Сквозь пелену сожалений

      За окном опускались сумерки. Россия сидел на диване, глядя в экран телевизора, где мелькали кадры с длинноволосыми древнекитайскими воинами. Китай лежал у него на коленях и тоже смотрел на экран. Однако в глазах его не было никакого интереса. Во-первых, он уже смотрел этот фильм и не раз, а во-вторых, его мозг активно подбирал слова для предстоящего разговора.       — Как им удобно драться с длинными волосами? Они же явно мешают, — вдруг спросил Россия.       — А? — уточнил Китай, будто очнувшись от своих мыслей. — Ну, у тебя тоже волосы некороткие. Тем не менее, это не мешало тебе побеждать в драках. Причём в разных. Кстати, в прошлый раз ты чуть не разбил мне нос.       — Сам виноват, первый заладил: давай подерёмся, давай подерёмся, — фыркнул Россия с притворной обидой       — Мне просто было интересно, каков ты в драке, — усмехнулся Китай, приподнявшись и взяв пульт.       Телевизор погас.       — Эй, зачем?! Я не досмотрел! — возмутился Россия, посмотрев на коллегу.       — Цзинь Янь и Сюй Бэй останутся вместе, Яо Фана убьют, его советника Чжан Гэя тоже. Доволен?       — Тц, Яо Фана они могли бы и пожалеть, — недовольно проворчал Россия, скрестив руки на груди. — Этот парень ни в чём не виноват, это всё советник. Я сотку даю, что он подставил его.       — Таковы реалии истории, — сухо ответил Китай, выпрямившись и серьёзно просмотрев в голубые глаза. — Россия, послушай, нам надо поговорить. Серьёзно.       — Что такое?       — Как ты знаешь, у нас с Советским Союзом случился конфликт, — начал Китай, глубоко вздохнув. — Так вот, тебя гложило это, когда ты только пришёл работать в офис. Мне бы хотелось узнать… Думаешь ли ты об этом сейчас?       — Знаешь, — Россия тоже сел прямо и посмотрел на коллегу, — после того дня, когда я нажрался и завалился к тебе, я долго думал над всем этим. И понял, что я полный идиот. Ну серьёзно. Грёбаный юношеский максимализм брал своё. Я всё время искал виноватых и думал только о себе. Та ночь меня отрезвила. Она стала… Как это называется? Кульминацией этого странного периода моей жизни, — Россия вдруг остановился, чтобы перевести дыхание. — Отец простил тебя. Это я знаю. И ты его тоже. Конфликт между вами исчерпан. Я не хочу больше цепляться за прошлое. Точнее, я ещё буду к нему возвращаться, но точно не к такому. Поэтому, что себе там надумал — выбрось из головы, понял? И вообще, отдай пульт!       Китай слушал внимательно, не перебивая. Когда Россия закончил, он несколько мгновений смотрел на коллегу, а затем обнял того, крепко прижав к себе. Россия улыбнулся, обхватив спину Китая. Они сидели так до тех пор, пока Россия не почувствовал поцелуи на мочке уха.       — Так, всё, хватит. Китай! Держи себя в руках!       Россия предпринял попытку шутливо оттолкнуть назойливого коллегу, однако тот лишь опустил руки ниже, к ремню на джинсах. Губы переместились на шею, жадно целуя бледную кожу. Россия уже не сопротивлялся, откинув голову назад, чтобы Китаю было удобнее. Однако не успел он разделаться с пряжкой ремня, как телефон, лежащий на тумбочке, вдруг зазвонил. Россия нехотя отвлёкся и потянулся к нему.       — Потом перезвонишь, — прохрипел Китай, перехватив запястье коллеги.       — А вдруг там что-то важное? — возразил Россия, вырвавшись из хватки.       — Что может быть важного в десять вечера? — недовольно фыркнул Китай, вновь удержав непослушные руки.       — А вдруг у Белоруссии макароны сгорели, и там дым на весь блок? — Россия вновь успешно освободился из плена Китая.       — И что? Это же не конец света!       — Свету, может быть, и не конец, но в прошлый раз из-за этого он чуть с Хиномото не подрался. Кухня-то общая!       — И что?..       — И то! Южная Корея заснял всё это на камеру! Больше компромата нам не нужно! — быстро ответил Россия и наконец взял трубку. — Слушаю.       — Алло, привет, Russland, — это был Германия. — Сильно занят?       — Ну, как тебе сказать… — вздохнул Россия, наблюдая за тем, как Китай приподнял его кофту, обнажая накаченный пресс. — Это что-то очень срочное?       — Не то чтобы, — зевнув, ответил Германия. — Просто через три дня Евровидение. Тебе желательно бы сейчас появиться в офисе и согласовать все детали.       Китай коснулся губами живота, оставляя нежный поцелуй. Его руки тем временем ласково прошлись по рёбрам, поднимая кофту ещё выше.       — Стоп, погоди, — дыхание России участилось. Он искренне надеялся, что в трубку этого не слышно. — Я же всё согласовывал, что там ещё осталось?       — Да, но просто документы потерялись.       — Как потерялись?       — Да так! Все есть, только твоих нет.       Китай обнажил грудь партнёра. Россия посмотрел на него грозным взглядом, однако тот с успехом его проигнорировал, принявшись целовать сосок. Россия показал ему кулак.       — Постой, а какого хрена ты этим занимаешься? Австрия же ответственный за Евровидение в этом году.       Поцелуи стали интенсивнее. Россия прикусил руку. Аханье в трубку Германия точно не поймёт. Хотя нет, поймёт. Но желательно этого не допускать.       — Он потерял твой телефон, — проворчал Германия. — А признаться стыдно. Вот и попросил меня. Так что, подъедешь?       — Ну, а куда я денусь? — хмыкнул Россия, схватив Китай за волосы. — Ладно, спасибо, что предупредил. До встречи.       Россия положил трубку. Китай смотрел на него максимально довольным взглядом. В такие моменты он напоминал кота, который сделал какую-нибудь шалость и крайне ею доволен. Россия с силой отпихнул его от себя и поправил кофту. Китай с хохотом повалился на диван.       — Я тебя побью когда-нибудь. Усёк?       — Да ладно, — хитро протянул Китай, приближаясь. — Я же вижу, что тебе понравилось.       — Значит так, — отчеканил Россия, — в наказание за такое несносное поведение ты остаёшься без секса.       — Ты ведь несерьёзно?..       — Ты что, всё очень серьёзно! — весело ответил Россия, вставая с дивана и щёлкнув Китай по носу. Впрочем, он сразу же поник. — Прости. Мои уважаемые коллэги потеряли мои документы, которые я подавал на Евровидение. Надо решить проблемы.       — Сдалось тебе это Евровидение, — пробурчал Китай, беря Россию за руку.       — Ты не понимаешь!       — Да куда уж мне… Ладно. Давай я тебя довезу до офиса.       — Буду премного благодарен.       — Отработаешь, — с лукавым прищуром сказал Китай.       — Ах, как не стыдно! — усмехнулся Россия. — Где ваше бескорыстие?       — Забыл, с кем связался? — в тон ему ответил Китай, чмокнув коллегу в щёку.

***

      Евровидение в офисе проходило интересным образом. Как правило, в этот день никто не работал, а вечером все собирались в огромном зале с большим экраном. Кроме одного довольно масштабного экрана там же находилось несколько маленьких, развешанных с разных сторон. Сотрудники рассаживались по местам и ждали выступления своих певцов. Вдруг боковым зрением он увидел знакомые силуэты. Приглядевшись, Россия не поверил своим глазам. Это были Китай и Северная Корея.       — О, видишь, Корея, мы даже не опоздали! — довольно подметил Китай, усаживаясь рядом.       Северная Корея ответил многозначительным молчанием и тоже сел с коллегами.       — Ребята, а вы чего тут делаете? — спросил Россия. — Вы же не участники Евровидения. Корея, ты вообще сказал, что не знал об этом конкурсе.       — И что? — легко спросил Китай. — Мы пришли поддержать тебя. Америка же с Канадой приходят к Англии, хоть они тоже не участники Евровидения, не так ли? — и с этими словами кивнул в сторону английской семьи.       — И не только Америка и Канада, — хмуро добавил Корея, кивнув в сторону Японии, который тоже сидел рядом.       — Спасибо, — Россия улыбнулся. — Мне приятно.       — Не стоит, — отмахнулся Китай.       — Мы же друзья, — добавил Корея.       Их разговор прервал голос Австрии. Прокашлявшись, он торжественно объявил:       — Итак, дорогие друзья, я очень рад видеть вас всех на нашем ежегодном песенном конкурсе! Ровно через пять минут мы с вами станем свидетелями потрясающих песен, ярких номеров и шикарных голосов! Надеюсь, мы все отлично проведем время! — в зале потух свет.       Номер России был двадцать пятым по счёту. Полина Гагарина выглядела прекрасно. Увидев её, Россия вдруг почувствовал, как сердце больно заныло. Внешность певицы, её мощный голос и сама песня… Она вызвала странные, но приятные чувства не то ностальгии, не то другого, чего-то пока непонятного.

Люди так не похожи, разные их пути. Но ты пришел, в этот мир, не один. Люди ведь знать не могут, что ждет их впереди. Но ты пришел, в этот мир, не один… Но ты пришел, в этот мир, не один… И когда мы ищем ответы. Поднимая взгляд в небеса. Слышим их голоса…

      Россия украдкой посмотрел на Китай и Корею. Те внимательно слушали песню. Корея даже, кажется, впервые убрал свою длинную чёлку с глаз. Россия по-доброму усмехнулся и вновь перевёл своё внимание на экран.

Это люди вновь и вновь Ищут на земле любовь. Нас миллионы! Вдалеке от берегов Верят, что найдут любовь Нас миллионы!

      Россия вдруг почувствовал, как на его плечи мягко опускается ткань. Обернувшись, чтобы посмотреть, что это, он опешил: это был его собственный флаг. В недоумении он перевёл взгляд на Северную Корею.       — Ну, я подумал, что тебе понадобится, — пожал он плечами в ответ.       Вместо ответа Россия обнял Корею за плечо, укутав флагом их двоих. Он вздрогнул, но обнял Россию в ответ.       — Эй, вы двое, не увлекайтесь, — в шутку осадил их Китай.

Ты не опустишь руки. И не сойдешь с пути. Ты пришел, в этот мир, не один… И когда мы ищем ответы. Поднимая взгляд в небеса. Слышим их голоса…

      В конце песни, когда зал аплодировал, Россия не удержался и захлопал стоя. Северная Корея, Китай и некоторые другие сотрудники последовали его примеру.       Все вышли из офиса уже поздно вечером. Россия занял второе место. Ему было даже обидно, ведь, по его мнению, песня достойна первого места. Но потом все негативные эмоции отошли на второй план. Всё же, хорошее настроение и время, которое скрасили его коллеги, брало над ним верх.       Китай попрощался с ними, недвусмысленно намекнув, что ждёт определенных коллег в гости. После этого он отправился на парковку, где оставил свою машину.       — Эй, Китай, я тебя видел сегодня на конкурсе.       Голос был очень знакомым. Китай поднял голову и точно: перед ним стоял Америка.       — Я тоже тебя видел. Совпадение, не так ли?       — По-моему, тебе запрещено появляться на Евровидении даже в качестве гостя, — подняв бровь, сказал Америка.       — А по-моему, дела европейского отдела не должны тебя касаться, — парировал Китай. — И вообще, не тебе же одному правила офиса нарушать, — с этими словами он завёл машину и уехал.       Америка с недовольством фыркнул и тоже сел в свою машину.       К России тем временем подбежал Белоруссия. Он был невероятно взволнован. Быстро пожав брату руку, он с восхищением выпалил:       — Слушай, это было потрясно! По мне мурашки бегали, пока я слушал выступление твоей певицы!       — Спасибо, ты тоже великолепен, — ответил Россия, также с чувством сжав ладонь младшего и посмотрев на Корею. — Ну, что, в общагу?       По пути им встретился Америка. Точнее, как встретился. Он быстро проехал на своей машине, посигналив. Белоруссия нахмурился, Корея цокнул языком, Россия же просто закатил глаза.       — Братец, послушай, — вдруг сказал Белоруссия. — Ты умеешь водить грузовики, легковые автомобили, автобусы — почему ты чаще ходишь пешком?       — Чтобы в форме себя держать, — решительно ответил Россия. Белоруссия почувствовал скрытый сарказм, но промолчал.

***

      Индия развалился на диване, опустив ноги в бассейн с водой. Рядом с ним сидел Мьянма и пил чай. Индия был крайне задумчив, глядя в прозрачную, чистую воду. Во дворце было жарко, и по воде ногам и всему телу шла приятная прохлада.       — Чем-то обеспокоен? — спросил Мьянма, заметив понурое настроение друга.       Индия лишь тихо вздохнул, медленно болтая ногами в бассейне, создавая круги на воде.       — Я слышал, сегодня в европейском отделе проходил ежегодный песенный конкурс, — продолжил Мьянма, делая глоток чая. — Интересно, какое место занял господин Англия?       — Эх, неспокойно мне, — вдруг ответил Индия, пропустив новость о конкурсе мимо ушей.       Да и Мьянме он не был особо интересен. Ему просто хотелось подбодрить грустного товарища.       — Ты о чём?..       — Не знаю, — Индия чуть нахмурился, доставая ноги из воды и вытирая их полотенцем. — У меня очень нехорошее предчувствие. Такое ощущение, что должно случиться что-то… Что-то плохое. Ужасное, я бы сказал.       — Ты себя накручиваешь, — Мьянма покачал головой, похлопав Индию по плечу. — Давай лучше выпьем ещё чаю.