Falling/Падший

      Холодные сумерки уже опустились на заброшенный промышленный квартал, когда Северус стоял, замерзая, в длинной очереди рабочих мясокомбината и ждал своей скудной дневной зарплаты. Его «коллеги» смотрели на него с еще большей враждебностью, чем обычно, и Северус лишь надеялся на то, что сегодня все обойдется без драки (их и так уже было предостаточно), потому что со своим сломанным и снова адски болевшим плечом у него просто не было шансов.       Он провел в доме Ричарда три невыразимо восхитительных дня, наполненных отдыхом, чтением, вкусной едой и приятным общением, а на четвертое утро, торопливо одевшись, написав довольно неловкое благодарственное письмо с извинениями за причиненные неудобства и оставив все имеющиеся у него восемьдесят четыре фунта, — ушел. Северус тихо выскользнул из дома и бродил по мирно спящему району до тех пор, пока не нашел автобусную остановку. Позже в это же утро, после полунедельного отсутствия, он, хромая и демонстрируя явные признаки тяжелых травм, явился на работу.       Его бригадир был жутко зол и оскорблял его самыми ужасными словами, а затем, урезав его оклад вдвое, приказал ежедневно до тех пор, пока он снова не сможет таскать тяжелые туши скота, чистить залитые кровью бойни.       Сейчас же, вкладывая несколько монет в руку измученного волшебника, бригадир презрительно усмехался. Но Северус понимал, что у него нет возможности дать отпор.       Если я хочу наполнять чем-то съедобным свой ноющий желудок в течение следующих недель, то должен, стиснув зубы, ползать на коленях перед этим садистом с помойным ведром и грязной тряпкой в руках.       Он устало кивнул, положил деньги в карман и медленно пошел к воротам фабрики, у которых стоял «Лендровер» Ричарда.       Северус шокировано остановился.       Этого не может быть.       Я проехал три часа на автобусе, чтобы вернуться в свой квартал на другой конец города. Зачем доктору приезжать сюда, в этот забытый Богом, заброшенный промышленный район?       Он разочарованно опустил голову, надвинул капюшон своей тонкой куртки на лицо и двинулся мимо, но тут дверь машины распахнулась, и из нее вышел Ричард.       — Боже мой, дорогой! Так вот ты где! — воскликнул он с облегчением.       Северус замер на месте.       Как он нашел меня? И почему не сердится?       Я тайком улизнул из его дома, оставив только довольно запутанную записку и те небольшие деньги, которые у меня были.       Он был полностью уверен в том, что медик посчитал его антисоциальным и неблагодарным бездельником.       Но Ричард смотрел на него, не скрывая облегчения, и, открыв пассажирскую дверь, добродушно проворчал: «Садись — мы едем домой!».       Северус почувствовал, как его желудок сжался, внезапно его затошнило.       Вот и настал этот момент... Я должен рассказать этому доброжелательному человеку правду о себе. Я так надеялся, что этот он никогда не узнает о том, кто я на самом деле. Но в данный момент другого выхода нет…       Когда Ричард потянулся за его вещевым мешком, чтобы засунуть его в багажник, Северус в отчаянии покачал головой. Он сухо сглотнул, а затем прошептал хриплым голосом: «Я не могу». Старший мужчина посмотрел на него с удивлением. Медленно подойдя к волшебнику, врач осторожно положил руку на его здоровое плечо и, заглянув в его красноватые глаза своими открытыми и добрыми глазами, негромко спросил: «Что случилось?»       Северус прочистил горло и, заикаясь, пробормотал: «Я не могу пойти с вами. Мне бесконечно жаль, что вы проделали такой путь. Я знаю, что должен был рассказать вам все с самого начала, но… Пожалуйста, простите меня».       Ричард, не убирая ладони с плеча Северуса, мягко ответил: «Нет ничего такого, о чем мы не могли бы спокойно поговорить. Мы вместе найдем решение». Но Северус лишь уперся взглядом в землю и отрицательно мотнул головой.       — Вы не знаете, кто я такой, — прошептал он. — Есть вещи, которые невозможно уладить.       — Нет, это не так, — твердо заявил доктор. — Давай выпьем вместе по чашечке чая, и ты расскажешь мне, что произошло.       Северус кивнул и, не говоря ни слова, перешел улицу и открыл ржавую стеклянную дверь ветхой закусочной. По привычке он прошел в дальний угол и сел на одно из тускло освещенных мест. Когда к их столику подошла дородная официантка, Ричард хотел было заказать для него сытный ужин, но Северус смущенно покачал головой.       — Мне только чашку чая, пожалуйста, — тихо произнес он, уставившись на свои руки.       Только когда им принесли горячие напитки, Северус поднял голову. Заботливый взгляд Ричарда поразил его до глубины души.       Этот неисправимый филантроп сейчас испытает, наверное, самое страшное разочарование в своей жизни.       Северус уперся локтями в столешницу, переплел пальцы и, прочистив горло, заговорил: «Доктор Кэмпбелл, вы были невероятно добры и щедры ко мне. Мне от всего сердца стыдно, что я предал вас и что был слишком труслив, чтобы сказать вам правду. Нет, пожалуйста, дайте мне закончить. Вы должны наконец все узнать».       Некоторое время Северус молчал, а затем, глубоко вздохнув, заявил твердым голосом: «Меня зовут не Джон Смит, и я сидел в тюрьме».       Он поднял голову и увидел, что Ричард кивает и смотрит на него с состраданием.       Очевидно, он не совсем правильно меня понял.       — Я пробыл там не несколько недель, за мелкую кражу или что-то в этом роде. Я был осужден за государственную измену, — хрипло проговорил он. Ричард по-прежнему смотрел на него с совершенно спокойным и открытым лицом. Северус не был готов к такой реакции, поэтому, сделав еще один глубокий вдох и попытавшись сморгнуть навернувшиеся на глаза слезы, произнес: «И меня судили за убийство моего наставника».       Северус отодвинул стул, схватил свою сумку и попытался встать. Запустив ладонь в карман и нащупав там горстку монет, он подумал: «По крайней мере, я могу заплатить за свой чай», но тут же почувствовал на своем предплечье легкую, но твердую и теплую, удерживающую его ладонь.       Северус поднял голову и столкнулся с серьезным и обеспокоенным взглядом Ричарда.       — Пожалуйста, сядь.       Что должно случиться, чтобы этот человек потерял самообладание?       — Не хочешь ли ты поделиться со мной своей историей? — спросил Ричард с сочувствием.       — Ее нет, — прошептал Северус, вытирая рукавом слезы. — Я осужденный предатель. Я убил единственного человека, которому когда-либо доверял. Вот и вся история.       Ричард все еще держал руку на его предплечье и с добротой смотрел ему в глаза. Затем он медленно покачал головой и сказал мягким голосом: «Я абсолютно уверен, что есть история, которую можно… нужно рассказать».       Северус снова уставился на свои руки и надолго замолчал, но потом все же негромко заговорил: «Я никогда никому об этом раньше не рассказывал…»       Он запнулся, поднял голову и, внимательно смотря на доктора, пробормотал: «Меня зовут Северус Снейп. Я не аптекарь, я — зельевар, и я происхожу из мира, который для вас не является ни правдоподобным, ни понятным…»       Но Ричард лишь мягко улыбнулся, а затем спокойно проворчал: «Для меня, как для маггла…?»