Она была другая...

      Домашние тапочки шоркали по паркету. Пожилой человек еле дышал, сейчас он буквально на волоске от смерти. Держась одной рукой за сердце, он пытался набрать нужный номер. В глазах все темнело, а руку прожигало огнем. С каждым разом вдохнуть становилось все труднее, в ушах появлялся шум, а перед глазами летали мушки. Пальцы непослушно били по ненужным цифрам, будто специально не давая набрать необходимый номер. Еще один вдох и сердце прожгло огнем.       Он рухнул на пол, так и не успев позвонить сыну. Его жизнь остановилась. Болезнь взяла над ним вверх.

***

      Влад долго всматривался в одинокий силуэт, стоящий за кладбищенским ограждением. Сегодня он приехал поддержать своего друга, который отправляет отца в последний путь.       Эдгар стоял полуживой, из него будто высосали всю оставшуюся жизнь. На черные волосы падали снежинки, которые превращались в капельки, похожие на слезы. Это единственные слезинки, которые сегодня прольются в память об отце, потому что Эд не будет убиваться и тосковать по человеку, который сломал ему жизнь. Он перерубил ее на корню и заставил сына быть таким, каким он является сейчас. Это именно он поставил родную кровь на скользкую дорожку, именно он вложил пистолет в его руку и именно он развил в нем жестокость и чувство собственного превосходства.       Рука друга мягко похлопала по плечу, давая понять, что он всегда рядом. Поддержка от Влада всегда была кстати. Он четко понимал, когда следует быть рядом, а когда лучше отойти от друга на пол шага назад. Сейчас именно тот момент, когда его дружеское плечо просто необходимо Эдгару.       Черные глаза смотрели прямо в глубь ямы, в которую медленно опускали гроб. Теперь на старшего сына полностью легло дело отца. До этого дня он лишь помогал ему в некоторых вопросах, а теперь, весь его бизнес перешел в руки Эдгара. Он стал первым человеком в этом Адском мире.

***

      — Эд, прими мои соболезнования, — сказал Влад выходя с другом с территории кладбища после похорон.       — Мне не жалко этого человека, Влад. Я каждый день ждал этой новости. Единственное, что режет мое сердце ножом, так это воспоминания о маминой любви к нему, — Эдгар шмыгнул носом, скорее всего от жгучего мороза. — Она была готова отдать за него свою жизнь. Так и получилось. Вот он, конец большой любви, — из кармана пальто достали пачку сигарет и подожгли одну, пытаясь унять что-то непонятное внутри себя.       Далее каждый погрузился в свои мысли. Слышны были лишь шаги и изредка пошмыгивания носа Эдгара. Влад пытался найти тему для разговора в своей голове, чтобы хоть как-то разрядить затянувшееся молчание.       — Ты давно Агату с собой на работу не берешь, почему?       — Слаба она. Арсений говорит, что рука ночами ноет сильно. Из-за этого они оба плохо спят. Он уже устал ее обезболом пичкать.       — Обезболом?! — удивленно воскликнул Влад, остановившись посреди дороги.       Эдгар продолжил идти дальше, не обращая внимание на негативную реакцию друга. Он знал, что не получит от него одобрения по этому поводу. Он знал, что ему надо было обо всем раньше рассказать, но тогда Эду было совсем не до этого. Все это время он разбирался со своими чувствами. Засыпая и просыпаясь каждый день, он видел ее. Те самые зеленые глаза и кудрявые волосы. Ту стройную шею и худощавые колени. Нежную кожу и робкое дыхание... Агата стала для него запретным плодом из-за которого он стал уязвимым. Именно из-за этого он отдалил ее от себя. Как бы не было это тяжело, но ему теперь надо держать ее на расстоянии, иначе она начнет управлять им, а он станет жалким нытиком.       — Эд! Остановись! — крикнул в спину Влад.       Эдгар остановился и медленно обернулся назад, ловя взгляд друга.       — Давай я осмотрю ее! Пожалуйста! Это не дело! Глотать таблетки целыми днями! Что за вздор?! Ты в гроб ее загнать хочешь? — внутри Влада все кипело от безответственности друга.       — Спасибо что напомнил о похоронах… Я еще от кладбища не успел далеко отойти… — грустно сказал Эд и вновь продолжил идти вперед, покуривая сигарету.       — Эд! Стой! — до спины дотронулись рукой и вновь заставили остановиться. — Прости. Я не хотел. Но Агате твоей правда нужна помощь. Давай я съезжу к ней сегодня и осмотрю ее. Надо посмотреть, что там под гипсом. Ты не против? Поедешь со мной?       — Я не против. Езжай, но я с тобой не поеду, — взгляд вдаль, долгие затяжки сигареты… Это выдавало в Эдгаре тревогу.       — Почему?       — У меня теперь много работы, Влад. Мне некогда по девчонкам ездить. Осмотри ее и сделай то, что необходимо, потом расскажешь все.       Эдгар резко отвернулся и зашагал еще быстрее, оставив Влада стоять на дороге одного.

***

      Сквозь сон Агата стискивала зубы и ежилась в постели. С каждым днем сломанная рука все сильнее давала о себе знать. Пальцы не шевелились от сильной боли, а стоны по ночам уже стали чем-то привычным. Арсений ночи напролет сидел возле нее, пытаясь хоть как-то успокаивать. По нежной психике так же ударили недавние события, что приводило к частым паническим атакам. Спокойствие пропало, как казалось, навсегда…       Так шли часы. Она открывала глаза и ждала, когда наконец наступит рассвет и можно будет выть уже по громче, не боясь, что кого-то разбудит.       Приоткрыв глаза в очередной раз, Агата увидела перед собой лицо Арсения, который молча сидел возле ее кровати на полу. Он разглядывал ее своими голубыми глазами и надеялся, что в этот раз она проснется без боли.       Но и этот день стал не исключением. Мутные изумруды горели болью. Причем горели в прямом смысле этого слова. Они пылали от высокой температуры, которая прожигала тело девушки насквозь. Это Арсений понял, приложив ладонь к ее лбу. Агата морщила свой нос, сопротивляясь такой заботе с его стороны.       — К нам приехал кое-кто. Он осмотрит тебя и поможет, — неожиданно заговорил Арсений.       — Кто приехал? — сонным голосом прохрипела девушка.       — Влад.       — Влад?! Нет, я никуда не пойду! Я лучше умру, чем дам ему себя осмотреть! — Агата тут же отодвинулась назад и накрылась одеялом, давая понять, что с Владом контактировать она не хочет.       — Агата, успокойся. Влад сидит на кухне и ждет, когда ты сама придешь к нему. Тебя никто не заставляет, мучить тебя тоже никто не будет. Ты же видишь, что тебе хуже с каждым днем? Что плохого в том, если он осмотрит твою руку?       — Что плохого? Как я могу доверять убийце?       — Убийце? А мне тогда почему доверяешь? Я такой же убийца, как и он. Ничем не отличаюсь.       — Нет. Ты другой. В тебе есть что-то человеческое. Ты умеешь сопереживать.       — Поверь мне, Влад тоже не зверь. Ты же начала есть сама, не так ли? Он сам приехал сюда по собственной инициативе, как только узнал о твоем самочувствии. Поэтому, тебе не стоит сопротивляться его помощи. В любом случае, я всегда рядом и если что остановлю любые действия, которые могут тебе навредить. Пойдем?       Худощавое тельце неохотно выползло из-под теплого одеяла и сползло с кровати, вставая на ослабшие от жара ноги. Арсений подхватил Агату под руку, боясь, что та самостоятельно не дойдет до кухни.

***

      Свернув в светлую комнату, где пахло недавно приготовленным кофе, девушка увидела знакомую спину. Влад сидел и допивал чашечку горячего кофе, ожидая появления своей пациентки. Она не была ему приятна, но чувство долга, как врача, у него было развито хорошо. Раз уж он за нее взялся, то по его понятиям, он должен довести дело до конца, и желательно с наиболее благоприятным исходом.       Услышав шаги, доносившиеся из коридора, Влад поставил кружку на стол и резко встал со стула, повернувшись к дверному проему лицом. Он натянуто улыбнулся, будто рад видеть ее.       — Неужели сама идет?! — как бы подстебывая воскликнул Влад, разводя руками.       — Почти сама. У нее сильный жар. Плохо спала ночью, стонала сильно, — Агату довели до кухонного стола и усадили на стул.       В голове все кружилось, из-за сильной слабости хотелось прилечь. Тело потряхивало и знобило, а чувство тошноты вдруг резко настигло ее вновь.       — Меня тошнит, — испуганно, чуть ли не крича, громко сказала девушка, пока Влад доставал из своего чемоданчика градусник.       Арсений и Влад повернулись в сторону девушки, которой явно было очень плохо. Она была готова вновь вывернуть свой желудок, теперь уже не боясь запачкать чистые полы. Агата в панике комкала руками ткань штанов и покачивалась в разные стороны, пытаясь этим мельтешением отвлечь себя от неприятных ощущений.       — Влад, ей обязательно сидеть за столом? — шепнул Арсений, понимая, что сидеть ей очень тяжело.       — Мне надо будет переделать ей гипс, так что да. На кровати я этого никак сделать не смогу.       Тем самым паника Агаты только усиливалась. Боязнь рвоты поглощала ее, хотелось плакать и кричать от страха. Арсений, заметив это, подошел к ней и присел на корточки, чтобы установить зрительный контакт. Сейчас важно успокоить и не дать поддаться панике.       — Агата, посмотри на меня, — зеленые глаза сфокусировались на человеке, который с добротой и пониманием относился к ней все эти дни. — Тебя не тошнит. Это чувство из-за высокой температуры, слышишь? Сейчас собьем температуру и станет легче.       Пока Арсений «заговаривал» девушке зубы, Влад вынул градусник из футляра и аккуратно засунул его подмышку Агате. На столе разложили ножницы, различные машинки для разрезания гипса, а также чистые бинты.       Руку нежно осмотрели и прощупали вокруг гипса. Влад нахмурился, чувствуя, что кожа на предплечье слишком горячая.       — Так... Что там с температурой? — градусник вынули из подмышки и в глазах прочиталась фраза «только не это…».       На термометре показались пугающие цифры: 39,9.  В голове сразу пронеслось: «Это воспаление».       — Агата, значит смотри. Сейчас я немного пошумлю, но ты не бойся, до руки я не достану. Я буду подкладывать туда металлические пластинки, которые обезопасят твою руку. Будет немного больно. Придется потерпеть. Смотри на Арсения и дыши спокойно, — медленно и четко объяснил Влад.       Медлить нельзя. Надо снять гипс и промыть все, что там воспалилось и загноилось. В шприц набрали обезболивающее и, перекрыв девушке обзор, буквально пряча ее собственную руку за ее же спиной, Влад принялся обкалывать ее вокруг гипса.       — Агата, посмотри на меня, — резко заговорил Арсений, отвлекая Агату от боли. — Сейчас тебе помогут и станет легче. Хочешь потом погулять? Мы обязательно съездим куда-нибудь, как поправишься, — голубые океаны бушевали в волнении и переживаниях, но Попов старался не подавать виду, чтобы не напугать девушку еще сильнее. Он лишь легонько поглаживал ее кисть большими пальцами.       Агата корчилась от боли. Слезы лились из глаз произвольно, а потом рука стала будто замороженной. За спиной включилась машинка, по звуку похожая на болгарку, которая медленно рассекала слои гипса, высвобождая воспалённую руку.       Колени дрожали, дыхание то и дело было готово прерваться от страха, но глаза Арсения заставляли ее доверится ему. Он успокаивал одними лишь глазами. Своими голубыми глазами…

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

      Влад долго копался в ее руке. Что-то промывал и резал. Обкалывал и снова промывал. Наконец, спустя час мучений, на руке появился новый гипс, который еще не застыл до конца.       — Ну вот и все. Можешь смотреть. Все оказалось не настолько плохо, как я думал. Но жаропонижающее, я ей уколол. Тебе становится легче?       Агата присушилась к своему самочувствию. Голова действительно перестала кружиться, чувство тошноты покинуло ее, а озноб постепенно сходил с ее тела.       — Легче, — тихо сказала девушка.       — Вот и славно. Пойдем, Арс, уложим ее, я помогу зафиксировать руку в нужном положении, и я поеду. Дел невпроворот.

***

      Все снова стихло вокруг. Вот только почему мысли стихнуть все никак не могут? Почему тот страшный день теперь каждый раз всплывает в сознании, как только прикрываешь глаза? Последний взгляд… Выстрел… Грохот…       Агата переворачивалась с боку на бок, гладила пальцем свой новый гипс, пыталась отвлечь себя любой мелочью, лишь бы только тяжелые мысли ушли хоть на секунду из ее головы. Белые бинты, аккуратно обмотанные вокруг руки, чем-то даже завораживали. Наконец, боли совсем не было, а это значит, что можно попытаться поспать.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

      Арсений копошился на кухне. Оттуда доносился звон кастрюль, шум воды и приятные запахи. Мужчина оставил девушку в одиночестве, давая возможность отдохнуть. Его самого дико тянуло в сон, но совесть не давала возможности коснуться щекой подушки. Глаза слипались в диком желании закрыться, руки, словно палки, которые ничего не могут удержать, роняли все на пол. Тело трясло от недосыпа, а голова раскалывалась на тысячи частей.       — Арсений?! — послышалось за спиной.       Попов обернулся. В проходе стояла Агата. Зеленые глазки сверкали в темном коридоре, но в них можно было разглядеть благодарность. Девушка медленно вошла в кухню, переступая через упавшие на пол ножи и вилки. На столешницах творилось что-то страшное. Все крупы вместе с макаронами были рассыпаны и перемешаны между собой. В Арсении было видно волнение, которое он тщательно пытался скрыть.       — Арсений?! — повторила Агата снова, добиваясь взгляда от растерянного человека.       — Почему ты не спишь? — строго спросил он, опираясь руками о стол.       Черная челка свисала вниз. Арсений опустил голову и жмурился, пытаясь унять дикую головную боль от недосыпа.       — Не спится. Прости меня, Арсений…       — За что? — Попов резко повернул голову в сторону жмущегося возле стены тела.       — Ты мучаешь свой организм, заботясь обо мне. Не досыпаешь ночами. Я ценю это. Правда, — Агата вновь оглядела бардак, царивший на кухне и продолжила. — Тебе надо отдохнуть. Иди поспи. Со мной все в порядке.       Арсений оглядел девушку с ног до головы, ухмыльнулся и медленно направился в свою комнату, чтобы погрузиться в мир снов, которые ему уже давно не снятся.

***

      Стакан за стаканом… Жгучий коньяк обжигал горло, направляясь прямиком в желудок. В тоске и одиночестве Эдгар заглушал свою боль внутри. Все в квартире стихло, даже стены прислушивались к тревоге хозяина, который сидел в потемках за пустым столом. Компанию составляла лишь бутылка дорогого коньяка и стакан, из которого он выпивал расслабляющий напиток.       Постепенно все проблемы ушли на второй план, тело расслабилось и начало клонить в сон. Сложив руки друг на друга, Эдгар лег на них головой и заснул.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

      Внезапный раздражающий звонок не дал досмотреть сладкий сон. Разлепив глаза брюнет вытащил телефон из штанов и щурясь заглянул в экран. Влад       Сейчас Эдгару не до разговоров. Он нажал на красный кружок и сбросил звонок друга.       В комнате стало еще темнее. Белая луна снова заглядывала в окно, пытаясь хоть немного осветить мрачную квартиру. Щелкну по кнопке питания на своем смартфоне, Эд посмотрел на время. 22:47       Он допил оставшийся коньяк и в организме появилась бодрость. Ему захотелось утонуть в похоти. Разблокировав телефон, он набрал номер, который давно не набирал, но до сих пор знает его наизусть. Пошли гудки… и… в трубке прозвучал знакомый голос…

***

      — Я думала, что ты давно забыл обо мне… — постанывая шептала Виктория, пока на ее шее оставляли горячие засосы.       — Ну что ты… Как я мог забыть… О тебе… — Эдгар вылизывал нежную тонкую шейки проститутки, с которой раньше проводил ночи напролет.       Женские руки проходились по выпирающим рёбрам партнера, плавно перетекая на его грудь, чем лишь сильнее возбуждали его. Запах жгучего перегара будто впитался в него. От страстных поцелуев девушку воротило и она еле сдерживалась от желания оттолкнуть клиента и уйти. Но так сделать ей не позволяла крупная сумма, переведенная заранее на ее карту.       Капли соленого пота капали с черной челки прямо на ее лицо. Сильные мужские руки крепко сжимали бедра красотки, извивающейся под ним в оргазме. С каждым движением к его животу все сильнее поступало желание выпустить белую теплую жидкость, но короткие остановки помогали продлить приятный процесс и дойти до точки максимума.       Горячие шлепки по щекам, удушье, от которого текли слезы из глаз… Она была готова терпеть все, лишь бы клиент был доволен.       Виктория смотрела в эти черные глаза, нависающие прямо над ней. Они смотрели на нее не с любовью, не со страстью… Они представляли на ее месте ту самую, кто стала для него единственной. Единственной в этом мире...       Мужские губы всасывали в себя женские, движения постепенно ускорялись, стоны становились все громче и тёплая жидкость вылилась прямо на живот партнерши.       Сердце застучало с бешенной скоростью, а глаза закатились от сотрясающего удовольствия. Наступило долгожданное расслабление после долгого напряжения... Эдгар рухнул рядом с Викторией и заснул. Огромная доза алкоголя в его крови сделала свое дело. Его отключило. Теперь он точно не будет ни о чем переживать.       Опытная проститутка этому даже не удивилась. Что только она не видела за свои долгие годы работы. Виктория спокойно вытерла сперму со своего живота полотенцем, встала, оделась и ушла, оставив пьяного и голого мужчину спать одного.       Вот так, поднявшись и заняв самую высокую в этом мире должность, Эдгар упал морально. Он сам себя уничтожил и превратил в ничто...