Красная шапочка

Мечты о зубах и когтях были прерваны поцелуями и сладким привкусом крови на её губах. Было легко забыть себя, стать девушкой без имени, со старым богом, поклоняющимся её телу. Арья вздрогнула, когда её веки дрогнули, открываясь, чтобы обнаружить, что серебряные глаза Короля Волков впиваются в неё. Его пристальный взгляд был таким же физическим, как и его руки на её бедре, поднимающие её ногу вверх, когда он медленно вводил своё мужское достоинство в её пещерку. — Останься здесь со мной навсегда, — хотела она сказать ему. Вместо этого она прикусила губу, чтобы сдержать стон. Джон зарычал и завладел её нижней губой обратно, прикусив её почти до боли, а затем нежно втянув в рот. Арья ахнула, когда он отпустил её. — Я хочу тебя услышать, — потребовал он, покачивая бедрами. Арья взвизгнула, царапая его спину ногтями, уловив запах свежей крови. Волчий Король не отшатнулся от неё, только зарычал глубже, когда ускорил шаг. — Пожалуйста, — прошептал он, отчаянная мольба прорвалась сквозь последние остатки её контроля. Арья откинула голову назад и уступила его мольбе. Всю свою жизнь её учили сдерживать себя! и понижать свой голос! Затем, позже, она вернула себе свою истинную природу. Не потому, что так приказала Кейтилин Старк, а потому, что Арья должна была сплотить их. Наконец-то избавиться от этого скручивающего её внутренности напряжения, обрести завершенность с этим получеловеком-полуживотным, было больше, чем она осмеливалась мечтать. Прошёл ещё один день. Джон однажды пообещал выпустить её на улицу после первых двух дней. Мысль уйти никогда не приходила Арье в голову после его последнего обещания, не тогда, когда они провели часы, заново изучая друг друга. Теперь она сжала бедра, обхватив лодыжками его идеальную задницу и встретив его толчок своим собственным. Она достигла вершины так внезапно и сильно, что едва могла дышать, только кататься на волнах удовольствия. Бескостная, Арья отдалась бешеному ритму своего бога, пока Король-Волк искал своего собственного освобождения, её имя было молитвой на его устах. За этими деревянными стенами выли волки, соревнуясь с зимними ветрами. Внутри шелестели листья на чардреве, распространяя в воздухе пряный аромат магии. Хриплый крик Джона прорезал воздух, заглушая все остальные звуки, когда он снова излился в неё. После он покрывал поцелуями огрубевшую кожу на её шее, как делал каждый раз, когда они соединялись вместе, извиняясь хриплым шепотом, — Прости меня, любимая. Прости меня… Арья вздрогнула и крепче прижалась к нему, желая утешить его по причинам, которые она не могла объяснить. Это казалось странным — быть тем, в чём он искал утешения. Ещё более тревожным было то, как быстро она поддалась этой живой, осязаемой связи между ними. Она не должна была быть так близка к нему, так безрассудна, не после всего, что она знала, всего, во что он уже признался. И, как и каждый раз, Джон поднял голову, чтобы встретиться с её взглядом, более мягким, полным, и в его непостоянном взгляде почти не было тени. — Ты такая красивая, — пробормотал он, эта жуткая отстранённость скрывала выражение его лица. Его рука прошлась по её коже, нажимая, запоминая каждый изгиб и проводя по отметине на её шее. Арья часто задавалась вопросом, куда он делся, когда вот так отрывался. Маска была бледным отражением Короля-Волка, которого она впервые встретила. Холодный, неприступный и такой потерянный… — Так это ваш план, Ваша Светлость? — Она ухмыльнулась, когда единственная закопченная бровь приподнялась в ответ на ее вопрос. — Держать меня в постели до конца зимы? Дистанция исчезла с его лица, следы улыбки, противоречащие темноте, сведшей его брови вместе, собственническое притяжение его руки, разминающей плоть, притягивая её ближе. — Если бы я думал, что смогу удержать тебя здесь, вот так, я бы так и сделал. Арья фыркнула. — Если ты думаешь, что сможешь удержать меня там, где я не хочу быть, то вы не очень хорошо меня знаете, Ваша Светлость. Джон укусил её за нос, сверкнув слишком острыми зубами. — Назови меня «Ваша Светлость» ещё раз, и ты увидишь, насколько требовательным я могу быть. — Он хочет воспользоваться тобой, глупая ты девчонка, — предупредил тихий голос, слишком похожий на Кейтилин. — О? — Возможно, именно эта мысль, в свою очередь, заставила её улыбнуться шире. — Я бы подумала, что тебе нужно немного отдохнуть, Волчий Король. Как старый бог, ты, должно быть, древний. В уголках глаз Джона появились морщинки, когда он пробудил в ней жизнь. — И я ждал тебя всю жизнь. Арья оттолкнула его, не обращая внимания на огненные следы, которые его прикосновение оставило на её коже. — О, нет, ты этого не сделаешь. Джон замер, ухмылка всё ещё была на месте. — Не сделаю что? Арья покачала головой и отстранилась. — Если мы начнём это снова, мы никогда не встанем с этой кровати. И я не знаю, как ты, Волчий Король, но я умираю с голоду. Её щёки было достаточно, чтобы вызвать смех у старого бога, достаточно надолго, чтобы Арья, наконец, выскользнула из его объятий и принялась искать свою одежду. Никаких следов её платья. — Вероятно, бросила в огонь, — пробормотала она себе под нос и обошла стороной одного из других волков, чтобы найти тунику Джона. — Вот, — его голос заставил её обернуться, чтобы найти очень голого Короля Волков. Возможно, всё было бы не так плохо, если бы она всё ещё не могла видеть свои отметины на его скульптурной груди или то, как он явно всё ещё желал её. Арья проглотила ругательство, когда Джон помог ей снова надеть платье. Он проигнорировал её попытки оттолкнуть его в сторону. — Джон. Я одевалась сама большую часть своей жизни. Я думаю, что справлюсь. — У неё перехватило дыхание, когда он помог стянуть платье с её бедер и распустил её волосы. — Позволь мне позаботиться о тебе, Арья, — ответил он низким урчанием. Как гром, нарастающий за их стенами. — Есть ли ещё Бог Грома? Губы Джона на её шее сорвали вопрос с кончика её языка. Арья скрестила руки на груди, не обращая внимания на напряжение в сосках. — Если бы ты хотел заботиться обо мне, ты бы вернул мне мои доспехи. Я чувствую себя голой, разгуливая здесь вот так. — Сегодняшнее… серое… платье было непрактичным, так как напоминало о более простом времени, лёгком комфорте, который она ассоциировала с летом. Мучительное подозрение, которое она на самом деле охотно проигнорировала, вызвало её гнев. — Если только ты не имел это в виду, когда сказал, что позволишь мне сегодня снова выйти на улицу. Смех Джона взволновал её, поначалу это далось ей с таким трудом. — Я должен был знать, что ты не забудешь. Арья повернулась в его объятиях и положила руки на его обнаженную грудь. — Ну конечно, глупо. А теперь иди, надень что-нибудь из одежды. Я не могу ясно мыслить, когда ты в таком состоянии. — Хороший план, — ответил он, приняв притворно-серьёзный тон. — Конечно, хороший. А теперь поторопись, пока я тебя не съела. — Арья хлопнула его по груди, и ноздри Джона раздулись от её выговора. Ещё один раскат грома эхом отозвался вдалеке, и она почти подумала о том, чтобы уйти обратно в него, в его приветливый жар и отчаянные прикосновения. Даже сейчас он едва сдерживал свою похоть за своей острой улыбкой. Под всем этим скрывалась тень его другой натуры. Арья хотела заявить об этой непохожести как о своей собственной. Как легко было бы раствориться в нём. Арья притворилась, что не бросает украдкой взгляд на Джона, пока он одевался. Она подбросила в огонь свежих листьев, удивляясь, как пламя разгорается ярче и жарче. — Можно мне хотя бы взять свой плащ, если мы собираемся выйти на улицу? Джон напрягся, повернувшись к ней спиной. — Да… — Он повернул голову, чтобы взглянуть на неё через плечо, и выдавил улыбку. — Вернусь через минуту. Арья резко выпрямилась, когда он направился к запретной двери. — Подожди, — позвала она и украдкой перевела дыхание, когда его рука замерла на дверной ручке. — А, я не могу пойти с тобой? Это твоя комната, не так ли? — Она приподняла бедро и подалась вперёд с игривостью, которой на самом деле не чувствовала, добавив, — Конечно, там нет ничего такого, чего бы я раньше не видела, если только ты не хранишь там свои человеческие жертвоприношения. Она ждала, небрежно улыбаясь, пока он переминался с ноги на ногу, тёмно-серебристый взгляд оценивал и взвешивал её. — Подожди здесь, — пробормотал он, затем молча вошёл в запретную комнату. Арья впилась ногтями в ладони и прикусила губу, чтобы сдержать свой гнев. Она перевела взгляд на кровоточащее лицо сердечного дерева. — Что, чёрт возьми, он там прячет? Дверь снова распахнулась, и Арья расслабила свою позу. Это было забыто в тот момент, когда она узнала не только свои ботинки, но и красный капюшон, накинутый на руку Джона. Джон улыбнулся, когда Арья нетерпеливо схватила свои ботинки и начала натягивать их. Красный плащ он прижимал к груди. Его длинные пальцы пробежались по аккуратной вышивке серебряными нитями, волки чередовались с зимними розами. Она потянулась за плащом, и Джон отпрянул, подтягивая плащ ближе, прежде чем остановиться. Слегка покачав головой, он набросил плащ ей на плечи. — Кто предстанет перед Старыми Богами этой ночью? — голос, далекое эхо, прошептал на задворках её сознания. Было трудно вспомнить, как дышать, когда руки Джона скользнули вниз по её рукам, чтобы сжать её ладони. — Пойдём. — Печаль вернулась в его серебристые глаза, когда он потянул её вперёд и сразу назад, к запертому на засов входу. Арья сделала свой первый вдох только после того, как он отпустил её, чтобы поднять засов и приоткрыть тяжелую дверь. Порыв зимнего снега закружился перед ними, знакомо покалывая её в нос. Арья ахнула и бросилась вперёд. — Арья, постой, — позвал Джон сзади, закрывая дверь домика. Она не стала ждать. Она сбежала вниз по каменным ступенькам в открытый двор внизу, добавляя отпечатки к более светлым волчьим следам. Почти бесшумная поступь Джона последовала за ним, и остальная часть его стаи выскользнула из тени, с любопытством наблюдая из-за небольших внешних зданий. Горный утёс окружал почти половину крепости Джона, зазубренные обсидиановые стены окружали широкую ограду. Но небо… — Небо! Арья запрокинула голову к небу и широко раскинула руки, впитывая всё это. Она чувствовала себя живой, как будто была погребена под слоем дыма и магии. Бесконечный сон. Торопливые шаги Джона замедлились, но он полностью замер, когда она начала кружиться. Арья рассмеялась, когда её ноги запнулись в сугробе, но она только стала двигаться быстрее, а её руки отчаянно тянулись к своим кинжалам. Она хотела танцевать так, как научил её Сирио Форель. — Быстрая, как олень… Вместо этого Арья позволила своему следующему спотыканию опрокинуть её на землю. Она знала, что её красный плащ позже промокнет от этого. Теперь она хотела почувствовать снег на своей спине и лице и просто чувствовать. Джон не сдвинулся со своего места, молчаливый и серьезный, как статуи старых зимних королей Винтерфелла, размышляла она. — Ты собираешься стоять там, О Ваша Светлость, или присоединитесь ко мне? — Она улыбалась и не задумывалась, почему она так не улыбалась уже много лет. Он двигался так быстро, как тень, опускаясь на колени рядом с ней. — Разве ты не хочешь увидеть остальное? Пахнет так, словно надвигается буря. — Всё в порядке. И я знаю, как выглядит крепость, Джон. — Арья закатила глаза, отворачиваясь от неба, чтобы полностью встретиться с ним лицом к лицу. От того, что она обнаружила, у неё снова перехватило дыхание. Она ожидала найти холодную маску своего старого бога. Вместо этого она увидела Джона. Волна такого страстного желания захлестнула её, что Арья не знала, поцеловать его или убежать. — Беги с ветром, спускайся с горы, вгрызайся в наших врагов зубами и когтями, — шептал растущий голос в глубине её сознания. Волки подошли ближе, теперь, когда их хозяин снова отдохнул. Поблизости раздалось тявканье щенков, и Джон приподнял бровь, глядя на неё, и его мягкая улыбка стала шире. — Хочешь познакомиться со щенками? Арья вскочила на ноги и быстро отряхнула снег со своего зада. Джон усмехнулся, следуя за ней, а затем его руки заменили её руки, тщательно удаляя оставшуюся пыль. Его прикосновения, обжигавшие её сквозь одежду, усилили настоятельную потребность встретиться с щенками. — Пойдём, пока не разразилась буря, — прервала она, делая безопасный шаг вперёд. Пальцы Джона переплелись с её пальцами, когда он потянул её к большему из внешних зданий. Его улыбка никогда не угасала. Не тогда, когда он передавал ей в руки крошечные комочки пуха и зубы в конюшне. Не позже, когда ветры погнали их мимо кузницы в оружейную, заставленную оружием из драконьего стекла и сталью, которые принадлежали древним королевствам. Арья восхищалась лезвиями, проводя кончиками пальцев по прохладным поверхностям, и ей казалось, что она почти чувствует жар магии, заключенной в камне и стали. — Вот, я думаю, это может подойти. — Его голос прозвучал как низкий рокот из-за её плеча. Арья неохотно отвернулась от двойного набора кинжалов с волчьей головой и замерла, глядя на тонкое лезвие, зажатое в покрытых шрамами руках Джона. — Что это? — спросил я. Серебряные шары быстро переметнулись с её глаз на сталь между ними, и он поднял меч выше. — Клинок Бравоса. Арья ударила носком ботинка по каменному полу. — Да, я знаю, что это такое. Почему?.. почему ты даешь это мне? Грудь Джона сотрясалась от прерывистого дыхания, и когда он поднял взгляд, его глаза были влажными. Арья рассеянно прикрыла горло рукой, что угодно, лишь бы справиться с внезапным стеснением, которое она почувствовала. То что… она не понимала, что он делает, или почему это так важно для неё. — Это всего лишь проклятый меч, глупая ты. — Я выковал это для тебя. Ты… в ту первую ночь, когда мы сражались с Иными… ты сражалась так, как будто танцевала. — Он поморщился от своих слов и уставился на клинок в своих руках, с трудом подбирая слова. Когда они впервые встретились, ему было трудно говорить, как будто он отвык от общего языка. — Я надеюсь, что я правильно разобрался в деталях, — добавил он тихим шепотом. — Ты выковал? — Она не должна находить эту концепцию такой нелепой. Конечно, ему нужно было знать, как это сделать. В конце концов, он жил один. Кто ещё починил бы оружие, подумала она, глядя на его коллекцию. Только она так привыкла думать о нём как о Боге. И всё это было ново, в этом она была уверена. Джон покачал головой и начал опускать руки. — Я не должен был… — Заткнись. Джон вздрогнул от её прикосновения. Когда она подошла вперёд? Арья на мгновение оторвала взгляд от своей руки на его локте, а затем протянула дрожащую руку к рукояти из тонкой, как игла, стали. Арья подняла клинок и сделала три осторожных шага назад. Руки Джона сжались в кулаки, когда он опустил их обратно по бокам. Тем не менее, он наблюдал, его лицо снова превратилось в маску, когда Арья повернулась боком, как учил её Сирио. Хватка была знакомой, как недостающее продолжение её руки, и Арья не могла сдержать улыбки, когда она следовала за первыми шагами водного танца. Здесь было мало места для практики. Она хотела вернуться во внешний двор. — Может ли он пользоваться мечом так же хорошо, как своими когтями? Её взгляд метнулся к нему, когда она приложила кончик своего подарка к его горлу. — Не хочешь потанцевать? В уголках глаз Джона появились морщинки от его улыбки. — Да. Небеса выбрали именно этот момент, чтобы обрушить на нас ледяной дождь.