом Малиновский расплылся в улыбке, пристально глядя на Воропаева, - с чего бы это? И Александру все стало понятно. Он смотрел на Романа, осознавая, что именно этот человек отправил ему конверт с “признанием” Катерины. От этого стало как-то… спокойно. Просто потому, что Воропаев терпеть не мог загадок вокруг своей персоны, когда такие появлялись, головой приходилось крутить раза в два чаще, а сейчас это было… тяжеловато. Александр улыбнулся, опуская руки в карманы брюк. - Если я стану за ней, Рома, то как бы вам потом не пришлось сесть, - этого было достаточно, чтобы улыбка слетела с губ Малиновского так же быстро, как и появилась. А Воропаев повернулся, чтобы удалиться. В конце концов, он запер в машине Катерину, а это было… лучше бы он, и правда, отправил ее на такси. Но голос Андрея остановил его. - Не угрожай нам, Сашенька, как бы это не обернулось против тебя. - Играешь по-крупному? - Александр оглянулся через плечо, - мне нравится, так и продолжай, буду ждать с огромным удовольствием. Он направился из ресторана прочь, стараясь идти как можно медленнее. Еще не хватало, чтобы эти два… акробата решили, что они смогли обратить его в бегство! Но на парковке он ускорил шаг. Как он и предполагал, Катерина его встретила форменным недовольством. - Добрый хозяин даже собаку в машине не запирает! А вы закрыли меня! - набросилась она на него, когда Александр сел на свое место и захлопнул дверь, - как вам не стыдно? - Вы хотите в туалет? - Воропаев не торопился заводить автомобиль. Вдруг Пушкаревой нужно было в уборную. Да, он сказал Жданову, что отправил ее на такси, но, мало ли, вдруг его верная помощница решила вернуться. - Что? - она вытаращила на него и без того огромные глаза, - при чем… при чем тут… - Если вы не хотите в туалет, то обвинять меня вам не в чем, - отрезал Александр, все-таки заводя автомобиль. Мотор заурчал, и Воропаев покосился на Катерину. Нужно было отвезти ее домой, но ему почему-то так не хотелось этого делать… - Я… а я есть хочу! И пить хочу! - было видно, что Пушкаревой не понравилось, что он поступил с ней так… опрометчиво, - вы… вы… а куда мы едем? - Я сейчас отвезу вас домой, не тут же мне вас оставлять, - пожал одним плечом Александр, - тем более что встреча, на которую вы торопились, вашей помощи не требовала. Так что, я сказал вашему Жданову, что я отправил вас на такси домой. Силком. И я не думаю, что сейчас вы захотите с ним встречаться. Он немного злой. - Немного? Злой? - Катя откинулась на сидении, явно смирившись с участью его пленницы, - вы что, сорвали встречу, которую Андрей Палыч и Роман Дмитриевич с таким трудом готовили? - А вы сомневались в моих дипломатических талантах? - Воропаев довольно оскалился, косясь на Пушкареву. Та только головой покачала. И принялась на него СМОТРЕТЬ. Так пристально, словно лаская его своим взглядом. В крови все еще бурлил адреналин, и ему невольно стало жарко. Он снова покосился на Катерину, ну почему ее нельзя было просто… Боже, Воропаев, остынь, нельзя и точка! Нельзя! - Я никогда в вас не сомневалась, - слова обожгли сильнее, и он прочистил горло, чтобы что-то ответить, но Пушкарева продолжила, - этот Фаров, и правда, такой… опасный? Я просто не понимаю, зачем тогда… - Вы думаете, что я просто решил соврать? Для чего? Чтобы сделать жизнь Андрея невыносимой? - в голосе Воропаев сквозило невольное раздражение. - Ну… в принципе, это очень похоже на признание, - протянула Катерина, поглаживая свою нижнюю губу кончиками пальцев. - Серьезно? - Александр покачал головой, - я так мелко не играю, простите. - Это я уже поняла, - Пушкарева вздохнула, - Александр Юрьевич, - она замялась, и Воропаев понял, о чем сейчас его будет спрашивать девчонка, - а можно я… вы просто сказали, что знаете…, - он покосился на нее снова, замечая, как она прижимала к себе портфель сильнее. Тайны, тайны, тайны. - Я знаю, что ЗимаЛетто по самые уши в долгах, - подтвердил Александр, - знаю, что вы крутитесь, как ужи на сковородке, и пока без толку, знаю, что все становится только хуже. Думаю, что я знаю далеко не все, но основное… - Звучит так, словно вы знаете все, - как-то неуверенно произнесла Катя, - Александр Юрьевич, - она поерзала на сидении, - а почему вы тогда… вы же могли бы уже давно все раскрыть. Собрать внеочередной Совет и… - Вы подсказываете? - Воропаеву даже стало смешно. Пушкарева дернулась всем телом, словно он уличил ее в чем-то неприличном. - Я просто недоумеваю, - призналась она ему, - я не могу вас понять. - Никто не может, не расстраивайтесь. Но с ЗимаЛетто все проще, руки мне связала Кира, и я не могу ей отказать в ее сумасбродном желании спасти Жданова, жених как-никак, хоть и форменный болван, - он перестроился в потоке машин, постукивая пальцами по рулю, - но теперь вы знаете, что знаю я. Так что… можете спасти своего Андрюшеньку Жданова на пару с Кирой. Но при одном условии, ни слова о моей сестре. Скажите, что я проболтался вам о своих коварных планах… - Вы с Кирой Юрьевной тоже ищете выход для ЗимаЛетто, да? - это было, пожалуй, в первый раз, когда Пушкарева его перебила, и Александр решил не заострять на этом внимания. Он кивнул, а потом добавил: - Конечно, Кира не хочет, чтобы ЗимаЛетто развалилась на части, или чтобы ее, словно гиены, растащили банки. - А чего хотите вы? - странный вопрос, Александр покосился на Катерину, та продолжала смотреть на него пристально, внимательно. - Чего хочу я? Сейчас это совершенно не важно, - отрезал Воропаев, - мое дело помочь Кире, все остальное… - Даже если ЗимаЛетто будет погибать? - Не драматизируйте, до этого не дойдет, - Александр вжал педаль газа сильнее, но потом снова сбросил скорость, - мы держим руку на пульсе. - Александр Юрьевич, я не скажу Андрею Палычу, если только вы, и правда, не хотите ему вредить. Вы обещаете мне? - Вот дались вам мои обещания! - едва ли не взвыл Воропаев, - то Кира, теперь вы… Обо мне бы так позаботились, как о Жданове своем печетесь, - это вырвалось в сердцах, и он торопливо добавил, - даю я вам слово. Даю. Кире дал, и вам даю. Легче? - Легче, - совсем тихо произнесла Катя, а потом спросила, - а куда мы едем? - Как куда? - растерялся Александр, - к вам домой, - он был точно уверен, что хорошо помнил адрес из ее личного дела, - разве нет? - Вообще, да, - согласилась Пушкарева, - это дорога к моим родителям. Но, во-первых, я там сейчас не живу, а во-вторых, откуда вы знаете их адрес? - Во-первых, - передразнил он ее, - я не знал, что вы там не живете, а во-вторых, в вашем личном деле указан только этот адрес. - Переехала я относительно недавно, - призналась Катя, - но как вы получили доступ к моему личному делу! Это же незаконно! - Вгонять компанию в банкротство тоже незаконно, - они как раз поравнялись со двором, в котором раньше жила Пушкарева, - но вас же пока не арестовали. Называйте ваш новый адрес, обновите мою информацию. - Не стоит, - Катя вцепилась в ручку двери, - я могу сегодня и у родителей переночевать. - Сидеть! - скомандовал Воропаев, и Катерина замерла. Александр вздохнул, - я хотел сказать, не торопитесь, сейчас поздно и ваши родители наверняка уже отдыхают, не стоит их беспокоить вашим поздним приездом. Я вполне способен подвезти вас к вашему новому месту жительства. В качестве компенсации за то, что я запер вас в машине. Если вы, конечно, не против. Ему не хотелось расставаться с ней, а тут подвернулся такой шанс провести с Катериной немного больше времени. Но, если Пушкарева настоит остаться, то… - Да… вы правы, спасибо, если вас не затруднит… Новый адрес был гораздо ближе к ЗимаЛетто, тихий район, безопасный, приятный. Воропаев решил, что он очень подходит Пушкаревой. Ехать туда было не так уж долго, всего каких-то пятнадцать минут. Он развернул автомобиль, попутно решая, с какой скоростью нужно ехать, чтобы превратить пятнадцать минут в полчаса. Такого опыта у него еще не было, но ведь все бывает в первый раз.