Пока мы вместе, имеет ли значение, куда мы идём?

      Чимин смог выдохнуть только, когда они выбежали на пустую освещённую лишь круглой луной дорогу, оставляя позади лес, их ставшее даже каким-то родным временное убежище и целую толпу ходячих мертвецов. Догнав Юнги, который теперь шёл вдоль дороги впереди всех, Чимин спросил:       — Хён, что будем делать дальше? Где мы будем ночевать?       — На дороге оставаться слишком опасно, но и в лес вернуться мы тоже не можем, — вздохнул Юнги и повернулся к нему. — Я не знаю, Чимин-и. Правда не знаю. Будем надеяться, что по пути нам чудом встретится место, где можно будет остановиться. Блуждать здесь всю ночь не хотелось бы…       Чимин кивнул и обернулся назад, окинув взглядом их напуганную уставшую группу и, не сказав больше ни слова, продолжил следовать за Юнги. Дорога была неестественно пустынна, и Чимин никак не мог понять — радовало это, или пугало до чёртиков. Но когда спустя минут сорок блужданий Юнги остановил его, вытянув вперёд руку и сразу же пригнувшись, Чимин напрягся.       Юнги же всматривался вперёд, где, ещё довольно далеко от них, стояло что-то похожее на автобус.       — Юнги-хён, что там?       — Надо посмотреть. Это может быть нашим шансом. Хоть и сомнительным, учитывая ситуацию, но… — Юнги пожал плечами, оборачиваясь и дожидаясь, пока к ним подтянутся остальные. И только тогда снова заговорил: — Похоже там стоит автобус, мы должны проверить. Маленький, конечно, но есть шанс, что он пуст и на ходу.       — Это будет слишком большим чудом, а в чудеса я с недавних пор перестал верить, — с сомнением протянул Намджун.       — Но проверить нужно, хён прав, — кивнул Чонгук.       — Мы же пойдём все вместе?.. — не то спросил, не то поставил перед фактом Чимин, смотря в упор на Юнги.       — Конечно. Разделяться сейчас слишком опасно, — кивнул Юнги. — Чонгук и Ëнхун пойдут со мной впереди, — он посмотрел на них, и те незамедлительно кивнули в согласии. — Мне понадобятся ваши умения, если будет опасность. Остальные, — он, вновь поймав взгляд Чимина, продолжил: — держатся сзади, но не слишком далеко. Идём.       Чимин смотрел, как Юнги с парнями двинулся вперёд с оружием наизготовку, и дурное предчувствие никак не хотело покидать его. Ну не мог так просто на дороге стоять абсолютно безопасный, пустой и ничейный автобус. Да ещё и на ходу. Не мог.       И как только парни подошли вплотную и посветили фонариками внутрь, Чимин понял, что был прав. Резко отшатнувшись в сторону от автобуса, даже не успев толком к нему подойти, он часто задышал, в шоке уставившись в подсвеченные окна, в которых толпились ходячие мертвецы.       Никто из них не осмеливался подойти ближе, все просто не сводили взглядов с всполошившихся за стёклами зомби. Чимин бросил взгляд на Хосока, на руках которого спала Ëнсун, и облегчённо выдохнул. Шокировать её второй раз за несколько часов совсем не хотелось.       Юнги же, в отличие от остальных, совсем не выглядел напуганным или расстроенным. Казалось даже… наоборот?       — Юнги-хён? Что будем делать дальше? — тихо произнёс Чимин, с опаской подходя ближе к нему, стараясь не смотреть на окна, а только на сосредоточенное, вдумчивое лицо своего хёна. Тот светил внутрь, куда-то в сторону водительского кресла, не обращая на скребущихся зомби внимания, и усиленно что-то там высматривал.       — Мне нужен Чонгук, — произнёс он наконец в ответ, будто и не услышав заданного ему ранее вопроса, выключив фонарик и сразу же заметавшись взглядом в поисках. — Гуки! — позвал он, замечая парня возле напуганного Тэхёна, — посмотри на ходу ли автобус.       — З-зачем? — запнулся Чонгук, округлив глаза. — Он же полон мертвецов.       — Если он на ходу, то остановимся тут на ночёвку, а рано утром разделаемся с теми, кто внутри. У нас есть преимущество закрытых дверей. Такой транспорт грех упускать. Мы с лёгкостью поместимся там все вместе. Так что…       — Я понял, хён, сейчас, — кивнул Чонгук и подошёл к задней части автобуса, открывая крышку моторного отсека. И пока он возился внутри, Юнги хмурился, а Чимин не мог отвести от него взгляд. — Насколько я могу судить только по движку, то всё путём. Но, конечно, на сто процентов я смогу сказать, только заведя мотор.       — Принято. — кивнул Юнги и обернулся к остальным. — Остаёмся на остаток ночи здесь, дежурим парами по очереди. Утром решим проблему с ходячими и, если всё пройдёт гладко, выдвинемся в город.       — Я подежурю первым, всё равно сейчас не усну, — произнёс Чимин, смотря на Юнги.       — Я с тобой, Чимин-и, — подошёл к нему Тэхён, немного натянуто улыбнувшись. Наверное, сейчас вообще не было в их группе людей, которые с лёгкостью бы уснули, но Тэхён при этом ещё и выглядел как-то совсем неважно.       И Юнги это тоже, очевидно, заметил, несколько долгих секунд всматриваясь тому в лицо, сомневаясь, стоит ли соглашаться. Но в итоге он медленно кивнул и вытащил из-за пояса пистолет.       — На самый крайний случай, — Чимин кивнул и забрал оружие. — При первых же признаках опасности будите меня. Мы устроимся с задней стороны автобуса, где самое маленькое окно. А вы расположитесь так, чтобы был максимальный обзор. Фонарики будут у вас, но включайте, только если что-то заметите, не стоит привлекать лишнего внимания. Меняемся каждые два часа. Джун, подежуришь со мной следующим?       — Конечно, — с готовностью кивнул Намджун.       — Отлично, дальше по ситуации. Давайте располагаться, — подвёл итог Юнги и первым бросил свой рюкзак прямо у автобуса. За ним последовали и остальные, устраиваясь максимально близко друг к другу.       Чимин же ухватил за руку Тэхёна и, отойдя с ним на некоторое расстояние, сел прямо на дорогу, перед этим убедившись, что видит максимально далеко и во все стороны. Следом потянул вниз и Тэхёна.       Дождавшись, пока все остальные улягутся, он обернулся к нему и, сжав его руку в своей, заговорил:       — Ты как?       — Не очень, если честно…       — Расскажешь, что тебя беспокоит? — чуть помолчав, попросил Чимин. Он видел, что Тэхёну плохо, и хоть им всем сейчас было нелегко, друг выглядел намного хуже остальных. Не только морально, но и физически.       — Да… я не знаю, голова болит немного, — чуть слышно ответил Тэхён.       — Иди-ка сюда, — Чимин притянул друга к себе и коснулся губами его лба. — Возможно небольшая температура. Сейчас, — Чимин залез в свою сумку, в которой находилась вся имеющаяся у них аптечка, и достал оттуда таблетку противовирусного. — Вот, выпей. На всякий случай. Не хватало тебе ещё заболеть.       Тэхён без лишних вопросов выпил лекарство и прикрыл глаза.       — Тэ, — вдруг снова обеспокоенно позвал его Чимин, подумав, что им до сих пор были совершенно неизвестны симптомы укушенных людей. — Скажи мне, а тебя не успели укусить, или поцарапать?       — Нет, — немного вяло улыбнулся Тэхён, — точно нет. Не переживай.       — Хорошо, — кивнул Чимин, слегка успокоившись. — Но, думаю, вызываться со мной на дежурство было плохой идеей.       — Как раз наоборот. Сейчас отдежурю, а потом посплю. Уверен, мне станет легче.       — Ладно, — с сомнением протянул Чимин, думая, что ещё можно будет дать Тэхёну в случае чего. Не то, чтобы их аптечка была супер хорошо укомплектована. — Иди сюда, облокотись, — он снова притянул Тэхёна и облокотил его спиной на свою грудь.       — Спасибо.       Два часа, отведённые им на дежурство, тянулись бесконечно долго. Тэхён упрямо не спал, продолжая внимательно слушать всевозможные истории Чимина, пока наконец не пришло время меняться. Они добрались до остальных, разбудили Юнги и Намджуна и в конце концов тоже смогли лечь спать. Чимин лёг рядом с Тэхёном, но ещё долго не мог заснуть. Он смотрел на то, как его друг дышит чаще, чем должен был и лишь надеялся, что тому с утра станет лучше.

***

      Когда утром Чимин открыл глаза, первое что он увидел — это обеспокоенный взгляд Юнги.       — Тэхёну плохо, он весь горячий.       Чимин мгновенно подорвался с места, заметавшись взглядом в поисках лучшего друга. Тот нашёлся возле автобуса, облокотившийся на колесо спиной, с испариной на лбу и выглядящий действительно очень плохо.       — Тэ! — Чимин подскочил к нему, касаясь тыльной стороной ладони его лба, и в ужасе округляя глаза. — Да ты весь горишь… как за одну ночь тебе могло стать настолько хуже? Ты же говорил, у тебя только голова болела?       — Ну, может не только… — с трудом выдавил из себя Тэхён, скривившись от боли. — Ещё живот.       — Живот? — перепугался Чимин, неосознанно метнув взгляд на Юнги в поисках поддержки. С такой симптоматикой боли в животе могли означать слишком много довольно страшных в условиях апокалипсиса вещей.       — Хён, что с ним? — взволнованно спросил Чонгук, присаживаясь рядом с Тэхёном и испытующе заглядывая Чимину в глаза.       — Пока не знаю, Гуки, и не уверен, что в таких условиях смогу поставить хотя бы более-менее точный диагноз. А если и смогу, то аптечка у нас… — Чимин не договорил, прокручивая в голове возможные диагнозы и понимая, что если это не простое расстройство желудка, то помочь он тут будет решительно не в силах.       — Надо ехать в город как можно скорее. — хмуро отчеканил Юнги. — Будем искать аптеку и место, где можно остановиться. Чимин-а, останься с Тэхёном. Ëнсун и Суан, тоже будьте здесь. Остальные со мной, разберёмся с ходячими в автобусе.       — И я т-тоже? — подал голос Сондык, нервно заламывая руки. — У меня даже оружия никакого нет.       — Оно тебе и не нужно. Мы с Чонгуком и Намджуном будем отвечать за ликвидацию, а вы все — за двери автобуса. Выпускать будете стараться по одному. Ëнхун, — обратился Юнги к парню, — ты будешь стоять чуть поодаль и следить за тем, чтобы дальше нас никто не прошёл и, если вдруг мы кого-то пропустим, ты должен будешь его обезвредить, понял?       — Да, хённим, — кивнул тот, чмокая в макушку сестру и сразу же отходя на приличное расстояние напротив дверей автобуса с луком наизготовку.       — Но… — начал было снова Сондык, но его либо не услышали, либо проигнорировали, так как внимание всей группы сейчас было сосредоточено на Юнги.       — План понятен? — обвёл Юнги всех взглядом и, дождавшись дружных кивков, продолжил: — стараемся действовать максимально быстро, но не подставляться. Всем быть предельно осторожными. Пошли, — кивнул он напоследок, но перед тем как уйти, поймал взгляд Чимина, долго и пристально посмотрев ему в глаза.       Чимин почувствовал, как огромные горячие мурашки побежали по его спине от такого взгляда. Но Юнги в итоге отвёл его, переведя на Чонгука, который до сих пор, сжав кулаки и закусив губу, смотрел на лежащего с прикрытыми глазами Тэхёна. Подойдя к нему вплотную, Юнги хлопнул его по плечу и тихо, практически шёпотом произнёс:       — Соберись. Сейчас мы можем помочь ему только быстрой зачисткой автобуса. Чимин позаботится о нём, идём, — и, ещё раз похлопав того уже по спине, ушёл к остальным.       Чимин, сев рядом с Тэхёном, немного нервно проследил за тем, как Юнги вытаскивает из рюкзака два ножа, видимо, прихваченных из кухонного уголка их недавнего убежища, отдавая их Чонгуку и Намджуну, а сам вооружается стрелой от лука. Следили за тем, как все ребята занимают свои позиции возле автобуса, и как по кивку Юнги со скрипом открываются двери старенького автобуса.       Сглотнув, он отвёл взгляд, снова переводя его на Тэхёна. Ребята справятся со всем и без него, он доверял им безмерно, а сейчас у него было своё более срочное дело.       — Тэ, — произнёс он, стараясь не обращать внимания на звуки, доносящиеся с передней части автобуса. — Я сейчас прощупаю твой живот, а ты скажешь мне как и когда больно, хорошо?       Тэхён в ответ лишь кивнул, с очевидным трудом ложась на спину. Чимин приподнял его толстовку и нажал в нескольких точках. Тэхён кривился при каждой манипуляции: и при коротких постукиваниях, и при лёгких нажимах. А как только Чимин резко убрал руку с правого бока, тот громко вскрикнул, тут же зажав рот ладонью. Проведя ещё несколько коротких манипуляций, Чимин перевернул Тэхёна на правый бок, велев свернуться в позу эмбриона для уменьшения боли, а сам сжал кулаки и прикрыл глаза.       С уверенностью на 99,9% Чимин мог утверждать, что у Тэхёна был воспален аппендикс. И это была катастрофа. Вряд ли сейчас можно было вызвать скорую помощь, да и само обращение в любое медицинское учреждение будет в лучшем случае бесполезным, а в худшем… о худшем думать не хотелось, худшее он уже пережил в своей родной больнице и не был уверен, что когда-нибудь будет готов к повторению.       Но без операции Тэхёну не выжить. Это не грипп, который можно вылечить антибиотиками. Без хирургического вмешательства здесь было не обойтись, и что с этим делать, Чимин не представлял. Даже если бы у него были все медикаменты и инструменты, он всё ещё не был оперирующим хирургом.       — Всё плохо? — послышался тихий голос Тэхёна, и Чимин открыл глаза.       — Похоже на аппендицит, — не стал врать или утаивать ситуацию Чимин, тут же услышав судорожный вдох со стороны Суан, которая сидела рядом с ними в обнимку с Ëнсун.       Тэхён какое-то время молчал, а потом очень тихо, с неуверенной надеждой спросил:       — Ты же… сможешь помочь?..       — Я… — начал было Чимин, почувствовав, как ком встаёт в горле. Как он мог сказать Тэхёну, что надежды, честно говоря, мало. Что он никогда никого не оперировал. Что у них даже нет ничего для проведения операции. Он не хотел врать о положении дел, но и говорить ему всё это тоже не собирался. Потому что, несмотря ни на что, он не мог оставить своего лучшего друга умирать. Шанс всё равно должен быть, им просто нужно добраться до города. А там они что-нибудь придумают. Они обязаны будут придумать хоть что-то.       — Я понял, — тихо произнес Тэхён , не дождавшись ответа. — Чимин, наклонись, пожалуйста.       С нехорошим предчувствием Чимин выполнил просьбу Тэхёна, приблизившись вплотную к его лицу.       — Чимин-а, я не знаю точно, но… мне кажется оживают после смерти не только укушенные. И… и если я прав, а ты не успеешь мне помочь… — Тэхён схватил Чимина за руку и, посмотрев прямо ему в глаза, твёрдо произнёс: — дай мне слово, что как только ты поймёшь что шансов нет, ты пустишь мне пулю в висок. — Чимин в шоке попытался отстраниться, не веря собственным ушам, но Тэхён держал его крепко, даже несмотря на то, что его рука дрожала, а сам он тяжело дышал от скручивающий боли. — Не дай мне обратиться и причинить вред тем, кого я люблю!       Чимин смотрел на Тэхёна, хмуро ожидающего ответ, и никак не мог понять, чем все они заслужили такое. Почему вместо тихих вечеров в компании самых близких людей они должны были вести такие разговоры.       Ком по-прежнему стоял у него в горле, и всё что смог сделать в этот момент Чимин — кивнуть. Но Тэхёну этого, по всей видимости, хватило, потому что он тут же облегчённо выдохнул и, чуть скривившись от боли, снова прижал колени к животу, немного расслабился и закрыл глаза.       Не сразу сообразив, что вокруг них вдруг стало слишком тихо, Чимин округлил глаза и поспешно обернулся в сторону группы, которая должна была зачистить автобус от зомби.       Картина, представшая его взору, поражала. Чимин мгновенно испытал не то чувство пламенной гордости, не то дикого ужаса. Вокруг его друзей валялись трупы мертвецов. Сами парни тяжело дышали, Намджун и Хосок, облокачиваясь на автобус, Чонгук и Сокджин упирались ладонями в колени, кажется, еле держась на ногах, а Юнги и Ёнхун просто стояли, опустив головы вниз и, видимо, пытались отдышаться. Пострадавших на первый взгляд не было, лишь на некоторых из парней кое-где были видны пятна чужой крови.       Юнги пришёл в себя первым. Расправляя плечи и поднимая голову, он тут же поймал взгляд Чимина.       — Всё чисто, — произнёс он, выкидывая уже непригодную для стрельбы стрелу в сторону. — Можем ехать. Как Тэхён?       Как только Юнги произнёс это имя, то тут же, буквально мгновенно выпрямился и Чонгук, уставившись на Чимина, как на последнюю надежду человечества.       Вздохнув, он обвёл всех, ожидающих его ответа, взглядом и, остановившись на Чонгуке, тихо произнёс:       — Почти со стопроцентной вероятностью у него воспаление аппендикса.       Нож выпал из ослабевших пальцев Чонгука, и он сполз по стенке автобуса спиной вниз, буквально падая на колени и опираясь ими в асфальт.       — Но… но как же… — пробормотал он, переводя растерянный взгляд с Чимина на Юнги и обратно, будто ища у них ответа на неозвученный вопрос.       — Если мы доедем до ближайшей больницы, ты же сможешь провести операцию? — спросил Юнги, в упор смотря на Чимина и хмурясь пуще прежнего.       — Я… — Чимин сглотнул. Юнги смотрел на него так уверенно, будто и не спрашивал вовсе, а утверждал, что парень сможет. Будто уже прокручивал в голове план действий и мысленно рассматривал карту местности, ища там ближайшее медицинское учреждение. И его уверенность будто бы передалась и самому Чимину. Он с такой ясностью вдруг осознал, что надеяться им не на кого. Что лишь он сам может помочь своему лучшему другу и готов ради этого на всё. Он возьмёт себя в руки, вспомнит всё, что изучал на курсах хирургии и спасёт Тэхёна несмотря ни на что. — Да.       — Отлично. Чонгук! — Юнги повернулся к тому, махнув для уверенности рукой, призывая обратить на себя внимание. Тот, кажется полностью пропустив их диалог, с трудом перевёл на него растерянный, будто невидящий, взгляд. — Садись за руль, проверь, заведётся ли автобус. Я помогу Чимину с Тэхёном. Остальные, тоже внутрь, быстро! Нельзя медлить!       Все тут же засуетились, хватая сумки и рюкзаки и забираясь в автобус. Чонгук, придя наконец в себя, тоже вскочил с места и понёсся к водительской двери. А Юнги, подойдя к Чимину и присев рядом на корточки, мягко посмотрел на Тэхёна и с неприкрытой заботой и нежностью произнёс:       — Хэй, ну ты как? Давай-ка помогу тебе забраться в автобус, — Юнги протянул руку немного криво улыбнувшемуся Тэхёну и осторожно помог тому подняться на ноги.       Внутрь они втроём зашли последними, под гулкий, резкий звук заведённого мотора. Юнги усадил Тэхёна на последний ряд сидений. Чимин сел рядом с ним, благодарно кивая Юнги, который сразу же направился к ожидающему его за рулём Чонгуку.       — Тебе лучше лечь, дорога может быть болезненной, клади голову ко мне на колени, — обратился Чимин к Тэхёну. Тот кивнул и, поморщившись, лёг.       А спустя буквально минуту автобус медленно тронулся с места.

***

      Они ехали уже довольно долго, и периодически им приходилось останавливаться из-за скопившихся на дороге машин. Несколько раз они даже меняли маршрут из-за невозможности проехать.       Тэхён переносил дорогу плохо. Чимин видел насколько больно ему было при каждом повороте или торможении. Он кривился и практически переставал дышать. Радовало лишь то, что пока им так и не встретились никакие люди: ни живые, ни мёртвые.       А когда они наконец подъезжали к городу, когда стали виднеться жилые многоэтажки, баннеры и по-прежнему яркие фасады административных зданий, Тэхёна внезапно вырвало.       И это было очень плохим знаком. Рвота была признаком сильного и резкого ухудшения ситуации.       — Юнги-хён! — закричал Чимин, слишком сильно перепугавшись. Быстро достав бутылку воды, он помог Тэхёну выпить хоть немного. — Тормозите!       Автобус тут же медленно остановился, и к ним стремительно подбежали Чонгук вместе с Юнги. Остальные так же повскакивали с мест, но не подходили ближе, чтобы не толпиться в узком проходе между сидений.       — Что случилось? — обеспокоенно выпалил Юнги, когда Чонгук попросту упал на колени возле Тэхёна, хватая его за руку и проводя ладонью по влажным, слипшимся волосам.       — Его вырвало. Это плохо. Он не доедет до больницы. — Озвучил Чимин страшную правду, звучащую не иначе как приговор.       — Что? — испуганно обернулся к нему Чонгук. — Почему? И что нам тогда делать? Хён, мы не можем просто взять и позволить ему умереть! — в голосе Чонгука слышались слёзы, хоть и говорил он запальчиво, даже с некоторым вызовом.       — Чонгук, успокойся, пожалуйста, и дай Чимину договорить, — максимально спокойно и терпеливо произнёс Юнги, в попытке остудить пыл взволнованного младшенького. — Что ты предлагаешь? — снова повернулся он к Чимину.       — Ему нужен покой. Полный. Только так у него есть шанс. Вы должны высадить нас где-нибудь поблизости. Где угодно, хён. У нас нет выбора. Мы будем ждать, а вам придётся ехать за всем необходимым. Сам Тэхён не доедет. — Чимин покачал головой и нахмурился.       — Где-то в квартале отсюда есть кинотеатр мегаплекс. На втором этаже VIP комнаты с мягкими креслами и диванами, — вдруг со своего места подала голос Суан, и все повернулись в её сторону. — Сомневаюсь, что кому-то взбредёт в голову сейчас туда идти, да и прятаться там тоже глупо — пожала она плечами. — Думаю, мы можем остановиться и переждать там.       На какое-то время воцарилась тишина, прерываемая только тихими болезненными стонами Тэхёна. Чимин на пару с Чонгуком не сводили обеспокоенных взглядов с Юнги, который явно обдумывал слова Суан.       — Возможно, это выход, — наконец медленно проговорил он. — Искать что-то ещё нет ни времени, ни возможности. Едем туда. Чимин? — обратился он к нему за подтверждением.       — Ну… думаю, доедем. Но, Гук, старайся ехать медленнее и плавнее.       — Конечно! Да! Едем! — всполошился тот мгновенно, как только получил зелёный свет. И, кажется, совсем не ведая, что творит, под поражённые взгляды всех присутствующих, чмокнул Тэхёна в губы и, подскочив на ноги, стремительно понёсся к водительскому месту.       А Тэхён, вероятно даже забыв о собственной боли, округлил глаза и медленно, будто недоверчиво, коснулся пальцами своих губ.       — Эм, — первым нарушил звенящую тишину Юнги, опустив глаза вниз и нервно почесав затылок. — Да. Выдвигаемся… — пробормотал он и поспешил сбежать вслед за Чонгуком. Остальные просто молча расселись по своим местам, как только автобус тронулся с места.       Чимин же всё продолжал ошарашенно пялиться на пребывающего где-то далеко в своих мыслях Тэхёна. Честно признаться, он никак не ожидал такого от Чонгука. Конечно, он видел, как тот всегда смотрел на Тэхёна. Да это видели вообще, кажется, все, кто просто имел глаза. Чимин также знал, что и Тэхён уже давно и глубоко в Чонгуке. Но всегда был уверен, что до их самого младшенького вообще никогда не дойдёт истинная природа его чувств к своему хёну. А тут… такое.       Уйдя в свои мысли, Чимин не сразу понял, что Тэхён уже давно не касается губ, а снова лежит, свернувшись клубком, часто дышит и выглядит максимально плохо. Он не знал, где был тот кинотеатр, но молил всех известных ему богов, чтобы до него оставалось совсем немного.       Когда же они полностью въехали в город и, проехав совсем немного, остановились, Чимин метнул вопросительно-молящий взгляд на Юнги, чтобы тот подтвердил то, что они действительно добрались. Тот в ответ поспешно кивнул, и Чимин, прикрыв глаза, облегчённо выдохнул.       А ещё спустя минут двадцать за ними уже пришли, чтобы отвести Тэхёна в безопасное место. Кинотеатр был огромным, и Чимин сомневался, что проверить парни успели всё, но на первый взгляд в нём действительно было пусто, поэтому они без проблем довели Тэхёна до запасной лестницы на второй этаж. С подъёмом хоть и были некоторые трудности, но и его они преодолели довольно быстро, наконец оказавшись в одной из VIP-комнат кинозала.       Уложив Тэхёна на огромный мягкий диван, Чимин обернулся к Юнги.       — Вы должны ехать, мы останемся тут, — торопливо начал Чимин. — Я плохо знаю этот район, поэтому ничего не могу сказать про ближайшие больницы, но знаю точно, что где-то на этой улице есть оптовый склад медикаментов. Вспомнил об этом, когда прочитал вывеску с адресом на кинотеатре. Наша больница всё оборудование и препараты заказывала через них. Я напишу тебе список того что нужно, и поторопитесь, пожалуйста, — заметался он по комнате в поисках хоть чего-то пишущего. Не найдя в комнате ничего подходящего, он махнул Юнги рукой и выбежал к стойке администрации.       Ручка и листочек бумаги нашлись быстро, и Чимин прямо там, не отходя от стола, написал список всего необходимого, сразу в нескольких экземплярах на всякий случай. Схватил его и бегом вернулся обратно.       — Вот, — протянул он листок Юнги. заглядывая в глаза. — Мы с Тэхёном будем ждать вас здесь.       Юнги кивнул, забрал списки и окинул их компанию взглядом.       — Не думаю, что стоит ехать всем вместе. Оставайтесь здесь. Мы съездим с Чонгуком и Намджуном.       — Хорошо, — кивнул Намджун, снимая с плеч свой рюкзак и доставая рацию. — Одну возьмём мы, другая останется у вас. Старайтесь не выходить за пределы комнаты, мы хоть и проверили тут, но могли чего-то не заметить, площадь этого кинотеатра слишком огромна.       — Хён, мы вернёмся очень быстро, дождись нас, пожалуйста, — Чонгук присел возле Тэхёна, сжал его руку в своей и поспешно отступил назад. — Юнги-хён, Джун-хён, идёмте, не будем терять время, — и первым вышел за дверь.       Двое кивнули, скользнули по остающимся в кинотеатре взглядом и торопливо вышли следом.       Какое-то время все молчали, рассевшись по креслам, диванам и даже полу. Чимин сидел рядом с Тэхёном, отслеживая его состояние, и прикидывал в голове, как и где он будет проводить операцию.       О полной стерильности речи, конечно, не шло, но хоть какую-то создать было просто необходимо. Да и вообще, пройтись по зданию не помешало бы, учитывая их ситуацию, возможно на глаза попадётся что-нибудь нужное. И Чимин бы пошёл, но бросить Тэхёна он не мог, поэтому обратился с этим к самому старшему в их компании:       — Джин-хён, — позвал он и, дождавшись пока тот обратит на него внимание, продолжил: — Может, поискать здесь что-нибудь? Думаю, стоит дойти до бара, там должен быть алкоголь. Это, конечно, на крайний случай, но он сгодится для дезинфекции.       — Да, я и сам хотел пройтись тут. — кивнул Сокджин, поднимаясь. — Кто-нибудь со мной?       — Я схожу, — внезапно вызвался Сондык, сильно удивив тем самым Чимина. Он ещё хорошо помнил, как тот отказывался помогать с ходячими мертвецами в автобусе. Да и — если напрячь память — Чимин не помнил, чтобы видел его после того, как был зачищен автобус. Похоже, он не только не хотел помогать, но и не стал этого делать. В тот момент всем было попросту не до него…       Но, каким бы трусом тот не был, он всё ещё был в их команде, да и против никто ничего не сказал, поэтому они вместе с Сокджином покинули VIP-комнату.       — Тэ, как самочувствие? — спросил Чимин, вновь обращая всё своё внимание на друга.       — Болит, не переставая, но сейчас лучше, чем было в автобусе. Слушай, я… хоть и обычный ветеринар, но понимаю, что мне не дотянуть до возвращения ребят. Боль усиливается. Мне тяжело даже дышать.       — Не говори ерунды! — нахмурился Чимин. — Ты дождёшься своего чёртового недобойфренда, мы тебя прооперируем, и все вместе, со спокойной душой, направимся в Инчхон. Понял меня? — прошипел он, не на шутку разозлившись. Но злой он был лишь потому, что понимал — Тэхён, скорее всего, прав. В это не хотелось верить, но все признаки скорого разрыва аппендикса и последующего за ним перитонита были налицо.       — Суан-щи? — раздался вдруг голос Ëнхуна, и Чимин, мысленно поблагодарив того за уход от болезненной темы, посмотрел в его сторону.       Суан, нервно заломив руки, стояла возле двери с бледным лицом и опухшими глазами и смотрела на них с полнейшим отчаянием.       — Простите меня, но я должна идти.       — Куда? Ты чего? Одна? — подскочил с кресла Хосок.       — Мой дом в двадцати минутах отсюда. Я не могу сидеть тут и не думать о своём младшем брате. Я пойду домой. Если успеем… если… если вы ещё будете здесь, я вернусь. Надеюсь, не одна. Вы же… примете?..       — Я пойду с вами! — поднялся на ноги Ëнхун под испуганный взгляд своей сестры, которая и так за последние сутки была напугана слишком часто.       — С ума сошёл? — тут же нахмурился Хосок, делая шаг в его сторону.       — Я бы тоже пошёл, будь на месте её брата моя сестра. — Упрямо произнёс Ëнхун.       — После операции Тэхён будет нетранспортабелен около суток, — произнёс Чимин, понимая, что Суан уже решила всё наверняка, Ëнхун не отступится тоже, а Хосок не отпустит того одного. — Так что… Если и идти, то не в одиночку. Возьмите револьвер, нам он тут вряд ли пригодится. У Ëнхуна будет лук. Идите втроём и возвращайтесь как можно скорее. Целыми и невредимыми. Не рискуйте понапрасну.       — Спасибо, — шепнула Суан, а по её щекам покатились крупные слёзы.       — Мы своих в беде не бросаем, — улыбнулся Хосок, вытаскивая из сумки Чимина револьвер. — Идём? Надеюсь, вернёмся не больше, чем через пару часов, — подойдя к Тэхёну, он обнял его, шепнув: — Держись тут, братишка. — Приобнял и Чимина, похлопав того по спине, и наконец подошёл к ждущим его Суан и Ëнхуну. — До встречи, парни, — махнул он им рукой, и они втроём вышли за дверь.       Чимин ещё какое-то время смотрел на закрытую дверь, потом глубоко вздохнул и прикрыл на секунду глаза. В этом новом мире события развивались слишком стремительно. Ещё неделю назад всё в его жизни было прекрасно. А потом мир рухнул. Но даже так они сумели найти друг друга в огромном городе, смогли выжить — все вместе. Но, к сожалению, в их случае это была скорее переменная, чем константа. Но, даже так, им буквально чудом удалось найти место, где они смогли переждать настоящую бурю — да, Чимин был уверен, что пока они отсиживались в том ангаре, город буквально сметала жутчайшая волна апокалипсиса. Это было очевидно, стоило только посмотреть на то, как сейчас выглядел их родной город. Хотя они толком в него и не въехали. И да, сутки назад Чимин даже верил, что всё будет в порядке.       Но вот им снова приходилось куда-то бежать, спасая свои жизни… Вновь приходилось разделяться. И последнее было для Чимина самым страшным.       Плюсом к прочему, всё происходило как-то слишком быстро, за последние сутки он толком даже не успевал задуматься ни о происходящем, ни о каких-либо принятых собой или другими решениях. Но вот сейчас, сидя в комнате с перепуганным ребёнком и — как бы не было больно и страшно это признавать — находящимся на волоске от смерти лучшим другом, он снова слишком ярко и отчётливо осознал весь ужас настоящего.       Ещё раз глубоко вздохнув, Чимин открыл глаза. Посмотрел на Ëнсун, сидящую в углу с пустым взглядом и сжимающую свою куклу, как на последний оплот спокойствия. Попытался ей улыбнуться, но она, казалось, смотрела сквозь него.       Качнув головой, Чимин вновь склонился над Тэхёном и тут же нахмурился. Того бил крупный озноб, он был весь мокрый и бледный, медленно затруднённо дышал. Коснувшись губами его лба, Чимин поспешно отстранился и уставился на лежащего с закрытыми глазами друга. У него явно сильнее поднялась температура.       — Хэй, Тэ-Тэ… — мягко позвал он, и тот с трудом открыл глаза.       — Очень холодно… — выдавил он. — И тошнит…       — Чёрт, — вскочил на ноги Чимин, чувствуя, как учащается собственное сердцебиение. Без возможности диагностики состояния ждать становилось всё опаснее. Не факт, что они уже не опоздали. Оперировать нужно было срочно. Потому что, если с простым удалением аппендикса Чимин ещё мог бы попробовать справиться, то устранить последствия перитонита в таких условиях, он не сможет наверняка.       — Всё плохо? — шепнул Тэхён.       — Я… — начал было Чимин, как вдруг из-за закрытой двери послышался глухой удар и громкий выкрик. Учитывая довольно хорошую шумоизоляцию, это было очень плохим знаком. Метнув взгляд на Тэхёна и получив от него утвердительный кивок, Чимин подорвался с места и бросился к выходу.       Открыв дверь, он выбежал в зал и, пробежав ещё несколько таких же как у них VIP-комнат, остановился у ограждения и свесился с него, в ужасе всматриваясь в то, что там происходило.       Посреди огромного холла первого этажа сидел Сокджин, держащийся за лодыжку, рядом, всего в паре метров, буквально замерев изваянием, стоял Сондык, а из одного из кинозалов буквально вываливались гурьбой ходячие мертвецы.       — Хён! — в панике выкрикнул Чимин, и Сокджин поднял голову вверх. — Уходите оттуда!       — Не могу встать! — крикнул в ответ, завозившись, но так и не сумев подняться на ноги. — Не смей спускаться, Чимин!       — Сондык-а! Хватай хёна и бегите к лестнице, я вас там встречу! — Чимин сорвался с места и бросился к двери, ведущей к лестницам. Сбежал вниз, перескакивая через две ступеньки, и поспешно распахнул дверь на первом этаже.       — Ты!.. — начал было он, не веря своим глазам. — …куда?       Сондык, бросив Сокджина, которого уже буквально окружали мертвецы, возился с входной дверью. Не обращая ни на кого внимания, он наконец открыл её и, выскочив на улицу, тут же стянул с себя ремень и перетянул им ручки двери снаружи, чтобы предотвратить любую возможность выбраться из здания ходячим мертвецам. И оставшимся внутри людям…       Не веря собственным глазам, Чимин как в замедленной съёмке перевёл взгляд обратно на своего хёна. Тот с таким же шоком на лице смотрел на бросившего их Сондыка, пока самый ближайший к нему мертвец вдруг не споткнулся, сразу же вцепляясь ему в ногу.       Не помня себя от страха, Чимин сорвался с места, в два счета преодолевая расстояние до Сокджина, и со всего размаха заехал ботинком прямо по голове мертвеца. Тот отлетел совсем недалеко, но этого хватило, чтобы помочь Сокджину подняться. Закинув его руку себе на плечи, Чимин развернулся и двинулся в сторону лестниц.       — Стой, подожди, — Сокджин попытался вырваться из захвата и вернуться зачем-то обратно. — Рация.       Чимин повернул голову назад, замечая, что их рация осталась валяться на полу, находясь уже практически под ногами приближающихся ходячих мертвецов.       — Нет времени, хён, идём, — бросил Чимин и, стараясь идти как можно быстрее, потащил хромающего Сокджина к дверям.       Запихнув его в проход и поспешно закрыв двери на — слава всем богам — предусмотренный тут замок, Чимин плюхнулся рядом с Сокджином прямо на ступеньки и судорожно выдохнул. Им чертовски повезло, что двери на лестничной клетке открывались наружу. Это значительно увеличивало их шансы не оказаться в лапах мертвецов хоть какое-то время.       — Хён, ты как? — максимально тихо спросил Чимин, стараясь не вслушиваться в громкие шарканья по паркету и стенания мертвецов за закрытыми дверьми.       — В порядке. Спасибо тебе. Споткнулся об железную трубу, когда выбегал из бара на крики Сондыка. — Сокджин скривился, — он мне, конечно, и так не сильно нравился, но… Как он мог так поступить? Особенно учитывая, что тут осталась его невеста. И что нам-то делать теперь? — посмотрел он на Чимина и покачал головой.       — Ну… такого я тоже от него не ожидал, — пожал плечами Чимин. — Но Суан тут нет. Они с Хосоком и Ëнхуном ушли к ней домой за братом. — Сокджин долго смотрел на него пристальным взглядом и молчал. — Мы не могли отпустить её одну.       — Я понимаю, — кивнул Сокджин и опустил голову. — Мы в ловушке. Даже когда вернуться остальные, они не смогут сюда попасть. — его кулаки вдруг с силой сжались, и он перевёл на Чимина подавленный обеспокоенный взгляд. — Как Тэхён?       — Плохо… — выдавил из себя Чимин, борясь с подступающими слезами. Теперь шансов у них не было совсем. Даже если бы группа Юнги-хёна успела привезти всё необходимое, они не смогли бы попасть внутрь.       Как же чертовски невыносимо было думать о том, что Тэхён был обречён.       Сокджин не ответил ему, вместо этого он полез в свой рюкзак, вытаскивая оттуда пару бутылок крепкого виски, запечатанный т-образный бритвенный станок и… Чимин в шоке смотрел на открытую пачку морфина в руках своего хёна, не зная, как реагировать.       — Ты говорил про спиртное, — посмотрел на него Сокджин. — Я захватил. А в подсобке нашёл, видимо, сумку какого-то сотрудника. Там не было особо ничего нужного или интересного, но… не знаю зачем я это схватил, — он протянул станок и таблетки Чимину. — Тэхёну нужна операция. Медикаменты и инструменты ждать бесполезно, они не проберутся к нам. Возможно, сотрудник болел, а может был наркоманом, но… может… может он, сам того не осознавая, оказался нашим спасителем?       — Только не говори, что предлагаешь напоить Тэхёна морфином и резать его… бритвой… — еле слышно закончил Чимин, сглотнув. На самом деле, это был не единственный вариант. Их у них было целых два: дать Тэхёну умереть, или понадеяться на свой врачебный опыт и удачу. Чимин до дрожи в пальцах боялся второго варианта, но допустить первый не мог никак.       — Прости, что это всё выпало тебе. Как твой хён, я хотел бы принять удар на себя. Но, к сожалению, я не врач. А насчёт того, предлагаю ли я поступить именно так, то… думаю это решать не нам.       Судорожно кивнув, Чимин поспешно спрятал всё обратно в рюкзак к Сокджину и поднялся на ноги.       — Мне страшно, хён. Но времени у нас не осталось, идём.       Тот кивнул и не без помощи Чимина поднялся следом.       — Иди вперёд, я как-нибудь доковыляю по стенке и придумаю что-нибудь, чтобы подпереть двери на втором этаже. А ты иди.       Чимин нахмурился, но кивнул и побежал по лестнице, с силой прижимая к себе рюкзак с единственным шансом его лучшего друга.       Влетев в их VIP-комнату, он практически упал перед неподвижным Тэхёном.       — Тэ?!.. — боясь не услышать ответ, выпалил он, хватая того за руки.       — Чимин-а… — улыбнулся он, шевельнувшись, и тут же поморщился от боли.       — Слава богам, я испугался… — выдохнул Чимин, ставя на пол рюкзак и снова переводя внимательный взгляд на Тэхёна.       — Там… там всё в порядке?       — Да, не волнуйся об этом. Джин-хён сейчас придёт, — набрав побольше воздуха в лёгкие, Чимин проговорил: — Тэ. Нам надо поговорить.       — Дела плохи, я знаю. Ты должен…       — Стоп, подожди, — Чимин накрыл его рот ладонью и продолжил. — Ждать хёнов с Чонгуком мы больше не можем, ты не дотянешь. Но… — Чимин сглотнул. — Но у нас с Джин-хёном есть план. Я… я могу попробовать провести операцию прямо тут и прямо сейчас, мы достали спиртное, лезвие и даже упаковку морфина.       — Морфина? — поднял брови Тэхён. — Где вы его откопали?       — Тэ… это сейчас не важно. Важно то, что ты должен принять решение. Готов ли ты доверить мне свою жизнь. Мне и… подручным средствам. Прости, что ставлю перед таким выбором. Но решать только тебе.       — Чимин-а, — снова улыбнулся Тэхён. — Ты же знаешь, что тебе я доверяю всё. Жизнь в том числе. Я верю тебе и верю в тебя, — повернувшись с небольшим трудом, он сжал в своих руках ладони Чимина. — Но хочу попросить тебя об одолжении… точнее о двух… — Тэхён отвёл взгляд и очень тихо, но уверенно произнёс. — Если ничего не получится, не вини себя. Я уверен, ты сделаешь всё, что в твоих силах. Живи дальше без сожалений. И… и скажи этому глупому Гуки, что я… — он запнулся и на какое-то время замолчал. — Хотя нет, не говори ничего. Просто передай всем, что они были моей семьёй, самым дорогим, что у меня когда-либо было в этой жизни.       — Хорошо, — тихо ответил Чимин. — Но я сделаю всё возможное, чтобы ты сам сказал им всё это. И Чонгуку в том числе. Давай так, Тэ-Тэ. Обещай мне тоже одну вещь. Если у меня всё получится, то ты признаешься Чонгуку.       — В чем это?.. — надулся Тэхён, отводя взгляд, в котором теперь читалась не только чистейшая боль, но ещё и капля смущения.       — Ты знаешь. И я знаю. Думаю, об этом вообще знают все, кроме Чонгука. Обещай мне исправить это?       — Хорошо, — чуть улыбнулся Тэхён, коснувшись пальцами своих губ. — Хотя… кто бы говорил!       — Тэ! — открыл от изумления и возмущения рот Чимин, уставившись на друга. Такой подставы он от него не ожидал.       — Давай уже сделаем это, — вновь посерьезнел Тэхён. — И, Ëнсун. Думаю, ей не стоит это видеть.       — Да. Да, сейчас. Ëнсун-и, — Чимин поднялся на ноги и подошёл к ребёнку. — Пойдём со мной, посидишь с Джином, — та незамедлительно протянула ему руку, и они поспешно вышли из комнаты, сразу же натыкаясь на Сокджина, который, хоть и с трудом, но двигался в их сторону.       — Чимин?.. — испуганно замер тот на месте, переводя взгляд с него на ребёнка и обратно.       — Всё в порядке. Ей просто не нужно это всё видеть. Посидишь с ней в другой комнате?       — Ох, да, конечно, — облегченно выдохнул тот, даже прикрыв на секунду глаза. — Значит, Тэхён в порядке? Он согласился?       — Не в порядке, но да. Начнём сразу же, как вернусь.       — Удачи вам. Я верю в тебя. Верни нам его, Чимин-а. — Сокджин взял Ëнсун за руку и развернулся.       Чимин глубоко вздохнул, кивнул и максимально твёрдой походкой направился обратно.       Удача им не помешала бы. Но и Чимин не собирался сдаваться без боя.       Он выдернет Тэхёна из лап смерти, чего бы ему это не стоило.

***

      Аптечный склад оказался настолько серым и непримечательным, что Намджун даже не удивился, когда они обнаружили его спокойно стоящим в глубине многоэтажек закрытым и под завязку заполненным медикаментами.       Окна, правда, им выбивать всё-таки пришлось, чтобы забраться внутрь, но это того явно стоило. Внутри был настоящий аптечный рай. Только ориентироваться в этом раю из них троих не умел никто. Множество высоченный стеллажей без опознавательных знаков нещадно давили на сознание. Это казалось целым лабиринтом, в котором можно было блуждать половину своей жизни.       Именно поэтому было решено разделиться. Каждому был вручен список, обозначена территория поисков и дана команда встретиться возле стойки с неработающим компьютером через полчаса.       В итоге с того момента, как они разошлись по этому огромному складу, прошло минут двадцать, а в рюкзаке у Намджуна не было даже трети списка. Он нервничал, метаясь по этому лабиринту и боялся даже представить, что сейчас чувствовал Чонгук. Тэхён там находился буквально на грани, пока они петляли между огромным количеством высоких стеллажей, не имея ни малейшего понятия где что искать.       Прижимая к себе список, Намджун проходил очередной пролёт, вчитываясь в неизвестные ему названия на коробках, как вдруг при повороте за очередной стеллаж нос к носу столкнулся с нервничающим и чем-то напуганным Чонгуком.       — Хён! — облегчённо выпалил тот. — Я уже минут десять вас ищу, ты не видел Юнги-хёна?       — Нет. Что-то случилось? — нахмурился Намджун.       — Я слышал звуки вертолёта очень близко, — выпалил Чонгук.       — Вертолёта? — напрягся Намджун. — Чёрт, это может быть проблемой. Нужно найти Юнги. Идём, — он развернулся и побежал в сторону предполагаемого квадрата склада, закрепленного за ним.       — Я искал, но так и не смог найти, — следовал за ним Чонгук. — А ещё я не смог найти несколько позиций из списка, хён, что делать? Мы и так здесь слишком долго. Что если мы опоздаем?       — Не забывай, что и мы искали по списку. Уверен, вскладчину наберём всё, что необходимо. Найдём Юнги и свяжемся с парнями по рации, не накручивай себя раньше времени, — уверенно проговорил Намджун, сам той же уверенности не разделяя.       — Капрал. Мин. Юнги. Какая неожиданная встреча.       Намджун резко замер, услышав тягучий незнакомый голос, так, что Чонгук влетел носом прямо в его спину. Оба замерли, не смея пошевелиться, когда в ответ раздался холодный голос Юнги.       — Капитан Чон.       Намджун округлил глаза и прикрыл рот рукой. Это было плохо. Это было очень, очень плохо. Об этом капитане от Юнги он слышал слишком много и ни разу чего-то хорошего. Это был мерзкий циничный человек с максимально гнилой душонкой.       — Думал, ты мёртв. — тем временем продолжат тянуть тот. — Нам сказали, что ваша вылазка провалилась, и вы все мертвы. Но, смотрю, ты живее всех живых. Дезертирство, капрал?       Юнги молчал, и Намджун рискнул осторожно выглянуть из-за стеллажа. Юнги стоял к ним с Чонгуком лицом, а напротив него замерли пять человек, с автоматами на перевес и в полном обмундировании. Дело было дрянь.       — Молчишь? Ну что ж, — хмыкнул капитан. — Тогда скажи мне, что ты здесь забыл? Заболел? Или тебя успели куснуть, м? А, может, ты тут даже не один? — закончил тот и вдруг начал озираться по сторонам. Намджун перестал даже дышать, боясь пошевелиться или издать хоть малейший шум.       — Думаю, я здесь за тем же, зачем и ты, капитан. В нынешних реалиях медикаменты на вес золота.       — Ты не ответил сколько вас здесь, — казалось, капитан начинал злится, но Юнги по-прежнему выглядел внешне спокойно и собрано.       — А ты видишь вокруг меня толпу фанатов? Сам постоянно тыкал мне носом, что я одиночка.       — Ну, — вздохнул Чон, — тут ты прав. Сомневаюсь, что твой дурной характер кто-нибудь смог терпеть даже при конце света, — расхохотался он, а за ним подхватили и остальные.       И, как только их взгляды перестали быть прикованы к Юнги, тот безошибочно нашёл своим Намджуна и, убедившись, что тот смотрит прямо на него, несколько раз коротко и медленно помотал головой по сторонам.       Команда была ясна и очевидна: сидеть и не высовываться ни при каких обстоятельствах. Намджун кивнул и постарался так же максимально бесшумно вновь спрятаться за стеллажами, чтобы не подставлять Юнги.       Смех затих слишком резко, и за ним снова послышался голос капитана Чона. И тон его на этот раз был холодным и не терпящим возражений.       — Ну что ж. Тогда тебе повезло. Я беру тебя в свою команду. Наш штаб расположен в Инчхоне, недалеко от порта, на боевом корабле. Полетишь с нами, ты мне пригодишься.       — Там же, где лагерь выживших? — спросил Юнги ничуть не дрогнувшим голосом, в то время как Намджун не мог поверить своим ушам. В шоке взглянув на такого же ошарашенного и напуганного Чонгука, он лишь прикрыл рот рукой, чтобы ненароком что-нибудь не сболтнуть. Поверить в то, что эти парни собирались забрать с собой Юнги, он попросту не мог. Но понимал, если те будут настаивать, один против пятерых с автоматами Юнги точно не пойдёт.       — Лагерь? — снова рассмеялся капитан Чон. — Нет никакого лагеря, капрал. Только военный корабль с лучшими из лучших. Там же работает небольшая группа учёных.       — Но… — голос Юнги всё-таки немного дрогнул, но капитал перебил его, не дослушав.       — Короче. Мне сейчас тут с тобой некогда трепаться, сейчас уже должны вернуться остальные мои парни, и выдвигаемся.       — Босс, — раздалось практически совсем рядом с Намджуном, и он почувствовал, как сердце буквально сделало кульбит, камнем врезаясь в лёгкие, перекрывая воздух. Видимо это и были те самые «парни» и, пойди они одним рядом дальше, наткнулись бы на них с Чонгуком стопроцентно. — Мы всё собрали.       — Сколько раз повторять, что я для тебя капитан, а не босс, мы не мафия и не бандиты.       — Да, бо… капитан. А это кто? — Намджун не видел, но хорошо расслышал звук перезарядки автомата.       — Новый член моей группы — Юнги.       — Я не давал своего согласия идти с вами. Мне и одному неплохо. Считаю, я уже достаточно отдал долг Родине.       — А я и не спрашивал твоего согласия, капрал. Это был приказ. И ты обязан мне подчиниться. Так что либо ты следуешь с нами и безоговорочно выполняешь все мои приказания впредь, либо получаешь пулю в лоб. Выбор за тобой, капрал.       Громкий хмык Юнги был слышен даже Намджуну, который пытался уложить в голове то, что сейчас происходило. Он не желал допускать даже мысли, что у них могут забрать Юнги. Но понимал, что выбора им никто не собирался давать. Либо тот поедет с ними, либо его убьют. Разве это… можно было считать выбором?       Взглянув на перепуганного Чонгука, Намджун качнул головой, призывая не высовываться. Зная характер своего младшенького, он вполне оправданно боялся, что тот может что-нибудь выкинуть. Но рисковать и идти сейчас против десятка, а может и больше — сколько человек было во второй группе Намджун не знал — вооружённых людей они не могли. Поэтому всё, что им оставалось, это слушать внимательно и ждать от Юнги какого-то знака. И надеяться на то, что они ещё смогут увидеться с ним. Хоть когда-нибудь…       В то, что капитан отпустит его с миром даже спустя время, верилось с трудом.       — А ты, смотрю, совсем не изменился, капитан, — протянул наконец Юнги. — Если я теперь в твоей команде, то где моё оружие? Как видишь, сейчас у меня его нет.       — Будет тебе оружие, как только вернёмся на базу. Идём. Вертолёт ждёт нас и так уже слишком долго, — грубо ответил капитан, и Намджун сразу же услышал звуки шагов и звон стекла от переносимых медикаментов. Голоса смешались с другими звуками и Намджун больше не мог разобрать ни слова, а спустя время все звуки и вовсе стихли, лишь где-то в отдалении был слышен рёв вертолёта.       Намджун, на всякий случай осторожно, выглянул из их укрытия, обнаруживая лишь пустой участок склада, в одном из углов которого валялся рюкзак Юнги.       Самого Юнги-хёна с ними больше не было…

***

      До дома Суан они добрались быстро и без проблем. Это было странно в их ситуации, и Хосок никак не мог избавиться от дурного предчувствия.       Как только они подошли к высокой неброской многоэтажке, Хосок поёжился, а Суан бросилась вперёд, не разбирая дороги. Он успел остановить её лишь тогда, когда она уже схватилась за ручку стеклянной подъездной двери.       — Остановись. — Он поймал её за локоть и потянул на себя, заставляя посмотреть в лицо. — Там может быть опасно. Если на первый взгляд там и пусто, это совсем не значит, что где-нибудь на лестнице или у открытой квартиры не поджидают мертвецы.       Суан первые мгновения смотрела на него волком, и Хосок было уже решил, что она вырвется и, не слушая его доводов, снова кинется внутрь, но она удивила его. С силой помотав головой, Суан шумно выдохнула и кивнула.       — Прости. Меня понесло, я просто… — Суан закусила губу и посмотрела куда-то на верх.       — Я понимаю. Но давай стараться действовать более осмотрительно. На какой нам этаж?       — На одиннадцатый, — будто извиняясь, произнесла она.       — Воу. Что ж… — почесал затылок Хосок, поднимая глаза вверх, считая этажи по окнам. — Тогда нам надо быть ещё более осторожными. Поднимаемся по лестнице, не шумим, не разговариваем, на этажи не заглядываем. Следуем прямиком на одиннадцатый, перед выходом на этаж тормозим.       — Поняла, — кивнула Суан.       — Принято, — Ëнхун тоже покивал, и Хосок, отодвинув Суан с дороги, медленно открыл дверь.       Холл первого этажа был пуст, пост вахтера тоже, и они спокойно прошли вглубь дома до лестничной клетки, которая тоже была пуста, лишь кое-где валялся мусор и, если приглядываться внимательнее, то были заметны небольшие пятна крови. Хосок вновь поёжился и мысленно поблагодарил архитекторов этого дома, которые сделали лестницу в стеклянном коробе — идти на одиннадцатый этаж в темноте было бы сущим адом и самоубийством.       Дойдя без проблем, лишь выдохнувшись немного, до восьмого этажа, Хосок вдруг резко повернулся голову в сторону окна. Ему показалось, что он заметил движение в доме напротив. Страх мгновенно сковал всё его тело и он остановился, сильнее всматриваясь в окна соседней многоэтажки.       Суан с Ëнхуном стояли позади него, но даже не пытались узнать, почему Хосок остановился, просто терпеливо ждали, пока он снова возьмёт себя в руки. После долго всматривания, так ничего и не заметив, Хосок всё-таки отвернулся. Мотнув головой, отгоняя жуткие образы из мыслей, он взглянул на своих спутников, кивнул им головой и продолжил движение.       И всю оставшуюся дорогу до одиннадцатого этажа, хоть и не увидев ничего в окнах напротив, Хосок всё равно не мог угомонить свою вдруг проснувшуюся интуицию. Он почему-то был уверен, что их, казалось, несложный и довольно короткий поход не кончится ничем хорошим.       Наконец добравшись, они все встали перед выходом на этаж и переглянулись.       — Я иду первым, — посмотрел на Суан Хосок. — Сразу в квартиру не заходим, будем действовать по ситуации. Идём. — Не став больше тратить время впустую, Хосок приоткрыл дверь на этаж и осторожно выглянул.       На этаже было пусто. И слишком темно. Чертыхнувшись про себя, Хосок повернулся к Суан и тихо спросил:       — Насколько далеко отсюда твоя квартира?       — В конце коридора, — так же шёпотом ответила та.       — Ага… — протянул Хосок, чувствуя, как его всего передёргивает от перспективы пробираться в полнейшей темноте так далеко.       — Что-то не так? — подал голос Ëнхун.       — Слишком темно. В моём рюкзаке фонарика нет.       — У меня есть, — обрадовался Ëнхун и тут же залез в свою сумку, выуживая оттуда небольшой фонарик.       Хосок совсем не разделял его радости и не горел желанием соваться туда даже со светом. Но выбора у них было не то, чтобы много, поэтому, забрав у Ёнхуна их единственный источник света, Хосок вытащил револьвер на всякий случай, снова приоткрыл дверь и сделал первый шаг.       Двигались медленно, потому что Хосок старался светить только перед собой, чтобы не привлекать лишнего внимания, если здесь всё-таки кто-то был. Проходя квартиру за квартирой, он прислушивался, даже сам не уверенный, что именно хочет услышать там, но везде была жуткая мёртвая тишина.       А когда они уже почти подошли к нужной двери, Хосок резко остановился. Луч света выхватил почти полностью открытую дверь соседней квартиры. Проскочить её им не было никакой возможности, а значит он должен был проверить её на безопасность.       Повернувшись к Ëнхуну с Суан, он показал им жестами оставаться на месте, а сам, проклиная свою нерешительность и трусость, попытался взять себя в руки. Для начала, совсем не обязательно, что в квартире кто-то должен находится. Ему всего-то нужно будет просто заглянуть туда и постараться тихонечко закрыть эту чёртову дверь. И тогда не придётся даже ничего проверять внутри. Вряд ли толпа мертвецов ждала его прямо у порога.       Кивнув сам себе для пущей уверенности, Хосок прижался к стене и продвинулся по ней прямо к входу. Вдохнув пару раз поглубже, он медленно и осторожно заглянул внутрь, прикрыв рукой фонарик, чтобы не светить им слишком ярко.       Как он не выронил его сразу же, даже для самого Хосока оставалось загадкой. Резко опустив фонарик вниз, он поспешно вновь прислонился к стене. Руки подрагивали, но он всё равно мог собой гордиться. Он смог не закричать, не дать дёру, фонарик тоже всё ещё был при нём, а не валялся на полу чужой квартиры. Кажется, он даже умудрился не привлечь к себе внимание.       Сердце Хосока стучало как сумасшедшие, а перед глазами всё ещё стояла жуткая картина. Изуродованные, выпотрошенные тела, зашевелившиеся сразу же, как только на них попал тусклый свет.       Подняв глаза на взволнованных его реакцией ребят, он помотал головой, призывая их не волноваться и оставаться на месте, а сам попытался дышать чуть глубже, чтобы найти в себе силы заглянуть туда снова, чтобы всё-таки прикрыть эту проклятую дверь.       Выключив фонарик, тут же погружаясь в полнейшую темноту, Хосок спрятал его за пояс, понадеявшись, что света от дальних комнат квартиры хватит для того, чтобы хорошо разглядеть дверь. Вряд ли те живые мертвецы могли представлять собой опасность, Хосок не был даже уверен, что они смогут подняться, но создать лишний шум могли спокойно, а уверенности в том, что тут не было больше никого опаснее, у него не было.       Снова осторожно заглянув в квартиру, выискивая взглядом ручку двери и стараясь не сводить с неё глаз, Хосок медленно потянул дверь на себя. И только после тихого короткого щелчка он смог облегчённо выдохнуть.       Ему было очевидно, что он переоценил свои силы, вызвавшись на эту вылазку. Они ещё даже не дошли до пункта назначения, а он уже готов был сломя голову бежать обратно. Конечно, это не значило, что он, вернув время вспять, позволил бы Суан идти одной. Его принципы и совесть такого бы не допустили. И уж тем более он бы не отпустил Ëнхуна, за такой короткий срок ставшего ему слишком дорогим и ценным. Этого мальчишку хотелось защищать и оберегать всеми силами. Жаль, что собственной храбростью при этом Хосок похвастаться, увы, не мог.       Качнув головой и снова включив фонарик, он продолжил путь, и спустя всего пару долгих мгновений они уже стояли возле нужной квартиры.       Пропустив Суан вперёд, чтобы та ввела код на замке, они втроём замерли в нерешительности. Дверь была открыта, но входить туда было откровенно страшно. Кинув взгляд на девушку, Хосок вздохнул и сам схватился за ручку. Та выглядела так подавлено и умоляюще, что не оставляла ему никакого выбора.       — Я пойду один, — шепнул он. — Проверю там всё и вернусь за вами.       — Я пойду с тобой, хён, — выступил вперёд Ëнхун, сжимая в руках свой лук.       — Останься с Суан, — произнёс Хосок и, чтобы не дать себе время передумать, поспешил аккуратно открыть дверь.       На первый взгляд внутри было пусто, и он осторожно вошёл внутрь. Пройдя коридор с фонариком, он выключил его, когда вошёл в комнату с большим окном. Ничего здесь не намекало на присутствие кого-то живого. Скорее, что уходили отсюда в большой спешке. Везде был настоящий погром, вперемешку валялись вещи, фоторамки, мелкие безделушки. Хосок медленно прошёл во вторую комнату, где было всё то же самое, как и в третьей. На кухне его ждали полностью пустые открытые полки. Всё это, по мнению Хосока, могло говорить о том, что родственники Суан хотя бы уходили отсюда живыми. Возможно, это успокоит её, хоть Хосок и понимал, что она отчаянно надеялась найти брата тут.       Наконец полностью убедившись в безопасности квартиры, Хосок вышел обратно.       Надежда в глазах Суан мгновенно сменилась отчаянной грустью, когда она увидела, что он выходят один. Видя, как на её глаза наворачиваются слёзы, Хосок поспешил её успокоить.       — Внутри никого не было, но по состоянию квартиры можно предположить, что они ушли. Я думаю, есть большой шанс, что твой братишка жив. Возможно, они уже давно в лагере в Инчхоне.       — Я… — Суан опустила глаза и пробормотала, — могу зайти?       — Там безопасно, конечно, это твой дом, — кивнул Хосок и пропустил Суан внутрь.       — Хён, — подошёл к нему ближе Ëнхун, с надеждой заглядывая в глаза. — Ты правда думаешь, что её семья успела уйти?       — Правда. Во всяком случае это выглядело именно так, — пожал плечами Хосок. — И я надеюсь, так оно и есть.       Ëнхун кивнул и, чуть поежившись, сделал ещё небольшой шажок ближе к Хосоку, становясь к нему практически вплотную.       Спустя несколько минут Суан вышла из квартиры, прижимая к себе небольшого плюшевого медведя и фотографию. Её лицо даже при свете только одного фонарика было сильно заплаканным и красным. Подняв на них глаза, она тихо и как-то безжизненно произнесла:       — Буду верить в лучшее, но своего мишку Джи-а бы ни за что не оставил…       — У них могло быть слишком мало времени на сборы, — попытался подбодрить её Хосок.       — Да… — протянула она, обходя их, и медленно двинулась в сторону лестниц. — Возможно…       Не зная, что ещё тут можно было сказать, они просто пошли следом в горькой, давящей тишине.       Обратная дорога вниз заняла минимум времени, и уже вскоре они вышли на дорогу, которая вопреки ожиданиям Хосока не была пуста.       — Суан! — по мнению Хосока слишком наигранно-радостно произнёс стоящий посреди дороги мужчина, будто специально поджидающий их. — Как я рад тебя видеть! Слава богу, с тобой всё в порядке!       — Вон-щи? — неуверенно протянула Суан в ответ. То, что этот человек был ей знаком было понятно, но интуиция Хосока в этот момент, казалось, буквально орала о том, что им надо срочно уходить. Вид огромного, накаченного мужчины с седоватыми волосами не внушал ему ничего, кроме безграничного страха.       — Да! — радостно подтвердил тот. — Давно тебя не было видно в родительском доме. Я даже не сразу узнал тебя, — покачал тот головой, не переставая улыбаться.       «Ну конечно», — про себя подумал Хосок, хмурясь. — «Именно поэтому ты поджидал нас прямо у порога».       Взгляд мужчины вдруг упал на медведя в руках Суан, и он, казалось, засветился ещё ярче.       — Ох, ты, наверное, ищешь своих? — произнёс он, будто прощупывая почву.       — Вы знаете где Суджин? — выпалила Суан, отчаянно делая большой шаг в сторону Вона.       Хосок на автомате выступил вперёд, стараясь закрыть собой взволнованную Суан от не внушающего ни грамма доверия мужчины.       — Конечно, знаю! — всплеснул руками тот, будто сказал само собой разумеющееся. — Они с твоей матерью и ещё несколькими семьями из вашего дома сейчас с моей женой. У нас что-то вроде группы выживших, — покивал он для пущей убедительности.       — Где? — выпалила Суан. — Где они? Отведите меня к ним, Вон-щи, пожалуйста!       — Конечно-конечно! — запальчиво согласился тот и уже было развернулся, но вдруг замер как-то слишком неуверенно. — Вот только… — посмотрел он на Хосока и Ёнхуна. — Боюсь, с оружием к нам нельзя, — стараясь звучать максимально сожалеюще, закончил он.       Хосок крепче сжал руку на рукоятке револьвера. Отдавать его он не планировал, но и отпустить Суан одну с этим мутным типом он никак не мог.       — Но… — начала Суан, нахмурившись. — Это мои друзья. Они никому не причинят вреда.       Что ж, Хосок действительно думал, что та мгновенно потеряет голову от новостей и соберётся идти одна или упросит их сдать оружие, но, похоже было, что она тоже не сильно доверяла своему знакомому.       — Или, вы могли бы привести маму с Суджином сюда. Если боитесь вести нас в свой лагерь.       Вон, казалось, задумался на какое-то время, но потом раздосадовано вздохнул и покачал головой.       — Что с вами делать, — он опять улыбался, а у Хосока начинал дёргаться глаз. Ему казалось, что он находится в каком-то театре одного актёра, настолько наигранным был этот человек. Если бы не шанс того, что он действительно знал, где семья Суан, он бы уже бежал отсюда быстрее ветра. — Как я могу не доверять малышке Суан, которая выросла на моих глазах. Идёмте, — махнул он рукой и направился к тому зданию, в котором чуть ранее Хосоку почудилось какое-то движение.       На ватных ногах, практически уверенный, что идёт в какую-то западню, Хосок последовал за мужчиной, на всякий случай продолжая держать Суан и Ëнхуна позади себя.       Как он и думал, они зашли в это здание, как брат близнец похожее на то, из которого они не так давно вышли. Мужчина шёл впереди них бодрым шагом, не замолкая ни на одну секунду, продолжая рассказывать о том, как много людей у них в группе, и что это всё благодаря его удивительной жене, без которой ни его, ни тех людей здесь не было бы.       Хосок не сильно вслушивался в этот пустой трёп, желая только поскорее дойти до этого треклятого лагеря и выйти из него, желательно не меньшим составам.       Когда они добрались до шестого этажа, Вон, не остановившись ни на мгновение, спокойно вышел на этаж, на котором, к удивлению Хосока, у стен стояли свечи и было совершено не темно, в отличие от дома Суан.       Подойдя к одной из квартир, Вон остановился.       — Это не моя квартира, — будто чем-то сокровенным поделился он. — Но кто сейчас будет спрашивать документы, — рассмеялся он, но быстро затих и, набрав код, открыл дверь. — Милая, я вернулся, — тепло произнёс он, и Хосок подумал, что это была единственная фраза этого человека, произнесённая не наигранно. Он даже подумал было, что, возможно, зря боялся и переживал. — Заходите, — тем временем Вон, как радушный хозяин, пропустил их вперёд и Хосок, только сделав шаг, запоздало подумал о его опрометчивости.       Потому что в следующее мгновение он услышал за спиной какой-то шум, а сразу за ним почувствовал сильный болезненный удар по виску.       Первое, что почувствовал Хосок, когда пришёл в себя — это тупая, ноющая боль в голове. Поморщившись, он приподнялся и открыл глаза.       — Ох, привет! — сбоку раздался довольный голос, и Хосок повернул голову в ту сторону, мгновенно холодея от ужаса.       Сам он, как и Суан с Ëнхун, которые — как он надеялся — ещё просто не пришли в себя, был заперт в довольно большой клетке, которая стояла у стены нехилых размеров апартаментов. Рядом, за столом сидел и улыбался сумасшедшей улыбкой сам хозяин всего этого кошмара — Вон. А у стены напротив, на толстой цепи, пристёгнутой к ошейнику, был прикован ходячий мертвец.       Чувствуя, как холодеют ладони, Хосок в шоке смотрел на эту картину и не верил своим глазам. Кому в голову вообще могла прийти мысль держать в доме зомби.       — Познакомься, — снова заговорил Вон. — Моя жена — Лиëн.       — Ваша… — прохрипел Хосок. — жена?       — Да. К сожалению, сейчас она больна и не может оказать вам троим радушный приём. Но…. — Вон будто бы задумался, а потом с каким-то безумным взглядом глянул на свою «жену» и продолжил: — с другой стороны, мы же не оказываем радушный приём стейку на своём столе.       Хосок слушал этого сумасшедшего и ему казалось, что он спит. Он хотел верить, что неправильно понял, ошибся в выводах, да даже в то, что у него слуховые галлюцинации на фоне удара по голосе верилось больше, чем в то, что их заманили сюда как… корм для живого мертвеца.       — Она не больна, а мертва, больной ты придурок, — вдруг раздался голос Суан сбоку. Хосок повернул к ней голову, замечая, как она держится за затылок и болезненно морщится.       — Ты ничего не понимаешь, мелкая дрянь! — внезапно разозлился Вон, подскочив со своего места. Одновременно с этим в себя пришёл и Ëнхун, шевельнувшись рядом с Хосоком, и тот поспешно схватил его за руку, действуя скорее на автомате, чем осознанно. — Это твоя шлюха мать мертва и твой мерзко орущий братец. И ты тоже считай мертва, потому что за твой длинный поганый язык я скормлю тебя первой!       Хосок почувствовал, как дрогнула рука Ëнхуна в его, и услышал, как подавилась всхлипом Суан. Он отвёл взгляд от их нового знакомого и заострил внимание на девушке. По лицу той текли крупные слёзы, но в глазах читалась такая жгучая ненависть, что Хосок даже отшатнулся.       — Хён, — потянул его за руку Ёнхун. — Где мы и что здесь происходит? Что несёт этот человек?       Ëнхун всегда выглядел довольно собранным, настоящий мужчина, как считал сам Хосок, даже иногда думал о том, что через пару лет тот, возможно, станет таким же крутым, как Юнги. Но сейчас тот был по-настоящему напуган.       — Этот человек сошёл с ума, — тихо произнёс Хосок. — И, кажется, он заманивает сюда людей, чтобы накормить ими свою обратившуюся жену. — Как же Хосок не хотел всё это ему говорить, но и утаивать тоже не мог, тем более всё и так было довольно очевидно.       Ёнхун округлил глаза, метнул испуганный взгляд на тянущего к ним руки и хрипящего мертвеца и, видимо повинуясь какому-то порыву, резко отполз к самой дальней стене, часто замотав головой.       — Как такое вообще возможно? — дрожащим голосом проговорил он.       — Хм, — послышалось совсем рядом, и Хосок подскочил на месте, оборачиваясь и замечая Вона прямо возле клетки, переводящего взгляд на каждого из них троих по очереди. — Я, пожалуй, передумал. Мою дорогую соседку я оставлю на десерт. А первым пойдёт вон тот. — Вон кивнул головой на Ёнхуна и вытащил из-за спины их револьвер.       Одной рукой открыв висячий замок на клетке, он отворил дверь и возведя курок, произнёс:       — На выход.       — Нет! — закрыл собой Ëнхуна Хосок.       — Хочешь первым? — ухмыльнулся Вон. — Не выйдет. Сначала пойдёт он, а потом уже ты. А девка пусть посмотрит, что её ждёт, — захохотал он, но спустя секунду его лицо снова перекосила ярость, и он рыкнул: — На выход.       — Отпусти его, он ещё ребёнок, — шагнула вперёд Суан. — Убей меня, твоя жёнушка будет сыта мной по горло, смотри чтоб не подавилась.       — О, нет, — снова наигранно, будто эти слова его сильно расстроили, произнёс Вон. — Нет-нет-нет. Так не пойдёт. Моя любимая не любит мёртвое мясо. Оно должно кричать и вырываться!       Кажется, Хосок и вправду спал. Иначе объяснить этот чудовищный, леденящий кровь ужас он не мог.       — Я не позволю тебе забрать его, — стараясь звучать твёрдо выпалил Хосок, продолжая закрывать собой Ёнхуна.       — Да ты что? — всплеснул рукой Вон. — И как же ты мне помешаешь?       — Сам сказал, что убивать нас ты не будешь.       — Я сказал, что моя жена не ест трупы, — сощурился тот. — Но я не говорил, что не могу убить вас и найти ей другую еду.       Честно говоря, если выбирать свою собственную смерть, Хосок предпочёл бы быть застреленным, а не съеденным заживо, но его мнение явно никого не интересовало, потому что Вон вдруг отбросил револьвер и шагнул в клетку. Со всей силы наотмашь ударив Суан по лицу, так, что та отлетела к стене, не удержавшись на ногах, и рухнула прямо на пол, кажется, потеряв сознание, он повернулся к Хосоку, схватил его своей огромной ладонью за горло, с силой сжимая пальцы, и поднял вверх.       Мгновенно закашлявшись, чувствуя, что воздуха катастрофически не хватает, а в голове появляется подобие белого шум, лишь на грани реальности, Хосок услышал, как Вон приказывает Ëнхуну подойти к нему. Не видя, что происходит, он только понимал, что начинает отключаться от нехватки воздуха. И как же он ненавидел себя в этот момент, понимая, что ничем не сможет помочь. Он был бессилен и против ходячих мертвецов, и против живых людей.       Но вдруг воздух снова стал поступать в лёгкие, когда Хосок упал на колени на пол. С силой закашлявшись, он поднял голову, только чтобы увидеть, как этот сумасшедший запирает их снова, а Ëнхуна, так же, как и Хосока ранее, ухватив прямо за горло, тащит к своей жене.       — Нет! — хрипло закричал Хосок, вскакивая на ноги и хватаясь за прутья их клетки. Он не мог в это поверить. Он не хотел верить в то, что это был конец.       Но мёртвые руки уже тянулись к кричащему и вырывающемуся Ёнхуну.       Помощи ждать было неоткуда.