"Я - кто?! Сенсей?": Боги, у которых лапки (Книга 3)

Сидя на чудом сохранившемся дереве во дворе, Наруто наблюдал за тренировкой ниндзя Корня. Солнечные лучи пробивались сквозь редкую листву, рисуя на земле причудливые узоры, которые тут же смазывались в пыли под быстрыми шагами бойцов. Корешки, как их называл Ирука, разбились на пары и тренировали тайдзютсу, стараясь творчески подойти к поединку, подловить противника, вывести из строя хитрым приёмом. Движения их были отточенными, почти механическими, но в глазах читался азарт — каждый хотел доказать, что именно его подход к бою достоин внимания. Один из шиноби внезапно сделал ложный выпад, заставив партнёра отпрыгнуть назад, а затем, используя момент, резко сменил траекторию, ударив локтем в бок. Такой подход Наруто нравился, и он старался запомнить всё, что казалось интересным, мысленно повторяя движения, будто стоял на поле боя, а не наблюдал со стороны. Наруто улыбнулся своим мыслям, припомнив Кибу, который, начиная проигрывать, кричал, что так сражаться не честно. Припомнив собачника, Наруто почувствовал, как потускнела улыбка. Он слишком сильно отдалился от бывших друзей. Вернее — это они слишком быстро забыли безотказного Узумаки. Стараясь всем понравиться, Наруто участвовал во всех проделках Кибы и Шикамару. Даже когда они подбивали его стащить сладости с прилавка или разлить лужу на пути раздражённого миссионера из Страны Железа. Наруто не отказывался — лишь глупо ухмылялся и лез вперёд, принимая на себя всю вину. И даже понимая, что им пользовались, не мог сказать «нет». — Зато не один, — горько хмыкнул Наруто и спрыгнув с ветки, запустил в полёт камешек, мыском ботинка. Где-то наверху раздался сухой щелчок — камешек угодил в скалу, от которой когда-то и откололся. Наруто проводил его взглядом, сжав кулаки в карманах. Корешки замерли, обратившись в сторону звука. Наруто пришлось всех успокаивать, поясняя что произошло. Никто и слова не сказал, все просто вернулись к тренировкам. С людьми Тоши Наруто ладил, но ему в их компании было не особо весело. Знали они мало, говорили ещё меньше, а от монологов Узумаки уже отвык. Пусть тут его слушали, а не игнорировали (это льстило), но от собеседника хотелось осмысленной отдачи, а не только ничего незначащих восклицаний и кивков. Раньше ему бы хватило и такого общения, сейчас же оно быстро надоедало. Наруто наивно полагал, что с приходом остальной команды у него, наконец, появится шанс провести время с Хинатой — вдвоём, без лишних глаз. Но судьба, как всегда, подкидывала ему испытания. За скромной Хинатой неизменно следовали Сакура и Ино, будто тени, прилипшие к её светлому силуэту. Ино — со своей нарочитой дружелюбностью, громким смехом и бесконечными расспросами буквально душила его вниманием. "Ну что, Наруто, как тренировки? А правда, что ты вчера снова угодил в капкан Хидики-сенсея? Ой, да ладно тебе, не кисни!" Каждое её слово звенело, как колокольчик, от которого хотелось зажать уши. Поначалу Наруто не понимал, в чём дело, но потом до него дошло: она просто так самоутверждается, играя в свои словесные игры. Демонстрирует свой интеллект, своё умение заморочить всем голову и манипулировать окружающими, им в том числе. А ещё Яманака таким образом показывает Сакуре, кто тут главная и может крутить всеми, как хочет. А вот Наруто чем дальше, тем больше было это не нравилось. Ощущать себя дрессированной собачкой на потеху публике было противно. А Сакура... Она просто стояла в сторонке, теребя то травинку, то рукав и упорно смотрела куда угодно, только не на него. Будто между ними висела невидимая стена, которую он когда-то сам и возвёл — своими глупостями, своей навязчивостью. И теперь, даже если бы он попытался заговорить, слова застряли бы в горле. И Наруто это понимал даже не разумом, а сердцем. Хотя о чём им сейчас говорить? О Саске? Это секрет. Об этом говорить нельзя. О прошлом их команды? Там было много такого, чего Узумаки уже стыдился и не хотел вспоминать. О самой Сакуре и о том, какая она красивая и умная? Да он уже, в общем-то, и не хотел об этом говорить… Ино и Хината не хуже, к тому же по голове за подробные слова точно не дадут. К тому же, в последнее время Наруто было всё тяжелее считать Сакуру умной. По-настоящему умный – это Ирука! Умная – это Анко. И ещё Хината. И даже в какой-то мере Ино, хоть она та ещё вредина и манипуляторша. А Харуно просто начитанная, хорошо обученная и много знает. Но умная ли? Узумаки в этом сомневался. Приятнее всего было делать комплименты Хинате. И ощущалось это как-то правильнее, что ли? Наруто устало взглянул в небо и потащился на прогулку по крышам новых зданий, оглядывая сверху низкие домики безымянного города-порта: — Почему всё всегда так сложно? Наруто щурился от ослепительных бликов, прыгающих по волнам — море сегодня сверкало, как расплавленное серебро. Солнце палило нещадно, обжигая кожу, и от его лучей хотелось снова нырнуть в спасительную тень, но ради такого зрелища можно было и потерпеть. Внизу, у самой кромки воды, ютились чёрные домишки победнее и поменьше — кривые, сгорбленные, будто прилипшие к скалам моллюски. Над ними кружили чайки, их пронзительные крики растворялись в шуме прибоя. А дальше... дальше простиралась только бескрайняя синь, сливающаяся с горизонтом, напоминая о том недолгом отдыхе на пляже, когда всё было намного, намного проще. Наруто глубоко вдохнул, вбирая в себя солёный ветер. Здесь, на вершине, он чувствовал себя выше всех этих мелких драм, этих неловких взглядов и невысказанных слов. Море не спрашивало, почему он пришёл. Волнам не было дела до его глупых мыслей. Они просто бились о камни — снова и снова — будто пытались стереть в песок все острые углы мира. Отсюда даже был виден квартал Умизумаки, но вот разглядеть, что происходит на узких улочках, уже не получалось. — Барьер, наверное, какой-то, — прошептал Наруто, складывая подзорную трубу и пряча в печать на браслете (одном из многих, что закрывали запястья мальчика, словно богато украшенные наручи). Наруто даже не удивился тому, что после чуда от Аматерасу Умино и Узумаки не пришли его забрать на время или хотя бы поговорить. Объяснится, извиниться за свои интриги или, может быть, даже чему-нибудь интересному научить. Да просто обсудить произошедшее! Они же один клан, практически семья! Впрочем, это уже совсем мечты… Наруто не надеялся особо на родственников, просто всё равно было обидно. При первой встрече они были такими добрыми и щедрыми. Он поверил, что он им действительно был нужен! Но, с другой стороны, это и хорошо. Меньше иллюзий. А ещё такое игнорирование лишний раз доказывает, что ему нет нужды выбирать между братом и Узумаки. У него уже есть семья: Ирука и Анко. Но не Узумаки. Он не нужен своей красноволосой родне, как бы они раньше не заявляли и не демонстрировали обратного. Вероятно, они рассчитывали получить что-то с его помощью, поэтому поначалу отнеслись к нему хорошо. Но после последнего разговора с Ютакой и Акийоши всё как отрубило. Поэтому Наруто решил, что не будет стараться угодить им, и уж точно не согласится с теми пакостями, что они сделали и хотели сделать Ируке! — Но брат страшно расстроится, если я ему честно скажу, что не хочу быть Узумаки... И будет долго и нудно объяснять, почему это глупое, спонтанное и непродуманное решение, — шепотом себе под носом проговорил подросток. Он ведь так много сделал, чтобы ко мне относились как к чистокровному Узумаки, чтобы я почувствовал себя не одиночкой, но частью семьи и клана… Так что лучше просто промолчать. Наруто ловко спрыгнул с конька крыши. Пыль взметнулась из-под сандалий, когда он приземлился, и пару секунд он стоял, прислушиваясь: не раздастся ли знакомый визгливый возглас Ино или резкий оклик Сакуры. Но вокруг было тихо — только ветер шевелил листву под вопли чаек. Наруто прижался к стене, затаив дыхание, когда впереди мелькнул розовый хвостик. Сердце ёкнуло, но оказалось, что это просто девушка из местных — более фигуристая, чем Сакура и с волосами светлее на пару тонов. Выдохнув, Наруто юркнул в узкий проход между зданиями, ведущий к библиотеке, чуть не застряв там. — Это было близко… — оглянулся Наруто назад и поёжился. Не обнаружив Хинату в библиотеке и у медика, Наруто поплёлся к комнате девочек. Наруто хотелось избежать встречи с Сакурой, особенно наедине. Прохлада внутри коридоров общежития отдавала сыростью камня, подвальных помещений и лабораторий. Под базой стало намного больше каменных комнат, а Наруто получил немного денег за то, что нарисовал пару-другую печатей. Тоши нравился Узумаки и он помог бы ему даже бесплатно. Хоть свободного места в новых зданиях хватало, юных куноичи всё равно поселили втроём, а Наруто выделили отдельную комнату в другом конце здания, поближе к лестнице вниз. — Рядом тоже были свободные комнаты, — беззвучно буркнул Наруто, нехотя переставляя ноги. Узумаки решительно не понимал зачем Хинату поселили с остальными. Им троим совершенно не о чём говорить. Они ведь такие… Такие все разные… — Хината-чан, ты тут? — позвал Наруто, после короткого стука. В замке поскреблись и в коридор осторожно высунулась Харуно. Она всё ещё красила волосы в нелепый чёрный цвет, делающий её похожей на девочку из клана Учиха. — О, Наруто… — тихо произнесла Сакура, но сразу же опустила взгляд, будто боясь продолжить разговор. Она стояла, нервно перебирая край длинного рукава. По инерции Наруто зашёл в общую комнату, куда выходили ещё четыре двери, когда Сакура отступила и пригласила его жестом, но замер от промелькнувшей мысли. «Сакура сейчас больше похожа на Хинату, чем сама Хината…» Узумаки хотел спросить, где его подружка, но замолк. Услышав шаги, Харуно вздрогнула и быстро подняла голову, словно ожидая чего-то плохого. — Э-э… Сакура-чан, ты не видела Хинату-чан? — спросил Наруто, чувствуя себя неловко. — Нет… — Сакура покачала головой, всё ещё не глядя на него. — Кажется, она ушла на полигоны или в онсен… Она взяла полотенца и одежду с кунаями. «Наверное, она пошла сначала в бани, чтобы на улице было не так противно находиться…» Наруто кивнул, чтоб ретироваться и подождать Хинату снаружи в тени дерева, как вдруг в комнату влетела Ино, размахивая какой-то яркой книжкой. — Сакура-чан, ты только посмотри, что я нашла! — воскликнула она, совершенно не замечая Наруто. — Тут такие интересные модификации хенге! Ну, может, не совсем они, но… Сакура лишь слабо улыбнулась в ответ, явно не разделяя её энтузиазма. Ино, не обращая внимания на её реакцию, уселась на диванчик из бамбука и бесформенных подушек, начав что-то быстро объяснять, активно жестикулируя. Наруто постоял ещё мгновение, наблюдая за этой сценой. Ино говорила без остановки, Сакура молча кивала. Он вздохнул и вышел в коридор. — О, Наруто-кун, — заметила, наконец, Ино гостя, — А ты что тут? — Я уже ухожу. «Как вообще они уживаются вместе?» Наруто шагал по узкому коридору общежития, чувствуя запах дерева и прогретой дневным светом штукатурки. На базе отчаянно не хватало зелени. Где-то за дверями слышались голоса и смех, — обычная суета базы, но в его голове крутился только один вопрос. — Ино всё время трещит, как сорока, Сакура молчит, будто воды в рот набрала, а Хината… Он мысленно представил её — понарошку кроткую, с опущенными ресницами, — и невольно усмехнулся. — Как она вообще их терпит? Или они, как кошки в одной коробке, сидят по разным углам? — Наруто! Голос заставил его вздрогнуть. Обернувшись, он увидел Сакуру — она стояла рядом с окном, и её розовые волосы казались почти белыми от яркого солнца. Не поняв поначалу, зачем Сакура применила хенге, Наруто всмотрелся в знакомые черты, точно впервые. Удивительно, но с прежним цветом она стала выглядеть ещё более чужой, чем раньше. Странное напряжение в её лице настораживало Наруто, будто Харуно собралась не на разговор, а на бой. Любопытная Ино прильнула к косяку. Её предательски выдавали светящиеся на солнце блондинистые волоски и так и не захлопнувшаяся дверь. — Прости, что я раньше себя так вела. Сакура отошла от комнаты всего на полметра, будто хотела, чтобы Наруто сам подошёл к ней ближе. — «Так»? — Наруто нахмурился, делая вид, что не понимает, оставшись на месте. Но в груди уже зашевелилось что-то колючее, а в голове мелькнуло: что, опять про Саске? Сакура вдруг вспыхнула, как бумажный фонарик, брошенный в костёр. — Что обижала тебя! Доволен?! Сделав вперёд несколько шагов, Сакура замерла, как актёр в свете софитов, а Наруто и шага не сделал из тени между окон. Он видел, как дрожат розоватые ресницы, как сжимаются плечи — старая привычка перед тем, как закричать. Но Наруто опередил её, спокойно перебив на вдохе: — Я не обижен. Рядом с Ино нужно было тщательнее подбирать слова и выражения, чтобы не сболтнуть лишнего. Улыбка мелькнула на лице Сакуры — быстрая, неровная. Но следующая фраза Наруто стёрла её, будто мокрой тряпкой. — Ты ведь мне не друг. Давно им не была. Я сам навязывался. Не дружить со мной было твоим правом, за это не нужно извиняться. — Так ты не обижен? — удивилась Харуно, зацепившись за последнюю фразу. — За что? За прошлое? — спокойно переспросил Наруто. Сакура неуверенно кивнула. — Нет, Сакура-чан, мы оба были не правы и пусть всё это останется в прошлом. — Так мы друзья? – неловко и даже как-то робко спросила Харуно. «И чем только она слушала?» – мысленно удивился Наруто. «Мы уже давно не были друзьями…» — Скажи, Сакура-чан, если бы всё осталось, как прежде, ты бы извинилась? Он даже не стал добавлять: если бы Саске остался в Конохе. Не нужно было. Она всё поняла и побледнела. Тишина. Сакура не ответила. Лишь губы её побелели, а кулаки сжались так, что выступили костяшки пальцев, как острые камешки. — Мы ведь были друзьями, — наконец заговорила Сакура, её голос креп и обретал уверенность. — Были в одной команде! Разве это для тебя ничего не значит?! Наруто посмотрел куда-то мимо неё, в солнечный прямоугольник окна под ногами Сакуры. — Не были… — медленно произнес Наруто, осознавая новую и горькую для себя истину, которую ему много раз в разных формах повторял старший брат, но которую Узумаки так упрямо не хотел принимать сердцем. — Мы были в одной команде, но мы не были друзьями… Ты не хотела быть моим другом. Наша дружба кончилась, когда ты стала дружить с Ино-чан. Я тебя за это не виню, тяжело дружить с изгоем, — тут ему пришлось поднять руку, чтобы жестом затормозить её, не дать себя перебить. — И теперь у меня другая команда… — напомнил он, взглянув на Харуно как на чужого человека. — Но ты же дружишь с Хинатой-чан! И с Ино-чан! Мы можем быть друзьями! — Можем. Но прежде, Сакура-чан, ответь мне, пожалуйста, всего на один вопрос. Только честно. Ты хочешь, чтобы я стал твоим другом для того, чтобы я вернул для тебя Саске? — Не-ет, — запнулась Сакура. — Наруто, что ты такое говоришь?! Узумаки очень хотел бы поверить в слова девочки, очень! Вот только он слишком хорошо знал Харуно, и то, как она себе ведёт и как она врёт. И сейчас реакция Сакуры выдала её с головой. Бегающие глаза, подрагивающий голос, руки, которые она пыталась куда-то деть. «Неужели она всегда была такой?» — подумал Наруто с внезапной ясностью. — «И почему я этого не замечал?» Взглянув на Харуно, Наруто молча развернулся. Этот разговор его тяготил. — А как же Саске-кун?! — вырвалось у Сакуры, голос её дрогнул, будто сорвался с обрыва. Наруто на мгновение застыл, не обернувшись, пожал плечами. — Он вернётся. Пауза. — Если захочет. Сакура ахнула: — Нару… Она не договорила. Звук оборвался, словно споткнулся о невидимую стену. И в этот момент они оба почувствовали — что-то лопнуло. Что-то такое маленькое, но очень важное, что когда-то держало их вместе. Когда Саске вернётся, как прежде уже не будет. — Я не это хотела сказать! — практически выкрикнула Харуно. Словно пыталась громкостью убедить саму себя в истинности того, что она говорила. Наруто пошёл прочь, обдумывая эту новую для себя правду: «Когда Саске вернётся, так, как раньше, уже не будет. Никогда …» — Наруто… Я правда не хотела… «Теперь давит на жалость?» — с раздражением подумал Наруто, отмечая про себя как слепа Сакура к чувствам других. Он дал Харуно шанс, неизвестно какой уже по счёту. Но для неё опять важна только она сама, её цели и желания. Саске? Да ей наплевать, чего хочет Учиха! Также, как ей наплевать на то, чего хочу я.«Наруто-кун! Давай будем друзьями, но Саске мне верни!» — передразнил Сакуру голос Ируки в его голове. Удаляясь, Наруто продолжил анализировать, отмечая про себя, что бывшая сокомандница всё же сделала какие-то выводы, даже попыталась извиниться, но так ничего и не поняла. Ей всё так же не было дела ни до Наруто, ни до Саске, ни до кого-то ещё. «Харуно Сакуре интересны только она сама и её желания». Наруто тяжело вздохнул, коснувшись рукой прохладного угла коридора. Харуно не нужен друг-Наруто, ей нужен инструмент-Наруто, который поможет ей вернуть Саске обратно в Коноху. И ради того она готова сквозь зубы изображать дружбу. Вот только Наруто не хотел быть инструментом ни для кого: ни для своих объявившихся родственников, ни для Сакуры, ни для бабули-Цунаде, ни для жителей Конохи, что совсем недавно не упускали случая обозвать его демоном или ещё как-то задеть побольнее. Хотя почему не упускали? Некоторые, особо тупые, и сейчас пытаются… «Неужели после всего, что я для неё сделал, я не заслуживаю даже правды? Того, чтобы мне просто не врали в лицо? Но, может быть, она когда-нибудь всё же изменится? Всё поймёт? Научится думать не только о себе? Брат говорит, что надежда умирает последней…» Наруто твёрдо решил, что пока она не изменится, он не хочет быть другом такой Сакуре. Не хочет каждый день доказывать, что Наруто Узумаки её друг и стоит хотя бы её благосклонного взгляда. Не хочет разбиваться ради неё в лепешку, не получая ничего в ответ. Солнце стояло высоко, разливая золото по земле, и воздух дрожал от жары. Наруто замер на краю площади, затаив дыхание, чтоб не помешать тренировке подруги. Рука, прикрывавшая глаза, медленно опустилась, и в пронзительно фиалковом бьякугане на миг отразились небо и облака. — Дальше километра... — проговорила Хината, и, тепло улыбнувшись, повернулась к Наруто. Ещё не успела угаснуть сила додзюцу, но взгляд смягчился — будто холодный белый свет луны стал тёплым, как солнечный зайчик. — Наруто-кун, — позвала Хината, и в голосе прозвучала лёгкая усталость, сквозящая через море тепла — радость. Он шагнул вперёд, чувствуя, как под ногами хрустят сухие травинки. — Получилось? Ты ведь туда даже не смотрела! — он махнул рукой в сторону куда ушли Ирука и Анко несколько дней назад. Хината кивнула, и в уголках её губ заплясали солнечные зайчики. — Видела. До самого леса по ту сторону реки! — она слегка наклонила голову, — ...когда ты подошёл, звери стали... размываться… Хотелось бы, конечно, подойти поближе. Эти звери так похожи на тех, что были в Лесу Смерти. Они огромные! — Нам пока не стоит выходить, — почесал Наруто щёку, — но мне тоже интересно. — И ты даже не предложишь тайно выбраться? — шутливо поддела Наруто девочка. — Раньше бы предложил, — усмехнулся он в ответ, — ты, наверное, устала, пойдём перекусим? У меня ещё осталось много всего, что умеет готовить только Ирука. Прежде Хинате приходилось отговаривать Наруто от опасных выходок, которые тот предлагал сделать, чтобы впечатлить девочку, но постепенно безрассудность сама сошла на нет. — Хорошо, Наруто-кун, — вложила Хьюга руку в протянутую ладонь. Вот так под ручку идти было радостно и приятно. Жаль только места не слишком много. Заметив в отражении окон себя и Хинату, Наруто улыбнулся сам себе. У него есть Хината, и ему с ней хорошо и спокойно: лучше, чем с Харуно. А ещё у него есть старший брат – Ирука, и ему с ним хорошо: лучше, чем с другими Узумаки. И это тоже выбор самого Наруто. Его право быть с теми, с кем ему хорошо. И теперь подросток понял, что он вовсе не обязан терпеть ради удобства других. Он тоже имеет право на Счастье. И если будет надо – он будет его отстаивать до конца.