КОТ ПАВЛОВОЙ: МОЙ БРО ЕВРЕЙ 3

***

      Вот не зря я припомнил о детишках…       Какое счастье, что у моих хозяев мелких уже нет! Выросли. Внученьки матери мне за самые задние лапы. Это же чудо, а не кожаная! Даже покойному Толяну её бы не пожелал. Кстати, я выяснил, куда он делся. Оказывается, в его жизни появилась какая-то чудесная Батарея. Респект ей и уважуха! Мать со своим Михалычем шепталась, а я подслушал и на вибриссы намотал. Товарищ точно не вернётся! Радуйся, бро. Лично я безмерно счастлив этой новости.       Так о чём я? Ах да, об Агнешке. И тут появляется внученька. Я сразу не почувствовал прямой угрозы для себя и своего существования. Но я был слишком наивен и доверчив, прямо как мой бро, который на всех смотрит наивными глазами. Он то тоже думал, что Агнешка чудо-ребятёнок.       Ещё бы! Такое милейшее создание с золотыми кудряшками любого в заблуждение введёт.       С этим чудо-ребёнком я каждую минуту думал: «Выживу или уже смириться?».       Я пытался по-хорошему. Терпел её обнимашки до последней молекулы кислорода в лёгких. Терпел её таскания за мою гордость, хвост. Терпел, когда она дёргала мои уши, которые ей казались лишними на моей голове. Терпел даже то, что она пыталась угоститься из моей миски, а этого я не позволял никому. Даже моё бро знал, когда я трапезничаю, меня лучше не трогать. Этой церемонии никто не должен мешать.       Папаша её, тот который сынок матери, тоже отличный кадр! Ему было абсолютно всё равно что его наследница со мной проделывает. Главное, чтобы она ему не мешала.       Поэтому рабочие дни моего бро были для меня наказанием. Я ждал его возвращения, как мессию. Я знал только, когда он придёт, мне будет счастье. Я буду сыт, ограждён от посягательств на мои честь и достоинство. Спокойно смогу поспать на его коленях. Или он просто будет таскать меня на руках, почесывая за ушком, а я в ответ буду утыкаться в его такой уютный живот или облизывать его тёплые руки.       А ещё мне очень нравится висеть у него на плече. Когда она стоит, я вскарабкиваюсь по нему и пристраиваюсь на плече, зная, что мои задние лапы будут в полной безопасности, потому что еврей меня подстрахует и поддержит за попку. Сидя на его плече, я мог видеть всё, что происходило в нашей квартире и прикидывать, где мои лапы ещё не ступали.       И всё же однажды я не выдержал. Я сидел, забившись в угол, и наблюдал за весельем, творящимся в нашей когда-то тихой и уютной квартире. Дом был вверх дном. Агнешка разобралась и с вещами бабули, и добралась до чемодана еврея, который столько времени стоял в углу комнаты и никому не мешал.       Я, между прочим, об него даже когти не точил. Иногда только спал на нём. Ну, хотелось мне именно на нём поспать. Не могу сказать, что было слишком удобно, но чемодан пах моим бро, и когда он исчезал на долгое время в свой Склиф и я начинал тосковать, то приходил к его чемодану.       Ладно, чемодан моего бро просто мелочи. Эта Золотая кудряшка выгребла всю бабулину косметику с ванной комнаты. И даже за это ей ничего не было! Тут я начал напрягаться.       Матери особо некогда было за ней следить. Нужно было такую ораву накормить, и она крутилась на кухне, ничего не успевая. Кажется, у неё ещё что-то подгорело или убежало. Тут уж я осуждать я её не могу. Ей точно было не до меня и моих страхов.       Тёма, это который сынок Иркин, куда-то усвистал.       А мой бро был как обычно в трудах праведных. Добытчик мой не появлялся дома уже вторые сутки, от чего мне было очень тоскливо и даже какие-то моменты страшно.       Егорова уверяла свою ненаглядную внучу, что скоро они пойдут гулять и я немного расслабился, надеясь, что совсем скоро они уйдут и я смогу хотя бы нормально поесть и вздремнуть. А вот это я сделал зря! Не ожидая ничего дурного, я прикрыл глаза, как тут же по башке прилетел удар. Один, за ним последовал второй, третий… Удары сыпались на мою бедную голову как градины, не останавливаясь.       И тут я не стерпел. Я цапнул. Агнешка знатно завопила и, отбросив своё орудие пыток, помчалась к бабуле, которая уже неслась спасать своё сокровище, а вовсе не меня. Мне было обидно до слёз!       «За что! Что плохого я сделал этому вождю краснокожих?».       Я осмотрелся и увидел то, чем меня колотило этот милейшее создание. Им оказалась обувная лопатка с тяжелым металлическим набалдашником в виде конской морды. Еврей притащил ее, когда мать ещё в корсете ходила с тросточкой, чтобы ей обуваться легче было. Она была длинной и как я теперь прочувствовал довольно тяжёлой.       Моя голова гудела и меня знатно мутило. Наверное, у меня в ней что-то случилось. Я попытался дотянуться лапой до места ударов, но меня почему-то вырвало. И только тогда ко мне подошла мать. Видно, выглядел я не очень, потому что она начала что-то лить на мою голову, а сил сопротивляться у меня просто не было. Я слышал, что на моей голове что-то шипит и больно мне не было. Лишь неприятно, но это лучше, когда тебя по башке практически кувалдой бьют.       И именно здесь случилось самое невероятное! Мать от души врезала по заднице своей кровинушке. Та в свою очередь заныла и, надув губы, треснула бабулю по руке. Ну, знаете ли! Пусть Агнешка радуется, что еврея дома не было. Он бы такое не простил. Быстренько бы воспитательную работу провёл.       В прочем мать тоже начала увещевать своё сокровище и говорить, что так со мной делать нельзя. Но при этом она не сказала как можно. Я лишь услышал: - Котик хороший. Его гладить нужно, не надо бить. Мы все его любим и жалеем.       «Ага! Особенно твоя внученька, мать!». Подумал я и был прав.       Не успела она отойти от мелкой, как та тут же погладила меня после задушевных слов бабы Иры… утюгом. Видите ли ей показалось, что я помятый! Будешь тут помятым, если я не высыпался и даже поесть толком не мог.       Утюг был включен и приготовлен для глажки новенького костюмчика звезды. Полагаю именно в нём мать собиралась вести Агнешку на прогулку или куда они там собирались. Неугомонная вскарабкалась на табурет, сняла утюг с подошвы и сползла с ним прямо к моим лапам (удивляюсь, как себе ничего не прижгла). Не успел я и глазом моргнуть, как на моей шикарной шубке появились подпалины, а в воздухе повис запах тлеющей шерсти. Мало того, что утюг был горячим, но он же ещё был и тяжелым, поэтому красотка просто оставила его на моей спине, не имея стольких сил, чтобы вернуть его на место.       Вот тут-то я заорал во всё своё кошачье горло. Мне было больно, обидно и я чувствовал себя этим чуваком сожжем заживо. Этим как его…? Точно, Джордано Бруно! Но тот вроде бы за какую-то идею пострадал, а я-то за то? Никаких идей я не выдвигал, никому ничего не доказывал. Жил себе припеваючи, и радовался.       Даже не подозревал, что в доме матери меня такое поджидает. Это было хуже, чем жить в подвале или на помойке. Там-то я знал, мне нужно выжить любой ценой и верил, что в один прекрасный день мой бро вернётся. Что в итоге и случилось! Чему я был несказанно счастлив. И тут эта Агнешка на мою шерстяную голову материализовалась.       Утюг с моей спины, конечно, мать сняла. Внучка была наказана, её лишили прогулки и похода в театр кукол. Меня пожалели и позвонили бро с просьбой вернуться, как можно быстрее, бросив всё и всех. Потому что я требую оказания помощи в клинике. От одного только этого слова, мне стало ещё хуже. Я ненавидел это заведение. Те, кто там работает, конечно, хорошие ребята. Но зная, что приезд туда ничем хорошим для меня не обернётся, я окончательно приуныл.       Мой еврей примчался очень быстро, я даже изумился. Оказывается, я ему настолько дорог, что он забил на свой драгоценный Склиф. Осмотрев мой потрепанный видок, Гендос сокрушенно покачал головой и задал вопрос, который волновал меня больше всего: - Ир, а когда они уедут? И услышав волшебное «завтра», у меня отлегло от сердца, как думаю и у моего бро.       «Так и быть, денёк я ещё потерплю».       Но тут моя прелесть обрадовал меня ещё больше, он взял меня на руки и шепнул мне на ухо: - Не бойся, в клинику мы не поедем. Я сам тобой займусь. Завтра я дома.       За эти слова я хотел прослезиться и буквально его расцеловать, но ограничился лишь жалобным мяуканьем и тем, что прижался к нему всем своим раздавленным утюгом телом, ища в нем успокоение и защиту. Еврей ты просто лучший бро в мире! Как же мне с тобой повезло!