Она была другая...

      Без нее эта квартира опустела. Из нее пропало самое главное — желание жить. Стены стали ледяными, будто на улице минус шестьдесят, а пол заскрипел, будто сделан из самых гнилых досок...       Арсений и сейчас редко появляется у себя дома. Это вовсе не потому что у него много заказов или он полностью погрузился в свою собственную жизнь, а скорее это то, что не дает ему покоя. И днем, и ночью Попов ведет поиски. Он делает все возможное, поднимая из-под земли все свои связи, чтобы отыскать ту, кого он полюбил...       Его голубые блестящие глаза с болью заглядывали в комнату, в которой когда-то приятно сопел носик спящей девчушки. Он будто надеялся, что в очередной раз, заглянув за дверной косяк, увидит ее, смотрящую в окошко и весело, по-детски, сидя на стуле, болтающую ножками.       Раньше он любил эту тишину и это одиночество, а теперь вновь заново учится в нем существовать. Именно существовать, а не жить. В какой-то момент Агата стала его жизнью, хотя была обычной... Наверное, именно в его глазах она была поляной звездочкой, святящей ярче всех с этом мире.       Совесть грызла его изо дня в день, пытаясь уцепиться за причину побега, а сердце ныло от предчувствия большой беды...

***

      Уже прошла неделя с того момента, как Агата находится в золотой клетке под властью Родиона. И вот она снова сидит при параде: красивый корсет туго обтягивает ее грудь и ребра, не давая сделать глубокий вдох, черные чулки делают ноги еще длиннее, а духи манят любого, кто делает лишь шаг в ее комнату.       После того злосчастного вечера она больше не лезет в воду перед самым выходом и не размазывает косметику по своему лицу. Лебеди должны умирать красиво и с гордостью, а не как мокрая кошка, которую силой уложили в кровать.       Агата разглядывала свой ночной макияж в зеркале. Уверенный взгляд с̶л̶о̶м̶л̶е̶н̶н̶о̶й̶ не сломленной девушки не выдавал ни капли ее неприязни к человеку, к которому она сейчас пойдет.       Чтобы не потонуть в этом болоте она сама себя должна вытащить. Надеяться на помощь Арсения, который даже не подозревает, где она находится — это бессмысленно и глупо.       "Они хотят шоу? Что ж поиграем..." — сказала она самой себе, стирая пальцем вышедшую за края губ красную помаду.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

      И вот ее вновь ведут по красной ковровой дорожке, будто голливудскую звезду. Вереница картин уже стала знакомой, и казалось, что она узнаёт каждое деревце, нежно написанное когда-то творцом.       Каблучки не цокают, они лишь притаились и ждут, когда красивые ножки сойдут с мягкого покрытия и пойдут по наполированному паркету. Красное платье раздувается и становится таким воздушным, будто это самое нежное облачко во всем мире, надетое на стройное женское тело.       Каждый шаг этой роковой девушки навстречу к властному мужчине, становился шагом этой хрупкой малышки к душевным мукам.

***

      Перед Агатой снова распахнулась дверь, ведущая в самую красивую комнату, которую она только видела за всю свою жизнь, но даже эти прелести не радуют ее измученное тело и душу.       Из дальней комнаты послышались торопливые шаги. Ее явно ждут.       — Ах, милая Агата! Этот день для меня показался неумолимо долгим. Пойдем со мной, в мой кабинет, — восторженно начал Родион, подзывая к себе рукой.       Прекрасная девушка, вовсе не похожая на рабыню, которую всего несколько дней назад похитили и силой привезли сюда, уверенно двинулась туда, куда ее позвали.       Восхитительные блестящие браслеты и серьги прекрасно дополняли ее образ. Она казалась Родиону настолько обворожительной, что он еле сдерживал свой животный инстинкт, пряча уже возбужденный половой орган в тесных штанах.       — Ты сегодня прекрасна как никогда. Присаживайся, дорогая. Ты со мной о чем-то поговорить хотела, так я слушаю.       Агата прикусила нижнюю губу, вспоминая вчерашний незаконченный разговор и вопрос, который она так и не успела задать своему хозяину, ведь он сильно устал после любовных утех и моментально вырубился.       — Мне интересно как это работает...       — Работает... что?       — Как люди перемещаются из моего мира сюда, и есть ли возможность им вернуться обратно?       — Ну... Как люди попадают сюда, в принципе, тебе известно. Человек засыпает, ему сниться сон, будто он куда-то падает и вот, он уже здесь. В вашем мире такие люди считаются в без вести пропавшие. А вот... Редко кто возвращается обратно. Чтобы это произошло, тебя должен убить твой же куратор. Исправить, как ошибку в тетради первоклассника. Стереть своим оружием.       Родион обратил внимание на испуганные глаза девушки, которой явно поплохело от такой информации, потому он решил ее немного успокоить.       — Но, как правило, кураторы привязываются к своим перенесенным и никогда этого не делают.       — А были те, кому удалось вернуться обратно?       Мужчина на секунду замолчал. Его лицо покорежилось от информации, которая ему известна и он явно считает эти перебежки между мирами делом не очень хорошим, а потому выдал твердый ответ.       — Нет. Еще никто отсюда не уходил.       Родион резко встал и направился к шкафу, более похожему на сейф, который одиноко стоял в углу. Когда дверца открылась от вставленного в замок ключа, то в темном тайном месте девушка увидела пистолет, несколько пачек денег и бутылку коньяка, скорее всего, дорогого. Мужчина достал для себя бокал и налил в него немного горячего напитка, после чего залпом влил его себе в рот. Слегка поморщившись, стакан вновь убрали на положенное ему место, и шкаф закрыли, а ключ упал в карман его тесных брюк.       Агата внимательно наблюдала за уже не совсем трезвым человеком. Стоило алкоголю хоть немного заиграть в возбужденном организме, как его руки тут же схватили то, что теперь по праву принадлежит ему. Ее снова потащили в спальню на руках, ее снова раздели и снова захотели поиметь.       В перерывах между приятным, Родион пил крепкое вино, стоящее на столике возле кровати. Постепенно процент алкоголя полностью захватил уже не молодой организм, и выдохшийся мужчина рухнул на кровати, так и не успев довести дело до конца.

***

      Попов молча смотрел в пустоту, сидя возле своего дома на лавочке. Закинутая нога на ногу, покачивающаяся из стороны в сторону выдавала его внутреннее состояние, которое на данный момент кипит от непонимания что делать и как дальше быть.       Из кармана пальто рука достала пачку сигарет. Уже через секунду между пальцами была зажата одна из них. Арсений разглядывал белую трубочку с некой улыбкой на лице, вертя ее в своих руках. Он вспомнил, как еще в юношеские времена мама пыталась наставить его на путь истинный, дабы уберечь единственного любимого ребенка от вредных привычек. Часто она рассказывала ему про целую кучу разных болячек, непременно возникающих от курения. Тогда он ведь и вправду бросил это дело, но после ее смерти дикое пристрастие вернулось вместе с тяжелой судьбой.       Сигарету сунули между зубов и подожгли зажигалкой. Огонек приятно мелькнул в темноте, и на душе стало немного теплее, хотя по-прежнему его все еще разрывало от тоски и переживаний.       Отныне его сон пропал вообще. Под глазами появились синяки от недельного недосыпа. Голова дико гудела, руки тряслись и казалось, что еще немного, и он потеряет сознание.       Ее зеленые глаза... Эти волнующие зеленые глаза... Часто мокрые от слез и душевной боли. Она напоминала ему себя в какой-то степени, только того Арсения, что обычно скрыт от посторонних глаз.       Уйдя в свои мысли он поднял голову наверх и посмотрел на собственный дом, который в данное время суток давит на него своей мощью и громоздкостью. Глаза медленно перемещались от окна к окну, пытаясь вживить в свою грудь хотя бы капельку семейного тепла.       Пепел от сигареты летел на серый асфальт, падая рядом с ботинками Арса. Он был таким же черным, как и сегодняшняя холодная ночь. В небе светило всего несколько звезд, которые пытались составить хоть какую-то компанию грустному человеку, сидящему во дворе на скамейке.

***

      "Думай, Агата, думай!" — девушка металась по комнате, стараясь как можно быстрее придумать план побега.       Именно сейчас и именно сегодня выпал один единственный шанс и его упустить никак нельзя. Алкоголя в Родионе было настолько много, что казалось, будто его и пушка сейчас не разбудит, которая выстрелит рядом с его ухом.       Руки девушки затряслись, а сердце забилось как у кролика, от мыслей которые пришли в ее кудрявую голову. Еще несколько дней назад она даже подумать об убийстве боялась, а сейчас достает из кармана мятых брюк ее хозяина ключ, чтобы открыть сейф с оружием.       Маленький ключик, играющий большую роль в ее спасении, с хрустом прокрутился в замке и открыл потайной шкаф.       Все тело пульсировало от страха, перед глазами плыла картинка мира и Агата лишь после нескольких быстрых морганий смогла разглядеть оружие. Тут она вспомнила фразу Арсения, которую он неоднократно повторял для нее на тренировках в тире: "Пускай твои глаза боятся, а руки ты должна заставить делать то, что они должны сделать! Ты слаба физически, поэтому единственный твой шанс выжить в любой ситуации — это стрелять. Быстро и безоговорочно".       В какой-то момент мозг просто отключился и она начала делать все на адреналине. Проверив исправность, и заправлено ли оружие, она вновь поставила его на предохранитель. Агата дела все так, как учил ее Арсений буквально несколько дней назад до побега и похищения.       Теперь ее взгляд упал на пачки с деньгами. Особой надобности в больших суммах у нее не было, да и тащить все эти пачки ей не в чем. Вытащив буквально пару купюр, она засунула их в самое надежное место — в свой бюстгальтер.       Теперь пришло время сделать самое страшное — переступить человеческую грань. Другого выбора у нее нет. Либо она, либо ее...       Переступая с одной ноги на другую, она медленно вошла в спальню. Агата подкралась к спящему человеку и заглянула в его пьяное лицо, чтобы удостовериться в том, что все точно пойдет по плану.       Черный пистолет с щелчком сняли с предохранителя и прижали дулом ко лбу. Сверху прямо на оружие положили подушку, чтобы звук от выстрела был не таким громким. И вот теперь сердце замерло в обдумывании своих действий. Есть ли другие способы свести с ним счеты? Задушить она его физически не сможет, зарезать тоже, да и ножа в этих комнатах нет. Осталось только одно... Выстрел... Холодный и без эмоциональный.       Зажмурив глаза Агата поставила указательный палец на курок. Вокруг нее все замерло, и звучал лишь только счет в ее голове, раздающийся тихим голосом Арсения. Раз... Два... Три! Выстрел.       От громкого звука девушка подпрыгнула. Сердце пропустило удар, а зубы стиснулись. Теперь пора включать смекалку...       Быстрым движением руки Агата скинула подушку на пол. Не опуская свой взгляд на труп, лежащий рядом, она лишь молча вытерла окровавленную руку об простынь.       Дверь, ведущая в комнату скрипнула, и в нее вошел охранник, который все это время стоял и стерег спокойствие Родиона. Но как только он сделал шаг, в его голову прилетела пуля, выпущенная из пистолета собственного хозяина. Притаившись за темным балдахином кровати, девушка выстрелила в человека, который помешал бы ее побегу, увидев в кровати окровавленный труп.       Дрожащие руки взяли телефон Родиона. За эту неделю она узнала многое, включая пароль от его смартфона. Пальцы быстро вбили:

7321

      Дисплей сверкнул и экран разблокировался. Войдя в сообщения нужного контакта, а именно личного водителя Родиона, она начала писать сообщение от лица хозяина:

Егор, дело срочное. Сейчас берешь Агату и отвозишь к ресторану "Каркаде". Там ее ждут и присмотрят за ней, так что как высадишь, сразу уезжай. Делай все как можно быстрее и не привлекай лишнего внимания. Я приеду позже на такси.

      Палец нажал на "отправить" и сообщение улетело в бездну обмана. Агата рванула к зеркалу и оперативно начала приводить свои растрепанные волосы с испуганным лицо в порядок. В комнате Родиона было все, чтобы она не только приходила к нему красивой, но и уходила Богиней.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

      Несколько минут и девушка уже стояла в коридоре, ожидая водителя. В скором времени она увидела вдалеке спешащего Егора.       — Агата, Родион приказал отвезти вас в одно место, пойдемте со мной.       Сейчас она впервые идет по винтовой лестнице ведущей вниз. Дальше коридора она до этого никуда не ходила, а сейчас ее добродушно ведут к выходу. Спустившись на самый низ, она увидела богато украшенную прихожую и большую дверь, ведущую на свободу.       Егор взял девушку под руку и вывел на улицу. Свежий воздух приятно ударил в нос, но водитель сильно торопился посадить красотку в машину, потому не дал насладиться видами.       Лишь сев в джип Агата хоть немного смогла разглядеть дом, в котором была эту долгую неделю в рабстве. Высокое строение в четыре этажа, выполненное из самых дорогих материалов. Надежный фасад и красивые цветы в клумбах явно давали понять, что здесь живет высокоранговый человек, имеющий возможность иметь всех, кого только захочет.       Только сейчас, сидя в машине на кожаном сидении, зеленоглазая девушка начала приходить в себя и понимать, что сделала. Она старалась откинуть эти мысли и максимально оттянуть этот стрессовый момент, который точно доведет ее до истерики. В голове начали появляться вопросы:       Почему ресторан "Каркаде"?       Откуда я вообще знаю этот ресторан?       Я убила?       Я убила двоих людей?       Название ресторана как-то само появилось у нее в голове. Немного покопавшись в памяти, она вспомнила, что как-то Родион сам рассказывал ей о нем. Это был его любимый ресторан, место, где собирается мафия и многие уважаемые люди. Егор точно хорошо знает это место, а поэтому у него не возникло ни капли сомнения в подлинности сообщения.       Каких-то тридцать минут, и машина остановилась напротив красивого здания, возле которого прогуливались мужчины в смокингах, а так же дамы в роскошных платьях.       — Родион сказал, что тебя здесь встретят. Только не мельтеши и заходи сразу вовнутрь. Я прослежу, чтобы ты переступила порог, — твердо сказал Егор, смотря в зеркало на девушку.       Отстегнув ремень безопасности, Агата вылезла из джипа и направилась к входу. Окружающие люди странно озирались на подозрительную девушку с испуганными глазами. Она старалась скрыть свои эмоции, но все же они выливались через край, не давая держать все в себе.       Как только Агата переступила порог заведения, джип тут же тронулся и поехал обратно. Подождав несколько минут, худощавое тельце вновь вывалилось на улицу и быстрым шагом направилось подальше от этого места.       Руки обнимали замерзающее тело. Агата тряслась от холода и стресса. Ее пугали все звуки, которые раздавались вокруг нее: смех людей, проезжающие мимо шумные машины, сигналы и голоса...       Поворот за поворотом, шаг за шагом... Истерика постепенно начала накрывать ее, страх захватил юное тело целиком. Прикусывая нижнюю губу, она старалась держать себя в руках до последнего. Сейчас ее цель — добраться до дома Арсения.       Пройдя несколько улиц, Агата начала пытаться мысленно ухватиться за хоть какой-то объект, находящийся рядом с домом Попова. Присев на какой-то незнакомой остановке, она прикрыла глаза, чтобы восстановить картину всех дорог, по которым она с ним ездила. Холодные пальцы нежно массировали веки, будто пытаясь ускорить этот процесс.       Деревья, дома, асфальт, белые полосы, светофоры... Огромная стеклянная башня, упирающаяся своим концом прямо в небо. Она всегда была настолько близка, будто находится в двух шагах. Ее Агата еще помнит из своего мира, но название все никак не может собраться в подлинное. Оно все вертится на языке, будто специально не давая возможности вернуться.       После зацепки Агата начала пытаться остановить такси. Желтые машинки на скоростях проносились мимо, даже не замечая ее руку в ночном городе. Спустя полчаса, когда уже надежда на чью-то помощь была почти потеряна, возле тротуара остановилась машина.       Собрав последние силы в кулак, девушка открыла дверь доброй машины и вгляделась своими измученными изумрудами в глаза водителя.       — Здравствуйте. Мне нужно доехать до большой стеклянной башни, — заплетающимся языком начала она.       — Стеклянная башня? — переспросил мужчина.       — Небоскреб, который виден отовсюду.       — Может, Лахта-центр?       — Да, он самый, — выдохнула Агата.       — У вас деньги-то есть?       — Конечно.       — Ладно, запрыгивай, довезу, — оглядываясь по сторонам и замечая, что он мешает движению, быстро проговорил таксист.       Агата открыла заднюю дверь и плюхнулась на сиденье. Как только машина тронулась, тело начало потряхивать от стресса и бессилия. Хотелось и спать, и плакать, и есть, и пить... Сдерживая литры слез в себе, она пыталась отвлечь себя всем возможным.       Красивые дома, спешащие домой люди, быстролетящие машины... Нос принюхивался к вкусному запаху салона, а потом глаза нашли елочку-пахучку, висящую на зеркале дальнего вида.       — Что же с вами случилось, что вы вот так, посреди улицы начали ловить такси? — внезапно начал таксист.       — Да ничего особенного. Просто так сложились обстоятельства, — прикусила нижнюю губу сонная Агата, не делая рассказывать о своих похождениях.       Он явно хотел спросить что-то еще, но не стал. Его рука потянулась к магнитоле и сделала музыку по тише, чтобы дать пассажиру немного подремать.

***

      Голова ударилась об стекло и Агата открыла глаза. Пока они ехали до нужной точки, измотанный организм успел отключиться в теплой и уютной машине. Ее глаза посмотрели в окно и увидели ту самую высокую стеклянную башню, которую она часто проезжала с Арсением.       — Мы приехали, — в полголоса сказал мужчина, поглядывая на девушку через зеркало.       Рука сонной Агаты бесцеремонно залезла в бюстгальтер и достала пятитысячную купюру. Не обращая внимание на вылупленные глаза, смртрящие на нее в зеркало, она протянула красную бумажную купюру водителю, а затем потянулась к ручке двери, чтобы выйти на свежий воздух.       — Стойте, сейчас отдам сдачу, — таксист достал кошелек и начал насчитывать деньги, которые надо вернуть.       — Не стоит. Это все ваше. Просто знайте, что вы очень мне помогли.       Мужчина резко обернулся, чтобы все-таки настоять на сдаче, но в салоне уже никого не было.       Прохладный ветерок обдувал лицо, ноги шли по знакомому маршруту... Они шли домой...       Агата не стала просить таксиста довозить ее именно до дома. Она хотела дойти сама.       Идя по тротуарам, переходя кучу дорог, сворачивая в разных переулках, девушка лишь думала о том, ждут ли ее там, куда она идет? Она предала человека, который открыл ей свою душу, принял у себя дома и заботился... Она сбежала, украв ключи... Простит ли ее Арсений?...       Мозг отказывался думать, глаза слипались от усталости, а ноги подкашивались с каждым шагом все сильнее. Постепенно на глазах начали проступать слезы, которые превратились в водопады боли и отчаяния. Она ненавидела себя, свою жизнь и все, что с ней происходит... Она просто шла туда, где ей было лучше всего. Она шла к Арсению домой...       Долгая дорога казалась нескончаемой. Поворот за поворотом, двор за двором и наконец, она свернула туда, куда часто сворачивала вместе с Арсением, на его черной BMW.       В груди что-то сжалось, когда глаза вновь оглядели до боли знакомый двор и фонари. Она оглядела все окошечки, в которые всего несколько дней назад так старательно заглядывала, пытаясь увидеть настоящее человеческое счастье. Несколько шагов и она доползла до лавочки, на которую рухнула, понимая, что дальше ей идти некуда. Дверь в подъезд закрыта и осталось только ждать, когда у нее хватит совести позвонить кому-нибудь в домофон и попросить открыть дверь.       Лежа на скамейке, прижавшись лицом к холодным деревяшкам, она не могла найти в себе силы встать и набрать четыре кнопки. Она боялась, что Арсений ее не простит. Она боялась, что пришла сюда зря. Она боялась, что ее уже давно там никто не ждет...

***

      Теплая рука ласково прошлась по холодной замерзшей щеке. В душе стало сразу теплее, и на лице появилась детская наивная улыбка.       Продрогшее тело бережно оторвали от деревянной скамейки и понесли в тепло. Домофон пиликнул, послышалось эхо от шагов, идущих к лифту. Агата прижималась головой к чьей-то груди. У нее даже не было сил открыть свои слипшиеся глаза и посмотреть на того, кто несет ее на своих руках. Она будто маленькая девочка жалась к отцовской груди, боясь, что это сон.       Чье-то горячее дыхание пробуждало ее из сладкого сна. Оно ласково давало понять, что теперь ее душа под защитой.       Поднять свои веки ей удалось лишь тогда, когда тело коснулось чего-то мягкого, похожего на кровать. Щеки начали гореть от тепла, которое, наконец, окружило ее со всех сторон.       Черные ресницы немного приоткрылись и зеленые замученные изумрудики начали оглядываться по сторонам. Темная комната, задернутые шторы и маленький знакомый ночничок, который Арсений включал ей на всю ночь. Повернув голову в другую сторону, девушка перестала дышать. Она затаив дыхание смотрела на человека, сидящего возле нее на кровати и бережно укрывающего ее замерзшие ноги теплым одеялом.       — А...Арсений... — хриплым голосом простонала Агата.       Слезы полились по ее щекам. Чувство безопасности прожгло душу насквозь, давая полное ощущение спокойствия за свою жизнь.       — Чщщ, — нежная рука Арсения прошлась по растрепанным кудрявым волосам. — Все хорошо. Ты дома.       — Арсений, прости... Прости меня, пожалуйста! Я не хотела сбегать... Я не хотела тебя бросать... Я просто...       — Чщщ, — тихо перебил он ее, подтягивая одеяло повыше, чтобы она быстрее согрелась. — Я знаю. Просто ты хотела быть свободной.       Ласковая рука поглаживала ледяную кисть, лежащую под одеялом. Силы были на исходе, и даже голод был слабее, чем желание закрыть глаза. Голубые океаны с любовью смотрели на то, как дорогой человек снова засыпает дома.