Иначе

Всеволод восседал напротив нескольких экранов и одновременно просматривал видео с нескольких камер. Изображения двигались на всех видео кроме одного, а взгляд Севрюкова был прикован к центральному монитору. Перед ним на столе лежала развернутая, и разломанная на кусочки шоколадка, которую он забрасывал в рот по кусочкам не глядя. Александр наблюдал за этим от входной двери, куда его провел один из охранников, и ждал, когда же Сева заметит его или окликнет. Но Севрюков был слишком поглощен происходящим на экране. И поэтому Воропаев принялся подбираться к нему со спины, медленно, шаг за шагом приближаясь к другу. Но Всеволоду было плевать на иные звуки в комнате, он был совершенно поглощен видео, и даже если слышал Александра, то не реагировал на раздражитель совершенно. Воропаев приблизился к другу, и подался немного вперед, стараясь рассмотреть на видео то, что так привлекало внимание Всеволода. - И как долго ты на нее пялишься? - как и предполагал Александр, на экране была Кира. Она живо общалась с кем-то из гостей, жестикулируя и смеясь. Здесь на этом видео она казалась совершенно беззаботной, и даже несмотря на довольно посредственное качество, ее видом можно было наслаждаться. - Три с половиной часа, - с легкостью признался Всеволод, даже не вздрогнув от голоса друга, тем самым показывая, что он давно услышал Воропаева, - и планирую смотреть еще. Запретишь? - Если ты развлекаешься, то я могу предположить, что ты нашел то, что мне нужно. Я прав? - Александр похлопал его по плечу, а Всеволод кивнул, продолжая смотреть на Киру, а потом указал на экран, где видео была на паузе. - Вот тут очень четко видно, как Роман что-то бросает в бокал, - на это раз Сева повернулся к Воропаеву, - это такое себе доказательство, понимаешь? Для суда это просто неясный жест в воздухе над бокалом, который он потом всучил Кате. И то тут на видео не ясно, какой из бокалов Малиновский оставил себе. А вдруг Рома просто решил принять что-то… веселое? Колеса на таких вечерах не редкость, - заметил он, тут же повернувшись к очередному экрану, чтобы перемотать запись с другой камеры, - вот тут видно как ваши гости… употребляют. Короче, по закону лучше не идти. - Мне не нужно по закону, - кивнул Воропаев, снова перекручивая видео с Малиновским, чтобы посмотреть его еще раз, - мне нужно, чтобы подобные финты больше в сторону Катерины не выкидывались. - А вот это мне уже нравится, - оскалился Всеволод, а потом, не без сожаления, перемотал видео с Кирой, которое он смотрел, немного вперед. Там было очень четко видно как Малиновский, и Жданов стояли рядом и что-то крайне живо обсуждали. Андрей был явно не доволен, а Роман его уговаривал. В итоге, Малиновский схватил Жданова за локоть, чтобы, скорее всего, отвести в сторону, но тот только вырвался из хватки друга и сам устремился куда-то за пределы видимости камеры… Что-то не поделили? Что-то не получилось? - Куда он полетел? - кивнул Воропаев на экран, и Всеволод переключился на очередной монитор, принимаясь перематывать видео на нужное время. - Смотри, - кивнул он на очередной экран, - он побежал к Кире, - Всеволод постучал по экрану, - тут сейчас не видно, но Кухта только что пронес твою сестру на выход. А вот Андрей перехватывает Киру. О чем он с ней говорил? - Высказал свою обеспокоенность относительно сложившейся ситуации, - скривился Александр, - ты хочешь сказать, что Жданов знал, что собирается выкинуть Малиновский? - А ты думаешь, что что-то может произойти без высшей индульгенции вашего Андрея? - выгнул брови Севрюков, и Воропаеву пришлось признать, что Сева был прав. Ведь Жданов знал о сложившейся ситуации, если… если не был тем, кто решил выкинуть что-то подобное. Но… тут ломалась уже логика Александра. А все потому, что Воропаев не хотел верить, что Андрей мог в итоге прийти к чему-то подобному. Может… это была… глупость? Но в груди постепенно разгоралось возмущение пополам с ненавистью. - Сделай мне нарезку всех этих фрагментов, - хмуро ответил Воропаев, - я хочу поговорить со Ждановым сегодня. Не откладывая это все в долгий ящик. - Ну, ты зубы разожми, - посоветовал Всеволод, - и поторопись, потому, как Кухта вышел на тропу войны. И это без шуток. Он явно собирается раскопать то, о чем ты и так знаешь, и тогда я даже не знаю, где вам всем придется прятать Малиновского, потому как Ярослав просто его закопает. - Не разделяю твоего веселья, - нахмурился Александр, - я до сих пор не понимаю, что происходит, - он сделал несколько шагов назад, позволяя себе откинуться на диване, чтобы максимально расслабиться и подумать… - Кристина не говорит мне ровным счетом ничего. А Катя ходит с квадратными глазами, постоянно переживая, что может случиться еще что-то подобное. Да еще эта ее съемка для Graff… - У меня бы уже голова лопнула, - кивнул Всеволод. Он встал, потягиваясь, вытягивая руки высоко вверх, позволяя футболке задраться достаточно высоко, чтобы Воропаев мог разглядеть несколько следов от пулевых ранений, - но давай мы поступим так, как ты обычно всем советуешь. - Будем есть слона по частям? - Александр вздохнул, его собственная идея была прекрасной, но в данный момент более чем трудновыполнимой, - и с какой части ты предлагаешь начать? - Прижми Кристину достаточно для того, чтобы понять, насколько Кухта для нее опасен, - логично предложил Всеволод, - а то его люди вытеснили на позициях моих. А сам Ярослав Борисович почтил меня своим телефонным звонком, намекнув мне, что безопасность твоей старшей сестры теперь его прямая забота. - Тину еще попробуй опекать, - вздохнул Воропаев, припоминая, как Кира рассказала ему, что Кристина, заметив за собой слежку, облила незадачливого охранника томатным соком, - я думаю, что после того, как я побеседую с Андреем, я встречусь с Кухтой. Он проявляет к моей сестре довольно… однозначный интерес, и мне это не слишком нравится. - А ты не думал, что этот интерес может нравиться Кристине? - Всеволод вышел за дверь и позвал кого-то из своих людей. В комнату тут же вошел невысокий светловолосый парень, которому с виду можно было едва ли дать двадцать лет. - Игорь, - Сева кивнул ему на мониторы, - я записал тебе временные рамки на видео, которые я хочу получить в качестве копии. Сведи их мне в одну запись, будь добр, - а потом повернулся к Александру, - пошли, я напою тебя… ты же за рулем? - Воропаев кивнул, - чаем, и заодно выслушаю твои жалобы. Кто знает, может, я помогу тебе немного больше, чем просто с записью. - Я не хочу, чтобы ты трогал Романа, - Александр встал со своего места, направляясь следом за Всеволодом, но тот только лениво отмахнулся. - Не буду я его трогать, его все равно Кухта найдет, - Севрюков говорил совершенно уверенно, - мне будет куда безопаснее посмотреть со стороны. Ты мне лучше скажи, как ты об этом всем собираешься рассказать Кире? Настроение у Воропаева моментально стало гораздо хуже, ведь он действительно не знал, КАК он должен был признаваться в этом младшей сестре. Особенно если учесть причастность ко всему еще и Андрея. - Возможно, ей не стоит об этом знать, - даже произнося это Александр знал, что такое решение было в корне неверным. Сева повернулся, и посмотрел на него как на идиота. Воропаев сделал вид, что не заметил, ЧТО транслирует этот взгляд. - Сколько можно врать Кире? - Севрюков недовольно поджал губы, - ты только представь, если ей на голову все это свалится в одночасье? - Ничего не свалится, я за этим прослежу, - Александр потер переносицу большим и указательным пальцем, - Сева, ну как ты представляешь, чтобы я ей это все рассказал? Мне жаль ее до… - у него даже не получалось подобрать слова, чтобы рассказать, что он чувствовал от одной только мысли, чтобы рассказать это ВСЕ глядя ей в глаза. Но Всеволоду говорить это было и не нужно, он взглянул на Александра хмуро, а потом предложил: - Если ты не можешь, то давай я ей расскажу, - Сева пожал плечами, - она меня послушает, и мне поверит, не меньше чем тебе. Но ты, вместо гонца, что принес плохие новости, будешь тем, кто, по итогу, будет ее успокаивать. Как тебе такая идея? Идея была хороша. Воропаев признавал, что это был бы довольно неплохой выход из сложившейся ситуации, но подставлять друга не хотелось. Честно было бы взять всю ответственность на себя, и встретиться с гневом и отчаянием Киры… Сева совершенно точно не заслуживал негатива в свою сторону. - Я думаю, что я сперва пообщаюсь с Андреем, заодно расставим все точки над ё, а потом уже поговорю с Кирой, - решительности в голосе Воропаева было недостаточно, но Всеволод все равно кивнул. - Саша, поверь, ты сделаешь действительно правильное дело, - они, наконец, сели за стол. Точнее это Воропаев смог сесть, а Севрюков поставил чайник, и принялся готовить заварку в паре огромных кружек, - это жизнь Киры, точнее, это важная часть ее жизни, и ты обязан ей открыться. - Возможно… - Александр прикусил нижнюю губу, - мне кажется, что она очень сильно любит Андрея. И, возможно, если он сам ей расскажет, подберет правильные слова… - Я сейчас с ума сойду, - Сева потер лицо двумя руками, - в погоне за тем, чтобы не сделать сестре больно, ты пытаешься обелить идиота, который мог оказаться повинен в твоем увечии? Который повинен в отравлении твоей сестры? - Сева, не передергивай, - скривился Воропаев, - ты же знаешь, что люди Давлата не убить меня были должны, а влипали мы с тобой и похуже. Скажешь, нет? А относительно Кристины… судя по реакции Андрея, ему явно было не весело, когда он увидел, ЧТО произошло с Тиной. Так что логично предположить, что он либо не знал о плане Малиновского, либо… - Давай я дам тебе по голове, ты придешь в себя и тогда ЕЩЕ РАЗ прокрутишь всю эту информацию на трезвую голову, а? - вздох Всеволода был печальным, - Саша… - Я знаю, - прервал друга Воропаев, - знаю. Но дай мне поговорить со Ждановым, а потом… да, ты прав, потом мне нужно будет закрыть эту проблему раз и навсегда, ведь все возможные грани они оба перешагнули. - Первая здравая мысль за все время, - кивнул Севрюков, а потом отвернулся к чайнику, чтобы разлить кипяток по чашкам. Воропаев вздохнул. Он был согласен с другом, совершенно согласен, даже с тем, что впервые за долгое время Александр решился решить накопившиеся проблемы. Но… он понятия не имел, с чего ему начинать, ведь перед глазами постоянно стоял образ Киры. Ей и так сейчас было нелегко, и ему казалось, что он неминуемо обрушит на ее плечи дополнительный груз. Нет, ему срочно нужно было переговорить с Андреем. Воропаев верил в то, что Жданов мог быть здравомыслящим человеком. Просто нужно было это проверить.

* * *

Севрюков отдал ему нужные записи, и теперь они оттягивали его портфель неподъемным грузом. Казалось, что он ощущал их фантомный вес, даже когда они лежали на соседнем с ним сидении, и всю дорогу Александр косился в их сторону, сводя брови к переносице. От них нужно было избавиться, и избавиться прямо сейчас. Именно поэтому вечер решено было закончить разговором со Ждановым, которому и позвонил Воропаев, когда закончил все свои дела. Даже если Андрей и удивился такому требованию-предложению, то виду не подал, и даже слова не сказал, когда Александр потребовал встретиться дома у Жданова. И хотя это облегчало возможное общение, но Воропаев все равно ощущал тяжесть в желудке, словно у него там лежал замороженный камень. То и дело создавая фантомный приступ тошноты. Иногда скандалить “с наскока” было гораздо проще и легче, чем вот так готовиться к возможному разговору. Но сделать это было нужно, и он перевел дыхание - сейчас, сейчас, иначе он снова махнет на Жданова рукой, жалея не только Киру, но и себя. Поэтому, сейчас. Воропаев удивился, когда увидел Андрея, что стоял возле своего автомобиля, явно высматривая его, Александра, машину. Он припарковался рядом, вышел, прихватив с собой портфель, и краем глаза замечая, как подобрался Жданов. Интересно, он понимает, о чем пойдет речь? Или у него в голове слишком много косяков, чтобы можно было выбрать что-то одно? - Ты не мог еще позже мне встречу назначить? - решил пойти в атаку Жданов, сплетая руки перед собой на груди. - Не мог, - качнул головой Александр, чтобы немного повременить со скандалом, - я только закончил со своими делами. Я же, надеюсь, не оторвал тебя ни от чего важного? - он выгнул бровь, ожидая ответа Андрея. - Какая разница уже, раз уж мы оба здесь, - фыркнул он, - что там у тебя, что тебе понадобилось ко мне домой? - Вот, - Воропаев извлек запись из портфеля, поднимая ее повыше, чтобы ее стало лучше видно в лучах уличного фонаря, - нам нужно это посмотреть. - Тебе не с кем киношку глянуть? - Жданов удивленно уставился на руку Александра, - и ты решил обратиться ко мне? Сашенька, мне кажется, что ты не по адресу. - Я как раз более чем по адресу, - Воропаев вернул запись в портфель, - у меня там причина, почему Тине плохо стало на Показе у Милко, - он снова встретился взглядом с Андреем, - ты же понимаешь, что я пришел к тебе не просто так? - Тине… - уличного освещения было недостаточно, но Александру показалось, что Жданов побледнел, - а разве ей не стало дурно от духоты и… ну, смены климата в целом? Я думал, что это не слишком полезно, прыгать по часовым и климатическим поясам туда-сюда, вот ее и… - Андрей, прекрати нести чушь, - зло бросил Воропаев, а потом сделал глубокий вдох, - если бы ВЫ решили провернуть подобную шутку со мной, я, возможно, спустил бы это дело на тормозах, - продолжил он уже куда более спокойным тоном, - но мало того, что нацелено все это было на мою невесту, так в итоге пострадала моя сестра. - И чего же ты хочешь? - Андрей покосился на портфель Александра, - что ты собираешься делать с записью? - Показать тебе, - Воропаев решил, что он не будет врать Жданову, да и дополнительно запугивать его тоже не будет, ведь правды более чем достаточно, - а потом решить, что мы будем делать со всем этим. - Со всем? - уточнил Андрей, и Александр невольно улыбнулся. Жданов всегда был умным, внимательным и даже дотошным, он с легкостью заметил и тон, и построение предложений… Ну и как со всем этими задатками он умудрился влезть в такую… нереальную хрень? - Да, со всем, - медленно кивнул Воропаев, - я знаю не только о том, что Роман подсыпал что-то вроде рогипнола в бокал Катерине, а еще и о том, что вы пытались договориться с Давлатом о том, чтобы убрать меня с пути. Это, собственно, и подтолкнуло меня к тому, чтобы я принялся копать, что же вы так отчаянно пытались скрыть от меня. И как ты думаешь, что я обнаружил? - Думаю, - оскалился Андрей, явно собираясь защищаться, ощущая спиной угол, куда загонял его Александр, - что ты обнаружил постель моей помощницы. И как? Очень тебе… помогло? - Я бы на твоем месте перестал напрашиваться на то, чтобы я отвесил тебе в глаз, - сейчас трепыхания Жданова выглядели отчаянно, и немного жалко. Именно поэтому Воропаев не ощущал праведного гнева от такого рода оскорбительных слов. - Ты вообще понимаешь, почему я пришел к тебе, а не со всем эти послужным списком сразу к Павлу? Ну, помимо того, что его удар хватит, если я на него все это вывалю в одночасье. - Кира, - безошибочно определил Андрей, а потом взъерошил волосы парой резких движений, - и что из всего перечисленного она знает? - Хороший вопрос, - хмыкнул Александр, - но спешу тебя успокоить, она знает непозволительно мало, и это еще один аспект, который я хотел бы с тобой обсудить. - Ты собираешься все ей рассказать? - выгнул брови Жданов, предположение было довольно логичным, и Воропаев заметил, как удивился Андрей, когда он покачал головой. - Нет, я хочу, чтобы ты все рассказал ей сам. Рассказал правду, - он потер переносицу и поморщился, - возможно, более смягченную версию, и все такое, но… она любит тебя, Андрей, и мы оба это знаем. Поэтому ты сделаешь так, чтобы ей не было больно, или, по крайней мере, не было больно настолько, как это будет, если все расскажу ей я. - А с чего такое великодушие? - нахмурился Жданов, и Воропаев снова скривился. - Это не ВЕЛИКО это МАЛОдушие, - признался Александр, - Кира моя сестра, моя младшая и самая любимая, моя ответственность. Я готов перевернуть мир ради нее, все сделать, а самого главного не могу. - И что же самое главное? Меня отогнать? - склонил голову к левому плечу Андрей. - Тебе, идиоту, мозги на место поставить, - покачал головой Александр, - она любит тебя, и заставить ее разлюбить я не могу. А значит, либо она примет тебя со всеми твоими ошибками, либо перегорит. - И тебя устроят оба варианта? - с недоверием поинтересовался Жданова, и Воропаев кивнул. - Да, я буду согласен на оба, лишь бы Кира пришла к согласию с собой, даже если она пошлет тебя к черту. Даже если она решит с тобой остаться, - сейчас он говорил от чистого сердца, ему хотелось, чтобы Андрей услышал его, потому, что если он не услышит, Александру придется действовать иначе, более жестко, болезненно… в первую очередь для Киры. - И ты вот так с легкостью меня простишь? - сомнений у Жданова было хоть отбавляй, и Воропаев чуть пожал плечами. - Конечно, я тебя не прощу, но я могу уверить тебя, что больше ничего подобного ты себе не позволишь. - Не позволю? - Андрей выгнул брови, - а все потому, что ты пообещаешь оторвать мне… - Ты знаешь, кто такой Кухта? - Воропаев перебил его, и заметил по реакции Андрея, что он ПРЕКРАСНО знает, кто такой Ярослав, - ты же понимаешь, что он не просто так был рядом с Кристиной, - он выдержал паузу, а потом добавил, - ты же понимаешь, что может быть, если он узнает кто… - Ладно, - Андрей прочистил горло, и кивнул в сторону подъезда, - пошли, - он покосился на портфель Александра, - поговорим. Толку тут, на улице торчать… Воропаев согласно кивнул, и направился было ближе к Жданову. Когда услышал за спиной зычный низкий голос: - Андрей Палыч, Роман Дмитриевич, Михаил Александрович желает вас видеть. Немедленно. Воропаев уставился на Жданова в немом недоумении. То, что Михаил Александрович это Давлат, сам Александр знал отлично. Но ему казалось, что он решил с ним вопрос со Ждановым раз и навсегда. С чего бы вдруг Давлатову что-то понадобилось от этих акробатов, было неясно. - Боюсь, - Воропаев повернулся, как оказалось, к четверым хмурым мужчинам, - вы немного обознались, - он позволил себе улыбку, больше похожую на оскал. - Вы можете сейчас позвонить Михаилу Александровичу и сказать, что сейчас с Андреем Павловичем не Роман Дмитриевич, а Александр Юрьевич. И, я думаю, что ваш приезд отменится сам собой. Но мужчины не делали ни попытки позвонить кому-то, ни сдвинуться в сторону. Они просто пристально смотрели, словно ожидая, побегут ли их будущие жертвы или нет. - Ты, по-моему, нагородил им слишком много информации, - прошептал Жданов, косясь на Воропаева, - до них не дошло. Это, - теперь Андрей обращался к людям Давлата, - не Роман Дмитриевич, перед вами Александр Юрьевич Воропаев. Поверьте, вашему… начальнику, - немного запнулся Жданов, - он точно не нужен. А я… с Михаилом Александровичем не договаривался о встрече. - Воропаев, - один из людей Давлата обратился ко второму охраннику-конвоиру, - что-то знакомое. Может, ты все-таки Давлата наберешь? - Нет, - качнул головой второй, а потом лениво извлек из кобуры пистолет, направляя его на Жданова, а потом, переводя на Воропаева, - мы привезем тех, кого застали. Пусть Михаил Александрович сам с ними разбирается. Для телефонных звонков он сейчас не в духе, - а вы, - он качнул пистолетом, - милости прошу в машину, - он взвел курок, - ну? Александр только кивнул, направляясь к охранникам - спорить с вооруженными людьми себе дороже. Он опустил руку в карман пиджака, нащупав телефон. Нужно было сделать один правильный звонок - Всеволод совершенно точно будет знать, что делать, иначе эту встречу с Давлатом Воропаев может и не пережить. Александр покосился в сторону Жданова, что следовал за ним, опустив голову, явно загруженный подобными мыслями. И этот может не пережить, решил Воропаев, и от этого легче не становилось совершенно точно.