Falling/Падший

      Северусу пришлось потратить немало времени и сил, чтобы убедить Ричарда стать его медицинским консультантом. Именно поэтому, точно в назначенное время, два одетых в свои лучшие костюмы джентльмена стояли перед богато украшенными резьбой воротами Фонда. Чем ближе они подходили к японскому дворцу, тем бледнее становилось лицо врача, и теперь Ричард выглядел так, словно находился на грани обморока.       Зельевар слишком хорошо помнил, как сам, всего неделю назад, нервничал, поэтому он осторожно положил руку на дрожащее предплечье своего друга и спокойно сказал: «Госпожа Озуно, вероятно, волнуется сейчас так же, как и ты. Пожалуйста, уделите друг другу столько времени, сколько потребуется, и после стольких лет наконец спокойно поговорите. Я уверен, что мы с Гермионой прекрасно сами справимся со знакомством с персоналом, а после, возможно, прогуляемся по саду и подождем окончания вашей беседы…» — и тут Северус заметил, что у него самого при одной только мысли о встрече с Гермионой подкашиваются колени.       На его тихий стук дверь открыла та самая, упомянутая минутой ранее, очаровательная ведьма и поприветствовала их чарующей улыбкой. На этот раз Гермиона была одета в богато расшитое золотом традиционное персидское платье нежного бирюзового оттенка, а плечи ее были покрыты свободно накинутой шалью. Поздоровавшись и услышав в ответ мягкий женский голос, Ричард бросил на своего спутника быстрый взгляд, выражающий абсолютное понимание причин его волнения по поводу этой женщины.       Но сам Мастер зелий уже снова пребывал в состоянии замешательства и был в этом состоянии очарователен. Стоило только нежному цветочному аромату Гермионы коснуться его обонятельных нервов, как память услужливо подкинула ему одно из самых чувственных его воспоминаний — полные губы Гермионы на его подбородке. Это воспоминание вот уже как неделю не давало ему спокойно спать, и Северус был искренне этим обеспокоен. Хотя они уже не раз встречались, у зельевара все еще перехватывало дыхание, руки его тряслись, и взгляд от Гермионы он отводил только благодаря своей силе воли.       Как, черт возьми, я смогу тут работать?       Из-за массивной стойки регистратуры вышел Джаду. Индус низко поклонился, представился Ричарду и вежливо попросил того проследовать в кабинет директрисы Фонда, которая желает с ним поговорить. Ричард любезно кивнул, прочистил горло, судорожно сглотнул и неуверенными шагами последовал за администратором в глубину фойе.       Смущенно разглядывающие пол Северус и Гермиона остались наедине. Во время их совместно проведенного дня и особенно вечера они по-настоящему открылись друг другу, и сейчас оба чувствовали, как это прекрасно — стоять бок о бок. Хрупкая ведьма первой нарушила молчание и, с нежностью смотря на притихшего зельевара, проговорила: «Могу ли я пригласить тебя на экскурсию по библиотеке и саду и познакомить с сотрудниками? Наш главный ботаник, профессор Таггарт, очень хочет с тобой познакомиться».       Новоиспеченный посол с облегчением кивнул и прошел вслед за Гермионой в волшебную библиотеку. Северус был поражен тем, как уверенно и грациозно она вела его через этот чарующе освещенный лабиринт лестниц, мостиков и коридоров.       Обходя этаж за этажом, они попадали в залитые солнцем роскошные комнаты, уютные читальные залы и помещения, обставленные сотнями богато украшенных резных книжных полок. Они проходили через изящные галереи и поднимались по винтовым лестницам. Окруженная всем этим великолепием, читала и исследовала искушенная международная публика. Кто-то работал за длинными деревянными столами, кто-то тихо беседовал, сидя в уютных нишах, кто-то, расположившись на подушках для сидения, наслаждался потрескивающими каминами, а кто-то угощался изысканными, доставляемыми стайкой веселых домовых эльфов угощениями. В общем, жизнь в библиотеке била ключом.       В различных книжных залах библиотекари и их ассистенты спокойно и заботливо обслуживали любознательных посетителей, в то время как мрачноватые, но добродушные гоблины заведовали особенно ценными экземплярами книг и журналов. Северус был представлен многим влиятельным людям, которые с трепетом пожимали его руку и радовались тому, что именно он, такой известный и уважаемый ученый, стал новым послом Фонда.       — Мой любимый день недели — четверг. По четвергам мы открыты до полуночи, а часто и дольше, — сообщила Северусу сияющая Гермиона. — Именно по четвергам мы проводим культурные мероприятия: приемы, лекции, беседы, выставки. Обычно в эти дни атмосферно освещенные залы и сады переполнены прогуливающимися посетителями, а наши замечательные повара превосходят самих себя и балуют наших гостей вкусными угощениями и креативными прохладительными напитками.       Когда они закончили обход всех великолепных библиотечных помещений, прекрасная ведьма провела Северуса обратно в зал для приемов, а оттуда — в сад. Профессор Таггарт уже ждал их на подходе к тщательно ухоженным клумбам и теплицам с волшебными травами. Он оказался добродушным пожилым джентльменом с вьющимися белыми волосами и длинной бородой, придающими ему вид доброжелательного духа природы. Многие десятилетия своей жизни он посвятил изучению растений, растущих в зачарованном парке, и руководству разнообразной и высококвалифицированной командой садовников, состоящей как из английских, так и из азиатских магглов и волшебников.       Гермиона испытала чувство восторга, увидев, как Северус сердечно сжал большую мозолистую ладонь профессора Таггарта, и поняв, что между двумя мужчинами мгновенно возникла химия. Во время этой короткой прогулки зельевар был представлен другим коллегам, и с двоими из них Северус даже успел с энтузиазмом обсудить парочку проектов и договориться о совместной работе.       Попрощавшись с многоуважаемым ботаником, пара еще недолго погуляла по наполненному многоголосьем щебечущих птиц парку и вернулась в павильон, который после смерти бывшего посла Гермиона и госпожа Озуно использовали в качестве своей резиденции. Мастер зелий чувствовал себя таким беззаботным, каким, вероятно, не чувствовал никогда прежде в своей жизни. Здесь было его новое место жительства и работы, и Северус не мог представить себе более приятного, безмятежного и заботливого окружения: великолепный парк с теплицами, прекрасно оборудованная лаборатория зелий, замечательная библиотека, преданный любимому делу и уважительный в общении с ним персонал, собственный маленький домик на пологом берегу ручья и… очаровательная и прелестная коллега.       Проходя мимо японского дворца, Северус с Гермионой заметили госпожу Озуно и Ричарда, сидящих на скамейке на залитой светом широкой веранде, смотрящих друг на друга светящимися от счастья глазами и тихо разговаривающих. Северус заметил, что врач с любовью держит ладонь леди, а та то и дело утирает слезы одним из его матерчатых платочков. Эти двое, казалось, были невероятно блаженны и рады тому, что встретились снова после столь долгого расставания. Пара была настолько увлечена друг другом, что не замечала ничего из того, что происходило вокруг.       Прежде чем пригласить Северуса в каминный зал к богато накрытому столу, Гермиона провела для него небольшую экскурсию по своему роскошному дому. Тот состоял из целого ряда просторных, залитых солнцем комнат, выходящих окнами в сад и в то же время обеспечивающими приятную степень уединения. Северус позволил своему взгляду осмотреть это просторное жилище, а затем украдкой взглянул на прекрасную, стоящую рядом с ним женщину.       Значит, сюда Гермиона, скорее всего, приведет своего счастливчика-мужа и здесь будет растить маленьких, резвящихся в цветущем саду, девочек и мальчиков с растрепанными янтарными кудрями, подумал он с замиранием сердца.       И хотя Северус всеми фибрами своей души желал Гермионе удачи, счастья и партнера, который носил бы ее на руках, он так же отчетливо понимал, что в тот день, когда она влюбится в одного из окружающих ее молодых, многообещающих и обожающих ее женихов, его сердце разобьется. Он отдал бы все, чтобы стать таким мужчиной, но считал невозможным сам факт того, что Гермиона может заинтересоваться таким мрачным старым зельеваром, как он, когда у ее ног лежит весь мир.