Не такие как все — иные. Тропинка нового пути.

Айра, взмахивая крыльями, держала в когтях Медовика, стараясь не поранить нежную кожу. Она поднимала его на нужную высоту дерева. Опустившись на ветку, птица поставила котёнка в специально подготовленное гнездо, крепко привязанное к стволу в развилке ветвей. Он восхищённо смотрел на землю с высоты, оглядывал кроны деревьев, на которые пару минут назад он мог смотреть только снизу, запрокинув голову. Его сестра вела себя иначе. Она, поджав лапки к телу и крылышки – к бокам, вытаращила глаза, смотря на потихоньку удаляющуюся от неё землю. Заря, достигнув нужной высоты, как можно бережнее положила трясущуюся от страха Ириску. — Чего ты боишься, трусишка? — Медовик толкнул лапой сестру. — От... отстань от меня, — клацающими зубами проговорила Ириска, прижав уши и расширив зрачки. — Ты пока надень на них страховку. Я полечу за Каштаном, — скомандовала Айра и, немного подпрыгнув, слетела с дерева, случайно покачнув ветку. Сзади послышался писк. Видимо, Ириска испугалась грозного качания части дерева. Дальше последовал насмехающийся смех. — Трусишка! — прикрикнул Медовик на сестру. Птица приземлилась на землю и прошла к входу в нору, наклонив голову. Она пощёлкала клювом, издавая зов. Из тени вышел Каштан. Он выглядел и испуганным, и любопытным. Лапы тряслись от страха, глаза блестели жаждой новых ощущений, а хвост дёргался от нетерпения, но при этом поджался из-за мелкой тревожности, не сравнимой с ужасом Ириски. Через несколько минут Айра уже подняла котёнка в гнездо. Заря, перевоплотившись, завязывала стебли крепких трав и лоз на Медовике. Ему нетерпелось прыгнуть вниз. Крылышки так и двигались на боках, а голова всё чаще поглядывала на землю. Заря повернулась к Ириске, взяв крепко сплетённую верёвку. — Можно я не буду? Пожалуйста... — жалобно попросила Ириска с трясущимися крылышками. — Ты уверена? — спросила Заря. — Это ведь совсем не страшно. Мы на вас надели страховку, а ещё за вами будет смотреть Айра. — Пожалуйста... — плаксивым голоском пробормотала малышка, жмуря глазки. Заря вздохнула и убрала плетённую траву в сторону. — Айра, спусти её на землю, — попросила сестра. Птица кивнула и, бережно взяв Ириску в когти, полетела вниз. Айра чувствовала, как трясётся фетер, как бьётся её сердце, как из горла рвётся испуганный крик. Малышка и вправду боялась высоты, что явно не очень хорошо. Как она будет летать в облаках, парить над кронами деревьев и маниврировать между их ветвями, когда вырастет? Ириска облегчённо выдохнула, почувствовав мягкие листья под лапами. Она отошла в сторонку и, запрокинув голову, смотрела на уже подготовленных братьев. Айра снова взлетела наверх и села на ветку. Она показывала котятам, как двигать крыльями, как парить, как сгруппироваться. Заря переводила кликотание сестры. Фетеры понятливо кивали, переминаясь на лапках и, скорее всего, почти не запоминая слова чёрно-рыжей кошки. Беркут слетела с ветки и поравнялась на одном уровне высоты с фетерами. Медовик опасливо подошёл к краю. Его восхищение и нетерпение как ветром сдуло. Земля то приближалась, то отдалялась, мелькая запрокинувшей головой маленькой фигуркой Ириски и закруживая разум, который умело играл со зрением котёнка, пугая его. Теперь в глазах витало сомнение, а хвост поджался. Малыш начал медленно переставлять лапы назад, затаив дыхание. — Иди уже! — прикрикнул на брата Каштан и, поднявшись на задние лапки, навалился передними на Медовика. Братец, издав крик, полетел вниз, чудом не перевернувшись и не запутавшись в верёвке. Айра, сложив крылья, понеслась за ним, готовая подхватить. Медовик через пару стремительных секунд вспомнил то, что ему наставительно говорили, и начал инстинктивно размахивать крылышками, старательно двигая ими и максимально напрягая, при этом вытянув голову вверх и зажмурив глаза. Лапки висели, усложняя задачу, но фетер, не успевший подумать о чём-либо, не обращал внимания. Падение замедлилось. Котёнок, приобщившись к крыльям, прижал лапы к телу и попытался подняться вверх с помощью более сильных и длинных взмахов. Но из-за поздней попыки взлететь, расстояние до ветки набралось и для неподготовленного малыша было физически невозможно подняться, поэтому Медовик быстро выдохся и тяжело дышащим грузом повис на верёвке. — Ты молодец, — одобрительно прощёлкала Айра, подлетев к фетеру, забыв, что он её не понимает. Птица взялась за верёвку и подняла Медовика в гнёздышко. В его глазах снова мелькали рыбки возхищения и радости. — Ну как это? — спросил Каштан, опасливо оглядываясь на сидящую рядом Айру. — Это... это волшебно! — задорно воскликнул Медовик. — Хочу ещё! — Полетишь после Каштана, — Заря отодвинула Медовика от края. Каштан подошёл к концу ветки и посмотрел вниз. Глаза его раскрылись, лапы задрожали. Воображение играло с котёнком также, как и с его братом, вселяя нарастающий страх. Казалось, что, несмотря на страховку, он не взлетит и упадёт на землю, оставив после себя лишь воспоминания. Фетер, взяв себя в лапы, зажмурил глаза и, не делая отчёт своим действиям, обмяк. Тело наклонилось вперёд, и Каштан начал падать вниз. Крылья непроизвольно раскрывались от дующего на них ветра, еровшиший пёрышки. Глаза так и были закрыты, и создавалось впечаление, что котёнок находится не в реальном мире, а на своей звезде спокойствия и непоколебимости. Ему было безразлично, что происходит внешне, он даже не ощущал этого. Айра летела за фетером, уже касаясь лапами шёрстки, думая, что он от переизбытка эмоций, потерял сознание. Но Каштан, резко раскрыв глаза, почувствовал сердце, бившееся, как загнанная в когти хищника ласточка. Адреналин ударил по крови, бурным приливом разливая энергию по конечностям. Земля, до которой, казалось, осталась молниеносная секунда, начала медленно одаляться от фетера. Он начал махать крылышками, постепенно замедляя падение, а потом и вовсе подниматься вверх. Глаза были крепко зажмурены, вся концентрация уходила на крылья. Котёнок пыхтел от перенагрузки, целеустремлённо борясь с усталыми мышцами и продолжая подниматься. Иную поразило, насколько Каштан вынослив. Он взлетал всё выше, постепенно поднимаясь на уровень ветки, на которой сидел удивлённый Медовик, выкативший глаза из орбит. Айра для себя уже решила, что в сложных сиуациях будет ровняться на этого маленького, но сильного фетера. Каштан, сделав последний рывок крыльями, упал в гнёздвшко, часто и тяжело дыша. Его грудь дёргалась от очень сильного биения сердца. Лапки и крылья, обмякнув, растянулись по гнёздышку. Айра поспешила перевоплотиться и, сев рядом с фетером и обведя его хвостом, сказала: — Вы большие молодцы. Для вас это было тяжело, но с каждым разом это вам будет даваться всё проще и проще, а если будете не жалеть силы, то вскоре вы сможете летать без страховки, — хвалила кошка, ощущая искреннюю гордость. Она заметила, как ореховые глаза Медовика засияли от самодовольства, а Каштан слабо улыбнулся. Котятам было приятно, что их хвалят. Спустившись на землю, братья подбежали к Ириске и начали наперебой рассказывать о своих достижениях и новых ощущениях от полёта. — Это было так круто! — приплясывал на месте взъерошенный Медовик с хохлом на затылке. Казалось, что он никогда к шерсти не пригладится. — Ты падаешь и понимаешь, что в любой момент ты можешь взлететь и полететь, куда хочешь! — Но подниматься наверх тяжело – крылья быстро устают, — спокойно рассказывал Каштан, поведя ноющими крыльями, — но это был первый раз, в следующие разы мы будем летать всё лучше и лучше. — А ещё... — начал говорить Медовик, наконец-то сев на землю, успокоив лапы. — Я очень рада за вас, — огрызнулась Ириска. Светлая кошечка махнула хвостиком и удалилась в нору. Она чувствовала досаду от того, что не смогла сделать то, что сделали братья из-за страха высоты. Она была разочарована собой. — Что это с ней? — непонимающе спросил Медовик, повернувшись к брату. — Она расстроена, — сказал След, оказавшийся рядом с котятами, — она тоже хотела полетать, но, к сожалению, боится высоты. На головы начали падать и разбиваться мелкие капельки мороси. После они участились, всё чаще были слышны шорохи падающих молекул, а воздух всё гуще заполняла сырость. — Нечего под дождём стоять. Идёмте в нору. След, подбадривая, подтолкнул котят носом и вошёл вместе с ними в сухое и тёплое логово. Весь оставшийся день был пасмурным. Он дал о себе знать в настроении котах. Они были сонные, невесёлые. Одни котята хотя бы как-то пытались удержать искорки веселья, поэтому изредко лениво играли друг с другом. А точнее, играли только Каштан и Медовик. Ириска хмуро сидела у входа в нору и смотрела на падающие с неба капли. На все предложения о проведении времени с братьями, она отвечала агрессивным оскалом. — Может, как-нибудь её развеселить? — Айра наклонила голову к Кузе. — Даже не знаю, — вздохнул кот, — думаю, на неё так погода действует. Завтрашний день должен быть бездождливым. Медовик, опустив голову вниз, иногда поглядывая на Ириску, подошёл к сестре. — Ириска... — начал котёнок. — Нет! — прорычала фетер, повернувшись. — Я не буду с вами играть! — Я не по этому поводу! — отмахнулся Медовик. — Ты многое знаешь про листья, и мы бы хотели спросить у тебя по поводу одного листочка. Он вроде бы и кленовый, дубовый и осинный одновременно. Фетер призадумалась, чуть надув губу, но потом вздохнула и повернулась к брату. — Ладно. Пошли, — закатила глаза Ириска, хотя в них была видна небольшая радость от того, что она кому-то понадобилась по делу. — Вот он, — махнул хвостом Медовик, показав лапой на пустое место. — И где? — непонимающе посмотрела на брата светлая кошечка. Взгляд Медовика стал похож на отражающие глаза сороки: мелькнули блестящий обман и позолоченные безделужки озорства. Он посмотрел за спину Ириски и кивнул, притворно улыбнувшись. Сзади показалась каштановая шёрстка. Сверкнув яркими, жёлтыми глазами, котёнок вылил что-то из коры дерева, сделанной под мисочку. Это была только что собранная из лужи, дождевая вода, в которой задвигались розовые черви. — Аааа! Ф-у-у! — завизжала Ириска, почувствовав холодную воду и склизких червей, задвигавшихся на шерсти. Братья засмеялись, одобрительно боднув друг друга в бок. Кошечка всхлипывала и брыкалась, пытаясь скинуть червей, которыми она до ужаса брезгала и не могла даже смотреть на них. Холодная вода, касавшаяся кожи, прибавляла страху, а смех братьев угнетал. Айра встала с места и с суровой мордой направилась к фетерам. Сейчас она внесёт такое наказание братьям Ириски, что они пожалеют, что принесли сестре горькую обиду, да и ещё в минуту, когда ей нужна поддержка! Ириска, перестав плакать, повернулась к Каштану и Медовику, стоявших рядом. Айра остановилась. Что-то было не так. Ириска начала меняться внешне. Её глаза стали медленно преобретать какой-то яркий, яростный красный цвет. Зрачок сузился, от него исходили золотые полосы, волнами двигающиеся до конца глаза и снова появлявшиеся у зрачка, будто гипнотизируя, что вселяло тревожность. Перья на крыльях изчезли и покрылись чем-то гладким, а кончики стали зазубренными. Шерсть резко начала меняться, становиться более похожей на чешую. Она была серая, с белыми, узорчатыми полосками. «Только не это!», — мысленно воскликнула Айра, прыгнув. Она приземлилась перед озлобленной Ириской, загородив испуганного Каштана. Было трудно узнать в этом озлобленном существе, похожим на ящерицу, добрую кошечку. В её глазах бушевала буря обиды, которая продолжалась вне норы. В лесу вился сильный ветер, срывавший ветки и листья с деревьев, не забывая заглядывать в нору и холодно касаться лап котов, поднимая шёстку. Но это мог делать это не ветер, а усиливающийся страх. Кошечка, оскалив выдвинувшиеся вперёд клыки, зашипела, вытянув язык. Он был не кошачий, а раздвоенный, как у ящерицы. Зрачки холодно блестели, а удлинившийся хвост двигался плавно, по- змеиному. «Что же она такое?», — сглотнула Айра, не зная, как успокоить змееподобное существо, ставшее безобидной Ириской. Перевоплоившийся котёнок, последний раз зашипев, прыгнула вперёд, пытаясь достать обомлевшего Каштана. Айра успела вытянуться и загородить фетера. Ириска, ослеплённая сильной яростью огорчения в честности братьев, не разбирая, на кого напала, начала больно прокусывать кожу Айры. Она зашипела от боли, почувствовав странное чувство на плече, где находились клыки Ириски. Это место стало леденяще-холодным. — Что же ты делаешь?! — воскликнул невовремя оказавшийся рядом Кузя. Он оторвал Ириску от Айры и немного отбросив, навис над малышкой, готовясь сдерживать. Она посмотрела на него красными глазами, а затем, поддёрнув головой, снова взглянула на Кузю. Глаза испуганно задвигались, принимая естественный зелёный цвет. Серо-белая чешуя поменялась на светлую шёрстку. Крылья прижались к бокам, убирая жёсткие зазубрения и возвращая мягкие пёрышки. — К...Кузя? — пролепетала Ириска, — что ты делаешь? — Это что ты делаешь?! — зарычал котпир. — Ты чуть не убила Айру! — Я...я... — заикивалась Ириска от слёз паники, — я ненарочно! Я не хотела! Айра, пошатываясь, встала с земли и легонько толкнула боком Кузю, который уже хотел рычать на объятую страхом Ириску. Он посмотрел на Айру. В его глазах проявились недоумение, злость и беспокойство. — Кузя, она не виновата, правда. Не ругай её. Нам нужно найти Рябинницу и Амиго, чтобы выяснить что с ней, — Айра незаметно кивнула в сторону ошарашенной малышки. Кузя кивнул и, смягчив взгляд, низко наклонил голову, улыбнулся. — Прости, что ругал тебя. Я не знал, что происходит, — извинился Кузя, дотронувшись носом носика малышки, — пошли с нами? Ириска недоверчиво кивнула, боясь, что котпир снова сорвётся на неё. Роняя слёзы и всхлипывая, она медленно переставляла дрожащие лапки, опустив хвостик и ушки. — А вы, — Айра грозно повернулась к братьям Ириски, сидящие в кучке и дрожащие то ли от холода, то ли от страха, — понесёте наказание за то, что обидели сестру! — И сделали её ненормальной? — пролепетал Медовик, смотря на лапы. — Она совершенно нормальная, в отличие от вас и вашего поведения! — прорычала Айра. Махнув хвостом напоследок, она показала, что не будет больше ничего говорить. Кошка развернулась и удалилась из норы, слышав сзади себя лепетующий шёпот Медовика и Каштана. Выйдя в лес, Айра раскрыла рот от удивления. Большая часть деревьев лишились своей красивой кроны. Она была разбросана по всей земле, укрыв собой корни деревьев, траву и кусты. Сильный ветер дал о себе знать не только по воздействию на настроение, а ещё по внешнему воздействию на лес. Теперь, топорща в разные стороны ветвья, он казался суровым, а не добрым и защитным. Айре было не по себе передвигаться по земле, чувствуя, что её не укрывают листья деревьев. Она словно шла по пустырю, и в любой момент на нём может появиться опасность, от которой никуда не деться. — Ещё немного. Да-да, вот так. Теперь закрой загородкой, — совсем близко раздался повелительный голос Рябинницы. — Амиго, помоги! Она не закрывается, — прокряхтел След от натуги. Зайдя за дерево, Айра увидела знакомую серую и рыже-полосатую шерсть: это были Амиго и След. Они пытались вставить в небольшую норку связанные между собой палки. Сооружение было похоже на решётчатую дверцу. — Получилось! — выдохнул След, почувствовав толчок, оповещающий, что дверца встала на место. — А что вы делаете? — пробормотала Ириска, шмыгнув носом. Рябинница, стоявшая рядом с Вихрем, повернулась к прибывшим. Заметив тёмные дорожки слёз под глазами Ириски, она что-то прошептала Вихрю. Получив согласие, она направилась к друзьям. — Пошли, я тебе расскажу, — промурчал Вихрь, отведя в сторонку Ириску и направляя её к сооружению. — Что случилось? — спросила Рябинница, убедившись, что кот с котёнком отошли подальше. Кузя коротко рассказал о произошедшем. Рябинница не перебивала. Всё больше слыша информацию она понятливо кивала. Глаза зажигались огнём. — Она резко перевоплотилась в себя. Похоже, она смутно помнила о том, что произошло, — закончил рассказ Кузя. — Это фурия, — ответила Рябинница, качнув головой. — А-а-а. Точно! Как же я сразу не вспомнил! — Кузя ударил себя по лбу лапой. — Фурии – это такие иные, которые могут становиться змеёй, оставаясь в обличии кошки. Если у фурии есть в крови кровь фетера, то они могут летать, становясь полузмеями. Если есть кровь морфера, то они могут становиться змеёй. А если всё вместе, то и так понятно, — пояснила Рябинница Айре, по взгляду которой было видно, что она не понимала. — Но почему тогда Медовик и Каштан не стали полузмеями? — Айра оглянулась на Ириску, поглядывающую на разговаривающих, стараясь подслушать дёргающимися ушками. — Либо им это не передалось, либо они пока не открыли дар, — объяснил Кузя, не дав сказать Рябиннице. — Идёмте я вам покажу, что мы сделали, — Рябинница кивнула головой в сторону сооружения. Аура подошла к Вихрю и Амиго, стоявшим рядом со своим творением. — Это запасной выход. Мы планируем его соединить с нашей основной норой, — Рябинница легко откинула дверцу из веточек, — то же самое мы хотим сделать с ней. Будем вход на ночь маскировать листьями. — А зачем? — потрясла головой Ириска, будто отмахиваясь от назойливых комаров. — Осенью и зимой у лисов и волков пробуждается голод. Мало ли, что им в голову взбредёт, — Рябинница смахнула листик, залетивший в небольшую нору, выкопанную за решёткой. — Рябинница, не забывай, ты ведь тоже лиса, — пошутил Амиго, подмигнув. Айра почувствовала, как Вихрь, стоявший рядом, напрягся и с надрывом вдохнул воздух. — Именно так. И если вы будите меня доставать, то я вас всех съем! — шутливо оскалила морду Рябинница, отчего Ириска отшатнулась. Она приняла это не за шутку. Айра удивилась. Она не видела, чтобы Рябинница шутила, только изредка улыбалась. Остальное время она ходила строгая и не терпела шуток в свою сторону. «Амиго хорошо на неё повлиял», — довольно подумала Айра, но тут же с жалостью заметила ревнующего Вихря и впервые задалась вопросом. «А не зря я ему предложила жить с нами?» Друзья вернулись обратно, обговаривая соединение нор. Там одиноко сидели Медовик и Каштан. Они испуганно отшатнулись, увидев сестру, и поспешно перешли в другой угол норы. Ириска сначала грустно смотрела на них, а потом, поняв, какая власть в её лапах, заулыбалась, продумывая, как будет пугать их. Вихрь и Амиго пошли собирать ветви и траву, которые нужны будут им завтра для строительства дверцы. Рябинница села рядом со Следом и что-то оживлённо обсуждала, посматривая на середину норы. После разговора кот понятливо кивнул и, подойдя к нужному месту, прочертил стену когтем, отмечаяя. Потом он отошёл немного в сторонку. Там сидела Ириска, хитро поглядывающая на братьев. — Ириска, можешь ненадолго отойти? — попросил След. — Потом можешь вернуться, когда я закончу. — Конечно, — кивнула фетер и, подняв хвостик с немного задранной головой, медленно прошлась и села рядом с братьями. Медовик дёрнулся, а на спине Каштана встала шерсть. Они метали вгляд то на Ириску, то на Айру. В из глазах горела мольба о помощи. Но Айра сделала вид, что не заметила их молчаливую просьбу, и перевела взгляд на Следа. Он немного нахмурился, думая и просчитывая, куда ставить следующую отметину. — А Ириска очень умная, — усмехнулся отшельник, — пугает братьев, зная, что они её боятся. — Они сами виноваты, — мысленно ответила кошка, — я им так и не выявила наказание. — А пусть они завтра весь день будут помогать Вихрю, Следу и Амиго? — предложил отшельник. — Хорошая идея, — радостно одобрила Айра, — нужно сообщить об этом Амиго и Вихрю. Кстати, а где они? — Так они ушли за ветками и травой, — подсказал кот, — они должны быть где-то рядом. Айра направилась к выходу из норы. Она уже чувствовала сырой воздух и слабый ветерочек на приглаженных усах. — Куда это ты собралась? — послышался голос сзади. Обернувшись, Айра увидела Рябинницу. Она выжидающе смотрела на кошку стальным взглядом, из-за которого появлялись мурашки на спине. Айра знала, что если Рябинница смотрит этим взглядом, значит, что она не доверяет. — Я хочу найти Вихря и Амиго. Не знаешь где они? — Они ушли искать Зарю и по дороге собрать ветки и травы, — ответила травница, немного смягчив взгляд. — А куда ушла Заря? — волнующий трепет забрался в грудь Айры. Лапы как будто перестали держать, хвост нервно задвигался. Мысли просчитывали все варианты, где могла бы быть сестра и что могло бы случиться. — Она полетела в деревню, — ответила Рябинница, зевнув. — Как в деревню?! — Айра не смогла сдержать крика. Для неё это было потрясением. Сердце забилось сильнее, дыхание участилось, хвост суетливо бился из стороны в сторону, а лапы будто оледенели от страха. — Как ты могла её отпустить?! — Всё нормально, чего ты кипишуешь? — закатила глаза рыжая кошка. — Заря уже взрослая, может сама справиться. — Справиться с чем? — Рябинница начала раздражать Айру, поэтому рычание в горле напрашивалось на свободу. — Взять оставшиеся тряпки из заброшенного дома в деревне. Скоро зима, нужно брать всё, что может сойти за тёплое, — пожала плечами травница. Она совсем не волновалась и даже не думала о том, что может случиться с Зарёй. Айра, недовольно посмотрев на Рябинницу, развернулась и пошла подальше в лес, ища Амиго и Вихря, по пути раздумывая. «Как она могла отпустить Зарю?! При этом даже не волнуется за неё!» — думала Айра, нервно выпуская и впуская когти. «Там же в деревне собаки и шайка Алмаза!» — Правильно Рябинница сказала. Не кипишуй! Заря, даже не смотря на возраст, взрослее тебя. Она же умеет обдумывать дальнейшие действия. И с ней уж точно ничего не случится, в отличие от тебя, — заговорил отшельник. В его голосе слышались нотки наставления, будто он пытался учить Айру. — То есть ты на её стороне? — возмущённо подумала Айра, чувствуя зараждающийся гнев. — Вы уже на стороны поделились? Что я пропустил? — фыркнул кот. Айра так и шла, всё ещё не убедившись в словах отшельника и Рябинницы. Она сильно волновалась за сестру, но всё же рассуждение паразита немного успокаивало. С Айрой в любом случае должно что-то случится из-за её несдержимого любопытного характера. Это Айра ищет проблемы, а не они её. Спокойная Заря очень отличалась от сестры тем, что она рассудительная, не вспыльчивая и даже при чрезвычайных обстоятельствах не включает панику, которое у Айры не отнять. — Кстати, смотри, как могу! — будто вспомнив что-то важное, крикнул отшельник. Рядом начал появляться дым, формируясь в фигуру, преобретающую очертание. Это был отшельник, блестевший медными глазами, наводившие тревогу и ледянящее чувство необдуманного страха. В груди стало как будто просторнее, а в голове светлей. — Ты вышел из меня? — с надеждой в глазах спросила Айра. — Конечно, нет, — усмехнулся отшельник, отмахнувшись, — я всё ещё привязан к тебе. Айра огорчённо вздохнула. Ей надоело то, что этот паразит постоянно с ней. Она даже подумать спокойно не может, не выслушивая к своим мыслям комментарии отшельника. — Меня можешь видеть только ты. Когда я вне твоего тела, я не могу слышать твои мысли, — сообщил отшельник, продолжая шагать по лесу. — Я не успела тебя спросить во сне кое о чём, — вспомнила Айра, посмотрев в холодные, медные глаза кота, — как тебя зовут? — Сейчас меня никак не зовут, — покачал головой отшельник. Айре показалось, что в его глазах мелькнула грусть о потерянном времени в прошлом и печаль, оплакивающая события, которые произошли с ним. — А как тебя звали при жизни? И каким ты был? — кошке стало жаль паразита. Он не виноват в том, что желает захватить тело Айры. Он просто скучает по жизни, ощущениям живого кота. — Меня звали Морозом, — вздохнул отшельник, остановившись, — я был котом с серебристо-белой шерстью. И я был ясновидцем. У меня было две сестры: Вьюга и Метель. Мы были очень похожи друг на друга, поэтому нам дали такие имена. Наша мать умерла при родах, а отец почти не заботился о нас. Первое время нас прокармливала кошка, знающая нашу мать. Она нас недолюбливала и всегда пыталась поскорее уйти, — воспоминания тёмными тучами заволокли взор кота. — А как... — Айра будто проглотила другую часть вопроса. Ей было неловко его задавать, ведь Морозу было тяжело вспоминать события прошлого. — Как я стал отшельником? — догадался кот, взглянув на кивающую Айру. — Я плохо помню этот день. Мы с сёстрами переходили дорогу. Хотели украсть пару цыплят из соседних домов. Переходя дорогу, я услышал рёв. Он одновременно прожигал уши и ледянил кровь. Что-то очень большое быстро приближалось ко мне, а я даже не понял что, просто впал в ступор. Дальше последовала вспышка яркого белого света, а потом меня накрыла темнота, — Мороз как-то странно улыбнулся, — затем я оказался в поле. Там было две дорожки. Одна вела в красивый, покрытый звёздными искрами лес, а другая – в тёмный сосновый бор, окружённый туманом. Ближе к лесу стоял чёрный кот. Он звал меня, говорил, что вернёт меня к жизни, — улыбка изчезла с морды. Глаза странно замелькали, прокручивая одно и тоже воспоминание, — как сейчас помню, что его звали Грозновой. Айра молчала. Она не пожалела, что расспросила Мороза, но ей стало как-то стыдно при виде страдающего от минувших событий кота. Даже после смерти его очень сильно потрепала жизнь. Обманом затянули в омут зла. И теперь у него нет выхода. — Извини, — пробормотала Айра, смотря то на кота, то в землю. — Всё нормально, — ответил Мороз, — пошли искать Амиго и Вихря. Они шли молча. Лишь несколько раз вздыхали, не зная, как начать разговор. Айре было очень неловко и стыдно, а Морозу было странно чувствовать кота, который рассказал свою жизнь, ведь это он смотрит жизнь других. Одна половина неба потихоньку синела, становясь всё темнее и темнее, а другая – покрылась ярко-оранжевыми оттенками. Скоро придётся возвращаться в нору, а Амиго и Вихря так и не было. Айра прошла большое расстояние, и даже до наступления полной темноты она не успеет вернуться обратно. Отшельник тенью следовал за своим вместилищем. Его отличало от Айры только цвет глаз и дымка, отлетающая от него. Ветки деревьев штыками упирались в стороны, листья лежали на земле, так и норовив сделать так, чтобы иная ненароком подскальзнулась. В небе быстро пролетела ворона, оповещая всех своим тревожным криком. За ней последовали другие птицы. Казалось, они срочно звали животных прятаться в убежища, будто неминуемая опасность всё быстрее приближается. — Что-то не так, — пробормотала Айра, смотря на кричащих птиц. — Айра! Смотри! — указал хвостом в небо отшельник. — Я таких туч не видел. Они будто чёрные. И вправду. На землю надвигалась тёмно-серая, будто чёрная, туча, обхватившая половину неба. Изредка в ней вдалеке виднелись освещающие серую пелену вспышки белых молний, которые сопровождались рёвом грома. — Ты прав. Нужно как можно скорее оказаться в норе, — кивнула Айра. Кошка прыгнула и перевоплотилась. Она торопливо летела над голыми деревьями. Ветер словно специально нападал на птицу, кидая её из стороны в сторону. Вскинув листья, лежащие на земле, он направлял их в Айру, загорождая обзор, свистом выл в ушах, будто говоря: упади, упади. Рядом летел отшельник, став дымом. Ему тоже приходилось несладко. Ветер постоянно рассеивал кота, сдувая его, а дымка снова скреплялась, чтобы опять быть сдутой. Айра пролетала над дубом с ветками, напоминающие клетку. Они колами возвышались вверх. Птице на мгновение показалось, что к этому дереву подходило две фигуры, задравшие головы вверх. Но, скорее всего, это были золотые листья, вихрями царившие на земле. Капли дождя стуком посыпались на головы. Оставшийся кусочек неба быстро заволокло тёмными облаками, протягиваясь на очень, очень далёкие расстояния, угрожая своим громом и вспышками резких молний. — Снижайся! — попытался перекричать бушующую стихию Мороз. Он тут же изчез, снесённый ветром. Айра наклонила крылья в нужном положении и начала стремительно снижаться. Ветер так и старался откинуть её в дерево, поранить об ветки. Птица, приземлившись, перевоплотилась в кошку и, еле дыша, добралась до норы. К счастью, на земле не царил тот хаос, что над деревьями. Рядом, чудом не развалившись, стояла куча веток, которую, вероятнее всего, принесли Вихрь и Амиго. Айра ввалилась в нору. Там сидели все. Рябинница вместе с Кузей наблюдала за котятами, попутно разговаривая. След игрался с фетерами. Среди играющих Айра увидела Ириску. Братья теперь не боялись сестру, с удовольствием играя с ней. Заря устало лежала на подстилке, посапывая. Похоже, она дремала. Вихрь и Амиго сидели по разным сторонам норы и метали друг на друга недовольные и, наверное даже, злобные взгляды. Оба кота были в царапинах. У Вихря было надорвано ухо, а у Амиго в некоторых местах не хватало шерсти. — Ну и где ты была? — выжидающим тоном спросила Рябинница, повернувшись. Она была недовольна тем, что Айра пришла поздно и в такую погоду. — Искала Вихря и Амиго, — встряхнулась Айра, сбрасывая с себя капли. — Как видишь, искала ты зря, — помотав головой, буркнула травница. Сегодня она была не в настроении, и злить её не нужно было. В таком состоянии она может сделать всё что угодно. Даже выставить в лес на всю ночь, несмотря на непогоду. Вихрь и Амиго и словом не перемолвились друг с другом за весь вечер. Они даже близко друг с другом не стояли. Только кидали одиночные злые взгляды и раздражённо отворачивались, встречаясь глазами. — Что случилось с Вихрем и Амиго? Почему они ведут себя так? — подойдя к Кузе, спросила Айра. — Если ты узнаешь, было бы хорошо, — не отрывая пристального взгляда от Амиго, ответил Кузя. Айра, раздумав, встала с места и незаметно подошла к Вихрю. Он ровно сидел и наблюдал за играющими котятами, иногда кидая враждебный взгляд светло-зелёных глаз на Амиго. — Если ты пришла узнать, что случилось, то можешь уходить, — ледяным тоном сказал Вихрь. — М-да. Видимо они сильно повздорили, — буркнул отшельник, оказавшийся рядом. — А если я пришла сюда, чтобы посидеть и посмотреть, как играют котятки, то я могу остаться? — облизав лапку, спросила Айра. — Да, пожалуйста, — встал Вихрь и, махнув хвостом, ушёл на другое место. — Согнать недовольного кота с места и не получить за это – хороший навык, — шутливо заметил Мороз, сев рядом. — Пусть сами разбираются, — решила Айра, — нам, кошкам, не понять их. — Это уж точно, — вздохнул отшельник. Айра посмотрела на него и прыснула, еле сдерживая смех. Она отвернулась к стене, чтобы никто не видел, что она смеётся. Мороз непонимающе смотрел на неё, но, поняв, что только что сказал, спохватился. — Нет, нет! Я не это имел ввиду! — отнекивался отшельник, пытаясь остановить смеющиеся глаза кошки. — Да-да, конечно, — саркастически кивнула Айра и повернулась к Морозу, не переставая улыбаться. Её смех остановил подозрительный взгляд Амиго. Она затихла и вздрогнула. Он сщуренно смотрел на Айру, будто пытаясь проникнуть в её глаза и узнать скрывающуюся тайну. Спустя несколько секунд взгляд Амиго немного распахнулся, будто просветлел. В Айру закрался страх. Неужели он догадался? Он расскажет всем? Может он догадался о другом? — Что-то случилось? — непонимающе посмотрев на мордочку Айры, спросил Мороз. Повернувшись в сторону места, куда смотрела кошка, отшельник будто окаменел. Дымка стала как-то сильнее колыхаться, глаза стали испуганными, — Похоже, он догадался... Амиго встал с места и направился в сторону Айры. Она панически оглянулась по сторонам, не зная, где найти спасение от разговора с котом. Дыхание участилось. В ушах раздался раскатистый рёв, плачущий скрежет и крик, ледянящий душу. Он был наполнен сильнейшей болью. Айра не сразу поняла, что случилось. Она стояла в лёгком шоке. Чувствительность потихоньку терялась, шерсть была грузом, тянувшим вниз. Лапы покрыли муражки, забирающие чувствительность. — Айра! — пытаясь пробудить кошку от ступора, кричал отшельник. — Всё нормально? Кошка пробурчала что-то неразборчивое заплетающимся языком. В глазах появлялись вспешки тёмно-жёлтых пятен, кружившие голову ураганом. К горлу подкатил ком тошноты, а онемелость лап замораживающим ручьём переходила на всё тело. Дальше сердце прожгла боль, будто из него что-то выдирали раскалёнными когтями. Айра не могла кричать, не могла двигаться. Она лишь качалась из стороны в сторону, не контролируя своё тело. — Айра! — напоследок услышался вскрик Следа. *** Колосья, будто золотые волны, наклонялись то в одну, то в другую сторону. Айру окружало поле, похожее на свободную воду большего пруда. Если бы не тропинка, ведущая только вперёд, в далёкий тёмный лес, то кошка бы точна сочла бы поле за воду. Она знала это место. В её сердце расцвела надежда предстоящей встречи с матерью. Айра, опасливо посмотрев на лес, начала оглядываться по сторонам, надеясь, что мама скоро выйдет, но тут же остановилась, потому что резко почувствовала, что чего-то не хватает. Будто из неё выдернули что-то очень важное. Эта холодная пропасть тёмной пусоты в сердце не могла дать покоя, и кошка, будто панически ходя по кругу, искала причину, роясь в мыслях. Почему-то это очень её волновало. И не было тому объяснения. Рядом послышался печальный ропот, а затем различились голоса. Один был печален, другой спокоен. Айре один из них показался знакомым, и она, пройдя несколько шагов, вошла в колосья. Они уступали ей дорогу и смыкались за её спиной, нежно шекоча шёрстку. — Я не хотел видеть тебя настолько рано, — голос кота был спокоен, но в нём чувствовались нотки сожаления. — Я думала, это будет больнее, — вздохнул бархатистый, лёгкий голос, который заставил Айру застыть. — Ты не помнишь, что ты чувствовала перед тем, как... — голос кота дрогнул. — Может быть, — согласилась кошка. — Неужели тебя никак не волнует то, что произошло? — непонимающе охрипшим голосом спросил собеседник. — Я уже знала, что это произойдёт, — смирившимся вздохом сказала кошка, — было предчувствие. Следующая фраза кота была как будто затуманена чем-то. Он сказал её очень тихо, дрожащим от скорби голосом. — Она была лучшей, из которых можно было только думать, Ливник, — будто просветлев, ответила кошка на тихую фразу кота, — Ирис меня ждёт? — Он уже знает и попросил меня привести тебя. Идём, — вслед за голосом послышались удаляющиеся шаги. — Мама! — вскричала Айра, прорываясь через колосья. Теперь они не уступали кошке, они были для неё препятствием. Растения обвивалось вокруг лап, будто тина, а земля затягивала, как ил. Стебли стали острее и больше не игрались с шёрсткой, а плотными плетями захватывали, создавая вероятность вырванных клочьев. Айра чувствовала, что сон сейчас ускользнёт, поэтому она пыталась всё быстрее попасть к матери. Через колосья уже виднелась чёрная фигура, рядом с которой стояла серая. Последнее, что попало в глаза Айре, это медовый, любящий взгляд, приглашенные белые усы и аккуратная, чёрная мордочка матери. На её лбу сиял белый диск, похожий на луну. *** — Очнись, Айра, очнись! — что-то сильно и настойчиво трясло кошку за плечо, вонзаясь когтями и вынуждая раскрыть глаза. — Что? — промямлила иная заплетающимся языком, резко вдохнув. — Я думал, ты умерла, — послышался рядом шутящий тон Мороза. — Какая была бы жалость... — Жива, — расслабленно выдохнул голос Зари. Айра почти ничего не видела. Невесть откуда взявшиеся слёзы появились на глазах и закрывали взор. Кошка подняла лапу и протёрла ею глаза, оставляя влажность на шерсти. Проморгавшись, она открыла их. Теперь она видела перед собой собравшихся толпой друзей. Они явно не понимали, что происходит и обеспокоенными глазами бегло рассматривали иную, будто на наличие ответов. — Что случилось? — уже более внятно спросила Айра. Чувствительность вернулась, язык больше не заплетался. — Это мы у тебя хотим спросить, — сказал Амиго. Он смотрел на Айру с теми же нотками подозрения, которые появились перед тем, как она упала. — Она потеряла сознание, а из-за чего именно – непонятно, — Рябинница задумчиво ответила на вопрос Амиго. Если она так говорит, значит, она в мыслях предполагает всевозможные причины. — До того, как она зашаталась, молния ударила в дерево, которое было в лесу. Может, это так шум повлиял? — предположил Вихрь, заглядывая в глаза Рябинницы. — Скорее всего, — кивнула травница, соглашаясь с котом. — Так, всё, расходимся! — отгоняя друзей, говорила Заря, встречая в ответ недовольные бормочущие ответы. — Айре нужен отдых. Пока все расходились, сестра незаметно остановила Кузю хвостом. Он уже хотел обойти кошку, но она настойчиво отвела его в сторону. Это, конечно же, не проскользнуло мимо глаз Айры. — Кузя, сторожи Айру всю ночь, понял? — приказала сестра повелительным тоном. Кузя уже было хотел запротестовать, но Заря лишь в ответ сверкнула глазами и угрожающе оскалилась, показывая, что лучше не спорить. Кот принуждённо кивнул и прошёл на своё место. Он лёг, делая вид, что спит, но было видно, что один его глаз был, как щёлочка – прищурен. — Теперь ты под арестом, — хмыкнул Мороз, аккуратно пройдя и сев рядом с Айрой. — Кто же там кричал... — задумчиво пробормотала кошка, вглядываясь в рядом лежащий камешек. — Ты это о чём? — заинтересовано наклонил голову ошельник, заглядывая в глаза Айры. — Разве ты не слышал? — недоумённо моргнула кошка. — Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь, — покачал головой Мороз. — Неважно, — разочарованно буркнула Айра и отвернулась, — спокойной ночи. — Спокойной ночи, — сказал в ответ отшельник. Айра почувствовала лёгкий прохладный ветерок на своей шерсти. Это отшельник вселился в своё вмесилище.