Наш с тобою секрет

Я завидую Сихилю. Интересно, любил бы меня Гарет также сильно, если бы я позволял себя любить? И в какой момент я перестал принимать любовь и хоть иногда её отдавать? От этого я ненавижу Сихиля ещё больше! У него есть всё, чего нет у меня… Я хотел бы быть им. Наверняка, его жизнь проста как медная монета, иначе представить себе не могу, как можно сохранять веру в людей и доверять им в целом. Хорошо, наверное, живётся, когда не думаешь каждый день о том, что тебя поджидает засада неприятелей в кустах, яд в чашке, нож в спине… Я закрылся у себя в комнате от мира, мне просто необходимо было побыть одному. Всё время за столом я смотрел на Сихиля, слушал его беззаботные речи о всякой ерунде и наслаждался его беспечностью. Он сам такой незатейливый, наивный и смешной, как ни от мира сего. Просто песня, а не парень. Завидую чёрной завистью! Помимо ненависти Сихиль у меня вызвал и не малый интерес. Может, расспросить его о прошлом? Неплохо было бы узнать, как он пришёл к жизни такой. Гарет не колется о своей, молчит, как воду в рот набрал, и о прошлом вообще не заикается, как ни проси. Стал Альмахом, говорит, лет двенадцать назад, обменяв свою жизнь на магическое мастерство, и живёт себе припеваючи. А Сихиль… Мы ведь с ним примерно одного возраста, если так навскидку. Я, наверное, его старше на года два-три, но невелика разница, юноша он и есть юноша. Помню, Гарет как-то говорил, что маги берут в обучение либо с пяти лет, либо после шестнадцати, и во втором случае на короткий срок. Вот я и попал, собственно, к нему в свои девятнадцать. Невыносимо от одной мысли, как моему же учителю хорошо с каким-то другим учеником! Это несправедливо. Сихиль отбирает у меня последнее, что осталось. Прибить бы его, да сил и особого желания нет. Всё, прошла злость и ненависть, пока я в гостиной стоял, осталась лишь подавленность. И несмотря на свои размышления, я всё ещё продолжаю сидеть здесь. А что мне остаётся? Меня там не просто не ждут, так ещё и видеть не желают. Я сам выбрал себе роль изгоя, может, оно и к лучшему. Не хочу ни к кому привязываться, чтобы потом не жалеть, да и им забыть меня будет проще, они даже вздохнут с облегчением. Я обхватил плечи руками, поджав под себя ноги. Сжал пальцы так сильно на ткани, как только мог. Мне хотелось буквально выйти из собственного тела, мне было в нём безумно тесно. Я ненавижу всë своë естество целиком и полностью. Нужно пойти умыться холодной водой, хоть немного взбодриться, а то это не дело. Нервы натянулись до предела, мне срочно требовалась разрядка. Я захватил из угла комнаты шпагу, почувствовав приятный вес в руке, и заправил её в ножны. Меня не покидала надежда, что я успею проскользнуть мимо этой парочки незамеченным. Я вылетел из комнаты, словно пуля, резко распахнув дверь на полную. Тут же послышался сдавленный вскрик: у моих ног сидел потерянный Сихиль, которому я случайно заехал дверью по лбу. Очки его отлетели куда-то далеко. Я стоял над ним, скривившись в лице, и буквально не понимал, что делать. С одной стороны, мне было его жаль, с другой — сам виноват, нечего под дверью стоять. Стоп, что?! — Что ты делал у моей двери? — подозрительно спросил я, наблюдая за тем, как Сихиль шарит руками по полу в попытках найти очки. — Я… Я к тебе пришёл, — чуть дрожащим голосом произнёс он, находясь в шоке от поцелуя с дверью. — Зачем? Мне хватило уже издёвок днём, с меня хватит! — во мне снова начал разгораться гнев. Сихиль выглядел так жалко и так сильно напоминал меня, что я не знал, кого хочу убить больше: себя или его. — Нет, я не… — Зови Гарета на помощь, если так хочется. Я же зверь, монстр, — я присел рядом с ним на корточки, схватил за кисть и поднял её вверх, тем самым обратив его невидящий взгляд в свою сторону. Я чувствовал, как он начал дрожать. — Боишься меня? И правильно делаешь, — хищно прошипел я, наблюдая за тем, как от его лба по виску и скуле течёт маленькая струйка крови. Я хотел, чтобы Сихиль почувствовал мою боль, малую часть того, что творится у меня в душе. Мне нужен был сейчас его страх, как кислород. И следовало убедить его в том, чтобы он не подходил ко мне больше никогда, бесит. Еле сдерживая себя от того, чтобы ему не вломить, я поднялся на ноги, наблюдая за тем, как он продолжает искать очки, надрывно дыша. — П-прости… — тихо пролепетал он. Мне казалось, что он сейчас заплачет. Как же хотелось разнести эту башню к чертям, чтобы камня на камне не осталось! — Дурак, — бросил я пренебрежительно, — Терпеть тебя не могу. — Его попытки в поисках очков не увенчались успехом, он сел, прислонившись спиной к стене от безысходности. Моë терпение уже было на исходе, мне хотелось как можно быстрее свалить в сад и наконец почувствовать шпагу в руке. Я удивлённо посмотрел на него, пытаясь сдерживать ярость. — Ты что, совсем слепой что ли?! — Да, — тихо ответил Сихиль, откидывая голову назад, пока та не упёрлась в стену. Только сейчас я заметил его белые глаза. Одного не пойму, когда на нём были очки, глаза были янтарного цвета, яркие и красочные. Моё бешенство потихоньку успокаивалось, я сел у противоположной стены коридора. — Почему ты не ушёл? — Сам не знаю, — честно ответил я, наблюдая за необычным парнем, который ворвался в мою жизнь нежданным гостем. Мы молчали несколько минут. — Это изобретение Лаурена, — решил пояснить Сихиль, шмыгая носом и обхватывая плечи руками, как я полчаса назад. — Я хотел отдать тебе брошь, — он достал из сумки самое дорогое, что у меня было, держа на открытой ладони. Я выхватил её, не веря собственным глазам. — Когда ты успел стащить еë? — бросил я презрительный взгляд в его сторону, но он его, конечно, не увидел. Поэтому мой фокус внимания быстро переместился на маленький кусочек серебра. Всегда, когда я брал брошь в руки, я чувствовал странный прилив сил, надежду. Лис буквально заглядывал мне в душу, обвивая тело тремя хвостами, тем самым закрывая от окружающего мира, и шептал на ухо: «Я здесь, с тобой Карион. Доверься мне». Пожалуй, лис был единственным, кому я мог доверять беззаговорочно. — Это брошь моей матери, — зачем-то ляпнул я в чувствах. Через пару мгновений ко мне пришло осознание сказанного, бесшумные проклятия сами собой слетали у меня с губ. — Ты её потерял, когда бежал с пруда, — спокойно пояснил он. — Я рад, что она нашлась. Такую память терять точно не стоит, — Сихиль попросту не увидел моего замешательства. Отчего-то общаться с человеком, который тебя не видит, для меня было гораздо легче. Это была одна из причин, почему я до сих не вернул ему очки, которые кручу в руках вот уже пару минут. А ещё потому что если я верну очки, он тут же уйдёт. — Почему ты так зол ко мне? — проскулил этот дивный мальчик. — Я зол всегда, — сухо ответил я. — А я тут причём? — Сихиль всё пытался понять, почему он впал в мою немилость, смешной такой. — Ты под руку попался. — Это всё ещё не повод причинять мне боль, — обиженно произнёс Сихиль, скрещивая руки на груди. — Слушай, если ты ждёшь извинений, ты их не дождёшься. Другое воспитание. — И этим ты себя оправдываешь? — не думал, что Сихиль может с такой стороны показать свой характер. — А я вообще хожу под началом Лаурена, и что дальше? У тебя может быть какая угодно жизнь, но только ты выбираешь, вести себя как сволочь или нет. — Сихиль сейчас всерьёз пытается пробудить мою совесть? Вот это он затеял неравную игру, явно не в его пользу. Сколько раз мне уже говорили, как меня ненавидят? Десятки, сотни, тысячи!.. А толку-то? Меня это лишь закалило. — И я выбрал, это разве не очевидно? — я вопросительно выгнул бровь, позабыв о слепом собеседнике. — А вместе с этим ты выбрал проблемы? — он, видимо, пытался докопаться до сути, однако не в ту сторону копаешь, парень. — Какие проблемы, что ты несëшь? — я уже говорил, что Сихиль меня раздражает, да? — Если они у тебя есть, их надо решать, а не закрывать себе, — продолжал он гнуть свою линию, будто не услышав меня. — Я уверен, что Гарет пытается тебе помочь. Дай угадаю, помощь для слабаков? — Допустим, я действительно так думаю ввиду некоторых событий прошлого. Я давно научился справляться в одиночку, и в этом моя главная сила. — В таком случае, я слабак, зато адекватный, а ты так и оставайся сильным чудовищем, у которого не все дома. Мне жаль, что кто-то когда-то вбил тебе это в голову, но это не значит, что надо жить по этим установкам. Ты идиот, Карион, — заключил Сихиль и замолчал. — Думай, что заблагорассудится, — фыркнул я в ответ и тоже замолчал. Я обдумывал все его слова, напрямую мне ещё никто такого не высказывал. Некоторые задели за живое, но там уже давно поставлена броня, так что Сихиль допустил осечку. Против меня такое оружие бесполезно. Мы сидели молча, размышляя каждый о своём. Слова здесь и не требовались. Я сидел, прикованный к полу, и пытался понять, почему меня так зацепили слова какого-то парня, которого я знаю второй день. Вскоре находиться в тишине стало невыносимо, и я прервал молчание. — Я хотел спросить, как давно ты слеп? — Не помню, наверное, с рождения, — смешно поморщил нос Сихиль, силясь найти нужное воспоминание. — Помню только как Лаурен мне их делал пару месяцев назад, а до этого… Я шёл по лесу на ощупь, никогда не был столь близко с природой, как в те минуты. Или часы? Я шёл из… Аргх!.. — Сихиль схватился за голову, поморщившись. — Больно… Я не помню, откуда я, — проговорил он, продолжая держаться за голову. — Что?.. — как можно не помнить, что было два месяца назад? Это же бред. — Я помню, что шёл из деревни, но не помню, какой именно. Помню мать и отца, старших брата и сестру, — Сихиль закрыл глаза на несколько секунд, шипя от боли. — Что ж такое? Отчего на душе так больно каждый раз, когда я пытаюсь что-то вспомнить? — выглядел он удручающе, невооружённым глазом было видно его раздирающееся в клочья сердце. — Постарайся вспомнить, — я с интересом наблюдал за ним. Достаточно необычное явление. — Что ты делал в этом лесу? — Искал таурэтинский мох, у сестры была лихорадка. — Какой бес тебя дëрнул пойти в лес слепым? — задал я самый очевидный вопрос. Сихиль немного стушевался. — Меня мама послала за мхом, — неловко ответил он, сжимая в руке нижний край рубашки. — Мне больно, Карион, пожалуйста, давай закроем эту тему, — из его глаз покатились слёзы. Я хотел встать и уйти, но Сихиль вдруг начал постанывать от боли, склоняясь к полу, а я так и застыл, как статуя. По верхней его губе начала течь кровь из носа, а сам он начал тяжело дышать. Сихиль трясущимися пальцами пытался достать что-то из своей сумки. Интересно, почему на помощь не звал? Неужто был так уверен, что я уже ушёл или такое у него не в первой? — Что найти? — вопреки всему я посадил его обратно, делая это не слишком умело, инстинктивно расстегнув верхние пуговицы рубашки, чтобы немного освободить грудь для дыхания. — З-зелье… — прокряхтел он, пытаясь выровнять дыхание. — Деревня Алистан… — а вот и название. Любопытно, надо запомнить. — Так, тихо, не смей тут откидываться, — мои пальцы нащупали единственную склянку в его сумке, я начал поить Сихиля зельем, стараясь угомонить собственное сердце, улетевшее галопом. Не привык я к подобным ситуациям. Он тяжело глотал его, намертво схватившись руками за мои, оставляя на них красные следы. Сихиль остановился всего на трёх маленьких глотках. После этого его захлестнула волна слабости, и он снова начал дрожать. — М-мне холодно, — у него зуб на зуб не попадал, сомневаться не пришлось. Я закатил глаза. Возиться тут с ним ещё… Я сел рядом, кладя свою руку ему на грудь. Губы начали шептать давно известное заклинание, огненно-рыжий поток начал пульсировать под моей ладонью, я буквально видел, как по жилам Сихиля разливается тепло. Он потихоньку приходил в себя. Трудно представить, смог бы я это сделать, если бы всё это время Сихиль меня видел. А так он смотрел вперёд белыми глазами. Надеюсь, что он понимает, насколько большое одолжение я сейчас ему делаю. Никому и никогда при других обстоятельствах я бы так не помог. — Что это было? — наконец выдавил из себя я. — Каждый раз при воспоминании о прошлом мне становится очень больно, жутко и невыносимо. Гарет делает для меня зелье Нивада, которое помогает мне унять душевную боль. — А кровь…? — Давление, наверное, подскочило, — усмехнулся Сихиль, доставая из сумки платок, но я ничего смешного здесь не видел. — Спасибо тебе за помощь. Боюсь, один я не справился бы так быстро, — он зачем-то ласково коснулся моей руки. По коже прошлись мурашки. — Не за что, — отмахнулся я, не желая думать сейчас на тему всего того, что произошло. — Может, вернёшь уже очки? — весело спросил Сихиль, будто бы не он валялся в мучениях пару минут назад. — Да пожалуйста, — я протянул ему «драгоценность». И правда, через линзы его глаза поменяли цвет. Он проморгался и тут же перевёл взгляд на меня, тепло улыбаясь. Я тупо смотрел на него, поедая глазами, стараясь проникнуть в самую суть и разгадать его тайну. Сихиль медленно приблизился и обнял меня мягко и осторожно. Странная привычка постоянно обниматься, у них с Гаретом она, походу, одна на двоих. Но отталкивать я его не стал, только лишь терпеливо поджал губы. Когда акт объятий наконец закончился, я двинулся по коридору в сторону лестницы. Сихил увязался за мной, надоедливый мальчишка. Я понял, что он всерьёз идёт именно за мной, а не просто на улицу, когда мы оба очутились на заднем дворе башни. Он стоял в сторонке, держась обеими руками за ремень сумки, а я стоял, скрестив руки на груди, и вопросительно глядел на него. — Ну, я… — замялся Сихиль, поправляя очки. — В общем… Там… — Хватит мямлить, скажи уже по-человечески, — надо отдать ему должное, он напомнил мне для чего я взял в руки шпагу. Молись богам, Сихиль, чтобы на месте дерева не оказалась твоя голова. — Мне нужна твоя помощь. — В его глазах виднелась обречëнность, хотя я даже не ответил. — Не интересует, — отрезал я, зашнуровывая наручи и придерживая верëвки зубами. Как давно я не брал в руки шпагу! С этой магией совсем фехтовать разучусь. Я принялся разминать кисти и голеностопы. — А если это будет услуга за услугу? — Чего? — усмехнулся я, взирая на серьëзное лицо Сихиля. — И что ты мне можешь предложить? — я резко вскинул шпагу, направив её остриëм на мальчишку. Конец острия остановился всего в нескольких сантиметров от его лица. Он нервно сглотнул, уставившись на лезвие у своего носа. — Ты что-то ищешь, да? — неуверенно спросил он, в который раз поправляя свои очки. Они у него падают постоянно, что ли? — Предположим, — я сделал первый выпад в сторону дерева, осторожно касаясь коры. — Ты вряд ли знаешь что-то, что было бы мне полезно. Сомневаюсь, что сделка будет выгодна. — Я знаю травы и имею хорошие отношения с Гаретом, а также доступ к библиотеке Лаурена, — выпалил Сихиль на одном дыхании. Проницательный мальчик, молодец. Я крепко призадумался над его словами, он действительно мог быть мне полезен. — Хорошо, а от меня чего надо? — Помоги мне вспомнить прошлое. — Ну да, это же так легко, — саркастично фыркнул я, вполоборота оборачиваясь к Сихилю. — Ты сильный маг и боец, с твоей помощью я смогу более свободно перемещаться по лесу. — Честно говоря, признание моей силы мне польстило, я даже почти успел согласиться, но меня вовремя остановила одна мысль: «Это же постоянно терпеть его рядом с собой…» — Я подумаю, — на губах появилась хитрая ухмылка, а глаза заблестели лëгким азартом. — А теперь оставь меня, я хочу поупражняться. — Сихиль спорить не стал, вот и правильно. — До встречи, Карион! — тепло улыбнулся он, помахав рукой, и скрылся за кустами. Шпага вместо привычного послушания выдавала мне небрежную улыбку. Не думал, что придётся её усмирять после всего-то двух недель расставания. Но это были приятные мгновения. Я вспомнил все уроки, которые мне давал Саэр, наш оружейник и по совместительству мой тренер. В этой глуши мне не хватало его шуточек и того, как он постоянно трепал меня по голове, когда у меня что-то получалось. Вспоминая Саэра, я почувствовал невероятный подъëм сил и духа. Найти убийцу мне уже не представлялось столь невозможным. Тем более я мог заручиться поддержкой Сихиля. Да, поддержка из него так себе, но это лучше, чем ничего. Он действительно обладает знаниями и связями, да и добр до беспамятства. Но мне этого было недостаточно. Я остановился посреди удара, держа шпагу остриëм в землю. На губах замаячила коварная ухмылка, не сулящая ничего хорошего для остальных. В моей голове начал по кусочкам собираться план. Я должен стать для Сихиля всем.