Глава 10
22 октября 2024 г., 07:08
После всего случившегося с ними, Хосок искренне поверил в чудо. Ведь иначе как чудом то, как им удалось выбраться от сошедшего с ума соседа Суан живыми, он назвать бы не смог.
Когда между Ëнхуном и мертвецом оставались какие-то жалкие сантиметры, Хосок в отчаянии упал на колени, ненавидя себя за беспомощность и никчёмность, чувствуя, как злые слёзы душат его. Сквозь влажную пелену он смотрел на то, как его чистого, ещё совсем не успевшего насладиться этой жизнью мальчика хватают изуродованные неживые руки. Хотелось кричать, хотелось оказаться на его месте, сделать хоть что-нибудь, чёрт возьми. Но всё, что мог Хосок — это просто смотреть, сжимая пальцами толстые прутья проклятой клетки. В мрачной безысходной обречённости Хосок с силой дёрнул решётку, проезжаясь пальцами по висящему замку, и невольно скользнул по нему взглядом. И то, что он увидел…
Этот монстр, по всей видимости, настолько сильно упивался своей силой и властью, что вообще перестал следить за происходящим. Как иначе объяснить то, что Хосок в шоке смотрел на незащёлкнутый до конца замок.
Не веря в такую удачу, он мгновенно подорвался на ноги, боясь упустить свой шанс. У него было катастрофически мало времени и всего одна единственная попытка. Буквально вырвав замок из петель, Хосок с грохотом распахнул дверь клетки. И, не теряя ни секунды драгоценного времени, он метнулся в сторону валявшегося неподалёку револьвера, схватил его и наставил прямо на обернувшегося на звук Вона.
Тот не выглядел напуганным или удивлённым, лишь с ухмылкой смотрел на Хосока, продолжая всё сильнее и сильнее сжимать пальцы на шее уже практически не сопротивляющегося, сдавленно хрипящего Ëнхуна.
— Не смеши меня, — вальяжно протянул Вон, будто бы это не на него было направлено взведённое оружие. — Посмотри на себя. Ты не сможешь выстрелить! — с презрением выплюнул он, расхохотавшись. — Такие, как ты и твой дружок, сгодятся только в роли живого корма!
Хосок смотрел на оскалившееся лицо, на уже начинающего синеть Ëнхуна и понимал, что в чём-то этот сумасшедший был прав. Он не смог бы выстрелить в живого человека, даже если тот был последней мразью и чертовски опасен для окружающих. Более того — опасен для него самого и близких людей.
Но в одном тот просчитался точно — за своих Хосок будет стоять до конца. И пусть он не имел смелости к убийству, у Чона были другие важные качества. Вместо мужества и героизма природа наделила его прозорливым умом и способностью к тактическому мышлению в опасных ситуациях. И именно в этом была ошибка этого ублюдка.
Не сводя пристального, холодного взгляда с Вона, Хосок зло ухмыльнулся и резко перевёл дуло револьвера немного в сторону. Не успел этот сумасшедший даже толком удивиться, как Хосок нажал на курок.
— Нет! — проревел Вон, медленно, будто в замедленной съёмке, оборачиваясь к себе за спину. Отбросив Ëнхуна, он тут же кинулся к своей жене, которая, влетев в стену, осела на пол от пули, прошедшей ровнёхонько между гнилых зубов.
Хосок же бросился к Ëнхуну, поднимая его на ноги и, оттащив того подальше от воющего не своим голосом Вона, не сдерживаясь, крепко обнял, судорожно прижимая к себе парня, чувствуя, что собственное сердце сейчас просто выскочит от напряжённости момента и облегчения одновременно.
— Ты как? — пробормотал он хрипло, отстраняясь буквально на миллиметр, всматриваясь Ёнхуну в глаза и практически дыша ему в лицо. Выпустить того сейчас из объятий казалось хуже творящегося вокруг апокалипсиса. Ëнхун поспешно кивнул, едва не врезаясь лбом в Хосока.
Снова взять себя в руки оказалось поистине сложной задачей. Хосока потряхивало, хотелось закрыть глаза руками и спрятаться таким образом от творящегося вокруг хаоса и ужаса, как в детстве. Но он уже не был ребёнком и отвечал сейчас не только за себя. Поэтому, собрав остатки мужества в кулак, он, не оборачиваясь в сторону Вона, схватил за руку Ёнхуна и снова забежал в клетку. Вдвоём они подхватили под руки Суан, закидывая её руки на плечи и поднимая на ноги. Не теряя больше ни секунды, они поспешили выйти обратно, фоном всё ещё слушая вопли Вона. Но их побег прервался, погружая комнату в гулкую зловещую тишину. Чтобы в следующее мгновение прорезать её истошным, пронзительным криком:
— Нет! Нет! Не трогай!..
Кинув на него взгляд, Хосок замер изваянием, не веря в то, что видел. Похоже, пуля, пущенная им в жену Вона, не попала ей в мозг. Поэтому теперь, всё ещё живой мертвец, смачно вгрызался в бедро орущего Вона, тщетно пытающегося отползти от неё подальше.
— Вот чёрт… — пробормотал Хосок, не сумев, да и не особо стараясь, остановить себя от злорадных мыслей. Ему впервые не было жалко человека. Он смотрел на то, как истерил Вон, как отчаянно отпихивал свою обожаемую жену ногой, и мог думать лишь о том, что этот человек заслужил всё это. Человек, заманивший сюда множество людей, теперь сам оказался в лапах своего безумия. Он, как никто другой, заслужил именно такую смерть. — Идём, не стоит здесь больше задерживаться.
— Хён… Хён, а как же… — Ëнхун не двигался с места, всё ещё продолжая в шоке смотреть на жуткую картину.
— Запрём дверь снаружи, пусть остаётся со своей женой на веки вечные, ведь именно об этом он и мечтал. Давай быстрее, — поторопил он и потянул за собой к выходу, по пути хватая валяющийся в углу лук и их рюкзаки.
Наконец, поспешно вывалившись в тускло освещённый коридор, Хосок осторожно посадил на пол Суан и торопливо захлопнул дверь, обессиленно приваливаясь к ней спиной.
— М-м… — Суан, пришедшая в себя, коротко болезненно простонала и подняла голову.
Хосок поспешил присесть рядом с ней и ощупать её затылок, которым она приложилась, когда отлетела при ударе. Заглянув ей в лицо, он взволнованно спросил:
— Как ты?
— Жить буду, — Суан поморщилась и медленно осмотрелась. И как только поняла, где они находились, округлила глаза и пораженно выдохнула: — как нам удалось уйти? Где Вон?
— Остался со своей женой, — нахмурившись, ответил Хосок, не желая вдаваться в подробности. — Ты идти сможешь? Надо бы выбираться отсюда. Не хочу задерживаться в этом доме больше ни на секунду.
— Думаю, да, идём, — проговорила Суан и по стеночке постаралась встать на ноги. Хосок с Ëнхуном тут же поддержали её, и уже спустя несколько мгновений они втроём медленно, но уверенно спускались по лестнице вниз.
Выйдя из здания, они, не останавливаясь ни на секунду, продолжили свой путь. Идти было действительно тяжело. Суан, хоть и передвигалась более-менее нормально, всё равно опиралась на Хосока, который старался держаться ровно и не подавать вида, что ему самому было всё ещё чудовищно страшно и до чёртиков больно. Шея ныла нещадно, а перед глазами до сих пор стояла картина того, как мертвец с гнилыми зубами тянул к Ëнхуну свои скрюченные пальцы.
Мотнув головой, уже в который раз за их короткий путь, стараясь выкинуть всё это из головы, Хосок кинул взгляд на идущего рядом Ëнхуна. Слишком больно было это признавать, но этот ребёнок выглядел хуже их всех. Жгучее желание обнять его и никогда больше не выпускать из своих рук накрыло Хосока с новой силой.
Он прекрасно понимал, что сейчас было не место и не время. Им как можно скорее нужно было добраться до кинотеатра, и желательно при этом не попасться ещё какому-нибудь психу в лапы.
Но руки буквально чесались хотя бы коснуться, чтобы убедиться — это не было сном или больной предсмертной фантазией. Чёрт возьми, он действительно всё ещё боялся поверить в их удачу и страшился проснуться в той самой клетке следующим на очереди для кормёжки уродливого трупа. Поэтому он не смог отказать себе в том, чтобы хоть на некоторое время положить на плечо Ёнхуна свою ладонь, несильно сжимая и получая в ответ короткую слабую улыбку.
В итоге они кое-как преодолели почти половину пути, когда Хосок вдруг услышал звук приближающегося транспортного средства. Растерянно замерев посреди улицы, он поочередно кинул взгляд на Суан и Ëнхуна. Те смотрели на него хоть и напугано, но как-то слишком доверчиво. Должно быть ожидая от него каких-то действий и команд.
Хосок не был человеком, способным вести за собой: совершенно не обладал ни лидерскими, ни даже более-менее волевыми, хотя бы даже физическими качествами. До Мин Юнги ему точно было слишком и слишком далеко. Он понимал это и не стремился что-то менять. Но эти двое, кажется, выбрали именно его лидером их небольшой группы и сейчас ожидали хоть каких-нибудь инструкций.
— Не будем рисковать снова, нужно спрятаться, — выпалил Хосок единственное, что пришло ему в голову, и осмотрелся.
Снова заходить в какое-либо здание он точно больше не рискнул бы, но ничего другого, на первый взгляд, рядом не было. Паника начинала подниматься с новой силой, пока он пытался осмотреться более внимательно, стараясь не терять концентрацию из-за неконтролируемого удушающего страха. У Хосока было ощущение, что они находятся где-то на пустыре, настолько вокруг было пусто. Но вдруг его взгляд зацепился за большой мусорный контейнер между двумя домами. И, возможно, он был не самым худшим вариантом. Тем более, что других у него не было вообще.
— Туда, скорее, — он снова подхватил под руку Суан, чтобы та не отставала, и спешно направился к контейнеру, прислушиваясь и понимая, что ещё немного и машина вырулит на их улицу.
Добравшись до места, Хосок нырнул вниз, утягивая за собой Ëнхуна и аккуратно сажая прямо на землю Суан. И как только рёв двигателя раздался буквально у них над головами, он осторожно выглянул на дорогу.
Мимо них на довольно приличной скорости промчался автобус, и Хосок, округлив глаза и не успев даже обдумать свои действия, лихорадочно выскочил из укрытия. О том, что это могло быть ошибкой, он в тот момент не думал совсем. Ведь это был наверняка их автобус с Юнги, Намджуном и Чонгуком внутри.
Вылетев на дорогу, изо всех сил стараясь не закричать, дабы не привлечь ненужного внимания, он бросился в сторону уезжающих и отчаянно замахал руками. Автобус, какое-то время продолжавший ехать, не сбавляя скорости, вдруг медленно остановился и так же медленно начал сдавать назад. Хосок облегчённо выдохнул, на секунду прикрыв глаза, и в надежде уставился на, наконец, открывшиеся двери.
Увидев выскочившего из автобуса Намджуна, Хосок буквально почувствовал, как подкашиваются ноги. Силы будто сразу же покинули тело, как только он понял, что теперь они не будут одни. Что всё теперь будет хорошо. Устало улыбнувшись, Хосок упал на колени прямо на грязный асфальт, и спустя мгновение почувствовал, как его плеча касается знакомая рука, а еще через несколько секунд увидел прямо перед собой взволнованное, перепуганное лицо Намджуна.
— Хосок-а, — выпалил тот, падая рядом на колени. — Как ты здесь очутился? Где остальные?
— Хён! — Чонгук тоже подбежал к ним, не дав Хосоку и рта раскрыть. В этот же момент из-за контейнера показались и Суан с Ёнхуном. И пока они подходили к ним, Хосок не без помощи Намджуна поднялся на ноги, сразу же судорожно обнимая обоих парней. — Что с вами случилось? И… где остальные? — неуверенно пробормотал Чонгук, когда Хосок отпустил его, и вся компания оказалась в сборе.
— Всё ещё в кинотеатре, Гук, не волнуйся, — ответил Хосок. — Давайте уже уйдём с дороги, пожалуйста. Поговорим в автобусе.
— Конечно, — кивнул Намджун, беря под руку всё ещё еле стоящую на ногах Суан и первым направляясь к транспорту.
Чонгук же засуетился вокруг них с Ёнхуном, видимо, не зная, кому из них двоих помогать. Но Хосок отрицательно махнул ему головой, ухватил Ёнхуна за руку и самостоятельно потихоньку пошёл вслед за Чонгуком, тут же стартанувшим к автобусу и первым забежавшим внутрь.
Дойдя наконец до автобуса, Хосок забрался внутрь последним и, опустившись на ближайшее сиденье, облегчённо прикрыл глаза.
— Хэй, Юнги-хëн, — пробормотал он, не оборачиваясь. — Без тебя было слишком сложно… — Хосок даже слегка улыбнулся, понимая, что наконец-то всё самое страшное было позади. Со своим хёном и парнями ему было совсем не страшно.
Но ответом на его слова почему-то была лишь оглушающая тишина, и Хосок, нахмурившись, открыл глаза и скользнул взглядом по автобусу.
Юнги нигде не было, а на лицах Чонгука и Намджуна, уже сидевших на своих местах, читалась такая отчаянная тоска, что Хосок, в шоке округлив глаза и прижав ладони ко рту, почувствовал, как его начинает с головой накрывать истерика.
— Он жив! — Уверенно ответил Намджун, не сводя глаз с Хосока. — Но мы столкнулись с некоторыми трудностями, и он… — нахмурившись, всё же перевёл взгляд в окно и сжал кулаки.
— Его забрали военные, — не своим голосом произнёс Чонгук, заводя мотор. — И как только Тэ-хёну станет лучше, мы поедем за ним. — Хосок не смог ничего на это ответить, лишь сильнее сжимая ладонями рот, чувствуя, как по ним начинают катиться крупные слёзы. Он не мог поверить в происходящее, но одно знал наверняка. Их семья своих не бросает. Если кто-то в беде, к нему обязательно придут. И этот случай не станет исключением. Они подлечат Тэхёна, соберутся с силами и вернут Юнги-хёна в семью. Непременно. — Хён… — продолжил Чонгук, трогаясь с места. — А что приключилось с вами? Как вы вообще оказались на этой дороге? Вы… вы в порядке?
— В норме, Гук, — пробормотал Хосок. — Попали в небольшую заварушку. Но главное все целы. — Рассказывать о пережитом ужасе хотелось не сильно. Особенно учитывая, что сейчас было совсем не до этого. Необходимо было доставить медикаметы Тэхёну и найти Юнги. О своих «приключениях» они может быть расскажут когда-нибудь потом.
— Я… — подала голос молчавшая до этого Суан. — Хотела увидеть брата. Это из-за меня мы…
— Он?.. — спросил Намджун с надеждой в голосе, но Суан только коротко всхлипнула и отрицательно помотала головой, отворачиваясь к окну и сжимая в руках потрёпанного медведя.
Больше никто из них не проронил ни слова, и они просто поехали дальше в звенящей, гнетущей тишине. Но не успели ребята преодолеть и пару сотен метров, как на дорогу, прямо перед автобусом, выскочил какой-то человек. Чонгук резко дал по тормозам, и все они одновременно уставились на этого самоубийцу через лобовое стекло.
На дороге стоял перепуганный Сондык.
И не успел никто из них среагировать, как тот, очевидно, узнав их, сам ломанулся к дверям. Намджун поспешил открыть, помогая ввалится внутрь тяжело дышащему, перепачканному в крови Сондыку.
— Быстрее! Едем! Быстрее! — тут же закричал он, практически на коленях подползая к Чонгуку и вцепляясь тому пальцами в штанину.
— Что случилось? — надтреснутым голосом прохрипел Чонгук, кажется и не услышав, что тот кричал. Хосок, будто находясь в каком-то трансе, вообще мог только смотреть на Сондыка и никак не хотел сопоставлять пугающие факты. Потому что если тот был посреди дороги один, в крови… значит с остальными наверняка случилось что-то ужасное.
— Надо уезжать! — продолжал кричать тот, настаивая на своём и, видимо, не собираясь отвечать ни на какие вопросы. — Они уже близко! Ну же!
Вдруг прямо в окно, возле которого сидел Хосок, кто-то с размаху врезался. Испуганно отшатнувшись, он перевёл взгляд на улицу и похолодел. Со стороны второстепенной дороги к ним направлялось целое скопище мертвецов, и первый уже долбится своей уродливой головой в окно их автобуса.
Не медля ни секунды, Чонгук снова стартанул с места.
— Сондык, где остальные?! — выкрикнул Намджун, хватая того за плечи, пока Хосок в панике всматривался в мёртвые лица повернувших вслед за автобусом ходячих.
— В кинотеатре, где им ещё быть! — довольно грубовато, по мнению Хосока, ответил тот, прищурившись, и, с трудом поднявшись на ноги, прошёл к задним сиденьям. Лишь Суан удостоил коротким, беглым взглядом.
— Гук, сворачивай! — вдруг скомандовал Намджун, как только они подъехали к очередной развилке, за которой уже виднелся кинотеатр. Хосок, судорожно-облегчённо выдохнувший после фразы Сондыка, нахмурившись, сосредоточил всё своё внимание на нём.
— Почему? Хён, ты же слышал его, Тэ и остальные ещё в кинотеатре!
— Вот именно! — прорычал Намджун, поражая Хосока своей внезапной властностью и твёрдостью. — Ты хочешь привести к ним целую ораву мертвецов?! Сворачивай! Мы должны, наоборот, увести их как можно дальше!
Чонгук резко вывернул руль, подчиняясь, и Хосок неуютно поёжился. Они не стали набирать скорость, а напротив, сбросили её практически до минимума, неспешно катясь по дороге с хвостом в виде нескольких десятков ходячих мертвецов. Хосок смотрел вперёд, на дорогу, стараясь не поддаваться панике, но кавардак из множества вопросов без ответов в голове не давал даже спокойно дышать. Он никак не мог взять в толк, откуда посреди дороги взялся Сондык, и почему он был весь в крови. Не мог не думать о том, как там сейчас остальные. И самое главное, ему не давал покоя вопрос о том, как их сплочённая, единая и дружная команда могла вот так расколоться на множество частей. Смогут ли они вновь объединиться?
Спустя не больше получаса, когда направление мертвецам было вполне удачно задано, Чонгук наконец снова дал по газам. Он продолжил ехать в обратную от кинотеатра сторону, но проехав так всего несколько кварталов, полностью оторвавшись от преследования, остановился.
Хосок тут же вскочил с места и, одновременно с Суан, бросился к задним сиденьям, на которых лежал тяжелодышащий Сондык. Ему не давала покоя кровь на одежде и то, что он, очевидно, попал к мертвецам в западню.
— Так что с тобой случилось? Почему ты весь в крови? — выпалил Хосок, падая на соседнее сиденье и пристально всматриваясь в чуть побледневшее лицо. — Ты ранен?
— Я в порядке! — выпалил тот в ответ, принимая сидячее положение. Суан, тут же опустившись рядом с ним, взволнованно взяла своего жениха за руку.
— Сон-а… — тихо произнесла она, немного хмурясь, когда к ним подошли и остальные.
— А кровь не моя! — продолжил Сондык, окидывая всех по очереди мрачным взглядом и сводя брови вместе. — Я наткнулся на зомби, их было довольно много, и один повалил меня…. но я смог удрать. Это его кровь.
— Ты уверен? — с сомнением произнёс Намджун, сощурившись. — Как ты вообще там оказался? Почему ушёл из кинотеатра? Остальные в порядке?
Сондык отвёл взгляд и почему-то промолчал.
В поисках ответов и некой поддержки Хосок неуверенно обернулся на Намджуна, который смотрел на Сондыка максимально недоверчиво и хмуро. Этот парень в целом Чону импонировал, чем-то напоминая его самого. Он понимал, что тот был далёк от звания героя, как и сам Хосок, и это совсем не должно было значить что-то плохое. Хотя он иногда и замечал, как некоторые ребята относились к нему довольно подозрительно. И сейчас, когда Сондык явно уходил от прямого ответа, положительных очков не прибавлялось и в глазах Хосока.
— Сон-а? — как-то сердито процедила Суан, очевидно лучше знавшая своего парня и, кажется, тоже заподозрившая неладное. Тот продолжал молчать, и она бесцеремонно выдернула свою руку из его, вскакивая на ноги.
— Там было много мертвецов, — наконец, нехотя, пробубнил тот себе под нос.
— Что?! — взревел молчавший до этого Чонгук, вытаращившись на Сондыка, и, сжав кулаки, сделал к нему один широкий шаг. — Ты же сказал, что они всё ещё там!
— А я и не соврал, — сложил руки на груди тот, исподлобья смотря на Чонгука. — Я смог уйти, а они оказались запертыми внутри.
— Ты бросил их?! — ахнула Суан, зажимая рот ладонями, и попятилась назад.
— Я никого не бросал! — повысил тот голос. — Что я должен был сделать против целой оравы? У меня даже оружия нет!
— Как ты мог?.. Они… они спасли нас! Что ты… что ты наделал… — бормотала Суан, мотая из стороны в сторону головой.
— Они живы? — холодным, металлическим голосом спросил Намджун, удерживая одной рукой Чонгука, который пустым, безжизненным взглядом сверлил Сондыка, то и дело намереваясь дёрнуться в его сторону.
— Откуда мне знать? — хмыкнул тот, оскалившись, показывая тем самым своё истинное лицо. Хосок в шоке смотрел на эту картину и не мог поверить ни в то, что видел, ни в то, что слышал. Всё происходящее казалось дурным сном. — Последний раз, когда я их видел — были.
— Боже… Как я могла с таким человеком планировать свою дальнейшую жизнь… — пробормотала Суан, всхлипнув, развернулась и вернулась к своему месту в начале автобуса.
— Хён… — голос Чонгука звучал ломко и бесцветно. Он снова попытался шагнуть к Сондыку, но в этот раз Намджун схватил его и второй рукой, немного встряхнув, обращая тем самым внимание на себя.
— Чонгук, соберись! Где наша рация, мы можем связаться с ними. Всё может быть не так плохо. Там есть где спрятаться. Уверен, они до сих пор ждут нашего возвращения. — Намджун говорил уверенно и твёрдо, но так, будто пытался в этом убедить не только Чонгука, но и себя.
— Да… — пробормотал Чонгук, с силой встряхивая головой и даже пару раз хлопнув себя ладонями по щекам. — Да. Идём, она была в твоём рюкзаке. — Он взлохматил свои волосы, нервно закусил губу и пролетел прямо мимо Хосока к водительскому сиденью.
Намджун, переглянувшись с Хосоком и кинув последний нечитаемый взгляд на Сондыка, тоже прошёл вслед за Чонгуком. Сам Хосок не хотел на того даже смотреть. Мир только что буквально перевернулся, и он не мог совладать с противоречивыми гложущими чувствами. Он до сих пор не мог поверить в то, что его друзей бросили на произвол судьбы, буквально на растерзание ходячим мертвецам. И лишь надеялся, что те успели спрятаться и смогут дождаться их.
Сглотнув, он уж было собрался идти за парнями, когда его взгляд зацепился за сидящего недалеко Ëнхуна. Он был белее мела, смотрел в одну точку, а по щекам его текли крупные слëзы. Хосок, обругав себя за невнимательность — совсем забыл про этого ребёнка, у которого в кинотеатре осталась сестра — присел рядом на корточки и бережно взял его за руки.
— Хэй, Ëнхун-а, — произнёс он, с облегчением замечая, как взгляд, пусть даже совсем пустой, сосредотачивается на Хосоке. — Она там не одна. С ними со всеми всё будет в порядке, слышишь?
Ëнхун ничего ему не ответил, но спустя время коротко кивнул, и Хосок, так и не отпуская его руки, поднялся. Развернулся в сторону кабины и, потянув за собой Ëнхуна, поспешил к остальным.
Чонгук, уже достав рацию, жал на кнопку пуска, называя имена каждого из оставшихся в кинотеатре хёнов по очереди, но в ответ получая лишь монотонное шипение.
— Это же ничего ещё не значит, Гук, — произнёс Хосок, когда тот дрожащим руками наконец отложил рацию в сторону. — Да? Намджун?
Четыре пары глаз, как по команде, уставились на Намджуна, который сидел с опущенной головой и был чернее тучи. Хосок неосознанно сильнее сжал в своей ладони пальцы Ёнхуна, всё ещё с надеждой смотря на Намджуна.
— Придётся сделать круг, чтобы не нарваться снова на тех ходячих, которых мы уводили от кинотеатра, — наконец проговорил он, поднимая голову и обводя всех взглядом. — Уверен, они всё ещё ждут нас, пока мы тут сопли разводим. Так что рассаживаемся по местам и в дорогу. Гук, сможешь вести? — тот, коротко всхлипнув, поспешно кивнул головой, рукавом вытирая глаза и немного скованно разворачиваясь к рулю. — Доберёмся до кинотеатра и тогда уже решим, что делать. Мы вытащим их во что бы то ни стало. — Намджун говорил твёрдо и ободряюще, и Хосок судорожно кивнул, соглашаясь. Наконец, потянув за собой Ёнхуна, он суетливо занял своё место.
— Я же сказал, что там целая тьма этих монстров! — вдруг раздался шипящий голос с задних сидений. — Вы всё равно собираетесь туда ехать?!
Хосок гневно обернулся на Сондыка, поймав такие же злые взгляды своих друзей. Но никто из них не сказал ему ни слова, не желая вдаваться в бесполезные дискуссии и споры. Сейчас есть дела поважнее. Они должны как можно скорее добраться до кинотеатра, чтобы вытащить из передряги свою семью. Которая, Хосок верил, до сих пор ждала их возвращения.
***
Сокджин с Ëнсун закрылись в соседней VIP-комнате, и он сразу же тяжело опустился на мягкий диван. Нога болела нещадно, не давая сосредоточиться. Ëнсун, опустившаяся рядом, выглядела слишком напуганной, со всей силы сжимая единственную куклу. А в соседней комнате Чимин боролся за жизнь Тэхёна — не думать о проигрыше получалось плохо. И Джин действительно опасался сойти с ума от неизвестности. Первые минут двадцать всё было предельно тихо, и Сокджин даже немного расслабился, пытаясь уложить больную ногу удобнее, как вдруг на весь кинотеатр раздался душераздирающий вопль. В соседней — звуконепроницаемой, чёрт возьми — комнате истошно, пронзительно-страшно кричал Тэхён. Сокджин тут же вскочил с места, поморщившись от прострелившей ногу боли. Бросил взгляд на в ужасе зажавшую уши и зажмурившуюся Ëнсун и кинулся к столику с аппаратурой, хватая толстые наушники, поспешно цепляя их на глову всхлипывающему ребёнку. Помотав головой в попытке собрать мысли в кучу и не зная, как поступить и что делать, Сокджин прикусил до крови губу и уставился на запертую дверь. Думать под холодящие душу крики было просто невозможно. Сердце рвалось помочь, а мозг никак не мог придумать чем. — Ëн-а, идём, — судорожно произнёс Сокджин, протягивая ей руку, даже не сообразив, что она в наушниках не слышит его, лишь затравленно смотрит на протянутую руку. — Идём, — ещё раз повторил Сокджин, самостоятельно беря её за руку и делая шаг в сторону двери. В то же мгновение крик стих, погружая кинотеатр в звенящую тишину. Но ненадолго. Снизу раздался оглушительный грохот, и Сокджин испуганно вздрогнул. Мертвецы, находящиеся внизу, по всей видимости, сильно всполошились из-за криков, и теперь остаётся надеяться, что дверь на лестничный пролёт выдержит их напор. В противном случае они окажутся в ещё большей ловушке, чем сейчас. Хромая, стараясь по минимуму наступать на больную ногу, Сокджин потянул за собой Ëнсун и, отперев дверь, вышел в холл. На первый взгляд всё было тихо, но как-то слишком отчётливо доносились гулкие рваные хрипы. — Чёрт, — пробормотал он, смотря в сторону выхода на лестницу. Дурное предчувствие буквально накрывало его с головой. Если мертвецы смогли попасть на лестницу… то дверь, подпёртая небольшим автоматом для конфет, их точно не остановит. — Ëнсун, — он стянул с неё наушники, присел на корточки, поморщившись от боли, и, ухватив её за плечи, произнёс: — послушай, я пойду проверю всё ли нормально на лестнице, а ты иди к Чимину. Жди меня возле двери, и если вдруг что-нибудь случится, непременно заходи внутрь. А пока не будем ему мешать, хорошо? Ёнсун кивнула, сильнее прижимая к себе куклу, и неуверенно развернулась. Сделала маленький шажок и, периодически оглядываясь, направилась к комнате Чимина. Сокджин выдохнул облегчённо, тяжело поднялся и поковылял в сторону пролёта. Но не успел он преодолеть и половину пути, как дверь резко пошатнулась. Сокджин остановился, во все глаза смотря на то, как в неё, очевидно, врезаются мёртвые тела. Аппарат, подпирающий ручку, совершенно не помогал сдерживать такой напор, начиная медленно съезжать в сторону. Было заведомо ясно, что ещё пары толчков с лихвой хватит, чтобы ходячие мертвецы прорвались сквозь единственную защиту. Теперь выбора точно не было. Нужно бежать к Чимину и Тэхёну, чтобы не разделяться окончательно, запираться всеми возможными способами там и ждать… неизвестно чего, на самом деле. Вряд ли ребята, вернувшись с вылазки, смогут сюда прорваться. Но, к сожалению, всё, что им оставалось на данный момент — это только лишь ждать. Хоть и не понятно, чего или кого. Поспешно развернувшись, Сокджин направился к Ëнсун, испуганно стоявшей у двери и наблюдавшей за ним во все глаза. Он не отрывал от нее взгляда, поэтому раньше, чем услышал, увидел по её лицу, что последняя защита сломлена. А сразу за этим раздался грохот от упавшего автомата с конфетами и гулкий удар двери по стене. — Оппа! — громко выкрикнула Ëнсун, прижимая ладонь ко рту, и сделала неуверенный, боязливый шаг к нему навстречу. — Быстро внутрь, Ëн-а! — крикнул Сокджин, переживая в тот момент на самом деле, только о том, что своими криками они помешают Чимину. Как и тем, собственно, что вломятся, скорее всего, посреди операции, но выбора у них, к сожалению, совсем не было. Малышка на это лишь замотала головой, благо продолжила стоять на месте, пока Джин пытался доковылять до неё самостоятельно. Но нога болела всё сильнее, и с каждым шагом даже слегка опираться на неё было тяжелее и болезненнее. Когда до дверей и Ëнсун оставалось уже совсем немного, а хрипы со спины, наоборот, становились всё ближе, сопровождаясь громким мерзким шарканьем, Сокджин вдруг оступился. Ногу прострелило такой дикой болью, что Джин не смог сдержать болезненного выкрика и рухнул на пол. В ушах зазвенело от острой боли, а перед глазами поплыла мутная пелена. И хуже всего было то, что надеяться в этот раз ему было абсолютно не на кого. Поэтому, собрав в кулак всю свою силу воли и сжав зубы, Сокджин, стараясь опираться только на здоровую ногу, попытался встать. Он ни в коем случае не мог тут рассиживаться — мертвецы не будут терпеливо ждать позади, пока он соизволит поднялся и доковылять до спасительной комнаты. На самом деле, даже то, насколько по факту та спасительна, было под большим вопросом. Но, как минимум, это был хоть и маленький, но шанс протянуть в мире живых подольше. Сделав над собой ещё одно усилие, превозмогая дичайшую боль, понимая, что, скорее всего, у него был совсем не вывих, как думалось поначалу, а самый настоящий перелом, Джин смог лишь приподняться, встав на здоровую ногу, и опереться об пол ладонями. Нужно было сделать последний рывок и выпрямиться, но тело будто не слушалось его от слова совсем. Болезненно вздохнув, Сокджин поднял голову, пытаясь найти взглядом Ëнсун. Нужно было убедиться, что хотя бы та находилась в безопасности. Но не успел он даже толком поймать фокус, как его неожиданно схватили прямо за локоть маленькие ладошки. В первое мгновение перепугавшись, что до него всё-таки добрались мертвецы, он обернулся, в шоке всматриваясь в детское заплаканное лицо. — Оппа, — плакала Ëнсун, стоя рядом и дёргая Сокджина за рукав. — Идём же, скорее, давай, пожалуйста! Не дав себе времени на удивление или на отчитывание непослушного ребёнка, Сокджин просто возблагодарил все высшие силы за её храбрость и, не видя другого выхода, опëрся на маленькое детское плечико, превозмогая боль, всё-таки поднялся. Ëнсун тут же сделала шаг в сторону спасительной комнаты, держась довольно твёрдо, хоть и дрожа от слëз и очевидного страха. Сокджин ковылял к двери, снова слыша стенания за спиной, и поглядывал на неожиданно храбрую девочку, отчётливо понимая, что она сейчас помогла ему не только своим вовремя подставленным плечом. Смотря на неё — такую хрупкую и такую смелую — Сокджин вдруг понял, что не имеет права сдаваться. Даже несмотря на свою нестерпимую боль, на мысли об обречённости всех их трепыханий, он всё равно должен идти вперёд. Ведь если ребёнок ради него сделал нечто подобное, то ему и подавно следовало выложиться на все двести и, наплевав на всё, продолжить бороться за свою жизнь и жизни своих близких. Наконец медленно, но верно они вдвоём доковыляли до двери, и Сокджин судорожно выдохнул, стараясь не взвыть от боли, опëрся рукой на стену, страшась поворачивать голову в сторону мертвецов. Ëнсун же сразу дёрнула за ручку и потянула на себя тяжёлую дверь. Та поддалась без проблем, и они в ту же секунду буквально ввалились внутрь. Из последних сил Сокджин запер за ними дверь и, обернувшись, обессиленно осел прямо на пол, привалившись спиной к твердой поверхности. Отдышавшись, он поднял взгляд и шумно втянул носом воздух, тут же хватая Ëнсун и разворачивая шокированного ребёнка спиной ко всему здесь происходящему. Усадил её к себе на колени, снова поспешно натянув наушники той на уши, и прижал её голову к своей груди. Она, конечно, была смелой девочкой, что и продемонстрировала буквально минуту назад, но Сокджин был уверен — ей не стоило смотреть на… это. Выдержке, самообладанию и профессиональной сосредоточенности Чимина можно было позавидовать: тот даже не вздрогнул и не обернулся, когда они ввалились в комнату, как и в момент, когда в дверь с той стороны громко врезались. Он продолжал копаться во внутренностях Тэхёна, по локоть вымазанный в крови, стоя на коленях и склонившись над ним в три погибели. Вид его внушал почтительный, благоговейный трепет. И Сокджин действительно оценил бы всё это в более высокой степени, если бы в этот же момент сам Тэхён не лежал безвольной, бессознательной куклой на треклятом диване, с серым полотном вместо лица и свисающей на пол рукой. Вокруг них двоих валялись, кажется, все имеющиеся в запасе футболки и рубашки — все были полностью пропитаны кровью. На низком табурете, под рукой у Чимина, стояла открытая бутылка виски; купленные ранее на заправке нитки с иголкой; лезвие от станка, буквально плавающее в пластиковом стаканчике с алкоголем, и пачка морфина. Судорожно дыша и стараясь не терять самообладания от вида всего происходящего, Сокджин продолжал прижимать к себе Ëнсун и пристально наблюдать за Чимином. Он изо всех сил старался не смотреть на лицо Тэхёна, от состояния которого собственное сердце было готово остановиться навсегда, как и не обращать внимания на удары по двери за спиной. Именно поэтому Сокджин сразу же уловил изменения в поведении Чимина. Тот вдруг судорожно втянул воздух через нос, чуть приосанился, выпалив облегчённое «слава богам, нашёл», обернулся к импровизированному столу и схватил с него лезвие из стакана. Сокджин, затаив дыхание, наблюдал за тем, как Чимин осторожно орудует совершенно не предназначенным для операции предметом внутри живота Тэхёна, за тем, как ни чуть не дрогнувшей рукой достаёт оттуда что-то, и как тут же начинает хмуриться лицо Чимина. — Хён, — голос был хриплым и взволнованным. Не оборачиваясь к нему, он чётко и резко произнёс: — Мне нужна помощь. — А потом вдруг как-то резко поник и выдохнул уже менее уверенно: — Я… тут… тут всё кровит и… чëрт… Сокджин тут же дёрнулся, не сразу вспоминая о своей проклятой ноге. Ту вновь прострелило дикой болью, но он не стал обращать на это внимание. Отсадив в сторону Ëнсун и наказав ей не смотреть в ту сторону, он медленно, держась за стену, до скрипа сжав зубы, поднялся на здоровую ногу. Допрыгав до Чимина буквально на одной, он только открыл рот, чтобы спросить, какая помощь требуется, как тот заговорил сам. Да и Сокджин не был уверен, что смог бы произнести в этот момент хоть слово, потому что вблизи всё выглядело ещё страшнее и гораздо хуже. — Сполосни руки виски, мне нужно, чтобы ты… кое-что подержал. Округлив глаза и пытаясь справится с подступающей тошнотой от того, что видел и от собственного беспокойства, Сокджин сделал то, что ему велели. Спустя пару мгновений уже крепко сжимал пальцами это самое что-то в кровавом месиве, пока Чимин, сильно хмурясь, осторожно и усердно орудовал иголкой прямо возле его рук. Не успел Сокджин даже выдохнуть, когда ему наконец разрешили опустить руки, как Чимин уже принялся зашивать большими ровными стежками уже живот Тэхёна. — Хён, в сумке осталась ещё футболка, нужно наделать из неё что-то наподобие бинтов. Там же была и вода, сполосни руки. Сокджин снова смог только кивнуть, до сих пор боясь открывать рот, и, отведя взгляд от сосредоточенного Чимина, отпрыгнул от него всего на пару шагов, тяжело опустившись на пол возле упомянутой сумки. Достал оттуда сначала воду, вылив почти полбутылки себе на руки, а затем и футболку. И вроде бы простая задача оказалась до нелепости непростой. Помогая себе зубами, Сокджин провозился с футболкой кучу времени, но в итоге у него всё-таки худо-бедно получилась небольшая стопка кривоватых полосок из разноцветной ткани. Но, правда, сказать Чимину о своём успешно выполненном задании он не успел. С той стороны вдруг раздался судорожный, усталый выдох, а спустя буквально пару секунд Чимин сам опустился рядом с Сокджином на корточки. — Хён, польёшь? — спросил он тихо и измучено, протягивая свои окровавленные руки Сокджину. Поспешно схватив бутылку и кусок оставшейся от футболки ткани, он принялся обтирать Чимину руки, страшась спрашивать, как всё прошло, но слишком сильно желая услышать ответ. Сам Чимин не спешил с ним поделиться, просто молча сидя рядом, с закрытыми глазами и опущенной головой. — Он потерял много крови… — всё же пробормотал он, не открывая глаз. И Сокджин замер, прислушиваясь. — Я не уверен… — он сглотнул, потом вдруг поднял голову и посмотрел на Сокджина так отчаянно, что у того защемило сердце. — Хён, ему нужно переливание, возможно ИВЛ. Антибиотики… — перечислял Чимин и смотрел на него с такой мольбой и надеждой, что Сокджину становилось физически больно от факта — он не мог ему всего этого дать. Или хотя бы обнадежить тем, что всё это обязательно скоро привезут ребята. Сокджин, не смысля ровным счётом ничего в медицине, сам понимал, что Тэхён не протянет на одном морфине и желании жить. Но у них не было ничего, кроме этого, а ребята, даже если и нашли всё необходимое, никак не смогут к ним сюда попасть. Они все здесь были обречены, но верить в это никак не хотелось. Чимин снова вздохнул, когда Джин наконец закончил с его руками, взял все полоски ткани и вновь вернулся к Тэхёну. Несколько лоскутов он сразу же смочил виски и бережно протёр живот Тэхёна от крови. А потом перетянул всё полосками ткани вместо бинтов, устало опускаясь на пол прямо у дивана. — Я горжусь тобой, Чимин. — всё-таки не смог больше молчать Сокджин. Он просто обязан был сказать эти слова другу. — Ещё раз прости, что тебе выпала участь справляться со всем в одиночку. Тэхён сильный. И очень жизнелюбивый. Давай верить в него, как он верил в тебя. Он выкарабкается… Сокджин уверенно и твёрдо смотрел на Чимина и звучать старался также уверенно, тем более он и сам очень сильно хотел верить в то, что говорил. А ещё он действительно гордился своим тонсеном. Бесконечно сильно. Но, кроме этого, он был ещё и реалистом. Поэтому прекрасно понимал, что без медикаментов и хоть какого-то оборудования, шансов у Тэхёна было слишком мало.***
Дорога из кинотеатра, казавшаяся довольно короткой, обратно была будто бесконечной. После неудачной попытки связаться со второй группой, они ехали молча, каждый погруженный в свои мысли. Хосок сжимал в руках ладонь Ёнхуна, смотрел в окно на проплывающие мимо мёртвые многоэтажки и просил судьбу быть к ним благосклонной. Тишина в автобусе не была уютной, скорее гнетущей и тоскливой, пока её вдруг не оборвал хриплый надсадный кашель с задних сидений. Хосок резко повернул голову в ту сторону, замечая кровь на ладонях и около рта Сондыка и подскочил со своего места. — Чонгук, тормози! — выпалил он и метнулся к Сондыку. Автобус плавно остановился, и все поспешили вслед за Хосоком, который уже стоял возле Сондыка и пораженно смотрел на то, как тот вытирал грязным рукавом кровь с лица. — Так тебя всё-таки укусили, — скорее утверждая, чем спрашивая, пробормотал он. Сондык молчал и выглядел действительно плохо. Его дыхание было коротким и резким, лоб был покрыт испариной, а глаза будто заволокло мутной пеленой. Он сидел, сгорбившись, и держался рукой за бок, из которого сочилась кровь, всё сильнее пропитывая ткань толстовки. Все находящиеся в автобусе окружили его, но никто не произнёс ни слова и не задал ни одного вопроса. Всё было понятно и так. Суан, прижав ладони ко рту, тихо всхлипывала — даже если её парень был тем ещё трусом и мерзавцем, смерти ему, конечно же, не желал никто. — Почему ты не сказал нам сразу? — подал голос Намджун, когда молчание слишком сильно затянулось. — Чтобы вы выгнали меня из автобуса в ту же секунду? — хмыкнул Сондык, тут же скривившись и снова закашлявшись. — Ты же знаешь, что не выгнали бы, — сжав кулаки, тихо произнёс Чонгук. — Ну да, вы же благородные, — буквально выплюнул последнее Сондык, дыша всё тяжелее, и прикрыл глаза. — Хён, — снова заговорил Чонгук, поворачиваясь к Намджуну. — Что нам делать? Мы же… не сможем ему помочь? Но и… как мы вернёмся в кинотеатр? Это… это опасно, — с трудом подбирая слова, спросил Чонгук, и Сондык тут же распахнул глаза, мгновенно сбрасывая с лица всю спесь, и буквально упал на колени, хватая Чонгука за штаны. — Вы не можете бросить меня! Пожалуйста! Не можете! Суан-и, чёрт, — следом он подполз к ней, заглядывая в глаза, и помотал головой, — я не хочу умирать! Пожалуйста! Вы не можете… я не хочу… — отпустив Суан, Сондык скорчился на полу, захлёбываясь судорожными рыданиями. Никто не знал, что делать в такой ситуации, поэтому все просто стояли и смотрели на человека, не так давно бросившего их друзей на произвол судьбы, а теперь и самого обречённого на смерть. — Прости, — наконец тихо проговорил Хосок, делая шаг вперёд и присаживаясь рядом. — Ты же понимаешь, что мы не в силах помочь тебе. Всё что… Всё что мы можем, это… Сондык поднял на него заплаканные мутные глаза. — Предлагаете мне пулю в лоб?! — резко перестав сотрясаться в истерике, выкрикнул Сондык, шокируя тем самым Хосока, который совсем не это имел ввиду. — А где же ваше благородство?! Где ваше чёртово человеколюбие! Одному из своих вы бы тоже пустили пулю в лоб? — выкрикивал он обвинения, а потом вдруг рассмеялся хриплым безумным смехом. Но довольно быстро затих, гипнотизируя широко раскрытыми глазами пол автобуса, со свистом дыша. — Я хочу остаться с Суан наедине, — тихо и спокойно произнёс, будто не он только что вёл себя как безумец и снова забрался на сиденье, хоть и с небольшим трудом. — Мы не можем… — начал было Намджун, но Суан перебила его, умоляюще посмотрев в глаза. — Пожалуйста, дайте нам пару минут. Нахмурившись, Намджун какое-то время переводил взгляд с Суан на притихшего Сондыка и обратно, но всё-таки кивнул и, указав остальным головой в сторону двери, первым направился на выход из автобуса. Спустя время из автобуса первой вышла бледная Суан. Следом, не без её помощи, выбрался и Сондык. Хосок и остальные ребята тут же подскочили на ноги с пыльного грубого асфальта и поспешно подошли к ним. — Всё нормально? — спросил Чонгук, с некоторым подозрением посматривая на Сондыка. — Лучше не бывает, — хмыкнул Сондык, даже не посмотрев в его сторону. — Ну, я пойду. — Махнул он рукой, всё это время смотря лишь на молчавшую Суан. — Куда? — не понял Хосок, переводя растерянный взгляд с Суан на Сондыка и обратно. — Куда-нибудь, — пожал тот плечами. — Я не готов получить пулю в лоб. Как и ехать обратно в здание, кишащее мертвецами. А вам, пожалуй, удачи. Она вам пригодится. И… я может не был самым порядочным человеком, но… перед смертью я попытался исправить это. — Не сказав больше ни слова, Сондык ещё раз махнул им рукой, кривовато улыбнулся Суан и под поражённые, вытянувшиеся лица всех собравшихся медленно, с трудом переставляя ноги, двинулся в противоположную от них сторону. — Мы… отпустим его? — тихо произнёс Ёнхун, вместе со всеми смотря вслед уходящему человеку. — Это был его выбор, — глухо проговорила Суан, поспешно вытирая рукавом глаза, и первая вернулась в автобус. Когда же силуэт Сондыка скрылся за поворотом, все остальные тоже забрались обратно. — Он… — тихо произнесла Суан, как только все снова расселись по местам, и Чонгук тронулся с места. — Он сказал мне, что действительно бросил всех в кинотеатре, заперев при этом их вместе с ходячими… Но!.. — поспешила продолжить она, когда автобус чуть вильнул по дороге, а три пары глаз с неподдельным шоке уставились на неё в ответ. — Но он точно видел, как Чимин помогал Сокджину убежать от толпы. Они… — закусила губу, обводя всех взглядом и останавливаясь им на напряжённом затылке Чонгука. — Сондык уверен, что они все успели спрятаться. Хосок слушал Суан, вцепившись пальцами в ткань на своих коленях, и невидящим взглядом смотрел вперёд. Он очень надеялся, что друзья всё ещё были живы. — Хён, — сжатых пальцев вдруг коснулась тёплая ладонь, и Хосок повернул голову в сторону Ëнхуна. — Всё будет в порядке, — покивал он головой, пытаясь успокоить и мертвецки бледного парня, и себя самого. — Они живы, я уверен! — Да… — пробормотал тот в ответ, и Хосок разжал пальцы, переплетая их с чужими. — Да, я тоже. Автобус снова погрузился в неуютную мрачную тишину, когда Суан вдруг снова не заговорила. — Сондык дал мне ключ. — Ключ? — переспросил Хосок, не уверенный, что ему в принципе было интересно сейчас слушать про какие-то ключи, но гнетущую атмосферу разбавить всё же хотелось. Только ничего больше рассказать та не успела, потому что Чонгук вдруг резко свернул в проулок и, заехав за пару больших мусорных баков, остановился. — Мы буквально в доме от кинотеатра, — произнёс он, глуша мотор и оборачиваясь. — Думаю, автобус лучше спрятать. Не факт, что мы легко попадём внутрь. И уж точно не факт, что сможем очень быстро уйти. А средство передвижения после операции Тэхёна нам будет необходимо как никогда. — Согласен, — кивнул Намджун, вставая с сидения и поднимая с пола два рюкзака. — Дальше пойдём пешком, — он окинул всех внимательным взглядом и, дождавшись кивков в ответ, первым вышел на улицу. Чонгук, тоже поспешно схватив свою сумку, выскочил за ним следом и, не дожидаясь остальных, помчался к кинотеатру. Намджун подождал их с Суан и Ёнхуном, тоже, очевидно, находясь на низком старте, и Хосок кивнул ему на невысказанный вопрос, буквально спустя мгновение провожая взглядом и его. Они втроём были не в таком хорошем физическом состоянии, поэтому просто потихоньку направились за убежавшими парнями. Хосок очень надеялся, что когда они их догонят, уже будет хоть какой-то план. Но когда ребята подошли к кинотеатру, всё, что увидели — это растерянно стоящих возле запертых дверей парней. Хосок встал рядом с Чонгуком и тоже осторожно заглянул внутрь. За стеклом, ручки которого были перемотаны ремнём, бродили порядка пары десятков ходячих, и это было очень странно и подозрительно. Хосок вмиг почувствовал, как холодок пробежал по его спине, когда вспомнил слова Сондыка об огромной толпе мертвецов. Хотелось верить, что тот просто соврал или преувеличил, но если нет… Ему было страшно даже думать о том, где могли находиться остальные. — Какой план? — с надеждой спросил он, повернувшись к Намджуну. — Пока не знаю, — нахмурился тот, повернувшись к Хосоку, выглядя при этом слишком потеряно и неуверенно. — Если на первом этаже только меньшая часть… — он покачал головой и опустил глаза вниз. — Хёны! — обернулся к ним Чонгук, перестав наконец обомлело таращиться за стёкла. — Здесь же по-любому должны быть… — начал он запальчиво, как вдруг, округлив глаза, замолчал. — Быстро вниз!.. — громким шёпотом шикнул он, хватая за руки Хосока и Ëнхуна, стоящих к нему ближе всего, и дёргая их вбок и вниз за стенд с объявлениями и афишами. Намджун так же молниеносно среагировал, притянув к себе Суан и вместе скрываясь за стендом. Хосок никак не мог понять, что произошло, поэтому осторожно высунулся из их укрытия, тут же замечая на дороге вяло плетущихся ходячих мертвецов. Их было всего трое, но встречаться с ними всё равно не хотелось, как и поднимать лишний шум, привлекая сюда ещё большее их количество. Вернувшись обратно, он вопросительно посмотрел на Намджуна и Чонгука, надеясь получить хоть какие-то указания к дальнейшим действиям. Но те сидели молча, напряжённо о чём-то раздумывая. Чонгук кусал губы, перебирая в пальцах лямку от рюкзака, и периодически пытался что-то углядеть за их спинами. Хосок вздохнул и посмотрел на Суан с Ëнхуном. Те тоже сидели хмурые и напуганные — ждали хоть каких-то инструкций. Их так и не поступало, зато Хосок внезапно почувствовал на своём плече тяжёлую хватку и поспешно повернул голову в сторону Чонгука. Тот смотрел куда-то вдаль и выглядел очень возбужденно. Словно вмиг воспрял духом. — Там!.. — практически одними губами произнёс он, дёргая их с Намджуном и указывая головой в нишу между кинотеатром и соседним зданием. Хосок усиленно пытался углядеть то, что так воодушевило Чонгука, но, кажется, единственный не понимал, что происходит. Намджун же, уже понявший, в чём дело, оперативно собирал рюкзаки и жестами приказывал всем следовать за ним. Согнувшись, чтобы ненароком не попасться в поле зрения ходячих мертвецов, все они друг за другом двинулись в ту самую нишу за Намджуном. Хосок замыкал их строй, то и дело оглядываясь, чтобы проверить, не обратили ли на них внимания мирно прогуливающиеся по дороге зомби. Те уже практически прошли кинотеатр, даже не повернувшись в их сторону, и Хосок облегчённо выдохнул, наконец добираясь до места назначения. Как оказалось, тем, что заметил Чонгук, была пожарная лестница, ведущая на крышу кинотеатра. Они столпились вокруг неё, думая, по всей видимости, об одном и том же: как дотянуться до нижней ступеньки, чтобы спустить эту лестницу вниз. Вообще, это казалось хорошим вариантом: зайти сверху, а не с первого этажа, который хоть и не кишил мертвецами, но и лёгкую прогулку до второго не обещал. — Я могу попробовать дотянуться, если вы подсадите меня, — нарушил тишину Ëнхун, уверенно смотря на Намджуна, хоть и не так же уверенно стоя на ногах. — Можем попробовать, — ответил он спустя какое-то время раздумий, в течение которого внимательно разглядывал то самого Ëнхуна, то пожарную лестницу. — Давай. Намджун подошёл к стене, облокотился на неё спиной и, расставив ноги, чуть согнулся. Ëнхун осторожно, хоть и довольно ловко для своего состояния забрался на подставленные руки, но до лестницы всё равно не дотягивался. Тогда к ним присоединился и Чонгук, обхватив снизу ступни Ëнхуна, вместе они подняли его ещё немного выше. С трудом и далеко не с первого раза, когда у Намджуна и Чонгука, казалось, уже совсем не оставалось сил, Ëнхуну всё-таки удалось схватился за металл буквально кончиками пальцев и потянуть лестницу вниз. Путь был открыт, и Хосок прерывисто вздохнул. Всё вроде бы шло хорошо, но теперь ему вновь стало до одури страшно, ведь неизвестно, что они увидят, когда попадут внутрь. И беспокоили в кои-то веки Хосока совсем не уродливые страшные мертвецы. Он до жути, до дрожи в ногах боялся не увидеть своих друзей в живых. Первым наверх полез Чонгук, не слушая никого и не желая тратить время на составление планов, которые всё равно могли рухнуть в любую секунду. За ним полез Хосок, тоже вызвавшись сам. Ëнхуна и Суан отправили следом, а замыкал их группу в этот раз Намджун. Забравшись на крышу, Хосок застал Чонгука безуспешно дёргающим дверь на лестницу вниз. Та поддаваться совершенно не стремилась, и Хосок, закусив губу, безмолвно наблюдал за тем, как с каждой секундой Чонгук всё сильнее впадает в отчаяние. Когда остальные тоже забрались наверх, и они все вместе подошли к Чонгуку, уже просто привалившемуся лбом к металлу, атмосфера приобрела совсем безысходные ноты. — Мы можем попробовать прострелить замок, — спустя долгие минуты отчаянного молчания предложил Хосок единственное, что пришло ему в голову. — Возможно, — ответил Намджун, внимательно рассматривая запертую дверь и хмурясь. — Но если за ней кто-то есть… — У нас не так много вариантов, хëн… — умоляюще взглянул на него Чонгук, чуть оживившись. Каждый в этой небольшой группе полагался на Намджуна, и Чонгук не был исключением, ожидая одобрения плана от старшего. — Ну, собственно, их два. Пробовать здесь и надеяться на то, что внутри никого нет, или пытаться прорваться через ходячих на первом этаже. — Ни один из вариантов не даёт гарантий. Но мы не можем просто стоять тут и бездействовать, — произнёс Хосок, готовый ради своих друзей на всё, не смотря на то, что ни один из планов не внушал ему ни капли доверия и не имел под собой даже смутных шансов на успех. — Я… — Намджун обвёл их всех пронзительным взглядом. — Я не знаю. — покачал он головой. — Я далеко не Юнги-хён и принимать решения, просчитывая в голове кучу вариантов дальнейшего развития событий, не умею… поэтому, думаю, единственный вариант, это… голосование? — пожал он плечами. — Я за то, чтобы пробовать здесь. Дверь открывается вовнутрь, а значит, даже если там будут ходячие, у нас будет время на отход. — запальчиво высказался Чонгук. — Не уверен, — вздохнул Намджун. — Остальные? — Я тоже за вариант с дверью, — произнесла Суан, поднимая руку. — И я, — уверено кивнул Ёнхун. А Хосок опять не смог упустить из виду то, каким мертвецки бледным был парень. Переживания за сестру и то, что произошло с ними ранее, явно слишком сильно на него повлияло. — Я тоже «за», — произнёс Хосок последним. — Что ж. Единогласно. — Покивал головой Намджун. — Значит, не будем терять время. Чонгук судорожно выдохнул, как только получил добро на действия и торопливо схватил рюкзак Юнги, вытаскивая оттуда пистолет. Велев всем отойти подальше, он прицелился и возвёл курок. Хосок зажмурился и спустя мгновение раздался оглушительный выстрел. Вздрогнув, он открыл глаза и уставился на дверь, от которой шёл сизый дымок. Рядом с тем местом, где ещё минуту назад был неподдающийся замок, свисала ручка, а возле неё была огромная дыра. Никто не шевелился, дружно прислушиваясь к звукам за дверью, но, кажется, на их удачу всё было тихо. Первым отмер Чонгук, осторожно двинувшись к двери. Он медленно её приоткрыл, заглянув внутрь и, обернувшись к остальным, качнул головой, призывая двигаться за ним. За дверью действительно никого не было, как и на самой лестнице. Но чем ближе они подходили к выходу на этаж, тем сильнее нервничал Хосок. Наконец добравшись до третьего, они осторожно выглянули с лестничного пролёта, прочёсывая взглядами холл ресторанного этажа. На первый взгляд здесь было тихо и спокойно, и Хосок моментально подумал, что если им придётся здесь задержаться после операции Тэхёна, то можно будет попробовать поискать тут еды. Мозг, похоже, хватался за любую идею, если она значила, что всё в итоге будет хорошо. Не став здесь тратить время, они пошли дальше, спускаясь ещё ниже, на тот этаж, на котором ранее оставили своих друзей. И уже на первых ступенях стало очевидно, что хорошо всё не будет точно. С этажа отчётливо слышались хрипы и стоны, их громкость и количество говорили лишь о том, что всё было даже хуже, чем плохо. А когда они всё-таки дошли до двери и всего на чуть-чуть приоткрыли её, все самые страшные опасения Хосока в одно мгновение подтвердились. Весь этаж был буквально заполнен ходячими мертвецами, и самое большое их количество находилось именно у той VIP комнаты, где должны были прятаться их друзья. Во всём этом кошмаре наяву, единственной более-менее хорошей новостью было лишь то, что дверь туда была плотно закрыта.
